Июнь 1982 года. Москва
Вновь с нами герои романа. Они продолжают службу Отечеству.
Офицерская карьера складывается вполне успешно. Почти у всех…
Женились парни, детки пошли. И по-прежнему они ценят дружбу, пусть
встречаются редко, что поделать, судьба офицера, дело такое…
Перезваниваются, переписываются.
И вот, спустя десять лет встретились…
1.
Учебные мытарства позади. Диплом в кармане, назначение известно, остались технические дела: отправить контейнер по новому адресу, сдать комнату, в которой три года ютилась семья, отпуск и новая жизнь, жизнь полкового комиссара, как шутливо говорила жена.
Александр Марунин вышел за КПП академии. Поворот направо, ещё поворот, и он окунулся в суету московского метрополитена. Эскалатор. Достал из сумки газету, пробежал заголовки глазами.
– Саша! Марунин!!!
Оглянулся, на ленте эскалатора, двигающегося в противоположную сторону, человек активно размахивает руками.
Да это Володька Игнатьев! Вот так встреча. Махнул рукой, дескать, погоди, я сейчас. Бег в суете метрополитена, да ещё вниз-вверх, для военного человека не проблема и уже через несколько минут Марунин утонул в объятиях товарища.
Что? Да как? Да где…
Вопросы не простые, на ходу не ответишь.
Да мы вот… А я… Ну, ты даешь…
Обнимашки! Восторги!
Ещё бы, виделись последний раз десять лет назад. Переписывались, созванивались, а вживую встретились только сейчас и то, по воле случая.
Так они и стояли у метро, люди их обходили, кто-то бурчал, дескать, мешаете прохожим, кто улыбался, понимая – друзья встретились. Марунин осмотрелся. У Маяковки за три года учёбы всё хожено-перехожено, все дорожки известны, но известно и то, что сесть здесь и спокойно поговорить негде.
Он тронул плечо товарища.
– Давай-ка на Горького двинем, в этой толчее не поговоришь.
И уже через несколько минут они были в гастро-номе, что на улице Максима Горького. Здесь присутствовала та же многоликая московская суета, но это у касс и в очередях выдачи товара, а в кафешке, что развернута внутри магазина, клиентов почти не было. Но не было здесь, увы, и сидячих мест – извольте с чашкой чая и бубликом к стойке. Люди в этом относительно комфортном островке вкуснятины, не сидели, стояли. Однако поговорить, а это сейчас было для друзей главное, можно спокойно.
Марунин заказал кофе, пирожные. Сделав по глотку, мужики расслабились.
Владимир улыбнулся.
– Рассказывай, друг мой, где ты, как ты…
Марунин осторожно положил на блюдце пирожное.
– Я-то понятно, я в академии. Обучение завершил, сегодня на факультете был, кое-что надо было забрать у начальства, домой двигался. А ты как здесь. Учебный процесс для заочников завершен, а что же ты по столице нарезаешь. А в полку кто трудиться? Наверно обедал в ресторане «Пекина»? Признавайся…
Игнатьев рассмеялся.
– Таких как я, только в «Пекин» и пускают, как же. На Власихе по служебным делам был. А здесь? Хотел билеты в театр взять, солдатскую серость московским театром подчистить. Не повезло, на месяц вперёд всё раскуплено, и с рук билет не взять. Промашка, понимаешь. Саня, а где наши, что о друзьях слышно?
Марунин усмехнулся.
– Так мы почти все здесь, в Москве. Голубев закончил курс, сессию сдал, пока здесь, в отпуск готовится. Баринов Костя в санатории, в Архангельском изнывает от безделья, вчера только по телефону общались. Вот только где Серж Устюжанин не знаю. Исчез с экрана, пару лет как исчез.
Игнатьев, слушая друга с аппетитом, доедал пирожок. Саня как в прежние училищные времена подколол Володьку.
– Видно, из голодных краёв товарищ капитан прибыл. Жуй, жуй, я ещё куплю…
– Во-первых, не капитан, а майор. Тебе майором можно, а раз я из Белорусских лесов, мне нельзя? И я майор! И Голубев, и Костя майоры. А во-вторых, действительно с утра маковой росинки во рту не было. Давай тащи ещё бублики.
Через пару минут на столе стояла тарелка с аро-матной выпечкой.
Мужики навернули ещё по пирожному.
– Саня, а ведь Устюжанин тоже здесь. Не прошлой неделе в Риге встретились, я у стариков с женой отдыхал, на Маскавас с ним и пересеклись, а сейчас, по всей видимости, он здесь, в Подмосковье, брат у него в Домодедове живёт, и телефон брата есть. Думаю ещё не уехал. Ты знаешь, по службе у него непонятки, это я понял. Накоротке поболтали, но в спешке толком не объяснишься, я в разговоре почувствовал, серьёзные проблемы у парня.
Марьин отодвинул чашку в сторону.
– Итак, что мы имеем. В Москве все пятеро, прекрасно, а значит, дело за малым: набрать номера телефонов и встретиться, всё же десять лет прошло, как училище окончили. Друзья мы, или как…
Одним словом, вопрос встречи решился довольно быстро и просто.
Друзья, как и десять лет назад вновь собрались. Собрались к вечеру следующего дня.
Продолжение следует. http://proza.ru/2026/11/22/1176