Начало здесь: http://proza.ru/2026/10/30/2093
Глава третья. Я узнала правду, но вопросов не уменьшилось
И только теперь, когда я немного успокоилась, ко мне вернулись вопросы, которые не давали покоя с самого начала. Я поставила кружку на стол и посмотрела на Ивана.
— Спасибо, Иван, за прекрасное угощение. Теперь ты должен выполнить своё обещание.
Он поднял глаза.
— Какое именно?
— Ты обещал ответить на все мои вопросы. И первый я хочу задать прямо сейчас. Как ты спас меня от похитителей? И почему это сделал ты, а не Влад?
Иван не ответил сразу. Он откинулся на спинку стула, посмотрел на огонь и словно решал, с чего начать.
— Тогда давай, Настя, переберёмся поближе к очагу. История получилась не совсем такой, какой я её себе представлял вначале. И если бы я не увидел тебя в тот вечер, возможно, всё сложилось бы совершенно иначе.
Он расстелил на полу перед очагом толстый пушистый ковёр, положил на него несколько подушек и сел напротив меня. Огонь освещал его лицо, делая черты мягче. За окном шумела река, а ночная сырость постепенно отступала перед теплом старого дома.
— Я позвонил Владу и попросил одолжить мне машину на несколько часов. Влад собирался с тобой в кино. Я сказал, что уложусь за то время, пока вы будете смотреть фильм. Мне нужно было съездить по делам, а потом я должен был забрать вас из кафе напротив кинотеатра. Вы с Владом приехали на задний двор кинотеатра, где обычно парковались сотрудники. Наша тётя работает бильетёром, поэтому у нас есть ключ от служебного входа. Влад собирался зайти через него, чтобы не обходить здание.
Иван на мгновение замолчал.
— Я приехал заранее и увидел в окно, как вы подъехали. Я вышел к вам навстречу, хотел поздороваться с братом и познакомиться с тобой. Тогда я ещё не знал, кто ты для меня.
Он посмотрел на меня, и выражение его лица стало серьёзным.
— Но стоило мне тебя увидеть, как сердце вдруг забилось так, словно я только что пробежал несколько километров. По коже пошли мурашки, а когда мы знакомились и я взял тебя за руку, меня словно ударило током.
Я невольно сжала пальцы.
— И что произошло?
— Перед глазами начали появляться картинки. Неясные, обрывочные, словно кто-то листал страницы старой книги. Я видел тебя в других одеждах, в незнакомых местах. Иногда ты улыбалась мне, иногда плакала. Или как ты отворачиваешься и уходишь, оставляя меня одного навсегда.
Иван тяжело вздохнул.
— Всё это длилось несколько секунд. Потом исчезло. Я заметил, что с тобой ничего подобного не происходит, и решил пока не торопиться с выводами. Мне нужно было время, чтобы разобраться в собственных ощущениях.
Он провёл ладонью по лицу.
— Я сел в машину и выехал со двора. Уже собирался повернуть на главную улицу, когда посмотрел в зеркало заднего вида. И увидел, как к вам подъехал чёрный джип. Из машины выскочили несколько мужчин в чёрной одежде. Один ударил Влада, и тот рухнул на землю. Остальные схватили тебя, затолкали в джип и уехали.
Иван произнёс это спокойно, но я заметила, как напряглись его пальцы.
— Я не раздумывал, кому в эти мгновения нужна моя помощь больше: тебе или Владу. Я развернулся и поехал за джипом. Одновременно позвонил знакомому из полиции, попросил проверить номера машины. Через некоторое время он перезвонил и сообщил, кому принадлежит джип и с кем эти люди связаны.
— Ты знал их?
— Лично нет. Но я знал, что у Влада в последнее время проблемы с одним из его бизнес-проектов. Он вложил деньги, рассчитывая быстро заработать, а дело оказалось не таким прибыльным, как он надеялся. В результате он задолжал людям, с которыми лучше было не связываться.
Иван помрачнел.
— Я не знаю, действительно ли они решили тебя использовать как предупреждение брату. Скорее всего, они хотели заставить Влада быстрее вернуть долг. И выбрали для этого самый подлый способ.
— Но почему ты не попросил ни у кого помощи и поехал один? Ты что, супер-герой? Хотя, у меня за сегодняшний вечер возникали предположения, что ты не совсем обычный человек.
Иван улыбнулся и продолжил:
— Я занимался йогой, цигун и восточными единоборствами, но всё равно понимал, что силой мне тебя не вытащить. Нужно было придумать, как убедить их отпустить тебя, не подвергая опасности. Я догадывался, что они не собираются причинять тебе вред ради самого вреда. Ты была для них средством давления на Влада. Поэтому я решил сыграть на том, что они могли счесть слабостью.
— На чём именно?
— На любви.
Я удивлённо посмотрела на него.
— На любви?
— Да. Я, пока за ними ехал, придумал историю, будто мы с тобой встречаемся, но поссорились. Ты решила позлить меня и закрутила роман с моим братом. Я случайно узнал о вашей встрече и решил проследить за вами. И невольно стал свидетелем твоего похищения.
Иван усмехнулся, но в его улыбке не было веселья.
— Я убеждал их, что ты для Влада никто, что вы виделись всего второй раз и никакой серьёзной связи между вами нет. А значит, твоё похищение не заставит его заплатить быстрее. Зато я, как человек, который действительно дорожит тобой, готов помочь вернуть деньги.
— Ты предложил им заплатить?
— Часть долга сразу. У меня были сбережения, которые я откладывал на машину. Я собирался купить её в ближайшее время, но решил, что машина подождёт. А ты нет.
Иван посмотрел мне прямо в глаза.
— Ты не должна была расплачиваться за ошибки моего брата.
У меня сжалось сердце.
— Но они могли не поверить тебе.
— Могли. Поэтому я не просто говорил. Я старался показать, что готов выполнить обещание. Я знал, что им выгоднее получить деньги и отпустить тебя, чем создавать себе дополнительные проблемы. В итоге мне удалось убедить их, что я их не собираюсь обманывать.
Он наклонился вперёд.
— Я перевёл им на счёт кругленькую сумму и они мне поверили. Но поставили условие: мешок с твоей головы снять, только когда я привезу тебя домой. Они были уверены в мужском слове, но женщине не доверяли. Не хотели, чтобы ты смогла запомнить дорогу к их логову.
Теперь я понимала, почему Иван так странно повёл себя, когда услышал, что я знаю, кто меня спас. И я решила быть с ним полностью откровенной, как и он со мной.
Я посмотрела на него и тихо произнесла:
— Иван, а ты знаешь, что я всё-таки видела тебя?
Он нахмурился.
— Где?
— В сарае.
В комнате стало тихо. Только огонь негромко потрескивал в очаге.
— Когда меня привезли, то закрыли в сарае. Мешок с головы снимать не стали, даже после того, как связали руки за спиной. Я несколько лет занималась гимнастикой, поэтому мне не составило труда перенести тело через связанные руки и стянуть мешок. Через щель в двери я увидела, как ты входишь в дом.
Я опустила глаза.
— Сначала я подумала, что ты заодно с ними. Не понимала, что ты там делаешь. А потом увидела, как ты идёшь к сараю вместе с одним из мужчин. Я испугалась, что ты тоже собираешься причинить мне вред, поэтому снова надела мешок и вернула руки за спину, как было вначале.
Иван слушал меня, не перебивая. Но когда я замолчала, решил, что теперь его очередь продолжить диалог.
— Когда дверь открылась, и я увидел тебя с мешком на голове, — наконец произнёс он. — Я обрадовался, что ты не узнаешь, кто тебя спас. К тому же я хотел, чтобы ты была в безопасности и не пыталась потом искать этих людей. Мне казалось, так будет лучше.
— А потом ты передал меня Владу?
— Да. Я объяснил брату, что произошло, и предупредил, что ты не знаешь, кто тебя спас. Я поставил его перед выбором: рассказать тебе правду о похищении или придумать свою историю.
Он отвёл взгляд.
— Когда Влад снял с тебя мешок, он сказал, что тебя просто перепутали с другой девушкой. Я нечаянно услышал эти слова в открытую форточку кухни, куда зашёл попить воды. Я не включал свет и вы меня не могли видеть. А я видел вас возле машины очень хорошо. Я понимал, что это звучит глупо, но подумал, а вдруг ты поверишь. К тому же у меня была своя проблема, мне нужно было разобраться в том, что произошло со мной при нашей встрече.
Я долго молчала.
— Знаешь, — наконец сказала я, — я тогда не поверила Владу, даже не потому, что уже знала правду. Слишком уж странно он себя вёл: отводил глаза, закусывал нижнюю губу и всё время поправлял челку. Я попросила сразу отвезти меня домой, сославшись на стресс. Я тогда даже представить не могла, что ты решился на такое ради меня, но почему-то захотел остаться в тени.
— Тогда я ещё не понимал, почему это сделал, — тихо ответил Иван. — Я знал только одно: когда увидел, как тебя увозят, мне стало страшно так, как не было страшно никогда. И я не мог допустить, чтобы с тобой что-то случилось.
Он помолчал и добавил:
— Я теперь понимаю, что это было неслучайно. Интуиция сработала раньше, чем я успел вспомнить, кем ты всегда была для меня.
В его голосе прозвучала такая нежность, что я почувствовала, как к горлу снова подступает комок.
Но на этот раз я не заплакала.
Я протянула руку и накрыла его ладонь своей.
Иван посмотрел на наши руки, а потом на меня. В его глазах было столько удивления и одновременно такой тихой радости, что мне захотелось улыбнуться.
— Спасибо, — прошептала я. — За то, что спас меня, за то, что рассказал правду.
Он осторожно сжал мои пальцы.
— Это только начало, Настя. Нам ещё многое предстоит вспомнить.
Я посмотрела на него и вдруг поняла, что больше сегодня не хочу задавать вопросы о похитителях. Теперь меня волновало другое.
— Иван, расскажи мне об этом доме. Чей он? И почему ты привёз меня именно сюда?
Он улыбнулся, словно ждал этого вопроса.
— Дом достался мне от деда по отцовской линии. История этого дома нашей семьёй утеряна, поэтому ничего конкретного о нём рассказать не могу. Даже личных вещей никаких не нашёл, когда в нём наводил порядок. Я приезжаю сюда, когда мне нужно побыть одному, поразмышлять или просто отдохнуть от городской суеты. Отец говорил, что здесь почти ничего не изменилось с тех времён, когда он был ребёнком. Я не застал живым ни деда, ни бабушку. Да и отца уже давно нет, погиб в аварии.
Он провёл рукой по старой деревянной стене.
— Я сам понемногу его восстанавливал. Починил крышу, укрепил крыльцо, привёл в порядок очаг. А рядом обустроил стойло для Вороного. Мне нравится это место. Здесь я чувствую себя… дома.
— А почему ты решил привезти меня именно сюда?
— Мне хотелось, чтобы мы могли поговорить спокойно, без чужих глаз и посторонних ушей. Ведь мы живём с Владом в родительском доме. Я хотел, чтобы ты сама решила, что хочешь узнать, а что пока оставить без ответа. — Он посмотрел на меня с такой открытостью, что я невольно смутилась.
Он немного помолчал и добавил:
— И ещё я хотел, чтобы ты почувствовала себя в безопасности. После того, что с тобой произошло, тебе не помешает немного покоя.
Я улыбнулась.
— А если я решу, что хочу уехать?
— Отвезу тебя. Когда захочешь.
— Даже если это будет посреди ночи?
— Даже тогда.
Он произнёс это так просто, что я вдруг почувствовала к нему ещё большее доверие.
Я придвинулась ближе к очагу и обняла колени.
— Знаешь, Иван, мне кажется, что я начинаю понимать, почему ты говоришь о прошлых жизнях. Я пока ничего не помню, но рядом с тобой у меня возникает странное чувство, будто эта остановка, поздний ужин вдвоём уже был раньше.
Он не стал торжествовать или говорить, что предупреждал меня. Только мягко улыбнулся.
— Не пытайся заставить себя вспомнить. Иногда воспоминания приходят тогда, когда мы перестаём их ждать.
— А если я вспомню что-то плохое?
Его лицо стало серьёзным.
— Тогда мы посмотрим на это вместе. Ты не обязана снова переживать всё так, как переживала когда-то. Мы уже другие, Настя. У нас есть возможность понять то, чего мы не понимали раньше.
Я посмотрела на огонь.
В его словах было что-то удивительно простое и одновременно важное. Он не обещал, что всё будет легко. Не говорил, что прошлое можно стереть одним желанием. Он лишь предлагал пройти этот путь вместе. И впервые за весь вечер мне захотелось действительно вместе пройти этот путь.
Я повернулась к нему.
— А ты сам? Ты готов простить меня за всё, что я могла сделать в прошлых жизнях?
Иван долго смотрел на меня, словно вопрос застал его врасплох.
— Я думаю, что готов, — наконец ответил он. — Но, наверное, пока не всё понял и не всё отпустил. Знать о прошлом ещё не значит освободиться от него. Я тоже могу ошибаться, Настя. И мне тоже придётся учиться.
Почему-то именно этот ответ тронул меня сильнее всех его признаний. Передо мной сидел человек, который ещё недавно казался мне загадочным мальчишкой, уверенным в своём праве распоряжаться всем вокруг. А теперь я увидела в нём мужчину, который тоже чего-то боялся, тоже искал ответы и не знал, каким окажется наше будущее.
Я пересела к нему поближе и положила голову ему на плечо. Это движение произошло само собой. Я даже не успела подумать, уместно ли оно, не слишком ли мы торопимся, не покажусь ли я ему смешной.
Иван замер, а потом осторожно обнял меня. Мы сидели молча. Я слышала, как потрескивают дрова, как за стенами дома шумит река, и чувствовала, как постепенно растворяется напряжение, с которым я прожила этот странный вечер. Мне было тепло. Спокойно. Хорошо.
И всё же где-то глубоко внутри оставался вопрос, на который я пока не находила ответа. Если Иван действительно помнил сотни наших совместных жизней, то сколько боли скрывалось за его нежностью? Сколько раз он терял меня? Сколько раз я теряла его? И что должно произойти теперь, чтобы мы наконец перестали причинять друг другу страдания?
— Иван, — тихо позвала я.
— Да?
— А если я никогда ничего не вспомню?
Он чуть крепче прижал меня к себе.
— Тогда мы начнём с настоящего.
Я подняла голову и посмотрела на него.
— А если я не полюблю тебя так, как ты меня?
Он улыбнулся, но в этой улыбке не было ни самоуверенности, ни обиды.
— Тогда мне придётся заново завоёвывать твоё сердце. И, возможно, на этот раз сделать всё правильно.
Я не удержалась от смеха.
— Ты неисправимый оптимист!
— Нет, Настя. Просто я слишком долго ждал этой встречи, чтобы испугаться трудностей.
Он произнёс это негромко, почти шёпотом. И вдруг мне захотелось поцеловать его. Это желание возникло так неожиданно, что я сама растерялась. Ещё недавно я рассуждала о его возрасте, росте, о том, что между нами не может быть ничего серьёзного. А теперь все эти доводы казались какими-то далёкими, не имеющими отношения к тому, что происходило между нами здесь и сейчас.
Я смотрела на его губы и пыталась понять, откуда во мне взялась эта нежность.
Иван словно почувствовал моё смятение.
— Настя, — тихо произнёс он, — я не хочу, чтобы ты делала что-то только потому, что тебе кажется, будто так должно быть. Не нужно торопиться. Ты ничего мне не должна.
Я невольно улыбнулась.
— А ты всегда такой правильный?
— Нет. Иногда я бываю ужасным человеком.
— Вот как?
— Уверен, если ты вспомнишь наши прошлые жизни, найдёшь немало доказательств.
Я рассмеялась и сама потянулась к нему. Наши губы встретились в осторожном, почти робком поцелуе. Но в нём было столько нежности, что у меня защемило сердце. Я не пыталась объяснить себе происходящее. Не искала причин, не анализировала свои ощущения. Просто позволила себе побыть в этом мгновении. Когда мы отстранились друг от друга, Иван коснулся губами моего виска.
— Спасибо, — прошептал он.
И не дожидаясь моего вопроса продолжил:
— Я безмерно благодарен тебе за этот поцелуй, за этот удивительный вечер, что ты мне подарила, за твоё терпение и доверие. Я сейчас чувствую себя самым счастливым человеком на Земле, потому что моя любовь рядом со мной.
Продолжение здесь: http://proza.ru/2026/10/31/2036