Бесконечное заседание

"В конечном итоге, люди всегда решают
свои личные проблемы, что бы они ни говорили…"
(автор теоремы о веротерпимости)

Начальник научно-исследовательского отдела греховедения и вероотступничества собрал подчиненных, для оглашения полученной из президиума телеграммы. Телеграмма была неприятной и Начальник никак не мог подобрать нужные для вступления слова.

Все собрались. Маститые ученые и молодые исследователи. Сила интеллекта, направленная на решение насущных проблем человечества. Нужно было начинать.
- Уважаемые коллеги, - стандартно начал Начальник и, подпав под влияние какой-то устойчивой ментальной структуры, продолжил, - я собрал вас для того, чтобы сообщить, - Начальник заколебался было, подыскивая нужные слова, но власть структуры оказалась сильней, - одно пренеприятное известие.
- К нам едет ревизор! – хихикнул Аспирант и осёкся под строгим взглядом Начальника.
- К нам, с инспекционной проверкой прибывает, - Начальник назидательно посмотрел на Аспиранта, - член Ученого совета Института Перспективных Исследований.

Лёгкая грусть тронула лица научных сотрудников. Каждый почувствовал тоску расставания с любимым делом и коллективом. Подобные проверки случались и раньше, и заканчивались без жертв, но известие это, всё равно, оставалось пренеприятным.
- Нам нужно подготовиться, - продолжал Начальник, - показать результаты исследований, представить планы на будущее, как обычно. Вот времени у нас маловато, потому что прибывает он завтра. Так что, я предлагаю приступить немедленно.

В глазах сотрудников отразилось большее или меньшее неприятие этой идеи в зависимости от того, кто что запланировал на послеобеденное время.
- Мне, по-видимому, придётся обрисовать состояние и перспективы греховедения в системе человековедческих наук. Хотелось бы выслушать мнения руководителей секторов на этот счет. Давайте начнём, э-э-э…Иван Иваныч, как вы? Приступайте, пожалуйста.

Заведующий сектором смертных грехов, профессор Иван Иваныч Кладбищенский, даже бровью не повёл. Так он демонстрировал собственную высокую значимость, не сопоставимую, по его мнению, с уровнем остальных присутствующих, включая самого Начальника. Иван Иваныч был единственным профессором в отделе и это казалось ему достаточным основанием, чтобы не спешить подчиняться чьим бы то ни было приказам. В общем, он вёл себя как кот, который, конечно же, явится по вашему зову, но не быстро, чтобы не возникала иллюзия будто он подчинился.
Разумеется, все уже привыкли к этим его ритуальным "пляскам". Иван Иваныч некоторое время озабоченно перекладывал какие-то листочки, внимательно вглядываясь в них, затем, наконец, поднял голову, снял очки и строго оглядел присутствующих.

- Не знаю, какие перспективы имел ввиду уважаемый начальник отдела, - Иван Иваныч выдержал значительную паузу, - я бы поостерегся…
- Иван Иваныч, голубчик, - Начальник собрал всю волю в кулак, - мы все знаем о ваших многочисленных и плодотворных достижениях… Пожалуйста, продолжайте.
- Я бы поостерёгся, - с нажимом повторил Иван Иваныч, проглатывая эту немудрёную лесть, - говорить о перспективах, ибо они плачевны. – Снова многозначительная пауза, - мир катится в тартарары! Да! В руководимом мною секторе уже давно выявлены тревожные симптомы несоответствия потенцила зла в мире и совокупного средневзвешенного количества грехов человечества.
- Но, Иван Иваныч, - обиженно возразил ему заведующий сектором статистического анализа грехопадения Гена Люциферов, - вы вероятно пользовались устаревшими методиками подсчёта эффективного потенциала зла! Дело в том, что мы…
- Па-а-звольте, - перебил его Иван Ивыныч, - кому нужны ваши методики? А? Вы что не видите, что количество зла в мире уже давно превысило совокупный поток совершаемых грехов?
- Коллеги, - вмешался Начальник, - давайте всё-таки говорить об установленных результатах, а не дискутировать по сути используемых методов научного исследования. Итак, Иван Иваныч, вы значит установили, что вопреки теореме Фанербуха злобный потенциал мира не пропорционален интенсивности совокупного потока грехов?
- Именно! – воскликнул раздражённо профессор, завидуя способности Начальника ясно и кратко формулировать мысли. - Теорема Фанербуха была справедлива раньше, когда не было всего этого, – он неопределённо обвел руками пространство.
Все поняли, что имелся ввиду научно-технический прогресс, с которым Кладбищенский вёл неравный бой, проигрывая битву за битвой. Научно-технический прогресс издевался над пожилым профессором разнообразнейшими способами. Последнее время ему особенно доставалось от своего же компьютера, который изводил Иван Иваныча постоянными напоминаниями о неправильных действиях и нагло переспрашивал уверен ли пользователь, что хочет сделать очередную глупость.

- Раньше ведь что? – продолжал докладчик, - что мог сделать человек раньше? Какие грехи он мог совершить? Да только те, что перечислены в списке! А теперь? О, его возможности значи-и-тельно расширились. Да! Человек теперь может убить не одного человека за один прием, а сотни и даже тысячи! Он может через интернет обокрасть тысячи людей, он может через ту же сеть прелюбодействовать с сотнями женщин…
- И мужчин! - вставила вдруг сотрудница сектора статанализа Леночка. Профессор запнулся на полуслове и уставился на неё в недоумении. На мгновение воцарилась тишина.
- Да! – горячо поддержал он Леночку, - Вот ещё грех! К чему его приписать?
- К скотоложеству… - процедила Леночка, чем опять повергла Иван Иваныча в короткий шок.

Леночка пришла в отдел лет десять назад прямо из института. С тех пор она успела выйти замуж, родить двоих детей и, недавно, развестись. Бывший Леночкин муж, работающий в области информационных технологий, оставил её, когда, ко всеобщему изумлению, изменил "ориентацию" и связался с юношей. Изумилась, правда, лишь мужская половина института, поскольку Леночка была писаной красавицей и трудно было представить, что от этой прелести можно добровольно отказаться в пользу прелести куда как сомнительной. Несмотря ни на что она, по-прежнему, оставалась привлекательной молодой женщиной и никому в голову не приходило называть её труднопроизносимым именем Елена Рудольфовна.

Последняя её реплика вызвала понимающие улыбки у присутствующих.
- И всё из-за телекоммуникаций, - печальным тоном сострил Аспирант, стараясь одной стрелой зацепить и Кладбищенского и Леночку.
Начальник перехватил инициативу на мгновение раньше, чем уязвленные персоны успели отреагировать:
- Иван Иваныч, сформулируйте пожалуйста основной вывод вашего исследования.
Профессор некоторое время пыхтел возмущённо и, наконец, заявил:
- Мы полагаем, что в сложившихся условиях, необходимо существенно расширить список смертных грехов, - при этом он осуждающе глянул на Аспиранта. - Так, можно будет и теорему Фанербуха спасти.
Кладбищенский водрузил на нос очки и погрузился в свои бумаги, показывая, что обсуждать тут больше нечего. Тема исчерпана.
- Вы хотите сказать, что это приведет к искусственному увеличению интенсивности совокупного потока грехов и его лучшей корреляции со злобным потенциалом мира? – уточнил Начальник, но профессор даже не поднял головы, - Ну что ж, ваша точка зрения ясна. Спасибо. Теперь ты, Гена, изложи пожалуйста свои соображения.

Начальник называл Гену на ты, поскольку они были одногодками и даже учились вместе в университете: он – на историческом, а Гена – на математическом. Начальник сразу после окончания попал в отдел, а Гена несколько лет потратил на то, чтобы убедиться, что серьёзная научная работа, если и сочетается с развесёлым образом жизни, то только у избранных, к которым, как выяснилось, Гена не принадлежал.

Гена начал с того же места, на котором его прервал Иван Иваныч:
- Дело в том, что введённые в последнее время векторные корреляционные коэффициенты, учитывающие историческую диффузию субъективных представлений о степени зла, действительно дают при подсчетах высокий злобный потенциал мира, однако эта прогрессия кажущаяся, поскольку дефрагментация…, - дальнейшая его речь была столь обильно уснащена специальной терминологией, что уследить за логикой повествования было решительно невозможно. Никто и не следил.

Леночка неодобрительно смотрела на Аспиранта. Нет, её не задевали его колкости. Просто, в глубине души, она завидовала тому, что у него всё ещё впереди, а у неё уже совсем не всё. Хотя, как знать… Вот он, смотрит на неё. Она отвела взгляд.

Аспирант смотрел на её красивую, нежную шею, вокруг которой дважды была обёрнута тоненькая золотая цепочка, причем вторая, длинная её ветвь, спускалась вниз в ложбинку между грудями, точно повторяя их рельеф, и исчезала за вырезом блузки. Всякий раз, когда Леночка поворачивала голову, цепочка приходила в движение и струилась в этой привлекательной ложбинке то вверх, то вниз. Аспирант мысленно продолжил путь цепочки туда, за вырез блузки, и волна теплоты к Леночке начала заполнять его.

- Да! И мысленное прелюбодеяние тоже следует отнести к числу смертных грехов! - выдернул его из сладких грёз резкий голос Кладбищенского, спорящего с Геной.
Он перевел взгляд на Иван Иваныча и стал бесстрастно разглядывать его, пытаясь сопоставить видимое с тем, что услышал на днях от своего приятеля, сисадмина института. Почтенный профессор, оказывается, являлся лидером института по времени проведённому на порносайтах.

Тем временем Кладбищенский и Гена, как обычно, уже вступили в полемический клинч.
- Да поймите же вы! – умолял Гена, - если людей не будет, то не будет и грехов, кому ж их совершать?! Не станет и зла… Не будете же вы, в самом деле, считать злом то, что волк поедает овцу?! Так что, в этом приближении теорема верна: нулевой поток грехов даёт нулевой злобный потенциал!
- Не-е-е-т, - мотал головой профессор, - ты забываешь о том, что источником зла является не человек, он является его проводником. Зло же изначально присутствовало в мире, поэтому в расчётах следует учитывать постоянную составляющую зла – нулевой член, а ты его выбрасываешь из уравнений…
- И правильно! Этот опущенный член пренебрежимо мал, кому он нужен!?

Двусмысленность последней фразы Гены дошла до остальных, когда Аспирант чуть не рухнул со стула от смеха. Минуты полторы восстановить порядок не удавалось. Наконец, Начальник сумел вернуть внимание коллег к теме собрания.

- Друзья мои, мне бы не хотелось, чтобы завтра происходило нечто подобное в присутствии гостя. Пожалуйста, держите себя в руках. Итак я подведу промежуточный итог и двинемся дальше. Мне думается нужно согласиться с Иван Иванычем о необходимости учёта изначального зла в текущем значении злобного потенциала мира. Да – да, Гена, не спорь! Другое дело, что происхождение изначального греха не совсем ясно.
Однако, учёт этого изначального зла приводит к тому, что злобный потенциал становится непропорционально высоким, по сравнению с интенсивностью потока грехов, совершаемых всеми людьми совокупно. Чтобы восстановить равновесие профессор Кладбищенский предлагает расширить список смертных грехов, что приведет к увеличению удельного веса некоторых грехов, не считавшихся прежде смертными. Это и даст искуственную прибавку к потоку грехов и уравняет его со злобным потенциалом в полном соответствии с теоремой Фанербуха. Кто-нибудь, что-нибудь добавит?

Взяла слово Леночка. Ей было неловко за то, что её шеф, Гена, так неудачно представил работу сектора и, как следствие, её работу. Тень этой неудачи падала и на саму Леночку, на её самолюбие. Поскольку Леночка во всех своих делах участвовала вся целиком, всем своим чувственным арсеналом, она не могла допустить, чтобы возникли сомнения в её искренности. Она была честна, не экономила себя и свои чувства при выполнении работы, она делала всё добросовестно. А добросовестность у неё отождествлялась с успешным результатом. Иными словами, она была из тех людей, которым иногда случалось мастерить квадратное колесо, вкладывая в это всю душу и умение, и недоумевать потом, почему никто не хочет на нём ездить.

- То, что вы предлагаете является формальным решением проблемы, как будто мы говорим о бездушных машинах, а не о людях. Нельзя же, в самом деле, изменять произвольно удельный вес грехов лишь бы была верна теорема. А если человек не чувствует, что он совершает грех? Если он, наоборот, верит, что поступает правильно? Когда мы рассматриваем эволюцию грехопадения отдельного человека, мы же учитываем степень его веры. А эта степень никогда не бывает нулевой! Вы же сами это установили! – Леночка немного волновалась и потому последняя фраза, обращенная к Начальнику, прозвучала как лёгкий упрёк.

Леночке нравился Начальник. Теперь, когда она стала свободной, она разрешила себе думать о нём, но никак не решалась полностью отдаться воле своих чувств. Он был женат. А Леночка ничего не делала наполовину. В общем, ей было отчего чувствовать то самое несоответствие злобного потенциа с её личным потоком грехов. Поток этот был практически нулевым, а вот мир был злым. Леночка была недовольна своей судьбой.

- Да, Леночка, вы правы, конечно. Безверия не может быть в принципе. Источником веры является воображение. А воображение это способ существования сознания. Если есть сознание, то есть воображение, а значит есть и вера.
- Не забывайте, - подал голос профессор, - что воображение и является каналом, через который в мир поступает изначальное зло.
"Ещё бы, - подумал Аспирант, - уж он-то знает о чём говорит, натренировав воображение в интернете".
- В том-то и проблема: один и тот же феномен – воображение – является и источником возвыщающей веры и средством доставки зла в мир.
После этих слов Начальник вдруг задумался и было видно, что весь он во власти своего воображения. Чего стало в мире больше, веры или зла, каждый решил самостоятельно.
Пауза затянулась.

- Но без воображения невозможно почувствовать сострадание, - решилась прервать молчание Леночка, - нужно же мысленно поставить себя на место страдающего и почувствовать его боль как свою. А если нет сострадания, то нет побудительных мотивов делать кому-либо добро.
- Это элементарно, Леночка, - снисходительно сказал Иван Иваныч. - Потому и невозможно индивидуальное спасение, что человек одной рукой делает добро, а другой – в то же время - зло. Спасение может быть получено лишь как дар, но не может быть заработано собственными усилиями.

Разочарованный вздох Леночки вернул Начальника в реальность:
- Так вот, если представить индивидуальную веру в виде вектора, то все люди со своими векторами образуют векторное поле, и равнодействующая  этого поля должна как-то учитываться в соотношении между злобным потенциалом и плотностью потока совокупного греха. Учитывать нужно три величины, а не две. Похоже, теоремой Фанербуха придётся пожертвовать. Примерно так я вижу перспективы наших дальнейших исследований…

Тут зазвонил телефон. Начальник поднял трубку, ответил на приветствие, а через десять секунд попрощался и положил трубку.
- Это звонили из президиума. Произошла ошибка: к нам не направляют инспектора из Института Перспективных Исследований, наоборот, кто-то из нас должен отправиться в этот институт для участия в инспекционной проверке. – Начальник улыбнулся, - все свободны. Спасибо.


Рецензии
На это произведение написано 8 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.