Эротический рассказ Зеркало

               
То что случилось со мной прошлым летом полностью перевернуло мою жизнь с ног на голову.

Меня зовут Джон. Мне недавно исполнилось 14 лет. Как и каждое лето до этого, я поехал на каникулы в деревню. Возраст у меня такой, что девочки, девушки, и женщины – это единственное, что занимает сейчас мою голову. Но показывать это не просто не принято – скорее аморально. Приходится скрывать свои желания. Единственное что остаётся – это фантазия. Сколько уже самых разных женщин в моих мыслях не раздевались передо мной. Сколько женщин, в мыслях, не давали мне их потрогать. Но в жизни, я видел голых женщин только на картинках. После такого просмотра мне всегда хочется мастурбировать Правда в прошлом году, мне однажды удалось подсмотреть, как моя кузина писала в туалете. После этого я почти месяц дрочил свой писюнчик представляя голую попу кузины. Её зовут Сью, она как и я каждое лето приезжает на лето в деревню, к бабушке, дедушке и дяде. Она на год старше меня. Сью очень целомудренная, и поговорить с ней на разные волнующие меня темы не удаётся. Хотя в общем, она весёлая и симпатичная девушка. Наши совместные игры ограничиваются купанием в речке, бадминтоном, шашками, картами, прятками и разными другими безобидными занятиями.
Это лето ничем не отличалось от всех предыдущих. Мы купались, загорали. Я отметил, что кузина немного округлилась в бёдрах, и у неё подросли груди. Я пытался несколько раз подсмотреть как она переодевается, но она это делала в стороне от замочной скважины. Слышал только шуршание одежды, но и это я считал удачей.
Комнаты в доме, не запирались. Только спальня дяди Билла была табу. Он сказал, что у него в помещении полно различных хрупких дорогих вещей, и он категорически запрещает заходить в его комнату.
Спальня дяди находится в торце длинного коридора. Рядом с его комнатой расположена кладовка.
Бабушка часто посылает нас в кладовку за разными продуктами. Обычно она открыта, но изредка бабушка зачем-то запирает её, как она говорит по привычке. Когда-то у них жил вороватый кот, который умел открывать двери. Кота уже нет, а привычка осталась.
Иногда бабушка варит на обед манную кашу. Мы с кузиной её терпеть ненавидим, но дедушка и дядя от неё без ума.
- Не буду же я вам персонально готовить - отвечает на наши кривые лица при виде этого блюда бабушка – ешьте то, что дают, переборчивые какие, - продолжает она ворчать ещё некоторое время после этого. И нам приходится её есть, чтобы бабулю не обидеть, или на время обеда улепётывать на речку, в лес, или в гости.
Это случилось как раз в день когда к обеду подавали манную кашу…
- Дети! – позвала бабушка, - Кушать.
Мы уже готовы были выскочить с сестрой на улицу в сторону леса, но бабушка шла нам навстречу, чтобы с ней разминуться, нам нужно было свернуть в коридор с кладовкой, спрятаться в ней, пока бабушка пройдёт, а затем незаметно покинуть дом. Всё казалось просто, и даже забавно. Мы метнулись по коридору к кладовке. Я дёрнул ручку, дверь была заперта. Оглянувшись, как затравленные кролики, мы оба ощутили в горле противный вкус манной каши. Я скорее для видимости дёрнул ручку дядиной комнаты. Дверь чуть скрипнула и распахнулась. Мы переглянулись, и как соучастники преступления шагнули на запретную территорию. Стоя возле двери мы приникли к ней ушами, ожидая когда бабушка пройдёт дальше в дом и мы сможем покинуть свою схованку. Прошаркали бабушкины тапочки и мы уже собирались вырваться на свободу. Но тут произошло непредвиденное. В начале коридора раздались ещё чьи-то шаги, и развенчивая таинственность прозвучал зычный голос дяди:
- Ма, мне не насыпай, я должен успеть собраться до приезда экипажа.
- Чего, утром нельзя было сказать? Кому я готовила? Дети убежали, ты не будешь, дед где-то ходит. – раздался недовольный голос бабушки.
Ситуация была аховая. Зная нрав дяди, дети готовились к худшему. Дядя был временами жесток. Он терпеть не мог, когда его просто не слушались, а тут был категорический приказ. Мы обвели комнату внимательным взглядом и остановились на огромном старинном шкафу с местами потемневшим старым зеркалом на центральной двери. Я открыл дверь и не долго думая залез в него. Шкаф был огромный, глубокий, но узковатый. Вдвоём можно было поместиться только паравозиком. Сью оглянувшись на дверь последовала за мной. Вот так один неверный шаг порой увлекает нас на дно пропасти…
Закрыв за собой дверь шкафа мы затаили дыхание.
И тут я увидел то, от чего у меня привстали волосы на голове. Старое зеркало было прозрачным. Его ни кто таким не делал. Просто от старости, зеркальный слой выцвел и, хоть и слабо, но пропускал свет…
Мы сидели так: я, упираясь спиной на заднюю стенку шкафа с раздвинутыми коленками, между которыми, опершись на меня сидела Сью. Я чувствовал, как кузину бьёт мелкая дрожь. Но отступать было поздно. Вот так манная каша заводила нас всё дальше и дальше в неизвестность.
В комнату вошел дядя. Прикрыв за собой дверь он вставил в замочную скважину ключ и повернул его. Похоже сидеть нам тут придётся не минуту… Но даже в этой ужасной ситуации мне пришло в голову сравнить проникновение ключа в замочную скважину с кое-чем более чувственным.
Дядя присел за стол, спиной к нам, достал с полки какую-то книжку и стал её листать. Сперва я не заметил ничего странного, но постепенно я начинал понимать, что в позе дяди что-то не так. И тут до меня дошло, его правая рука была не на столе, а внизу и похоже между ног. Я посмотрел на Сью, видит ли это она. Постепенно стало хорошо заметно, что локоть дяди делает медленные поступательные движения. Он явно гладил свою письку. Я почувствовал, что мой инструмент, невзирая на ситуацию, тоже стал реагировать на близость женщины. Знает ли Сью, чем занимается дядя? Чувствует ли, что что-то упёрлось ей в спину?
Моя рука легла на её коленку. Сью никак не отреагировала. Она похоже боялась пошевелиться, чтобы не выдать нас.
И тут дядя встал. Из его расстегнутой ширинки колом торчал внушительных размеров член. Он держал его в руке время от времени подрачивая. В левой руке он держал книжку.
Если он узнает, что мы видели его в таком положении, он нас убьёт, подумал я. Дядя пошел прямо на нас. Он подошёл к зеркалу, левой рукой прислонился к шкафу, прижав ею развёрнутую книгу. Глядя на что-то в ней, он стал медленно с упоением ласкать свой член. То обнажая, то снова пряча головку, он время от времени тряс член ударяя головкой о живот. Член Билла выглядел внушительно. Несколько вен тянулись вдоль всего ствола натянутой кожи явно выступая и цветом и объёмом. Головка, когда она обнажалась, напоминала огромную сливу, гладкая блестящая кожа, мокрая от смазки и немного сочащаяся из отверстия жидкость завораживала. Мошонка подтянулась, и яички вплотную подобрались к стволу. Во время движений кулака он постоянно бился о них. Дыхание дяди участилось, глаза начало заволакивать поволокой, движение руки ускорились. Иногда изо рта вырывались нечленораздельные стоны.
Я посмотрел на кузину. Она во все глаза смотрела на дядю. Дрожь её прекратилась. Юбка, которая до этого хоть чуть-чуть прикрывала её бёдра съехала вниз и стали хорошо видны белые трусики на которых проступала влажная полоса…
Моя рука коснулась внутренней стороны бедра Сью. Она осуждающе посмотрела на меня. Но я уже не мог остановиться.
Как не мог, похоже, остановиться и дядя. Он с упоением дрочил себя.
Я начал потихоньку гладить ножку кузины. Она попробовала свести ноги, но вдруг расслабилась, и развела их даже шире чем они были до этого. Опускаясь всё ниже я как бы случайно задел трусики. Затем ещё раз. И наконец положил руку на влажное место. Сестра беззвучно простонала. Мой пальчик стал гладить трусики. Я тёр их и чувствовал, что они мокреют всё сильнее. Мне даже казалось, что Сью подаётся на встречу движениям моего пальца. И тут я ощутил на своей руке руку кузины. Я прекратил движения. Я понимал, что сопротивляться она не будет, любой шум выдаст нас с головой, но применять силу не хотел. Однако сестра сделала нечто такое, от чего я спустил не прикасаясь к своему члену, она начала засовывать мою руку к себе в трусы. Мой палец провалился в мокрое царство невообразимого блаженства. Я ласкал киску Сью и трепетал от невообразимого наслаждения. Кузина откинула голову назад и прикусив губы беззвучно постанывала. Вдруг она напряглась. Я думал, что её что-то не нравится и приостановился, но она рукой заставила меня продолжать и вдруг немного выгнулась и укусила себя за руку, наверное, чтобы не закричать. В этот момент она расслабилась, а на зеркало с другой стороны брызнула тугая струя дядиной спермы… Дядя несколько раз простонал и расслабился. Спускал он долго и с наслаждением.
Наконец кто-то окликнул его:
- Мистер Билл! За вами экипаж! – послышалось с улицы.
Дядя засуетился. Нашёл тряпку и вытер зеркало. Обтёр ею свой обмякший член. Засунув писюн в трусы привёл в порядок ширинку. Застегнул рубашку, заправив её в брюки. Посмотрев в зеркало оценивающим взглядом улыбнулся, видно остался доволен своим внешним видом. Взял приготовленный заранее саквояж и собрался выходить. Вдруг он оглянулся, потрогал свою голову, видно проверял надел ли он шляпу. Шляпы нигде не было. И он направился к шкафу. Наше напряжение который раз за последние несколько минут достигло апогея, стук сердца передавался стенкам шкафа, и он, нам казалось, дрожал от этого. Неужели сейчас наступит развязка? Вдруг Билл остановился и крикнул:
- Ма! Вы не видали моей шляпы!?
- Да вот она, в коридоре, на вешалке.
Дядя развернулся не дойдя до двери шкафа нескольких сантиметров, направился к входной двери. Отомкнул замок, вышел и вновь ЗАКРЫЛ ДВЕРЬ НА ЗАМОК.
Мы одновременно выдохнули не осознавая до конца, что выбраться из запертой комнаты, находящейся на втором этаже будет не так просто. Ничего ещё не закончилось. Мы не торопились покидать шкаф ещё и потому, что не знали, как будем теперь смотреть в глаза друг другу. Я стеснялся мокрого пятна у себя на штанах. Также стеснялся увидеть мокрое пятно на спине у кузины. Сью закрыла глаза. Мы перешли запретную черту и теперь должны были понять что за ней…

За ней, за этой чертой, была общая тайна. Тайна которая делала нас соучастниками. Пусть не преступления, но чего-то запретного – это точно. Мы видели то, чего видеть не имели права, мы делали то, о чём нельзя никому рассказывать. Или по другому – мы настолько близко подошли друг к другу, что стали чем-то единым.
Если кто-то узнает про то, чем мы занимались, на нас на всю оставшуюся жизнь повиснет клеймо… Семья, в которой про секс не говорили вслух, не смогла бы перенести такого унижения своих моральных устоев. Мы понимали, что стали бы изгоями, в случае разглашения нашей тайны.
- Ты как? - шёпотом спросил я.
Сью промолчала. Похоже она обдумывала сложившееся положение, решала, как следует вести себя дальше. Её ножки всё ещё были раздвинуты, моя рука, всё ещё была у неё в трусах. Нам проще было оставаться как есть, чем начав двигаться, меняя своё положение, признать случившееся не фантазией, а чем то реальным.
- Сью, - шёпотом, сделал я ещё одну попытку пойти на контакт.
Сью открыла глаза. Повернула свою прелестную головку и посмотрела на меня:
- Джонни, ты когда ни будь уже делал ЭТО? – на ЭТО она сделала ударение.
Я не понял, о чём хочет спросить сестра. Имела ли она в виду то, что делал дядя? Спрашивала ли она про то, трогал ли я до неё женщину? Или в общем имела ввиду секс?
- У тебя такая же писька как у дяди? – немного стесняясь спросила она опять, не дождавшись моего ответа, на свой первый вопрос. – Чем это он выстрелил в конце? – она густо покраснела и задала ещё один вопрос, - Можно посмотреть на твою… писю?
Я не ожидал такого поворота событий. От её слов мой член, только что разрядившийся от трения о спину кузины начал вновь подниматься.
С улицы донесся стук колёс удаляющегося экипажа.
Сидеть в шкафу больше не имело смысла. Мне одновременно хотелось показать кузине свой член и в то же время не хотелось убирать свою руку из её трусиков.
- Сейчас Сью, подождём ещё немного, - чуть сипловатым, от пересохшего горла, голосом сказал я.
Мой член вновь упёрся в спину кузины и я понял, что сестра почувствовала его. Она подалась чуть назад прижав его к моему животу. Мой пальчик еле-еле двигался, как бы подрагивая в мокром лоне Сью.
Сестра заговорила.
- Знаешь Джонни, этой зимой со мной произошла невероятная история. Как-то ночью я проснулась, чтобы сходить по маленькому. Но проходя мимо спальни родителей я услышала мамины стоны. Сперва мне показалось, что маме плохо. Я ринулась к двери, но подойдя вплотную услышала какой-то чавкающий звук. Мне стало страшно. Я наклонилась к замочной скважине, в ней торчал ключ, дверь была заперта изнутри. Я легла на пол, и посмотрела в просвет между дверью и полом. Я увидела часть чьих-то голых подошв. Это ещё больше удивило и сковало меня. Преодолев испуг и внутреннюю дрожь, почти точь-в-точь похожую на ту, что случилась со мной, когда я недавно залезала в шкаф, я приняла решение. Над всеми дверями у нас в доме есть небольшое окошко. найдя в коридоре стул и пододвинув его к двери, я встала на него, зацепилась за карниз двери, встала на пальчики, но всё равно не могла дотянуться до окошка, не хватало сантиметров пятнадцати. Мама продолжала стонать. Я соскочила вниз и взяла из книжного шкафа два тома Брокгауза и Эфрона. Уж эти знания должны приблизить меня к разгадке. Действительно. Этих книг хватила, чтобы видеть всё, что происходило в комнате… Мама лежала поперёк кровати с закрытыми глазами и громко стонала, её ноги были разведены в стороны и между ними находилась папина голова. Папа стоял коленями на полу, спиной ко мне. Его голова двигалась, как будто он что-то лизал языком. При каждом движении папиной головы мама издавала очередной стон. Я не знаю почему, но от всего этого, у меня появилась какая-то тяжесть внизу живота, затвердели соски, и между ног стало жарко. Поняв, что с мамой всё в порядке, мне нужно было уходить, но, что-то удерживало меня на месте. Мне хотелось проверить рукой, отчего между ног стало так горячо, но и этого я сделать не могла. Двух книг хватило только на то, чтобы я держась двумя руками за карниз двери на пальчиках ног поднялась на уровень хорошей видимости. Можно было бы спуститься, взять ещё книг, но я боялась: во-первых: того, что пока я буду ходить всё закончиться, и во-вторых: что мама откроет глаза и увидит меня раньше, чем я увижу, что она это делает. Я продолжала смотреть с застывшими от ужаса и неведомой до этого искры в глазах на происходящее. Мои руки устали, ноги подкашивались, низ живота ныл, а пися горела. Это длилось, наверное, не очень долго, но для меня это продолжалось вечность. И вдруг папа начал вставать. Не помня себя от ужаса, я подумала, что он сейчас выйдет в коридор. Быстро спрыгнув на пол, я схватила книги и по дороге поставила их на место. Только в своей комнате я поняла, что так и не сходила в туалет. Преодолевая напряжение, я вновь вышла в коридор. Всё было тихо. Подойдя к стулу, я поборолась с искушением, ещё раз заглянуть в окошко. Но первый порыв прошёл и я аккуратно поставила стул на то место где он стоял до того, как я его потревожила. Единственное, на что я ещё решилась, это приложить ухо к двери. За дверями слышалась какая-то возня, но что она может означать я не знала. Я ещё раз наклонилась к замочной скважине, но ключ всё ещё был в ней. Постояв ещё немного у двери я поняла, что так хочу писать, что могу уписаться прямо тут под дверью, если не схожу в туалет. Я побежала в клозет. Сев на унитаз я услышала как струя мочи с рёвом вырвалась из моего лона доставляя мне непередаваемые до этого ощущения.
Вернувшись в комнату я легла на кровать и, как потом узнала - подрочила себя. Я дрочила долго и с неистовством пытаясь унять появлявшийся в разных складках моей писи зуд, сопровождаемый невообразимым наслаждением разливавшимся по всему телу. Я тёрла себя, оттягивала разные части, нежно гладила, теребила и снова тёрла. Тяжесть внизу живота не проходила. Когда вдруг я наткнулась на маленький кусочек моего тела, который отозвался на ласку совсем не так как остальные. Дрожь пронеслась по мне когда я коснулась его. Я коснулась его ещё раз и из меня помимо моей воли вырвался стон наслаждения. Я нежно надавила на него пальчиком и стала втирать в себя. Я стонала всё время пока дрочила этот бугорок страсти, как вдруг мышцы живота начали напрягаться, тяжесть сдвигалась ближе к лону я непроизвольно выгнулась навстречу пальцу и яркая вспышка наслаждения заполнила моё сознание. Как я потом узнала – это называется оргазм. Участившееся дыхание постепенно успокоилось, я лежала на кровати опустошенная с чувством непонятно откуда взявшейся вины. Мама рассказывала мне про менструации, про то, что это нужно, чтобы у меня были дети. Но всё остальное было табу. Может это и правильно, проявлять детям интерес к тому, что ещё по природе не интересует малышей, может только развить в них порочные наклонности?
В продолжение рассказа я чуть не кончил два раза. Я был на грани сексуального помешательства, но всё же проговорил.
- Сью, мы заложники обстоятельств. Мы не хотели делать то, что произошло, но оно уже случилось. Мы не сможем прокрутить киноленту назад.
Немного отстранил кузину от себя, я расстегнул ширинку и достал на волю свою палочку:
- Можешь посмотреть… и потрогать…
Сью повернулась лицом к брату. Мой член был явно меньше дядиного, и если по длине он проигрывал чуть-чуть, то по толщине уступал значительно. Твёрдая палочка произвела на Сью ошеломляющее впечатление. До того, как дядя повернулся к нам, когда мы сидели в шкафу, она вообще не видела мужских органов. Желание вновь овладело кузиной. Дрожащими пальцами она коснулась члена. Член немного дернулся, ещё сильнее поднявшись вверх, что казалось уже невозможным. От неожиданности Сью отдёрнула руку. Прикосновение сестры вызвало у меня новые, неведомые до этого ощущения, я непроизвольно сделал движение тазом вперёд. Сью приняла это за одобрение и приглашение к игре. Она обхватила ствол нежной женской ручкой и сильно потянула кожицу вниз. Если бы я не кончил несколько минут назад, то наверняка не выдержал бы этого прикосновения и спустил тут же. Сью потянул кожицу ещё ниже и я закусил от боли губу, глаза увлажнились, но стерпел.
- Не надо так сильно натягивать, - хриплым голосом попросил я.
Сестра кивнула головой.
Затем она второй рукой взяла в кулачок мои яички и поиграла ими. Из дырочки на головке показалась капля жидкости. Сью повела кулачок вверх, закрыв головку кожицей и вновь опустила вниз. Теперь вся головка увлажнилась и стала блестеть как покрытая лаком. Новая капля смазки появилась из дырочки. Кузина вновь проделала ту же процедуру.
От наслаждения я закрыл глаза, я был на седьмом небе. Сью посмотрела мне в лицо и сделала несколько подряд фрикфий. Моё лицо подёрнулось гримасой наслаждения. Она поиграла яичками, погладила внутреннюю поверхность бёдер, коснулась пальчиком дырочки на головке. Кузина как настоящий учёный исследовала меня. Когда она поняла, что уже сама не в состоянии сдерживаться, то открыла дверцу шкафа и выползла в комнату.
Не понимая что произошло я открыл глаза, и начал покидать шкаф вслед за кузиной.

Изменится ли, что либо, когда брат и сестра окажутся за пределами шкафа? Шкаф желаний и фантазий каждого человека настолько огромен, что иногда и покидая его человек не в состоянии покинуть шкаф и тогда зеркало, что разделяло две страны, виртуальную и реальную вдруг меняет своё отражение, и шкафом уже является не шкаф, а жизнь, а жизнью – шкаф… Хорошо это или плохо? Тяжёлый вопрос, но единственно, что я знаю, он не должен мешать жизням других людей… И это ещё тяжелей…


Покинув шкаф, кузина первым делом, достала с полки книжку, которую рассматривал дядя.
На обложке значилось: «История древнего автора в картинках». Она перевернула форзац и прочла: Апулей, «Золотой осёл или метаморфозы»
Сью открыла книгу наугад:
На весь разворот был нарисован осёл, член которого ублажала языком женщина, не забывая при этом ласкать и себя. Рисунок был на столько реалистичным и казался живым, что Сью, до этого не считавшая статичные картинки эротичными, а органы животных способными возбуждать, почувствовала как её лоно увлажнилось ещё сильнее. Она прочла подписи под картинками, возбудилась ещё больше и перевернула страницу.
В этот момент она почувствовала, что с неё снимают трусики. Повернув голову назад она только сказала:
- Джонни, мне нельзя, я девушка, и хочу ею остаться для мужа.
В ответ я ласково провёл рукой по спине кузины. Затем погладил живот, наконец добрался до грудок.
Трусы которые были уже ниже колен сестры я снял ногой.
Правой рукой я продолжал ласкать груди Сью, то поглаживая их, то сжимая, то проводя ладошкой между ними. Левой рукой я наклонил кузину на стол и её голова оказалась как раз в том месте где находился ослиный член. Правая рука уже теребила соски, то оттягивая их, то покручивая, то сжимая. От этих ласк они напряглись и стали ещё более доступными для ласк. Сестра уже ничего не предпринимала, она просто подрагивала от нахлынувшего на неё удовольствия.
Вдоволь наигравшись с сосками я вспомнил рассказ Сью и начал опускаться на колени. Руками я гладил наружную часть бёдер, а языком лизал внутреннюю. Сью только хрипло стонала. Постепенно вылизывая бёдра, я подбирался всё ближе у месту закрытому юбочкой. Поднимая глаза вверх я видел как увлажнены и приоткрыты губки кузины. Первый раз в жизни я видел перед собой интимные места женщины, видел и трогал их! Мой писюн разрывался от желания. В очередной раз проведя по бедру языком, я упёрся в ягодицу. Взяв юбку двумя руками я закинул её на спину кузины. Теперь мне открылось всё. Я лизнул попу.
И тут кузина зашевелилась. Её руки потянулись вниз. Я испугался, что что-то сделал не так и она хочет опустить юбку. Но взяв каждой рукой по половинке своей задницы она развела их в стороны, немного раздвинула ножки и приоткрыла свою вторую дырочку. Я понял чего она хотела. Аккуратно лаская языком каждый сантиметр зада кузины я не забывал про её пальчики. И вот подобрался к самой дырочке. Она немного пульсировала, видно, в ожидании прикосновения и была похожа на цветок. В тот момент я не знал цветка лучше чем тот что был возле моего лица. Я коснулся сразу центральной его части. Кузина напряглась и мой язычок втянуло внутрь. Раздался явный стон Сью. Сделав несколько движений внутри, я вынул язык и теперь облизал весь кружок. Сью стонала уже вовсю. Её стоны довели меня до такого состояния, что сдерживаться я уже больше не мог. Я встал, смочил слюной свой инструмент и приставил к анусу. Сестра напряглась. Чуть-чуть надавив я ощутил как головка вошла в задницу. В таком положении я замер боясь причинить кузине боль. И тут почувствовал как зад кузины наезжает на мой член. Постепенно она поглотила его полностью. Поняв что сестра не ощущает боли я сделал несколько движений, сперва неуверенных, а затем всё более смелых. Сью выла от удовольствия, я пытался сдерживаться, но не знал на сколько меня хватит. Член с чавканьем входил и выходил из попы кузины. Яйца с размаху шлёпались по ягодицам доставляя мне дополнительное наслаждение. Мне хотелось закрыть глаза от испытываемого кайфа, но зрелище моего члена входящего и выходящего из попки Сью привлекало меня сильнее… и я смотрел как с чавканьем то покидает, то вновь направляется внутрь ануса мой стручок, такой тонкий, как будто специально сделанный для этого.
И тут раздался стук в дверь.
Я чуть не спросил: «Кто там?» Даже не знаю что удержало меня в последний момент.
- Мистер Билл!? Вы у себя? Мистер Билл! Что у Вас происходит?
Я стоял сзади кузины с членом в её попе и не в состоянии сдерживать себя потихоньку продолжал двигать им.
- Миссис Оуэн!
- Да? – ответила бабушка.
- Кто-то есть в комнате мистера Билла, я слышала голоса!
- Сейчас я спущусь.
При слове спущусь, я изверг свою сперму в попку сестре и обессиленный прилёг сверху на неё. В этом положении я заметил, что кузина времени даром не теряет, когда она бросила разводить в стороны свои ягодицы я не помню, но сейчас она, судя по напряжённому телу, была в предоргазменном состоянии. Её быстрые пальцы теребили её клитор. Так и было, сдерживая стон, она пару раз дёрнулась и обмякла.

Бабушкины шаркающие шаги уже слышались в конце коридора. Есть ли у неё ключ?
Бабушка вплотную подошла к двери. Подёргала за ручку.
- Что вы слышали Мэри?
- Какие то стоны, – проговорила служанка.
- Вам не могло показаться? Билл только уехал. Кто мог оказаться в его комнате? Да и зачем? Ценностей у сына нет.
- Я явно слышала звуки миссис.
- Вы думаете нужно ломать дверь?

Эти слова сказали мне, что ключей у неё не было. Это значит, что даже если нас и найдут в комнате, мы успеем привести себя в порядок и придумать какую-нибудь историю. Вопросы, почему мы не отзывались можно объяснить страхом…

- Я не знаю, - но я явно слышала звуки.
- Позовём деда. Пусть он аккуратно взломает дверь.

Вытащив член из попы кузины я заправился и привёл себя в порядок. Сестра тоже оделась. Тихо, стараясь не издавать звуков мы подошли к окну. Было довольно высоко, но контрфорс рядом с окном был сложен из кирпича и не заштукатурен. Можно попробовать спуститься по нему как по лестнице. Главное, чтобы нас ни кто не увидел. Это облегчалось виноградными зарослями возле окна. Не дожидаясь пока Бабушка приведёт дедушку, я первый стал на подоконник и как скалолаз перебрался на контрфорс. Затем аккуратно ступая по четверти кирпичей спустился вниз. ступив на землю я поднял голову. Следом за мной спускалась Сью. Прямо передо мной были трусики кузины. Они были полностью мокрые и источали привораживающий запах. У меня было искушение уткнуться носом в них, но поборов его я отошёл в сторону. Дождавшись пока сестра спустится, мы спрятались в кустах и удостоверившись, что никого нет, аккуратно, вдоль стены пробрались за пределы усадьбы. Оказавшись на безопасном расстоянии, в лесу, который почти вплотную подступал к дому мы первый раз за всё время нашего НОВОГО знакомства посмотрели друг другу в глаза. В них было написано, замешательство, чувство вины, бесконечное блаженство и желание его повторения. Я приблизил свои губы к губам сестры и приник к ним. Кузина закрыла глаза, обняла меня и впустила в свой рот мой язык. Поласкав языком язык сестры я почувствовал как уже кончик язычка кузины входит в меня. Моя палочка вновь стала твёрдой. Она упёрлась в живот Сью вызвав у неё лёгкий стон. Мы были ненасытными. Нас так долго мучила жажда, что припав к источнику, мы не могли оторваться от студёной воды. Мы не боялись ни простудиться, ни перепить, мы просто пока ещё не знали, что это такое – пресыщение.
Мы целовались полностью отдаваясь чувству своего желания. Постепенно мы оказались на траве. Мои руки исследовали тело кузины. Сью гладила мою спину забравшись под рубашку.
Но видно, мы были так нетерпеливы в своём желании, что не удосужились далеко отойти от усадьбы - рядом послышались голоса…
Мы замерли.
Рядом послышались голоса служанки Мэри и доярки Люси.
- Знаешь Люси, я даю голову на отсечение, что слышала в комнате мистера Билла стоны получающей наслаждение женщины. Они были такие сладострастные и громкие, что мне не могло почудиться.
- А почему ты не сказала об этом миссис Оуэн?
- Да как-то неудобно. И как выяснилось правильно сделала. Никого в комнате не оказалось. Зря только дверь ломали. Хозяйка так посмотрела на меня. Она сказала, что не знает что скажет теперь сыну. Билл запрещал даже горничной заходить к нему для прибирания, а тут в его комнате взломали дверь…
Женщины, Мэри было лет 26, а Люси лет 40 присели на землю недалеко от брата с сестрой.
- А откуда ты знаешь, как вообще стонут женщины при наслаждении? – спросила Люси.
- Сама так стонала в своё время.
- И давно?
- Уже почти год.
- Почти год у тебя не было секса? – удивилась Люси.
- С тех пор как Питер попользовался мной. а затем пропал, я не верю этим мужланам.
- А часто тебя преследуют такие звуки как сегодня?
- Да ты что, Люси!
- Не стесняйся, Мэри, я тебе скажу, по секрету, если я не кончаю, хотя бы раз в неделю, то чувствую себя больной, всё валится у меня из рук. Я готова лезть на стенку. Скажу тебе, только никому не рассказывай, раньше мне снилось как меня лапают и целуют разные мужчины и женщины, а сейчас мне снится, что у меня лижут между ног, я просыпаюсь вся мокрая ТАМ и довожу себя пальчиком. Тебя когда ни будь лизали между ножек?
- Нет. Питер был груб и прост. Поставит меня раком, поднимет платье, приспустит трусики и вдует по самые яйца. Мне было хоть и приятно немного, но только если до встречи с ним я думала об этой встрече и хоть немного но увлажнялась. А если это происходило неожиданно, то было больше больно, чем приятно. Я даже не думала, что может быть по другому.
- А пальчиком ты себя трогаешь?
Мэри покраснела.
- Чего ты стесняешься? – удивилась Люси. Это просто приятно и снимает напряжение, что в этом плохого? Я например всегда тру себе когда вспоминаю как однажды меня ласкали язычком.
- А кто?
Тут пришло время покраснеть Люси.
Это было недавно. Помнишь к нам зимой приезжала сестра моей помощницы.
- Женщина!? Я помню её, такая необычная. Ходила купаться в проруби.
- Однажды она зашла ко мне в комнату без стука. Это было как раз то утро, когда ночью мне снились разные непристойности и я дрочила себя пальцем, стараясь успокоится. Она зашла так тихо, что я не услышала этого и продолжала ласкать себя. Она подошла вплотную и положила руку мне на плечо, - В этот момент Люси положила руку на плечо Мэри, - я вздрогнула, обернулась и хотела закричать от неожиданности, но Барбара закрыла мне рот своими губами, - и Люси прижала к себе Мэри и приникла к ней губами. Затем оторвавшись продолжила рассказ, - её язык проник ко мне в рот, затем она начала языком ласкать всё моё тело. Груди, живот, бёдра, пальчики на ногах, пока наконец не добралась до самого сокровенного места. То, что я испытала тогда, мне продолжает снится до сих пор. Я, просто, взорвалась от наслаждения, - приговаривала Люси, расстегивая пуговки на кофточке Мэри.
Слушая всё это я гладил Сью между ног. Кузина лежала на спине с закрытыми глазами широко расставив ноги.
Затем я услышал как Люси начала целовать тело Мэри. То посасывая, то просто гладя тело языком. Видно Мэри нравилось, что делала с ней доярка. Было слышно, как она слегка постанывая подбадривала подругу.
Сью тоже начала постанывать, я закрыл ей рот рукой, давая ей знать, что этого делать нельзя, которую она тут же укусила. От этого я чуть не взвыл, так как укус был далеко не шуточный.
С соседней поляны стал слышен чавкающий звук, похоже Люси добралась до вагины Мэри.
Я перевернул кузину на живот, стащил с неё трусики и лёг сверху. Направив свой стручёк в анус сестры я начал с остервенением дрючить её.
Звуки сладострасных стонов с соседней поляны добавляли твёрдости моему члену. Сью закусив зубами свой рукав беззвучно стонала извиваясь подо мной, каждый раз приподнимая свою задница навстречу моему члену. В анусе сестры было скользко, тепло и узко. Рукой я начал забираться между ног сестры, но обнаружил уже там руку кузины, она получая удовольствие от члена в попе, добавляла наслаждения дроча себя пальцем. Взяв мою руку, она направила мой палец на малые половые губы, продолжая тереть свой клитор.
На соседней поляне послышалась возня, похоже женщины менялись местами.
Я пытался засунуть свой член как можно глубже в анус сестры, получая при каждом толчке невообразимое наслаждение. Кузина время от времени напрягала анус и это ещё сильнее приближало разрядку. Сделав ещё несколько качков я со всей силы вставил свою палочку в задницу кузины и начал дёргаться извергая в сестру свою сперму. Сестра, почти в унисон со мной, замерла на мгновение, затем напряглась и начала дёргаться в такт мне. Она кончала.
Женщины на соседней поляне не в пример нам продолжали свою игру.
Заправившись, мы тихо подобрались к ним, посмотреть воочию чем они занимаются.
Люси лежала спиной на траве, её руки были раскинуты в стороны, глаза закрыты, кофта и бюстгальтер расстегнуты, довольно большие груди с тёмными ореолами сосков и довольно большими напряженными, как оливки, сосками были предоставлены на обозрение. Юбка подобрана, трусы сняты, ноги согнутые в коленях разведены далеко в стороны. между ними находится голова Мэри. Мери языком лижет лоно Люси, одновременно глядя широко открытыми глазами на реакцию подруги.
Мой член опять встал и упёрся в землю. Я зашевелился убирая неудобство и тут подо мной хрустнула палочка, не моя палочка, а ветка. Звук привлёк внимание развлекающихся женщин. Мери подняла голову и наши глаза встретились. Служанка застыла на месте. Люси открыв глаза тоже нас увидела. Пробыв в ступоре несколько секунд они вскочили и стали убегать в сторону дома на ходу заправляясь.
Чувствуя неловкость от того, что так напугал женщин, я пролежал ещё несколько минут, виновато глядя на Сью. Сью только улыбалась в ответ. Мы встали и обнаружили, что лесбиянки забыли на поляне свои трусы. Подобрав их я засунул их в карман. Подойдя к кузине я обнял её и нежно поцеловал в губы. Сестра ответила мне. Однако не испытывая больше судьбу, мы решили, что нужно искать более надёжное убежище для своих занятий и подальше от дома. Хоть я ещё и не был полностью удовлетворён, я был ещё и голоден, а перебирая в уме всё, что у нас произошло с сестрой не видел что могло нам помешать повторить это завтра.
Мы посмотрели друг на друга и направились в сторону дома.
Дома мы обнаружили взбешённого дядю Билла. Он рвал и метал по поводу сломанной двери в его комнату. Бабушка уже и не знала куда деваться. Пригрозив, что если кто-нибудь хотя бы раз переступит его комнату, то он сожжёт дом, дядя немного успокоился. Бабушка оторвалась на Мэри. Ругая её последними словами. Мэри краснела, молчала и умоляюще посматривала в нашу сторону. Она то не знала, что мы не собирались рассказывать чем они занимались с Люси в лесу. Не знала она и того, что вся эта заваруха в доме происходит из-за того, что мы случайно преступили черту… А я знал, что переступить её обратно будет уже невозможно. По прошествии двадцати лет я думаю, переступил ли бы я эту черту вновь, если бы оказался на месте самого себя? Не знаю. Скорее всего нет…
А тогда мне хотелось сношаться, дрочить свой писюн, лизать, лапать груди, письки, задницы девочек и женщин, получать удовольствие…
Поужинав мы с кузиной побежали в беседку. Уходить вечером далеко от дома нам не разрешали. Трясясь от желания я прислонил сестру к балюстраде лицом к тропинке, чтобы можно было сразу увидеть идущего, приподнял юбку, приспустил её трусы, расстегнул свою ширинку и начал дрожащей рукой направлять свой член в анус сестры. Сестра тоже подрагивала от предвкушения наслаждения. Вставив писюн до половины я приостановился, переваривая нахлынувшее наслаждение, прикрыл глаза и обхватив Сью за талию начал насаживать задницу кузины на свой член натягивая её на себя. Похоже сестра также прикрыла глаза от наслаждения, ведь по другому невозможно объяснить, почему она не увидела подошедшую к беседке Мэри.
- Джонни, - сказала она.
Я дёрнулся, вогнал свою палку полностью в задницу Сью и открыл глаза.
Мэри стояла в трёх шагах от беседки и видела в темноте наши силуэты. Сью попробовала полностью выпрямиться, но член в заднице этого сделать не позволял.
- Да Мэри? – чуть хриплым голосом, стараясь взять себя в руки, проговорил я.
- Джонни, - переминаясь с ноги на ногу, повторила служанка, - вы видели как я с Люси занималась, - тут она вновь замешкалась, подыскивая слово… Возникла пауза. В темноте я видеть не мог, но мне показалось, что Мэри покраснела. Если бы она знала, что в этот момент мой член находится в заднице Сью и просто распирается от напряжения, готовый в любую минуту извергнуть потоки спермы, возможно она вела бы себя по другому, а может покраснела бы ещё больше, за меня.
- В общем, я хочу вас попросить никому не рассказывать того, что вы видели в лесу.
Я вспомнил с каким упоением Мэри вылизывая язычком лоно Люси и сделав непроизвольное движение тазом воткнул свою паку по самые яйца в зад сестре. Сестра от этого движения подалась немного вперёд и сжав пальцами перила беседки непроизвольно простонала. Мэри подняла свою прелестную головку и с интересом посмотрела на Сью. Возможно она вспомнила звуки из комнаты дяди Билла.
- Если вы никому ничего не скажете, я обещаю выполнять все ваши желания, - закончила Мэри.
При слове желания я сделал ещё одно движение тазом. В этот раз сестра сумела пересилить себя и не застонать, прикусив верхнюю губу зубами.
- Хорошо Мэри, мы ничего никому не расскажем. А ты часто занимаешься этим с Люси?
- Что вы! Это было первый раз. Я так переживаю.
- А если бы мы вас не увидели, ты тоже переживала бы?
Мэри замешкалась с ответом.
- Мне не хочется врать, я не знаю.
- А это приятно, когда тебе лижут… там, - продолжал я расспрашивать и одновременно делать лёгкие движения членом в анусе кузины.
- Мне так стыдно говорить с вами об этом, - опустила глаза Мэри, - вы ещё совсем маленькие.
- А когда ты первый раз увидела как люди занимаются такими делами?
- Женщины ласкают друг друга? Я никогда не видела этого.
- Нет, вообще, письки там.
- Мне стыдно об этот рассказывать.
- Ты же обещала, что будешь делать всё, что мы попросим.
- Но это может вас развратить.
При этих словах, я вновь вогнал свою палочку по самые яйца в задницу Сью. Кузина еле сдерживая стон прикрыла глаза и ещё сильнее сжала руками перила...

С тех пор прошло не мало лет. Я и не предполагал тогда, что на сексе сходятся далеко не все пути, хотя на всех путях можно найти его следы...


Рецензии
Весьма интересно.

Скромная Девочка   17.09.2009 09:11     Заявить о нарушении
интерес правит миром...

Зи Зи   17.09.2009 12:09   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 2 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.