Моп

 
МОП – аббревиатура Мест Общественного Пользования. Это именно те места, куда чаще всего наведывается человек, живущий в границах современной цивилизации. Конечно, если взять последние времена, то по количеству посещений с указанными местами может сравниться только Интернет. Между ними много общего. Возможно даже, именно МОПы породили этот самый Интернет, поскольку «сливать» информацию в туалетах долго, неудобно и нет нужного и масштабного простора. Прорыв назревал сам. Правда, до появления всемирной паутины, в МОПах можно было почерпнуть, как сейчас любят говорить, «совершенно эксклюзивное фуфло». Чего только не рисовали и не писали на стенах злосчастных заведений! – Уму непостижимо. И это творчество продолжается и по сей день уже параллельно со всевозможными сайтами, которым несть числа. Почему-то об этом очень мало говорится (если не сказать прямо – не говорится ничего) у авторов многочисленных монографий и эссе. Я уж не говорю про известные или малоизвестные романы, элегии, притчи и прочие «формы мыслеизъявления». Не пишут об этих местах. Может быть, считается неприличным приоткрывать двери столь популярных мест? Но тогда почему считается почти нормой подглядывать через замочные скважины в спальни героев эротических романов? Понимаю! Всё дело в эстетике. Но не забывайте, что эстетика вещь тоже условная. При соответствующей упаковке самую препротивнейшую вещь преподнесут вам так, что останется только сказать: «Ва-а-а-ах!!!
Вот возьмите ватер-клозет у немца. Это больше, чем ватер-клозет. Я заметил, что немец к этим замкнутым и, казалось бы, тоскливым местам относится совершенно не так, как относится к ним русский человек. Если в наших, даже современных, квартирах это место всегда незначительное, маленькое, второстепенное, как бы случайное, куда ходят действительно только по нужде, то у немца традиционно – это комната с обязательным окном, раковиной, душем или ванной и, конечно же, унитазом. Это комната для омовений, облегчений и раздумий над всем бренным и сущим. Эстетика тут всюду, куда ни повернись.
 Попав как-то в одну из таких комнат в одном типичном немецком доме, я чуть не заплакал от безвыходности: кругом была стерильная чистота, раковина отливала белым перламутром, а унитаз почти до краёв был наполнен хрустально-прозрачной водой. Мне показалось кощунством даже нагибаться над этим унитазом, чтобы случайно не просыпать туда перхоть с моей головы. Я с большим трудом переборол свои страхи и, уже сидя, достал с небольшой низкой полки весьма занятный журнальчик. Назывался он «Журнал посещений». В верхнем углу находился эпиграф:
 «Я писаю, следовательно существую»
 УченикСократа
 
 Я открыл первую страницу. На ней был отображён пример заполнения журнала. Перевод с немецкого:
 Имя Адрес Дата Мысли, идеи, предложения
 
Архимед Сиракузы Век III до н.э. Вода вытесняется не только телом

Ю. Цезарь Др. Рим Век I до н.э. Veni, vidi, pipi

Х. Колумб «С. Мария» Век XV Каждый раз я называю это место Ост Индией

К. Маркс Германия Век XIX Движения масс определяются перистальтикой, но более – политической ситуацией.

В. Ленин Смольный Окт. 1917 Революции рождаются не только в головах…



Далее предлагалось заполнять журнал подобным образом, отражая в нём своё видение мира, замкнутого стенами туалета, и – себя в этом мире. И я прочитал единственную надпись, сделанную привязанным к журналу карандашом:
 
Вингфрид Германия Век ХХ Ехать на мотоцикле и сидеть на горшке – занятия очень похожие.
 
Пришлось и мне взяться за карандаш и, недолго думая, я старательно вывел кириллицей:

С. Воробьев Сов. Союз Век ХХ Пожалуй, это единственное место, где можно почувствовать себя свободным.

Согласен, не шедевр, но близко к правде.
Немецкий человек рационален даже здесь. Скорее всего, он рассуждает так: часть своей жизни, а иногда и немалую, человек проводит в ватер-клозетах, туалетных и ванных комнатах. За счёт этого производительная часть его жизни заметно сокращается, и чтобы её как-то восполнить, все пришедшие в голову мысли, в том числе и гениальные, надо фиксировать в специально уготованном для этого журнале. Тем более, всем уже давно известно, что именно гениальные мысли рождаются, или во сне или в отхожем месте.
Почему бы и нам не взять с них пример?
Если же вы решитесь увековечить своё имя на стене какого-нибудь станционного МОПа, то, поверьте, оригинальным это не будет никогда. А если, того хуже, вознамеритесь оставить там некое изречение, то и подавно вам не переплюнуть одного автора, которого я увидел в одном заштатном городке среднерусской возвышенности.
На узловой железнодорожной станции этого городка стоял деревянный домик, выкрашенный в ядовито-зелёный цвет, и имеющий два отчётливых входа с литерами М и Ж. За литерой М громоздился мужчина в грязном комбинезоне и паяльной лампой по внутренней деревянной обшивке выжигал большие неуклюжие латинские буквы. Когда я туда вошёл, первое слово было уже готово: SIC. От паяльной лампы шёл жар, и сосредоточенное лицо выжигающего было покрыто крупным потом, от усердия он далеко в сторону высунул язык и, время от времени, прищуривал глаза и отводил назад голову, как художник, сличающий некий воображаемый оригинал с тем, что уже создано на полотне.
– Проходите, проходите, сын мой, – произнёс он глубоким певучим голосом, – в этом «храме» любопытству нет места. Дайте мне сотворить, что я задумал. А Вы творите своё. Что задумали.
Когда я выходил, он заканчивал последнее слово : MUNDI.. После него он выжег большой восклицательный знак.
– Впечатляет? – спросил он, погасив лампу.
Во всю стену проходила большая жирная надпись, от которой пахло жжёным деревом: SIC TRANSIT GLORIA MUNDI !
Пока я брёл к главному станционному зданию, я всё время, как молитву, повторял эти слова, и поэтому хорошо их запомнил. А приехав в Москву, зашёл к своему старому полярному другу, хирургу по профессии, и между прочим спросил его:
– Латынь не забыл ещё? Чему там в «меде» учили тебя? Давай проверим.
И повторил ему запомнившуюся мне фразу.
– Так это известное изречение, – тут же отреагировал он, – перевести его можно так: ЗДЕСЬ ПРОХОДИТ СЛАВА МИРА. А где вычитал?
– В укромном месте, на задворках Империи, в типичном помещении привокзальной уборной. Назвать её туалетом было бы слишком аристократично.
– Ты знаешь, – заключил он, – это гениально. Эти слова, если не изменяет мне память, были произнесены Александром Македонским. И вот теперь они приобрели своё место, которое более всего соответствует сказанному. Гениально!

Я вынужден был с ним согласиться. С тех пор, посещая МОПы, всегда отчётливо произношу эту фразу по латыни. Тогда я начинаю возвышаться над собой, и сознавать свою причастность к истории и ко всему человечеству. И мне почему-то становится легче.

P.S. Только не подумайте, пожалуйста, что я произношу это вслух. Люди непосвящённые могут принять отдельные слова за ругательство.


Рецензии
Прочитал я ваш рассказик. Но так и не понял, в чём его смысл.

Ну посетили вы туалет в Германии,опять же непонятно, что это был за дом и как вы туда попали. Вы сразу с интернета перескакиваете на тему туалета. Полёт мысли ну просто по Гоголю!

И почему это вы думаете, что у нас туалетов нет без ванн, окон, душа, унитаза(!?) и т.п.
Далее вы ни с того ни с сего предлагаете читателю следующее:
< Если же вы решитесь увековечить своё имя на стене какого-нибудь станционного МОПа, то, поверьте, оригинальным это не будет никогда. А если, того хуже, вознамеритесь оставить там некое изречение, то и подавно вам не переплюнуть одного автора, которого я увидел в одном заштатном городке среднерусской возвышенности. >

К чему, зачем?

Потом снова полет мысли...
< Тем более, всем уже давно известно, что именно гениальные мысли рождаются, или во сне или в отхожем месте. >

Очень спорное утверждение.

Итак, мой вывод. Вам не стоило бы заниматься этой бестолковой писаниной. Бросьте.. Не ваше это..

Даже и оценивать не буду.

Георгий Фролов   11.05.2008 13:51     Заявить о нарушении
Насчёт Гоголя, это Вы - в точку, г-н Фролов. Люблю профессиональных критиков. Но лести не выношу.

Сергей Воробьёв   12.06.2008 13:11   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 2 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.