Погоня

Мне часто снится, что я бегу по ночному зимнему лесу. Я бегу, и за мной остается цепочка следов. Мои глаза горят в темноте. Я ловлю запахи зимы и слышу то, что не слышат люди. Ветки царапают мою серую шерсть, и я ощущаю, как бьется небольшим комочком мое дикое сердце, и разгоняет по телу горячую волчью кровь. Мне нравится бегать против ветра, который доносит до меня запах ближайших деревень, навоза и дыма, запах человеческого жилья, запах мирно спящих в стойле коров и их беззащитных детенышей, запах храпящих от испуга лошадей и запах молодой самки оленя. Снег прилипает колючими крошками к шерсти на моей груди, и только желтая луна освещает мой ночной бег. И никто кроме меня не знает, как сладок вкус свежей крови.
Сейчас вечер, десятый час. В это время в октябре в Екатеринбурге уже темно. Очень темно. Так темно бывает только в этом месяце. Снег еще не выпал, и улицы окраин освещают только редкие фонари и свет из окон. Пахнет сыростью и смертью. Миллиардами убитых временем листьев, чьи мокрые тела лежат на обочинах в грязи и перетираются колесами автомобилей.
Я выхожу на охоту. На мне черная куртка и темно-синие джинсы. Меня почти не видно в темноте, я сливаюсь с городом, я тень на асфальте и не больше. Я плоть от плоти этого города. На улице пусто. Идет мелкий дождь и небо затянуто серой ватой. Никто не обратит внимания на девочку-подростка, и скорее примут ее за мальчика. У меня короткие черные волосы ежиком и нахмуренный волчий взгляд исподлобья. Я вдыхаю промозглый воздух и выпускаю маленькие облачка пара. Я иду к супермаркету. Здесь я буду подстерегать свою добычу. Мои шаги почти беззвучны. Я встаю в тени куста и наблюдаю, как из света в темноту выходят люди с пакетами. У перил стоит старуха с жестянкой в руке, куда редко падает звенящая мелочь, - и бабка крестится и благодарит холеную руку с золотым перстнем. Мне нечего ей дать. Мои родители бедны. Из магазина вкусно пахнет свежеиспеченным хлебом, и я проглатываю этот запах вместе с теплой слюной. Из магазина выходит шикарная блондинка, и я бы выбрала ее. Но знаю, что скорее всего она на машине. Она одета в короткую черную юбку и красную куртку с меховым воротником. В такую погоду в этом виде далеко не уйдешь. У нее красивая грудь и ухоженные волосы. И отличный маникюр. Ее слегка перекосило от тяжелого пакета. Странно, что рядом с ней нет кавалера в строгом черном костюме. Она подходит к красной тойоте и нажимает на кнопочку сигнализации. Через пару минут ее машина разворачивается и уносит прочь прекрасное видение.
Морось прекращается. Холодный ветер кусает кожу ладоней. Я засовываю покрасневшие кулачки поглубже в карманы куртки. Из магазина выходит молодая женщина, ей всего около 22-23 лет. И я выбираю ее. У нее прямые светлые волосы чуть ниже плеч и грустные серые глаза. Она скромно одета. Наверно, она врач или, может быть, учительница. Она несет большой пакет. Наверно, она замужем. Наверно, у нее уже есть дети. Рано вышла замуж, да. Я иду за ней следом на расстоянии нескольких шагов. И смотрю ей прямо в спину, не отводя взгляда. Я вливаюсь в размер и ритм ее шагов, я становлюсь ее тенью. На мокром асфальте размазан свет редких фонарей. Мимо проносится огромный черный джип с тонированными окнами. Попадает колесом в лужу, и я слышу в темноте падение брызг. У меня в кармане нож, и я сжимаю его как свое единственное оружие в этом холодном мире. Мы проходим мимо засыпающих домов с желтыми окнами. За окнами музыка, голоса, звуки телевизионных передач. А мы совсем одни на этой темной улице. Деревья обступают нас, и в их движениях мерещится что-то осмысленное. Я немного боюсь этих живых деревьев. Как и пустоты, растущей за моей подростковой спиной. Кажется, она почувствовала мое присутствие. Я вижу это по слегка изменившейся походке. Я ныряю в кусты около тротуара и нечаянно задеваю ветку. Она хрустит. Девушка оборачивается – и никого не видит за спиной. Только черная пустота с редкими огнями и поблескивающим асфальтом. У меня перехватило дыхание. Мне страшно выходить на дорогу и продолжать преследование. Но я пересиливаю себя. Она уже на порядочном расстоянии, и мне приходится ускорить шаг. Я скольжу за ней, чувствуя себя гибким охотником. Мой шаг пружинист, и все мышцы готовы к прыжку. Я чувствую, как колотится мое сердце, как кровь шумит в ушах, сливаясь с гулом города. Мое дыхание все чаще. Вдох-выдох - грудная клетка поднимается и опускается под курткой. И словно слившись с ней, я ощущаю, что ее дыхание тоже все прерывистее и короче, что сердце ее бьется в такт моему. Охота началась. Она прибавляет шагу, и я вслед за ней. Я чувствую ее замешательство. Как путаются ее мысли, как бьются эмоции, словно тонкокрылые бабочки в стеклянной паутине души. Она сворачивает – и я за ней. Она слышит мои шаги и оборачивается. Она видит только мою тень – скользнувшую в темноту. Она испугана, как молодая самка оленя. Я чувствую острый запах ее страха, дразнящий мое обоняние. Дрожь ее молодых коленей. И слышу, как из тысячи пор выступает наружу влага пота, как встают дыбом волосы на ее теле, как расширяются ее зрачки, в которых страх сменяется паникой. И ощущаю липкую слюну в ее рту. И пересохшую гортань. Как горячая кровь бьет ей в голову. Как колотится ее сердце. Как кровь омывает ее разгоряченные органы. И как сквозь этот сумбур прорывается пронзительный бессмысленный крик. Она бросает пакет и бежит. Она задыхается от своего первобытного страха. А я бегу вслед за ней. Молодой безжалостный охотник. И когда я почти догоняю ее, то сбавляю шаг и остаюсь стоять посреди ночной дороги. И дышу холодным воздухом. И вдруг понимаю, что идет снег. Чистый снег, и если он не растает, то завтра ночью будет светло. Я разворачиваюсь и иду домой. Я осталась одна в этом городе. Снежинки колют мое лицо, а в висках от недавнего бега стучит кровь. Я возвращаюсь. Мне осталось пройти два квартала – и я окажусь около своего подъезда, пахнущего человеческим жильем. Снег тает, едва прикоснувшись к земле. И тут я вижу, как от тени дома отделяются три тени.
- Братан, закурить есть?
- Нет, я не курю.
Прыщавая рожа передо мной ухмыляется. Второй отвернулся, а третий стоит в тени. Я вижу только огонек его сигареты.
- Спортсмен, что ли?
- Ага, бегом занимаюсь.
- Тогда беги, - он обходит меня кругом и я чувствую удар ногой в спину.
- Беги, я говорю! – он снова передо мной, и его несвежее дыхание выводит меня из себя. Я бью кулаком ему в висок, и он визгливо орет:
- Эта сука меня ударила! – и падая я ощущаю тупые удары тяжелых ботинок. Я пытаюсь подняться – и падаю снова. Я чувствую, как по моему лицу течет что-то липкое. Я облизываю губы – и чувствую сладко-соленый вкус свежей крови.
Мне часто снится, что я умираю. Что слышу за спиной лай собак, а потом короткий резкий щелчок. И ощущаю, как теряю силы, оставляя за собой красный след. И когда падаю без сил, то вижу перед собой узкое дуло и прищуренный взгляд охотника. И слышу голос:
- Добивай его, - а потом темнота.
Утром по улице шли мальчик с мамой. У мамы были прямые светлые волосы чуть ниже плеч. Едва светало, а вокруг лежал первый, еще не обезображенный следами снег.
- Мама, смотри, собачка спит, - и женщина видит перед собой оскаленную пасть и красный снег. И сердце ее вздрагивает. Мертвым желтым взглядом на нее глядит один из ее ночных кошмаров. И она тянет ребенка за маленькую ладошку:
- Пошли, малыш, в садик опоздаем.


Рецензии