Далекий остров Сахалин

       1.

       
       Тридцать первое декабря. Утро. Светает. Я стою у окна одного из отделений краевой больницы и любуюсь бегущими огнями машин по коммунальному мосту. В кармане халата у меня плеер, я слушаю песню Чижа " Ты ушла рано утром". Я взяла несколько кассет с собой в больницу, но именно Чиж-этот музыкальный разгильдяй- поднимает мне настроение. Так случилось, что под Новый год я попала на экстренную операцию.
       Сегодня я в первый раз встала с постели и медленно возвращаюсь к жизни. Эти четыре дня с момента операции я прожила совершенно в другом измерении, они отделили мою прошлую жизнь от настоящей.
       Операция- это всегда страшно, больно и безрадостно. Но сейчас я стою на своих ногах, смотрю в окно- и это радость! Это победа над болезнью, над собственной слабостью и страхами.
       После операции даже Новый год в больничной палате был в радость. Хотя мне нельзя выпить даже глотка шампанского- молодым девчонкам принесли. А я еще получаю очень сильные лекарства.
       Вот подышу у окна и пойду в палату. На посветлевшем небе возникла светящаяся точка реактивного самолета и исчезла на востоке. - Может, рейс "Красноярск - Южно-Сахалинск"?- подумала я. И сразу вспомнился прошлый Новый год.
       Я несколько лет уже одна. Как-то привыкла и Новый год одна встречать. Накрываю стол, надеваю нарядное платье, зажигаю свечи. Могу даже потанцевать с любимыми певцами. Правда, они на экране телевизора, а я в своей квартире.
 А год назад все было иначе. Подруга преподнесла мне сюрприз. Она работает администратором в гостинице. Конечно, Люба старается не заводить романов с постояльцами. Но здесь, как она выразилась, был особый случай. Она встретила мужчину своей мечты, свой идеал. А ее идеал- Вахтанг Кикабидзе.
- Только,- сказала Люба,- этот еще молодой, борода у него черная, а не седая!
 И Люба стала меня уговаривать сходить с ними в ресторан, т.к. ее "Кикабидзе", которого зовут Михаил, хочет пойти с другом.
- Ну как я могу пойти в ресторан неизвестно с кем?- отбивалась я,- ведь я даже не видела этого друга. Может, он жуткий зануда!
- Да нормальный он мужик, не то Виталий, не то Виктор зовут. Они порядочные мужчины, директора лесхозов с Сахалина и Дальнего Востока. Приехали сюда на курсы повышения квалификации,- уговаривала меня Люба.
       И я согласилась, хотя последние годы жила отшельницей. В ресторане не была сто лет. Старых знакомых растеряла. По состоянию здоровья мне пришлось уйти с престижной работы и устроиться смотрительницей в музей. Какие уж тут рестораны! Вот и живу между прошлым и будущим. На работе вокруг меня прошлое- далекое и близкое. Если б у меня было гуманитарное, а не техническое образование, можно было бы в том же музее работать научным сотрудником. Из всех смотрительниц я была самой неприлично молодой. Я уж старалась в меру сил помогать бабулькам из соседних залов.
       Да, что было год назад?
Люба- моя соседка- девушка с юмором. Назначая свидание, почему-то не сказала своему поклоннику в какой ресторан мы пойдем. А назначила встречу у входа на стадион "Динамо".
- Короче, ровно в шесть под часами!- пошутила напоследок Люба.

       2.
       
       Я тщательно собиралась в ресторан. У меня было единственное выходное платье, темно-темно-синее. Простое и элегантное. А к нему маленькие замшевые туфли на очень высоком каблуке.
       Прическу и макияж я давно уже делаю сама.
 Люба позвонила мне перед самым выходом.
- А лет-то сколько моему поклоннику?- спросила я.
- Да под пятьдесят, наверное,- ответила Люба.
- Ну ладно, мне ведь не замуж за него выходить, пусть будет постарше, - согласилась я.
       И мы двинули с Любой в ресторан. Но сначала встретились около стадиона со своими смущенными поклонниками.
       Каа потом, уже в ресторане , выяснилось - они искали часы у входа на стадион! Я и сейчас без улыбки не могу вспоминать об этом. А тогда мы ржали на весь ресторан, как ненормальные. Хорошо, что гремела музыка и публика была уже навеселе.
       Да, я отвлеклась.
- Виктор,- сказал один.
- Михаил Петрович,- представился тот, что с бородой.
- Надежда Сергеевна,- по привычке ответила я.
       Любу они знали, а она их. Я, конечно, все внимание сосредоточила на Викторе. Высокий, крупный. Лицо простое, русское. Но походка легкая, стремительная. И я решила, что ему лет сорок или чуть побольше.
 Когда мы в ресторане разделись, я поняла почему Люба дала Виктору так много лет. Он был немного лысоват. Но это его не портило.
       Мы прошли в зал ресторана. Перегородки отгораживали каждый столик. Это было удобно, как-будто мы четверо сидели в отдельном кабинете. Мы с Виктором сели по одну сторону стола, а Люба с Михаилом по другую. Михаил оказался очень разговорчивым и мы состязались с ним в остроумии. Виктор сидел вполоборота и наблюдал за мной. Вначале он казался подавленным. Он больше молчал. Да еще Люба меня представила как научного работника музея.
       Когда пошли танцевать, я удивилась, что Виктор так легко двигается.
Во время танцев Виктор разговорился: " Я никак не ожидал, что мне выпадет такой подарок судьбы- знакомство с Вами."
       Мы танцевали с ним легко и даже красиво. Мне было тепло рядом с ним.
- А Вы очень мужественный, настоящий северянин, - сказала я.
- Да как сказать, Сахалин гораздо южнее Магадана, там уже не север. А родом я с Алтая,- рассмеялся Виктор.

       3.

       Тридцать первое декабря. Утро. Виктор пораньше выехал из Южно- Сахалинска, чтоб часам к четырем быть дома. Можно еще в баньке попариться и жене помочь с праздничным ужином. Вот закончил Ленинградскую Лесную академию, распределился на Сахалин и остался здесь на девятнадцать лет. Дочь родилась в Ленинграде, а сын уже на Сахалине.
       Сейчас, работая директором лесхоза, Виктор имел прекрасный коттедж с гаражем и баней. Его лесное хозяйство простиралось на много сотен гектаров. А вес Виктор Ильич Дорошенко имел побольше, чем глава района.
- Да. надо было на "Уазике" поехать, а не на "Ниве",- подумал Виктор.
       С юго-востока надвигался циклон. По прогнозам синоптиков он достигнет острова часам к восьми вечера. Встречных машин было мало, а его "Ниву" обгоняли редкие внедорожники.
       Мысли Виктора вертелись вокруг дома, семьи и предстоящего праздника. На заднем сиденьи лежали пакеты с фруктами и подарки семье. Для дома Виктор купил новую светящуюся елку. Жене Ольге- жемчужное ожерелье, дочери Маришке - серьги с малахитом, а сыну Вадиму- свитер.
       О, звонок! Виктор достал из нагрудного кармана куртки сотовый телефон.
- Привет, Виктор Ильич!- пробасил друг.
- Привет-привет, Михаил Петрович,- ответил Виктор,- узнал, узнал.
- И тебя с Наступающим!
- И тебе здоровья и достатка! Да, конечно, и чтоб женщины нас любили! Будешь в наших краях, заезжай!
       И все. После звонка мысли Виктора потекли совсем в другом направлении. Сразу, резко перескочили на год назад, в Красноярск.
Теперь, спустя год и успокоившись, Виктор все равно был уверен в том, что в Красноярске его посетила Любовь. Как снег на голову, как гром среди ясного неба! Когда уже не ждешь никаких подарков судьбы, когда все устоялось. Вроде все у него было нормально: дом, семья, дети. Отличная работа, уважение коллег, достаток.
       Да-а-а. С чего все началось тогда в декабре прошлого года? Несдержанная на язык Ольга назвала его самым обидным для мужчины словом- " импотент". Виктор тяжело переживал это, и летя на материк в командировку, всерьез думал о разводе. Детей надо доучить в институтах- и все!

       4.

       В Хабаровске Виктор встретил Михаила, с которым был знаком раньше по работе. Решили лететь вместе и поселиться в одном номере. Потом в Красноярске сама собой созрела мысль сходить в ресторан. Разумеется, с женщинами. Виктор сначала тоже обратил внимание на блондинку Любовь Ивановну- она выделялась из всего персонала гостиницы. Но она предпочла Михаила.
       Когда решили идти в ресторан, Виктор сильно волновался.
- Вдруг явится какая-нибудь мымра в шляпке,- вздыхал Виктор, гладя рубашку.
- Да брось ты , Ильич, некрасивых женщин не бывает, - успокаивал его Михаил.
-Ага, спасибо. Я знаю продолжение, но я, к сожалению, так много не пью,- рассмеялся Виктор.
 Когда около входа на стадион, показалась Любовь Ивановна с подругой, Виктор был в растерянности.
       Подруга была маленькая, в каком-то длинном сером пальто. Черная шапочка надвинута на самые брови. Короче, с первого взгляда , не понравилась. Хотя из-под шапки глянули на него большие серые глаза. Немного испуганные, но красивые.
       Пришли в ресторан, разошлись по раздевалкам. Виктор все утро бегал по магазинам, искал себе туфли. Вкус у него был , деньги-тоже.
Туфли из мягкой кожи сидели на нем отлично. Вместо мешковатого пуловера Виктор надел пиджак.
       А когда женщины вышли из своей дамской комнаты, Надя предстала перед ними совсем иной. Нарядное платье, маленькие ножки в замшевых туфлях и каштановые волнистые волосы ниже лопаток.
Виктор сглотнул. Он даже разволновался, как в юности. У него было чувство школьника, когда все впервые!
       За столом Надя с Михаилом устроили словесный поединок. И у Виктора мелькнула мысль, что Михаилу она тоже понравилась. Надя отвечала ему остроумно, но порой едко.
       А когда пошли танцевать и Виктор притронулся к ее худеньким лопаткам, у него екнуло в груди. Она была на голову ниже его. Какое-то хрупкое создание, как фарфоровая статуэтка. Виктор испытал к ней чувство, как к ребенку. Хотелось ее обнять, защитить от всех невзгод и не отпускать. Никогда!
       После ресторана Виктор пошел провожать Надю домой. И опять, как мальчишка, целовал ее на улице около подъезда. А Надя запрокиды-вала голову и смеялась своим грудным смехом так, что у него перехватывало дыхание.
 На следующий день Виктор явился к Наде с охапкой цветов и сделал ей предложение. Да , он женился на три недели , на двадцать один день. Но тогда он думал, что навсегда.
       Надя казнила себя, что соблазнила женатого мужчину.
- Ты такая смешная и наивная, как девочка. У меня никогда раньше не было девочки. Это я тебя соблазнил,- с улыбкой отвечал ей Виктор.
       5.
       Он покупал цветы каждые три дня. Их уже некуда было ставить.
После занятий Виктор бежал на рынок и покупал парное мясо, свежий сыр, деревенскую сметану, фрукты, чтобы к приходу Нади приготовить что-нибудь изысканное.
       Виктор привез с собой из дома килограмма три икры. Половину съели ребята на вечеринке в честь знакомства. Вторую половину Виктор принес к Наде и каждое утро уговаривал съесть хоть один бутерброд.
- Надюша, женщинам в "переходном " возрасте надо есть икру,- шутил Виктор.
 Но Надя почему-то не любила икру. Однако ее до слез трогало внимание и забота Виктора. Так о ней заботилась только мама.
- Виктор, я очень боюсь полюбить тебя, потом мне будет тяжело,- вздыхала Надя.....
 Виктор задумался и не замечал, что ветер уже не просто мел поземку, а налетали настоящие снежные заряды. "Дворники" не справлялись.
Начали обмерзать стекла. А до дома еще было часа три езды.
       Виктор вспомнил как впервые вошел в квартиру Нади. Ее можно было б назвать очень скромной, если б не книжные шкафы во всю стену в зале. Книги были по всем областям знаний, не только художественные.
- Я собираю книги с детсва, просто раньше мне было это недоступно,- сказала Надя. А сама головой прижалась к его плечу. И опять у Виктора пересохли губы.
 Вечерами они разговаривали на любые темы. Надя умела слушать и Виктор рассказал ей всю свою жизнь. Он рассказал ей о таких событиях в своей жизни, о которых никогда и никому не говорил. И она его понимала.
 Виктор тоже считал, что был женат дважды. И его женщины были полной противоположностью друг другу. Не только внешне. Надя не принимала никаких подарков кроме цветов и духов. Когда Виктор предложил купить ей платье или костюм, она пришла в ужас.
- Это же так дорого!- возмутилась она.
 В театр она пошла в том же платьи, в котором они познакомились в ресторане. Только надела нитку натурального жемчуга.
 Три недели пролетели как волшебный сон. На Ольге же Виктор женился "по залету"! Ольга была на шесть лет старше его и уже имела определенный опыт. А у Виктора в двадцать лет бушевала молодость, гормоны.
       
       6.
       Что это? Дорогу местами перемело, и отдельные участки исчезли под снегом. Да здравствуют наши славные метеорологи! Циклон пришел в несколько раз быстрее, чем обещали. Машин становилось все меньше именьше.
 Виктор прибавил скорость. Ольга, наверное, новогоднего гуся подготавливает, чтоб за три часа до полуночи поставить его в духовку.
" Да, готовить Ольга умеет неплохо,- подумал Виктор,- может, поэтому располнела сама и семью раскормила. Одна Маришка стойко
держится, ограничивает себя в стряпне."
       И он опять вспомнил хрупкую Наденьку.
" Почему она не захотела, чтоб я остался у нее? Сказала, чтоб летел домой, к детям,"- в сотый раз спрашивал себя Виктор. С Ольгой еще очень долго не ладилось.
       Через месяц после возвращения с учебы Виктор позвонил Наде. Из-за разницы во времени пришлось позвонить ей на работу. Он не знал, что Надя не одна в кабинете. Почему-то она совершенно не хотела говорить о своей работе, тогда в Красноярске. Вот и сейчас она отвечала очень сухо и попросила перезвонить вечером домой. А вечером Виктор не дозвонился и, как все "нормальные" мужики, напился. Он решил, что у Нади появился кто-то другой. Слишком уж он был эмоциональным, да таким и остался. В молодости писал стихи, много знал наизусть О.Мандельштама, И.Бродского, Б.Пастернака. Но сейчас в голове вертелись неизвестно чьи стихи без начала и конца:
       "...Помню всю тебя, всю, до последней излучины тела.
       Словно в море моряк я в твою тишину уходил.
       Я любил тебя жадно, бессвязно, свободно и смело!
       Всей ликующей силой твою беззащитность любил..."
       А дорога становилась все хуже и хуже. Снежные заряды обрушива-лись на машину. Видимости- никакой! Дорога практически исчезла под снегом. Какое-то время Виктор еще вел машину как-бы "наощупь". А потом- все! Дорога исчезла! Виктор старался не паниковать. Вышел из машины и попытался пройти. Проваливался по колено. Как нарочно, было чистое, безлесное место- самое опасное во время метели. Достал из багажника лопату с коротким черенком и начал воевать со стихией. Непонятно было: справа или слева от его "Нивы" дорога. Жаль, что не было совсем машин, вместе легче было бы пробить дорогу. Время уходило катастрофически. Только садился передохнуть в машину, как половина его работы сводилось на нет. Уже разыгралась настоящая пурга.
       Михаил после разговора с Любой решил еще раз позвонить Виктору, сказать, что Надя в больнице. Может, ей нужна помощь. Сотовый не отвечал. Тогда он решил позвонить на домашний. Трубку взяла Ольга и начала "поливать" мужа.
- Успокойся, Оля, не остался он в Южно-Сахалинске! Да брось ты, ну какие у Витьки могут быть женщины?!! Три часа назад он проехал Есауловку. Давай звони в аварийную службу, пусть выходят ему навстречу. А я своих "орлов" пошлю с западной стороны. Застрял Ильич где-то,- кричал ей Михаил.
       
       
       7.
       
       Жизнь в больнице шла своим чередом, несмотря на наступающий Новый год. После тихого часа я снова подошла к своему окну в холле с видом на коммунальный мост. Темнело. Мост светился и как бы висел в воздухе. И по нему бежали светящиеся точки автомашин. Почему-то меня очень волнуют эти бегущие огни.
       Нащупала в кармане сотовый телефон. Год назад у меня его не было и Виктор позвонил на работу, в кабинет директора музея.
- Зачем я вообще дала ему рабочий телефон и стеснялась сказать кем я работаю,- думала Надя,- да что теперь сожалеть. Снявши голову, по волосам не плачут.
 Меня позвали в палату, но я не пошла.
- Вот возьму и позвоню ему сейчас. У них девять часов вечера. Поздравлю пока не сидит с семьей за столом,- думала я.
       Я нашла в телефонной книге номер "Дорошенко В.И." и нажала вызов.
Решила сосчитать до десяти, за это время уж можно услышать или отойти в "безопасное" место. Вот и десять, и пятнадцать. На счете "двадцать два" я нажала "отбой".
- Наверное, выложил телефон, не ждет никаких звонков,- подумала я.
И пошла в палату.
       8.

       Виктор уже сбился со счета- сколько раз он принимался откапывать и толкать машину. Уже не смотрел на часы. Он сел за руль, начал газовать, продвинулся на полметра и снова увяз. Решил немного передохнуть. Незаметно положил голову на руль, закрыл глаза и стал засыпать. Виктор спал и ему снилось, что он снова был с Надей. Тут назойливо начал звонить будильник. Как мерзко он звенит, как не хочется открывать глаза. А почему будильник вибрирует прямо под сердцем?
       Виктор открыл глаза, звонил сотовый. Пока он достал его из кармана, дали отбой. Он еще был в полусне, а в голове бился конец стихотворения:
       "... Ты ушла, как пришла, в золотом и сиреневом свете
       И тебя, как мелодию, в прошлое ветер унес."
       Виктор окончательно проснулся, дверцу невозможно было открыть. Приоткрыл стекло и пытался отдышаться. Он понял, что его спас чей-то звонок. С трудом откопал дверцу: руками и лопатой. Вышел из машины. Теперь он откапывал "Ниву", чтобы согреться. Чтобы двигаться, работать. Не сидеть. Если б не звонок, он мог не проснуться. Больше часа он настойчиво бился со стихией, не садясь в машину. Стал звонить домой, но в это время сквозь пургу послышался звук приближающихся бульдозеров.
       Домой добрались за полчаса до Нового года. А старый год и освобождение Виктора из снежного плена отметили на дороге. "Орлы" Михаила Петровича прочистили свой участок пути и успели выпить с ними "за верных друзей и преданных женщин".
       Этот тост Виктор повторил и дома. Ольга приняла это, конечно, на свой счет.
       9.
       После ужина мне позвонила Люба поздравила, не вытерпела и сказала, что ее поздравил Михаил Петрович. У них все отношения протекали проще и расстались они легче. Я промолчала, не сказала о своем неудачном звонке.
       Потом у меня были уколы, и на ночь -снова.
 Я сквозь дрему послушала бой курантов. Молодежь еще посмеялись немного, поболтали вполголоса и уснули. А назавтра мы проснулись уже в Новом году. Я, лежа в постеле, притронулась к нательному крестику, который подарил мне перед отъездом Виктор. Я не люблю дорогие украшения, но крестик Виктор осветил в церкви и просил носить его, не снимая. Крестик был из белого золота и украшен мелкими бриллиантиками.
 - Пока на тебе этот крестик , с тобой ничего не случится,- сказал он на прощанье.
       Я даже на операцию брала его с собой, намотала цепочку на руку, а крестик зажала в кулаке.
 Вот и сейчас я попросила здоровья себе и моим близким. А главное, всем надеяться, верить, прощать и любить!


Рецензии
Зря Чижа слушаете. Я так вот завсегда похоронному маршу и разным погребальным песнопениям внемлю. Берите с меня пример.

Авраам Басалаев   26.12.2012 17:42     Заявить о нарушении
КАКОЙ ВЫ, ОДНАКО, ПЕССИМИСТ. СПАСИБО ЗА РЕЦЕНЗИЮ

Валентина Строкова   27.12.2012 06:27   Заявить о нарушении
На это произведение написано 6 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.