Слушая шум волн

 Ночь смешала все краски в единую цветовую палитру, в которой отдельными пятнами выделялись две фигуры.   Я стояла у окна, слегка прислонившись  к краешку подоконника, и смотрела на Егора.
В голову пришла безумная мысль, будто мы давно уже принадлежим друг другу. Как две модели звёздной эволюции, плывущие по Млечному Пути.
За окном гудели моторы машин, фары которых разрывали полумрак комнаты. Сквозь приоткрытое окно доносились звуки музыки и шум волн. Резкий  порыв  ветра привел в движение занавески. Слышно, как зашелестела, зашуршала листва. Там, за этим окном, спряталось моё прошлое, молчаливое и невидимое. Теперь оно мне казалось нереальным.
 
Я была немного смущена. Казалось, будто весь мир притаился, подсматривая и подслушивая.
Он был обнажён.Облокотившись на спинку кровати, он полулежал - полусидел на подушках.
Мы смотрели друг на друга. Его глаза, чуть расширенные, сейчас сияли желанием, и излучали его. Что-то там себе думая или вспоминая, он улыбнулся. Я едва различала его тонкий профиль.

- Когда я был подростком,  лет пятнадцать, к нам в гости пришла девочка,  очень похожа на тебя. Такие же волосы, глаза, губы и фигура. Взрослые смотрели кино.  А мы с девочкой заперлись в спальне и трогали друг друга. Трогали везде и всюду. Я вот до сих пор помню возбуждение её и своё.  Мы просто трогали друг друга везде, немного целовались. Гладили друг друга, и целовались. Голос её тоже  похож на твой. Трогательный,  хотя и с детскими вибрациями. Почти не придуманная история. Это не ты случайно была? – он продолжал улыбаться, я это скорее почувствовала,  чем увидела.

- Хотелось, чтоб это была я. Тогда бы с малых лет  узнала  вкус твоего поцелуя, и ласку твоих рук, сказала я. 

Он  повернулся, одним движением встал, подошёл ко мне,  взял на руки как ребёнка и отнёс, аккуратно положив на кровать. Сорвал с меня полотенце, которым я обвернулась выйдя из душа, и нежно, едва касаясь, провёл своей тёплой ладонью по внутренней стороне моего бедра, от чего по моему  телу пробежали мурашки.  Добрался туда, где всё уже пылало в сладкой влаге желания. Провёл своим пальцем по моим губам. Они податливо раскрылись, жадно его в себя всасывая. Едва касаясь, дотронулся языком набухшего соска.  Поиграв с ним, стал спускаться вниз, щедро даря моему телу любовь на кончиках  губ. Потом  я  вскрикнула, почувствовав у самого входа прикосновение его обжигающей плоти.
Я принимала его внутрь себя понемногу, постепенно, пока он  полностью не вошёл и, застонав, благодарно подавалась  навстречу.

Время остановило свой неустанный бег.

Ночь, музыка, взрыв чувств, их сокрушительная сила, будто стихия, и любовь.
Мы любили друг друга так неистово, как будто это был первый и последний раз в жизни. Спешили наверстать то упущенное время, когда о существовании друг друга не подозревали.
Слившись воедино, мы утонули в лавине  страсти и нежности.
Мы неспешно  ласкались, будто  играясь, и  заведясь от страсти и желания, с криком соединяли свои тела. Впивались в губы  друг другу до боли, желая выпить эту чашу до дна. Мы дарили себя полностью без остатка, до последней капли.
 
Это была любовь века.

На подоконник с улицы запрыгнула  кошка Дуська. Тихонько  мяукнула. Наверное  таким образом оповестила о своём возвращении с прогулки, и начала облизывать лапки, проводя ими по усатой мордочке.  Потом  развалилась во всю длину подоконника, и стала наблюдать за всем происходящим.

Ночь  лениво отступала. Затихла музыка. Всё окунулось в тишину,  которую разрушали капельки моросящего дождя, стучащие о карниз окна.
Дуська спрыгнула с подоконника, взъерошив шерсть, и исчезла в темноте пространства.
Боясь нарушить хрупкую эротику рассвета, я тихонечко лежала, и смотрела на Егора. Поглаживая его волосы, я прошептала:

-  Как долго я тебя ждала! Как могла я все эти годы жить без тебя? Если Господу будет угодно когда-нибудь устроить конец света, то моим единственным желанием будет - что бы в этот момент  ты был рядом.

Он вздрогнул, открыл глаза, устремив свой взгляд в темноту, помолчал, потом приподнявшись на локоть, сказал:

-  Я хочу именно того же!

Притянул меня к себе, впился в губы долгим поцелуем, и снова начал ласкать моё трепещущее в сладкой истоме  тело.

- Правда, хочу. Я люблю тебя, – и, ошалев от своих слов, от моих податливых губ, от этой ночи, он до боли обхватил моё тело. – Вот так с тобой хочу и умереть. В твоих объятьях, и от твоей ласки.

Наступило утро. Пробуждаться не хотелось. Хотелось вернуться обратно в ночь. Окунуться в её страсть заново.
Я  нехотя встала, набросив на себя пеньюар, вышла на террасу. Там уже была Дуська. Она сидела на середине террасы, прикрыв глаза, и устремив свой влажный нос в небо, внюхиваясь в окружающее пространство. Потом потянулась, и, задрав хвост трубой, гордо прошествовала мимо меня в комнату, продолжительно, и даже как-то победоносно мяукнув.

- И ты тоже здравствуй, Дуська, – приветствовала я кошку.

Вдохнула  свежий,  душистый запах утра,  который разошёлся приятной влагой по моим лёгким. Опьянённая этим запахом и счастьем,  подошла к цветущим на террасе розам. В их лепестках прятались капельки дождя. Бутоны слегка покачивались в такт дуновения ветерка, и капельки от дождя перекатывались по лепесткам. А где-то там, вдали, шумело и плескалось море.

Я всматривалась вдаль, туда, где море сливалось с небом. Море вечно, оно не умирает. И я хочу, чтоб такой же вечной была моя любовь. Чтоб так же не умирала, как не умирает море. Она живёт во мне.  Распустилась, и благоухает как  цветок после дождя.

Любуясь танцем роз, и слушая шёпот волн, я поверила в счастье.

Моё счастье сейчас заняло ванную комнату. Дверь в ванную была приоткрыта. Егор, бреясь, что-то тихонько напевал. Я, заглянув в приоткрытую дверь, и небрежно прислонившись к косяку дверного проема, любовалась его отлаженными движениями.

Заметив моё отражение в зеркале, он улыбнулся, от чего пена на его лице стала похожа на бороду Деда Мороза.

-  Доброе утро, милая. Хотел успеть побриться, и вернуться до твоего пробуждения, но что-то я застрял здесь. Надеюсь, ты хорошо спала? – он игриво приподнял одну бровь, предвкушая мой ответ.

-  Чувствую себя немного пьяной,  – призналась я.

- Потерпи немного. Я сейчас закончу, и сделаю тебе эротический массаж спинки. Нежно, предельно чувственно и проникновенно, -  его весёлые глаза игрались со мной.

Он медленно водил станком по скулам, тщательно выбривая каждый миллиметр.

-  Небритой щекой нельзя прикасаться к твоим сосочкам. Они  у тебя как бусинки. Нужно только языком и пальцами. Я ведь нежный, и люблю чтобы всё было предельно ласково.


 Я взяла бритвенный станок из его рук, и принялась аккуратно снимать щетину вместе с пеной. Мои неловкие движения  привели его в восторг.

- Ты меня щекочешь, а не бреешь. Хотя мне всё равно приятно. Мне приятно все, что ты делаешь.

Егор ещё некоторое время возился в ванной приводя себя в порядок. Я сварила кофе,  сделала большой глоток,   подошла к зеркалу  расчесать  волосы.
Егор тихонько подошёл сзади. Обнял меня, проведя руками по груди, животу, целуя затылок, волосы, шею, прошептал:

- Не хочу чтоб ты уезжала. Хочу чтоб ты была моей женщиной до конца жизни. Моей единственной. Хочу с тобою быть всю жизнь, дышать тобою.
 
Я повернулась к нему, расчёска выпала из рук. Несколько мгновений  не могла произнести ни звука, потом обхватила его шею руками, уткнулась в плечо и тихонько заплакала.
 
 Я мечтала и одновременно боялась услышать эти слова.

 Егор, чтоб успокоить меня, стал  легонько поглаживать  содрогающееся  от слёз тело. Мной овладело желание, даже скорее инстинкт, стать беззащитной, слабой, ощутить полной мерой его заботу о себе, его силу.  Ноги не слушались. Я не могла стоять. Он крепко меня обхватил и держал, потом приподнял, и покружил по комнате.

- Ну, милая, не плачь,  у нас всё будет хорошо, вот увидишь. Мы будем счастливы вместе. Я не побоюсь взять такую высокую планку и сказать, что мы будем самыми счастливыми.

Я верила Егору.
Я верила в то, что однажды встречу человека, который скажет мне что я для него единственная.
Настоящая близость двоих - вот что ценно. Когда оргазм  испытывает не только тело, но и душа. Как ни банально и пафосно это звучит, но это и есть основная составляющая идеальных отношений.
 
Слушая шум волн,  я осторожно сделаю свой выбор в пользу идеальных отношений. Отношений, где любят оба.
Ведь так хорошо любить и быть любимым.


Рецензии
Марина!
Нет ничего ценнее веры в друг друга, когда любят взаимно. "Когда оргазм испытывает не только тело, но и душа" - золотые слова.
Реально эротическое произведение. Очень лёгкое. Чувствительное, воздушное, как прикосновение пера.
Как и всё у Вас, талантливо написано.
От этого становится радостно на душе. Ненавязчивый фон близкого присутствия моря лишь усиливает эти ощущения.
"Когда я был ребёнком, лет двенадцать, к нам в гости пришла девочка, очень похожая на тебя. Такие же волосы, глаза, губы и фигура. Взрослые смотрели кино. А мы с девочкой заперлись в спальне и трогали друг друга. Трогали везде и всюду. Я вот до сих пор помню возбуждение её и своё. Хотя нам было всего ничего. Мы просто трогали друг друга везде, немного целовались. Гладили друг друга, и целовались. Помню её стоны. Голос тоже был похож на твой. Трогательный, хотя и с детскими вибрациями."
Удивительно, но это так созвучно с мотивами моего произведения "Провинциальные хроники", будто из моей жизни, из моих детства и юности.

С уважением,
Мореас Фрост

Мореас Фрост   23.11.2014 20:16     Заявить о нарушении
На это произведение написано 70 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.