Свеча за упокой мистический триллер ч. 4

© Скрипкина  Елена  Владимировна, 2005 г.

                Алена Скрипкина



ГЛАВА  4

Оперативник ждал агента уже полчаса. Это настораживало. Агент с оперативным псевдонимом «Янтарь» никогда не позволял себе таких вещей. К тому же, он сам позвонил и вызвал на встречу. Значит, появилась какая-то срочная информация. Внимание привлекли два человека, не спеша приближающиеся к лавочке, на которой он сидел. Профессиональное чутье не подвело. В последний момент он успел, перемахнув через скамейку, скрыться за ней, и пуля только царапнула плечо. Ответные выстрелы были более меткими. Киллеры были мертвы, еще не успев упасть на землю. Оперативник недовольно сплюнул. Нужно было постараться хоть одному сохранить жизнь. Вызвав убойный отдел, он покинул место встречи. Теперь надо срочно ехать на квартиру «Янтаря». У оперативника возникли реальные опасения за жизнь агента. Через полчаса, к сожалению, он убедился, что был прав. Пришлось вызывать убойный отдел и туда.

Даже невооруженным глазом было видно – агента перед смертью пытали. Его квартира представляла собой зрелище не для слабонервных. Самым неприятным было осознание того, что те, кто провел беседу в лучших традициях святой инквизиции, тоже были профессионалами в своем деле и, наверняка, не оставили следов. Зато теперь они знали все, или почти все.

Единственным, хотя и слабым утешением в данной ситуации могло стать то, что если квартиру агента посетили те самые киллеры, которые приходили за ним, то они уже ничего никому не скажут. Если же нет, то под угрозой была сложная и хорошо продуманная операция, запросто могли пострадать задействованные в ней люди. Оперативник закурил и сел на подоконник в ожидании милиции. Ему надо было подумать, как составить рапорт областному начальству. А тех, в свою очередь, ждет неприятная миссия отчитаться в Российское отделение Интерпола.


Почти в это же самое время в международном аэропорту «Шереметьево – 2», приземлился борт из Люксембурга. Несмотря на более, чем скромные размеры этого государства, затерянного где-то посреди европейских просторов, его жители в основной своей массе, были люди далеко не бедные. Причем, гражданином Люксембурга может стать практически любой желающий, у кого есть банковский счет на достаточно крупную сумму и желание заплатить за приятное необременительное гражданство энное количество денег.

Одним из таких скромных граждан маленькой европейской страны был господин с классической русской фамилией Иванофф. Внешность которого тоже не оставляла сомнений относительно национальной принадлежности. Он спокойно миновал таможню и как раз выходил из здания аэропорта. Светло-карие внимательные глаза господина Иванофф изучали окружающую обстановку. Он явно побаивался.

Покинув бывшую родину несколько лет назад при весьма щекотливых и неприятных обстоятельствах, он теперь он снова ступил на родную землю, а ступив, опять почувствовал если не страх, то уж волнение точно. Но это не было волнение, связанное с ностальгией по утраченной, а затем, вновь обретенной родине. Это было крайне неприятное чувство, какое-то ощущение близкой опасности.

Наверное, именно так чувствует себя волк, попав за флажки. Он всеми силами старается вырваться из их смертельно круга, но это никак не удается. А вокруг охотники, много охотников, и все они хотят поймать волка на мушку. Их много, а он один. Один против человеческой стаи, законы которой ему были неизвестны, но таили в себе скрытую опасность, и он боялся их всей шкурой, которая единственная была ему дорога.

Сейчас господин Иванофф был почти уверен – ему ничего не угрожает. Прежде, чем решиться снова приехать сюда он навел справки и убедился, что никого из тех, кто представлял опасность для его драгоценной жизни тогда, сегодня уже нет в живых. Все они полегли в криминальных разборках. На их место пришли новые люди, и они совсем не против, иметь дело с талантливым химиком Олегом Ивановым.

За несколько лет, проведенных за границей, в спокойном и размеренном Люксембурге, Олег отвык от московской суеты. Зато сейчас, почти что со стороны, ему были лучше видны произошедшие перемены. Они коснулись даже аэропорта. Уже при выходе, взгляд Иванова скользнул по тихо щелкающему табло прилета – отлета самолетов. Он мысленно вернулся на несколько лет назад. В то время, зарождавшиеся кооперативы выпекали все, что могло быть продано в стране, где ощущался тотальный дефицит.

Два молодых химика решили открыть маленький заводик по производству лекарств. Сложив свои небольшие сбережения, они арендовали у разваливающегося фармацевтического завода маленький цех. Оба начинающих бизнесмена в тот момент не учли, если у завода не хватило сил выстоять, то уж у них и подавно вряд ли что получится. Поняли это они слишком поздно, когда завязли в долгах по самые уши. Опасность для жизни стала вполне реальной. Надо было срочно искать выход. Сейчас Олег уже не помнил, кому из них первому пришла в голову эта идея. Но, появившись на свет убогой и слабой, она стала быстро расти и набирать силу.

Химики сидели дни и ночи стараясь изобрести что-нибудь подходящее. Что-то такое, что могло бы принести не только огромный, но и мгновенный доход. То, что, наконец, даст им  стабильное и спокойное существование. Потому что время оставленной им жизни убывало с катастрофической быстротой, неумолимо сжимаясь, как шагреневая кожа. Его с каждым часом становилось все меньше и меньше. А умирать они оба совершенно не хотели. Вот и ломали свои умные головы сутки напролет, закрывшись в лаборатории и без конца повторяя осточертевшие безрезультатные опыты.

Момент, когда они поняли, что вот он, момент истины, Олег запомнил на всю жизнь. У вновь изобретенного наркотика еще не существовало названия. Это был синтетический, очень дешевый в изготовлении препарат, обладающий эффектом почти моментального привыкания.

Вскоре с долгами они рассчитались, и деньги потекли широкой и полноводной рекой. Для начала крупного бизнеса время было просто идеальное. Никто ни за что не отвечал. Никого ничего не интересовало. Так думали друзья – химики, но ошибались. Оказалось, что еще как интересовало, только не правоохранительные органы, а их коллег по бизнесу и, одновременно, конкурентов.

Правда, узнать об этом довелось только Олегу, когда однажды, ясным летним утром он получил известие, что его приятеля прямо около дома взорвали вместе с новеньким «Мерседесом». О чем, Иванова они сами же поставили в известность, позвонив по телефону и со специфическим акцентом предупредив о подобных перспективах и для него лично. Эта страшная новость так взволновала Олега, что недолго думая, он забрал с собой многочисленные кредитные карточки и покинул пределы не только Москвы, но и России. В одиночку невозможно было противостоять организованной преступной группировке. Вначале химик наивно рассчитывал продолжить свой доходное дело за границей, но, попав туда, понял, что лучше не рисковать. Оказалось, в Европе борьба с наркобизнесом поставлена значительно лучше, чем в России.

За несколько лет, поменяв несколько стран, Олег, наконец, прижился в Люксембурге, где вскоре стал вхож в высшие слои. Его принимали в лучших домах. Но деньги, даже очень большие, которыми в начале обладал Иванов, увы, имеют свойство заканчиваться. Когда эта безрадостная перспектива приблизилась к нему вплотную, химик заволновался.

Оказалось, что в Люксембурге найти работу по специальности было более, чем проблематично, если учесть, что у них нет ни одного сколько-нибудь приличного производства. Жители этой маленькой страны очень заботятся о своей экологии и не отравляют ее какими бы то ни было отходами. Сделав несколько безуспешных попыток организовать какой-нибудь прибыльный и доходный бизнес, Иванофф вскоре понял, что все лучшие места уже разобраны, и он может рассчитывать разве что на должность скромного клерка в каком-нибудь местном банке. Такое положение дел сильно унижало Олега в собственных глазах, потому что он небезосновательно считал себя талантливым человеком в своей области, и его амбиции простирались значительно дальше старшего клерка над двумя другими.

Скромное объявление в Интернете было понятно только посвященным. Несколько очень привлекательных предложений не замедлили поступить. Олег остановился на одном, показавшимся ему самым заманчивым. Во-первых, оно было из России, где самая дешевая рабочая сила и самый большой рынок. Во-вторых, там была самая коррумпированная таможня, на случай вывоза товара. И еще много чего привлекательного. Минус был один, но большой. Лично для него она оставалась самым опасным местом на земле.

Однако, кто не рискует, тот не пьет шампанское. Там же, в Интернете, Иванов нашел адреса нескольких частных детективных агентств. Он догадывался, кто взорвал  совладельца их совместной фирмы в Москве. Поэтому, связавшись с сыщиками, поручил им узнать, как идут дела у его врагов. Полученные отчеты успокаивали, но внутреннее волнение все же осталось. Оно явственно выражалось в быстрых косых взглядах, которые Олег напряженно бросал по сторонам, в нервном потирании рук и передергивании плеч. Но деньги… ах, какие деньги можно было заработать на этих необъятных просторах! Они стоили того риска, которому Иванов себя подвергал, вернувшись в Москву.


Толстая, потная тетка в спортивном костюме размером с небольшой парус и с необъятной пластиковой сумкой в руках, налетела на Олега и смачно обругала его почти забытыми словами. Это сразу вернуло «иностранца» на грешную российскую землю. Иванов в который раз обвел глазами открывшуюся перед ним площадку и снова нервно поежился. Неприятное ощущение выслеживаемой дичи его не оставляло. Казалось, взгляды преследователей прожигали одежду, но зафиксировать их он не мог, как ни старался. Олег призвал на помощь все известные ему детективные приемы, почерпнутые из книг и фильмов. Но они тоже не дали желаемого результата. Тогда Иванов решил, что просто слишком нервничает в новой России, куда он попал после длительного перерыва и постарался не замечать упорно возвращающегося чувства опасности.


Олег явно кого-то ждал. Наконец, господин Иванофф заметил, что к нему направляется высокий смуглый мужчина в темных очках. В первый момент гражданин тихого Люксембурга напрягся, но внимательнее рассмотрев незнакомца понял, этот не из органов. Под расстегнутой у ворота рубашкой виднелась толстая золотая цепь, на пальцах пара печаток с бриллиантами, которые слепили глаза даже на расстоянии. У какого-нибудь служивого годовой зарплаты не хватит, купить такую роскошь.

Иванов расслабился и широко улыбнулся. В ответ получил довольно сдержанную  ухмылку и равнодушный кивок. Влажный страх, уже затаившийся где-то в глубине сознания, снова зашевелился. Олег затравлено оглянулся, как бы прикидывая, не вернуться ли назад, схватив первый попавшийся билет куда угодно и бежать, бежать без оглядки подальше из этой страшной страны. Видимо, почувствовав его паническое настроение, встречающий слегка успокоил химика:

- Да не волнуйтесь так. Никто вас здесь не съест.
Внезапно, еще одна неприятная мысль шевельнулась в голове Иванова. Они ведь никогда не встречались. Как мог этот человек так безошибочно его вычислить? Нет, пожалуй, надо было выбирать Польшу или Эстонию. Там не так доходно, но зато гораздо безопаснее. Олег резко остановился, только сейчас сообразив, что, несмотря на все мрачные мысли, он послушно катил свой чемодан за незнакомцем.

- Прошу, - равнодушно процедил тот, открывая перед Олегом необъятный багажник джипа.
С неприятным чувством кролика под ледяным взглядом удава, Иванов машинально загрузил вещи и со смиренной покорностью тяжело опустился на сиденье. Мысленно он уже прощался с жизнью. Несмотря на свои внушительные габариты джип легко тронулся с места. Олег нервно ерзал на сиденье, растерянно оглядываясь по сторонам. У него появилось предчувствие, что едут они вовсе не в Москву.

- Если так боитесь, стоило ехать в такую даль? – словно прочитав его мысли, спутник нарушил молчание, ставшее уже невыносимым.
- Просто… - пытался оправдаться Олег, - просто я ожидал несколько, гм… другого приема.
- Удивлены, что вам никто не бросился на шею?
- Нет, я удивлен другим, - почти шепотом, хрипло пролепетал Иванов, во рту у него было сухо, как в пустыне, а язык ворочался с большим усилием.
- Тем, как я вас узнал?-  опять прочитал мысли незнакомец.

Химик молча обреченно кивнул головой.
- Ну… скажем так, у нас есть свои источники, - обтекаемо сказал нелюдимый собеседник и добавил: - Кстати, меня зовут Денис, - запоздало представился он. Почему-то это сразу успокоило Олега. Он даже слегка улыбнулся, наивно, решив, что убийца вряд ли станет знакомиться с жертвой перед тем как ее прикончить. А Денис, между тем, продолжал: - Не стоит паниковать, просто мы едем не в Москву, хотя достаточно близко от нее. Там нас уже ждут нужные люди и в спокойной обстановке сможем обговорить детали.

Иванов почувствовал, как от сердца отступает давящая тяжесть. Жизнь снова показалось вполне приемлемой, а бывшая родина совсем не такой страшной, как всего несколько минут назад. Теперь в дороге, можно было, не спеша, хорошенько обдумать свои условия и предложения. То, что производство будет располагаться не в Москве, это даже лучше, безопаснее, ведь вокруг будут только свои. Узкий круг посвященных людей. Олег покосился на Дениса. Это ж надо было за интеллигентным человеком, каким он себя считал, послать такого… Иванов даже не мог придумать достойного определения этому типу.

Правда, выражался он весьма грамотно, но вот все остальное… Хотя, не стоит зря привередничать. Может быть, это – лучший из тех, кто у них есть, а остальные, так и вовсе гамадрилы. Все приличные люди уже давно покинули этот анклав нищеты и убогости, размышлял Олег, в первую очередь, относя к приличным людям именно себя.

Успокаиваясь таким образом, он повернул мысли в более приятную колею, стал размышлять о том, сколько денег удастся сорвать с данного мероприятия и когда сможет вернуться в ставший столь притягательным для него Люксембург. Голубой мечтой Иванова было осесть там окончательно, женившись на дочке кого-нибудь из местного высшего света.

За окном бесконечной унылой лентой мелькал почти забытый пейзаж с чахлыми березками чередующимися с полузаброшенными нищими деревеньками. Эта страна всегда, еще со студенческих лет, вызывала у него необъяснимое, но устойчивое раздражение. Нервное возбуждение постепенно отступало. Ему на смену пришла тяжелая усталость. А вскоре, убаюканный комфортабельной машиной, Олег, незаметно для себя задремал.


Проснулся он от довольно ощутимого тычка в бок. Иванов испуганно открыл глаза и осоловело огляделся. В подступающих сумерках перед ним переливались неоновым светом несколько вполне живописных березок, образующих одноименную надпись на фасаде внушительного здания.

- Пока будем жить здесь,  - коротко сообщил Денис, открывая дверцу машины.
Внутри отель, хотя и не был пятизвездочным по европейским меркам, но все же производил хорошее впечатление. До прихода Дениса, Олег успел еще немного отдохнуть и привести себя в порядок для знакомства с будущими партнерами по бизнесу. Около десяти вечера Денис снова посадил его в джип, и они поехали, как странно выразился этот интеллигентный мафиози, на стрелку. Иванов только тяжело вздохнул, он пока еще с трудом ориентировался в современных российских неологизмах. Но, кажется выражение «забить стрелку», означало – назначить встречу.

Странно, но вывеска заведения около которого они остановились, выглядела точно так же, как гостиничная, будто они просто сделали круг по городу и вернулись на то же самое место. Не успел Олег вслух удивиться такой метаморфозе, как Денис уже разъяснял:
- Все они принадлежат одному человеку. Если сговоримся, возможно, он будет, заодно, и хозяином производства.

Из березового «дупла» суетливо выскочил какой-то человечек и, радостно улыбаясь, пригласил внутрь. Он провел их через заполненный посетителями, роскошно, даже несколько аляповато, оформленный зал. Открыл почти незаметную в стенной панели дверь, и они оказались в небольшом уютном кабинете, одну стену которого частично занимало затемненное стекло, через которое можно наблюдать за происходящим в зале. Видимо, глазам публики по ту сторону представлялось огромное зеркало, подумал Олег.

Им навстречу поднялся невысокий мужчина. Он улыбнулся Денису, как старому знакомому, а Иванова окинул холодным оценивающим взглядом.
- Познакомьтесь, господа, - официально произнес Денис. - Это, Олег Иванов – подающий большие надежды химик, а это, Магомед Султанович – будущий хозяин нашего, гм… совместного проекта.

Сердце Иванова неприятно затрепетало. Он ничего не забыл и после известных событий, просто терпеть не мог этих представителей дружественного Кавказа. И вот, пожалуйста, ему предстояло не только иметь дело с одним из них, да еще получать от него свою долю прибыли. Провались они все к чертовой матери, решил про себя Олег, а вслух произнес классическое:
- Приятно познакомиться, - и постарался, как можно более приветливо улыбнуться. Но улыбка вышла какая-то жалкая и кривоватая. Он это и сам понял.
Их еще не начавшуюся толком беседу прервал звук открывающейся двери. Магомед с недовольным видом повернулся на звук, но увидев, кто вошел, оставил эмоции при себе, а Олег с удовольствием отметил, что, все-таки, не зря приперся в этот провинциальный городок.

В дверях стояла совершенно потрясающая женщина. Неужели эти волосы нереального лунного цвета могут быть естественными? Тем не менее выглядели они совершенно живыми. Даже на высоких приемах в Люксембурге, он не встречал подобных ей. Иванов решил, что должен немедленно заполучить такую красотку. Ведь ему предстояло провести в этом городишке довольно долгое время. А кто, как не красивая женщина, может помочь мужчине скрасить унылую прозу жизни, которая, по его мнению, всегда сопутствует провинциальной жизни? Олег по петушиному расправил плечи и попытался придать своему бесцветному взгляду призывный блеск.

- Я не слишком помешаю вашему деловому разговору, если присоединюсь к компании? – низким хрипловатым голосом осведомилась красавица.
- Нет-нет, присоединяйтесь пожалуйста, - Олег решил, что если оставшиеся участники разговора так невежливы, что промолчали на такое заманчивое предложение, то хотя бы один человек должен проявить европейскую галантность. Он вскочил и выдвинул для незнакомки оставшейся незанятым стул, на который она сразу же грациозно опустилась.
К немалому удивлению химика, Магомед, хотя и молчал, но смотрел на вошедшую с явным неодобрением. Казалось, она совершенно этого не замечала, пока чеченец не заговорил.
- Зачем ты пришла? – спросил он, как законченный восточный деспот.

Прекрасная незнакомка несколько секунд изучала Магомеда, так, словно увидела его впервые в жизни, а потом совершенно спокойно спросила:
- Почему, собственно, ты не хочешь познакомить меня с гостями?
Магомед снова недовольно засопел, потом помолчал, а в итоге процедил сквозь зубы:
- Познакомьтесь, моя жена – Марьяна…
В этот момент, Иванов предпочел, чтобы земля разверзлась под ногами и поглотила его сразу и без остатка, чем узнать, что такое небесное создание является женой немолодого кавказского деспота и недомерка.

В его технической голове, по привычным алгоритмам, сразу же защелкали многоступенчатые расчеты. Их итог свелся к нескольким коротким и четким пунктам: быстрое обогащение с помощью Магомеда, он, Олег, естественно, умнее, поэтому справится без особого труда, затем, избавляется от самого Магомеда и бросает к ногам лунной принцессы весь мир. Она стоит того и, бесспорно, согласится на его предложение жить на Западе. Кто же откажется от такой заманчивой перспективы? К тому же, с ее внешними данными, Марьяна сможет сделать там головокружительную карьеру топ-модели или еще кого-нибудь в этом роде.

Со свойственной многим людям категоричностью, Олег считал, что его мнение является истиной в последней инстанции. Если он так решил, значит, так тому и быть, а что при этом думали окружающие, его мало интересовало.

Обычно, это качество присуще людям самоуверенным, а самоуверенным Олег никогда не был. Скорее, он относился к людям с врожденной способностью к логическому мышлению. Но любое логическое умозаключение Иванова почему-то неизбежно приводило его к выводу о собственном превосходстве над окружающими. Впервые он об этом задумался, когда получил в придачу к аттестату зрелости золотую медаль. Институт тонкой химической технологии им. Д.И. Менделеева для золотого медалиста не оказался непреодолимым препятствием, а диплом с отличием по его окончании – скорее естественным логическим следствием. Дальше должна была следовать аспирантура, потом – ученые степени, звания, почетные дипломы и, может быть, Государственная премия…

Но неожиданный зигзаг истории перечеркнул все далеко идущие планы, смел все традиции и выбросил его на рынок, где больше ценилась не логика мышления, а логика выживания, находчивости и предприимчивости. Правда, на рынке он оказался не с пустыми руками.
Между тем Магомед, не подозревая, о скорбной участи, которую так быстро уготовил ему новоиспеченный компаньон, продолжил представление:

- Это – Денис, наш партнер из Москвы, а это – Олег, он… - чеченец немного помялся, подыскивая нужное выражение, но так и не придумав ничего подходящего, закончил, - в общем, он тоже будет работать с нами.
- Очень приятно, - очаровательно улыбаясь, пропела Марьяна.

Иванов искоса посмотрел на Дениса. Ему хотелось узнать, произвела ли жена Магомеда такое же впечатление на москвича и если да, то в его лице он может получить очень опасного конкурента. Олег заметил, что Денис смотрит на Марьяну каким-то странным, пытливо-изучающим взглядом.
Он еще раз, теперь внимательнее оглядел красавицу. Ничего, что могло вызвать такой повышенный интерес, он не заметил. Пожалуй, она была немного возбуждена и, наверное, чтобы приглушить это чувство, часто пила минералку из высокого запотевшего стакана маленькими глотками.

Пока партнеры занимались обсуждением своих дел, Олег решил начать массированную атаку на красавицу – провинциалку. Свято веря в поговорку: «Женщины любят ушами», Иванов стал активно проверять теорию практикой. А рассказать ему было что. Марьяна, казалось, внимательно слушала, глядя на Иванова расширенными и горящими от восхищения глазами. Ее откровенный интерес вдохновлял его на новые подвиги. Рассказы лились не просто рекой, а бурным, все сметающим на своем пути, потоком. Войдя в азарт, химик даже не услышал обращенных, в первую очередь, к нему слов Магомеда, но зато не пропустил короткий ироничный смешок Дениса, сопровождающийся ехидной репликой:

- Прекращайте, голубки, даме пора на сцену.
- Ой, правда. Я совсем забыла, - Марьяна поморгала небесной синевы глазами с сексуально расширенными зрачками и мгновенно вспорхнула из-за стола, не забыв на ходу похвалить Иванова: - Олег, вы потрясающий рассказчик, я с удовольствием послушаю еще.

Не успела за ней закрыться дверь, как химик сразу же почувствовал себя очень неуютно под тяжелым и неприязненным взглядом Магомеда, который тот сопроводил увесистым ударом кулака по столу так, что приборы подпрыгнули и обижено зазвенели. Лицо чеченца из приветливо-добродушного моментально превратилось в настоящую маску ярости:
- Даже не мечтай, пес. Это моя жена. Сейчас ты у меня в гостях, и только поэтому еще жив. Хочешь работать, работай. Попробуешь здесь б… устраивать – пожалеешь, что вообще родился.

Олег вздрогнул и жалобно посмотрел на Дениса. Он надеялся, что москвич, как европеец, должен за него заступиться, но тот даже головы не повернул в его сторону, меланхолично разглядывая ингредиенты салата в тарелке. Иванов воспринял такое поведение, как молчаливую поддержку чеченца и счел за лучшее в такой ситуации извиниться:
- Вы меня не так поняли. Это всего лишь недоразумение, прошу меня извинить. Я просто увидел, что даме здесь скучно и постарался ее немного развлечь своими рассказами о дальних странах.
- Ну-ну, клоун, - неопределенно протянул Магомед успокаиваясь и предложил: - А сейчас послушайте, как она развлекает гостей.

С этими словами он настежь раскрыл дверь кабинета.  Их глазам предстала сцена, залитая переливающимися огнями. Марьяна на сцене выглядела еще лучше. Голос был не очень сильный, но приятного тембра, и она умело им пользовалась. Зал визжал и топал от восторга. Олег с готовностью присоединился бы к этому всеобщему гимну восхищения, но присутствие сурового мужа, сильно охлаждало изъявление любых чувств.

Магомед тоже заметил, что Марьяна сегодня в ударе, но в чем причина, понять не мог. Единственный разумный вывод, который напрашивался сам собой, был неутешителен – появление этого паршивого заграничного гостя, и его поганый длинный язык. Это совсем не радовало Магомеда, поэтому вывод его был жестким и логичным – использовать химика, как можно быстрее и после этого избавиться от него, как от ненужного хлама. Когда он будет как следует выпотрошен, то уже не будет представлять никакой ценности. Туда ему и дорога.

Магомед бросил косой взгляд на химика, сплюнул на пол и растер ногой, живо представляя на месте плевка по-европейски интеллигентного господина Иванова. Додумав эту мысль, чеченец тяжелым взглядом уставился на сцену. Он не видел и не слышал ничего, что на ней происходит. У него были проблемы поважнее. Как настоящий мужчина, он не говорил о них партнерам. Один из его людей оказался предателем, пришлось с ним разобраться. Но разобрались не совсем удачно, и эти ребята тоже  сыграли в ящик. Их прихлопнул какой-то оперативник. Что это было? Случайность? Или они угодили в разработку? Его источники в соответствующих органах ничего не знали. И это состояние неизвестности мучило Магомеда больше всего. Чутье тихим шепотом предупреждало об опасности, но откуда?

Понятно, здесь все свои, дело замнут, но… Но ему было неизвестно, куда приведут нити расследования. Это его нервировало. Где-то в подсознании периодически всплывала неприятная мысль, что «мозг» этих подозрительно совпадающих мероприятий находится слишком высоко для того, чтобы можно было до него дотянуться. Возможно даже, он в самой Москве. А если это так, то нужно как можно быстрее провернуть дело с химиком и сматываться, куда подальше. Но тревожные мысли никак не отражались на лице Магомеда. Со стороны казалось, что он с гордостью и восхищением наблюдает за выступлением любимой жены.

Денис не стал исключением в их компании и тоже внимательно смотрел на сцену. Пожалуй, он был единственным человеком в зале, кто правильно понял причину необычайно яркого выступления Марьяны. В последнее время он слишком часто видел такое – странную бледность, расширенные зрачки, неоправданное возбуждение. Все вместе наводило на одну единственную мысль. Но, судя по всему, пока это было только самым началом. Началом конца.

(продолжение следует)


Рецензии