Механик-наладчик Мамин

На БМРТ-245 (Большой морозильный рыболовный траулер) «Имант Судмалис» прислали из кадров механика-наладчика. Фамилия у него была Мамин, а величать он просил себя исключительно по имени и отчеству – Василием Савельичем. Первым, что бросалось в глаза, была невероятных размеров капитанская мица с  крабом, вышитым золотой канителью. Мица придавала его бабьему невыразительному лицу суровый капитанский вид. Этот веский элемент одежды буквально перечёркивал всё остальное: его старое, невзрачное и изрядно потёртое бобриковое пальто, короткие зауженные книзу чёрные брюки и заношенные ботинки. На его плечах лежало всё механическое оборудование рыбцеха.
Наше судно стояло на Таллинском судоремонтном заводе, и после большого восьмимесячного капитального ремонта готовилось выйти в рейс. Хлопот у всех было много. За день уставали так, что досуг свой проводили в каютах – отдыхали. Однако у механика-наладчика Мамина после напряжённого рабочего дня всегда хватало сил уйти в увольнение в город. И всегда по прошествии двух-трёх часов он приводил на борт «чувиху». Он так и сообщал:
 – Привёл чувиху – застрелись! На уровне запредельной фантастики. Оперная певица. Будь другом, загляни ко мне в каюту минут через пять с половиной с устным рапортом, типа  «товарищ капитан, на корабле полный порядок, замечаний нет».
– А при чём тут капитан?..
– Ну, так надо, старик. Чего тебе стоит? Приём такой. Действует безотказно. Под капитана всегда ложатся без колебаний. А под механика-наладчика – не очень. Специальность сомнительная и никому не известная. Заодно на чувиху мою посмотришь.
Чувих всегда он приводил дородных, в теле, будто сошедших с картин Пауля Рубенса. В своей скромной каюте он садился рядом с чувихой на диване и дожидался «рапорта». При этом всегда сидел в своей потрясающей воображение мице, с лицом, выражающим одновременно скорбь и властность. Провожал он своих пассий с этим же выражением: под капитанской тульей, напоминающей взлётно-посадочную полосу современного авианосца, красовалось, будто высеченное из мрамора, лицо римского цезаря. Создавалось впечатление, что свой излюбленный головной убор он не снимал за весь период, хоть и краткого, но страстного знакомства. Уже после третьего привода к нему прилепилась кличка механик-налётчик.
За день до отхода Василий Савельич привёл на пароход солидную женщину-чувиху с ретушированным глазом и напомаженными, яркими и лоснящимися губами. Усадив её на диван в своей каюте, он пошёл искать помощника в столь деликатном и проверенном деле обольщения очередной рубенсовской красавицы. Ближайшей открытой каютой оказалась каюта четвёртого штурмана, недавнего выпускника Рижской мореходки.
– Послушай, Григорий, я тут чувиху одну привёл… Застрелись! Начальник финансового отдела одного крупного таллинского предприятия. Представляешь? Да ещё член КПСС. Сам понимаешь, впереди рейс шесть месяцев. Размагнититься нужно. Ты так, ради понта, зайди ко мне через полторы минуты. Скажешь, мол, товарищ капитан… И там чего-нибудь наплети по штурманскому делу. Выручай, старик, надо… 
– Да пошёл ты, Васильсавелич… Не до тебя сейчас. Мне ещё карты нужно подготовить на выход. А ты здесь со своими чувихами из КПСС.
Но механик-наладчик не отступал:
Чего ты, Григорий? Что тебе трудно? Мне только для начала пыль в глаза пустить. Такая метода у меня. Давай, старик, я серьёзно. Дальше я уже всё сам.
– Так какой же ты капитан? – стал придираться четвёртый. – У тебя только кепи капитанский. А китель с шевронами где?
– Да ладно тебе придираться. У меня программа минимум. Достигать результатов нужно малыми средствами при больших потенциальных возможностях.
– И каюта у тебя явно не капитанская, – приводил свои доводы четвёртый, – и…
– С каютой всё в порядке. Я уже предупредил, что моя каюта якобы в ремонте и временно занимаю другую. Давай, Гриша, жду с докладом.
Четвёртый штурман немного поколебался и, наконец, согласился:
– Ладно, иди. Сейчас буду. Заодно чувиху твою высокопоставленную посмотрю.
Через минуту Гриша постучал в каюту механика-наладчика:
– Товарищ капитан!.. О, извините, Вы с дамой.
Наладчик поправил на голове мицу, отцентровал ребром ладони «краб» с якорем и, откашлявшись в кулак, выдавил хриплым начальственным голосом:
– Ничего, ничего, обращайтесь Григорий, кхэ, Григорьевич.
– Товарищ капитан, куда балласт принимать?
Наладчик поёрзал на диване, скосил глаза на даму с распухшими красными губами и начал подавать бровями знаки четвёртому помощнику: мол, что отвечать про балласт, не знаю. Брови у него были лохматые, кустистые, уходили под самый козырёк и выше. Четвёртый, наконец, разрешил сомнения дополнительным вопросом:
– На левый или на правый борт?
Механик-наладчик опустил брови до приличествующего уровня:
– Та-ак!.. Принимайте на левый… И – на правый.
Четвёртый вытянулся в струну:
– Разрешите исполнять?
– Исполняйте!
– Кто это? – с некоторой настороженностью спросила дама, кивнув в сторону четвёртого.
– Это у нас механик. Второй.
– Что второй?.. – дама в сарказме превратила губы в блуждающую амёбу.
– Второй механик.
Дама удивилась:
– А что, есть ещё и первый?
И тут на сцену влетел запыхавшийся стармех (он же первый механик) и, брызжа слюной и не обращая внимания на удивлённую даму-чувиху, разразился словесным громом. Сразу запахло электричеством:
– Ты что, разэмбай этакий, в каюте тут просиживаешь?!!! Тебя два часа в рыбцеху ждут, по всему судну ищут. Комиссия уже уходит, нужно акты подписывать. А он здесь лясы точит… Давай быстро в рыбцех! Я потом с тобой ещё поговорю!
И дед (он же стармех) потопал по железному коридору в корму – в сторону рыбцеха.
– Чего это он на тебя? – всколыхнулась всем телом дама сердца механика-наладчика.
Василий Савельич, слегка приподняв за козырёк мицу, вытер тыльной стороной ладони пот со лба и медленно произнёс:
– Да это… Групповой капитан-наставник. Ты тут посиди малость, я решу с ним один вопрос.
Но дама из КПСС, почувствовав подвох, ждать не стала. Она резко поднялась, одёрнула короткое платье, замахнула за плечи шаль и попросила четвёртого, который, давясь собственным смехом, стоял в коридоре, проводить её, если можно, до проходной завода.
Весь рейс механик-наладчик кусал локти и сокрушался:
– Такая рыба сорвалась! Чувиха из чувих! Партийная! Начальница! Про остальное я уж не говорю! Вот, четвёртый не даст соврать – на грани фантастики бабец. И так гладко всё шло. И надо же – дед под руку подвернулся! Ведь до этого ни одного срыва не было. Век не забуду!
И он весь рейс поглядывал на деда недобрым взглядом. А дед, кстати говоря, ничего не помнил.


Рецензии
Вот завсегда так не вовремя капитан блин наставник заявляется :) На самом деле, классная история, рельефная!!! "Жму на зелень" - понравилось

Андрей Рябоконь   12.05.2010 09:32     Заявить о нарушении
Андрей, спасибо за "зелень". Это в любом случае лучше, чем зелень дешёвых американских рублей.

Сергей Воробьёв   12.05.2010 11:04   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 4 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.