Бей ушастых! Часть 1. Глава 6

                Глава 6

     Я материлась так, что Кардагол заслушался. Извращенец несчастный! Это надо же такое из меня сделать! Урод! Придурок!
     - Это что твоя лучшая эротическая фантазия? – таким вопросом я закончила свою нецензурную речь.
     - Дусенька, а ты как думаешь, в каком виде Дафура соблазнять следует? – ехидненько осведомился Повелитель времени.
     Я осторожно посмотрела в зеркало. Осторожно, потому что на это надо смотреть после тщательной моральной подготовки, иначе инфаркт можно заработать с перепугу. Не знаю, что там думает про Дафура Кардагол, но это блондинистое чудовище с буферами черт знает какого размера, огромными голубыми глазищами, красными губищами и ногами от коренных зубов, лично я бы и близко к себе не подпустила. Даже если бы была мужчиной. Даже если бы была таким вот озабоченным мужчиной, как этот Кардаголище, растудыть его в тудыть! Я помахала ресницами, достающими до бровей, и повторила:
     - Извращенец!
     - Переоденься! – распорядился Кардагол, бросая мне кучу какого-то блестящего тряпья.
     Это что это за лоскутки? И я это надеть должна? Нет, ну я конечно девушка не особо стеснительная, но такое…
     - Сам это безобразие надевай! Ты придурок! У тебя странные представления о соблазнении мужиков! Это тебя, имбецила озабоченного, можно на такое взять, а Дафур может быть, скромных девушек любит.
     - Дуся, ты всякими иномирскими имбецилами не ругайся, - попросил Кардагол.
     - Да тебя мало обругать! Тебя кастрировать надо без наркоза! – проворчала я, и пошла за ширму переодеваться, потому что лиф ставшего маленьким платья грозил вот-вот лопнуть к чертовой бабушке и выпустить наружу мое неожиданно привалившее «богатство». И это я когда-то Брианне завидовала? Да как она только таскает такую тяжесть! Если бы у меня и зад не увеличился для противовеса, то я бы точно носом вперед на каждом шагу заваливалась.
     Нацепив на себя нечто местами обтягивающее, местами прозрачное, с глубоким вырезом на груди, я уже собралась предстать перед Кардаголом, но тут в дверь постучали. Я затаилась. А когда стучавший вошел, чуть не уписалась от страха. Это был Терин! А вот как он сейчас все наши планы на корню пресечет, как разозлится на меня и… и вот точно разведется.
     Но оказалось, что Терин сюда шел вовсе не для того, чтобы планы наши рушить, он пришел пригласить Кардагола на военный совет, что-то у них с Вальдором там не ладилось, нужна была помощь озабоченного этого… ладно, признаю, стратег Кардагол хороший, но все равно задница та еще.
     - Я сейчас подойду, - пообещал он и громким шепотом добавил, - ты иди, Терин, а то у меня тут дама стеснительная.
     - И где Вы находите таких стеснительных… дам?
     Не дожидаясь ответа на этот вопрос, Терин ушел. Я выползла из-за ширмы. Наверно морда лица у меня была испуганная, потому что Кардагол ядовито заусмехался и заверил, что Терин бы меня в таком виде все равно не признал.
     - Я думала, он узнал, что мы затеваем! – прошипела я.
     - Не узнал и не узнает, не переживай.
     - Слушай, а ведь он меня искать будет!
     - Дуся, это дело на пару часов, он не успеет тебя потерять! – Кардагол вручил мне «ошейник покорности», - вот держи, прекрасная соблазнительница, и отправляйся.
     Я намотала ошейник на руку. В сочетании с этим блескучим платьицем вполне сойдет за безвкусный браслет.
     - А сумочка какая-нибудь к костюмчику этому не прилагается?
     - Сумочка? Зачем? – озадачился Кардагол.
     - Тапок мне куда, по-твоему, спрятать?
     У него сделалось такое лицо, что я мгновенно догадалась, куда он хотел бы посоветовать поместить мой магический предмет.
     - Какой тапок, Дусь? Тапок здесь останется.
     - Это как это? Мы так не договаривались! Ты чего это? А как же я без него защищаться буду? Да и вообще, я как с тобой свяжусь без тапка, когда ошейник на Дафура напялю?
     - Вот! – Повелитель времени торжественно повесил мне на шею какую-то безделушку. - Это амулет, при помощи которого ты сможешь телепатически связаться со мной. Но только один раз, так что зря не используй. Он слабенький, одноразовый.
     - А сильненький, многоразовый сделать слабо было? – поддела я.
     - С тебя и такого хватит. Мало ли, вдруг у Дафура какие-нибудь амулеты охранные имеются, которые на магию реагируют? А здесь такой слабый заряд, что даже при использовании срабатывание заметить будет невозможно.
     - А сработку ошейника?
     - Какая ты неосведомленная, Дуся. Ошейник этот излучает магию только оказавшись на чьей-нибудь шее и она такая слабая, что засечь ее практически невозможно. Да и вообще, когда Дафур будет в ошейнике, станет неважно, на что там его амулеты среагировали. Все, давай тапок, и я тебя телепортирую.
     - А если дафуров маг засечет мои действия, я как, по-твоему, без своего магического предмета отбиваться буду?
     - Дуся! – прорычал Кардагол, кажется, потеряв терпение. - Ты сама подумай, кто из волшебников осмелится помогать Дафуру, который воюет с Главой Совета? Да и разведчики мои никаких волшебников при нем не видели.
     - В общем-то, ты прав. Но если так, почему я должна тапок оставить? Амулеты на магические предметы не реагируют.
     - Потому что тебя по нему любой дурак узнает! Давай сюда, не бойся, ничего с ним не случится, верну в целости и сохранности.
     Я задумчиво посмотрела на Повелителя времени. Он, конечно, засранец и гад, но специально подвергать меня опасности не станет. И обманывать тоже. Зачем ему? Цель-то у нас одна – Эрраде отвоевать. Ему даже важнее, чем нам, сделать это, как можно скорее, потому что люди его там – в плену. Я вручила Кардаголу тапок, и он переместил меня в Эрраде.
     Это нам повезло, что Дафур сейчас там был. Будь он в своем дворце, в Арвалии, так просто телепортироваться туда не получилось бы. Ни я, ни тем более Кардагол во дворце Дафура не бывали и ориентиров не знали. В Эрраде-то он с Терином уже несколько раз был, потому и имел представление, куда меня переместить. Это они набеги на лабораторию Терина совершали, какие-то ингредиенты им понадобились, которые не так просто достать на магическом рынке.
     Ну и вот значит, я вся такая красивая, сисястая, иду по коридору собственного дома прямиком к хозяйской спальне. Надеюсь, шпионы кардаголовы не обманули, и Дафур действительно именно в этой спальне ночует, а то хороша я буду, рассекая по дворцу в полуголом состоянии и разыскивая этого Дафура несчастного.
     В спальне было пусто. Я улеглась на нашу с Терином кровать и мрачно уставилась в потолок. Очень, знаете ли, неприятен тот факт, что теперь здесь спит какой-то посторонний дяденька. Еще, наверно, и не всегда один. Когда отвоюем Эрраде, надо будет выкинуть это оскверненное «ложе любви». Мало ли с кем тут Дафур валялся, так недолго и заразу какую-нибудь подхватить.
     Скрипнула дверь. Я перевернулась на бок, приняла соблазнительную позу и призывно улыбнулась. Дафур замер на пороге, как статуя, символизирующая высшую степень офигевания происходящим. Тощая такая, высокая и бледно-рыжая статуя с признаками надвигающейся старости на усыпанной веснушками физиономии с впалыми щеками. Не кормят его, что ли?
     Представляю, какой ужас он ощутил, увидев на кровати фигуристое чудовище, в которое я превратилась. Тут не только статуей застынешь, тут и более серьезные последствия вроде заикания недолго заработать.
     Наконец король отмер и зашевелился. Плотно прикрыл за собой дверь и, окинув мои прелести липким взглядом, сладенько так спросил:
     - Ты откуда здесь, красавица?
     - Сюрприз! – промурлыкала я, оглаживая ладошкой свои выпуклости и вогнутости. – Я твой подарок, Дафурчик. Скорее иди сюда и воспользуйся.
     Я медленно подняла ногу, легкая ткань соскользнула вниз, обнажая это чудо кардаголовых фантазий. Дафур судорожно вздохнул и двинулся ко мне. Как все ж таки некоторым мужчинам мало для счастья надо. Я помахала поднятой ногой и качнула грудью. Арвалийский король в один прыжок преодолел оставшееся до кровати расстояние и плюхнулся рядом со мной. Пришлось, для усыпления бдительности, дать ему себя потискать. Честно говоря, чуть сама не уснула на пару с его королевской бдительностью. Медленный и печальный Дафур этот. Скучно с ним. Я решила взять инициативу в свои руки, подмяла короля под себя, уселась сверху и, потрясая у него перед носом объемной грудью, проворковала:
     - А сейчас мы с тобой поиграем.
     - Во что? – блаженно жмурясь, спросил он.
     - Увидишь, зайчик мой, - пообещала я, снимая с руки «ошейник покорности».
     В глазах короля мелькнуло настороженное выражение. Я поспешно плюхнула ему на лицо свое хозяйство сказочных размеров. Отвлекающий маневр подействовал. Дафур схватил меня за задницу, что-то блаженно бормоча в прижимающуюся к его губам левую грудь. Я стала медленно сползать, ерзая бедрами по его хозяйству… вовсе не сказочных размеров, если верить тому, что я под собой ощущала. Дафур протестующе заворчал и потянулся губами за моей грудью. А вот хрен тебе, противный озабоченный дебил! Хватит мне лиф платьица слюнявить!
     Я отодвинулась, накинула на короля ошейник, притянула его голову поближе и нагло запихнула язык в королевский рот по самые гланды. А он как думал? Вот такие они - смачные поцелуи созданных Кардаголом красоток с чудовищно пухлыми губищами. Дафуру понравилось. Он даже застонал от удовольствия. Так, теперь самое время ошейничек на его тощей шейке застегнуть и…
     Воздушная волна отбросила меня прочь. Я пролетела несколько метров и затормозила о стену.
     - Что ты себе позволяешь, Журес! – возмущенно взвизгнул Дафур.
     Опа! Вот это я попала! Мой старый знакомый, советник Журес стоял возле кровати, грозно сверкая очами. Ну, прямо-таки ревнивый супруг, застукавший свою благоверную за интересным занятием. Жаль, что на самом деле это не так.
     - У нее «ошейник покорности»! – ткнув пальцем в направлении меня, торжественно изрек Журес.
     - А показывать пальцем неприлично, - пробормотала я, соображая, чем бы таким тяжелым в мага швырнуть, чтобы ему жизнь медом не казалась?
     - У нее что? – растерялся король.
     Журес гордо проигнорировал Дафура и сказал что-то этакое забубенное из арсенала магов-словесников. Ошейник, который я сжимала в руке, вырвался, как живой, и подлетел к этому чертовому волшебнику.
     По всему выходит, что Журес при Дафуре в качестве мага находится. И как это он набрался наглости остаться на службе у противника Терина, в то время как остальные волшебники благоразумно расторгли свои контракты с Дафуром, решив не вмешиваться? И что за шпионы у Кардагола хреновые, если такое вот не заметили?
     - «Ошейник покорности»! Ее прислал Терин! – потрясая вещественным доказательством, то есть ошейником, воскликнул Журес и снова сказал что-то магическое в мой адрес.
     Все-таки гад Кардагол этот! Вот если бы он не отобрал у меня тапок, я бы в легкую с Журесом справилась. Он же слабак! Я его уделала много лет назад, будучи неопытной волшебницей, а сейчас так и вовсе в порошок бы стерла… если бы мой магический предмет при мне был. Но его не было. И оказалась я спелената в «ловчие сети», как последняя дура.
     - Шпионка! – наконец дошло до Дафура. – Теринова засланка.
     - Сам ты засранец! – огрызнулась я. – Не знаю, о каком таком ошейнике этот маг бормочет, я просто потрахаться хотела.
     Журес подошел ко мне поближе и стал пристально разглядывать. Слишком пристально. Чего это он?
     - Скажи еще что-нибудь, милочка.
     - Сам ты милочка! – рассердилась я. – Освободи меня, придурок! Я тут с королем трахаться пришла, а не в шпионов играть… а может быть вы групповухи хотите?
     Я призывно захлопала коровьими ресничками и попыталась соблазнительно растечься по полу, но в «ловчих сетях» это как-то не очень получилось
     - Это она! – уверено сказал Журес, - я ее голос узнал! Ваше величество, Вам несказанно повезло, Вы только что поймали княгиню Эрраде.
     - Это княгиня? – недоверчиво изучая мой нескромный наряд и прочие прелести, проговорил Дафур. – Но она совсем не похожа на…
     - Магия. Очень сложное волшебство, не иллюзия, а полное превращение, - объяснил Журес. - Поверить не могу, что Терин решился отправить свою драгоценную женушку на такое дело!
     - И не верь, - посоветовала я, - потому что никакая я не княгиня, меня Маня зовут, я тут придворной шлю… кхм… дамой работаю.
     - Я Вам точно говорю, Ваше величество, это она! Я ее голос и манеру выражаться хорошо запомнил!
     Ну да конечно, в свое время я Журеса здорово напугала, не мудрено, что он обо мне не забывал все эти годы.
     Тем временем Дафур позвал стражу. Бравые ребята ворвались буквально через две секунды после призыва. Интересно, где они прятались, когда я, не таясь, топала по коридору до спальни?
     - Привет, мальчики! – промурлыкала я. Хотела ручкой им помахать, но «сети» мешали, и помахать получилось грудью.
     Глазки у бравых воинов сделались масляные. Кажется, зря я так себя веду. Скромнее надо быть. Вредно это для здоровья – смущать мужское население подобным поведением. Для моего здоровья вредно.
     Журес быстро шагнул ко мне и… вот гад такой! Сорвал с моей шеи амулет вызова! А я-то, дура, надеялась, что при первой же возможности Кардагола позову, и пусть меня спасает. Ну почему Журес иногда проявляет чудеса сообразительности? Лучше бы все время дураком оставался!
     - В тюрьму ее! – распорядился маг, снимая с меня «сети».
     Я хотела резво вскочить и все-таки выполнить свое желание – бросить в мага чем-нибудь тяжелым. Но стражники подхватили меня под белы ручки и заспешили к выходу. Судя по тому, как они смотрели на мои выпуклости, спешат они вовсе не из желания поскорее выполнить приказ. Что-то мне подсказывает, что до подземного этажа мы доберемся не раньше, чем моей чести придет мандоса трындец… раз так дцать.
     Вообще-то уводимым в тюрьму преступницам полагается кричать и страдальчески заламывать руки. Вряд ли это в моем случае поможет, но ничто не мешает мне повалять дурака напоследок. Я рванулась из цепких рук стражников, которые норовили удержать меня непременно в области груди и бедер (ну да понятно, там мягче и приятнее на ощупь)
     - Журес, как ты мог предать меня после всего, что у нас было? – горестно взвизгнула я. - Мы же в одной постели лежали! Ты помнишь, Журес дорогой?
     - Это ложь, - для короля пояснил волшебник.
     - Дафур! – я развернулась к королю, выразительно изгибаясь в объятиях удерживающего меня стражника. Грудь моя при этом призывно заколыхалась. - Дорогой, неужели тебе не жалко меня? Как ты можешь такую красоту, такие сто центнеров офигительной плоти отправлять в сырую подземную темницу?
     Но на Дафура мой страстный призыв не подействовал, он уже пришел в себя и соблазну поддаваться не собирался.
     - Вам не хуже меня известно, княгиня, что в ваших темницах не сыро. Уведите ее! И чтоб никто к ней не прикасался! Я лично прослежу.
     А у Дафура все-таки ума побольше, чем я предполагала. Умница, какой. Конечно же, меня трогать нельзя. Особенно таким непотребным образом – за всякие интимные места. Ведь я ценный заложник. Воспрянув духом, я перестала валять дурака и вопить и позволила отвести меня в темницу.
     Стражники все-таки засранцами оказались - пока вели, от всей души полапали. Пришлось утешить себя тем, что все эти выпуклости вроде как и не мои, так что и честь пострадала не моя, а… хм… чья? А вот Кардагола к примеру! Нечего было из меня такое соблазнительное чудовище делать!
     Большая часть подземелья у нас для всякой магии некромантской приспособлена, и вход туда магически опечатан во избежание случайного проникновения всяких посторонних товарищей. А под тюремные дела отведено совсем мало места. Всего пять камер и комната для охраны. Палачей мы в штате, не держим, зачем магам палачи? Мы и так в случае чего всю правду узнать можем. На мой взгляд, это более цивилизованный способ, чем всякие щипцы, плети и прочие радости, которыми, например, изобилует тюрьма в Зулкибаре. Да и Терин палачей как вид недолюбливает, после близкого знакомства с зулкибарским Вадиком. Я однажды предложила Вальдору должность палача упразднить и заменить его толковым магом, так он посмотрел на меня как на больную и толкнул проникновенную речь о многовековых традициях и династии палачей, предки которых еще первому зулкибарскому королю служили верой и правдой. В общем, безнадежный романтик мыш этот недобитый.
     В нашей тюрьме заключенные редко подолгу задерживаются - не приучены мы пленников у себя в доме держать. А вот Дафур, оказывается, это дело любит. Несмотря на то, что у него в Арвалии своих темниц наверняка полным-полно, он еще и нашей воспользовался. Одним словом, все камеры оказались заняты.
     Тюремщик игриво предложил мне побыть заключенной в его уютной комнатке, но приведшие меня стражники, которые уже как родные жались к моему грудасто-жопастому телу, быстро разъяснили ему, кто я такая.
     - Привет, Олаф, как жена? Как детишки? – весело помахав ему ручкой, проворковала я.
     Глаза у бедняги полезли на лоб, он забормотал что-то, что при большом воображении можно принять за выражение почтения. Ага, еще бы! Ведь это наш, местный тюремщик, и Терин его по головке не погладит, если со мной тут будут плохо обращаться.
     - А вот мы ее сюда, во вторую посадим, к Иксиону. Этот точно не тронет, - осенило Олафа. – Прошу Вас, княгиня, устраивайтесь поудобнее. Я Вам сейчас одеяла принесу.
     Я осторожненько вошла в камеру. Интересно, что это тут за Иксион сидит, который не позарится на такую красивую меня? Евнух что ли?
     Олаф, продолжая взволнованно бормотать всякую чушь, зажег факел. Когда я увидела, кто мой сокамерник, все на что меня хватило, это тихо пискнуть: «Мама!» и резко сдать назад.

                ***
     По моим подсчетам мы уже около часа бродили по лагерю. Ничего интересного мною замечено не было, и не происходило тоже ровным счетом ничего. Меня даже ни разу не остановили и не поинтересовались, кто я такой и почему шляюсь тут без дела. Хотя я даже ответ уже придумал – что я вот преданный слуга почетной гостьи полковника Кирдыка, собачку ее любимую выгуливаю, а собачка не какая-нибудь хухры-мухры, а самая настоящая зулкибарская… диванная.
     - Кир, почему мной никто не интересуется?
     - Ты что девица, чтобы тобой интересоваться? Хотя, с такими-то волосами могут и спутать, - поддел этот пес шелудивый.
     - Ты не видел, какие длинные они были лет пять назад, - с лучезарной улыбкой отозвался я, решительно не поддаваясь на провокацию. – Но я серьезно, Кир, почему меня никто не остановил? Я вроде как чужой здесь. Или всем плевать, что посторонние по лагерю разгуливают?
     - Так всех уже оповестили, что у нас гостья. За тобой приглядывают, не переживай, - утешил Кир.
     Но только мне от чего-то наоборот совсем неутешительно стало. Сразу начало мерещится, что из-за каждого куста на меня следящие глаза пялятся. Мания преследования, одним словом. Гулять как-то сразу расхотелось и я ненавязчиво взял курс на шатер Флипы… то есть теперь это стал шатер Иоханны.

                ***
     Позади меня обнаружилась преграда в виде Олафа, который хоть и побаивался, но отпускать пленницу в бега не собирался. Да и стражники все еще в коридоре маячили. Как будто им заняться нечем!
     - Это кто это? – пролепетала я, невежливо ткнув пальцем в направлении своего будущего сокамерника.
     - Это Иксион. Вы, княгиня, его не бойтесь, он Вас не тронет. Он безобидный, - залопотал Олаф, подталкивая меня вперед.
     Я немножко поупиралась, но быстро поняла, что смысла в этом нет, все равно придется войти внутрь и остаться наедине Иксионом.
     Да, я дура! Столько лет прожила в этом магическом мире и не удосужилась поинтересоваться, есть ли здесь еще какие-нибудь разумные, кроме людей, гномов и эльфов, которые обитают по ту сторону Зулкибарских гор и среди людей появляются редко и ненадолго, в отличие от гномов, которыми все города кишат. Вот, оказывается, есть. Кентавры, например.
     - Здрасти, - брякнула я, скромненько присаживаясь на деревянную скамейку у стены, подальше от кентавра, который уложил лошадиную часть тела прямо на полу и, сложив руки на груди, насмешливо наблюдал за мной серыми глазами из-под гривы темных волос.
     - Привет, - оскалился он на мое приветствие и я к своему «восторгу» разглядела у него приличные такие клыки. Клыкастый кентавр? Прелесть какая! И почему мне так везет?
     - Иксион, ты же не ешь прекрасных дев? – весело поинтересовалась я.
     - Дев ем, - ухмыляясь, отвечал он, - но тебе это не грозит.
     - Хам! – на всякий случай обиделась я. – Ты как с княгиней разговариваешь?
     - Княгиня это твое кабацкое прозвище что ли? – нагло ухмыляясь, осведомился этот сивый мерин.
     - Я княгиня Эрраде, придурок!
     - А я герцог Иксион, дура! И я знаю, как выглядит жена Терина.
     - Это откуда ты знаешь-то? Шпионил что ли за ним?
     - Почему я тебе объяснять должен?
     - А, по-твоему, можно мне не объяснять, откуда ты знаешь, как я выгляжу? Мы не знакомы, я бы такой экземпляр не забыла.
     - Даже не мечтай!
     - В смысле? – растерялась я.
     Кентавр неспешно встал, значительно возвысившись надо мной, и стукнул по полу копытом.
     - Вы, дуры, начитаетесь романов, а потом лезете к нам со своей любовью. Умишка не хватает, чтобы понять, что это физически невозможно!
     Я внимательно оглядела лошадиную часть Иксиона и, сохраняя торжественную серьезность, подтвердила:
     - Да, не мой размерчик. И романы я, кстати, не читаю.
     - Хоть одна умная человеческая баба попалась, - с облегчением пробормотал кентавр и снова улегся.
     - Я сказки читаю, - радостно помахивая ресничками, возвестила я. – Вот, например, про колобка люблю.
     - Про кого? – растерялся Иксион.
     - Про колобка. Жили-были дед и баба и была у них курочка Ряба… ой, кажется, я что-то напутала. Ладно, не важно. Ты вот лучше мне скажи, откуда ты такой взялся? И как к Дафуру в плен попал?
     - Не твоего ума дело! – оскалился Иксион. – Кто ты такая, чтобы тут с тобой разговоры вести?
     - Специально для тупых повторяю – я княгиня Дульсинея Эрраде! – рявкнула я. – И если ты, конская срака, мне не веришь…
     - Теперь верю, - перебил кентавр. – Как ты орешь и выражаешься, я слышал.
     - То есть? – я растерянно заморгала. – Ничего не понимаю! Ты меня слышал, ты знаешь, как я выгляжу…
     - Сейчас ты выглядишь иначе.
     - Это колдовство, - отмахнулась я. - На самом деле я гораздо красивее. Правда?
     Я самым преданным образом помахала в сторону Иксиона ресничками. Он фыркнул. То ли смешно ему, то ли это периодическое пофыркивание - лошадиный рефлекс.
     - Так объяснишь мне, откуда…
     - Объясню, - перебил кентавр. – И как только Терин отпустил тебя сюда, да еще в таком виде?
     - Это не Терин, - призналась я.
     И тут мне, наконец, стало страшно. Ведь Журес мог не «воздушной волной», а чем похуже по мне врезать, чтобы сразу насмерть вредительницу уложить. Он же сначала не знал, что я - это я. Как он, кстати, вообще догадался, что нужно срочно бежать в спальню Дафура и спасать его от «ошейника покорности»? Но ответ на этот вопрос в тот момент меня не интересовал. Я просто боялась. Запоздало, но на полную катушку. Во-первых, меня могли убить, не успев узнать, что я ценная пленница. Во-вторых, Дафур мог не додуматься запретить страже меня трогать, и это было бы очень и очень неприятно. В-третьих… хм… не знаю, что в третьих, но достаточно и первых дух фактов, чтобы уписаться от страха! Во что я влипла? И что будет дальше? Ответ на первый вопрос я знаю точно – в дерьмо я влипла. По самые уши. А вот что дальше будет… Как хорошо, что я не страдаю буйным воображением и не стану представлять себе всякие ужасы.
     Бояться мне помешал Олаф, который ввалился в камеру с парой одеял и подушкой.
     - Стучаться надо, - проворчала я, поняла, что ляпнула глупость и обиженно уставилась в угол.
     - Если что-нибудь понадобится, зовите, - великодушно предложил Олаф и удалился.
     Я расстелила одно из одеял на полу и гостеприимно предложила:
     - Перебирайся, герцог, а то лежишь, как дурак на голом полу, небось, холодно на камнях-то?
     Он что-то добродушно фыркнул, перелег на одеяло и, видимо раздобрившись от моей щедрости, без лишних вопросов рассказал, как он сюда попал и откуда знает, как я выгляжу.
     Оказывается, Терин последние полгода вел переговоры с кентаврами о торговле. Между Кентарионом и Эрраде лежат такие непроходимые горы, населенные опасными хищниками (а последние лет сто еще и дед мой Мерлин там обитает) что прежним правителям княжества даже в голову не приходило торговать с кентаврами, но Теринчик мой оказался на выдумки горазд. Сговорился со старейшиной гномов Горнорылом и готов был начать строительство тоннеля сквозь труднопроходимый Кентарионский хребет, разделяющий наши государства. Опыт гномов плюс магическая помощь, и тоннель будет готов в кратчайшие сроки. Это конечно при условии согласия кентавров к взаимовыгодной торговле. Я сначала не поняла, чего это Терину вздумалось идти на такие сложности, чтобы торговать с кентаврами, но Иксион, пофыркивая и скаля клыки в усмешке, объяснил, что в Кентарионе произрастает множество трав, которые используются магами. В том числе и Каннабис широколиственный, столь любимый крионскими пифиями. Крион это остров, считающийся частью Шактистана (прибрежного государства, граничащего с Арвалией), но уже давно существующий автономно - этакое королевство в королевстве. Остров невелик, все, что там есть - это храм пифий, которые живут за счет подношений паломников, желающих узнать свое будущее. Надо сказать не хило так живут и готовы платить хорошие деньги за оптовые поставки Каннабиса, который используют для более ясного видения будущего. В общем, расчет Терина стал мне понятен – во-первых, прибыль, во-вторых, доступ к редким и дорогостоящим ингредиентам, которые необходимы для некоторых ритуалов магам любой категории.
     Терин ожидал прибытия Иксиона для обсуждения деталей соглашения о сотрудничестве, но оба не учли одного – кентавры товарищи неспешные и к тому же телепортацией, без крайней необходимости, пользоваться категорически отказываются. Так в итоге и получилось, что Иксион прибыл в Эрраде, когда там уже во всю хозяйничал Дафур, а Терин… я так думаю, что Терин из-за всей этой суеты с Нижним миром и прочими гадостями, просто позабыл о том, что должен прибыть посол из Кентариона. А может быть, рассчитывал, что тот появится позднее. Как бы там ни было, но итог был таков – Дафур на всякий случай велел схватить и посадить под замок наглого кентавра, рвущегося в княжеский дворец, как к себе домой.
     - Испугался, наверное, - закончил свою речь Иксион, - мы редко среди людей появляемся. Есть места, где в наше существование не верят, считают сказкой. Или боятся. Вот как этот недомерок, Дафур. Как Терина угораздило проср… кхм… проворонить Эрраде?
     - Это долгая история, - со вздохом отвечала я.
     Иксион напомнил, что у нас полно времени, и он с удовольствием выслушает мою историю, а то пока он пробирался по горным тропам и сидел в тюрьме, совсем от жизни отстал и не знает последних новостей.
     Я уже хотела послушно начать рассказывать, но тут меня вопрос осенил:
     - Слушай, вот ты говоришь, не любите вы телепортироваться, а как же так получается, что ты меня видел? Уже бывал в Эрраде? И не надоело туда-сюда путешествовать через горы, когда можно просто и быстро переместиться?
     - Я впервые пересек горы, - поведал Иксион. – У кентавров есть своя магия, не похожая на вашу. Мы можем общаться, находясь на большом расстоянии друг от друга.
     - Телепатия?
     - Нет. Мы покидаем телесную оболочку. Чем сильнее дух, тем большие расстояния он может преодолеть.
     - Ага, понятно. Ты общался с Терином, являясь ему бесплотным духом.
     Кентавр задумчиво посмотрел на меня, и, наверно решив, что возражать себе дороже, ответил:
     - Можно сказать и так.


Рецензии
На это произведение написано 7 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.