Двойная сплошная

         Город в преддверье ночи. Как же красиво и безлюдно! Ночью все становиться другим, небо окрашивается в темные тона, свет от вывесок бросается в глаза и создает единую картину ночного мира. Встречная машина, еще одна, дорога вверх и только вперед. Пустынные улицы и пустые отражения витрин. Хочется ехать в тишине и с завязанными глазами. Но я не могу. Я таксист. Я вожу людей по назначению и без, куда скажут, прикажут или попросят. Я не обращаю внимания на тон, разговоры или другую деятельность. Уши и глаза в моей профессии не главное. Главное – без участия ушей и глаз, кроме как взгляда на дорогу, довести пассажиров, взять деньги и высадить прямо у дома. Я всегда жду, когда пассажиры зайдут в подъезд, и лишь тогда трогаюсь с места. Почему? Не знаю. Думаю, что в такое позднее время я ответственен за них, хоть и немного. Да что уж думать,  я делаю это для себя. 
       А мои пассажиры - такие разные и этим самым такие одинаковые, что волей неволей удивляешься. Я, работая ночью,  за десять лет насмотрелся на убийства, грабежи, ну а случаи секса в машине просто не пересчитать.  С такой работой понимаешь, чем меньше  вмешиваешься в какие-нибудь ситуации, тем больше вероятность, что ты останешься цел и невредим. Все-таки мне кормить жену и детей.

        Нужный адрес. Хлопок.  Шуршание, садится немолодая женщина в нелепом платье, мальчик  в чистой одежде, и хмурый мужчина.
- Так, аккуратней садись. Ты ранцем чуть папу не прибил. Как можно так много учебников в школу носить? Ты как будто бежать собираешься. Ну что так смотришь, почему опять сидел все время в библиотеке, даже не вышел в футбол поиграть? Мне тетя Ира все рассказала.
- Твой сын не занимается спортом. Он ботаником растет, никогда такое бы не подумал. Хотел в бокс отдать, да какое уж тут.
- Он ровным счетом и твой сын.  Сам нормально с детства не воспитал, а на меня все валишь. Что кушать сегодня будешь?
- Что есть? Да валю, ты мать – должна воспитывать, а я наставлять!
- Борщ есть, котлеты пожарить тебе на работу? Тогда зайдем в магазин.
Долгое молчание. И опять высокий голос.
- Как на работе дела?
- Могло бы быть лучше. Опять наезжают на наш отдел, да как всегда.
- Хочешь узнать как у меня дела?
- Расскажи.
- Устроили сегодня корпоратив, Анька напилась и стала к шефу лезть целоваться, представляешь?! Нас поздравляли с хорошей работой.
- Я рад.
Молчание.
- Давай, быстрей выходи.
Хлопок двери.

          Еду дальше по заказам. Дикий смех, похожий на рокот, звуки напеваемой песни. Тут молодежный и видно, очень популярный бар. Молодые люди в полуспортивных брюках, девушки в джинсах на бедре и открытом топе.
- Все, пока пацаны, – слышно как бьются «пацаны» ладонями при прощанье.
- Эх, да, жесть парни, как повеселились.
- Да, телки то там вообще нормальные. Да и выпивка нормуль.
Дикий хохот. Кажется, пьяные люди не смеются настолько…безумно.
Залезают в машину двое – я чувствую запах табака, дешевого алкоголя и еще чего-то, похожего на траву. Неужели сейчас в клубах курят травку? Да, конечно да.
Они звенят банками со сладковатым алкоголем. Помню, так определенно пахнет питье с названием крутой машины и дикого животного.
- Ты взял с собой что-нибудь?
- Да, немного, только на сегодня, у Вадика мало было – он не подрасчитал. Ладно, завтра еще съездим! – отвечает второй и разворачивает бумагу.  Да, это травка. Но тот быстро прячет и запах почти незаметен, а под открытым окном он выветривается совсем.
- Я видел, ты с Машкой отходил. Она уже набуханная была. Что, дала на этот раз?
- Курить мы отходили. Нет, не дала, но помацал я ее изрядно. Такая девочка!
- Да, она классная! Хочу такую же телку.
Они говорят еще о чем-то – об общих друзьях, о вечеринке. Но я уже отрешаюсь от действительности, и не хочу их слушать – слишком противны мне эти несовершеннолетние мальчики, которые пытаются выглядеть круто перед своими друзьями, от этого пьют, курят травку и бездумно ржут. Слишком они мне напоминают сына года четыре назад…

         В машину прыгают две девушки, с виду лет 20-22. Одна коротко постриженная, спортивно одетая, вторая более женственная. Лесбиянки, их я узнаю сразу – эти девушки часто пользуются услугами такси.
- Мне так нравится твое платье! – говорит коротко стриженная и видимо, касается тела другой девушки.
Та дышит тяжелее, я понимаю, чем занимаются девушки, и где руки коротковолосой. Другая чего-то стесняется и убирает руку.
Едут молча. Девушка с длинными волосами чем-то огорчена.
- Мне не нравится, что ты делаешь. Давай доедем спокойно и разойдемся.
- Ты же любила. Ты сама говорила.
- Но не сейчас. Мы только все обсудили.. Ты меня не поняла?
- Я поняла абсолютно все, но думала ты уйдешь завтра. Поехали до меня, и нормально попрощаемся. Пожалуйста. Ты ведь знаешь, как мне тяжело.
И коротковолосая начинает целовать свою подругу в губы, в шею, используя руки для ласк – я слышу изрядную возню и легкие стоны. Но мы подъезжаем, девушки медленно выходят – длинноволосая передает деньги, и я вижу взгляд, какой бывает при сильном возбуждении. Девушки заходят в один подъезд, и я понимаю, что уйти от своей любовницы длинноволосая сможет только завтра, если вообще сможет.


         Обычно я езжу только по конкретным заказам от нашего такси. Но иногда сажаю голосующих. Но их все меньше и обычно это либо пары – мужчина, женщина, либо несколько мужчин. Я без боязни сажаю всех – за себя постоять смогу при надобности.
Сегодня попались мне 3 девушки, стоящие у дороги, на шпильках, хорошо одетые и обильно накрашенные – едут на вечеринку. И останавливаюсь – я-то их безопаснее довезу, тем более мне по пути к клиенту.
- Здравствуйте. Нам нужно до клуба «Феникс», это в центре. 150? Хорошо! Садимся девочки.
Самая бойкая,  которая спрашивала про цену, садится вперед. Две другие начинают копошиться на заднем сиденье. Одна выглядит нервной.
- Что такое?
- Мы в Фениксе сегодня договорились встретиться с Ваней. Вот наконец-то с ним пересплю. Так хочу секса…. Нервничаю, жуть.
- Да все нормально будет. Ты же ему нравишься, а он парень не промах. Тем более с отдельной квартирой. Ты специально надела такое платье короткое?
- Конечно. Но я по другому поводу нервничаю. У меня месячные не начались вчера. А должны были. Я вспомнила, что с Димой недели три назад мы трахались без презиков. Говорила же, одень, а он как безумный, ничего не понимал. Идиот чертов.
- Жесть. Ну, два дня задержки не страшно, - обернулась ошарашенная на переднем сидении. – Ты была с Димой? Я не знала, он же женат.
- У меня не было задержек ни разу. Не страшно, что он женат – это было то пару раз.  Больше не хочу его видеть. Так, я тут купила тест на беременность какой-то новый – пластиковый, струйный что-ли.
Она достает его и показывает подругам. Я таких тестов вообще не видел – моя жена узнавала о беременности от врачей. Не хватало, чтобы девушки здесь делали тест.
- Да смотри, тест очень удобный, сделай здесь. Нужна-то капелька, я сама им пользовалась. Лучше сейчас узнать, – говорит подруга на заднем сиденье.
Любовница некоего Дмитрия зашуршала одеждой, и движениями.
- Ух, да, хороший тест. Все аккуратно. Сейчас надо подождать.
Это видимо означало, что машина не пострадала. Слава богу!
Через несколько минут:
- Слава Богу! Одна полоска! Секс, выпивка и сигареты! И рок-н-ролл – смеется счастливица.
Видя, что машина уже близко, шуршат бумажками, скидываются.
Мы подъезжаем, и девушки с криком и смехом вываливаются из машины.

          Я отъехал на несколько кварталов, встал у подъезда клиента, и тщательно осмотрел машину сзади – все было чисто и хорошо. Ну, надо же. Только тест, видимо выронили, когда из машины выскакивали. Из подъезда вышла девушка, как я понял, клиентка и я спрятал тест в бардачок.
Девушка оказалась беременная, как это не звучит забавно. Есть же совпадения в жизни. Ну, наконец, хоть кто-то помолчит. Эмоциональная усталость не сравнится с физической. В работе таксиста устаешь больше от людей.
На половине дороги раздается звонок:
- Да. Алло, здравствуй милый. Что? Я еду домой. В такси. От Ксюши да. А ты что делаешь? Задержишься сегодня? Почему? А почему кто-нибудь другой не может закончить работу? Ты один там? С коллегами? А Марина там есть? Да ничего. Просто ты ей нравишься и она хочет тебя затащить в постель. Мне неуютно. Ты часто остаешься на работе допоздна, а я хочу побыть вместе, втроем с нашим будущим сыном. Чей это голос? Почему только женский? Ты с ней наедине? Я тебя не понимаю. Алло, не слышу. Алло. Ладно, увидимся, когда придешь. Целую.
Девушка кладет трубку и будто в бреду шепчет:
- Да не может он с ней спать. Не может так обманывать. Это все мои выдумки.
И все время оставшееся едет молча. Мне становится тяжело, будто я застал сцену неверности супруга. Но грустнее оттого, что девушка закрывает глаза.

        Мы прожили с женой двадцать лет душа в душу, и хоть возникало иногда желание других женщин, я не приводил фантазии в исполнения, просто слишком люблю свою супругу и наших детей. Один уже, старший сын, вырос и доучивается в институте. А близнецы (мальчик и девочка), рожденные пять лет назад, радуют нас детством. Мы еще хотим ребенка. Но, возможно, уже через несколько лет будем нянчить внуков.
А вот и следующий заказ. Долго не могу найти адрес, что со мной случается редко.  Они уже стоят на улице, неявно ожидая таксиста. Они – это престарелая, но очень элегантная пара. Женщина в аккуратном черном платье с ниткой жемчуга, мужчина в костюме и с тросточкой, как в старых фильмах. Очень приятные люди. На вид им лет 60. А блеск в глазах, как у тридцатилетних.
Мужчина помог даме сесть, закрыл дверь  и только после этого, сел сам.
- Нас до «Венеции» пожалуйста! – напомнил мужчина – стариком не могу его назвать.
Я лишь кивнул.
- У вас сегодня какой-то другой вид! – обратился он к женщине. И долго не шевелился – видимо смотрел в ее глаза. – Вы хотите что-то мне сказать?
- Я просто рада, что мы с Вами едем в ресторан. Давно не общалась с умным и интеллигентным человеком. А с Вами мне заново интересны некоторые жизненные события.
Это звучало так достойно и тайно, что мне впервые за вечер стало по-настоящему неуютно и одновременно приятно.
- Я так рад слышать это. Мне недоставало комплимента. А то  я думал, что скучен Вам своими рассуждениями о классической литературе.
- Конечно, нет. Я с удовольствием перечитываю книги, чтобы с Вами их обсудить. Чем еще заниматься в нашем возрасте.
- О, Лизавета Максимовна. В нашем возрасте жизнь может обернуться совершенно по-новому. И заиграют такие яркие краски! Когда я с вами, чувствую, что жизнь только начинается.
И я в первый раз позволил себе взглянуть через зеркало на сидящих сзади. Мужчина держал за руку «Лизавету Максимовну», и с такой любовью смотрели они друг на друга, что сердце защемило. Ох. Какие сильные чувства! Надеюсь, мы с женой в возрасте этих возлюбленных будем так же - чувственно - держатся за руки.


         Влюбленная престарелая пара задержалась в моих мыслях, ведь я так нечасто встречаю приятных людей, или тех, которые вызывают сердечную теплоту. Эти благородные манеры, внешний вид, и речь настраивали на положительное отношение. Когда я уезжал, приятный мужчина дал мне раза в полтора больше, чем необходимо, улыбнулся и произнес:
- Молодой человек, Вы не могли бы приехать за нами спустя три часа? Мы не будем звонить такси, подождем Вас. Приятная атмосфера у Вас в машине.
Я улыбаюсь и киваю, и сказать ничего не могу – как горло перекрывает. Очень милые люди.  Для них я, сорокалетний таксист, молодой человек.
Но работа, прежде всего, и я скорее добираюсь до следующего адреса.
Интересная парочка. Девушка, симпатичная, одетая элегантно и не вычурно, улыбается. Ее спутник, в пиджаке и джинсах – я видел этаких модных перцев. А, нет, их трое. Еще парень, с виду обычный, в обычной  толстовке и джинсах. Рядом с ними он смотрится негармонично. Поглядывает на девушку и будто не решается что-то сказать.
- Наше такси! – восклицает модный парень, пропускает девушку сесть, и сам садиться с другой стороны. Третьему остается сесть на переднее сидение, что он с неудовольствием делает. И я вижу, как он, то смотрит в зеркало заднего вида на девушку, то оборачивается к ним.
- Так приятно, что Андрей нас познакомил. Я  видел тебя во сне.
Андрей, сидящий рядом со мной, передергивается.
- Да, что ты врешь про сон, - голос у девушки был смущенный.
- Нет, серьезно! Я хотел с тобой познакомиться, но Андрей такая стесняшка, боялся тебе сказать. Вот, хорошо, что так получилось.
Она смеялась и спрашивала: «Андрей, это правда?». Он лишь грустно посмеялся в ответ.
Мне неудобно стало за Андрея. Видно же, что влюблен в девушку по уши, а сказать не может. И она не понимает.
- Чем ты занимаешься завтра? – «стиляга» идет в наступление.
- Да вроде ничем. А что такое?
- Я знаю, какая твоя любимая группа. И они завтра дают концерт. У меня есть билеты. Я хотел с Андреем сходить, но он я думаю, поймет. Он – настоящий друг.
- Андрей, ты точно не против?
Андрей поворачивается, улыбается девушке и говорит:
-  Нет, все нормально, я буду рад, если ты пойдешь на концерт.
- Ура! Я об этом мечтала!
 Девушка радуется как ребенок и смущенно смотрит на сидящего рядом парня.
- Я за тобой заеду, - говорит тот, -  давай обменяемся номерами телефона.
Они диктуют номера, смеются, находятся в предвкушении завтрашнего концерта. Лишь Андрей, не принимает участие, молча, смотрит на дорогу. «Настоящий друг».


        Я отвез их на три адреса, и пока ехал в центр, обдумывал, почему Андрей не признается симпатичной девушке, почему ничего не говорит моднику. А просто молча, наблюдает и страдает. А видно, что парень-то хороший, только друг его внешним блеском затмил. Эх.
Наконец-то следующий мой пассажир едет один. Тучный мужчина, забирается на заднее сидение, и сильно хлопает дверцей. Даже не извиняется, а я ничего не говорю, это бессмысленно.
Телефон у него не звонит, и слышу лишь сильное пыхтение – ему жарко. Включаю сильнее кондиционер, да, у меня хорошая машина. Мы медленно проезжаем автомобильную аварию. Столкнулись 2 иномарки – Тойота и Хендай. Я услышал, что виноват владелец Тойоты – пьяный ехал за рулем. Я видел, как его выносили в черном мешке. Пассажиры Хендая – пара мужчин, стояли неподалеку.
Мой пассажир тоже всматривался в аварию, а потом заговорил, то ли со мной, то ли сам с собой:
- Вот так ему и надо, Тойоте. Нечего ездить в нетрезвом виде. Да и вообще, хочешь водить – отучайся от алкоголя. А то взяли моду. А страдают дети, страдают живые люди. И это из-за таких козлов, как тот в мешке. Покажут по новостям эту аварию, может кто-то и встрепенется, задумается. Иначе на людей не подействовать – кто-то должен погибнуть, чтобы общество обратило внимание на ситуацию.
Хоть некоторые слова и были правдивы, желчность и явная злоба в голосе, меня покоробили. Такие люди, прыскающие ядом из-за какого-то своего неудовольствия собственной жизнью, недостойны внимания.
Он, видимо, ожидал моего участия в беседе, но когда этого не случилось, произнес:
- Ты глухой что ли? Молчишь, когда с тобой разговаривают. Совсем дикий.
И замолчал. Я  был рад. Никто из сегодняшних попутчиков не доставил мне такого противного ощущения, как этот злобный и полный мужчина, с красным лицом, страдающий отдышкой и не ценящий чужую жизнь.
По приезду он кинул купюры на переднее сидение и вышел,  хлопнув дверью уже специально громко.

         Другой адрес был совсем рядом с предыдущим – буквально соседние дома. Но это была постройка складского типа – низкая и длинная. Кому здесь понадобилось такси?
Сначала я услышал звук незнакомой речи, потом увидел сумки, огромные рыночные сумки. Таких было штуки три и несколько поменьше. А затем я увидел, кому они принадлежали – китайцам. Соответственно и речь было китайская.
Китайцев я насчитал четверо. Пока мы загружали сумки в багажник, и на заднее сиденье, они мельтешили вокруг, и я засомневался в их количестве.
Наконец, спустя минут пятнадцать общих усилий, мы загрузились и поехали. Машина ехала так низко, что я боялся лежачих полицейских на дороге.
Китайцы болтали много и быстро – но на своем языке, поэтому я отрешился от действительности, представил, что это оригинальная музыка  и наслаждался отсутствием осмысленной для меня речи.
Но иногда они переходили на китайско-русский и я понял несколько фраз – к этому времени мне было интересно.
- Завтра встанем раньше, часа в четыре, надо рынок открывать нам. Да, очередь наша. Продать надо все.
- Кроссовки, бусы, платья, тряпки, до огромных размеров(как я понял, это у них 50 женский).
- Кто билет покупает домой? На следующей неделе все едем.
Смешные такие китайцы. Горластые.
На выгрузку мы потратили всего – лишь минут 10. После чего я, повторно за настоящую ночь, провел осмотр машины – все цело. Машина у меня – золотая, почти не ломается, стойкая к различным потрясениям. Все мои товарищи-таксисты завидуют, даже такой же Форд покупали, а у них все равно не то. Не от марки зависит, а от отношения хозяина.

       Ох, мне необходимо ехать за приятной парой, которая, уверен, согреет салон машины душевной теплотой и приятным разговором. Сейчас это необходимо.
Отвез их обратно, и, как обновился – так свежо стало. Но на сегодняшнюю ночь – хватит с меня работы, поеду к жене.

       Домой надо было ехать на другой конец города, и я взял клиента, уже скорее попутчика. В машину сел грустный мужчина с цирковой обезьяной. Он – хозяин Представления, которое приехало к нам в город – мы с женой и близнецами ходили в цирк и вдоволь насмеялись.
Но глаза хозяина были слишком уж грустными. На представлении некто смеется над их куражами, а они люди, и бывает кому-то из выступающих хочется плакать.
Мужчина всю дорогу молчал, а обезьяна скакала по заднему сиденью. Она всегда была в хорошем настроении – видимо поела, попила и сделала все свои дела.
Только куда едут мужчина с обезьяной такой глубокой ночью?
А едут они до простого дома, может там живет цирковая труппа. Или там живут знакомые циркача. Или больная девочка, что не видела цирк и живую обезьяну.
Когда мужчина расплачивается, обезьянка вырывается на переднее сидение и начинает веселиться там. Я с удовольствием ее трогаю.
Мужчина извиняется за действие своей цирковой «подруги» и спешно выходит.
Видимо это и есть грустный циркач, который глубоко внутри плачет во время представления.

Выходя из машины, я замечаю, что обезьянка хаотичным движением тела открыла бардачок. Тянусь закрыть, и вижу белую пластиковую коробочку. Тест…

         Поднимаюсь на лифте и вспоминаю сегодняшнюю ночь. Скажу без затей - она была особо трудная. Сильная эмоциональная окраска событий, беспрерывная речь,  грубые и глупые фразы, люди, что позволяют себе разговаривать в такси о таких личных темах, что хочется выйти.  Меня встречает жена – моя мягкая и нежная женщина, обнимает. Дети, конечно, давно спят. Надо поцеловать их, спящих ангелочков.
- «Две полоски» – только и выдыхаю я.


27 июня 2010 года


Рецензии
Маргарита. у нас к вам вопрос. Нам понравился ваш текст и мы в принципе за то. что бы взять его в номер, но на наш взгляд рассказ несколько затянут. Все эпизоды между девочкой, выронившей тест и моментом, когда его нашел водитель для сюжета играют весьма скромную роль. Все написано хорошо, все прекрасно, но мы все же ограничены в свободном месте под тексты, и так каждый номер все толще и толще. Не согласитесь ли вы для публикации сделать сокращенный вариант рассказа: выкинуть несколько эпизодов о различных пассажирах?

Редакция Бука   28.10.2010 14:22     Заявить о нарушении
Хорошо, к какому объему необходимо придти?

Маргарита Ронжина   08.11.2010 07:33   Заявить о нарушении
Ну на самом деле достаточно выкинуть два-три эпизода с пассажирами и все, а то правда длинно получается, и потихоньку забывается, с чего все начиналось.

Редакция Бука   08.11.2010 08:34   Заявить о нарушении
Нормально по размеру?

Маргарита Ронжина   08.11.2010 09:36   Заявить о нарушении
На это произведение написано 5 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.