Свеча за упокой мистический триллер ч. 6

© Скрипкина  Елена  Владимировна, 2005 г.


ГЛАВА  6

Сознание не спешило возвращаться в истерзанное тело и довольно долго витало в неизведанных мрачных глубинах. Когда Марьяна открыла глаза, за окном уже почти совсем стемнело. Яркий свет люстры слепил глаза, а голова раскалывалась на множество мелких кусочков, каждый из которых болел своей особенной, но оттого не менее сильной болью. Все тело ныло, казалось в нем не осталось ни одной целой косточки.

Какое-то время Марьяна даже не могла сообразить, где находится. Но постепенно возникало осознание того, что это ее спальня, только почему-то она лежит на полу в обнимку с настольной лампой. Громко стеная и охая, она медленно повернулась на бок, потом осторожно села. По светлому фарфору лампы была размазана какая-то липкая бурая грязь, а часть ее непостижимым образом оказалась у нее на руках. Отставив в сторону лампу, Марьяна растерянно осмотрелась по сторонам.

Ее взгляд действовал независимо от хозяйки, порхая по комнате сам по себе. Он с легкостью прошелся по потолку, коснулся стен, потом с некоторым, еще не вполне осознанным усилием спустился ниже, стал детально изучать узоры ковра. Взгляд явно не хотел двигаться только в одном определенном направлении. С напряжением моргнув, Марьяна заставила себя посмотреть именно туда, куда следуя четким указаниям подсознания упорно отказывались смотреть глаза. Ноги… Мужские ноги… Марьяна осторожно, чтобы не сильно тревожить больную голову, встала на четвереньки и неторопливо поползла к  загадочному объекту.

Но не успела она преодолеть и пары метров, как в голове внезапно начало проясняться. Она все вспомнила – свое избиение и пистолет в руках Магомеда, внезапно накатившую на нее ярость в безнадежной попытке защититься. Правда, скорее, эта была не защита, а нападение. Напасть первой и избавиться от врага, угрожавшего ее жизни. Но, по прежнему, все еще оставалось загадкой, откуда  взялось столько ненависти и сил сделать это. Она никогда не замечала в себе таких черт. Но, оказывается, они дремали где-то глубоко внутри, ожидая нужного момента, чтобы проявить себя во всей убийственной красе. Неужели и правда – убийственной?

Марьяна медленно подползла к неподвижно лежащему мужчине и осторожно заглянула ему в лицо. То, что совсем недавно было ее мужем, теперь стало всего лишь телесной оболочкой. Под головой Магомеда по дорогому ковру растеклось темно-бурое пятно… Марьяна в ужасе уставилась на дело своих рук. В том, что это так у нее не было никаких сомнений. Конечно, существовала призрачная вероятность того, что он может быть жив, но Марьяна не могла заставить себя прикоснуться к телу. Была ли это боязнь почувствовать под рукой остывающую плоть или нечто другое, она не знала. Да и не хотела знать.

Ее надежды на красивую жизнь снова рухнули и развалились на бесчисленное множество осколков. В голове настойчиво стучало: убийца, колония, убийца, колония… Марьяна всхлипнула, заглушая звук прижатой ко рту окровавленной ладонью. Надо что-то делать, чтобы избавиться от этого назойливого стука в голове. Несмотря на ноющую боль во всем теле, она с усилием поднялась на ноги. Чтобы не привлекать лишнего внимания потушила свет и направилась в ванную. Вот сейчас приведет себя в порядок и тогда придумает, что надо делать, хотя, на первый взгляд – выхода не было. Почему, ну почему ей так фатально не везет в жизни? Что она делает неправильно, не так? Все люди, как люди живут, и только она, глупая Марьяна, вечно вляпывается в какие-то сомнительные и грязные истории. Зачем она уехала из дома? Сейчас спокойненько преподавала бы себе в школе, вышла замуж за какого-нибудь работягу… Нет, пожалуй, даже сейчас, она не хотела бы такой жизни. Ладно, поехали дальше. Ведь могла же в Москве найти достойную работу с хорошей оплатой! Так нет, известности ей захотелось, вот и связалась с этим жалким альфонсом и его состоятельной, но непредсказуемой женушкой – бандершей. Судьба уберегла тогда Марьяну на самом краю обрыва.

И что же? Стала она умнее? «Нет! – честно ответила она себе. – Не стала». А сделала очередную глупость. Кто, ну скажите, ради бога, кто заставлял ее тогда жрать эту чертову таблетку? Не сделала бы этого, все и дальше шло превосходно. Ведь ничего страшного, что муж старше на двадцать лет, ниже на полголовы, да и вообще далеко не Аполлон. Но ведь он, хотя и по своему, любил ее, дуру разнесчастную! А она сама, своими руками разрушила всю их хорошо отлаженную и размеренную жизнь. Теперь еще и это убийство… Выходит, что она дурой родилась, дурой прожила лучшую часть жизни и если до сих пор не поумнела, значит, дурой и в колонию пойдет, а дальше может отправиться и на тот свет.

По пути в ванную Марьяна успела так нелицеприятно разобраться с собой, как не сделал бы ни один самый строгий и взыскательный критик. Она бросила последний затравленный взгляд на неподвижно лежащее тело Магомеда и быстро захлопнула за собой дверь, как бы закрывая неприятную страницу жизни.


Марьяна открыла кран и сунула голову прямо под упругую струю холодной воды. Боль в голове потеряла свою остроту и слегка поутихла, стало немного легче дышать. Это позволило бросить косой взгляд в зеркало. Она предполагала, что выглядит неважно. Но почти незнакомая физиономия в зеркале превзошла самые худшие прогнозы. Расплывавшиеся синяки уже начали опухать и грозили вскоре превратить ее вполне европейское лицо в монголоидную маску с темными негроидными подтеками. Марьяна тяжело вздохнула и пустила почти холодную воду в джакузи, надеясь что, массаж поможет. Монотонный голос в голове затих, и ей сразу стало совершенно наплевать, что прямо за стеной лежит труп ее мужа, которого она убила. Возможно, скоро ее посадят в колонию и проведет она там ближайшие лет десять, а, может, и не успеет провести, потому что в порядке кровной мести ее убьют чеченцы…

Вода с  умиротворяющим журчанием наполняла ванну. Марьяна сбросила одежду и со всех сторон оглядела свое тело в зеркале. М-да, надо отдать ему должное, Магомед постарался на славу, живого места не оставил. Когда Марьяна плюхнулась в воду, она мгновенно почувствовала резкую боль, которая постепенно слабела и уходила, а на смену ей приходили легкость и спокойствие. Вначале она набросила ни лицо полотенце смоченное в холодной воде, потом намазала крем, который, как утверждалось на упаковке, снимает отеки.

В общем, часть ночи Марьяна провела в приятном и расслабленном состоянии. Даже самой себе она не смогла  объяснить, откуда так внезапно наползла апатия, а потом – равнодушное спокойствие, которое позже сменилось совсем уже необъяснимой уверенностью в том, что все будет хорошо. Неисправимая русская ментальность делала свое дело.

Когда Марьяна вылезла из джакузи и снова глянула на себя в зеркало, то убедилась, что реклама не всегда врет. Отеки на лице и вправду заметно уменьшились, хотя неповторимый синюшный оттенок все еще оставался. Но это уже – мелочи, на то и существует косметика, чтобы маскировать недостатки. Марьяна облачилась в банный халат и внимательно глядя в зеркало, осторожными мазками начала наносить на лицо смягчающий крем, одновременно обдумывая будущие шаги.

Самое срочное это – избавиться от тела в спальне. Но как? У нее не хватит сил, дотащить его даже до двери, а тем более до машины, стоящей во дворе. Марьяна прикрыла глаза, живо представляя себе, как, сгибаясь под тяжестью тела, завернутого в ковер, медленно сползает по лестнице, а потом, шатаясь, бредет по двору. Почему-то она сразу решила, что окровавленный ковер непременно должен последовать за своим хозяином. Картинка была такой реалистичной, что Марьяна вздрогнула, встретившись с затравленным взглядом своего двойника в зеркале.


А дальше… Ей понадобилась всего лишь доля секунды, чтобы понять – лицо в зеркале не принадлежит ей. Из легкого, подернутого паровой дымкой зазеркалья на нее остановившимся взглядом смотрело лицо совершенно незнакомой старухи с белесыми, почти невидящими глазами. В первый момент оно выглядело как замерший стоп-кадр, но, как только Марьяна моргнула, чтобы отогнать наваждение, лицо слегка шевельнулось, затем издевательски ухмыльнулось беззубым провалившимся ртом и сразу же, без перехода, старуха зашлась в жутком хохоте.


Марьяна хотела закричать, но голос ей не повиновался. Она стояла перед зеркалом и, беззвучно, словно рыба, из последних сил хватала ртом воздух, впившись глазами в страшное лицо, а в ушах, давя на барабанные перепонки, продолжался хохот. Сейчас на эти страшные звуки прибежит охрана, увидит труп Магомеда с разбитой головой, и она незамедлительно составит компанию своему покойному супругу. Глаза… Они, казалось, были знакомы Марьяне. Где же она видела эти неприятные белесые глаза? Но громкий, безудержный хохот старухи мешал сосредоточиться, полностью выбивая из колеи.

Марьяна из последних сил старалась собрать воедино остатки воли, рассыпавшейся даже не на мелкие фрагменты, а просто в песок. Не отводя глаз от зеркала, она нащупала какой-то предмет, показавшийся ей достаточно увесистым, и изо всех сил треснула по страшной роже. Посыпалось стекло. Старуха пропала. На Марьяну из разбитых осколков зеркала смотрело мозаичное изображение бледной, растрепанной и испуганной женщины. Она опустила глаза и увидела, что побелевшими от напряжения пальцами все еще сжимает в руке стеклянную баночку с кремом. Марьяна разжала руку, баночка выскользнула и мягко опустилась на коврик. Сама она, прижимая ладони к вискам, вскоре последовала за ней. Обхватив себя руками, Марьяна несколько минут раскачивалась, сидя на корточках около раковины и тихо поскуливала, стараясь прийти в себя.

Она понимала, что действие таблетки давно уже закончилось, поэтому страшилка в зеркале не могла быть глюком. Или все-таки могла? А если нет, тогда что это? Может, она сходит с ума? Дойдя логическим путем до такой возможности, Марьяна даже смогла выдавить из себя облегченный смешок. Тогда ее не посадят. Психов не сажают. Им обеспечивают пожизненный дурдом с полным пансионом, что впрочем тоже не является благоприятным исходом.

Она поднялась на ноги и перед тем, как выйти, не удержалась, чтобы еще раз украдкой не бросить косой взгляд в остатки зеркала. Ничего. Просто разбитое зеркало в многочисленных трещинах и ничего больше. Она судорожно вздохнула и, на всякий случай, плотно прикрыв за собой дверь,  шагнула в комнату.

Надо срочно что-то решать с трупом, а то ведь уже скоро утро. Марьяна посмотрела на часы и автоматически отметила про себя, что в ванной провела больше двух часов. С заметным усилием затолкав подальше все страхи и сомнения, она быстрым шагом подошла к тому месту, где оставила тело Магомеда. Там ничего не было…

Очевидно, находясь в состоянии прострации она просто перепутала место, хотя кровавое пятно на ковре упорно говорило о том, что она не ошиблась. Марьяна стала озираться вокруг, заглянув даже под кровать, хотя даже ежу понятно, что мертвецы не бегают и не ползают, подыскивая  местечко посимпатичней, где можно спокойно полежать и недурно отдохнуть. Однако трупа в комнате все-таки не было. Может, ей вообще все это приснилось или привиделось в наркотическом кайфе?

На всякий случай Марьяна еще раз обошла спальню. Теперь она действовала уже более спокойно и методично. Заглянула в гардеробную, перебрала одежду на плечиках, выдвинула ящики для обуви. Открыла дверь на балкон, с которого ажурная лесенка вела  прямо в сад. Сделала по ней несколько неуверенных шагов. Пусто. Марьяна на цыпочках вернулась в спальню и без сил опустилась на постель. И только собралась заплакать, как в голове шевельнулось приятная мысль: «Какого черта! Нет трупа – нет убийства. Нечего лить слезы! Наоборот, надо порадоваться!»

Если Магомед исчез, значит, ушел. Если ушел, значит, жив. О чем беспокоиться? Скосив глаза на пол, она увидела такие необходимые и такие ненавистные теперь розовые таблетки, но сейчас только они смогут подправить ее ужасное состояние. Не поворачивая головы, Марьяна протянула руку и нащупала ближайшую таблетку. Она понимала, что в такой ситуации надо непременно завязывать с этим и чем скорее, тем лучше. Но ведь ей сейчас так плохо, а проглотит розовый кругляшек и сразу станет очень хорошо. К тому же эта гадость, как ни странно, хорошо стимулирует мыслительную деятельность.

Вот сейчас – Марьяна одним большим глотком запила таблетку – ей в голову придет очень много умных мыслей. Надо только успеть их зафиксировать. Марьяна, на всякий случай, положила на тумбочку лист бумаги и ручку для записи гениальных идей, которые вскоре непременно ее посетят и, поудобнее угнездившись на кровати, закрыла глаза. Прекрасные картины, сияющее солнце, яркое голубое небо, неземная музыка и… никаких мыслей! Все это окутало Марьяну плотным приятным коконом, мешая сосредоточиться. С блаженной улыбкой на лице она заснула и видела такие же красивые и светлые сны. Ничто не тревожило Марьяну и не мешало отдыху…


Только в самый последний момент череда благостных сновидений все-таки оказалась подпорчена. Она снова оказалась перед входом в комнату. Но сейчас Марьяна уже не стала прикладывать никаких сил для того, чтобы открыть дверь. Почему-то она очень четко помнила – все произойдет само собой. Так и случилось. Дверь знакомо скрипнула, открылась, и взгляд Марьяны натолкнулся на безобразное лицо старухи. Откуда-то из глубин подсознания выплыло напоминание – они уже виделась в зеркале. Старуха ухмылялась беззубым ртом и внимательно смотрела на Марьяну белесыми почти слепыми глазами, в которых ничего не отражалось. Но это не мешало им быть такими жуткими, что Марьяна вскрикнула и проснулась.


Сквозь не задвинутые шторы солнце тонкими лучиками шаловливо коснулось ее лица. Марьяна лениво открыла глаза и улыбнулась. Улыбка немедленно превратилась в  болезненную гримасу. Несмотря на антиотечную маску, лицо побаливало, а засохший от невероятной жажды язык еле ворочался во рту. Поэтому Марьяна первым делом опрокинула в себя полный стакан воды. Немного полегчало. Свесив голову с кровати, она окинула затуманенным взором вчерашнее поле боя.

Все осталось без изменений. Небрежно брошенная фарфоровая лампа с бурыми пятнами, какие-то разбросанные по полу вещи, перевернутый стул, рассыпанные розовые таблетки на ковре, а сразу за ними потемневшее пятно засохшей крови. Запустив руку в растрепанную гриву волос, Марьяна задумчиво почесала голову. В принципе, единственным предметом, указывающим на произошедшее здесь, был ковер. Поэтому от него необходимо избавиться в первую очередь. А, собственно, зачем? Если Магомед жив – а судя по тому, что он своими ногами ушел отсюда ночью, так оно и есть. Вот пусть и занимается своим ковром, когда остынет горячая кавказская кровь.

Объективно оценив свой непрезентабельный внешний вид, Марьяна решила пару дней пересидеть дома, не показываясь на люди. Да и не стоит лишний раз попадаться на глаза разъяренному Магомеду. Вдруг он снова захочет ее пристукнуть. Марьяна собрала с пола таблетки, попутно заглянув под кровать и тумбочку. Вдруг, и туда закатились? Пересчитала. Оказалось восемнадцать штук. Спрятала их в пустую коробочку от крема и снова прилегла.

Несчастная жертва семейной разборки может себе это позволить. За последнее время обитатели дома уже привыкли к  чудачествам жены хозяина и не тревожили ее по пустякам. Для полного расслабления Марьяна проглотила таблетку и снова заснула.  Почему-то сегодня старуха из сновидений решила оставить ее в покое. Может быть, ночным кошмарам тоже время от времени надо отдыхать и даже спать. Если это на самом деле так, то полуслепая ведьма сейчас, возможно, смотрела какой-то свой собственный любимый кошмар. Так ей и надо, чтобы не тревожила людей. В общем, утро не принесло Марьяне никаких особых проблем. Она и дальше продолжала бы спокойно спать, но ее разбудил настойчивый стук в дверь. Натянув на голову подушку и свернувшись калачиком, Марьяна еще какое-то время пыталась вернуться в счастливое состояние волшебного сна. Но настырный стук грубо вторгался в приятные виденья и мешал на них сосредоточиться. Вскоре послышался и голос, с явно кавказским акцентом, но это точно  был не Магомед.

- Сейчас, - недовольно буркнула Марьяна, шлепая босыми ногами по полу и на ходу стараясь ощупью попасть в рукава халата. - Ну, что надо? – с этими грубоватыми словами она широко распахнула дверь и встала на пороге, всем своим видом демонстрируя неудовольствие.
Перед ней неуверенно топтался один из охранников, приставленных Магомедом. Будучи невысокого роста, он старался заглянуть ей через плечо, и это ему явно не удавалось.
- Ты кого-то ищешь? – холодно спросила Марьяна, которой все уже и так было ясно.

Охранник перестал вытягиваться и посмотрел на Марьяну. От ее вида глаза парня округлились. Зная, кого он хотел увидеть, она ухмыльнулась и ехидно сообщила:
- Мы вчера немного поцапались, и Магомед Султанович ушел. А я плохо себя чувствую и просила бы меня не беспокоить, - с этими словами Марьяна попыталась захлопнуть дверь у него перед  носом. Но не тут-то было. Он успел подставить ногу.
- Еще какие-то вопросы? –  в голосе Марьяны уже звучала сталь. Это подействовало.
- Магомед Султанович… Он пропал, - в голосе парня появились просительные нотки.
- Как пропал? – Марьяне даже не потребовалось разыгрывать изумление. Она в самом деле не верила своим ушам. Куда же, в таком случае, он делся?
- Ну, его никто не видел со вчерашнего вечера. Говорят, - охранник неопределенно кивнул головой в пространство, - Магомед Султанович возвращался домой в очень плохом настроении. Ему кто-то позвонил, и он очень расстроился.

«Бедняжка, - буркнула Марьяна сквозь зубы, - надо же, расстроился». Парень сделал вид или правда не расслышал ее слов и промолчал. Марьяна подтвердила:
- Это точно. Домой он явился очень расстроенный. После чего мы… гм… поругались, и я закрылась в ванной. А когда вышла оттуда его уже след простыл, - она сама не понимала, почему объясняет это какому-то охраннику. Хотя, наверное, стоило прокрутить эту версию на первом подвернувшемся под руку. Марьяна почувствовала, что скоро придется объяснять то же самое уже в милиции. Дело явно принимало неприятный оборот, и мысли сразу же вернулись к окровавленному ковру.
- Да, - задумчиво протянул охранник, - и мобильный молчит. Что же теперь делать?
- Ну, я не знаю, - Марьяне хотелось поскорее закрыть дверь и заняться ковром. - В конце концов, когда Магомеда Султановича нет на месте, жизнь же не останавливается. У него есть… этот как его… - она щелкнула пальцами, стараясь вспомнить имя заместителя своего мужа. Оно никак не всплывало. Так, уже начались провалы в памяти. Дело дрянь. Пора принимать меры.
- Хасан, - осторожно подсказал охранник.
- Он самый, - с облегчением выдохнула Марьяна. - Вот пусть Хасан пока и занимается делами, а когда Магомед Султанович вернется, то все объяснит.
- Но Хасан меня сюда и направил, – слова парня прозвучали не столько вопросом, сколько утверждением.
- Ничем не могу помочь, - Марьяна пожала плечами и закрыла дверь. Послышались удаляющиеся шаги.

Вздохнув с облегчением, она заперла дверь и достала из сумки мобильник. Парень прав, надо попробовать набрать номер Магомеда. Быстро пробежав по клавишам, Марьяна услышала сообщение, что абонент временно недоступен. Небрежно забросив телефон в угол комнаты, Марьяна присела перед пятном на ковре и постаралась сосредоточиться.

Она ведь ни в чем не виновата и отвечать перед законом ей не за что. Магомед мог уйти из комнаты только своими ногами. Значит, на тот момент он был жив. Марьяна снова и снова мысленно повторяла эти слова, словно стараясь убедить в этом саму себя. Но уверенности почему-то не прибавлялось и это мешало сосредоточиться. Вскоре Марьяна поймала себя на том, что все чаще и чаще поглядывает на коробочку из-под крема.

Нет, сразу одернула она себя, не стоит и, вообще, надо забыть про эти таблетки, просто прекратить их принимать и все. Быстрым движением Марьяна поднялась с пола, резко выдвинула ящик тумбочки и бросила коробочку туда, чтобы не мозолила глаза. Выбросить – рука пока еще не поднималась. Хотя, возможно, это был бы самый правильный вариант.

Заглянув в ящик, она увидела маленькие маникюрные ножницы. Мысль пришла мгновенно – разрезать этот чертов ковер на мелкие кусочки и выбросить. Первым делом надо найти большие ножницы. Марьяна сразу же приступила к исполнению плана. Она шла по безмолвному, будто вымершему дому.

Тишина, окружающая ее, почему-то казалась зловещей. Обнаружив в одной из комнат большие портновские ножницы, Марьяна так решительно занялась делом, что уже не замечала ничего вокруг. Толстый ковер имел свои преимущества – кровь не протекла до пола. Но зато его так трудно было резать, что к концу Марьяна совершенно вымоталась и  проголодалась. Рассовав куски ковра по многочисленным шкафам, она надеялась постепенно от них избавиться. Наскоро перекусив, усталая Марьяна упала в постель. Впервые за много дней она спала без помощи таблеток.


Но к этому времени, кошмар уже хорошенько отдохнул и решил начать очередную атаку на свою жертву. Та же комната, освещенная тусклым светом слабой лампочки, оказалась спальней. Старуха, тщательно укрытая пледом, сидела в кресле и смотрела на Марьяну зловещими бесцветными глазами… Время шло, старая ведьма молчала. Стояла такая тишина, что за окном был слышен шелест листьев. Внезапно лампочка под потолком начала мигать, а потом и вовсе погасла. Теперь стало не только тихо, но и темно.

Марьяна, видя, что ничего не происходит, решила тихонько выйти из комнаты. Вдруг она ошиблась дверью, и то, что ей нужно, находится где-то еще? Уже повернувшись к старухе спиной, она услышала позади слабый, надтреснутый голос:
- Ты не ошиблась дверью.
Марьяна теперь окончательно убедилась, что старуха в состоянии читать ее мысли  и испуганно остановилась. Внезапно в душе проснулся давно забытый детский страх перед темнотой. Она вспомнила, что когда была маленькой и оставалась одна в темной комнате, то старалась залезть под одеяло, закрыть глаза, и никакое чудовище там ее не найдет. Почему-то тогда казалось, что если не видишь ничего страшного, то его как бы и не существует.

Вот и сейчас Марьяна замерла, стоя спиной к старухе. Ведь если не оглядываться, то можно представить, что там никого нет. А если никого нет, то и бояться некого. Она осторожно вздохнула. И в этот момент сзади послышался шорох. Вскрикнув от неожиданности, Марьяна резко оглянулась. В ночном сумраке комнаты лицо старухи белело каким-то размытым пятном. Но зато страшные глаза внезапно сначала слегка, а потом все сильнее и сильнее светиться каким-то холодным фосфоресцирующим светом.

От этого странного света, Марьяна начала медленно пятиться к двери. Но слова старухи заставил ее остановиться и замереть.
- Тебе никуда от меня не деться! Никуда! Даже не надейся! – теперь ее голос совершенно не звучал слабо и надтреснуто. Скорее, он был похож на громкое резкое карканье.
Марьяне показалось даже, что она слышит шум крыльев за окном.


Вскрикнув, она проснулась и сразу же включила лампу на тумбочке. Спальня озарилась теплым уютным светом. Он успокоил Марьяну, и вскоре она заснула теперь уже без кошмаров. Возможно, старуха на сегодня сказала все, что собиралась и отстала до следующего раза. А в том, что он обязательно будет, теперь у нее не оставалось никаких сомнений.


С утра пораньше, убедившись, что Магомед так и не появился, она решилась. Вскоре красный «Рено» затормозил около отделения милиции. Положенных по закону трех суток с момента исчезновения еще не прошло, но доводы Марьяны были очень убедительны. Ей активно сочувствовала вся мужская часть отделения. Теперь оставалось только ждать. Она медленно ехала домой, размышляя по пути над тем незавидным положением, в котором оказалась.

Если Магомед по каким-то причинам скрывается, она не может стать наследницей, а деньги, оставшиеся на карточке, после расплаты с этой гадюкой Светкой, скоро закончатся. И что ей тогда делать дальше? Если же Магомед на самом деле мертв, то когда найдут его тело, чеченцы наверняка решат, что именно она прикончила мужа из-за денег и быстренько отправят ее вслед за ним. Тогда вопрос, что ей делать дальше не появится. «Светка – сука. Это она во всем виновата», - придя к этому окончательному выводу, Марьяна заметила, что на автопилоте уже въезжает в ворота собственного дома.

Там стоял чей-то джип. Первой мыслью Марьяны было – вернулся Магомед! Не то, чтобы она была счастлива его видеть, но это сразу снимало массу проблем. Бегом она влетела в дом и чуть не влепилась в радостно улыбающегося Олега. Позади него маячила мрачная физиономия Дениса. Они составляли такую колоритную парочку, что впору было засмеяться, но Марьяна чуть не расплакалась. Только Иванов начал рассыпаться в любезностях, как Денис резко прервал его:

- Про Магомеда ничего не известно?
Марьяна тяжело вздохнула и уже хотела начать рассказывать о своем визите в милицию, как почувствовала, что на нее накатила волна слабости. Руки и ноги стали ватными и затряслись, голова закружилась, во рту пересохло. Казалось, заболела каждая косточка. Точно, она же с утра так торопилась, что забыла выпить таблетку! Марьяне стало страшно. Неужели теперь она всю жизнь будет привязана к этому? Иванов снова, заливался соловьем и, казалось, ничего не замечал. Слава богу! Марьяна украдкой глянула на Дениса. Он, не мигая, в упор смотрел на нее. Неужели догадался?
- Извините, одну минуточку, - еле выдавила из себя Марьяна. - Я сейчас вернусь и все расскажу.

Из последних сил она поднялась по лестнице. От внезапно появившегося озноба даже зубы застучали. Осторожно, стараясь не шуметь, Марьяна прикрыла за собой дверь, трясущимися руками вытащила коробочку и опять рассыпала таблетки, но собирать их сейчас времени не было…
Минут через десять она спустилась к гостям снова уверенная в себе и улыбающаяся. Конечно, у нее есть проблемы, но это не мешает выглядеть и чувствовать себя на все сто, говорил весь ее вид.

Несколько урезанный рассказ Марьяны сильно озадачил Олега и Дениса. Ей даже показалось, что Иванов втайне обрадовался такому повороту событий. Теперь он распустил павлиний хвост уже открыто. Марьяна понимала, если Магомед мертв, то ей никак не обойтись без мужской поддержки, но внутренний голос настойчиво нашептывал, что Олег не тот человек, на которого стоит полагаться в сложных ситуациях. Пока Иванов вешал ей на уши очередную дребедень из западной жизни, а Марьяна делала вид, что очень внимательно его слушает. Они даже не заметили, что Денис куда-то выходил. Вскоре, пожелав удачи, гости ушли, и Марьяна снова поднялась к себе.

Рассыпанные таблетки сразу же привлекли ее внимание. Аккуратно, по одной, она складывала их в коробку, автоматически пересчитывая. С глухим стуком они падали на дно – раз, два, три… четырнадцать, пятнадцать. Марьяна сунула их в ящик, но буквально через секунду открыла и снова пересчитала. Их должно было остаться шестнадцать. Она уверена в этом. Только вчера их было восемнадцать, а она выпила всего две. Или три? Старательно отматывая время назад, Марьяна теперь уже не была полностью уверена, сколько же, на самом деле, штук она выпила.

Странно, но многое из того, что произошло совсем недавно, она уже не могла вспомнить. На Марьяну снова накатила волна страха. Если все оставить  как есть, она постепенно будет опускаться все ниже и ниже, пока не упадет на самое дно и сдохнет где-нибудь под забором. Она не может, не должна допустить этого.
Когда Марьяне окончательно удалось убедить себя в этом, она снова резко, задвинула ящик, но опять не выбросила таблетки, решив, что когда ей будет очень плохо, ну просто совсем ужасно, вот тогда она, может быть, выпьет одну. Совсем малюсенькую таблеточку, но только одну. Мучимая бессонницей, она проглотила ее уже через несколько часов, даже не  дожидаясь возвращения неприятной слабости и трясучки.


- Что-нибудь еще хочешь сказать? – сегодня Марьяна решив, что нападение – лучший способ защиты, сама начала разговор, едва оказавшись на пороге уже хорошо знакомой комнаты.
Лампочка снова горела прежним тусклым светом. Наверное, в отсутствие Марьяны кто-то ее успел заменить.
- Я еще больше убеждаюсь, что сделала правильный выбор, - не отвечая на вопрос, а комментируя какие-то свои потаенные мысли, зловредно хихикнула старуха и замолчала.

В комнате снова повисла зловещая тишина. Напускная храбрость Марьяны быстро начала предательски таять, а ее место мгновенно занял противный, клейкий страх, окутавший все тело от пяток до затылка. Но Марьяна совершенно не хотела показывать старухе своих истинных чувств поэтому, вздернув подбородок, снова спросила:
- Может, расстанемся по-быстрому, если нам нечего сказать друг другу?
- Нет, - снова хихикнув, прошамкала старуха. – Рано еще нам расставаться. У меня к тебе есть дело. Пока еще ты не готова окончательно, но скоро… Скоро…Ты ведь даже не имеешь понятия, что тебя ждет. Скоро ты получишь такие возможности, о которых любой человек может только мечтать.

После этих слов Марьяна  снова оказалась перед закрытой дверью в комнату старухи. А буквально через мгновенье она стала уменьшаться, будто отдаляясь. Вскоре Марьяна поняла, дверь и на самом деле удаляется, а она летит все выше и выше. Это чувство  не было страшным или неприятным, скорее наоборот. Ощущение полной свободы и необыкновенной легкости окутало ее и подняло на крыльях вверх. Рядом уже не было ни домика в саду, ни темных щупалец, ни старых церквей с черными свечами, только синева чистого неба без единого облачка и безграничная свобода.


Следующие несколько дней она провела практически не вылезая из постели. Как Марьяна объяснила себе – ей надо отдохнуть. Эти дни проскочили совсем незаметно, так же как и еще несколько таблеток, облегчивших ей тоскливое состояние тупой апатии. Магомед не появлялся. Милиция тоже молчала. Зато, каждый день наведывался Олег, но Марьяна, ссылаясь на болезнь, не хотела видеть и его.

Сейчас ей вообще никого не хотелось видеть. Однако, никто, кроме него, к ней не заходил, видимо, она абсолютно никому не была нужна. Даже охранники, приставленные к ней Магомедом, незаметно куда-то испарились. Но это – даже к лучшему. Теперь она сама себе хозяйка. Во всяком случае пока, до возвращения Магомеда. А там будет видно.
Когда однажды утром резко зазвонил телефон, она даже удивилась, решив вначале, что просто ошиблись номером. Не ошиблись. Звонили именно ей, и Марьяна без малейших сомнений проглотила очередную розовую таблетку. Ей надо быть в форме, потому что ехать предстояло на опознание. Судьба неотвратимо приближала ее к наихудшему варианту. Если это на самом деле Магомед, она – наследница, к тому же, очень богатая. С этого момента ее жизнь постоянно будет в опасности. В этом Марьяна не сомневалась ни на минуту.

Красный «Рено», взвизгнув шинами, резво покатил в город. Там ее ждала пренеприятнейшая процедура – опознание тела, найденного милиционерами где-то за городом, в лесу.


(продолжение следует)


Рецензии
Если существует мистический детектив, то Вы Алёна яркий представитель оного. Сильно, сильно напоминает Чейза, а это для читателя всегда интересно. А то, что Вы используете в своём творчестве мистику, заставляет ожидать чего-то совсем непредсказуемого. Вот и исчезновение трупа мужа «Чеха», который вроде бы как и нашёлся в дремучем лесу, только подтверждает безусловный интерес к сюжету романа. Я знаю, что Ваша книга в свободной продаже. С удовольствием купил бы, да ещё и с Вашим автографом! Но живу далеко от цивилизованного мира (немного, совсем немного иронии, но факт).
С уважением.
Всегда Ваш поклонник.
Дмитрий.

Дмитрий Ляпунов 2   17.04.2019 17:10     Заявить о нарушении
Дмитрий, спасибо за отзыв. С Чейзом пока не сравнивали, будете первым. Я даже продолжение из-за вас выкладывать стала, а то, как-то забросила это дело. Так что, ждите продолжение. :)
Пы.Сы. А где находится "далеко от цивилизованного мира"? Туда не летают самолеты и не ходят даже поезда? Неужели Урюпинск?!
С улыбкой, Алена

Алена Скрипкина   17.04.2019 21:24   Заявить о нарушении
Самолёты летают через день. Обстоятельства сложились пришлось из Одессы-мамы на родину в Казахстан вернуться. Город Усть-Каменогорск. Лера Кудрявцева, Серёжа Зверев, Бари Алибасов -всё отсюда. В Москве часто бываю, друг детства у меня в Домодедово живёт, ну и с 90-ых друзья остались. Был когда-то бизнес: «Лужа», Черкизово, цеха свои, но всё в далёком прошлом Алёна.
Приятно общение с Джеймсом Хедли в юбке (ирония). Но в каждой шутке, есть доля...
Пока, пока.

Дмитрий Ляпунов 2   17.04.2019 21:38   Заявить о нарушении
Да... далековато. Зато сколько известных людей оттуда. А из Калуги всего лишь Циолковский.
Споки!

Алена Скрипкина   17.04.2019 23:53   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 2 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.