Невольник. Глава 11

Глава 11

Ларрен
     Все силы уходят на то, чтобы не ежиться под откровенными взглядами. Да, я стою здесь практически голый, да, я знаю, на что подписывался. Но все равно такое ощущение, будто меня щупает множество рук. Неприятное ощущение.
     Гарей разглядывает меня с интересом на гладкой морде, но не как женщину, а как диковинку какую-то. Новый экземпляр в его коллекции.
     - Пятьсот руми, раз, пятьсот руми, два…
     - Пятьсот пятьдесят!
     Перевожу взгляд на предложившего новую цену участника, и в ту же секунду понимаю, что такое ужас. Мне, конечно, приходилось пугаться в жизни. Но сейчас такое ощущение, будто меня холодной водой окатили. Жалею, что я не настоящая женщина - так бы, может, просто свалился в обморок, и все, и делайте со мной что хотите, меня здесь нет.
     Аргвар! Аргвар решил меня купить! Зачем? Конечно, божество не обманулось колдовством Кардагола. Оно прекрасно знает, что прелестная Лорелея - это неудачливый Ларрен Кори Литеи.
     Что он собрался со мной сделать?! Я… я не понимаю, что ему нужно! Какую партию он сейчас разыгрывает?! Или просто хочет со мной поиграть? Я догадываюсь, что фантазия Аргвара не знает границ, и не хочу помогать ему отыскать эти пределы.
     Страстно мечтаю сбежать отсюда. Жаль, не могу.
     Аргвар поднимается с подоконника, танцующей вальяжной походкой подходит к аукционисту и небрежно бросает ему под ноги кожаный мешочек. Он слишком мал для того, чтобы там могли поместиться пятьсот пятьдесят руми. Это понимает и шактистанец, потому что он быстро наклоняется, хватает мешок, развязывает его, и вот уже в его руках несколько черных жемчужин. Понятия не имею, сколько они стоят, но, судя по восторженному взгляду аукциониста, гораздо больше, чем пятьсот пятьдесят золотых. Да уж, не думаю, что для водяного бога проблема достать хоть целый воз таких. Аргвар насмешливо меня разглядывает, я опускаю взгляд. Не хочу! Не хочу!!! Уж лучше бы меня в бордель продали. Оттуда, по крайней мере, можно сбежать.
     Аргвар резко поворачивается лицом к залу, кланяется и произносит что-то по-шактистански.
     - О! - немедленно взвывает аукционист, - наш неизвестный покупатель предложил Затмевающему Свет Солнца Гарею, да продлятся его годы бесконечно, принять несравненную Лорелею в дар!
     Облегченно выдыхаю. Но, кажется, рано. Султан хмурится, на его лице - раздумья. Наконец, он благосклонно кивает, соглашаясь на предложение Аргвара, поднимается и уходит из зала.
     Стою, глазами хлопаю. А я? А со мной что? 
     Меня бесцеремонно хватают за руку и стаскивают со сцены. Я все еще немного оглушен и плохо понимаю, что происходит. Прихожу в себя уже в закрытых носилках. Сижу в них, поджав под себя колени. Причем, прошу заметить - у меня это получилось непроизвольно. Да, надо бы поскорее вернуть свой облик, а то еще немного, и я начну вести себя, как женщина.  Пока утешаю себя тем, что это - от страха. Хотя и страх - не такое уж утешение. Окна носилок закрыты шторками, пытаюсь выглянуть, но чуть не получаю по носу. Сам даже не понимаю - от кого. Кажется, там всадник рядом. Не уверен.
     Хотя… все закономерно. Султан купил себе новую наложницу, и нечего ее разглядывать кому попало. И вообще, я же скромная девушка. Или нескромная? Учитывая то, как я бодро обнажался на сцене, сейчас не знаю, что и сказать.
     Носилки ощутимо трясет. Если бы кто спросил мое мнение, я бы предпочел прогуляться верхом или пешком. Но кого здесь интересует мое желание? Вот даже любопытно, еще недавно я страшно переживал по поводу того, что являюсь вещью, а сейчас меня это даже забавляет. Я принадлежал Вальдору, потом Лину Эрраде, прекрасно осознавая то, что им и в голову не придет приказать мне что-то непозволительное. Получается, я просто ныл, ныл не по существу. Хотя… хотя если бы я получил такой приказ, а ведь вынужден был бы его исполнить. А сейчас я могу сопротивляться. Я добровольно не дамся. Я имею такое право.
     И даже если со мной что-то произойдет, это будет не потому, что я сам это сделал, а потому что меня заставили. Ох, нет. Я запутался. Но в первом случае меня лишали и свободы и воли. Во втором – лишь свободы. А воля моя при мне! Странное, странное утешение. Но за неимением лучшего…
     Минут через двадцать прибываем на место. Во всяком случае, носильщики, судя по впечатлениям, замирают. Потом снова бодренько бегут куда-то, а вот после этого дверца носилок открывается, и первое, что я вижу - это толстая смуглая рука. Не сразу, но понимаю, что это мне предлагается ступить на твердую землю.
     От помощи отказываюсь, выпрыгиваю сам. Понимаю, что таким образом я несколько нарушаю представление о хрупкой и нежной Лорелее, но уж больно мне не хочется прикасаться к этой жирной лапе.   
     Спрыгиваю на покрытый плиткой пол, забывая о том, что мои сандалии на каблуках. Подворачиваю ногу, но в ту же секунду та самая лапа хватает меня за локоть. И что мне теперь? Материться или спасибо сказать? Поворачиваю голову и вижу евнуха. Ну да, такими я себе их и представлял. Толстого, темнокожего, с кучей сережек в ушах. Не ожидал я лишь того, что у чудища этого будет настолько дружелюбная и располагающая к себе улыбка.
     - Марай! - говорит он.
     Ага, видимо, представляется.
     - Лорелея, - шепчу в ответ и опускаю глаза. Постоянно приходится напоминать себе о том, что я - девушка скромная. Смотрю в пол, а он здесь, надо сказать, красивый. Узоры на плитках прямо-таки завораживают. Всего-то - сочетание белого и синего, но так красиво. Тихо хмыкаю. До сего момента изучать пол в домах мне в голову не приходило.
Медленно ковыляю рядом с Мараем. Осторожно осматриваю окрестности. Вижу колонны с арками по обеим сторонам. И роспись на колоннах вижу – непривычный рисунок из ломаных линий.
     - Ты говорить любить бахтейн? - вдруг интересуется Марай.
     Вздрагиваю от неожиданности.
     - Я? Да? Любить. В смысле, я на нем играю.
     - Я найти, - обещает евнух. Ну что же, пусть ищет. Не думаю, что ему это легко удастся.  Проходим в первую дверь. Рядом с ней стоят четыре здоровенных полуобнаженных стражника. Я даже в родном своем облике им был бы чуть выше плеча. Хм, вооружены они копьями. Страшно, грозно, неэффективно. Только вот наверняка и еще что-то имеется. Конечно, как это я сразу не заметил. Метательные ножи есть.
     Идем дальше. Вновь что-то типа коридора, ну или как его еще назвать? Пространство между рядами колонн.
     Еще один пост. Стражников уже шесть. Сонными они не выглядят. Похвально, но жаль.

Лин
     Ларрен выглядел таким несчастным, что у меня возникло желание телепортировать его куда-нибудь подальше отсюда. Интересно, что его так напугало? Осознал, во что ввязался? Или на него так подействовал тот факт, что его чуть кто-то другой не купил? Точнее, этот конкретный блондинчик, на которого Ларик как-то неадекватно среагировал.
     - Шеон, ты Лара слушал?
     - Ларрен зол на этого человека и боится его, - полуэльф задумчиво повел ухом, - не просто боится, а так, как будто знает, что от него ожидать.
     - Может быть, они знакомы? – предположил я. – А этого кренделя белобрысого ты не пробовал послушать?
     - Пробовал, но не смог. Он закрыт наглухо.
     - Маг? – удивился я, - хорошо скрывается. Я не понял, что он маг.
     - Может быть, и не маг. Возможно, у него мощный защитный амулет, - предположил Шеоннель.
     Пока мы так перешептывались, нашу красотку со сцены увели, а ее покупатель скрылся в неизвестном направлении.
     - Пошли, деньги получим и валим отсюда, - решил я.
     Ну и пошли мы. И пришлось мне устраивать скандал в лучших традициях своей матушки – с выражансами, воплями и стучанием кулаком по столу.
     А как не возмущаться, если эта хитрая задница – распорядитель, попытался вручить мне всего триста руми?
     - Эй, а остальные двести пятьдесят где? – рявкнул я.
     Шактистанец расплылся в учтивой улыбке и начал объяснять непонятными словами, что все, что меньше стартовой цены, отдается собственнику, а с разницы между стартовой и продажной цены – 25% аукционисту полагается, плюс еще возмещение расходов.
     Я с минуту на него таращился и не хуже тупой блондинки ресничками хлопал, потому что абсолютно ничего не понял. Но это не помешало мне заорать и в очередной раз стукнуть кулаком по столу, активно протестуя. Распорядитель заулыбался еще шире и поставил меня в известность, что из суммы так же вычтен торговый налог – 18%, так что я должен быть счастлив, что за свою неуклюжую рабыню получил целых триста руми.
     - И сколько же Вы уважаемый за расходы содрали? – ехидно поинтересовался я.
     Шактистанец принялся перечислять потраченные на нашу красотку средства, ну там одежда, еда, косметика всякая разная. Короче говоря, насчитал на сотню. Тут уже мне даже играть не пришлось. Я самым натуральным образом разозлился, и возмущаться начал.
     - Да ты охренел, морда шатистанская? – заорал я, - Да я за такие деньги мог ее на неделю в лучшей гостинице этого города поселить со всеми удобствами!
     - Вам, как гостю нашей столицы, готов сделать скидку, - проворковал распорядитель. – Двадцать руми.
     - Что двадцать руми? – растерялся я.
     - Я верну Вам двадцать из положенных на расходы по содержанию товара ста руми.
     - Иди ты! – возмутился я, - ты на нее за то время, что она у тебя провела, и десятки не потратил. Отдавай девяносто!
     - Двадцать! – уперся шактистанец.
     - Ладно, так и быть, за то, что ты такой фантастически упертый, возвращай восемьдесят.
     - Тридцать.
     - Семьдесят!
     Мы бодались приблизительно с полчаса, и мне удалось выцарапать у этого ворюги сорок руми. В итоге сие гостеприимное заведение мы с Шеоном покинули «счастливыми» обладателями трехсот сорока руми и плохого настроения. Во всяком случае, у меня оно было именно таким. Знаете ли, приятного мало, строить из себя жадного работорговца. Я все-таки не кто-нибудь, я наследник престола. Хоть и княжеского, а не королевского, но все же. В общем, гордость моя была растоптана, я шел в направлении гостиницы, обгоняя Шеоннеля на пару шагов и пытался утешить себя тем, что разыгрывать из себя торгаша и жадину было необходимо, чтобы не вызвать подозрений.
     - Лин, хватит психовать. Хочешь, мороженого поедим?
     Я резко затормозил и развернулся к Шеоннелю. Это он так прикалывается, что ли? Что значит, мороженого поедим? Детский сад какой-то! Смотрю я на это чудище ушастое, а он стоит и невинно так глазки на меня таращит.
     - Ты еще ресничками помаши для убедительности, - фыркнул я.
     Шеоннель совершил довольно-таки удачную попытку придать своему взгляду придурковатое выражение. Не иначе как у матушки моей научился. Я не выдержал и заржал.
     - Так уже лучше, - одобрил Шеоннель и взял меня под руку, - пошли в гостиницу.
     - Ты, что специально меня смешил? – догадался я.
     - Ага. А то шел на весь мир обиженный, будто тебя некачественно изнасиловали.
     - Шеон.
     - Что?
     - Тебе надо пореже с моей мамой общаться. Она тебя плохому учит.
     - Да, Дуся такая… такая…
     Я покосился на мечтательную физиономию полуэльфа, ухмыльнулся и предложил:
     - Попроси ее, чтобы усыновила тебя.
     - А можно? – оживился Шеоннель, приняв мою шутку всерьез.
     - А тебе оно нужно? У тебя Вальдор есть. И вообще, Аннет обидится, если ты о таком не ее попросишь.
     - Ты прав, - буркнул Шеоннель и задумчиво притих.
     Неужели, и, правда, всерьез обдумывал варианты своего усыновления? И что его так заклинило на семье? Нет, ну я понимаю, что матушка у него не подарок, а дед так и вовсе не признал. Хоть и учить пытался. Но ведь это не повод ходить за моей матерью преданным теленком и всерьез считать, что она его усыновит – взрослого детинушку тридцати пяти лет отроду! И фигня, что он по эльфийским меркам еще несовершеннолетний, все равно это как-то… не знаю… неправильно, наверно? Взрослый дяденька, а все мамку ищет.
     - Ну, хватит! – не выдержал Шеоннель, - тебе что, думать больше не о чем?
     - А ты что, мысли читаешь, а не эмоции? – насторожился я.
     - Мне эмоций твоих достаточно! Ты обо мне думаешь будто… будто я ущербный какой-то!
     Кажется, полуэльф всерьез разозлился.
     - Слушай, ну я же понимаю, что у вас - эльфов все не так как у людей, мне это просто непривычно. И не думаю я о тебе как об ущербном. Даже в мыслях такого не было.
     - Не было, да? Не было… - начал Шеоннель и вдруг резко замолчал и огляделся.
     Мы стояли на безлюдной узкой улочке, вдоль которой с обеих сторон шли высокие здания без окон. То есть окна, наверно, были, только выходили они не на эту улицу.
     - Это не ты, - шепнул полуэльф.
     - Угу, - буркнул я и сплел «ловчие сети». Мы же не хотим кого-нибудь убить. Мы же добрые… такие добрые, что аж самим противно!
     Грабителей было трое. Не маги, само собой. Так что моих «сетей» им вполне хватило, чтобы успокоиться.
     - Что делать с ними будем? – спросил я, мстительно пихнув ногой в бок одного из них.
     - Убьем? – кровожадно предложил Шеоннель.
     Да уж, обиделся ушастый, что кто-то из этих про него не так подумал.
     - Зачем убивать? Мы им сейчас печать «вне закона» поддельную поставим и продадим в каком-нибудь захолустье, где проверять никто не станет, - пробурчал я, обходя вокруг грабителей. Даже руками помахал, сделав вид, что колдую.
     - Ой, не надо! – пискнул один из них на ломаном зулкибарском. – Не надо, господин, мы люди подневольные, нам приказали – мы сделали.
     - Кто приказал? – заинтересовался я.
     - Господин наш - Нарул, приказал.
     - Нарул? Хозяин торгового дома?
     Грабитель торопливо закивал.
     Ага, ну да, как же я сразу не сообразил что аукционист так просто мой приступ жадности не оставит и попытается вернуть свое.
     - Жадная шактистанская морда! – возмутился я, методично обыскал всех троих, изъял все деньги и амулеты, и все-таки колданул на наших неудавшихся грабителей.
     Не надо думать, что я им что-то плохое сделал. Я их просто в Кентарион телепортировал. Пусть насладятся природой кентаврийского края… и попробуют найти там доброго мага, который их бесплатно назад в Шактистан отправит. Ну, а что еще прикажете с ними сделать? Не оставлять же здесь живыми, чтобы они в итоге кинулись к господину этому своему, хозяину аукциона, и доложили что жадный торгаш, то есть я, не просто торгаш, а еще и маг-жестовик. Мало ли какие подозрения в этом случае возникнут, и что может до султана долететь. Нам не нужно, чтобы Ларрена раньше времени из гарема поперли. Или того хуже – допросили, как следует, и казнили.
     - Кошка говорит, что они с Котом в гареме, - будто в ответ на мои переживания, поведал Шеоннель.
     - Отлично. Значит за Ларом есть кому присмотреть. Ты умеешь брать ориентиры для телепортации у магического животного?
     - Нет. Пока не умею.
     - Значит, нам повезло, что Кот Ларрена может дать ориентиры твоей Кошке, которая способна со всеми разговаривать и может передать ориентиры мне, мне папа объяснял, как это делается, - подвел я итог и решил, - пошли, мой ушастый друг, поедим мороженого. А то ты что-то совсем расстроился.
     - Я не понимаю, почему они обо мне так думали, - возмутился Шеон, но уши у него при этом понуро опустились. Расстроился, одним словом.
     - Вы – эльфы, высокомерные сволочи, а тут они видят перед собой ушастого, который чей-то слуга, - объяснил я. - Ты забыл что ли? Ты здесь в роли моего слуги.
     - А, ну тогда понятно.
     Шеоннель заметно приободрился, но мороженым я его все равно накормил.


Рецензии
Надо было не в Кентарион их телепортировать а к Сурику в гости.

Анастасия Игнашева   17.06.2011 21:20     Заявить о нарушении
Какая-то Вы у нас кровожадная))) Вот мы с Алк изо всех сил, между прочим, старались сцены жестокости корректировать и вообще вставлять их в минимальном (а не как хотелось) количестве. А Вы на что нас подбиваете? Ай-ай-ай!
К.

Алк-Консильери   17.06.2011 21:24   Заявить о нарушении
а вот такая я) Сижу, понимаешь, на БТРе)

Анастасия Игнашева   17.06.2011 23:03   Заявить о нарушении
о, что Вы на БТР, это я видела))) но это же не повод, чтобы всех, кого не лень, без объяснения причин и к профессионалам)))

Алк-Консильери   17.06.2011 23:08   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 4 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.