КОЛЯ

 
Жил-был Коля. Занятный паренёк. Потёмистый, как называют таких издревле большие степенные, наблюдательные старухи, прожившие трудную жизнь.
Жил один, в закултыпистом домишке одной из улиц райцентра.
Коля всегда хмур, сосредоточен, смотрит настороженно, исподлобья и молчит,
молчалив он.
Было дело, однажды, работая на почте рассыльным, надумал жениться. Появилась в разжар лета новая письмоноска (старая заболела) молодая женщина-разведёнка с ребёнком, из глухой деревни на другом берегу реки. Ничего так бабочка, скромная – хорошая женщина, бывшая учительница начальных классов. Стал Коля к ней присматриваться – довольно продолжительное время. Взгляд его выпрямился, Коля вдруг повёл себя… немного по-другому, как-то мелко, несолидно засуетился, даже чуть заволновался, он даже сам удивился такому положенью.
Ходила Танюшка в светлом линялом платьице, с открытой головою и шлёпках на босу ногу. Надо было обполкать полдеревни оврагами-буераками, как их здесь называют – ровками - и кривыми улочками, и успеть до темноты. Почти до полдня ожидание и разбор почты – сортировка. Этим и воспользовался Коля. Подойдёт как-то неловко и дышит потихоньку, а то и скажет, ну как ты, Таня, – и стоит.
Таня – открытая душа – улыбнётся распахнуто: да ничего, мол, Коля, всё хорошо, только вот работы много… И наклонится вновь над жидкой письменной корреспонденцией, чуть задумается, как-то неловко улыбаясь, так, чтобы Коля не видел. Коля постоит да и отойдёт.
Но кто поймёт, что к чему, когда сердце не властно понимать.
Почтальонки-трещётки заметили такое дело и принялись потихоньку шептаться и хихикать. Танюшка выбрала тактику умолчания деталей и даже пыталась сдерживать натиск товарок по ускорению хода событий.
-Да что вы, девчонки, бросьте, не трогайте Колю, - старалась говорить она серьёзно, но смешливость брала своё, и она, неожиданно для себя, прыскала на сторону.
Насмелился Коля, подождал вечером Танюшу на проходе, пригласил в гости. Таня согласилась. Купил шампанское, цветов полно дома, растут дуром под окнами в огородчике, вместо редьки и лука. Истопил баньку, всё как положено. Цветы, шампанское – на стол.
Таня шампанского выпила, закусила шоколадкой, но в баню идти почему-то отказалась. Мало того, ближе к полуночи пожелала идти домой. Коля попытался привлечь её на диванчик – посидеть. Она согласилась. Коля выключил свет в зале, на кухне оставил. Телек приглушенно бормотал о новом мышлении, трещал автоматными очередями и грохал взрывами.
-Коля, сколько тебе лет? – спросила в полумраке Таня.
-Тридцать, - маленько соврал Коля, - а чё?
-А почему ты до сих пор не женишься?
Коля молчал.
-Тебе хорошая женщина нужна.
-А ты? – Коля обнял Таню. И повалил не скоро на диван. – Танюша… - Хорошо и грустно. Коля уткнулся носом в тёплое плечо.
Таня полежала под Колей немного, молча высвободилась из объятий, встала. И тихо вышла из зала, кухни, сеней…  И промелькнула светлым пятном за окном.
Коля подумал, напружился и решил жить дальше.
Утром Коля развёз бумажки надлежащим адресатам и теперь томился в ожидании новой команды. Потом его толкнуло. 
 При почте открыли, прям за барьером, где оказывались всякие почтовые услуги - лоток с парфюмерно-гигиеническими мелочами. Всем этим заведовала тётя Мотя. Коля обратился чрез барьер.
-Да что это ты, Коля, жениться надумал, духи берёшь?
-А тебе-то что?! Может и надумал! – упёрся Коля глазами в пожилую женщину.
-Да нет, ничего, бери. Мне-то что? - ответила тётя Мотя и подала маленькую стекляшку.
-Вот так-то будет лучше, - обернулся, посмотрел строго Коля кругом – на притихших посетителей – расплатился и вышел. В тёмном коридоре остановился, сказал себе "Стоп, Андроп!" и не пошёл к Танюшке, а завернул к мужикам-связистам, сел в свой (Колин) угол и стал смотреть, как они хлопают  козлиными костяшками по гитенаксу столешницы – никто и не заметил его прибытия.
Так-то, если подумать, будто мир добр и пушист, что некому было притиснуть в закутке Танюшку – кругом ведь простые, славные ребята, некоторые не женаты, да и не перевелись ещё ловкие здоровые мужики! Может, и были шутейные попытки, но вот так, как-то обходилось: толи лень уж совсем непроходящая, навеянная зноем, толи другие правила уже работали, иль методы изменились – неведомо. Но, тем не менее, никто к Танюшке никаких намерений не имел в этом здании: почта + узел связи. Но это так, к слову.
Погода, однако, не менялась, жара стояла вторую неделю. Жужжали вяло на пыльном окне жирные мухи,  и даже не стучали костяшками; послав всех и вся, дремали мастера столбов и проводов – послеобеденное время.
 Коля вышел из здания, огляделся, сел на свой велосипед и поехал. Коля знал, по какому маршруту ходит Танюша. Он прикинул по времени, когда она будет проходить по этой единственной тропинке – там-то он и поговорит с ней основательно. Что-то последнее время стал замечать, какая-то грустная ходит Таня, исчезла её открытость: чешет, глядя под ноги, никого не замечает. Сумка тяжёлая, а она хрупкая, волосы выгорели и лицо потемнело, видно, от загара.
Коля катил не спеша по улице имени графа Л.Толстого, спустился с горочки, тут улица и закончилась, начались ровки с крапивою-лебедою и другим дуроломом. Зной проник и сюда, в высокие застойные травы, духота стояла нешутошная, невзирая на присутствие реки. На реке плюхались, кричали, но до неё было не близко, и тропы, пролегавшие к воде, проходили мимо, тут же было безлюдно, спокойно.
Коля, продравшись с велосипедом по узкой дорожке, толкнул его вглубь дуростоя – велосипед  так и остановился на ногах. Коля присел. Поправил кепку, пригладив по материи, как теперь для него вновь выяснилось, больную голову, и подзадумался. О голове.
Недавно его самого вызвала бумажка в поликлинику, на освидетельствование, как значилось в ней.
"Какое ещё освидетельствование? Зачем? Я вам покажу, как меня беспокоить!" – так тогда решил Коля. Рано утром прибыл на край села в березняк. Тогда ещё была старая поликлиника.
В коридоре было полно народу. Коля дождался свой очереди. Доктор  встретила радушно, и пыл Коли как-то сам собою улетучился. Любовь Серафимовна разъяснила, что в поликлинике нет такого оборудования для точного диагноза и поэтому надо ехать в область, говорила она бодро и весело, черкая на бумажке.
-А зачем в область-то? Здесь напиши, что всё нормально. Мне на работу надо, а то опоздаю.
-Видишь ли, Коля, ты же знаешь, раньше мы так и делали, но сейчас условия изменились, - Любовь Серафимовна несколько двинулась дородным телом, - здесь нет такой аппаратуры. И нужно в область! Там всё решают, - она подвинула бумажку, - вот тебе направление, печать поставишь в регистратуре.
Коля не понял, но спорить не стал.
-Где же теперь я деньги возьму?! – посмотрел Коля на доктора.
Любовь Серафимовна писала, уткнувшись в бумаги, но плечами пожала.
В карточке Коли, конечно, не значилось, что на него накатали заявление. В котором обращалось внимание на неадекватность его поведения по отношению к товарищам по работе. Начальнику почты понадобилось пристроить сильно беременную сноху на службу - пред родами. Конечно, не телеграммы развозить на велосипеде, но, с помощью комбинации перестановок, усадить бухгалтером в кабинет. Так длинно гласила народная молва.
О деньгах сейчас и думал Коля. Он уже смирился с необходимостью и поездки, и ненавистного освидетельствования.
Кто-то неподалеку продирался сквозь дурман, потом тихо пошуршал травою, похрустел сухими бодыльями, и затих.
"Может, скот какой? Так он себя ещё проявит", – подумал Коля. Он сидел на отлоге ровка, и тропинка, спускавшаяся на дно, хорошо просматривалась. Пыхтения и причмокивания не слышалось. "Верно, залёг в тени дремать - в такой духоте - скот, что возьмёшь...".
За бугорком мелькнула светлая головка Тани. Вот она, красавица, в своём платьишке. Таня уже поднималась из ровка, и тут вскрикнула, и исчезла. Коля привстал, вытянув шею, но… решил подождать внизу, он посильнее сжал в кармане пузырёк с духами. Там раздавались вроде как сердитые, но, на поверку, радостные, негромкие звуки: женский и грубый, другой особи, обсуждавший проблему.
Там шебуршали, хрустели, хихикали, возились, и пыхтели. Коля обострил слух, замерев совсем, он и дышать перестал. А рядом  усиленно дышали, как будто кто пёр ночью куль с зерном домой, и даже мычали. Не скоро, но раздались стоны, ещё, и ещё. Женщина тоненько вскрикнула – и все звуки  стихли.
"Так вот это… как бывает!" – осознал Коля. У Коли онемели ноги, он сидел на корточках, склонив голову, встать уже было невозможно.
Опять негромко, раздельно заговорили, и мимо пошла Таня с сумою.
-Дилинь-дилинь, вставай! – проговорил бодрый, громкий голос, - дилинь-дилинь, пора уже!
-А я не сплю! – с нарастающей интонацией отвечал ему другой, ещё бодрее и громче.
Всю эту тираду Коля выслушал на спине, он откинулся назад, чтобы подальше от тропки. Кто-то чихнул большой и тяжёлый, и чухнул по бурьяну к ближним кустам. Танюшка, обернувшись, засмеялась вдогонку.
-Коля? – Таня, наклонившись, заглянула в заросли. – Коля, выходи, я знаю – это ты, - добавила она так же негромко и сошла с тропы.
-Ты подсматриваешь? Подслушиваешь! – сказала она строго.
-Да я… я случайно, я только хотел поговорить с тобой. А я ничего не видел, ничего не слышал! – выговорил быстро Коля. Коля попытался подняться, но Таня стояла рядом, совсем близко, он как откинулся, так и лежал, прижав телефон к груди - пред нею раскоряченным. А она стояла над ним : худенькая, тонкая – голая – на фоне синего безоблачного неба.
Коля зажмурился. Когда он открыл глаза, Тани не было, только невесть откуда взявшийся ветерок шевелил дряблые листья лопухов. А может они трепетали от внезапного, как всегда, тихого ухода женщины.
Утром Коля пошёл к своему начальнику.
-У себя? – спросил секретаршу, отбеленную выдру. Коля не здоровался с секретаршами.
-А тебе ещё зачем? – смерила секретарь Колю взглядом, отведя колпак с помадою от губ.
-Не твоё дело. Здесь он?
-Пх-сси! Да заходи, пижалуй…ста.
Начальник почты, Николай Еремеич, наклонив голову набок и подставив руку, внимательно выслушал Колю.
-Видишь ли, брат мой, денег нет, - сказал он важно, встал медленно, с непроницаемым лицом, зашёл за спину Коли.
        "Что это он?" – оглянулся Коля, да так и остался сидеть - наизворот.
Николай Еремеич, держась за спинку стула, смотрел в окно, вдаль. – Сам сижу без денег, живём на пенсию родителей.
"Врёшь, сука".
-Смотри, что там творится, - он направил толстый палец в потолок, - а ты, говоришь, деньги…  Сходи в администрацию. Сходи в пенсионный фонд – ты же пенсионэр! Скажи, особый случай, может, сколько дадут. Хотя… ну да ты пойди, пойди!
И пошёл, и покатился Коля, стиснув зубы, по инстанциям… Его погнали по второму кругу. Особенно допекла одна дамочка, крашеная, тоже худая. Чиновница собиралась уходить, укладывала на столе бумажки, прищурив глаз. На Колю – ноль внимания.
-Я же Вам сказала уже: деньги из областного бюджета не поступают  третий месяц. Что Вам ещё не понятно?! - И она принялась рыться в сумочке.
-Но я-то пенсионер.
-Тогда зачем Вы сюда пришли? Идите, вон, в пенсионный… или ещё, не знаю куда.
Коля там уже был. Ему посоветовали сходить к зам.Главы по социальным вопросам.
Коля решил сначала заскочить на работу.
-О! Явился, не запылился, Коля, тебя Николай Еремеич ищет – зайди к нему, - протараторила почтальонка Галка. Танюши уже не было. Коля побрёл наверх.
-Ну-у,  что ж ты, брат мой, говорят, плохо службу несёшь? Третий день тебя нет. Правда ли это? - завёл свою шарманку начальник.
-Так Вы же знаете, Николай Еремеич, я деньги хочу получить, чтобы ехать, а телеграммы доставляю вовремя – Матильда Петровна мне звякнет, я сразу и еду.
-Так-то оно так, но надо всегда быть на месте, мало ли что, почтальонам помочь или ещё что – дел хватает. Да ты ещё на обследование собираешься, а ну как снова около недели проваландаешься. Что я буду делать? Замену искать? – начальник внимательно посмотрел на Колю.
-Не знаю, Николай Еремеич.
-Все вы ничего не знаете. Ну, ладно, ступай, Коля, ступай – разберёмся, - Коля вышел, - без тебя.
Повстречал Танюшу Коля в укромном переулке, среди зарослей кустов ждал со своим верным другом - велосипедом. Таня ещё издали заметила Колю на дороге, нахмурилась, замкнулась.
-Что хотел, Коля?
-Поговорить надо.
-Говори.
-Таня, выходи за меня замуж. Что было…
-Нет, Коля! – вскрикнула она тихо, с болью, которой Коля ещё не слышал. – Ты хороший парень. Тебе другая женщина нужна.
Коля, смотрел на руль, не отрываясь. Молчал.
-Прости, Коля, мне работать надо.
И Таня вышла из зоны видимости.
К зам.Главы Коля попал не скоро. Пошёл к ней накалённый, тоска смертная так и ела сердце, изымала душу – болело в груди, Коля утром видел Танюшу издали.
Галина Петровна на этом посту трудилась второй год, до этого была главным врачом райбольницы. Коля посмотрел на её крепкую фигуру. Вспомнился известный человек в области - депутат. И не мог чётко представить - пред глазами стояла Танюша. В молодости-то Гала была хороша! Быстро созрела. Коля тогда ещё бегал с ребятками на рыбалку - она загорала с парнями на  берегу Ануя. Замуж вышла за приезжего ухаря-прораба. Хотя, какой он приезжий, из одного района. Вместе учились в одном городе, домой ездили вместе.
Галина Петровна всё ещё говорила по телефону, Коля взглянул ещё раз на неё, она улыбнулась, кивнула, мол, сейчас.
«Все они улыбаются…, – подумал Коля, - наверное, с депутатом говорит. О чём можно теперь говорить?! Поезд ушёл».
-Ну что опять случилось? – спросила Галина Петровна, взглянув на осунувшееся лицо Коли.
-Нужны деньги на дорогу в область, на обследование. Везде был, никто не даёт, - сказал Коля заученно.
Галина Петровна сразу посуровела и из врача трансформировалась в зам.Главы района, она поправилась в кресле, положила руки на стол и строго сказала, даже небрежно:
-А где я тебе возьму?! Рожу, что ли?! Так я уже не в том возрасте, - она скривила губы в усмешке, - ходят, ходят… Что, от меня зависит? Черти!
-Я сказал – деньги! Пока не дашь команду, не уйду отсюда! – вдруг… сказал Коля.
-Что?! – усмехнувшись, заметила тихо заместительша, -Ты – угрожать? Мне?! Да знаешь, где ты сейчас будешь, дебил?! - голос её окреп и достиг больших высот.
Под Колей треснул и развалился стул. Он отполз на карачках, глядя сквозь обломки: пол, вроде, был цел.
-Ты снова?! – воскликнул Коля на коленях. В его сознании промелькнули: кабинет, люди в белых халатах, "Дебил" -  её голос из-за двери.
-Да знаешь, ты, лахудра! Да я вас всех! – крикнул Коля уже на ногах.
Заместительша закудахтала… Хотела даже встать.
Коля не стал ждать, когда накатит – знал по опыту – вышел быстро из кабинета, прикрыв ладонью рот.
И пошёл домой. На полдороги вспомнил о велосипеде, махнул рукою и ещё быстрее зашагал вдоль улицы. Коля решил: ни на минуту, ни на секунду откладывать нельзя. Он заметался по двору: что? топор, вилы, пика? Не пойдёт! Это уже было... На глаза попалась граната. Вот она лежит в укромном месте: рифлёная, с железной блестящей ручкой! Коля схватил.
"Разорву, ****ей! Всех!!!"
Засунул в карман и, набычившись, двинул в центр. Навстречу промелькивали, потея, редко-удравшие на обед прохожие. "Пусть их!" - беззлобно думал Коля о прохожих. "Только бы успеть, успеть захватить крысу в норе", – без конца повторял Коля. Он почти бежал.
Вознёсся на второй этаж. Секретарша не успела открыть рта, Коля левой дернул ручку первой двери, расхлобыстнул вторую - ногой, выхватил … -Вот она, святая минута! Для этого и стоит жить! - …выхватил оружию – бледный – поднял над головою. И открыл рот для…
У окна сидел представительный мужчина крепкого телосложения. Буркин Иван Петрович, муж.
Женщина вскочила, раскинув руки, в глазах плеснулся ужас, она заблажила так, поминая Ваню, что Коля вздрогнул. Буркин дёрнулся, привставая.
-Сидеть! Я сказал - сидеть!!!
В приёмной заметалось что-то большое, тёмное, и ломанулось, круша всё на своём пути. И стихло.
Муж опустился. Лицо его слилось с полуденным светом за окном, только глаза чудно сверкали, и белые руки лежали на коленях, как у примерного пионера. Коля обвёл взглядом женский кабинет, посмотрел на плакатный портрет Б.Н.Ельцина, на людей.
-Ну, чё, обосрались?! То-то! – Коля  усмехнулся.
И через двери, через разгромленную приёмную. На улицу. Велосипед стоял у заборчика. Коля - счастливый - покатил домой.
Никто не знал об этом лёгком происшествии. Пока. Коля думал, что спокойно успеет ещё поесть. Так, огурчик с хлебом-солью. И будет ждать. Дома. Никуда не пойдёт, не поедет, не побежит.  Через сколько очухаются, интересно? Через час, не раньше.
Коля угадал. Он закрыл дом на замок.
Они, сердито гудя, подъехали: на трёх полосатых рыдванах. Со скрежетом и скрыпом – у калитки. И толпою, пыхтя, толкаясь, в касках, бронежилетах, с автоматами. Группа захвата.
Коля сидел в ограде под навесом на чурочке, на которой рубил дрова, не курил. Он вообще не курил.
Менты крикнули:
-На землю! Лежать! – Толкнули, навалились кулём, завернули Коле руки за спину. Пыхтя, защёлкнули наручники, подняли, поволокли за ограду, в улицу.
В машине спросили:
-Где граната?
-Выбросил. Да это и не граната.
-Это мы ещё разберёмся, - сказал старлей Петька-"Маргарин", сопливый односельчанин детства.
Посадили в "трюм" – камеру в подвале. Началось разбирательство, возили на место, где Коля выбросил, по дороге домой, ротор генератора своего утильного "ИЖа" – поверили.
Вышел Коля на свободу через день – без последствий. Зашёл, не спеша, на службу, тут его и настигла весть: от работы отстранён, за него бегает теперь Верка-модистка. Коля не поднялся к руководству. Он устал, он сильно устал.
Через две недели воткнули Колю от биржи в коммунальное хозяйство – мести улицы.
Вот тут-то и подвернулся вертлявый корреспондент местной газеты, принялся расспрашивать, заглядывая в глаза, поддакивать, пуская слюну, и строча в свой перекидной блокнот.
Читал потом Коля эту хрень в газетке: себя не узнал, завернул писака куда-то не туда, напустил туману – не поймёшь, кто что делал, и зачем. Да ну их всех, шелкопёров – больше никого не подпущу… фельетонистов.
 Ещё допытывался, слюнтяй, ездил ли на обследование. Твоё какое дело? Ездил я или не ездил. Может, и ездил, а может, нет, тебе-то… Ну, есть у меня справка, давно – с меня взятки гладки! - Коля усмехнулся. - Лезут всё, любопытные козлы!
Коля сильно осерчал. Даже сел на велосипед и поехал за хлебом. Выезжая из переулка, не заметил, как откуда-то сзади вывернулась чёрная "Волга", прёт на него в наглую, притёрла к луже. Коле деваться некуда, въехал: башмак,  штанина – мокрые.
"Волга" остановилась на площади, из неё вышел Буркин, важный,  прошествовал, ни на кого не глядя, в сторону магазина.
-А! Так?! Счас ты у меня попляшешь! Ещё не так!
Коля подкатил к машине, долбанул с размаху кулаком по крышке багажника, и ещё. Загрохотало. Буркин оглянулся. Коля засмотрел по сторонам,  хотел ещё половчее чем-нибудь садануть.
-Ты что там делаешь!? Подонок! А ну-ка отойди от машины!
Коля стоял одной ногой на земле, ждал. Буркин подошёл – статный, здоровый. И неожиданно взял Колю за грудки, (Коля почувствовал, что жизнь его теперь находится в крепких руках начальника) тряхнул, и с отвращением ударил по скуле, так, что свет в Колиной голове погас – и пихнул от себя. Коля полетел вместе с велосипедом в пыль площади.
-Ещё раз увижу у машины, башку отшибу совсем! - Зло и назидательно сказал Буркин, и присмотрелся к лежащему. Коля пошевелился, встал не сразу, бледный, ошарашенный.
-Ах ты, гад! Ещё бьёшь?! – Коля сгрёб присутственный гравий и запулил в злодея, Буркин пригнулся, камешки застучали по машине. Коля присел за второй порцией. Губы  Коли тряслись, глаза мутные, его колотило. Верно, он ещё что-то кричал…
Люди наблюдали издали. Буркин встал за машину, оставив действия, искоса поглядывая на облицовку. Коля постоял-постоял, выпустил камешки, отряхнул руки, сел на велосипед и поехал прочь.
Пришла повестка из милиции: на ногах и в лице молодого незнакомого милиционерика.
-Давай, Коля, держись, - сказали хмурые, небритые мужики на работе.
Начальник милиции, Пётр Сергеевич, родом из соседнего села с соловьями, решил разобраться с нарушителем спокойствия лично.
-Что ты, Николай, снова бузишь? Как будем решать вопрос с товарищем Буркиным? Всё молчишь. – Начальник хмуро смотрел на Колю. Достал из папки бумажки. – Вот здесь заявление и заключение экспертизы на порчу машины.
Коля взглянул на майорские погоны.
-Какую ещё порчу?
-Здесь написано, что ты сильно испортил машину: облицовку, стекло там порепал…
-Вот гад-то, нашёл экспертизу?! Я только рукой хлопнул пару раз.
-Ремонт встал … на такую-то сумму.
-А у меня справка есть, - Коля достал из кармана рубахи бумажку и уткнулся в неё. – О нанесении…("лёгких" он пропустил) телесных повреждений в области лица, с последующими…, - запинаясь, читал Коля.
Майор протянул руку.
-Дай-ка, - посмотрел на справку продолжительно, повертел, заглянул на оборотную сторону. – Ну, это меняет дело.
Пётр Сергеевич посидел, долго подумал. В школе он учился тоже… туго, умудрялся в своём имени делать две ошибки.
-Как ты думаешь, Николай, если я тебя не накажу, как на это посмотрит Буркин, что он ещё предпримет? – сказал такое неожиданное  начальник.
-Да он трус! И баба его. Обоих понос прохватил, три дня на работе не были, - быстро сказал Коля.
Пётр Сергеевич вытаращил на задержанного усы, и стал похож на небольшого обиженного моржа, даже волосы на голове пошли в дело.
-Да ты не очень-то тут…  храбрись, - сказал строго майор, - а то я тебя,  вон, снова закрою.
Коля молчал.
-В общим, сойдёмся так: я тебя наказал вот штрафом, - Пётр Сергеевич нацарапал на квитанции, - заплатишь на почте.
-За что? – возмутился Коля.
-Ну-ка, мне, тихо! У тебя "Москвич"? Как бегает, нормально? "Права", номера, всё как положено? Ну ладно, Николай, давай! – Пётр Сергеевич встал, глядя на Колю. Коля, не убавляя глаз, вышел за дверь.
 Майор подошёл к окну, засунув руки в карманы и выпустив пузо, долго смотрел на село. 
Танюшка вскоре исчезла, уехала в свою Ворошиловку. Там дала заезжему армяну Зазе ("А, может, это любофф?" – как говаривал Толик Аликин), родила через положенное время, и живёт теперь с двумя детьми и дедами на хуторе безвыездно. Армян трётся где-то поблизости, строит двор для ЗАО или ОАО- кто теперь их разберёт. Коля ею не интересуется. А если где и услышит – промолчит. И живёт дальше.


Рецензии
Жаль мужика. Чистого, как родник, простого, как валенок, доведенного до отчаяния и тоски пустой, глупой женщиной, безнравственной, бесчеловечной системой и выживанием. До слез жаль мужика.

Наринэ Владимировна   27.03.2018 21:24     Заявить о нарушении
Спасибо, НАРИНЭ!
Всяческого Вам счастья, успехов и УДАЧИ!

Василий Поликарпов   28.03.2018 03:54   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 3 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.