Сочинение на незаданную тему

       Страница по замене. Рассказ написал в середине 2017 года.

Современные психологи-общественники Ирина Медведева и Татьяна Шишова (чьи взгляды я разделяю не до конца, а в чём-то даже возражаю, так как считаю, что они увлекаются религиозной пропагандой и одновременно недооценивают как опасность, так и возможность противостоять ей с использованием ответного насилия) неоднократно отмечали, что нынешние дети считают достойными подражания персонажей голливудских экранизаций марвеловских комиксов. Отдельно – Человека-Паука и Бэтмена, отмечен также «Суммарный» супермен, включающий Железного человека, Росомаху, Халка, Капитана Америку, Мена Арктику, Черный плащ, Доктора Осьминога, просто «суперменов» и т.п. Причём продвижение их не знает удержу даже в отношении фильмов, которые несовершеннолетние не допускаются: летом 2017 года на улице Солдата Корзуна я видел продажу футболок явно подростковых размеров с изображением Дэдпула (не путать с написанной мной пародией на него – рядом рассказов «Дед Пуля»).
Но продвижение – это отрыжка тотальной коммерциализации, что выходит за выбранную тему.

Мне интересно другое: могут ли Медведева и Шишова провести исследование, предложив школьникам написать сочинение на тему «Если бы я приобрёл паранормальную способность», причём с правом выбора таковой (например, нечеловеческая сила, телепатия, невидимость и др.). Разумеется, с последующим разбором написанного с позиций психологии.

Предположим, что такое исследование проводится.

Я могу представить, что бы написали современные ученики средних (5-9) класса. Даже в условиях ещё «советской» школы это могло оказаться различными вариантами сказки-анекдота про школьника, который хотел научиться волшебству только для того и именно для того, чтобы мстить своим обидчикам (тема использована Дж. Роулинг, с той разницей, что её персонаж, используя магию для причинения неприятностей другим, в отличие от сознательно действовавшего персонажа анекдота, не знал, что это именно магия). Я как сейчас помню, что меня в шестом классе «прорабатывали» на классном часе за высказывание на уроке литературы при чтении рассказа Тургенева «Бежин луг», когда дошло до истории о «Тришке» (авторское примечание: это, видимо, народная переделка сказания об Антихристе):
 
«Такой уж будет удивительный человек. Захотят его, например, взять хрестьяне; выйдут на него с дубьем, оцепят его, но а он им глаза отведет - так отведет им глаза, что они же сами друг друга побьют. В острог его посадят, например, - он попросит водицы испить в ковшике: ему принесут ковшик, а он нырнет туда, да и поминай как звали. Цепи на него наденут, а он в ладошки затрепещется - они с него так и попадают».
 
Конечно, я высказал вслух желание: «Мне бы такие способности!»

Уже тогда я (середина 1980-х годов) – едва ли сознательно – желал один вести войну с толпой. Такие способности представлялись мне исключительно как возможность безнаказанности.

В последние годы моё внимание привлекает другой вид паранормальных способностей, красочно описанных современным писателем С.С. Сухиновым, - превращаться в призрак. Этим видом магии владели древние атланты и их враги – горяне (этноним от острова Горн). Насколько я понимаю, превращение означает, что можно быть призраком в обороне и человеком в наступлении. Призрака убить простым оружием невозможно, тогда как такой призрак, в отличие от классических привидений, может брать в руки оружие и наносить удары по людям, впрочем, как и себе подобным призракам (по Сухинову, призрак убивает призрака ударом в голову, то есть в призрачном состоянии надо не дать подобному себе противнику такой возможности, всех же, кто не призраки, можно убивать, не опасаясь от них ничего).

У меня есть даже наброски рассказа на эту тему, написано от первого лица, и что написал, от того не отступлюсь. Чтобы читателям было известно: если жертвами насилия становятся представители власти – полицейские, прокуроры, судебные приставы и прочие, то я смакую жестокость, потому что всегда приветствую насилие снизу. В приводимом примере я описываю, как превращаюсь в призрак и безнаказанно режу «правоохранителей». События происходят осенью 2013 года. По страшной легенде, один раз в десять лет на Обводном канале происходят трагические события. Я, изучив происхождение этой легенды, решаюсь во вселенной рассказа на небывалое дело: иду к месту, где всё это происходит (2013 год как раз «десятый»), встречаюсь с духом древнего колдуна и прошу передать мне его силу. Эту магию я начинаю использовать, чтобы отомстить всем своим обидчикам. В городе бесславно гибнут представители бизнеса и сотрудники правоохранительных органов, особенно потрясли город поджоги квартир на Школьной улице и в районе Юнтоловского заказника, чудовищные убийства семьи Мариловых в Кронштадте и сотрудницы Петроградской прокуратуры Анны Салычевой, изуродованный труп которой выловили в Неве, резня в ОБЭП Адмиралтейского района, и всё это безнаказанно, мало того, гибнут дети тех, кто ставит подписи на документах о возбуждении дел. Условие колдуна – помочь одному чиновнику, который продвигает идею … засыпать Обводный канал, но я нарушаю этот договор и предпоследним действием безнаказанно убиваю всю семью этого чиновника (последним – убиваю самого колдуна Мечом Мглы – самое лучшее оружие против призраков). И … моя способность сохраняется для защиты от сильнейших опасностей. Выбор имён намеренный (пусть эти люди, если они читают это, знают, что только угроза наказания защищает их от моей праведной мести, и если завтра мне представится привилегированная безнаказанность, то послезавтра я рассчитаюсь с ними так, что будет стыть кровь в жилах от ужаса такого возмездия), а события – те, наступления которых я желаю и буду ему содействовать. Вот фрагмент, написанный в первую очередь (кстати, если бы я такое писал бы сейчас, то могу сказать – взгляды я пересмотрел, и никого не хочу убивать без необходимости, а предпочту калечить своих обидчиков):
 
«Это было именно то, чего я желал давно. Дух древнего колдуна сделал меня тем, кого я называю рейфами. Особенность их состоит в том, что вне тревог они – люди, а в состоянии тревоги могут превратиться в призрак, сохраняя возможности человека, как: брать в руки любые предметы, а лучше всего, конечно же, оружие, и наносить людям раны, в том числе смертельные. Человек же не может убить призрака, то есть в призрачном состоянии я могу нападать безнаказанно на кого угодно! Единственное, чем рейф отличается от привидения – нет возможности проходить сквозь стены, но это было бы лишним. Слабое место такого призрака в том, что другой такой же призрак может убить его, но только ударом в голову. А значит, если такие встретятся, их надо бить именно в голову, пока они тебя в этом не опередили.
В качестве оружия для рукопашного боя я заранее приобрёл в магазине на Старой Деревне (до середины 2015 года я жил в Приморском районе) длинный нож, чем-то напоминающий ножи гурхов – помесь финки и мачете. Его будет достаточно. И я направился к концу улицы Марата (вариант – на Васильевский остров, но обязательно – то отделение, которое довелось изнутри видеть), где находилось отделение полиции. Как-то меня доставляли туда, и я решил отомстить, воспользовавшись полученной способностью, а заодно проверить её в действии.
Я на ходу придумал план, что зайду с целью якобы написать заявление о совершённом кем-то преступлении, а затем …
Описывать это не буду долго, всё получилось, как я задумал. Едва мне дали бланк, ничего не подозревая, как я превратился в призрак, выхватил нож и ударил им ближайшего полицейского. Он упал, и вторым ударом я отрубил ему голову. Двое стоявших выхватили пистолеты и стали стрелять, но пули проходили через меня и даже ранили одного из своих же. Дав им настреляться вдоволь и испытать ужас, я тем же ножом убил их обоих. Но не они были моей целью. Я искал двоих: одного в звании старшего лейтенанта, а другой – практикант. Я приступил к осмотру помещений в отделении, ничуть не боясь никого и наслаждаясь безнаказанностью призрака. И я нашёл и узнал своих обидчиков.
- Ну вот, - сказал я – Вспоминайте, как вы тогда меня в Кузнечном переулке взяли. А сейчас я с вами рассчитаюсь.
Оба попытались меня ударить, но что значили удары для призрака! Зато, орудуя ножом, я нанёс им несколько небольших ран, а затем схватив со стола что-то тяжёлое, ударил сначала старшего лейтенанта, а затем практиканта по головам. Они упали, потеряв сознание, и тогда я обрубил им уши и вырезал ноздри. Я заранее решил, что не убью их, а изуродую.
Взяв их пистолеты, я за десять минут перестрелял всех полицейских, кого только нашёл, и прибывшее подкрепление заодно, насмехаясь над их попытками взять призрака. Кого убил, кого тяжело ранил, а затем ещё и нанёс выжившим несколько ран ножом. Подобрав ключи, я отпер КПЗ и выпустил всех арестованных. Не слушая их благодарностей, я роздал им оружие убитых и раненых полицейских, также мы поделили найденные при них деньги и драгоценности.
Для полного торжества я взял видеокамеру и отснял результаты праведной мести – полицейских, плавающих в луже собственной крови. Потом выложу в Интернет, а сейчас надо на Петроградскую сторону ехать, там тоже есть, кому мстить. Заодно я предвкушал, что все петербургские, а за ними и федеральные СМИ будут, как попугаи, сообщать о нападении живого призрака на отделение полиции. А это будет только начало! Всем, кто когда-то насмехался надо мной, предстоит смеяться, захлёбываясь собственной кровью! А их семьям – жить на пенсии по потере кормильца, как-то написал курсовую работу на эту тему….» (конец цитаты)
 
Тем более, с политической позицией и без паранормальных способностей я уже определился: если в России дело дойдёт до гражданской войны, я приму в ней открытое и деятельное участие на стороне антиправительственных сил. Потому что в отличие от «мирного» времени, когда сытые безнаказанно убивают голодных, в «военное» время всегда есть возможность безнаказанно отомстить обидчикам.

И старые обиды у меня остались, а новые – добавились. Даже в относительно взрослом состоянии я постоянно сталкивался с родительским террором, осложнявшимся тем, что мне то и дело приводили примеры безнаказанности других лиц, которой у меня «никогда не будет, потому что у моих родителей спины нет», с комментарием, что «ты хочешь вести себя как нельзя, и боишься, что - либо мы накажем, либо государство накажет». К тому времени я уже имел представление о том, что если поведение, формально являющееся наказуемым, на деле остаётся безнаказанным, то оно приносит немалые выгоды.

И всегда найдётся ответное справедливое, хотя и незаконное, насилие против тех, кто хочет наказывать. Например, придумали ювенальную юстицию как хорошее средство наказать родителей.

А в отношении государства … сейчас я понимаю, что располагай бы я какой-нибудь суперспособностью, то не только не позволил бы государству наказать себя, но и сам бы наказал его. Даже одной паранормальной способности будет достаточно, чтобы объединить под своим командованием все антиправительственные боевые организации - и во главе этих объединённых сил начать полномасштабную войну со всеми значительными государствами, самолично участвуя в ней и подавляя врага своими способностями. Я не раз писал и говорил, что мне нужно готовое войско, которое сразу примет меня, как верховного вождя, и неважно, из кого будет личный состав, из людей или из демонов. Лишь бы исполняли мои приказы, а особенно приказ убивать врагов, и даже приказ более страшный – калечить врагов!

То есть создатели «супергеройских» фильмов должны понимать: если бы «суперспособности» действительно существовали, то появление «Люторов» и «Куратовых» будет несоизмеримо вероятнее, чем «Суперменов» и «Защитников»! И в моём сочинении было бы написано, как я приспособлю паранормальную способность к преступным замыслам – от личного обогащения и мести обидчикам (пусть даже они и правы были, - по праву победившей стороны можно навязать обществу любую несправедливость, лишь бы она была выгодна мне за счёт так называемого «общества») до организации государственного переворота и установления (по тому же праву победившей стороны) своих порядков, ненавистных большинству.

Так что, господа потребители голливудской телевизионной жвачки, порадуемся, что таких «суперспособностей» в реальной жизни не существует!


Рецензии