Застава богатырская Глава 11

Глава 11.

С волком дружись, а за топор держись.
Народная мудрость.

Они понеслись вперед так быстро, что от встречного ветра было трудно дышать. Впрочем, это длилось не более получаса. Потом стали снижаться, кружа над мрачными черными горами, вершины которых были почти повсеместно покрыты снегом. Снизу повеяло холодом и какой-то нездоровой, могильной затхлостью.
Последние несколько сот метров до земли Змей Горыныч летел очень быстро. Как ему удалось не напороться на хищно торчащие тут и там черные скалы, для Алены так и осталось загадкой, потому что, когда они падали, она от страха закрыла глаза и открыла их лишь когда почувствовала, что копыта Черной коснулись земли.
«Будьте осторожны!» - напутствовал Змей Илью и Алену и, взмахнув крыльями, скрылся из виду.
Поглядев вслед Горынычу, Алена вдруг поняла, что не помнит ни одной черточки его человеческого облика - только зеленые смеющиеся глаза. Илья огляделся и, выбрав направление, развернул коня. Легонько ударил его пятками в бока. Махнул Алене.
- Езжай за мной!
Через минуту они выбрались на дорогу.
- Илья... А как он выглядит? - спросила Алена.
- Кто?
- Змей.
Богатырь удивленно пожал плечами.
- Как Змей.
- Да нет. Ты не понял. Когда он человеком обращался, он каким был?
- А хрен его знает... - снова пожал плечами Илья. - Я что, баба, чтобы его разглядывать? - потом он с некоторым беспокойством посмотрел на Алену. - А ты что же, сама не помнишь?
- Нет, не помню, - задумчиво покачала головой она.
- Ну и слава Богу, - с непонятным облегчением вздохнул Илья, оборвав разговор.
Через пару минут они остановились перед пересекающей дорогу Огненной рекой. Река эта представляла из себя не очень широкий, но быстро текущий поток раскаленной докрасна жидкой лавы. Алена тут же вспомнила, как выглядит кощеева земля с высоты драконьего полета: окруженная с севера высокими ледяными горами, с трех остальных сторон она была словно обведена тоненькой красной нитью.
- Нам ведь внутрь надо?.. - поежившись уточнила она.
- Угу, - кивнул Илья.
- И как же мы переберемся? - растеряно спросила девушка.
- Дурное дело нехитрое, - буркнул богатырь. - Вот постоим тут маленечко. Привыкнут коники к лаве, да к жару. А там и перескочим через реку.
- Перескочим? – заплетенные в тугую косу волосы у Алены на голове попытались встать дыбом. - А ее нельзя как-нибудь того, объехать? - на всякий случай поинтересовалась она.
- Ты сама же сверху все видела, не объехать нам вовек этой реченьки. Из горы выходит Огнистая, огибает землю всю кощееву, и впадает в гору высокую. А на севере все горы непролазные, все высокие вершины леденистые... Надо здесь нам речку перепрыгивать. Чтоб от жара кожа не потрескалась, да чтобы одежка не вспыхнула, окатиться нам водицей надобно. Где-то тут колодец есть поблизости.
- Ты тут раньше был?
- Да так, заезжал пару раз, - чуть слышно ответил богатырь. Судя по тону, он явно не желал продолжать эту тему. - Ну, поехали. Тут недалеко, за поворотом...
Вскоре у них под ногами действительно зажурчал бьющий из-под черных камней ручеек.
- Ты только не пей эту водицу, Аленушка... Вообще, ничего не ешь и не пей в царстве кощеевом. Оно когда ничего, а когда и отрава.
Илья, зачерпнув шлемом воду, окатил себя с головы до ног. Потом еще раз, и еще, пока не промок до нитки. Затем то же самое он проделал с Аленой. Вода была холодная, просто ледяная, так что процедура вышла не из приятных. Однако девушка, вспомнив о реке клокочущей лавы, терпеливо перенесла три шелома вылитой на нее воды. Потом Илья взялся окатывать своего Чубатого. Тот только нервно поводил боками и недовольно фырчал. С Черной вышло хлопот побольше. Окаченная ледяной водицей, она стала ржать и дергаться, пытаясь удрать от мучителя, так что богатырю пришлось удерживать лошадку, схватив ее за узду. Затем они, еще раз намочив ноги себе и лошадкам, забрались в скрипящие мокрой кожей седла.
- Не бойся. Я возьму Черную за уздечку. Помнишь, как первый раз в богатырский скок входили?
Алена молча кивнула. Знобило. Вода с мокрых волос противно стекала за шиворот.
- Ну, пошли, родимые!
Из-за поворота лошади выскочили, уже взяв порядочный разгон. Прибавили еще, и скакнули.
Алена вцепилась одной рукой в гриву Черной, а другой в луку седла. Увидела клокочущую Огненную во всей ее красе. Текущая сверху лава, уже подернутая тонкой коркой, лопалась и ломалась под напором напиравшего следом потока. Как на готовящихся блинах на ней вспухали и лопались пузыри... Накатил вдруг поток нестерпимого жара, в которым не то что нельзя было дышать - оказалось невозможно даже держать открытыми глаза. Так прошла секунда. Повеял холодный ветерок. Перелетев смертоносно горячий поток, они снижались. Пахло паленым.
Остановив коней, Илья принюхался, оглядел себя, Алену, лошадок, и принялся тушить тлеющую попону на Черной.
- Плохо поливали мы попону-то. Хорошо, хоть вся она не вспыхнула...
Илья, критически оглядев животных, с неудовольствием констатировал:
- Подгорели волосы на ноженьках, да копытца малость пообуглились. Хорошо хоть кони не подкованы, а то все бы подковы раскалилися, да от боли лошади бы злобились.
«Еще неделька, и я, пожалуй, начну вместе с богатырями, въезжая в город, прыгать через наугольную башню», - подумалось Алене. А вслух она спросила:
- Ну и куда нам теперь?
- А теперь, Алена, дело нехитрое - ехать все вперед по дороженьке. Как увидим стены мы чугунные, да ворота чистого люминия, да кощееву нежить охранную, вот тогда считай, что и приехали.


Похожие на робокопов-переростков стражи доставили Алену с Ильей в тронный зал Кощея Бессмертного. Переговоры там, похоже, зашли в тупик.
- Так вы, ваше величество, все-таки желаете нанести ощутимый ущерб Черномору? – по-новой начал разговор с Кощеем хитроумный Добрыня Никитич, после того, как царю представили подошедших Илью и Алену.
- Желаю, - устало кивнул восседающий на уходящем под потолок троне рахитичного телосложения человечек, зябко кутаясь в горностаевую мантию.
- А на войну идти не желаете?
Кощей развел торчащими из широкого шелкового халата тощими руками.
- Не желаю.
- Тогда каким же способом вы, ваше величество, мните нанести ущерб братцу своему старшему, Черномору?
- Любым возможным из способов, которые не предусматривают моего личного участия, - Кощей скривил капризно губы и щелкнул пальцами. Стайка нетопырей принесла ему поднос со стаканом какой-то жидкости. Взяв стакан двумя пальцами, Кощей подозрительно понюхал его, оглядел на просвет и затем залпом выпил.
- Так, - продолжил Добрыня, - стало быть, - Кощея Бессмертного при этом слове просто передернуло, - вы не исключаете возможности начать военные действия против сил Черномора?
- Не исключаю, - Кощей зевнул.
- Так чего же мы ждем?! - вскипел Алеша. - Велите своим воинам седлать коней. Коли самому страшно с Черномором сразиться, так и я могу полки в бой повести. А Добрыня, так и вообще... Или вот, Илья Муромец... - махнул Попович рукой. - Да мы втроем целой армии стоим!
- Ну так и воюйте с Черномором сами, - кисло улыбнулся Кощей Бессмертный. - Хотите, я вам за это денег дам?
- Э, нет, - затряс указательным пальцем Добрыня. - Дело не в деньгах!.. Коли бы мы сами справились, так к вам, Ваше Величество, не стали бы обращаться. Но Черномор - великий волшебник. А мы - нет. Ну мы и рассудили: Кощей вот тоже волшебник...
- Что значит ТОЖЕ? - Кощей вскочил с трона. - Да я... Мы его, Черноморишку этого, коли Нашему Величеству угодно будет, в бараний рог согнем!
- Так в чем же дело? - расплылся в улыбке Добрыня. - А мы, три присутствующих здесь богатыря, все силы свои приложим, чтобы Вашему Величеству в этом помочь! Вставьте ногу в стремя, возглавьте поход, драгоценный Вы наш, - Добрыня вскочил со стула и воинственно воздел кверху длань. - И пусть враги трепещут от ужаса, видя мощь Ваших армий!
Слушая его зажигательную речь Кощей распрямил было грудь и уже почти совсем собрался махнуть, устрашающе и воинственно, тощей рукой, но улыбка вдруг сползла с его бледного, как пергаментный лист, лица.
- Не время еще. Не время... - он сделал успокаивающее движение рукой, словно бы унимая поднявшуюся в глубине души бурю. - Всему свой черед. Придет час, и я всем покажу, кто такой Царь Кощей! Но пока - не время.
- Да отчего же не время? - не унимался Добрыня. - Разве вы не сильнее этого Черноморишки? Да плюс еще наша помощь. А ежели ваши войска обязуются не грабить и не трогать мирное население на территории Руси, то и князь, наверняка вас поддержит, уж я расстараюсь, чтоб поддержал...
- Дело не только в Черноморе, - вздохнул Кощей Бессмертный. - Мы все, три брата - Я, Царь Морской и Черномор дали в свое время страшную клятву не сражаться друг против друга. И коли кто из нас нападет первый на другого, то тут третий должен вступиться, и обидчика покарать. Вот Черномор и дожидается, сволочь, что я на него нападу. Коли я сам приду с войском в его землю, то получится, что я на него напал. А против двоих братцев мне не сладить... Пока. Так что, могу я вам, конечно, армию дать – какую-нибудь конную орду степняков. Но сам на войну не пойду. Рано мне.
- А меч ты можешь нам дать? - вмешалась в разговор Алена.
- Какой такой меч? - насторожился Кощей.
- Меч-кладенец. Тот самый, на который прицеплена половина Кольца Сил.
- Откуда ты знаешь про меч? - Бессмертный привстал с трона и уставил пронзительный взгляд своих красных глаз на Алену.
- Царевна Лебедь мне сказала... Да Вы, Ваше Величество, не бойтесь. У богатырей в руках этот меч будет в полной сохранности. И он сможет нам дать хоть какой-то перевес против сил Черномора.
- А ведь верно, - встрепенулся Добрыня. - Коли сами не желаете выступить, так дайте хоть меч-кладенец. Он, говорят, против любой магии силен. Да еще солдат своих железных десятка три. Мы пошлем их вперед, чтоб сломались о их стальные лбы стрелы и копья Черноморовых воинов.
- Меч я вам не дам, - замотал головой Кощей.
- Ну, так сам иди, воюй, раз упрямый такой! - не выдержал Илья. - Мы тут союз заключать приехали, в кои-то веки, а он «дам, не дам». Да без нашей помощи ты своего братца и за бок не ущипнешь. Все-то орды твои кочевые, что по его душу посланы были, дальше русской границы не проходили, там и ложились. Вот, Добрыня свидетель. Нынче же мы сами, сами! на блюдечке тебе победу хотим принести. Не хочешь идти в поход - не ходи. Но дай хоть меч свой заколдованный!
Кощей недовольно скривился от бесцеремонного обращения Ильи.
- А если вы его потеряете?
- А ты дай меч Илье. Он точно не потеряет. И слово даст, что вернет меч хозяину, - снова встряла Алена.
- Илье? - Бессмертный почесал острый подбородок. Внимательно посмотрел в голубые, чистые, как слеза ребенка, глаза старого козака Ильи Муромца.
Богатырь утвердительно кивнул головой.
- Да неужто я его потеряю? Как дело справим, верну хозяину, в целости и сохранности. Вот, не сойти мне с этого места. Ты хозяин меча? - переспросил Илья для верности.
Кощей подтверждающе кивнул.
- Вот, тебе и верну. Прямо сразу, как победим Черномора.
- Ну, как? Илье-то Муромцу Вы, Ваше Величество, верите? - расплылся в лучезарной дипломатической улыбке Добрыня Никитич.
- Ему одному из всей вашей банды и можно верить, - буркнул Кощей. - Ну да ладно. Будь по-вашему. Будет Илье Муромцу меч-кладенец. Во временное пользование, до завершения вашей битвы с Черномором... Но войска я вам, в таком разе, не дам. А поступлю малость иначе.
Кощей повелительно щелкнул пальцами, и одна из стен его аудиенц-зала отъехала в сторону, открыв взорам гостей огромное зеркало. Откинув полу халата, Бессмертный достал миниатюрный пульт управления и стал торопливо жать на кнопки. На зеркале замелькали картинки, понеслись ураганом звуки: пир в покоях Морского Царя, гроза над Заповедным лесом, Заседание боярской думы во главе с Владимиром Красно Солнышко в стольном Киеве. На этой картинке Кощей задержался.
- Это что ж такое получается? - со смесью удивления и возмущения прошептал справа от Алены козак Илья. - Он из своего дворца поганого может видеть терем Красна Солнышка? Всех разглядывать тут может и подслушивать?..
- Тш-ш! - зашипела Алена на Муромца, испугавшись, что Кощей его услышит.
Совет в княжьих хоромах шел полным ходом. Всем заправляли два лысеющих толстячка в богатых персидских халатах. Первый из них, стоя у больших, в рост человека, счетов, складывал приносимую ему казну в два мешка, делая при этом пометки в своей книжечке. Второй так и вился возле князя, нашептывая тому что-то то в одно ухо, то в другое. Тем временем думный дьяк, непрестанно кланяясь и  запинаясь читал по свитку, излагая князю очередное челобитие, а бояре бубнили что-то в своем углу, важно надувая щеки и тряся головами. Восседающий на троне князь, тоскливо оглядывая собрание, кривился, когда толстяк в халате шептал ему что-то, привычно кивал головой и похлебывал из золотого кубка зелено вино.
- Вот, - Кощей театрально указал богатырям на зеркало. - Когда-то давно мы с Черномором условились, что Русь - это его зона влияния. Но несколько грамотно написанных бумаг и мой кратковременный разговор с князем могут это дело исправить.
Бессмертный щелкнул еще на какую-то кнопку на пульте, и, прямо как есть, в халате, со скипетром в одной руке и с пультом управления в другой шагнул в княжий зал в стольном Киеве. Бояре замолкли. Дьяк прервал доклад на полуслове, а толстяки в персидских халатах спрятались за трон. Красно Солнышко, удивленно уставившись на появившегося из ниоткуда Кощея, пару раз хлопнул глазами, отставил в сторону кубок, полез правой рукой под трон и, достав оттуда корзинку, со всего размаху ударил себя корзинкой по лбу.
- Здравствуй князь, Владимир Красно Солнышко, - поприветствовал его Кощей.
Подозрительно глянув на Кощея, князь еще раз хлопнул себя по лбу корзинкой, и лишь потом, обречено вздохнув, ответил:
- Здрав будь и ты, Кощей, коли не шутишь. Давненько тебя мы не видели. Прошлый раз войною на нас ходил, а теперь с чем пожаловал?
- Знаешь ли, Владимир, стольно-кивеский, что страна вся, Русь, твое владение, княжеским твоим неразумением, входит в зону Черноморова влияния?
- Ты об этом мне и раньше сказывал. Помнишь, мы из-за того и ссорились. Только не пойму я тех премудростей. Входит, да и ладно, что мне с этого? Дани Черномор с меня не спрашивал, коль его увижу - я не кланяюсь. Управляюсь сам над Русью-матушкой. А когда б я был в твоем влиянии, так платил бы, кланялся и прочее, мне по чину вовсе неприличное, для России, для страны обидное.
- Денег у меня полно без вашего, и поклоны мне твои не надобны, - скривился Кощей. - Только вспомнив после, ты поклонишься, за науку мне, да за радение... Я послал в страну твою дознатчиков. Говоря иначе - соглядатаев. И они такого нагляделися... да вот тут, в бумагах все написано, - и Кощей театральным жестом извлек из рукава халата большой желтый чемодан с витиевато написанным кириллицей магическим словом «компромат». Положив чемодан на пол, Бессмертный открыл его и вынул несколько толстых картонных папок с надписями «Дело N».
- Я сперва скажу для экономии, что те двое, что за троном прячутся, да еще при них бояре думные, да еще есть дьяки и приказчики, да еще купчишки, да разбойнички, все между собою сговорилися, на тебе обманом наживаются. Серебром набьют карманы полные, да вокруг чинят несправедливости, прикрываясь добрым княжьим именем, над тобой, Владимир, потешаются. Все они людишки Черноморовы, дурят тебе, князь пресветлый, голову. Половина всех налогов княжеских уплывает Черномору за море, да все то они тебе советуют, что им Черномор велел советовать.
В думной комнате установилась гнетущая тишина. Брови киевского князя грозно сошлись к переносице, а на лице отразилась работа могучего государственного ума. Впрочем, взгляд Владимира просветлел весьма быстро, а выражение лица из задумчивого обратилось в свирепое:
- Черномору я, выходит, дань плачу, да еще его указов слушаюсь?! - грозно взревел Красно Солнышко, вскочив с трона. - Взять их, стража, да в темницу, связанных! Мне писцов сюда, да всех, по ком написано, похватать и под замок разбойников! Да ко мне всех княжьих дознавателей... Как же так?! Прошляпили! Прохлопали!!! Об измене, о крамоле тайныя узнаю уже от супротивника!
В зале заседаний началась беготня, вопли. В кулуарах кого-то вязали, куда-то вели. У княжьего трона неожиданно сменился караул, а старый был куда-то уведен под конвоем. В отдалении завыли трубы.
Кощей, глядя на эту картину, торжествующе ухмылялся.
- Ну теперь-то что ты скажешь, князюшка?
- Удружил ты мне, весьма признателен, - выдохнул князь, плюхаясь в кресло. Взялся за кубок, чтобы хлебнуть вина, но потом, подумав, сунул этот кубок под нос кравчему. - На. Сам сперва испробуй.
Кравчий растерянно принял кубок. Потом, поняв, в чем его подозревают, переменился в лице. Сам, как на готовую ужалить змею посмотрел на кубок с вином и, собравшись с духом, выпил его в один мах. С замиранием сердца прислушался к себе. Раскраснелся и довольно крякнул:
- Не извольте, князь Владимир, гневаться. Зелье в кубке было наилучшее, без отравы, даже и без горечи.
- Болван! Я велел тебе испробовать, а не все выпить, - незлобиво махнул рукой князь.
- Ну так что, Владимир стольно-киевский, примешь ли теперь мое влияние? - подступил к нему Кощей.
- Что ж, коль это слово тебе нравится, я согласен. Только дани-выхода никому я не плачу по-прежнему, и тебе по-прежнему не кланяюсь, - и, видя кислое лицо Кощея, князь подсластил пилюлю. - Оттого тебе пусть будет радостно, что и Черномор сюда не вступится. А мои ребятки дознаватели прочитают все твои бумажечки, всех, на ком найдут крамолу, выпорют, да изымут для казны убыточек.
- Ну, хорошо, - сдвинул брови Кощей. - Только предупреждаю тебя. Черномор этого так не оставит. Он ведь, коли хитростью не одолел, войско на тебя пришлет. А коли ты мне дани платить не будешь и в ножки, как повелителю не поклонишься, то не видать тебе от меня помощи!
- Ты, Кощей, уж сильно не печалуйся, - прервал его Владимир, доверительно положив руку Бессмертному на плечо. - Коль мы сами с ворогом не справимся, тотчас же к тебе пошлем за помощью.
- Тьфу на вас, и на упрямство русское, - Кощей в сердцах махнул рукой с пультом и оказался снова в своем аудиенц-зале. Нажав на кнопку, тут же выключил зеркало. - Все. Конец концерта. Хватит пялиться.
Богатыри и Алена дружно поднялись с гостевых кресел.
- Ну, так мы поехали? На войну с Черномором? - уточнил, для верности, Добрыня Никитич.
- Езжайте, езжайте, - махнул рукой расстроенный Кощей.
- А когда мне выдадут меч-кладенец? - поинтересовался Илья. - Мы ж прямо отсюда на войну и поедем.
- Какой меч? - зарычал Кощей. - Вы же своими глазами видели, как ваш князь отказался от моей помощи!
- Но мы-то не отказались, - обезоруживающе улыбнулся Добрыня. - Мы-то хотели с Вашей помощью Черномора без бороды оставить... Но раз такое дело, без меча... Может нам тогда лучше не на границу, а в Киев, к князю смотаться? Объясним ему, что мол погорячился ты, Красно Солнышко. Он, князь-то наш, отходчивый. Посерчает денек, да и обратно с Черномором замирится.
- Вы это... Тут... - Кощей нервно задергал челюстью. - Ну, значит так... Только чтобы без бороды его, урода. И головой мне за меч отвечаете! - в его руках, откуда ни возьмись, сверкнул двуручный черненый клинок с золотым навершием в виде черепа.
Кощей передал меч Илье и тут же опасливо отступил от него на шаг. Илья уверенной рукой взялся за рукоять меча и, приноравливаясь к его весу, сделал несколько взмахов. Блеснула золотом половинка Кольца Сил, закрепленная на рукояти, у самого перекрестья, и нестерпимо ярко вспыхнуло на мгновение лезвие клинка. Илья, удовлетворенно хмыкнув, завернул меч в припасенную заранее дерюгу. Кощей внимательно посмотрел на Алену и с угрозой произнес:
- А если что нехорошее с мечом приключится, то знай: я тебя хоть из-под земли, хоть со дна морского достану.
«Ну что ж. Когда Кощей лишится меча, придется мне прятаться за спину Горыныча. За одно и на его замок посмотрю», - мысленно махнув рукой, подумала девушка.


Через десять минут все четверо уже перескочили, выезжая из кощеева царства, Огненную реку, и тушили дымящиеся от жара сапоги, попоны и конские хвосты. А через пять минут они уже мчались, наперегонки с ветром, домой, на Русь.


Рецензии