Застава богатырская Глава 17

Глава 17.

Перед ним, во мгле печальной,
Гроб качается хрустальный,
И в хрустальном гробе том
Спит царевна вечным сном.
А.С. Пушкин

Алена так и не поняла, когда голова перестала кружиться. Собственно, может, она и не переставала. Ничто вокруг не изменялось. Все та же темнота, ощущение потерянности. К тому же Алена совершенно не чувствовала своего тела. И не могла понять, сколько уже прошло времени. Минута? Час? Год? Девушку охватил ужас при мысли о том, что Кощей ее просто убил, что теперь от нее осталась только душа, замурованная в чем-то непонятно-холодном.
«Где я? Что он со мной сделал? Когда это все закончится?»
Алена попыталась рассуждать без паники.
«Если он захватил меня, то ему это зачем-то надо. Значит, Кощей скоро появится и скажет, чего он от меня хочет. Не может он не появиться! Если бы я была совсем не нужна ему, он убил бы меня, не задумываясь... Хорошо еще, что просто замуровал где-то. Ведь мог бы и запытать... Да когда же он придет? Хоть бы что-нибудь уже произошло».
Но ожидание все не кончалось. Мысли бегали по кругу. Волнами накатывала то паника, то надежда на чудо, то беспросветное отчаяние. Порой Алена забывалась в каком-то полуобморочном сне. Потом просыпалась вдруг от чуть слышного шороха.
«Шорохи... Вода капает... Значит, я что-то слышу! О чем это говорит? О том, что вокруг кипит какая-то жизнь, невидимая, но издающая звуки... А может быть, все таки, видимая? Может, просто темно вокруг?»
Алена стала всматриваться изо всех сил, но тщетно. Ее окружала непроглядная тьма.
«Если ничего не делать, то можно проторчать тут целую вечность! Может, кого-нибудь мысленно позвать? Ведь у Бабы Яги есть волшебное блюдечко, у Морского вода как зеркало, у Лебеди - озерце. Да и Горыныч мне говорил, что у него каждая чешуйка, как бабкино блюдечко. Неужели никто не заметил, что я исчезла? Неужели они сейчас не ищут меня?.. А если ищут, то должны бы в зеркальца свои волшебные посмотреть».
И она стала мысленно обращаться ко всем, кого знает, с призывом о помощи. Сначала ко всем вместе. Потом по отдельности. К Яге, к Горынычу, к Лебеди, к Морскому Царю. Раз за разом она звала, окликала, кричала, но не могла докричаться.
«Не может такого быть! Ведь Лебедь со мной мысленно разговаривала, когда была в образе птицы. А Горыныч, так тот в любом образе меня слышал... Так почему же они мне сейчас не отвечают? Не слышат меня? Или просто я не слышу их ответа?.. Но ведь Горыныч мог даже на огромном расстоянии общаться со мной мысленно? Почему же теперь не отвечает?»
Алена устала звать, заболела голова.
«Чего Кощей добивается? Чтобы я сошла тут с ума от безделья и безнадежности?.. Или он хочет получить за меня какой-то выкуп?.. А если он просто выманивает на меня, как на живца, Илью и Добрыню?» - от этой мысли мурашки побежали у Алены по спине.
«Это что, я все-таки чувствую свое тело? Хотя бы спину... И я чувствую, как ей холодно и мокро... Эй, кто нибу-удь! По-моги-те-е!!!»
В конце концов, измучившись от бесплодных призывов, Алена решила мысленно обратиться к Кощею, чтобы узнать, чего он от нее хочет. Она долго вспоминала его лицо, его недобрый взгляд и тощую костлявую руку. Потом постаралась мысленно позвать, дотянутся. И, наконец, получила какой-то слабый отклик. Удивление, обеспокоенность.
«Кощей! Отзовись!.. Отвечай, что тебе от меня надо? Зачем держишь здесь?.. Кощей!!!» - обратилась к нему Алена с удвоенной силой. И услышала чуть заметный отклик.
«Проклятье! Экран все-таки немного пропускает...»
«Чего ты хочешь от меня, Кощей? Отвечай!» - с новым воодушевлением обратилась к нему Алена.
«Чтобы ты заткнулась», - услышала она, словно сквозь вату раздраженную мысль Кощея. И через мгновение связь оборвалась. Вообще ничего. Не видно и не слышно.
«Не может так быть, чтобы он ничего не хотел от меня! - решила Алена. - Раз он так испугался, когда я до него докричалась, значит я могу докричаться и до других. Значит, даже если я не услышу ответной мысли, есть шанс, что мою просьбу о помощи услышат».
И Алена снова принялась обращаться к Горынычу, Бабе Яге, богатырям и всем другим, кого только могла вспомнить.


Она давно потеряла счет времени, потеряла надежду достучаться до кого-нибудь, но вдруг услышала звук. Прислушалась. Это были методичные удары чем-то твердым по твердому. Отдаленный лязг и звуки ударов постепенно набирали силу. Потом стук стал сильнее, еще сильнее, и откуда-то появился вдруг бледный свет. Раздался грохот обвалившихся камней, и свет залил глаза мягкой белой пеленой. Звуки не прекращались.
«Кто это, и чего они хотят? - с беспокойством подумала Алена. - Мне, конечно, любая перемена сейчас к лучшему, но...» - и она снова начала мысленно призывать на помощь сначала Змея Горыныча, потом Бабу Ягу, Лебедь, потом снова Змея. Звала упорно и долго, прислушиваясь порой к громким, все приближавшимся к ней звукам и приглядываясь к смутным теням, мелькающим в разлитом вокруг нее тусклом облаке света.
«Ты где?» - вопрос возник у нее в голове. Обеспокоенный, неожиданно громкий и грозный. Это был Горыныч, Алена его сразу узнала.
«Не знаю. Помню только, что меня заколдовал Кощей, а теперь я в темноте, и не могу пошевелиться. Только думать могу, смотреть и слышать».
«Ну и что ты слышишь?»
«Кто-то подбирается ко мне. Звуки, словно железом по камню. Недавно появился слабый свет. В нем мелькают какие-то тени».
«Стоп! Я, кажется, засек, откуда ты. Держись! Я сейчас буду».
Алена сама не зная почему, обрадовалась, что освобождать ее прилетит именно Змей. И тут она услышала до боли знакомые голоса совсем рядом.
- Ну все. Хватит кайлом махать. Дальше уже пустота. Подтолкни-ка меня, Илюша, - огромная тень закрыла почти весь видимый свет. - Вот так. Ага, - свет снова появился, только теперь его кто-то словно загораживал. - Теперь ты лезь...
Послышалось кряхтение. Темнота стала почти полной. Какой-то шорох, вздохи.
- Ведь говорил я тебе, Добрыня... Надо было сделать дыру больше.
- Да нет. Все в порядке. Это пояс у тебя зацепился... Вот так. Теперь лезь.
Сердце Алены учащенно забилось.
«Нашли. Спасли... Господи, как хорошо-то! А я на них и не надеялась. Выходит, я в какой-то пещере была завалена, а они меня откопали и теперь через завал внутрь пробираются?»
- А!.. Все лень твоя проклятая. Не пролезаю я... - прошипел Илья Муромец.
- Тихо-тихо. Только не дергайся, а то, с твоей силушкой, сейчас на нас еще все камни обвалишь.
- Руку давай... Тяни.
Треск рвущейся ткани. Звук осыпающихся камешков и облегченный вздох Ильи.
- Ну и где она? Где?.. - нервно спросил Илья. - Не дай бог, этот гад соврал. Я ж его тогда...
- Подожди. Дай глазам к темноте привыкнуть, - перебил Добрыня. - Может это только начало? Может отсюда еще какой ход есть... - раздались его шаги по каменному полу.
«Я здесь, Добрынюшка! Миленький!!! Здесь Я!!!» - мысленно закричала Алена.
- О! А это еще что такое?
Шорох срываемой ткани, и Алене в глаза ударил яркий, слепящий свет. Впрочем, глаза скоро привыкли. Свет был не такой уж слепящий. Он сочился из дыры в каменном завале, которым был закрыт выход из пещеры. Алена увидела застывших от удивления, измазанных и уставших богатырей. Добрыня держал в руках плотную черную ткань. Кажется, именно ей было накрыто лицо Алены. Точнее не лицо, а...
Рука Добрыни, потянувшаяся к ней, наткнулась на непреодолимую прозрачную преграду. Он провел рукой вверх, вниз, в стороны. Нервно дернул усом. С растерянностью и жалостью виновато посмотрел на Алену.
- Он ее что же, в ледяной глыбе заморозил?
- Выходит, - Илья виновато потупился.
- Так ведь договор был...
- А что договор? Кощею же плевать на все договоры! - Илья, кажется, готов был заплакать.
- Бедняжка, даже не шевельнется. Только смотрит перед собой, как живая... Может она и вправду живая? Только замороженная? Ведь Кощей обещал, что вернет ее нам живой и здоровой! - Добрыня обошел вмороженную в ледяную глыбу Алену по кругу.
- И правда, не мог же Кощей так нагло нас обмануть... Ну, а если он с ней что сделал, так я его...
- Да жива она. Жива, - произнесла просунувшаяся в дыру драконья голова на длинной чешуйчатой шее.
- Горыныч?! - обрадовался Илья. - А ты здесь откуда?
- Да вот - она позвала, - голова кивнула на замурованную Алену.
- Это как это... Позвала? - опешил Добрыня.
- Обыкновенно. Мысленно... - голова Горыныча уползла вон из пещеры и снаружи раздался его командирский голос. - А ну-ка отойдите от завала. Я его щас мигом разнесу.
- Ты только поаккуратней там. А то, как бы не повредить ей чего, - с сомнением в голосе посоветовал Илья.
- Само собой. Вы сами-то к противоположной стенке отойдите.
Богатыри, подойдя к Алене, закрыли ее собой.
«Ну как, Алена? Отошли они от камней?»
«Да».
«Вот и прекрасненько, не будь я Горыныч, если сейчас же все не улажу».
Сокрушительный удар заставил содрогнуться всю гору. На месте завала взвилась туча пыли. Куда-то вниз покатился шум камнепада. Когда пыль рассеялась, Горыныч, гордо улыбаясь, стоял на очищенной от камней площадке у выхода из пещеры.
- Ну что? Помочь вам на солнышко Алену вытащить, или сами справитесь?
- Да уж сами, - чуть не хором ответили богатыри и, перевернув стоячую льдину в горизонтальное положение, подхватили ее и понесли наружу.
Увидев, как стремительно приближается к ее лицу каменный пол, Алена мысленно взвизгнула, и Горыныч тут же передал богатырям.
- Поаккуратнее. Девица волнуется... Ведь лед штука хрупкая, а она, пока заморожена, сама состоит из такого же льда. Разобьете, так обратно не склеите.
- Да ты не волнуйся, Аленушка. Мы же нежно, как пушиночку, - улыбнулся ей Добрыня.
Богатыри перенесли глыбу и поставили ее на площадке, обратя Алену лицом к расстилающейся у подножья гор долине.
- Ну вот, - Илья Муромец упер руки в боки. - А то в пещере она бы вовек не оттаяла. Там же холод такой, что просто мурашки по коже. А на солнышке за пару дней весь лед сойдет.
И правда, Алена увидела, что у нее из-под ног уже побежала тонкая струйка воды: ледяная глыба, в которой она была замурована, соприкоснувшись с нагретым за день камнем площадки начала немедленно таять. И тут до Алены дошел весь смысл сказанного.
«Как два дня?! - завизжала она мысленно. - Мало мне, что я неизвестно сколько торчала в этой пещере, так еще и два дня теперь на солнце оттаивать?!»
Змей пожал крылами и передал богатырям:
- Не желает Алена ждать два дня... Кстати, как давно ее похитил Кощей?
- Да неделю назад. Прямо с Алешиной свадьбы, - ответил Добрыня.
«Неделю? - ужаснулась Алена. - Я что же, целую неделю уже в этой пещере торчала?!»
- Давайте, что ли костерок разведем, - предложил Илья. - Глядишь, и Алена быстрее оттает... Можно еще добыть какой-нито инструмент. Если сверху толстые куски льда зубилом убрать...
Представив себе, что ее отковыривают зубилом, Алена пришла в ужас, и немедленно начала протестовать.
- Ну что же, - вздохнул Горыныч. - Могу, конечно, и я огоньком дыхнуть. Лед-то он точно растопит... Только вы отойдите, на всякий случай в сторонку, - и Змей, отступив на пару шагов вниз по склону, стал играть огнем у себя меж зубов, мысленно так и эдак прикидывая, куда и с какого расстояния ему для начала дыхнуть. Алена онемела от ужаса.
- Стоять! Не сметь! - раздался вдруг с неба визг, и что-то пронеслось у них над головами. - Вы чего это удумали?.. - постепенно замедляя скорость, ступа с Бабой Ягой спикировала на каменную площадку перед пещерой. - Тоже мне, специалисты по разморозке, - запричитала она, выбравшись из ступы. - Хорошо хоть у Алены хватило ума, когда Кощеевы барьеры рухнули, меня на помощь позвать. Да после ваших стараний ее пришлось бы еще от ожогов месяц лечить, умники.
Яга выбралась из ступы. Бабушка в этот раз была в образе сутулой морщинистой старухи, ковыляющей на костяной ноге. Если добавить растрепанный вид и неслабых размеров метлу, на которую Яга опиралась, то вид у нее был просто страшенный. Алена даже внутренне содрогнулась в первый момент, но потом поймала глубокий, все понимающий взгляд Бабушки, и успокоилась.
«Теперь-то меня точно спасут».
- Эхе-хе... - прокряхтела Яга, обойдя льдину кругом. - Эк он тебя, милая. Видать сильно зол был... Это хорошо, ребятушки, хорошо, что вы без меня ее размораживать не стали. А вот ежели мне попробовать...
- Аленушка! Наконец-то ты нашлась, солнышко! - раздалось у девушки в голове, и она увидела стремительно приближающуюся белую птицу.
- О! Лебедь, золотце. Как ты вовремя, - заулыбалась Яга. - Подь сюды! Посмотри-ка на просвет.
Подлетевшая Лебедь, превратившись из птицы в красну девицу, немедленно подошла к льдине и стала внимательно всматриваться.
- Типичный спектр, - пожала она плечами через минуту. - Только лед из морской воды, вот зеленью и отдает.
- Типичный?! - возмущенно всплеснула руками Яга. - Да кто тебя колдовству-то учил? Солнце на закат клонится, Венера в упадке, луна растет. Морская вода должна быть с синевой при таком положении.
- Да что же это?.. - опешила Лебедь. - Выходит, Кощей заклял этот лед специально?
- Само собой, - кивнула Бабушка.
- Зачем это он его заклял? - поинтересовался Добрыня.
- Знамо дело, зачем, - сощурилась Яга. - Кабы начали вы этот лед огнем отмораживать, али железом каким отколачивать, так бы он и треснул на меленькие осколочки. Аленушку свою по кусочкам бы потом собирали.
- Да уж, - покачала головой Лебедь. - Лучше всего будет, если сам Кощей ее разморозит. Только он может сделать это абсолютно безопасно для Алены.
- Так он выходит, обманул меня, ирод! - взревел Илья. - Обещал Алену живой, невредимой вернуть, а сам...
- Как сказать, Илюшенька, - покачала головой Баба-Яга. - Может и обманул, а может и не обманул... Сейчас-то Аленушка жива, невредима. Только заморожена. А как станете вы ее размораживать, так и...
- Ну а коли я на нее дыхну, так может ничего и не треснет? - вмешался Горыныч. - Ведь тут главное, одновременно со всех сторон нагреть? Правильно я понимаю?
- Главное нагревать постепенно, - покачала головой Лебедь. - А твой жар резкий. От него железо в миг плавится, а лед так и вовсе вскипит.
«Что же мне, так и торчать в ледышке все время?! Сделайте хоть что-нибудь! Сил уже моих нет!» - мысленно взвыла Алена.
- И то верно, - закивала Яга. - Нешто мы теперь втроем не управимся? Давай-ка, Змей, дуй огнем на во-он те камешки. А ты, Лебедь, жар подводи равномерно, со всех сторон, да смотри, когда спектр на красный сменится. А я тут малость пошепчу, чтобы Аленушке изнутри начать оттаивать. Тогда, даже если во льду будет трещинка, ничего уже с Аленой не сделается, - и Бабушка пошла, хромая на костяную ногу, кругом замороженной Алены, загибая пальцы на руках и шепча какие-то слова.
Алена почувствовала вдруг, как болит ее шея, спина, как колет острыми иглами ноги и руки, словно она их отлежала. Учащенно забилось сердце. Из глаз потекли слезы. Алена захотела вздохнуть и почувствовала, что задыхается. Ведь вокруг был сплошной лед.
- Ох ты, пропасть, совсем забыла! - замахала руками Баба-Яга. - Камень бел-горюч, доставай ключи... Чебулынь трава разрывай замки... Гамаюн, птица вещая... Раз, два, три, дорожка алая. Ветер веет, по ветру пух...
Алену словно ожег изнутри какой-то огонь. Стало страшно и горячо, она даже забыла о том, что хотела дышать. И вдруг, словно что-то лопнуло, и ей удалось выхватить немного воздуха. Откуда - она и сама не поняла.
«Господи! Неужели я еще жива?»
Стало на удивление легко. Она огляделась: Горыныч все так же дышал огнем на покрасневший уже и оплавившийся местами камень, Лебедь делала пассы руками, а Яга ходила вокруг льдины, шепча какие-то слова, и бросая на лед маленькие щепотки сухой травы. Алене было тепло и мокро. Она совершенно оттаяла и стояла теперь замурованная внутри постепенно таявшей ледяной глыбы. А от ее губ наружу вела небольшая, но с каждым вздохом все более расширяющаяся проталина, через которую девушка и дышала. Через каких-то пять минут подтаявший лед треснул и начал осыпаться на землю. Еще через пять минут Алена полностью освободилась, и ее, мокрую и дрожащую от налетевшего закатного ветерка, укутали в богатырский плащ и усадили у костра.
- А что это за слова ты бормотала, Бабушка, когда ходила вокруг меня? - поинтересовалась Алена.
- Да так, ерунду всякую. Мало ли что взбредет дурной бабке в голову. Суть не в словах. Слова могут быть любые. Суть в том, что ты чувствуешь и что ты делаешь... Я в тебя внутренний жар вдохнула, чтобы ты и изнутри отмерзать начала. А Лебедь с Горынычем со всех сторон равномерно твои ледяные ковы грели... Эх, кабы всегда так, всем миром, - вздохнула Яга.
Ее прервал топот копыт. Через секунду на площадку откуда-то взлетел на взмыленном коне Алеша Попович, в доспехе, с булавой в руках. Вздыбив коня, воинственно огляделся. Увидев греющуюся у костра компанию, опустил булаву. Еще раз, с надеждой оглядел окрестности, и спрыгнув с коня, тоскливо побрел к костру.
- Вот я так и думал! Все без меня!.. Не успел человек жениться, а его уж и в поход позвать забыли. Тоже мне, друзья.
Он с укоризной посмотрел на супругу.
- Я понимаю, эти обалдуи, но ты-то как могла? Ни слова не сказав, в небо фьюить!.. Отбили уже Аленушку у Кощея, да? Без меня... - в его голосе клокотала нескрываемая обида. - Ну как ты, жива-здорова? - присел он возле Алены.
- Да не расстраивайся ты так, Алеша, - девушка потрепала его по плечу. - Никто меня не отбивал. Просто нашли меня Илья с Добрыней. Откопали завал. А тут и Горыныч подоспел, и Яга, и Лебедь твоя... Расскажите лучше, что за договор у вас был с Кощеем? Ведь он не просто так показал вам, где меня спрятал?
- Не просто так, - вздохнул Илья и потупился.
- Давай уж, рассказывай. Чего теперь-то, - подбодрил его Добрыня.
- Ну, мы, как тебя, Аленушка, хватились, после свадьбы-то, так подумали, что мол, чем-нито обидели тебя и это... Ну искали на заставе, в поле, в Киеве. Даже лесовичка твоего знакомого поймали, Бубу. Спрашивали его и так и эдак...
- Да что ж вы его все время мучаете?.. - возмущенно взвилась Алена.
- Да мы попугали только, - улыбнулся Илья. - Ну, поняли, что не знает он ничего, да и отпустили... Потом посовещались немного, и решили, что все же Кощей в пропаже твоей виноват. Совсем уж собрались ехать к нему, на третий день после свадьбы... А он сам тут как тут. Говорит, отдам вам Алену, целую и невредимую, коли добудете мне кое-что…
- И что же вы ему добыли? - спросила Алена. И внутри у нее все похолодело от страшных предположений насчет того, что мог потребовать Кощей.
- Меч-кладенец, - ответил Илья и снова опустил глаза вниз.
- Постой, Илья. Кладенец же сломан? Царь Морской снял с него половинку кольца, а сам меч ты отдал обратно Кощею...
- У Святогора... вторая половинка... была, - выдавил из себя Илья.
- Что значит была? - Алена подозрительно оглядела Илью с ног до головы. - Ты что, отнял ее у Святогора, или... украл?
Змей Горыныч как-то странно посмотрел на Илью.
- Так ты у Святогора был?
- Да я как узнал, ЧТО Кощей хочет в обмен на Алену, так и того... Поехал я к Святогору.
- Угу, - скривился Добрыня. - Не сказавшись мне, между прочим, поехал. Мы же вместе с ним, да с Алешей до того всю ночь измысливали, как добыть у Святогора этот самый меч-кладенец. Силой ли, хитростью. В игру ли какую выиграть, или обманом отъять. А он... - Добрыня безнадежно махнул рукой на Илью.
- Да не хорошо это все как-то, - поморщился Илья. - Я не первый год Святогора знаю. Он ведь, как и мы богатырь.
- Только сильнее тебя, дурака, в сотню раз, - поправил его Добрыня.
- ... ну вот я и поехал к нему. Так и так, говорю, Святогорушка. Я приехал к тебе по честному. По такой вот и эдакой причине. Нужен мне твой меч-кладенец. Хочешь, за так мне его отдай. Хочешь, службу мне дай, любую, а хочешь, вставай и бейся со мной до смерти, но только без этого меча я от тебя не уйду.
- Ну и что? - мурашки побежали у Алены по спине, как только она представила, что Илья бьется с огромным, как гора и стократ сильным богатырем, у которого в руках меч-кладенец.
- Ничего, - пожал плечами Илья. - Целый день думал Святогор-богатырь. А потом взял, да и отдал мне меч... А?! Какой человек! А ты, Добрыня, еще хитростями всякими хотел его... Э-эх... - Илья махнул на Добрыню рукой, как на человека совершенно потерянного. - Ну а потом поехали мы с Добрыней в царство Кощеево. Отдал я Бессмертному меч, а он указал нам пещеру, где спрятал Алену.


Рецензии