Разная магия. Глава 10

     Катерина

     Романовский ничего интересного нам не говорит. То, что он рассказывает, кажется таким путаным и непонятным, что я решаю завтра разобраться на месте. Дуся выглядит усталой, она зевает, и не похожа на человека, готового объяснить мне особенности съемок.
     Понимаю я только одно – утром телестудия занята, и мы сможем приступить к съемкам после обеда. Большая часть сотрудников разбежится, потому что пятница, у женщин – женский день, а у мужчин – солидарность с женщинами, а мы мол сможем нормально поработать себе в удовольствие. Насчет удовольствия я что-то сомневаюсь, но не спорю. Зачем? 
     Наконец, нам позволено разойтись по домам.
     - Чао! - произносит Аркадий и удаляется, не дождавшись ответа.
     Мы с Дульсинеей заходим за угол и телепортируемся в квартиру. Поговорить не удается, потому что Дуся, еще раз громко и неприлично зевнув, отправляется спать.
     Проснувшись, пьем кофе и отправляемся во Всемирную паутину, как романтично назвала Интернет Дуся. Не знаю, отчего, но общаться с потенциальными ухажерами мне уже не очень хочется. Сразу отметаю восемь предложений нетрадиционного секса, хотя, признаться честно, некоторые из описаний меня заинтриговали. Я и не знала раньше, что такое кто-то практикует. Парочка нормальных кандидатов тоже есть, однако отнестись к их предложениям с полным доверием мешают воспоминания о хорьке. Надо будет поинтересоваться у Романовского, как там Васек поживает. Не обижают ли его? 
     В начале третьего мы вновь в телестудии. Владос уже здесь - сидит на кресле у стены, и вид у него встревоженный. Видимо, боится не пройти следующее испытание. Стоящий рядом с ним дед Иван привычно безразличен. Анны нет. Аркадий тоже отсутствует.
     - Что? Боишься, не придет твоя жертва научного эксперимента? - ехидничает Дуся.
     - Придет! - отвечаю с излишней уверенностью в голосе.
     Что касается Аркадия, я ни в чем не уверена. Вчера он с такой заинтересованностью слушал мои объяснения о формировании заклинаний, но ни разу не попробовал сплести хоть одно. Сказал, что он в этом не нуждается, а то, что его интересует, делается само собой, без лишних усилий. Я спросила, зачем он пошел на шоу. Говорит, что хочет доказать миру, что экстрасенсы существуют. Глупость какая! Сам-то он уверен в своем существовании, так зачем ему лишние подтверждения данного факта? Или, если в него не верят, значит, его нет?
     Рассуждая на эту тему, я пропустила момент появления Анны в обнимку с Золотниковым. Сегодня он выглядит слегка растрепанным, и шарф у него не оранжевый, а светло-зеленый в полосочку.
     Анна окидывает присутствующих торжествующим взглядом, после чего дарит Валерию невинный поцелуй в щечку.
     - Ну все, - говорит она, - увидимся, милый.
     - Все готовы? - спрашивает «милый». Мы утвердительно мычим.
     Минут через пятнадцать появляется сияющий Романовский, после чего мы дружною толпой проходим в студию. Нас рассаживают по зрительским местам, гасят свет на нашей половине.
     - Ни звука! - предупреждает Алексей Дмитриевич.
     Через минуту, шурша плащом, в зал прокрадывается Аркадий и усаживается за моей спиной.
     На сцене установлены два диванчика под тупым углом друг к другу. На одном из них уже, сияя зубами, восседает Золотников - причесанный и без шарфа. На другом, поджав под себя ноги, расположилась полная женщина лет пятидесяти, выглядящая смущенной девушка младше меня лет на пять и подросток. Последний сидит, не двигаясь, и смотрит вытаращенными глазами на Золотникова.
     По лицу женщины вдруг начинают течь слезы, и она захлебывающимся голосом вещает:
     - Сыночек мой. Сереженька, старшенький. Уж как я его любила. Как холила и лелеяла кровиночку мою…
     Тут же сзади меня раздается возмущенный шепот:
     - Какая кровиночка! Это ж сын ее мужа от прошлого брака! Она его терпеть не могла!
     Анна шикает. Аркадий замолкает. Женщина продолжает говорить:
     - Все для него готова была отдать! Последнее снять с себя и отдать.
     Тут фыркает Дуся и поясняет:
     - Представляю парня в ее последнем.
     - …но он попал в дурную компанию. Он был хороший мальчик!
     Аркадий:
     - Ага, с тремя приводами!
     Женщина:
     - … его подставили его поганые дружки…
     Аркадий:
     - Которыми он успешно руководил.
     Женщина:
     - Он рассказывал мне, как все случилось. Он сидел в компании. К нему подошел наркоман и попросил денег на пиво. Сережа дал ему пятьдесят рублей. А потом наркоман вернулся и стал требовать еще. Сережа опять дал. Но наркоману показалось, что этого мало. Так у Сережи ножичек был малюсенький… Он наркомана этого нечаянно порезал. Легонечко. А его на восемь лет посадили!
     Дуся:
     - Нифига себе легонечко, если восемь лет дали!
     Аркадий:
     - Не так уж и легонечко. И это еще мало дали. У него условный был.
     Женщина:
     - А потом… я узнала… Что Сереженьку убили в колонии! Ах!
     Аркадий (ехидно):
     - Интересно, а то, что его там опустили, она не узнала?
     Дуся (заинтересованно):
     - А что опустили?
     Аркадий:
     - К сожалению, нет.
     Я:
     - Вы о чем?
     И тут нервы не выдерживают у Золотникова.
     - Так, - командует он, - стоп. Вы там заткнетесь или нет? Вас комментировать происходящее пока не просили. А Вы, Вероника Андреевна, продолжайте.
     Вероника Андреевна продолжает.
     - А перед тем, как его посадили, он снял со сберкнижки все деньги и куда-то их дел.
     Тут, как по команде, начинает выть подросток:
     - Аааааа! Сережаааа! Брааатиииик!
     Минуты через две он выключает звук, Золотников изображает фирменную улыбку и интересуется:
     - А теперь, уважаемые господа экстрасенсы, прошу Вас рассказать этой милой женщине, где деньги Сережи?
     Загорается свет в зрительном зале, я оглядываю экстрасенсов и получаю возможность полюбоваться ошарашенным лицом Дульсинеи.
     А к нам уже бежит помощница Золотникова с продолговатой штукой - микрофоном.
     Она сует микрофон в лицо Аркадию. Тот отшатывается и произносит:
     - Какие деньги?
     - Деньги, которые Сережа снял со сберкнижки, - терпеливо поясняет Золотников.
     - Ничего он не снимал. Карта у него была, но не в Сбербанке. Так они там и лежат.
     - Ай-ай! - произносит Валерий с осуждением в голосе, - а Вы казались нам таким перспективным экстрасенсом.
     - В каком банке? - выкрикивает Вероника Андреевна. Девушка, сидящая рядом с ней, задумчиво смотрит куда-то вдаль.
     - В ак…, - начинает было отвечать Аркадий, но микрофон у него уже отобрали. Помощница Золотникова бежит к Владосу.
     Тот делает важное лицо и медленно проговаривает:
     - Чтобы ответить на этот вопрос, мне нужно получить какую-нибудь вещь, которую он носил в тот момент, когда снимал деньги.
     У Вероники Андреевны на лице появляется озадаченное выражение, которое быстро сменяется озарением:
     - У меня крестик его есть. Вот он!

     Дульсинея

     Смотрю на Владоса, сиротливо стоящего на сцене и понимаю, что ничего я не понимаю! Зачем он начал рукой водить над крестиком? Я не жестовик, но кое-что в этом соображаю, у меня большая часть семьи жестовики, так что авторитетно могу заявить – жесты Владоса были всего лишь бессмысленными телодвижениями. Надо полагать, для зрелищности, о которой так печется Золотников. Кстати бяка он, не дал Аркадию высказаться, а ведь мальчик бы действительно правду сказал этой жадной тетке. Но, видимо, правда здесь никого не интересует.
     - Я вот думаю, как долго бедный Владик собирается продолжать дирижировать? – пробормотала я, сдерживая некрасивое издевательское хихиканье.
     - Он только лечить умеет и, кстати, очень неплохо, - шепнул Аркадий, наклонившись вперед и бессовестно обнимая нас с Катькой за плечи. – Непонятно, зачем он сюда пришел?
     - А ты сам, зачем пришел? – полюбопытствовала я. – За славой? Деньгами? Или просто от скуки на все руки?
     - Дусь, отстань от человека, - вмешалась Катерина.
     Да конечно, как я – так отстань! А как сама к нему вчера с разговорами лезла, так это можно. Ну и ладно. Я изобразила оскорбленную добродетель и пересела подальше. Катерина на мое бегство никак не среагировала, а Аркадий воспользовался моментом и перебрался с заднего ряда на мое место. Как я и подозревала, внученька моя тут же принялась активно к мальчику приставать. Не в том смысле, о котором вы сейчас подумали, а в том, что разговор у них какой-то завязался, судя по выражению их лиц весьма увлекательный.
     - Плохо видно, - наконец подал голос Владос, - темно. Подвал? Или комната без окон. Вероника Андреевна, у вас есть дача?
     - Нет, - задумчиво промычала тетка, а в следующую секунду заорала, вытаращив глаза, - есть! Есть домик в деревне, там бабка сереженькина живет! В нескольких километрах под Омском!
     - Надо поискать там, - авторитетно заявил Владос и вернул крестик.
     - Под домом клад зарыли, лет триста назад, - громко сказал Аркадий, - а Сережа там никаких денег не оставлял.
     - Какой такой клад? – заинтересовалась Вероника Андреевна.
     - Разбойники награбленное прятали, там украшений приблизительно на…
     - Аркадий, ну право слово хватит сказки рассказывать! – перебил Золотников и повернулся к одной из камер, - итак, Владос предполагает, что деньги покойный спрятал в доме своей бабушки, в деревне. Что скажут остальные господа чародеи?
     Аркадий благоразумно промолчал, хотя от него так и искрило. Вот зуб даю, не выдержит он и в один прекрасный день превратит этого Золотникова в какую-нибудь гадость.
     На сцену гордо взошла Анна, показала прямо в камеру все тридцать два зуба и прошествовала за спину Вероники Андреевны. Бедная тетка аж подпрыгнула, когда Анна картинно плюхнула на ее голову ладошки, смяв пышно начесанные волосы.
     - Попрошу тишины, - торжественно изрекла девица, хотя и так было тихо.
     Анна закатила глаза и замычала. Нет, ну правда замычала, как буренка, которую подоить забыли. Еще и раскачиваться к тому же начала. Ну, прямо-таки танец с бубном – обновленная версия. Интересно сценарий ей жених писал или сама додумалась?
     - Ой, не могу, держите меня семеро! – пискнула я, переползая обратно поближе к Катерине и ее готу. Точнее, поскольку этот засранец мое место занял, то ближе я оказалась к нему, а он прямо-таки в малиннике очутился – между мной и Катериной.
     - Что она делает? – озадаченно шепнула моя внучка, - ей нехорошо?
     - Нет, ей очень хорошо, - ехидно шепнул в ответ Аркадий, - это она свои актерские таланты демонстрирует. Звезда, блин, оргазма!
     - Что?
     У Катерины аж глаза на лоб полезли.
     - Это выражение такое. Образное, - пояснила я.
     - Забавно, - резюмировала Катерина и снова бросила взгляд на сцену, - интересно, долго она собирается… хм, демонстрировать свои таланты?
     - Сейчас в обморок свалится, - буркнул Аркадий.
     Анна действительно вдруг побледнела, на этот раз глаза у нее очень даже натурально закатились, и она кулем свалилась на пол, вызвав переполох.
     - Аркаш, это ты ее? – поинтересовалась я.
     - Это она сама себя, идиотка.
     - Это как это? – озадачилась я, - специально что ли? Для шоу?
     - Ага, специально для шоу в корсет затянулась. На четвертом месяце беременности.
     - У нас для того, чтобы увидеть беременность, есть специальное заклинание, - задумчиво проговорила Катька. – А как это у тебя происходит?
     - Я просто почувствовал. Не понял сначала – думал Анне плохо и воздуха не хватает, оказалось не ей. Мальчик у нее был бы.
     - Что значит, был бы? – насторожилась я. – У нее, что вот прямо сейчас выкидыш случится? Ну, вообще!
     - Не сейчас. На седьмом месяце, - сообщил Аркадий, мрачно изучая перстни, которыми были унизаны его пальцы.
     - Нужно ее предупредить, - решила Катерина.
     - Не трать время. От судьбы не уйдешь.
     - Но ведь возможность знать будущее дается нам именно для того, чтобы мы могли что-то изменить.
     - Не в этом случае. У этой девушки не должно быть детей, это ее судьба.
     - Одинокая старость? – предположила я.
     - Нет. Карьера, слава, счастливый брак (не с Золотниковым), благотворительность, приемные дети и их забота и любовь в старости.
     - Однако у этой мымры все неплохо сложится. Везучая, - мне даже как-то обидненько стало. Такая недалекая, к тому же вредная, курица и вот, пожалуйста. Наверно, правда это – дуракам всегда везет.
     - Дульсинея, ты тоже везучая.
     Нет, вот лучше бы Аркадий молчал, а то его слова прозвучали как намек, что я ничем не лучше Анны этой и мне вот тоже подфартило. Хотела я ему об этом сказать, но это чучело готичное продолжило свою речь:
     - Твоя судьба переломилась и свернула на иную плоскость в тот день, когда ты встретила, - Аркадий замолчал и недоверчиво покосился на меня. – Мышь?
     - Ну да, это Вальдор был, - объяснила я, решив, что потом пообижаюсь на такого талантливого мальчика. – Так и что бы со мной было, не встреть я мышь? Знаешь, вот то, что ты сейчас делаешь, похоже на просчитывание альтернативного будущего.
     - Да? Наверно, похоже. Тебя бы на следующий день машина сбила.
     - Насмерть?
     - Нет. Инвалидное кресло до конца жизни. И человек рядом с тобой. Ты с его вещью уже много лет не расстаешься.
     - Это что это?
     - Тапок, - подсказала Катька.
     - Жорик? Охренеть! Кто бы мог подумать, что случись со мной такое, он бы меня не бросил!
     От офигевания я это все сказала громче, чем следовало, и тут же получила втык от раздраженного Романовского. Оказывается, пока мы болтали, Анну привели в чувства и съемки продолжились, а я тут раскричалась не по делу.
     Анна, все еще бледненькая, но уже вполне себе живая, продолжала свой сеанс непонятно чего. Снова возложила руки на голову Вероники Андреевны, закатила глазоньки и загробным голосом возвестила:
     - Слышу Вашего сына. Говорит, что часть денег потратил. Где вторая часть, Светка знает. Кто такая Светка? Знакомо вам это имя?
     - Так вот же, - пискнула Вероника Андреевна указав на, до сих пор безучастно сидевшую рядом с ней, девушку, - вот Светочка, невеста его… Свеееееточка, так ты знаешь? Ай-яй, знаешь и молчишь! Как не стыдно, Светочка, мы же одна семья, я украшения продала, чтобы Сереженьку достойно похоронить, а ты...
     - Врет и не краснеет, - проворчал Аркадий. – Не продавала ничего. И похоронили экономно, даже памятник не поставили и не собираются.
     - Ну, так для красного словца соврала, наверно, - предположила я.
     - Не знаю я ничего! – тем временем возмутилась Светочка и грозно взглянула на Анну, - девушка, что Вы ерунду какую-то говорите? Вы меня обвиняете в том, что я тетьверины деньги присвоила?
     - Стоп! – рявкнул Золотников, - переснимать будем! Аня, что за самодеятельность? Я тебе сказал про темную комнату говорить, а ты что устроила?
     - Владос про подвал сказал, а это почти то же самое. Что я буду, как дура повторять за ним? Чтобы зрители надо мной поржали? Ты меня на посмешище выставить хочешь, да? – скуксилась Анна.
     - Идиотка! – еще больше разозлился Золотников, - монтировать будут, как будто каждый из вас говорил с этими людьми наедине, без других экстрасенсов, так что никто не подумает, что ты за Владосом повторила! Будут думать, что вы оба угадали.
     Я захихикала. Ну, вот умора! Интересно, Владосу тоже нашептали, что нужно говорить? А почему в таком случае нас никто не предупредил?
     - Я понял, - Аркадий с ухмылкой откинулся на спинку кресла и вытянул ноги. – Подставные деньги лежат дома у Вероники. В столе, в коробочке под стопкой документов. Анна их благополучно найдет в итоге. Веронике за участие в представлении пару тысяч отстегнут.
     - Но это же нечестно, - возмутилась Катерина.
     - Это тебе не магический совет, а телевидение, - ехидно напомнила я, - так что сиди не рыпайся и набирайся нового опыта. Сама хотела!
     - Катя, не принимай близко к сердцу. Дуся права – это телевидение. Шоу. Здесь всегда так. А карточку сережину эта дама никогда не найдет.
     - Но ты знаешь, где она? – заинтересовалась я, – может быть, ты еще и код угадать сможешь? Мы могли бы…
     - Нет! - Перебил Аркадий. – Воровать у покойников я не стану. Если вы нуждаетесь, я вам одолжу денег.
     - Мы не нуждаемся, Дуся просто очередную глупость сморозила, - возмущенно прошипела Катерина.
     - Ой, да ладно, - пробурчала я. – Уверяю вас, мертвым деньги не нужны. Я у них сама лично спрашивала.
     - Да когда же вы, мать вашу, заткнетесь? – Золотников аж на визг сорвался от бешенства, - вы мне работать мешаете! Алексей Дмитриевич, уберите эту троицу из зала!
     - Так, вы трое, - начал Романовский.
     - Да-да, нас уже практически здесь нет, - заверила я, перегнулась через Аркадия, который сидел между мной и Катериной, сцапала внучку за руку и переместила нас в уютную комнату с кофеваркой.
     - Ты, почему Аркадия не забрала? – возмутилась Катерина.
     - Ой, а я смотрю, этот мальчик тебе так нравится, что ты с ним ни на секунду расстаться не можешь, - поддела я и призналась, - я хотела и его прихватить, но, видимо, он сильно меня боится и выставил такую мощную защиту, стоило мне сделать движение в его сторону, что ни о каком перемещении и речи быть не могло.
     - Он не тебя боится, а твоей небрежности при магических действиях, - уточнила Катерина и решила, - пойду, заберу его.
     - Не стоит, - остановила я внучку, которая уже собралась переместиться обратно в зал. – Вот зуб даю, он сейчас сам примчится. Поругается с Валерочкой, наложит на него какую-нибудь мерзкую порчу типа несводимой бородавки на нос, и прилетит сюда на крыльях ночи. Черный плащ, блин.
     - При чем тут его одежда? – не поняла Катерина.
     - Ни при чем. Мультик такой есть… не важно, долго объяснять. Короче, шутка это была.
     - Все, капец! – с такими словами в бытовку ворвался Аркадий.
     - Ты его убил? – предположила я.
     - Я его проклял.
     - Ой! – это я.
     - Любое проклятие можно снять, - это Катерина. – Если, конечно, ты не хочешь оставить все как есть.
     - Да неважно, чего я хочу! – воскликнул Аркадий, опускаясь на пол рядом с Катькой и, будто так и надо, укладывая голову ей на колени. – Не снимается такое проклятие!
     Катерина заинтересованно склонилась к нему и коснулась пальцами висков.
     - Что за черные спирали у тебя вот здесь?
     - А так всегда бывает, когда я проклятие с одного объекта на другой перекидываю.
     - В смысле? – не поняла я.
     - Я вчера с мальчика убрал венец безбрачия, - напомнил Аркадий. – Думал, потом найду какого-нибудь засранца и на него скину. А тут Золотников, мудила е***. Довел меня, ну я и… в общем, не специально это получилось.
     - Может быть, это его судьба, - заметила Катерина, увлеченно наматывая на палец спираль, похожую на дымок, который клубился всеми оттенками черного у левого виска парня. С правого она уже эти художества убрала.
     - Может быть, - не стал возражать Аркадий и, наконец, додумался смутиться и попытался от Катьки отползти.
     - Сидеть! – скомандовала внученька, - я еще не закончила. Ты вообще в курсе, что нельзя забирать подобные проклятия на себя?
     - Я же их перебрасываю потом. Они не успевают мне навредить.
     - Ты умрешь не от рака легких, а от вот таких глупых выходок. Это уйму жизненных сил съедает.
     - Никто не живет вечно, - философски пожав плечами, изрек Аркадий.
     - Ой, не скажи, - фыркнула я, - вот Кардагол, родственник наш, кажется, планирует вечно жить. Кать, сколько ему лет, не помнишь?
     - Много, - равнодушно отозвалась Катерина.
     Интересно, мне стоит сказать Аркадию, что девочка уже давно все бяки с него поубирала и сейчас просто так, ради собственного удовольствия по лицу его гладит?
     - Может быть по кофейку? – решив быть деликатной и промолчать насчет катькиных действий, предложила я.
     - Можно, - великодушно согласилась моя внученька, явно решив предоставить мне честь воевать с кофеваркой.

     Катерина

     Дуся соглашается приготовить кофе, и даже почти приступает к процессу, но все портит девушка, бегавшая ранее с микрофоном наперевес. Она заглядывает в нашу комнатку и возвещает:
     - Госпожа Тамбовская, пройдемте!
     Дульсинея, ехидно ухмыльнувшись, выскальзывает за дверь.
     - А какое заклинание для поиска собирается применить твоя бабушка? - интересуется Аркадий, выворачиваясь из моих рук и отодвигаясь в сторону. Будто для того, чтобы сидеть рядом со мной, ему жизненно необходимы зрители, а так как последний из них испарился, то и телячьи нежности ни к чему. Хоть бы спасибо сказал за то, что я с него «темное послевкусие» сняла. Та еще гадость!
     - Если честно, не знаю, - признаюсь я, - обычно, если бабушке что-нибудь нужно, она машет тапком, а там искомое или появляется или нет. Во втором случае она идет к деду.
     - Твой дед сильный маг.
     - Еще какой!
     - А что будешь делать ты?
     - Ничего. Ты же сказал мне, где лежат эти поддельные… подставные деньги.
     - А если б не сказал?
     - Не знаю. Я… Если честно, в такой ситуации мне было бы проще поднять Сережу и спросить у него лично. Можно, конечно, попробовать смоделировать прошлое, но это очень трудозатратное заклинание. К тому же, с шестидесятипроцентным попаданием. Честно, не знаю. Может, придумала бы что-нибудь. 
     Тут из студии вылетает сияющая Дуська и начинает верещать:
     - Катька! Прикинь, получилось! Я тапком махнула, и деньги бац, и у них на столе! Они все так офигели, что и сказать ничего не смогли. Не знаю, может, переснимать заставят. Но, в общем, тебя просили позвать. Иди, давай.
     Процесс съемки меня не волнует, отношусь к нему, как к выполнению задания - уже не слишком интересного, если не считать встреч с Аркадием. Потому прохожу внутрь спокойно, с милой улыбкой на устах. Поднимаюсь на сцену, усаживаюсь на диванчик рядом с Золотниковым. Кошусь на него, ага, так и есть, венец безбрачия. И вот что-то снимать мне его не хочется…
     - Здравствуйте, Катерина! - радостно произносит ведущий.
     - Здрасте, - вежливо отвечаю я.
     - Вы слышали историю этой милой женщины…
     - Ага.
     - Так что Вы можете сказать по этому поводу?
     Ну что я могу им сказать? После Дусиного колдовства всегда остается очень характерный след.
     - Деньги лежат у Вас в портфеле, - говорю я, - а портфель стоит вон у той стеночки. 
     - Что Вы такое говорите, Катенька?! - голосом радостного идиота вопрошает Валерий, - как Сережа мог спрятать деньги в моем портфеле?! Подумайте хорошенько.
     - Никак. Это Вы их туда спрятали.
     - Но откуда же я их взял?
     - Дуся дала.
     - Стоп камеры. Катерина, что Вы несете? Вы не знаете, где лежат деньги? В принципе, Вы у нас очень колоритная особа, выгонять Вас мы сегодня не собирались, я скажу Вам, что нужно ответить, а Вы мне подыграйте. Денежки лежат у Вероники дома. Нужно просто хорошенько поискать в столе. ВЫ поняли меня? Так, мотор. Катенька, где деньги?   
     Угу, думаю, выгонять вы меня не собираетесь, а придется, а потому упрямо повторяю:
     - В Вашем портфеле, Валерочка.
     Щелкаю пальцами, и портфель медленно и величало подплывает к нам. Он плюхается на колени к раздосадованному ведущему и открывается. Я заглядываю внутрь, чтобы издать торжествующий вопль и вижу - денег нет. Это видит и Валерий.
     - Не понял, - бормочет он.
     Поднимает на меня недоуменный взгляд. Тут же к нам подлетает Романовский и возмущенно восклицает:
     - Валер! Ты охренел! Ты куда деньги дел? Что я спонсорам скажу?!
     - Сюда положил, - бормочет Валерий.
     - Точно положил, - подтверждаю я.
     Романовский пренебрежительно машет рукой в мою сторону:
     - Так, ты вообще молчи. Валера, это что за ерунда здесь творится? Где бабло? Триста пятьдесят тысяч, Валера, ты же мне жопой своей их отрабатывать будешь.
     Взгляды присутствующих, и без того обращенные в сторону Золотникова, становятся еще более заинтересованными.
     Алексей Дмитриевич вдруг поворачивается ко мне, смотрит прямо в глаза и медленно произносит:
     - Катерина, это Ваши шуточки?
     - Неа, я тоже считала, что деньги в портфеле. А что, поискать?
     - Поищи! - рычит Романовский.
     Задумываюсь, что бы такого сотворить. Из комнаты при мне никто не выходил. До меня - только Дуся, которая, собственно, и вручила купюры Золотникову. Следовательно, постарался кто-то из присутствующих. А как их можно вывести на чистую воду? Правильно. Заклинанием правды. От одноименной сферы оно отличается тем, что действует непродолжительное время, и людям нужно задавать наводящие вопросы, сами они не ответят. Плюс, от сферы очень трудно отбиться, а от заклинания - запросто, только едва ли кто из присутствующих знает, как это сделать.
     Пара пассов и все готово.
     - Валерий, - спрашиваю, - Вы брали деньги?
     - Да Вы что! - кричит Золотников, - У меня карьера! У меня репутация! Я их взял от Дульсинеи и спрятал в портфель!
     - Отлично, - отвечаю, - Алексей Дмитриевич, Вы…
     И тут дверь студии влетает в эту самую студию.   
     - Что за… - бормочет Романовский.
     Первая мысль, признаюсь, что это Дуся что-то намудрила. Но мысль эта занимает меньше мгновения, потому что следом за дверью в студию влетают шесть человек с автоматами. Да, я знаю, что это такое, мне Дуся по телевизору показывала. Что такое телевизор, она пусть сама объясняет.
     - Всем стоять! - кричит один из посетителей, - руки за голову!


Рецензии
У меня тоже все слова из головы вылетели, остались одни эмоции...

Галина Польняк   01.11.2011 22:33     Заявить о нарушении
Что же так? ))
К.

Алк-Консильери   02.11.2011 15:14   Заявить о нарушении
А вот так, любви захотелось.

Галина Польняк   03.11.2011 00:35   Заявить о нарушении
мне тоже хочется))) что ж теперь. Приходится сублимировать

Алк-Консильери   03.11.2011 20:12   Заявить о нарушении
На это произведение написано 5 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.