Москва - III Рим

МОСКВА – ТРЕТИЙ РИМ

Падение первого Рима в V веке, государства, пережившего в 324 году торжество христианства, но не расставшегося до конца с язычеством, было обусловлено потерей Богоизбрания, как его народом, так и Церковью.
Новой столицей Вселенского Православия становится Царьград - второй Рим и на протяжении тысячелетия (с V по XV век) является государством - хранителем истин Православной Веры. Мистический знак того, что произошла окончательная потеря Церковью первого Рима Божьего благоволения и совершилась передача ее великой миссии греческой Церкви, был получен только после безповоротного разрыва римской Церкви с греческой и безвозвратным вступлением ее на путь еретических отклонений. В 1054 году вызванные на собор в Царьград еретики положили на престол Софийского храма «от имени папы» грамоту, в которой предали анафеме Вселенского Патриарха Михаила со всеми его последователями, то есть анафематствовали всех Православных христиан. Это был последний акт отпадения католиков от Святой Апостольской Церкви. Тогда, в XI веке икона, названная в России Цареградской, исчезает из кафедрального собора Рима и является в Великой Софии Царьграда. Греки становятся хранителями иконы, которая является носительницей призыва на духовный подвиг, другими словами, иконы их Богопризвания. Точно так же долготерпит Господь и в случае отступления второго Богоизбранного народа и второго Рима от истин Православной Веры и не сразу происходит передача Цареградской иконы Божией Матери, как мистического знака перехода Богоизбрания к русскому народу. Греческая Церковь, пережив одну унию, в XV веке впадает во вторую. Император Иоанн VIII и греческие первоиерархи не учитывали при этом уроки отпадения от истинной Веры и падения первого Рима и потери им всех знаков благоволения Божьего.
В России же дело обстояло иначе. Богомольный, глубоко и искренне преданный Православию русский Великий Князь Василий Васильевич на странную просьбу нового Митрополита всея Руси Исидора, отпустить его на Собор в Италию ответил: «Отцы и деды наши не хотели слышать о соединении Законов греческого и римского, я сам не желаю его. Если мыслишь иначе, то иди; не запрещаю тебе. Помни только чистоту Веры нашей и принеси оную с собою». Исидор клятвенно обещал исполнить наказ князя. Возвратившись на Русь после унии, 19 марта 1441 года Исидор торжественно въехал в столицу. Во время шествия в Успенский собор Кремля перед ним несли большой католический крест. В том же роде развивались события и во время служения Литургии, после которой Исидор сначала прочел, а затем вручил князю папскую буллу «О соединении церквей». Великий Князь знал, что уния подписана, однако сдерживал свой гнев, ожидая, что, может быть, Митрополит одумается и начнет каяться - но не дождался. Теперь, когда Василий II сам увидел воочию и услышал велегласное отречение от Православия, его терпению пришел конец. «Ты ересный прелестник и лютый волк, а не пастырь!» - закричал князь и приказал вязать Исидора. За эту защиту Церкви своей самодержавной властью в «Слове избранно на латыню», писанном Симеоном Суздальцем, благоверного князя Василия Васильевича титулуют Царем всея Руси, как защитника Православной Веры от ереси униатства.
Византийцы еще могли спасти свою империю, отвергнув акты флорентийской унии и в покаянии вернувшись к истинам Православной Веры. Военная помощь от унии против турок была мизерной. Покаявшись же они могли бы получить заступничество Божие. Но греки не сделали этого. Власть, которая должна, была охранять истины Православной Веры, уклонилась в ересь, поэтому должна была пасть. Греческий народ не принял унии, и это сохранило Церковь. Господь, однако, медлил и 14 лет ждал покаяния и исправления греков.
Император Константин XII, сменивший на Византийском Престоле своего бездетного брата, не видел серьезной разницы между католичеством и Православием и, не понимая своего Богоотступлепия, серьезно полагал, что с принятием унии ничего в отношении Божественной милости не изменилось, и он по-прежнему как христианский Государь находится под особой защитой Божией. В переговорах с султаном Магометом Вторым, предложившим ему без боя сдать город, Константин XII по известию историка Дука ответил: «Предать тебе город не во власти ни моей, ни чьей-нибудь из живущих в нем». Эта фраза говорит о том, что он твердо верил в защитительный Промысел Божий, на деле давно потеряв Божью милость и Божье благоволение. Ждать покаяния при таком заблуждении не приходилось.
Заблуждение рассеялось в самый разгар штурма от Знамения, которое ни у кого не оставило сомнения в потери греками благодати и милости Божьей. 11 мая 1453 года, явилось свечение над Софийским собором Константинополя. Боевых действий не было, стояла предрассветная тишина. Вдруг весь город озарился ярчайшим светом. Греки, думая, что турки ворвались в город и подожгли его, впали в страшную панику. Но вскоре поняли, что это не пожар, обнаружив, что этот свет в виде пламени исходил из верхних окон храма Святой Софии. Окружив подкупольный барабан, это пламя пребывало в таком положении долгое время. Потoм все языки пламени соединились и через несколько минут перешли в неизреченный свет, который, поднявшись на высоту, растворился в небе. Небеса приняли его и все исчезло. Благодать Святого Духа покинула Византийскую столицу за беззакония и грех вероотступничества. Вслед за Знамением, показавшим, что от бывшего Богоизбранного народа отнята благодать Божия, явилось Знамение, указавшее и на совершение над ним и Суда Божьего. В ночь на 28 мая за день до падения Константинополь покрылся густым туманом, из которого выпала кровавая роса. Но на этом череда Пророчеств и Знамений не закончилась. Сбывались предсказания древних времен, указывая пути по которым пойдет дальнейшая история человечества и Вселенской Церкви. Начинался РУССКИЙ ПЕРИОД в истории мира.
Когда в захваченном Царьграде начались насилия и грабежи, тысячи жителей сбежались в Софийский собор и заперлись в нем. Турки принялись ломать двери. В этот момент над отчаявшейся толпой раздался голос Геннадия Схолария, который не покинул свою паству. «Братия! - обратился Геннадий к верующим - Византийская империя существовала много веков... теперь она пала... Но если знамения мира разрушились, то НАША ВЕРА не будет низвержена... пока существует небо и земля! Алтарь... перейдет в другое место, вера, спасающая нас, будет сохранена от неслыханных опасностей и... спасет вас самих...»
В тот момент сбывалось пророчество Геннадия Схолария, данное им греческому народу еще до падения Константинополя, о будущем падении столицы и порабощении народа, допустившего унию – еретическое вероотступничество. Теперь должно было сбыться пророчество о перенесении Алтаря. Но куда? Он в то время еще не знал этого. А может знал, но не имел мистических знаков, подтверждающих его знания, или не имел до поры до времени основания для того, чтобы открыть, куда переместился Престол.
В 1443 году в трагические дни между принятием унии и падением Константинополя из-под Пскова пешком в Константинополь направляется смиренный монах Ефросин для выяснения, как говорится в источниках, некоторых вопросов, связанных с отправлением Богослужения.
Преподобный Ефросин, в миру Плеазар, был книжником и Богословом, получил хорошее образование. Пустынножительствуя в псковских лесах прозорливый старец узнает что-то настолько важное для судеб мира, что находит нужным в почтенных летах, где-то в возрасте 63 лет, отправиться в Константинополь, принявший унию, для выяснения на месте каких-то важных богословских вопросов. Там в Константинополе встречаются два ученых мужа - Богослова, два великих прозорливца того времени - русский монах Ефросин и будущий вселенский Патриарх Геннадий II Схоларий, возглавивший в те годы патриотическое народное движение против унии.
О чем могли говорить два великих прозорливца своего времени, которым Господь открыл грядущие судьбы мира? О Богоизбрании народов, о Вселенской Церкви, о перенесении Алтаря мировой Православной Державы, о хранении истин Православной Веры? Святой Ефросин - учитель подвижников и наставник монашествующих, которые, выйдя из ефросиновой обители, по благословению старца основали на Псковщине десять монастырей и были прославлены в сонме святых, знал то, что мог знать уже будущий вселенский Патриарх Геннадий Схоларий, пророчествовавший народу падение Константинополя как расплату за униатство императора и вероотступничество первоиерархов. Возможно, делясь знанием данным им провидением Господним, они дополняли друг другу картину мира и будущих судеб народов, размышляя над тем, что открыл им Господь в этот важный судьбоносный период жизни Вселенской Церкви.
Кто знает? Только по истечении времени святой Ефросин так же смиренно, как и пришел, удалился из впавшего в унию Царьграда в свою тихую лесную обитель, где основан им был монастырь, который стал одним из центров книжного духовного знания Руси, и в котором он по смирению своему даже не стал настоятелем и не принял священнического сана. «Житейскую печаль и всяк мятеж мира сего любви ради Христовы со дерзновением отвергл еси, блаженнее, и поведенное распятым Господом Иисусом Христом вси исправил еси», -говорится о нем в тропаре, где славят святого. Исполнив свой неведомый, но очень важный для судеб Вселенской Церкви долг, святой Ефросин водворился в свою обитель. А к нему из павшего Царьграда на Русь пошла, мы не знаем каким путем, икона, которая свидетельствовала о передаче Миссии Богонесения от Византии к России. Это не просто был дар национальной святыни одного народа другому. Икона пришла адресно - к святому Ефросину. Патриарх Геннадий II, Патриарх - духовидец посылал чудотворную икону в Россию к тому, кто лучше всех известных ему в России людей, мог понять смысл и значение этого дара, к тому, кто скажет русичам, получив ее, о перенесении Алтаря Вселенской Церкви в Россию.
Православная Вера спасала верующих, и жертв в захваченном турками Константинополе было меньше, чем можно было ожидать. Империя пала, но Церковь была жива. Уже на третий день после разгрома Византии Православная Патриархия была восстановлена. Униаты - вероотступники рассеялись, а Геннадия избрали Патриархом. За твердое стояние в Вере Патриарх Геннадий Схоларий был удостоен от Господа благодати прочесть загадочные письмена, начертанные на гробе святого Равноапостольного Царя Константина. Пророчество, выбитое, видимо, в середине IV века на крышке саркофага Великого Императора, основавшего Константинополь, было написано греческими буквами, но одними согласными, и считалось, что прочесть его невозможно. Разобрать его стало возможным только теперь, через тысячу лет в средние века, благодаря частому повторению слова «Измаил».
Мощи святого Константина находились в храме Святых Апостолов. Геннадий Схоларий, молясь, часами простаивал у порфирового надгробия и пристально вглядывался в загадочные буквы, и с Божией помощью Патриарху Геннадию удалось расшифровать древнюю надпись. В переводе на русский язык, сокращенно, она читается так:
«В первый (от кончины Константина Великого) индикт (период времени) царство Измаила в Константинополе воцарится, премногими будет обладать народами и все опустошит острова, даже до Евксинского понта (Черного моря)... В восьмой индикт в северных странах долженствует воевать...В десятый индикт долматов (сербов) победит и малое время пребудет в брани... Русский же народ, соединяясь со всеми языками, желающими мстить Измаилу, его победит... и Седмихолмие (Царьград) возьмет со всеми его принадлежностями.»
«Индикты» здесь можно понимать как некие символические периоды времени, представляющие разделенные на этапы периоды истории. Под «Измаилом» же следует понимать турок.
Пророчество это совпадает с пророчеством нашего великого святого Серафима Саровского о последних временах человечества, когда Русская Империя будет представлять Великую Державу, в которую сольется море единомысленных народов, такое огромное, что его будет бояться сам антихрист.
Миссия освобождения Константинополя исторически воспринимается сознанием русского человека, как миссия, связанная с воплощением национальной идеи России. Несколько раз русская армия была в виду Константинополя - Царьграда (нынешнего Стамбула). Войска Белого Генерала Скобелева были на расстоянии одного марш - броска от города и, казалось, ничто не препятствует войти в него. Советские войска с июля 1941 года стояли на ирано-турецкой границе, готовые стальной лавиной дойти до Царьграда за пару дней… Но освобождение Царьграда будет делом последних времен и по неизреченному Божьему Промыслу все попытки освободить его преждевременно не будут допущены Богом.
Согласно древнему преданию грядущий освободитель Константинополя будет русским. Он войдет в Золотые врата и прочтет на них вещую надпись:
«Когда прийдет Царь Русый, то врата сами собой отворятся».
Султан Магомет тоже знал об этой древней надписи. Заняв Константинополь, он приказал наглухо заложить Золотые врата.
Благочестивое придание гласит, что когда Царь Русский придет, он изгонит врагов и очистит престол Святой Софии. Тогда из апсиды храма выйдет иерей со Святыми Дарами, скрывшийся в стене в момент совершения Евхаристии, дабы неверные, ворвавшись в Алтарь, не осквернили Тела и Крови Христовой, и прерванная Литургия продолжится. И турки сами подтверждают, что до сих пор в мечети Эль-София по ночам слышится христианское пение.
Последний Император Константин не имел детей, но у него остались братья - Фома и Димитрий, впоследствии переметнувшийся к туркам. У Фомы, в то время деспота Морей, была дочь София. И вот ей Господь судил стать женою Великого Князя Московского Иоанна III.
В 1453 году после расшифровки надписи на крышке саркофага Равноапостольного Царя Константина, Патриарх Геннадий II Схоларий узнал, куда переместится Алтарь Вселенской Церкви. В Россию пришла святыня, которая, как сказано в кондаке этой иконы, возбуждает самим лицезрением ее на подвиг побеждати сопротивных силу и является свидетельницей Богоизбрания на этот подвиг русского народа.
Главное уже решилось на Небесах, теперь оставалось совсем немного времени для того, чтобы народ узнал и принял свое Богопризвание, а к увенчанию миссии его на земле все было уже готово. Русь, крещенная в X веке, через 130 лет приняла от Византии царский венец Константина Мономаха, которым впоследствии венчались русские Цари, а два века спустя получила знак высшей духовной власти «белый клобук папы Сильвестра» - чудотворный дар святого Равноапостольною Царя Константина, который не удержался ни в первом, ни во втором Риме, и оказался сначала в Новгороде, а затем в Москве. С XVI века "белый клобук" возлагают на головы московских Патриархов. За Шапкой Мономаха на Русь явились скипетр и держава, и царский трон с двуглавым орлом - гербом империи, который был доставлен в Россию с царской невестой Софьей, как приданное Палеологов.
В известном новгородском «Сказании о белом клобуке», составленном русским переводчиком Димитрием в Риме в 1492 году на основании материалов, найденных в папской библиотеке, обозначена мысль, которая становится в те годы основополагающей для самосознания русских людей и формирует новую национальную идею России:
«Как от Рима, отнята уже благодать, слава и честь, так она скоро отнимется и у Константинополя...и тогда вся святыня передама будет Богом в великую Русскую землю!»
В 1472 году 32 летний вдовец Иоанн III венчается с Софьей Палеолог. Невесты византийских династий всегда были желанны для брачных союзов европейских дворов. Без них как бы не хватало легитимности правящим браздодержателям Европы, но когда завершилась история Византии и последней династии этой империи, оказалось, что последняя Палеолог уже замужем за русским Великим Князем и других невест не предвидится. В 1502 году после смерти брата Андрея все наследственные права на византийский престол перешли к Софье Палеолог и, соответственно, к ее потомкам от Иоанна III, С того времени Москва становится правоприемником второго Рима во всей полноте закона, и очень скоро достоянием гласности станет идея духовного переноса Державы Апостольской Истины Православия в третий Рим.
Приняв на русской земле икону Пресвятой Богородицы, преподобный Ефросин получает откровение о мистической Римской империи, которая есть образ Царства Божия на земле, и о Москве как о третьем Риме. Это откровение, пришедшее к нему еще при жизни Иоанна III, легло в сокровищницу духовного делания монастыря, стало знанием иноков, посвященных в это откровение, учеников Ефросина. Святому Ефросину были и другие откровения, важные для истории Русской Церкви, были ему и явления Самой Пречистой Девы Богородицы. Прошли десятилетия осознания ефросиновых откровений и формирования на основе их национальной идеи России, и вот при сыне Иоана III, Василии Иоанновиче озвучил ее игумен Пустыни, носящей имя в честь своего основателя святою Ефросина в схиме Елеазара - Спасо-Блеазаровской, ученый монах и ученик святого Ефросина Филофей. Развивая идею святого Ефросина о Москве, как о третьем Риме Филофей писал:
«Два убо Рима полоша, а третий стоит, а четвертому не бытии.»
В письмах к Василию III старец Филофей развивает идею о Русском Царстве как вместилище Силы и Благодати двух предшествовавших великих империй, говорит о Вселенском значении и обязанностях Царя как хранителя Божьих Престолов Святой Вселенской Апостольской Церкви и державного Владыки третьего Рима.
Сын Московского Государя Василия Иоанновича Иоанн IV, воспитанный в духе ефросиновых и филофеевых идей, в возрасте 16 лет венчается на Царство 16 января 1547 года. И как начало традиции на Руси над ним Митрополитом Макарием было совершено таинство Миропомазания. Это Венчание на Царство не было самым первым. В XII веке Владимир Мономах венчался на Царство Шапкой своего деда византийского Императора Константина и был помазан па Царство Митрополитом Эфесским Неофитом, посланным ему Императором Алексеем Комнином, Но этот поступок Великого Князя не был ни понят, ни повторен его потомками. Иоанн Васильевич был первым Царем не потому только, что принял царский титул, но потому, что первым осознал вполне все значение царской власти, был первым, сделавшим глубокое обоснование ее значения не без помощи посланий Филофея к его отцу и ефросиновых откровений.
При Иоанне Грозном идея Божьего призвания Руси была закреплена на государственном уровне - в решениях Стоглавого собора 1551 года, Венчаясь на Царство Иоанн IV Васильевич принял титул, равнозначный титулу Императора Византийского. Через 13 лет статус Русского Царя - Помазанника Божьего был узаконен Вселенским Константинопольским Патриархом, который титуловал Иоанна IV Царем русским и греческим, и всеми восточными Церквями, видевшими в Русском Царе единственного на всю вселенную заступника Православия. С этого времени все народы Православного Востока стали смотреть на Московского Царя как на главу и предстоятеля всего Православного мира.
Великая держава с великим призванием и миссией, держательница Престолов Вселенской Церкви не могла уже больше быть поместной Церковью, зависящей от уходящего Рима. При сыне Иоанна IV Феодоре Иоанновиче учреждается Патриархия в России.
Поводом послужил один эпизод. Летом 1586 года в Москву приехал за милостыней Антиохийский Патриарх Иоаким. Когда он вошел в Успенский собор Кремля, то Московский Митрополит Дионисий первым благословил восточного Патриарха. Обиженный Иоаким посетовал Государю, и Федор Иоаннович тут же поставил перед боярами вопрос о несоответственном состоянии двух Восточных Церквей - бедственном Греческой и величии, зависящей от нее, Церкви Русской. Собрали собор русских архиереев. 26 января 1589 года Московский Митрополит Иов был посвящен в Патриархи всея Руси. В Уложенной грамоте Московского Освященного Собора 1589 года, утверждавшей патриаршество на Руси и подписанной Константинопольским Патриархом Иеремией, были почти дословно повторены слова старца Филофея о великом богопризвапии России. В июне 1591 года в Москву приехал Митрополит Терновский и привез утвержденную греческими Патриархами грамоту на Московское Патриаршество. Она сопровождалась посланием Вселенского Патриарха, в котором вновь приводились слова Филофея о Богоизбрании русских. Таким образом, именно признание иерархами Восточных Церквей особой миссии России и ее Богопризвания стало основанием для учреждения Патриаршества на Руси.
К концу XVI века национальная идея русского Богопризвания была узаконена и в государственных документах - решениях Стоглавого собора и церковных - грамоте, утверждавшей Патриаршество на Руси. Она была подтверждена в церковных актах греческих первоиерархов и стала на протяжении дальнейшей истории России определяющей в жизни русского государства.
Богоизбрание означало в области церковной жизни - хранение в чистоте истин Православной Веры. В области государственной - хранение Богом данной власти Царей и устроение такой жизни в государстве, которая бы в наибольшей степени способствовала спасению души каждого живущего в нем человека. В области внешней политики - осуществление христианских законов справедливого жизнеустройства, в отношениях между народами на земле, то, что делал и Александр III, Миротворец, и Александр I, Благословенный, вернув на престолы после 1812 года христианских государей, что делали русские люди, когда они сражались за сербов в войне 1877 года.
В славной летописи России есть имена, подобные мощному залпу Провидения. Они не нуждаются в расшифровке. Мы слышим - Суворов и сердце напол¬няется гордостью за безпримерные победы Русского оружия. Мы слышим - Сталин и перед газами безпримерный путь возрождения нашей Родины от преисподней революционной кровавой смуты до вершин индустри¬ального, военного могущества и взлёта национального самосознания.
Иван Аксаков писал: «Гениальные люди являются обыкновенно фокусом, в котором сосредоточивается творческая энергия за целую эпоху; не удивительно поэтому, что они сами обозначают эпоху в жизни человечества».
Но есть только одно имя, громоносную известность которого можно сопоставить с известностью Имени Христа Спасителя. Это имя - Сталин. Уже две тысячи лет Имя и Образ Христа тщетно пытаются оклеветать сатанисты, первыми из которых являются иудеи, распявшие Господа. И почти такому же поношению с их стороны подвергается имя Сталина. Таковы два направления войны сатаны с Богом: борьба с христианством и борьба с Русской государственностью, воплощенной в Сталине.
Отцом Сталина был великий русский путешественник Пржевальский. Отсюда то уникальное воспитание, которое видели все окружавшие вождя. Согласно последним данным, Сталин не находился в ссылке под Верхоянском, а в это время тайно окончил Академию Генерального штаба. Этим объясняются энциклопедические познания Сталина в военном деле, классическом искусстве и науке управления государством.
Как интеллектуал Сталин был выше всех вместе взятых потомков местечковых шизофреников - главарей большевизма, знавших только одно: убивать.
Лишь одна конфессия не получала при Сталине никакого развития - иудаизм. Более того: Сталин принял решительные меры по искоренению международной устойчивой преступной группировки, жестко объединенной по расовому признаку, а также поклонением дьяволу. Основной формой такого поклонения являются человеческие жертвоприношения с причинением жертве особо страшных и длительных мучений. Наиболее полным политическим выражением иудаизма стал троцкизм.
Сталин пришел в начале кромешного века, среди войн, революций, великой сатанинской лжи, великого бесовского обмана, на костях народов и на руинах царств, среди сожженных библиотек и оскверненных храмов.
“Богоматерь спасала Россию много раз. Если Россия стояла до сих пор, то только благодаря Царице Небесной. А теперь какое тяжелое время мы переживаем! Теперь университеты наполнены евреями, поляками, а русским места нет! Как может помогать таким людям Царица Небесная? До чего мы дожили!
Интеллигенция наша – просто глупа. Несмысленные, поглупевшие люди! Россия, в лице интеллигенции и части народа, сделалась неверною Господу, забыла все Его благодеяния, отпала от него, сделалась хуже всякой иноплеменной, даже языческой народности. Вы забыли Бога и оставили Его, и Он оставил вас Своим отеческим промыслом и отдал вас в руки необузданного, дикого произвола. Христиане, которые не веруют в Бога, которые с евреями действуют заодно, которым все равно, какая вера: с евреями они евреи, с поляками они поляки, – те не христиане, и погибнут, если не раскаются…”
“Правители-пастыри, что вы сделали из своего стада? Взыщет Господь овец Своих от рук Ваших!.. Он преимущественно надзирает за поведением архиереев и священников, за их деятельностью просветительною, священнодейственною, пастырскою… Нынешний страшный упадок веры и нравов весьма много зависит от холодности к своим паствам многих иерархов и вообще священнического чина”.
“Сколько теперь врагов у нашего Отечества! Наши враги, вы знаете, кто: евреи... Да прекратит наши бедствия Господь, по великой милости Своей! А вы, друзья, крепко стойте за Царя, чтите, любите его, любите святую Церковь и Отечество и помните, что Самодержавие – единственное условие благоденствия России; не будет Самодержавия – не будет России; заберут власть евреи, которые сильно ненавидят нас!”
“Но Всеблагое Провидение не оставит Россию в этом печальном и гибельном состоянии. Оно праведно наказует и ведет к возрождению. Судьбы Божие праведные совершаются над Россией. Ее куют беды и напасти. Не напрасно Тот, кто правит всеми народами, искусно, метко кладет на Свою наковальню подвергаемых Его сильному молоту. Крепись, Россия! Но и кайся, молись, плачь горькими слезами перед твоим небесным Отцом, Которого ты безмерно прогневала!.. Русский народ и другие населяющие Россию племена глубоко развращены, горнило искушений и бедствий для всех необходимо и Господь, не хотящий никому погибнуть, всех пережигает в этом горниле.
Но не бойтесь и не страшитесь, братия, пусть крамольники-сатанисты на минуту утешатся своими адскими успехами: суд им от Бога не коснит и погибель из не дремлет (2Петр. 2.3). Десница Господня найдет всех ненавидящих нас и отомстит за нас праведно. Не будем поэтому предаватья унынию, видя все ныне происходящее в мире…”
“Я предвижу восстановление мощной России, еще более сильной и могучей. На костях мучеников, как на крепком фундаменте, будет воздвигнута Русь новая – по старому образцу; крепкая своей верою во Христа Бога и во Святую Троицу! И будет по завету святого князя Владимира – как единая Церковь! Перестали понимать русские люди, что такое Русь: она есть подножие Престола Господня! Русский человек должен понять это и благодарить Бога за то, что он русский”.
О. Иоанн мужественно выступил против еврейской революции и в церковных проповедях напоминал власти её долг подавлять смуту. Не только народу, но и начальству он указывал 13-ю главу послания к римлянам:
 "Начальник не напрасно носит меч: он Божий слуга, отмститель в наказание делающему зло".
Заслуживает внимания и ещё одно пророчество. Государь Павел Петрович беседовал с загадочным прорицателем монахом Авелем и «спрашивал у него по секрету, что ему случится.
В зале был разлит мягкий свет. В лучах догоравшего заката, казалось, оживали библейские мотивы. Вокруг царила тишина и торжественность.
Пристальный взор Императора Павла Петровича встретился с кроткими глазами стоявшего пред ним монаха Авеля. В них, как в зеркале, отражались любовь, мир и отрада.
Императору сразу полюбился этот, весь овеянный смирением, постом и молитвой, загадочный инок. О прозорливости его уже давно шла широкая молва. Ведомо было Императору Павлу Петровичу и то, как Авель точно предрек день кончины его Августейшей Родительницы, ныне в Бозе почивающей Государыни Императрицы Екатерины Алексеевны. И вчерашнего дня, когда зашла речь о вещем Авеле, Его Величество повелел соизволить завтра же нарочито доставить его в Гатчинский дворец, в коем имел пребывание Двор.
Ласково улыбнувшись, Император Павел Петрович милостиво обратился к иноку Авелю с вопросом, как давно он принял постриг, и в каких монастырях спасался.
- Честный отец, - промолвил Император, - о тебе говорят, да я и сам вижу, что на тебе явно почиет благодать Божия. Что скажешь ты о моем царствовании и судьбе моей? Что зришь ты прозорливыми очами о роде моем во мгле веков и о Державе Российской? Назови поименно преемников моих на престоле Российском, предреки и их судьбу.
- Эх, Батюшка-Царь! - покачал головой Авель. - Почто себе печаль предречь меня понуждаешь?
- Говори! Все говори! Ничего не утаивай! Я не боюсь, и ты не бойся.
- Коротко будет царствование твое, и вижу я, грешный, лютый конец твой. На Софрония Иерусалимского от неверных слуг мученическую кончину приемлешь, в опочивальне своей удушен будешь злодеями, коих греешь ты на царственной груди своей. В Страстную Субботу погребут тебя... Они же, злодеи сии, стремясь оправдать свой великий грех цареубийства, возгласят тебя безумным, будут поносить добрую память твою...
Но народ Русский правдивой душой своей поймет и оценит тебя и к гробнице твоей понесет скорби свои, прося твоего заступничества и умягчения сердец неправедных и жестоких. Число лет твоих подобно счету букв изречения на фронтоне твоего замка, в коем во-истину обетование и о Царственном доме твоем: «Дому Твоему подобает святыня Господи в долготу дний...»
- О сем ты прав, - изрек Император Павел Петрович. - Девиз сей получил я в особом откровении, совместно с повелением воздвигнуть Собор во имя Святаго Архистратига Михаила, где ныне воздвигнут Михайловский замок. Вождю Небесных воинств посвятил и замок, и церковь.
А к словам сим Павла Петровича сказать следует пояснительно многим неизвестное. Странное и чудное видение бысть часовому, у летнего дворца стоявшему. Во дворце том, в лето Господне 1754 сентября 20-го, Павел Петрович родился. А когда снесен дворец был, на том месте замок Михайловский воздвигся. Предстал часовому тому внезапно, в свете славы небесной, Архистратиг Михаил, и от видения своего обомлел в трепете часовой, фузелея (ружье) в руке заходила даже. И веление Архангела было: в честь его Собор тут воздвигнуть и Царю Павлу сие доложить, непременнейше. Особое происшествие по начальству, конечно, пошло, а оно Павлу Петровичу обо всем доносит. Павел же Петрович отвечал: «Уже знаю». Видать-то до того ему было все ведомо, а явление часовому вроде поощрения было...
- А пошто, Государь, повеление Архистратига Михаила не исполнил в точности? - сказал Его Величеству Авель со смирением. - Ни цари, ни народы не могут менять волю Божию... Зрю в нем предвременную гробницу твою, благоверный Государь. И резеденцией потомков твоих, как мыслишь, он не будет... О судьбе же Державы Российской было в молитве откровение мне о трех лютых игах: татарском, польском и грядущем еще - безбожном (жидовском).
- Что? Святая Русь под игом безбожным? Не быть сему во веки! - гневно нахмурился Император Павел Петрович. - Пустое болтаешь, черноризец.
- А где татары, Ваше Императорское Величество? Где поляки? И с игом жидовским то же будет. О том не печалься, Батюшка-Царь: христоубийцы понесут свое.
- Что ждет преемника моего, Цесаревича Александра?
- Француз Москву при нем спалит, а он Париж у него заберет и Благословенным наречется. Но невмоготу станет ему скорбь тайная, и тяжек покажется ему венец царский, и подвиг царского служения заменит он подвигом поста, и молитвы, и праведным будет в очех Божиих...
- А кто наследует Императору Александру?
- Сын твой Николай...
- Как? У Александра не будет сына? Тогда Цесаревич Константин.
- Константин царствовать не будет, памятуя судьбу твою, и от мора кончину приемлет. Начало же правления сына твоего Николая дракой, бунтом вольтерьянским зачнется. Сие будет семя злотворное, семя пагубное для России, кабы не благодать Божия, Россию покрывающая... Лет через сто примерно после того, оскудеет Дом Пресвятыя Богородицы, в мерзость запустения обратится...
- После сына моего Николая на Престоле Российском кто будет?
- Внук твой, Александр Второй, Царем Освободителем преднареченный. Твой замысел исполнен будет, крепостным он свободу даст, а после турок побьет и славян тоже освободит от ига неверного. Не простят бунтари ему великих деяний, «охоту» на него начнут, убьют среди дня ясного в столице верноподданной отщепенскими руками. Как и ты подвиг служения своего запечатлеет он кровью царственной, а на крови Храм воздвигнется...
- Тогда и начнется тобой реченное иго безбожное?
- Нет еще. Царю Освободителю наследует сын его, а твой правнук Александр Третий. Миротворец истинный. Славно будет царствование его. Осадит крамолу окаянную, мир и порядок наведет он. А только недолго царствовать будет.
- Кому передаст он наследие царское?
- Николаю Второму - Святому Царю, Иову Многострадальному подобному. Будет иметь разум Христов, долготерпение и чистоту голубиную. О нем свидетельствует Писание: Псалмы 90, 10 и 20 открыли мне всю судьбу его. На венец терновый сменит он корону царскую, предан будет народом своим; как некогда Сын Божий. Искупитель будет, искупит собой народ свой - бескровной жертве подобно. Война будет, великая война, мировая. По воздуху люди, как птицы, летать будут, под водою, как рыбы, плавать, серою зловонную друг друга истреблять начнут. Накануне победы рухнет трон царский. Измена же будет расти и умножаться. И предан будет правнук твой, многие потомки твои убелят одежду крови Агнца такожде, мужик с топором возьмет в безумии власть, но и сам опосля восплачется. Наступит воистинну казнь египетсая.
Горько зарыдал вещий Авель и сквозь слезы тихо продолжал:
- Кровь и слезы напоят сырую землю. Кровавые реки потекут. Брат на брата восстанет. И паки: огонь, меч, нашествие иноплеменников и враг внутренний - власть безбожная, будет жид скорпионом бичевать Землю Русскую, грабить святыни ее, закрывать Церкви Божии, казнить лучших людей Русских. Сие есть попущение Божие, гнев Господень за отречение России от своего Богопомазанника. А то ли еще будет! Ангел Господень изливает новые чаши бедствий, чтобы люди в разум пришли. Две войны одна горше другой будут. Новый Батый на Западе поднимет руку. Народ промеж огня и пламени. Но от лица земли не истребится, яко довлеет ему молитва умученного Царя.
- Ужели сие есть кончина Державы Российской и несть и не будет спасения? - вопросил Павел Петрович.
- Невозможное человекам, возможно Богу, - ответствовал Авель, - Бог медлит с помощью, но сказано, что подаст ее вскоре и воздвигнет рог спасения Русского. - И восстанет в изгнании из дома твоего Князь Великий, стоящий за сынов народа твоего. Сей будет Избранник Божий, и на главе его благословение. Он будет един и всем понятен, его учует самое сердце Русское. Облик его будет державен, светел, и никто же речет: «Царь здесь или там», но «это он». Воля народная покорится милости Божией, и он сам подтвердит свое призвание...

Чуть седой, как серебряный тополь.
Он стоит, принимая парад,
Сколько стоил ему Севастополь,
Сколько стоил ему Сталинград!
И в слепые морозные ночи,
Когда фронт заметала пурга,
Его ясные, яркие очи
До конца разглядели врага.
Эти черные, тяжкие годы
Вся надежда была на него.
Из какой сверхмогучей породы
Создавала природа его?
Побеждая в военной науке,
Вражьей кровью окрасив снега,
Он в народа могучие руки
Обнаглевшего принял врага.
И когда подходили вандалы
К нашей древней столице отцов,
Где нашел он таких генералов
И таких легендарных бойцов?
Он взрастил их. Над их воспитаньем
Много думал он ночи и дни.
О, к каким грозовым испытаньям
Подготовлены были они!
И в боях за Отчизну суровых
Шли бесстрашно на смерть за него,
За его справедливое слово,
За великую правду его.
Как высоко вознес он державу,
Вождь советских народов-друзей,
И какую всемирную славу
Создал он для Отчизны своей!
Тот же взгляд. Те же речи простые.
Так же скупы и мудры слова ...
Над развёрнутой картой России
Поседела его голова.


Имя его трикратно суждено в Истории Российской. Пути бы иные сызнова были на Русское горе. Два уже были ОДНОМУ БОГАТЫРИ СЛУЖИЛИ, второй рожден будет в один день, а чевствовать его в другой станут, на третьем метка судьбы в нем спасение и счастье державы.

И чуть слышно, будто боясь, что тайну подслушают стены Дворца, Авель нарек самое имя. Страха темной силы ради, имя сие да пребудет сокрыто до времени...
- Велика будет потом Россия, сбросив иго безбожное, - предсказал Авель далее. Вернется к истокам древней жизни своей, ко временам Равноапостольного, уму-разуму научится беседою кровавой. Дымом фимиама и молитв наполнится и процветет аки крин небесный. Великая судьба предназначена ей. Оттого и пострадает она, чтобы очиститься и возжечь свет во откровение языков...
В глазах Авеля горел пророческий огонь, нездешней силы. Вот упал один из закатных лучей солнца, и в диске света пророчество его вставало в непреложной истине.
Император Павел Петрович глубоко задумался, и в глазах его, устремленных вдаль, как бы через завесу грядущего, отразились глубокие переживания царские.
- Ты говоришь, что иго безбожное нависнет над моей Россией лет через сто. Прадед мой, Петр Великий, о судьбе моей рек то же, что и ты. Почитаю и я за благо о том, что ныне ты предрек мне о потомке моем, Николае Втором, предварить его, дабы пред ним открылась книга судеб. Да ведает правнук свой крестный путь, славу страстей и долготерпения своего. Запечатлей же, преподобный отец, реченное тобою, изложи все письменно. Я же на предсказание твое наложу печать и до правнука моего писание твое будет нерушимо хранится здесь, в Гатчинском дворце моем. Иди, Авель, и молись неустанно в келии своей о мне, роде моем и счастье нашей Державы.
И, вложив представленное писание Авелево в конверт, на оном собственноручно начертать соизволил: «Вскрыть Потомку Нашему в столетний день Моей кончины».
Сбылось предсказание Мессии
И "тьма" пересилила "свет"!
Явился Антихрист в России,
Кровавый тиран Бафомет.
Крамолой все царство объято,
Нет буйствам и распрям конца;
Брат поднял десницу на брата,
Сын поднял свой меч на отца.
И режутся русские люди,
И бьются два стана врагов;
От слез надрываются груди,
У сирот-малюток и вдов;
Но дьявол не спит и не дремлет:
Он полон коварства и зол;
На Церкви он руку подъемлет:
И рушится Божий престол.
Справляет свой праздник злодей,
Сжигая культуру в огне,
И новый удар иудеи
Готовят Христовой стране.
Народ обратился в лагуну,
Он прет из далекой глуши.
Китаец спасает коммуну,
Пируют в Кремле латыши.
Трепещут от стонов застенки.
За пыткою пытка спешит,
И выкрик неистовый: " к стенке!"
Из дьявольской пасти звучит.
Ликует Антихрист-Иуда,
Довольный успехом побед:
Свершилось вселенское чудо,
И царства христьянскаго - нет!
Гремит сатана батогами
И, в пляске над грудой гробов,
Кровавой звездой и рогами
Своих награждает рабов.
И воинство с "красной звездою"
Приняв роковую печать,
К кресту пригвождает с хулою
Несчастную Родину-Мать!
Галактики и светила рождаются среди катастрофы Вселенной. Рай рождается среди катастрофы «ветхого мира». Сталин возник посреди катастрофы, освещенный ее прожекторами. Реял над миром весь век, как огромная хоругвь в скрещении ртутных лучей. То, что И.В.Сталин вполне мог владеть тайной библиотеки Ивана Грозного, о которой столько споров, вряд ли вызывает сомнение. Сталин знал и пони¬мал значительно больше, чем принято считать. О великодержавной направ¬ленности его политики давно уже пора сказать правду, ибо Сталин оклеветан не меньше, а скорее даже больше, чем Иван Грозный.
Одним из первых современников Сталина усмотрел в его деяниях само¬державный характер дипломат Сергей Дмитриевский. В его книге «Сталин» есть глава «Самодержавие партии». Автор писал:
«Сталин, сведя постепенно на нет все зачатки советского демократизма, создавшиеся было в последние ленинские годы, довел до крайнего выраже¬ние самодержавие партии в стране. В то же время в самой партии централи¬зация была доведена до крайних своих выражений ... И в то же время власть — как ни странно — не отдалялась, но приближалась к массам ... В самую партию были вовлечены большие массы новых членов. Один за другим объяв¬лялись наборы в партию «рабочих от станка», их принимали в нее десятками и сотнями тысяч. Но это не ослабляло, но усиливало диктаторскую верхушку... Все увеличивающаяся масса народных членов партии шла за сталинской груп¬пой главным образом, потому что находила в ней, в ее стремлениях, в ее идеях, в самой психологии людей, ее составлявших, что-то близкое и родственное себе. Она ощущала, что Сталин и его люди не просто играют в политику, не просто ищут власти, ради нее самой, ради выгод, какие она дает, но искренне стремятся что-то дать народу.
И эти широкие массы нового партийного материала, сочетавшись с на¬родным же по своему происхождению и по своим устремлениям руковод¬ством, выполняли для него громаднейшую службу: они тысячами нитей связа¬ли партию, вернее сталинскую ее группу, с народными массами, которые они представляли, служили в этой массе проводниками идеологии и действий сталинизма...»
И русский народ пошел за Сталиным, пошел не случайно, пошел потому что даже после долгих лет кровавого террора, к которому Сталин не был ни коем образом причастен, не утратил своего имперского сознания, ибо идея справедливого Самодержавия, справедливого Царя жила, да и до сих пор еще живет в генах Русского народа.
Не цель этой работы разбор причин и следствий падения Русского Право¬славного Самодержавия. Но нельзя не сказать о том, что Сталин совершен¬но сознательно боролся с теми, кто разрушил Русское Самодержавие и стре¬мился уничтожить Русский народ.
Цели революции четко и ясно определил Троцкий. Вот они:
«Мы должны превратить Россию в пустыню, населенную белыми неграми, которым дадим такую тиранию, какая не снилась никогда самым страшным деспотам Востока.
Разница лишь в том, что тирания эта будет не справа, а слева, и не белая, а красная, в буквальном смысле этого слова красная, ибо мы прольем такие потоки крови, перед которыми содрогнутся и побледнеют все человеческие потери капиталистических войн.
Крупнейшие банкиры из-за океана будут работать в теснейшем контакте с нами. Если мы выиграем революцию, раздавим Россию, то на погребальных обломках ее укрепим власть сионизма и станем такой силой, перед которой весь мир опустится на колени. Мы покажем, что такое настоящая власть.
Путем террора, кровавых бань мы доведем Русскую интеллигенцию до пол¬ного идиотизма, до животного состояния... А пока наши юноши в кожаных куртках — сыновья часовых дел мастеров из Одессы и Орши, Гомеля и Винни¬цы, о, как великолепно, как восхитительно умеют они ненавидеть все Русское! С каким наслаждением они уничтожают Русскую интеллигенцию — офицеров, инженеров, учителей, священников, генералов, академиков, писателей...»(Цит*. по: Война по законам подлости. Минск. ЗАО «Православная инициатива». 1999. с.6).
Вот цели и задачи Троцкого. Вот цели и задачи революции. Но каковы же задачи Сталина, каковы его цели, ведь он тоже участвовал в событиях револю¬ции? В своем «Завещании», датированном январем-февралем 1953 года, Ста¬лин, наверное,впервые признался с такой ясностью:
«Я никогда не был настоящим революционером, вся моя жизнь — непрекращающаяся борьба с сионизмом, цель которого — установле¬ние нового мирового порядка при господстве еврейской буржуазии... Чтобы достичь этого, им необходимо развалить СССР, Россию, унич¬тожить Веру, превратить русский державный народ в безродных кос¬мополитов.
Противостоять их планам может только Империя. Не будет ее — погибнет Россия, погибнет Мир... Хватит утопий. Ничего лучше монар¬хии придумать невозможно, а значит, не нужно. Я всегда приклонялсяперед гением и величием Русских Царей. От единовластия нам никуда не уйти. Но диктатора должен сменить Самодержец. Когда придет время...». (Лит, по: Война по законам подлости... с.4).
Как видим, задачи диаметрально противоположны. Если бы Сталин был «настоящим революционером» мы бы с вами даже и не родились на нашей многострадальной земле. Здесь давно была бы пустыня, населенная «белыми неграми», о чем мечтал Троцкий и его соратники, которые были заслуженно наказаны Сталиным в тридцатые годы.
Идя к намеченной цели, Сталин постепенно, шаг за шагом отбирал власть у троцкистов и передавал в руки своих соратников, не всегда понимавших конечную Самодержавную цель Сталинских деяний, но вполне принявших зада¬чи возрождения страны и превращения ее в могучую державу.
Это о его державных Сталинских деяниях писал величайший русский религиозный философ Г.П.Федотов, изгнанный из России троцкистами: «Огром¬ные глыбы, давившие Россию семнадцать лет своей тяжестью, подтаяли и ру¬шатся одна за другой. Это настоящая контрреволюция, проводимая сверху. Так как она не затрагивает ни политического, ни социального строя, то ее можно назвать бытовой контрреволюцией. Бытовой и вместе с тем духовной, идеологической... право юношей на любовь и девушек на семью, право роди¬телей на детей и на приличную школу, право на «веселую жизнь», на елку (троцкисты и елку запретили) и на какой-то минимум обряда — старого обря¬да, украшавшего жизнь, означает для России восстание из мертвых».
Г.П. Федотов не точен лишь в одном — не может быть только бытовой контрреволюции, бытовая контрреволюция может стать лишь следствием кон¬трреволюции всеобъемлющей, политической, военной, государственной. Ста¬лин создавал основы Самодержавного правления. И Сергей Дмитриевский в книге «Сталин» точно подметил, что Русский народ в своей массе неосознан¬но почувствовал в Сталине Самодержавного правителя, почувствовал еще ге¬нетически не забытого Справедливого Царя-Батюшку. А генетически Русский народ всегда был народом признававшим Самодержавие как высшую форму Правды и Справедливости.
Гляжу спокойно в даль веков,
Без сожаленья и боязни -
Что для меня мятеж рабов,
Насилья, стоны, кровь и казни,
Ничто не ново под луной -
Гроза пройдет, покой настанет,
И над смирившейся волной
Сиять, как прежде, солнце станет.
Всему свой срок, своя пора,
Пургу зимы весна сменяет,
И сплав льдяного серебра
Улыбкой знойной расплавляет...
Ударит час - родной слепец
От красных бельм своих прозреет,
И все постигнет наконец,
И козни вражий рассеет.
Крестом саженным осенясь,
Спокойно,вдумчиво и кротко,
Он с правдой установит связь,
И истину запишет четко.
К Европе подлой став спиной,
И углубясь во мглу преданий,
Он вынет гордо быт родной
Из погребов воспоминаний.
Пройдя сквозь грозный строй невзгод
И раскусив нутром обманы,
Начнет зализывать народ
Свои дымящиеся раны.
Он вспомнит набожных Царей,
Их правду, милость и смиренье,
И проклянет поводырей
Богопротивного движенья.
Пройдет неистовый угар,
И жажда зверств и дикой воли,
И то, что буйный сжег пожар,
Отстроит горб покорной голи.
Опять возьмется Божий люд
За ржавый заступ и лопату,
Проснутся знанья, долг и труд,
И брат протянет руку брату.
Народ настолько принял Сталина, что сам Сталин смог в годину испытаний 3 июля 1941 года, обращаясь к Русскому народу с искренними душевными словами, сказать: «Братья и сестры!» Это обращение давно уже утвердилось в Русской Православной Церкви. Но разве Сталин был верующим, может спро¬сить кто-то из непосвященных читателей? Да, был. Известно ведь, что Сталин с отличием закончил духовное училище в Гори и почти закончил Православную тифлисскую духовную семинарию, известно, что он получил благо¬словение в Ново-Иерусалимском монастыре на мессианскую деятельность во имя спасения России (а мессия в переводе на русский — помазанник), известно, что в годы Великой Отечественной войны часто приезжал в Храм Всех Святых на Соколе и молился о даровании победы Русскому оружию.
А как же борьба с религией? К ней Сталин был не причастен. Напротив, он боролся с воинствующими безбожниками. Об этом свидетельствуют доку¬менты. Они приведены в №12 журнала «Наш Современник» за 1999 год в публикации священника Дмитрия Дудко:
 «Выписка из протокола заседания политбюро ЦК от 12.09.33 г.
1. В период с 20-30 годов в Москве и на территории прилегающих райо¬нов полностью уничтожено 150 храмов, 300 из них (оставшихся) переоборудо¬ваны в заводские цеха, клубы, общежития, тюрьмы, изоляторы и колонии для подростков и беспризорников.
Планы архитектурных застроек предусматривают снос более чем 500 ос¬тавшихся строений храмов и церквей.
На основании изложенного ЦК считает невозможным проектирование за¬строек за счет разрушения храмов и церквей, что следует считать памятника¬ми архитектуры древнерусского зодчества.
Органы Советской власти и рабоче-крестьянской милиции обязаны при¬нимать меры вплоть до дисциплинарной и партийной ответственности по ох¬ране памятников архитектуры древнерусского зодчества.
Секретарь ЦК И.Сталин».
Как видим, уже в 1933 году И.В.Сталин набрал тот необходимый минимум сил, чтобы начать политику духовного возрождения державы. Примерно об этом времени писал и Г.П.Федотов. Вспомните — 17 лет. Это 1934 год.
Сталин и в дальнейшем не оставлял без внимания вопросы Православной веры. Вот еще один документ, который привел священник Дмитрий Дудко.
 «Выписка из протокола заседания политбюро ЦК от 11.11.39 г.
Вопросы религии.
В отношении к религии, служителям Русской Православной Церкви и пра¬вославно верующим ЦК постановляет:
1) Признать нецелесообразным впреть практику органов НКВД СССР в части арестов служителей русской православной Церкви, преследование ве¬рующих.
2) Указание товарища Ульянова (Ленина) от 1 мая 1919 года за № 13666-2 «О борьбе с попами и религией» адресованных пред. ВЧК това¬рищу Дзержинскому и все соответствующие инструкции ВЧК — ОГПУ НКВД, касающиеся преследования служителей русской православной Церкви и православно верующих, отменить.
3) НКВД произвести ревизию осужденных и арестованных граждан, по де¬лам связанных с богослужительской деятельностью. Освободить из-под стражи и заменить наказание на не связанные с лишением свободы осужденным по указанным мотивам, если деятельность этих граждан не нанесла вреда совет¬ской власти.
4) Вопрос о судьбе верующих, находящихся под стражей и в тюрьмах, при¬надлежащих иным конфессиям, ЦК вынесет решение дополнительно.
Секретарь ЦК И.Сталин».
И.В.Сталин понимал, что воскрешение Русской Православной Державы невозможно без восстановления Православного самосознания.( Это максимально сакральная религия в христианстве, вплоть до того, что уместно поставить вопрос: а правомочно ли вообще называть Православие "религией", покрывает ли это латинское слово такой комплекс идей как Вера, вероисповедание, Церковь.)
 В «Завещании» Сталин писал:
«Пришла пора объявить новый крестовый поход против интернаци¬онализма, а возглавить его сможет только новый Русский Орден, к созданию которого нужно приступить незамедлительно. Помните: силь¬ная Россию миру не нужна, никто нам не поможет, рассчитывать мож¬но только на свои собственные силы...»
А в Приложении добавил:
«Я думаю, что Ордену надо дать дополнительное название — Орден Алек¬сандра Невского с девизом: «Не в силе Бог, а в Правде». И не забывайте слова Спасителя: «Не мир принес вам, но меч!»
О задачах Русского Ордена. Главная и определяющая — это объединение всех сил на борьбу за Великую Русь.
— Воспитание кадров управляющей элиты.
— Пропаганда патриотизма, русской национальной идеи, правды истории, защита Православия.
— Подготовка условий для восстановления Российской Империи и Само¬державия.
— Борьба с масонским и сионистским влиянием в России, его истребле¬ние.
— Главенствующая роль русского народа (инородцы и иноверцы должны знать свое место).
— Выдвижение из Среды Русского Ордена «своего» царя — когда придет время...» (Цит.по: Война по законам подлости... с.4-5).
Об этом И.В.Сталин писал в 1953 году, но к этому шел постепенно и неук¬лонно на протяжении всей своей деятельности на посту высшего правителя России. Он, как сын выдающегося русского военного разведчика, генерал-майора Главного разведывательного управления Генерального штаба Нико¬лая Михайловича Пржевальского, как внук Александра II и прямой наследник державных деяний всех Русских Царей, мог по праву обратиться 7 ноября 1941 года на беспримерном параде на Красной площади в Москве к воинам Красной Армии, уходящим в бой, со словами «Пусть вдохновляет вас в этой войне мужественный образ наших великих предков...».
Он подчеркнул наших, потому что считал великих предков русского наро¬да своими предками — он ведь точно знал, кто его предки...(Отцом Н.М. Пржевальского был царь Александр II) Такие слова, кото¬рые произнес И.В.Сталин 3 июля 1941 года, 7 ноября 1941 года, в 1943 году (о главенствующей роли Великорусской нации) и 24 мая 1945 года, провозг¬лашая тост за великий Русский народ, мог произнести только человек, в жилах которого, говоря словами знаменитого А.Шишкова (Государственного секре¬таря России в 1812 году), текла «громкая победная кровь славян».
Именно государственный деятель, в жилах которого текла «громкая побед¬ная кровь славян» мог с гордостью произнести слова, которые произнес в 1943 году: «Некоторые товарищи еще не понимают, что главная сила в нашей стране Великая, Великорусская нация. А это надо понимать». Именно такой государственный деятель после многих лет оплевывания русской истории смог восстановить уважение к великому прошлому России, лишь такой человек как Сталин мог вернуть офицерские и генеральские зва¬ния, а затем и погоны, именно такой человек, как Сталин способен был возро¬дить национальный дух, необходимый для созидания нового строя, основанно¬го на идеалах Русского Православного Самодержавия.
     Глубинная сила, заложенная в великие хребты, в течение великих рек, в "розу ветров", в быт и уклад, в космическую и земную мечту евразийских народов, выбирала для своего проявления каждый раз новую элиту взамен одряхлевшей и рухнувшей, через нее творила новый имперский период.
     Элита Киевской Руси, состоявшая из славяно-варяжской дружины, управляла колоссальных размеров страной, воевала, строила, собирала дани, усмиряла бунты, крестила волхвов, одевала монашеский клобук и творила летописи, писала "Слово о полку Игореве". А когда обленилась на богатых кормлениях, накушалась всласть на пирах, обособилась в каждом молодом князе и отроке, Киевская Русь была уничтожена либеральным эгоизмом, освобождавшим князьков от воли властного Центра, рассыпалась на крошечные наделы размером в 6 соток, стала легкой добычей татарской конницы.
     Элитой Московской Руси были бояре и воеводы в окружении Великого Князя — его длинные руки, скорые мысли, мудрое прозрение о "Третьем Риме", водители полков и советники, раздобревшие на княжении, задремавшие на воеводстве, возмечтавшие в своей гордыне о собственных Великих Престолах. Стали угрозой государственной целостности, легли под топор царя Ивана, окровенили стогны Твери и Новгорода, посаженные на копья поплыли по Волге и Тверцу. Обезглавленная боярская Русь, лишенная разума и государственной воли, стала полонянкой польских гетманов, татарских стрелков, казацких смутьянов. Была растерта в комок пыли либералами XVI века, превратилась в перекати-поле смутного времени.
     Худородное дворянство сложило сословие, стало той элитой, которая выстроила Великороссию, соединила Русь с Украиной, утвердилась в Сибири, прошла с полками Скобелева до Бухары, завоевала и воспела Кавказ, написала "Войну и мир" и "Братьев Карамазовых", выиграла Бородино и Балканскую войну. Утомленная и изнеженная, продырявленная, как сыр, пороками аристократизма и декаданса, проиграла в карты Россию, прозевала ее на спиритических сеансах, сломалась на Русско-Японской и Германской, вольнодумствовала на митингах, толкнула царя подписать Манифест, а потом отшатнулась от него, передав без единого выстрела в руки Керенского, Троцкого и Юровского. В смерти русской империи повинно дворянство, превратившееся из воинов, петровских бомбардиров, генштабистских путешественников и исследователей, в рефлексирующих либералов. Пришествие Сталина было великой тайной умирающей Империи, каким-то чудом успевшей на излете своей многовековой судьбы найти невозможное, парадоксальное, выходящее за рамки человеческого понимания продолжение. Наследник русских царей явился с отдаленной кавказской окраины, материализовался из персти и праха, поднялся с самых низов архаичного общества. Сбылось евангельское пророчество о последних, которых станут первыми. Сбылось и пророчество Авеля. Возможно, впрочем, что с позиций особой, высшей, сверхисторической логики - не могло быть иначе.
Нездешняя, высшая, внеположная человеческому началу сила вела Сталина к власти. И он - больше, чем кто-либо до него, ощущал глубинную мистику власти, был пронизан и преображен ею в готовый к апокалиптической схватке Молот Провидения. Он верил, что власть - священна, дарована Богом, и потому не разменивается на золото и нефть, не продается и не отдается тому, кто не имеет на нее право.
Власть не разменивается даже на жизнь - для посвященных в имперские мистерии жизнь без власти лишена всякого смысла. Не потому, что утративший власть становится таким, «как все люди», - эта проблема всегда беспокоила только деспотов, узурпаторов, тиранов, не имеющих права власть. Для Сталина власть была неизбежным и необходимым условием для воплощения той колоссальной исторической сверхзадачи, поставленной перед Россией высшими, небесными силами в те дни, когда еще не было ни Рюриковичей, ни славян, ни скифов, когда еще не успела начаться человеческая история. Эта сверхзадача, сокровенная сердцевина небесных предначертаний русской судьбы, стала для Сталина его личной судьбой.
И когда над Россией нависала опасность, он знал, что не имел права на поражение. Он должен был победить и он победил, вложив ледоруб в руку Рамона Меркадера, опрокинув вторгшиеся с Запада оккупационные орды, заслонив Россию ядерным щитом от испепеливших Хиросиму американских изуверов. (На «Рождественских чтениях» (секция «Плащаницы») прозвучало, что прп. Серафим Саровский является небесным покровителем физиков - ядерщиков. Вообще, это очень интересный факт).
Он вел войну против всех «сильных мира сего», завершившуюся очевидной, безусловной и абсолютной Победой: все враги Вождя были «повержены под нози его» - нашел свою смерть бежавший на край земли Троцкий, взвилось красное знамя над рейхстагом, рухнула британская империя, с позором ушли с Севера Кореи американские дивизии. Сталин не знал, что такое «поражение», таинственным образом воплощая в себе черты всех великих русских государей прошлых времен - от Ивана Грозного до Петра Великого. Они были его учителями, его идеальными героями, которых он и превзошел далеко и безмерно, сделав все, о чем они только могли помыслить. Он успел за тридцать лет реализовать почти все исторические возможности России, когда-либо возникавшие за ее тысячелетнюю историю, придал своей Империи планетарный, космический масштаб, обозначил ее границы по линиям едва видимых с земли созвездий, удаленных от нас на десятки тысяч световых лет.    
Посвященные видели в его Державе архетипический образ Рая, воплощенной гармонии и красоты. Взвившиеся в небо ракеты и купола церквей, указующие своими линиями на лежащую за гранью Вселенной скрытую точку Абсолютного Света, служили маяками будущим небесным кораблям, плывущим навстречу космическому ветру. Придав России четвертое, космическое измерение, Сталин достиг невиданной доселе полноты социального творчества, превзойти которую, возможно, не будет суждено никому.
Сейчас ясно, что деяния Сталина совершены не человеком из плоти и крови, а  иным, более высоким и совершенным существом, над которым не властны человеческие борения и страсти.
Что общего между «вождем социализма» И.В.Сталиным и Русским Самодержавием?
Но это только на первый взгляд. Даже самый лютый и коварный враг и русского народа, и России, и, конечно, И.В.Сталина - Гитлер усмотрел эту связь, заявив:
«Сталин лишь претворяется, будто он герольд большевистской революции. На самом деле он отождествляет себя с Россией и Царями и просто возродил традицию панславизма. Для него большевизм только средство, только маскировка, цель которой обмануть германские и латинские народы».
Иного выхода у Сталина и не было. Для того, чтобы выстоять в схватке с лютым врагом, нужно было создать лучшую, чем у врага, государственную организацию и создать её незаметно для врага. Такой организацией могло быть только Самодержавие, проверенное временем.
Ведь, как указывал Николай Черняев, «постоянная опасность извне была одной из причин колоссального развития Русского Самодержавия».
На протяжении многих веков повторяется с очевидной четкостью, что когда враг путем коварства, подкупа, обмана, политических фокусов добивается ослабления Русской Державы, когда нависает над нею смертельная опасность, Русский Народ собирается с силами и с честью выходит из любых испытаний. Размышляя на эту тему, Николай Черняев ставит вопрос: «Чем же объясняется, что Царская власть в России с каждым годом усиливалась и крепла, несмотря на то, что ей приходилось иметь дело и с такими эпохами, как Смутное время, и с тысячами самых тяжелых испытаний? Тем, что Русское Самодержавие органически развилось в России, тем, что оно пустило глубокие корни в русскую почву и вполне отвечает потребностям Русского народа и государства, как определились они под воздействием географических, этнографических, исторических и культурных условий. Только глубокое невежество и узкое доктринерство могут считать наше самодержавие делом случая или чем-то таким, что может быть изменено или устранено по произволу. Государство, которому постоянно угрожает опасность извне и которому поэтому должно напрягать все силы для того, чтобы иметь возможность всегда отразить неприятеля, не может обойтись без сильной власти: армия и вообще вооруженная оборона страны прежде всего нуждаются в единоличном управлении. Вот почему даже те народы, которые сроднились с республиканскими учреждениями, во время опасности прибегают к диктатуре, как к единственному средству сосредоточить все свои силы на борьбе с врагом.
Именно военная угроза сплотила Русь, именно военная угроза, со всех сторон ожидаемая, выковала Русское Самодержавие. Именно военная угроза выковала подлинных Русских патриотов, а патриотизм, по словам Петра Евгеньевича Казанского, «есть сознание своей политической принадлежности к определенному государству и своей жизненной общности с ним, сознание своей политической национальности».
Вдумаемся в последнюю фразу! В России сложилось свое, отличное от других стран понимание политической национальности. Говоря «я счастлив, предводительствуя русскими», Кутузов имел в виду и русских офицеров, и русских солдат, и русских партизан, и русских генералов, среди которых были и греки Милорадович и Арнольди, и грузин Багратион, и армянин Мадатов.
На огромных среднерусских равнинах Россия, как Государство, «поглотило в себе разные народности. В этом смысле можно говорить, что государство есть, пожалуй, тоже народность: и считается своего рода национальностью».
Но это относится к России и только к России. Только в России и именно в Великокняжеской, затем Царской, Импе¬раторской и наконец... Социалистической, только в Православной Самодержавной России было необыкновенное единение народов.
Р.Д.Катков писал:
«Для великих подвигов нужна и великая власть. А подвиг управления Российской Империей, при разнородности ее состава и при отсутствии внутренней дисциплины в народных массах, как и в так называемом образованном обществе, действительно великий».
Но этот великий подвиг был возможен только при одном условии, на которое указал П.Н.Семенов: «Наша Самодержавная власть есть единственная неподкупная власть в мире, стоящая вне всякого зла, пристрастия партий».
Эта власть не давала темным силам запада сломить Россию, потому что, если даже и удавалось найти продажных чиновников, если удавалось организовать заговоры предателей, то оставался один человек - Самодержец, который был тверд и неподкупен, человек, которому мог верить каждый в государстве.-
Вера в Государя-батюшку действительно жила в каждом русском и она вовсе не достойна насмешек, которым ее подвергали коварные убийцы этой веры.
Но почему же все-таки так ненавистна Россия темным силам Запада? Да потому, что она на протяжении всей истории была препятствием для исполнения самых черных замыслов по завоеванию мира этими самыми темными силами и препятство¬вала установлению «нового порядка», так называемого «царства свободы, равенства и братства» для горстки богатых безбожников и рабства для всех народов, для всех людей труда. Эти замыслы не могли осуществиться, пока развивалась и крепла могучая, Православная Держава, то-есть жившая по Высшей Правде Вседержителя! Поэтому острие удара было направлено в первую очередь против Русского Православия, и во вторую очередь против Русского Самодержавия, Православного Самодержавия. «Кому Церковь не мать, тому Бог не отец», - говорили Русские Православные люди.
Православная Держава должна иметь и свои особые жизненные принципы, свои особые принципы должна иметь и Государственная власть в этой державе.
Лев Тихомиров писал: «В числе важнейших обязанностей монархической власти в отношении самой себя находится памятование царских принципов действия и поведения.»
Лев Тихомиров вообще очень любит употреблять слово монар¬хия, хотя монархия и Самодержавие не совсем тождественны.
Михаил Смолин заметил: «Монархия - самая красивая полити¬ческая идея, а самое чистое осуществление идеи Монархии было дано Русским Самодержавием».
Мы уже ответили на вопрос, чем отличается Самодержавие от монархии. Монархия - общий термин. Монархии были разные. Монархия, созданная Наполеоном, несла зло и разрушения, стремилась к захвату власти над другими странами. Армия этой монархии была грабительской, воины бессовестными. В Москве эта армия показала, что состоит из сплошного ворья. И главной причиной было то, что сам монарх - император Наполеон был человеком бессовестным и бесчестным, он легко предавал своих временных союзников, он по меньшей мере дважды (один раз в Африке, во второй раз в России) бросал свои армии на произвол судьбы, унося ноги и спасая лично себя.
«Те правила, которые можно назвать «царскими принципа¬ми», - писал Лев Тихомиров, - конечно имеют значение и для всякого человека, но их совокупность особенно необходима для носителя Верховной власти».
«Но главный царский принцип, - писал он далее, - без сомнения, составляет строжайшее следование долгу. Величайшее зло, которое может происходить от неограниченной власти, это переход ее в произвол. В этом случае не имеет большого значения вопрос о направлении произвола: по доброте ли сердечной он появляется или по жесткости, он одинаково вреден в положении царя. Дело в том, что царь в правлении не должен иметь личных побуждений. Он есть исполнитель Высшей Воли, Там, где эта Высшая Воля указывает необходимость кары и строгости, царь должен быть строгим и карать. Он есть лишь орудие справедливости. Для подданных дается закон, правила поведения и царь, как Верховная власть, должен блюсти за тем, чтобы это было не пустым звуком, а фактом действительности. Он (Царь) существует не для того, чтобы делать, как ему нравится, не для того, чтобы быть тираном или потакать распущенности, а для того, чтобы всех вести к исполнению долга. Поэтому он и сам обязан быть носителем долга. Вот величайший царский принцип, присоблюдении которого монарх только и является действительной Верховной властью нравственного начала».
"Утвержденная Грамота Великого Московского Собора" 21-го февраля 1613-го года.
"Послал Господь Бог Свой Святый Дух в сердца всех православных христиан, яко едиными усты вопияху, что быти на Владимирском и Московском и на всех Государствах Российского Царства, Государем, Царем и Великим Князем всея Руси Самодержцем, Тебе, Великому Государю Михаилу Феодоровичу.
Целовали все Животворный Крест и обет дали, что за Великого Государя, Богом почтенного, Богом избранного и Богом возлюбленного, Царя и Великого Князя Михаила Феодоровича, всея России Самодержца, за Благоверную Царицу и Великую Княгиню, и за Их Царские Дети, которых Им, Государям, впредь Бог даст, души свои и головы положити и служити Им, Государям нашим верою и правдою, всеми душами своими и головами.
Заповедано, чтобы избранник Божий, Царь Михаил Феодорович Романов был родоначальником Правителей на Руси из рода в род, с ответственностью в Своих делах перед Единым Небесным Царем.
И кто же пойдет против сего Соборного постановления — Царь ли, патриарх ли, и всяк человек, да проклянется таковой в сем веке и в будущем, отлучен бо будет он от Святой Троицы.
И иного Государя, помимо Государя, Царя и Великого Князя Михаила Феодоровича, всея России Самодержца, и Их Царских Детей, которых Им, Государям впредь Бог даст, искати и хотети иного Государя из каких людей ни буди, или какое лихо похочет учинити, то нам боярам, и окольничьим, и дворянам, и приказным людям, и гостям, и детям боярским, и всяким людям, на того изменника стояти всею землею за один.
Прочтоша сию Утвержденную Грамоту на Великом Всеросийском Соборе, и выслушав на большее во веки укрепление — быти так во всем по тому, как в сей Утвержденной Грамоте писано. А кто убо не похощет послушати сего Соборного Уложения, его же Бог благослови, и начнет глаголати ино, и молву в людех чинити, то таковый, аще от священных чину, и от бояр, царских синклит и воинских, или ин кто от простых людей, и в каком чину не буди; по священным правилам Св.Апостол и Вселенских седми Соборов — Св.Отец, и Поместных, и по Соборному Уложению всего извержен будет, и от Церкви Божией отлучен, и Святых Христовых Таин приобщения, яко раскольник Церкви Божией и всего православного христианства, мятежник разоритель Закону Божию, а по Царским Законам месть восприимет, и нашего смирения и всего освященного Собора, не буди на нем благословения от ныне и до века. Да будет твердо и неразрушимо в будущая лета, в роды и роды, и не прейдет ни едина черта от написанных в ней.
А на Соборе были Московского Государства изо всех городов, Российского Царства, власти: митрополиты, епископы и архимандриты, игумены, протопопы и весь освященный Собор. Бояре и окольничие, чашники и стольники и стряпчие, думные дворяне и дияки и жильцы, дворяне большие и дворяне из городов, дияки из приказов, головы стрелецкие, и атаманы казачьи, стрельцы и казаки, торговые и посадские и великих чинов всякие служилые и жилецкие люди, и из всех городов, всего Российского Царства выборные люди.
Своеручные подписи.
А уложена и написана бысть сия Утвержденная Грамота за руками и за печатьми Великого Государя нашего Царя и Великого Князя Михаила Феодоровича всея России Самодержца, в царствующем граде Москве, в первое лето царствования его, а от сотворения мира 7121-го".

ОСНОВНЫЕ ГОСУДАРСТВЕННЫЕ ЗАКОНЫ РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ.
1. Государство Российское едино и нераздельно.
2. Великое Княжество Финляндское, составляя нераздельную часть Государства Российского, во внутренних своих делах управляется особыми установлениями на основании особого законодательства.
3. Русский язык есть язык общегосударственный и обязателен в армии, во флоте и во всех государственных и общественных установлениях. Употребление местных языков и наречий в государственных и общественных установлениях определяется особыми законами.
Глава первая.
О СУЩЕСТВЕ ВЕРХОВНОЙ САМОДЕРЖАВНОЙ ВЛАСТИ
4. Императору Всероссийскому принадлежит Верховная Самодержавная Власть. Повиноваться власти Его не только за страх, но и за совесть Сам Бог повелевает.
5. Особа Государя Императора священна и неприкосновенна.
6. Та же Верховная Самодержавная Власть принадлежит Государыне Императрице, когда наследство Престола в порядке, для сего установленном, дойдет до лица женского: но Супруг Ее не почитается Государем: он пользуется почестями и преимуществами, наравне с Супругами Государей, кроме титула.
7. Государь Император осуществляет законодательную власть в единении с Государственным Советом и Государственною Думою.
8. Государю Императору принадлежит почин по всем предметам законодательства. Единственно по его почину Основные Государственные Законы могут подлежать пересмотру в Государственном Совете и Государственной Думе.
9. Государь Император утверждает законы, и без Его утверждения никакой закон не может иметь своего совершения.
10. Власть управления во всем ее объеме принадлежит Государю Императору в пределах всего Государства Российского. В управлении верховном власть его действует непосредственно; в делах же управления подчиненного определенная степень власти вверяется от Него, согласно закону, подлежащим местам и лицам, действующим Его Именем и по Его повелениям.
11. Государь Император, в порядке верховного управления, издает, в соответствии с законами, Указы для устройства и приведения в действие различных частей государственного управления, а равно повеления, необходимые для исполнения законов.
12. Государь Император есть Верховный Руководитель всех внешних сношений Российского Государства с иностранными державами. Им же определяется направление международной политики Российского Государства.
13. Государь Император объявляет войну и заключает мир, а равно договоры с иностранными государствами.
14. Государь Император есть Державный Вождь российской армии и флота. Ему принадлежит верховное начальствование над всеми сухопутными и морскими вооруженными силами Российского Государства. Он определяет устройство армии и флота и издает указы и повеления относительно: дислокации войск, приведения их на военное положение, обучения их, прохождения службы чинами армии и флота и всего вообще, относящегося до устройства вооруженных сил и обороны Российского Государства. Государем Императором, в порядке верховного управления, устанавливаются также ограничения в отношении права жительства и приобретения недвижимого имущества в местностях, которые составляют крепостные районы и опорные пункты для армии и флота.
15. Государь Император объявляет местности на военном или исключительном положении.
16. Государю Императору принадлежит право чеканки монеты и опредение внешнего ее вида.
17. Государь Император назначает и увольняет Председателя Совета Министров, Министров и Главноуправляющих отдельными частями, а также прочих должностных лиц, если для последних не установлено законом иного порядка назначения и увольнения.
18. Государь Император, в порядке верховного управления, устанавливает в отношении служащих ограничения, вызываемые требованиями Государственной службы.
19. Государь Император жалует титулы, ордена и другие государственные отличия, а также право состояния. Им же непосредственно определяются условия и порядок пожалования титулов, орденов и отличий.
20. Государь Император издает непосредственно указы и повеления как в отношении имуществ, личную Его собственность составляющих, так равно в отношении имуществ, именуемых Государевыми, кои, всегда принадлежа Царствующему Императору, не могут быть завещаемы, поступать в раздел и подлежать иным видам отчуждения. Как те, так и другие имущества не подчиняются платежу налогов и сборов.
21. Государю Императору, как Главе Императорского Дома, принадлежат, согласно учреждению о Императорской Фамилии, распоряжения по имуществам удельным. Им же определяются так же устройство состоящих в ведении Министра Императорского Двора учреждений и установлений, равно как и порядок управления оными.
22. Судебная власть осуществляется от имени Государя Императора установленными
законом судами, решения коих приводятся в исполнение Именем Императорского Величества.
23. Государю Императору принадлежит помилование осужденных, смягчение наказаний и общее прощение совершивших преступные деяния с прекращением судебного против них преследования и освобождения их от суда и наказания, а также сложение в путях Монаршего милосердия, казенных взысканий и вообще дарование милостей в случаях особых, не подходящих под действие общих законов, когда сим не нарушаются ничьи огражденные законом интересы и гражданские права.
24. Постановления свода законов о порядке наследия Престола, о совершеннолетии Государя Императора, о правительстве и опеке, о вступлении на Престол и о присяге подданства, о священном короновании и миропомазании, о титуле Его Императорского Величества и о Государственном гербе и о вере сохраняют силу Законов Основных.
25. Учреждение о Императорской Фамилии, сохраняя силу Законов Основных, может быть изменяемо и дополняемо только Лично Государем Императором в предсказываемом Им порядке, если изменения и дополнения сего Учреждения не касаются законов общих и не вызывают нового из казны расхода.
26. Указы и повеления Государя Императора, в порядке верховного управления или непосредственно им издаваемые, скрепляются Председателем Совета Министров либо Главноуправляющим отдельною частью и обнародываются Правительствующим Сенатом.
Глава вторая.
О ПРАВАХ И ОБЯЗАННОСТЯХ РОССИЙСКИХ ПОДДАННЫХ.
27. Условия приобретения прав российского подданства, равно как и их утраты, пределяются законом.
28. Защита Престола и Отечества есть священная обязанность кождого русского подданного. Мужское население, без различия состояний, подлежит военной повинности согласно постановлениям закона.
29. Российские подданные обязаны платить установленные законом налоги и пошлины, а также отбывать повинности согласно постановлениям закона.
30. Никто не может подлежать преследованию за преступное деяние иначе, как в порядке, законом определенном.
31. Никто не может быть задержан под стражею иначе, как в случаях, законом определенных.
32. Никто не может быть судим и наказан иначе, как за преступные деяния, предусмотренные действовавшими во время совершения сих деяний уголовными законами, если притом вновь изданные законы не исключают совершенных виновными деяний из числа преступных.
33. Жилище каждого неприкосновенно. Производство в жилище, без согласия его хозяина, обыска или выемки допускается не иначе, как в случаях и в порядке, законом определенных.
34. Каждый российский подданный имеет право свободно избирать место жительства и занятие, приобретать и отчуждать имущество и беспрепятственно выезжать за пределы Государства. Ограничения в сих правах установлены особыми законами.
35. Собственность неприкосновенна. Принудительное отчуждение недвижимых имуществ, когда сие необходимо для какой-либо государственной или общественной пользы, допускается не иначе, как за справедливое и приличное вознаграждение.
36. Российские подданные имеют право устраивать собрания в целях, не противных законам, мирно и без оружия. Законом определяются условия, при которых могут происходить собрания, порядок их закрытия, а равно ограничение мест для собраний.
37. Каждый может, в пределах, установленных законом, высказывать изустно и письменно свои мысли, а равно распространять их путем печати или иными способами.
38. Российские подданные имеют право образовывать общества и союзы в целях, не противных законам. Условия образования обществ и союзов, порядок их действий, условия и порядок сообщения им прав юридического лица, равно как порядок закрытия обществ и союзов, определяются законом.
39. Российские подданные пользуются свободою веры. Условия пользования этою свободой определяются законом.
40. Правами российских подданных иностранцы, в России пребывающие, пользуются с соблюдением ограничений, установленных законом.
41. Изъятия из действия изложенных в сей главе постановлений в отношении местностей, объявленных на военном положении или в положении исключительном, определены особыми законами.
Указ Именной, состоявшийся в Верховном Тайном Совете 26 апреля 1727 года.
О высылке Жидов из России и наблюдении, дабы они не вывозили с собою золотых и серебряных Российских денег.
Сего Апреля 20, Ее Императорское Величество указала: Жидов, как мужеска, так и женска пола, которые обретаются на Украине и в других Российских городах, тех всех выслать вон из России за рубеж немедленно, и впредь их ни под какими образы в Россию не впускать и того предостерегать во всех местах накрепко; а при отпуске их смотреть накрепко ж, чтобы они из России за рубеж червонных золотых и ни каких Российских серебряных монет и ефимков отнюдь не вывезли; а буде у них червонные и ефимки или какая Российская монета явится и за оные дать им медными деньгами.
Печатается по изданию: Полное собрание законов Российской империи. Собрание первое. Том 7. 1723-1727. СПб., 1830. С. 728.
Указ Именной 2 декабря 1742 года.
О высылке как из Великороссийских, так и из Малороссийских городов, сел и деревень, всех Жидов, какого бы кто звания и достоинства ни был, со всем их имением за границу и о невпускании оных на будущее время в Россию, кроме желающих принять Христианскую веру Греческого вероисповедания.
Как то уже не по однократным предков Наших в разных годах, а напоследок, блаженныя и вечнодостойныя памяти, вселюбезнейшия Матери Нашей Государыни Императрицы Екатерины Алексеевны, в прошлом 1727 году Апреля 26 дня состоявшимся указом, во всей Нашей Империи, как в Великороссийских, так и в Малороссийских городах Жидам жить запрещено; но Нам известно учинилось, что оные Жиды еще в Нашей Империи, а наипаче в Малороссии под разными видами, яко то торгами и содержанием корчем и шинков жительство свое продолжают, от чего не иного какого плода, но токмо, яко от таковых имени Христа Спасителя ненавистников, Нашим верноподданным крайнего вреда ожидать должно. А понеже Наше Всемилостивейшее матернее намерение есть от всех чаемых Нашим верноподданным и всей Нашей Империи случиться могущих худых следствий крайне охранять и отвращать; того для сего в забвении оставить Мы не хотя, Всемилостивейше повелеваем: из всей Нашей Империи, как из Великороссийских, так и из Малороссийских городов, сел и деревень, всех мужска и женска пола Жидов, какого бы кто звания и достоинства ни был, со объявления сего Нашего Высочайшего указа, со всем их имением немедленно выслать за границу, и впредь оных ни под каким видом в Нашу Империю ни для чего не впускать; разве кто из них захочет быть Христианской вере Греческого исповедания; таковых крестя в Нашей Империи, жить им позволить, токмо вон их из Государства уже не выпускать. А некрещенных, как и выше показано, ни под каким претекстом никому не держать. При выпуске же их чрез Наши границы, по силе вышеупомянутого Матери Нашей Государыни указа, предостерегать, и смотреть того накрепко, чтоб они из России за рубеж никаких золотых червонных и никакой же Российской серебряной монеты и ефимков отнюдь не вывозили. А ежели у кого из них такие золотые и серебряные монеты найдутся, оные у них отбирая, платить Российскими медными деньгами, яко то пятикопеечниками, денежками и полушками, которые могут они в Нашей же Империи отдать и куда кому надобно векселя взять; чего всего в Губерниях Губернаторам, а в провинциях и в прочих городах Воеводам, в Малой России же определенным командирам и генеральной, полковой и сотенной Старшине смотреть накрепко, под опасением за неисполнение по сему Высочайшего Нашего гнева и тяжчайшего истяжания.
И чтобы о сем Нашем Всемилостивейшем соизволении, всякого чина и достоинства всем Нашим верным подданным известно было, Всемилостивейше повелели сей Наш Высочайший указ напечатав, во всей Нашей Империи публиковать.
Печатается по изданию: Полное собрание законов Российской империи. Собрание первое. Том 11. 1740-1743. СПб., 1830. С. 727-728.

Указ именной императора Александра I Сенату от 20 декабря 1815 года
О высылках всех иезуитского ордена монахов из Санкт-Петербурга;
о воспрещении им въезда в обе столицы и о приведении католической церкви в Санкт-Петербурге в то положение, в каком она до 1800 года пребывала
По возвращении Нашем, после благополучною окончания внешних дел, в любезное Богом врученное нам отечество, из многих дошедших до нас сведений, жалоб и донесений, удостоверились Мы совершенно в следующих обстоятельствах: Монахи иезуитского ордена Римско-католического исповедования уничтожены были папскою буллою, и как сам он изгнал их из областей своих, так равномерно и все другие державы отринули их от себя, они не имели нигде пристанища. Россия, по добродетельному подвигу человеколюбия и терпимости вере, оставила их у себя, дав им убежище, и гонимых успокоила под своим сильным покровом. Она не возбранила им общаться в круге своего вероисповедания, не отвлекала их от оного ни силою, ни притеснением, ни прельщением, и в воздаяние за то ожидала от них верности, усердия и пользы. По сей надежде допущены они (иезуиты) были до воспитания и наставления юношества. Отцы и матери безбоязненно вверяли им детей своих для обучения науки и благонравия. Но ныне открылось несомненно, что они, не сохраняя долга благодарности и не оставаясь смиренньши духом, как христианский закон повелевает, и кроткими в чужой стране жителями, возомнили потрясать господствующую издревле в Царстве Нашем Православную Греческую Веру, на коей, как на твердом и непоколебимом камени, почивает тишина и благоденствие многочисленного под Скипетром Нашим народа. Они начали сделанную им доверенность употреблять во зло: стали порученных им юношей и некоторые лица из слабейшего женского пола отвлекать от Нашего и прельщать в свое вероисповедание. Домогаться сделать человека отпадшим от своей веры, от веры предков его; погасить в нем любовь к единоверцам, согражданам своим; отделить дух его от духа отечества; посеять раздор и вражду между семействами; отторгнуть брата от брата, сына от отца и дочь от матери; водворить несогласие между чадами единой церкви; сей ли есть глас и воля миролюбивого Бога и единородного сына Его Богочеловека Христа, пролившего за нас пречистую кровь свою, да поживем тихое и мирное житие? По сих деяниях не удивляемся мы более, что сообщество сих монахов от всех держав изгнано и нетерпимо было. Кто в недрах своих потерпит сеятелей вражды и несогласия? Сего ради, бодрствуя о благосостоянии вернаподданного Нам народа, и почитая священным и благоразумным правилом искоренять зло в самом начале оного, дабы не допустить созреть его и принести горькие плоды, повелеваем Мы: Католическую церковь, здесь находящуюся, поставить в то устройство, в коем она пребывала в царствование в Бозе опочивающей Бабки Нашей Императрицы Екатерины II и до 1800 года, выслав немедленно всех иезуитского ордена монахов из Санкт-Петербурга, и воспретя им въезд в обе столицы Наши. Для принятия нужных к скорому исполнению сего мер, и для взятия под надзор состоящего под управлением их дома и училища, даны от Нас Управляющему Министерством полиции и Министру просвещения особые повеления. Митрополиту же Римско-католическому повелено, для непрерывного отправления церковной службы по закону своему, употребить находящихся здесь священников сего исповедания, до прибытия для предбудущего служения монахов католических другого ордена.
Текст приводится по изданию: А.Р. Андреев "История ордена Иезуитов. Иезуиты в Российской Империи"., М. Русская панорама, 1998 (со ссылкой на: Морошкин М. Иезуиты в России с царствования Екатерины II и до нашего времени. Ч 1-2. СПб., 1867-1870)
Указ Сенатский 28 декабря 1828 года с прописанием Высочайше утвержденного положения Комитета Министров. О воспрещении Евреям, выходящим из Царства Польского, водворяться в России.
Правительствующий Сенат слушали представление Г. Министра Финансов, что Киевская Казенная Палата испрашивала разрешения Министерства Финансов: могут ли быть причисляемы в России и на каком основании выходящие из Царства Польского Евреи? Хотя и нет постановления, преграждающего переход Евреев из Царства Польского в Россию; но как положением Комитета Гг. Министров, Высочайше утвержденным в 15 день марта (29 июля) 1824 года, воспрещено Евреям переселение из-за границы в Россию и водворение их в оной, на тот конец, дабы преградить чрезвычайное размножение в России сих людей более вредных, нежели полезных для Государства; то он Министр Финансов полагал: по сим же самым причинам распространить силу вышеозначенного положения и на Евреев Царства Польского, то есть: воспретить выходящим из оного Евреям, водворяться в России и иметь в оной постоянное пребывание. Каковое свое мнение и представлял на рассмотрение Комитета Гг. Министров. Представление сие, быв одобрено Комитетом Гг. Министров, удостоилось Высочайшего утверждения, объявленного оному в заседание 24 прошедшего ноября. О сем Высочайше утвержденном положении Комитета Гг. Министров, он Г. Министр Финансов доносит Правительствующему Сенату, с тем, не благоугодно ли будет дать об исполнении оного, кому следует, указы. Приказали: о сем Высочайше утвержденном положении Комитета Гг. Министров, для надлежащего по оному исполнения, как Киевской, так и прочим Казенным Палатам тех Губерний, в коих Евреям жить дозволено, и всем Губернским Правлениям предписать указами, каковыми дать знать: Гг. Военным Генерал-Губернаторам, Генерал-Губернаторам и Военным Губернаторам, Вице-Канцлеру, и Министрам Внутренних дел и Финансов; в Святейший же Правительствующий Синод и во все Департаменты Правительствующего Сената сообщить ведения
Печатается по изданию: Полное собрание законов Российской империи. Собрание второе. Том 3. 1828. СПб., 1830. С. 1228-1229.
Иоанн Златоуст
СЛОВО ПРОТИВ ИУДЕЕВ
Тяжкая болезнь вызывает язык наш к ее врачеванию — болезнь, поразившая тело Церкви. Ее-то и должно прежде всего искоренить, а потом уж позаботиться и о внешних; должно прежде излечить своих, а потом заняться и чужими. Какая же это болезнь? У жалких и несчастных иудеев наступает непрерывный ряд праздников: трубы, кущи, посты; а многие из тех, которые считаются нашими и говорят о себе, будто веруют по-нашему, одни ходят смотреть на эти праздники, а другие даже участвуют в праздниках и постах иудейских. Этот-то злой обычай я и хочу теперь изгнать из Церкви. Против аномеев можно поговорить и в другое время, и от замедления в этом не будет никакого вреда, но если зараженных иудейством не уврачуем теперь, когда праздники иудеев близко и у дверей, то боюсь, чтобы некоторые из христиан по неудержимой привычке и великому невежеству не приняли участия в этом нечестии; тогда напрасны уже были бы и наши слова об этом. Ибо если они, ничего не услышав от нас сегодня, будут поститься с иудеями, то, после того как грех уже будет сделан, напрасно станем мы прилагать и врачество. Поэтому-то я и спешу предупредить зло. Так поступают и врачи: они прежде всего употребляют средства против сильных и самых острых болезней. Притом же настоящее слово против иудеев сродно с прежним против аномеев, как сродно нечестие аномеев и иудеев, так и настоящие состязания наши сродны с прежними. Аномеи ставят в вину И. Христу то же самое, за что обвинили Его иудеи. За что же обвинили они? За то, что Иисус Христос называл Бога Своим Отцом, делая Себя равным Богу (Ин. 5, 18). За это же обвиняют Его и аномеи, или, вернее сказать, не обвиняют, но даже совсем изглаждают самые слова Иисуса Христа (Ин. 5, 17) и смысл их если не руками, так мыслию. Не удивляйтесь, что иудеев я назвал жалкими. Истинно жалки и несчастны они, намеренно отринувшие и бросившие столько благ, с неба пришедших в их руки. Воссияло им утреннее Солнце правды: они отвергли свет Его и сидят во тьме, а мы, жившие во тьме, привлекли к себе свет и избавились от мрака заблуждения. Они были ветвями святого корня, но отломились; мы не принадлежали к корню — и принесли плод благочестия. Они с малолетства читали пророков и распяли Того, о Ком возвещали пророки; мы не слышали Божественных глаголов и Тому, о Ком предсказано в них, воздали поклонение. Вот почему жалки они, ибо, тогда как другие восхищали и усвояли себе блага, им (иудеям) ниспосланные, сами они отвергли их. Они, призванные к усыновлению, ниспали до сродства с псами, а мы, будучи раньше псами, возмогли по благодати Божией отложить прежнюю неразумность и возвыситься до почести сынов Божиих. Из чего это видно?"Несть добро отъяти хлеба чадом, и поврещи псом" (Мф. 15, 26) — так сказал Христос хананейской жене, называя чадами иудеев, а псами язычников. Но смотри, как после изменился порядок: те (иудеи) сделались псами, а мы — чадами. "Блюдитеся от псов, — говорит о них Павел, — блюдитеся от злых делателей, блюдитеся от сечения. Мы бо есмы обрезание" (Флп. 3, 2—3). Видишь, как бывшие прежде чадами сделались псами? Хочешь узнать, как мы, бывшие прежде псами, сделались чадами? "Елицы же прияша Его, — говорит евангелист, — даде им область чадом Божиим быти" (Ин. 1, 12). Нет ничего жалче иудеев: они всегда идут против собственного спасения. Когда надлежало соблюдать закон, они попрали его, а теперь, когда закон перестал действовать, они упорствуют в том, чтобы соблюдать его. Что может быть жалче тех людей, которые раздражают Бога не только преступлением закона, но и соблюдением его? Поэтому, говорит Св. Стефан, "жестоковыйнии и необрезаннии сердцы и ушесы, вы присно Духу Святому противитеся" (Деян. 7, 51) не только нарушением закона, но и неблаговременным желанием соблюдать его. И справедливо он назвал их жестоковыйными, потому что они не понесли ига Христова, хотя оно было благо и не заключало в себе ничего тяжкого и изнурительного. Научитеся, говорит Иисус Христос, от "Мене, яко кроток есмь и смирен сердцем"; и еще: "Возьмите иго Мое на себе: иго бо Мое благо и бремя Мое легко есть" (Мф. 11, 29—30). Однако же они не понесли этого ига по своей жестоковыйности, и не только не понесли, но сокрушили и расторгли его. "Понеже от века, сказано, сокрушил еси иго твое, разтерзал еси узы твоя" (Иер. 2, 20; 5, 5; Пс. 2, 3). Не Павел говорит это, но пророк вопиет, разумея под игом и узами символы власти Христовой, ибо иудеи отвергли владычество Христа, когда говорили: "Не имамы царя, токмо кесаря" (Ин. 19, 15). Ты, иудей, сокрушил иго, разорвал узы, отторгся от Царства Небесного и подчинился человеческим властям! А ты, слушатель, смотри, как точно пророк обозначил необузданность иудеев; он не сказал: ты отверг иго, но — "сокрушил иго", а это порок животных рьяных, необузданных, не терпящих власти. Но от чего произошла эта жестоковьшность? От пресыщения и пьянства. Кто говорит об этом? Сам Моисей: "Яде Иаков, и насытися, и отвержеся возлюбленный" (Втор. 32, 15). Как животные, когда пользуются обильным кормом, разжирев, делаются буйными и неукротимыми, не допускают к себе ни ярма, ни узды, ни руки возничего, так и иудейский народ, от опьянения и пресыщения низвергшись в крайнее нечестие, заскакал, не взял на себя ига Христова и не повлек плуга евангельского учения. На это указывая, и другой пророк говорил: "Якоже юница стрекалом стречема, разсвирепе Израиль" (Ос. 4, 16); а другой называет народ иудейский "телцем ненаученным" (Иер. 31, 18). А такие животные, будучи негодны для работы, годны бывают для заклания. Это случилось и с иудеями: сделав себя негодными для работы, они стали годными только для заклания. Поэтому и Христос сказал: "Враги Моя оны, иже не восхотеша Мя, да царь был бых над ними, приведите семо, и изсецыте предо Мною" (Лк. 19, 27). Поститься тебе, иудей, надлежало тогда, когда пьянство причиняло тебе столько бедствий, когда пресыщение порождало нечестие, — тогда, а не теперь, потому что теперь пост неуместен и мерзок. Кто говорит это? Сам Исаия, громко взывающий: "Не сицевого поста Аз избрах" (Ис. 58, 5). Почему? "Потому что в судех и сварех поститеся, и биете пястми смиренного" (Ис. 58, 4). Если же твой пост был мерзок, когда ты бил подобных тебе рабов, то приятен ли он будет тогда, как ты убил Владыку? Как же так? Постящемуся должно быть кротким, сокрушенным, смиренным и не опьянять себя гневом, а ты бьешь подобных себе рабов? Тогда иудеи постились "в судех и сварех", а теперь постятся в неумеренности и крайней невоздержанности, пляша босыми ногами на площади; по намерению они постящиеся, а по виду пьянствующие! Послушай, как пророк повелевает поститься: освятите, говорит, пост; не сказал: шумно празднуйте пост; "проповеди цельбу, соберите старейшины" (Иоил. 1, 14). А они, собрав толпы изнеженных людей и скопище распутных женщин, весь этот театр и актеров увлекают в синагогу, ибо между театром и синагогою нет никакого различия.Знаю, что некоторые сочтут меня дерзким за то, что я сказал, нет никакого различия между театром и синагогою; а я считаю их дерзкими, если думают иначе. Если я решаю так сам собою, вини меня; но, если говорю слова пророка, прими решение. Знаю, что многие уважают иудеев и нынешние обряды их считают священными, потому спешу исторгнуть с корнем это гибельное мнение. Я сказал, что синагога нисколько не лучше театра, и приведу на это свидетельство из пророка; иудеи, конечно, не больше пророков заслуживают вероятия. Так что же говорит пророк? "Но у тебя был лоб блудницы, — ты отбросила стыд" (Иер. 3, 3). А где блудница предается блудодеянию, то место и есть непотребный дом. А лучше сказать: синагога есть не только непотребный дом и театр, но и вертеп разбойников и логовище зверей. Не вертеп ли гиены, говорится, достояние мое мне (Иер. 2, 7; 7, 11), — вертеп не просто зверя, но зверя нечистого. И еще: "Оставих дом Мой, оставих достояние Мое" (Иер. 12, 7); а когда Бог оставит, то какая уже надежда на спасение? Когда оставит Бог, тогда место то делается жилищем демонов. Конечно, иудеи скажут, что и они поклоняются Богу. Но этого сказать нельзя: никто из иудеев не поклоняется Богу. Кто говорит это? Сын Божий. "Аще Отца Моего бысте ведали, — говорит Он, — и Мене не ведали бысте: ни Мене весте, ни Отца Моего" (Ин. 8, 19). Какое еще можно привести мне свидетельство, достовернее этого? Итак, если они не знают Отца, распяли Сына, отвергли помощь Духа, то кто не может смело сказать, что место то (синагога) есть жилище демонов? Там не поклоняются Богу, нет — там место идолослужения. А между тем некоторые из христиан обращаются к этим местам как к священным; и это говорю не по догадкам, но по указанию самого опыта. Ибо за три дня пред этим — поверьте, не лгу — я видел, что какой-то негодяй и безумец, выдающий себя за христианина (не могу назвать истинным христианином отважившегося на такой поступок) принуждал одну почтенную, благородную, скромную и верную женщину войти в синагогу еврейскую и там поклясться по спорному между ним и ею делу. Так как эта женщина взывала о помощи и просила остановить такое беззаконное насилие, говоря, что ей, причастнице Божественных Тайн, не подобает идти в такое место, то я, возгорев и воспламенясь ревностию, встал и не дозволил влечь ее на такое преступное дело, но освободил от этого нечестивого принуждения. Потом я спросил влекшего, христианин ли он? И, когда он признал себя таким, я строго выговаривал ему, порицая его за бесчувственность и крайнее бессмыслие, и говорил, что он ничем не лучше осла, если, говоря о себе, что поклоняется Христу, в то же время влечет кого-нибудь в вертепы иудеев, распявших Его. И долго говорил я ему, во-первых, на основании Божественных Евангелий, что вовсе не должно ни самому клясться, ни другого принуждать к клятвам; потом что не должно принуждать к клятве не только верную и посвященную (в Таинства христианские), но и никого из непосвященных. Когда же, поговорив много и долго, изгнал я из души его ложную мысль (важности синагоги), то спросил его и о причине, по которой он, оставя церковь, влек эту женщину в еврейское сборище. Он отвечал, что многие сказывали ему, будто клятвы, там даваемые, особенно страшны. При этих словах я застенал, воспламенился гневом и потом засмеялся. Видя коварство диавола и то, к чему успел он склонить людей, я стенал; размышляя о беспечности обольщаемых, я воспламенился гневом; а смотря опять на то, каково и как велико неразумие обольщенных, я смеялся. Об этом я рассказал и сообщил вам потому, что вы бесчувственны и несострадательны к тем (из христиан), которые и сами делают и другим позволяют делать с собою такие вещи. Видя, что кто-нибудь из ваших братии впадает в подобные беззакония, вы считаете это чужой бедой, а не вашею, и думаете оправдаться пред обличающими вас, говоря: "А мне какая забота? что у меня общего с ним?" — слова, выказывающие крайнее бесчеловечие и сатанинское жестокосердие! Что говоришь ты? Будучи человеком, имея одну и ту же природу или даже, если уже говорить об общности природы, имея одну главу — Христа, ты осмеливаешься сказать, что у тебя ничего нет общего с твоими членами? Как же ты исповедуешь, что Христос есть глава Церкви? Глава естественно соединяет все члены, с точностью направляет их друг к другу и связывает между собою. Если (на самом деле) у тебя ничего нет общего с твоими членами, то ничего нет у тебя общего и с твоим братом и Христос не глава тебе. Иудеи пугают вас, как малых детей, а вы не чувствуете этого. Как негодные слуги, показывая детям страшные и смешные личины (сами то по себе они не страшны, но только представляются такими по слабости детского ума), возбуждают большой смех, так и иудеи пугают только слабых христиан своими личинами. Могут ли в самом деле устрашать обряды их, срамные и постыдные, — обряды людей, прогневавших Бога, подпавших бесчестию и осуждению?Не таковы наши церкви; нет, они истинно страшны и ужасны. Ибо, где Бог, имеющий власть над жизнию и смертию, где так много говорят о вечных муках, об огненных реках, о ядовитом черве, о несокрушимых узах, о тьме кромешной, — то место страшно. А иудеи ничего этого и во сне не видят, так как живут для чрева, прилепились к настоящему и по своей похотливости и чрезмерной жадности нисколько не лучше свиней и козлов, только и знают, что есть да пить, драться из-за плясунов, резаться из-за наездников. Это ли, скажи мне, заслуживает почтения и страха? Кто может утверждать это? Отчего же нам представляется это страшным? Разве уже кто скажет, что и опозорившиеся слуги, не смеющие вымолвить слова и выгнанные из господского дома, страшны для (слуг) почетных и пользующихся свободою? Но это не так, нет. Корчемницы отнюдь не почетнее царских палат, а синагога бесчестнее и всякой корчемницы, потому что служит убежищем не просто для разбойников и торгашей, но для демонов; а вернее сказать, не синагоги только (служат таким убежищем), но и самые души иудеев, что постараюсь доказать в конце слова. Итак, прошу вас помнить особенно эту беседу, потому что мы говорим теперь не для того, чтобы показать себя и вызвать рукоплескания, но чтобы уврачевать ваши души. Ибо какое остается еще нам извинение, когда при таком множестве врачей есть между нами больные? Апостолов было (только) двенадцать — и они привлекли всю Вселенную; (а у нас) большая часть города состоит из христиан, и, однако ж, есть еще больные иудейством. Какое же оправдание нам — здоровым? Конечно, и они, больные, достойны осуждения, но и мы не свободны от него, когда небрежем о них в болезни; нельзя было бы им долго оставаться в недуге, если бы они пользовались особенною попечительностию с нашей стороны. Поэтому увещеваю вас теперь, чтобы каждый из вас привлек брата, хотя бы для этого нужно было сделать принуждение, употребить силу, причинить неприятность или вступить в спор, — все сделай, только бы похитить его из сети диавола и исторгнуть из общества христоубийц. Если бы ты увидел на площади, что кого-нибудь, осужденного по справедливому приговору, ведут на смерть, и имел бы власть вырвать его из рук палача, скажи мне, не употребил ли бы ты всех средств для освобождения его? А теперь видишь своего брата, беззаконно и неправедно влекомого в пропасть погибели, не палачем, а диаволом, и не хочешь вступить в борьбу, чтобы избавить его от такого злодейства? Получишь ли же какое снисхождение? Но он, скажешь, сильнее и могущественнее тебя? Покажи его мне: скорее решусь сложить свою голову, нежели дозволю ему вступить в это священное преддверие, если он будет упорствовать и оставаться при том же. Что у тебя (скажу ему) общего с свободной, с вышним Иерусалимом? Ты избрал нижний (Иерусалим) — с ним и работай, ибо и он, по слову апостола, "работает с чады своими" (Гал. 4, 25). Ты постишься с иудеями? Так сними вместе с ними и обувь, ходи по площади босыми ногами и будь сообщником их позора и срама. Но ты на это не можешь решиться: тебе стыдно и позорно. Так, иметь одинаковую с ними внешность ты стыдишься, а участвовать в их нечестии не стыдишься? Какого же можешь ожидать себе снисхождения, когда ты христианин только наполовину? Поверьте, скорее сложу свою голову, нежели оставлю без внимания кого-нибудь из таких больных, если только увижу; если же не буду знать, то Бог, конечно, простит. Об этом пусть поразмыслит и каждый из вас самих, и никто пусть не считает этого дела маловажным. Разве вы не знаете, что диакон постоянно возглашает во время совершения Таинств: "Познавайте друг друга"? Как он этим обязывает вас к строгому наблюдению за вашими братьями! Так поступай и по отношению к этим людям: когда узнаешь, что кто-нибудь иудействует, останови, объяви о нем, чтобы и тебе самому не подвергнуться вместе с ним опасности. И в воинских лагерях, если кто из среды воинов обличен будет в преданности варварам и единомыслии с персами, не только сам он подвергается опасности, но и всякий из знавших об этом, но не объявивших вождю. А как и вы составляете войско Христово, то тщательно разыскивайте и разузнавайте, не вмешался ли между вами кто-нибудь из иноплеменников, и объявляйте о нем не для того, чтобы мы, подобно тем (вождям), убили его или истязали и наказали, но для того, чтобы нам избавить его от заблуждения и нечестия и свое дело исполнить во всей точности. Если же не хотите этого и, зная (виновного), станете скрывать, то будьте уверены, что подвергнетесь одинаковому с ним наказанию. И Павел подвергает наказанию не только творящих зло, но и соизволящих им (Рим. 1, 32); и пророк одинаково осуждает как тех, кои крадут, так и тех, кои бегут вместе с ними (Пс. 49, 18), — и это справедливо. Кто, зная о злодее, прикрывает его, тот дает ему повод к большему своеволию и располагает его делать зло с большим бесстрашием.
Но надобно опять возвратиться к больным. Итак, подумайте, с кем имеют общение постящиеся теперь? С теми, которые кричали: "Распни, распни" (Лк. 23, 21); с теми, которые говорили: "Кровь Его на нас и на чадех наших" (Мф. 27, 25). Осмелился ли бы ты подойти к осужденным за покушение на Верховную власть и говорить с ними? Не думаю. Как же странно, с таким старанием избегать сделавших зло человеку, а с оскорбившими Бога иметь общение и поклонникам Распятого праздновать вместе с распявшими Его? Это не только глупо, но и крайне безумно. А как некоторые считают синагогу местом досточтимым, то необходимо сказать несколько и против них. Почему вы уважаете это место, тогда как его надлежит презирать, гнушаться и убегать? В нем, скажете, лежат закон и пророческие книги. Что же из этого? Вовсе нет. А я потому-то особенно и ненавижу синагогу и гнушаюсь ею, что, имея пророков, иудеи не веруют пророкам, читая Писание, не принимают свидетельств его, а это свойственно людям в высшей степени злобным. Скажи мне: если бы ты увидел, что какого-нибудь почтенного, знаменитого и славного человека завели в корчемницу или в притон разбойников и стали бы его там поносить, бить и крайне оскорблять, неужели бы ты стал уважать эту корчемницу или вертеп потому, что там оскорбляем был этот славный и великий муж? Не думаю; напротив, по этому-то самому ты почувствовал бы особенную ненависть и отвращение (к этим местам). Так рассуждай и о синагоге. Иудеи ввели туда с собою пророков и Моисея не для того, чтобы почтить, но чтобы оскорблять и бесчестить их. Ибо когда они говорят, будто пророки и Моисей не знали Христа и ничего не сказали о Его пришествии, то какое же еще может быть большее оскорбление для этих святых, как не обвинение их в том, будто они не знают своего Владыку и участвуют в нечестии иудеев? Значит, поэтому-то больше и следует ненавидеть их вместе с синагогою, что они оскорбляют святых тех. Но что говорить о книгах и местах? Во время гонений палачи держат в руках у себя тела мучеников, терзают, поражают бичами, так ужели их руки стали святы от того, что держали тела святых? Нисколько. Если же руки, державшие тела святых, скверны по тому самому, что держали беззаконно, то те, которые имеют у себя Писания святых и оскорбляют их столько же, как и палачи тела мучеников, ужели поэтому будут заслуживать уважение? Не крайне ли было бы это безумно? Если беззаконное держание тел святых не только не освящает, но делает еще более скверными держащих, тем более чтение Писаний пророческих без веры не может принести пользы читающим. Так это именно настроение, с каким иудеи держат у себя священные книги, обличает их тем в большем нечестии. Не имея пророков, они не заслуживали бы такого осуждения; не читая книг, не были бы так нечисты и мерзки. Теперь же они не заслуживают никакого снисхождения, потому что, имея проповедников истины, питают враждебное настроение и к самим проповедникам, и к истине. Следовательно, поэтому-то они особенно мерзки и нечисты, что, имея пророков, пользуются ими с враждебным настроением. Поэтому умоляю вас бегать и уклоняться их собраний, иначе произойдет немалый вред для немощных братии и немалый повод к гордости для иудеев. Когда они увидят, что вы, поклонники распятого ими Христа, выполняете и почитаете их обряды, то как им не подумать, что все обряды их прекрасны, а наши ничего не стоят, так как вы, почитая и соблюдая эти последние, в то же время бежите к уничижающим их? "Аще кто видит тя, — говорит апостол, — имуща разум, в требищи возлежаща, не совесть ли его, немощна сущи, созиждется идоложертвенная ясти?" (1 Кор. 8, 10) И я говорю: если кто увидит, что ты, имея знание, уходишь в синагогу и смотришь на праздник труб, немощная совесть его не расположится ли к почитанию иудейских обычаев? Падающий наказывается не за свое только падение, но и за то, что роняет других; равно как и устоявший не только награждается за свое мужество, но заслуживает уважения и за то, что и в других возбуждает ревность к тому же. Итак, избегайте и собраний, и мест, где бывают иудеи; и никто да не питает уважения к синагоге из-за священных книг, но из-за них-то пусть ненавидит ее и гнушается ею, потому что иудеи оскорбляют святых, не веря их словам и представляя их повинными в крайнем нечестии. Чтобы вы убедились, что книги не придают святости месту, но что душевное настроение собирающихся в нем оскверняет его, расскажу вам одну древнюю историю. Птолемей Филадельф, собирая отовсюду книги и узнав, что у иудеев есть Писания, преподающие учение о Боге и о наилучшем устройстве жизни, вызвал из Иудеи мужей и чрез них перевел эти Писания и положил их в храме Сераписа (он был язычник), где и доселе находится этот перевод пророческих книг. Что же? Ужели храм Сераписа из-за этих книг стал свят? Нет, сами они святы, но месту не сообщают святости вследствие нечистоты собирающихся в нем. Так надобно судить и о синагоге. Если там не стоит идол, зато живут демоны. И это говорю не о здешней только синагоге, но и о той, которая в Дафне: там пропасть, называемая пропастью Матроны, еще более пагубная. Слышал я, что многие из верующих ходят туда и спят подле этого места. Но нет, я никогда не назову таких людей верующими: для меня одинаково нечисто всякое капище, как Матроны, так и Аполлона. Если же кто обвинит меня за эти слова в дерзости, и я, в свою очередь, обвиню того в крайнем безумии. Ибо скажи мне: не нечестиво ли то место, где живут демоны, если даже и не стоит там идол? А место, где собираются христоубийцы, где преследуют крест, где хулят Бога, не знают Отца, поносят Сына, отвергают благодать Духа, где еще находятся и самые демоны, — такое место не более ли пагубно? Ибо там (в языческом капище) нечестие явно и очевидно и не так легко привлечет или обольсти! человека умного и здравомыслящего; но здесь, в синагоге, иудеи, говорящие о себе, что поклоняются Богу, отвращаются идолов, имеют и почитают пророков, этими словами устраивают только большую приманку и ввергают в свои сети людей простых и неразумных по их неосторожности. Значит, нечестие как у иудеев, так и у язычников одинаково, но обольщение у первых действует гораздо сильнее, потому что у них не виден ложный жертвенник, на котором они закалывают не овец и тельцов, а человеческие души. Словом, если ты уважаешь все иудейское, то что у тебя общего с нами? Если иудейское важно и достойно уважения, значит, наше ложно; но если наше истинно, а оно и в самом деле истинно, то иудейское исполнено обмана. Говорю не о Писаниях, нет — они привели меня ко Христу, но (говорю) о нечестии и нынешнем безумии иудеев. Но пора уже показать, что там, в синагоге, живут и демоны, и не только в этом месте, но и в самих душах иудеев. "Егда же нечистый дух, — сказал Иисус Христос, — изыдет от человека, приходит сквозь безводная места, ища покоя; и не обретая глаголет: возвращуся в дом мой, отнюду же изыдох. И пришед, обрящет празден, пометен и украшен. Тогда идет и поймет с собою седмь иных духов, лютейших себе, и вшедше, живут ту: и будут последняя человеку тому горша первых. Тако будет и роду сему лукавому" (Лк. 11, 24—26; Мф., 12, 43—45). Видишь, что демоны живут в душах их, и нынешние — еще лютее прежних. И очень справедливо, потому что иудеи тогда оскорбляли пророков, а теперь ругают Самого Владыку пророков. Так вы собираетесь в одно место с людьми, одержимыми демонами, имеющими в себе столько нечистых духов, воспитанными в смертоубийствах, и не ужасаетесь? Следует ли даже обмениваться с ними приветствиями и делиться простыми словами? Напротив, не должно ли отвращаться их, как всеобщей заразы и язвы для всей Вселенной? Какого зла они не сделали? Не все ли пророки употребляли множество длинных речей на обличение их? Какое злодейство, какое беззаконие не затмили они своими гнусными убийствами? Они заклали в жертву демонам своих сыновей и дочерей, не познали самой природы, забыли муки деторождения, пренебрегали воспитанием детей, ниспровергли до основания законы родства, стали свирепее всех зверей. И звери часто жертвуют и жизнию и пренебрегают собственною безопасностью для защиты своих детенышей, а эти без всякой необходимости собственными руками заклали свои порождения, чтобы угодить врагам нашей жизни, неприязненным демонам. Чему прежде изумляться в них? Нечестию ли или жестокости и бесчеловечию? Тому ли что они заклали своих сыновей или тому что заклали их в жертву демонам? А похотливостию не превзошли ли они самых похотливых животных? Послушай, что пророк говорит о их невоздержанности: "Кони женонеистовии сотворишася, кийждо к жене искренняго своего ржаше" (Иер. 5, 8); не сказал: каждый питал похоть к жене ближнего; нет, с особенною силою выразил их неистовую похоть ржанием известных животных.
О чем еще сказать вам? О хищениях, о лихоимстве, о притеснении бедных, о кражах, о корчемничестве? Но для рассказа об этом недостанет и целого дня. Но праздники их, скажете, имеют в себе что-то важное и великое? И их сделали они нечистыми. Послушай пророков или лучше послушай Самого Бога, какое сильное отвращение показывает Он к ним: "Возненавидех и отвергох праздники ваша" (Ам. 5, 21). Бог ненавидит их, а ты принимаешь в них участие? Не сказано, что ненавидеть такой-то и такой-то праздник, но вообще все. Хочешь знать, что Бог ненавидит иудейское служение Ему посредством тимпанов, цитр, псалтирей и других инструментов? "Отстави от Мене, — сказал Он, — глас песней твоих и песнь органов твоих не послушаю" (Ам. 5, 23). Бог говорит: "Отстави от Мене", а ты идешь слушать трубы? Но не мерзки ли самые жертвы их и приношения? "И аще принесете Ми семидал, всуе: кадило, мерзость Ми есть" (Ис. 1, 13). Кадило их — мерзость, а место не мерзость? И когда же мерзость? Прежде, чем они совершили самое главное злодеяние: прежде Креста, прежде христоубийства. Так не гораздо ли более мерзко их кадило теперь? Что может быть благовоннее кадила? Но Бог судит о приношениях, обращая внимание не на свойство даров, а на расположение приносящих. "Призре на Авеля и" потом уже "на дары его"; увидел Каина — и потом отвратился от жертв его. "На Каина, — сказано, — и на жертвы его не внят" (Быт. 4, 4—5). Ной принес в жертву Богу овец, тельцов и птиц. "И обоня Господь, — говорит Писание, — воню благоухания" (Быт. 8, 21), то есть принял принесенное. У Бога, конечно, нет ноздрей: Божество бестелесно. С жертвенника возносится кверху запах и дым от сожигаемых тел, а зловоннее этого запаха ничего не может быть; однако ж, чтобы ты знал, что Бог то принимает жертвы, то отвращается их, смотря по расположению духа приносящих, Писание называет этот запах и дым вонею благоухания, а кадило — мерзостию потому, что душа возносящих его исполнена великого зловония. Хочешь ли знать, что Бог отвращается вместе с жертвами, органами, праздниками, фимиамом и от храма из-за людей, которые собираются в нем? Лучше всего Он показал это на деле, когда в известное время предал храм иудейский в руки варваров, а потом и совершенно разрушил. Впрочем, и до разрушения Он взывает и говорит чрез пророка: "Не надейтеся на себе в словесех лживых, понеже весьма не упользуют вас, глаголюще: храм Господень, храм Господень есть" (Иер. 7, 4). Не храм, говорит Он, освящает собирающихся в нем, но собирающиеся делают его святым. Если же храм не приносил пользы тогда, когда в нем находились херувимы и кивот, тем не менее он принесет пользы, когда все это уничтожено, когда Бог совершенно отвратился от него и когда открылось еще больше причин для такого отвращения. Как же глупо и безумно праздновать вместе с людьми, покрытыми бесчестием, оставленными Богом и раздражавшими Господа! Если бы кто убил твоего сына, скажи мне, неужели ты мог бы смотреть на такого человека, слушать его разговор? Не избегал ли бы ты его, как злого демона, как самого диавола? Иудеи умертвили Сына твоего Владыки, а ты осмеливаешься сходиться с ними в одном и том же месте? Умерщвленный Иисус Христос почтил тебя так, что сделал Своим братом и сонаследником, а ты столь бесславишь Его, что уважаешь убийц и распинателей Его и угождаешь им участием в их праздниках, ходишь в скверные места их собраний, вступаешь в нечистые преддверия и участвуешь в бесовской трапезе? Так называть пост иудеев должен я после того, как они совершили богоубийство. И как же не демонам служат те, которые делают противное Богу? Но ты ищешь у демонов исцеления? Если демоны уже свиней загнали в море, когда Христос дозволил им войти в них, то пощадят ли человеческое тело? О если бы они не убивали человека, если бы не строили козней против него! Они изгнали его из рая, лишили вышней почести — будут ли же врачевать его тело? Это насмешка и басни. Демоны умеют только строить козни и вредить, а не врачевать. Они не щадят души — ужели, скажи мне, пощадят тело? Стараются извергнуть человека из царства, так захотят ли избавить его от болезни? Разве ты не слышал, как пророк или, вернее, Сам Бог чрез пророка говорит, что они не могут сделать ни добра, ни зла? Но если бы они даже и могли, и хотели врачевать, — что, впрочем, невозможно, — тебе, однако ж, не следует из-за малой и скоропреходящей пользы навлекать на себя бесконечную и вечную погибель. Ужели хочешь уврачевать тело, чтобы погубить душу? Не хороша твоя прибыль: просишь своего зложелателя об уврачевании тела — и раздражаешь Бога, сотворившего тело! Не легко ли же какому-нибудь нечестивому человеку своим врачебным искусством увлечь тебя к поклонению языческим богам? И язычники своим искусством часто вылечивали от многих болезней и восстановляли здоровье недужных. Что же? Неужели поэтому должно принимать участие в их нечестии? Нет. Послушай, что Моисей говорит иудеям: "Аще же возстанет в тебе пророк, или видяй соиие, и даст тебе знамение или чудо, и приидет тебе знамение или чудо, еже рече к тебе, глаголя: идем, да послужим богам иным, ихже не весте: да не послушаете глагол пророка того, или видящего сон той" (Втор. 13, 1—3). Эти слова означают вот что: если явится какой-нибудь пророк и сотворит чудо, например воскресит мертвого, или очистит прокаженного, или исцелит расслабленного, и по совершении чуда будет склонять тебя к нечестию — не верь ему из-за совершенного им чуда. Почему? "Яко искушает Господь Бог твой вас, еще уведети, аще любите Господа Бога вашего всем сердцем вашим, и всею душею вашею" (Втор. 13, 3). Отсюда видно, что демоны не исцеляют. Если же иногда по попущению Божию и сделают они какое исцеление, как и люди, то такое попущение бывает для твоего испытания, не потому что Бог не знал, но чтобы ты научился не принимать от демонов и исцеления. И что говорит об излечении тела? Если бы кто-нибудь грозил тебе геенною, чтобы принудить тебя отречься от Христа — не соглашайся; если бы обещал царство, только бы отвлечь тебя от единородного Сына Божия, — отвратись и возненавидь его, будь учеником Павла, поревнуй тем словам, которые громко произнесла эта блаженная и доблестная душа: "Известихся бо, — говорит он, — яко ни смерть, ни живот, ни ангели, ни начала, ниже силы, ни настоящая, ни грядущая, ни высота, ни глубина, ни ина тварь кая возможет нас разлучити от любве Божия, яже о Христе Иисусе Господе нашем" (Рим. 8, 38-39). Его не могли отлучить от любви Божией ни ангелы, ни силы, ни настоящее, ни будущее, ни другая какая-нибудь тварь, а тебя отлучает врачевание тела? Какое же будет нам извинение? Христос должен быть для нас страшнее и геенны, вожделеннее и царства. Пусть будем мы больны: лучше остаться больным, нежели для освобождения от болезни впасть в нечестие. Демон, если и уврачует, больше повредит, нежели принесет пользы: доставит пользу телу, которое, спустя немного, непременно умрет и сгниет, а повредит он бессмертной душе. Как похитители людей, предлагая маленьким детям лакомства, пирожки, игорные кости и другое тому подобное и чрез это приманивая их к себе, часто лишают их свободы и самой жизни, так и демоны, обещая человеку уврачевать тело, совершенно губят спасение души его. Но мы не потерпим этого, возлюбленные — напротив, всячески постараемся избегать нечестия. Не мог ли Иов, согласно убеждению жены, произнесть хулу на Бога и освободиться от постигшего его несчастия? "Рцы, - говорила она, - глагол некий ко Господу, и умри" (Иов 2, 9). Но он решился лучше страдать и мучиться и перетерпеть невыносимый тот удар, нежели произнести хулу на Бога и избавиться от тяготевших на нем бедствий. Поревнуй ему и ты; пусть демон тысячу раз обещает избавить тебя от постигших тебя зол — не склоняйся, не уступай, как и тот праведник не послушался жены; нет, решись лучше перенести болезнь, нежели потерять веру и спасение своей души. Бог часто попускает тебе впасть в болезнь не потому, что Он оставил тебя, но с тем, чтобы более прославить тебя. Итак, будь терпелив, чтобы и тебе услышать: "Мниши ли Мя инако тебе сотворша, разве да явишися правдив?" (Иов 40, 3)Можно бы сказать и больше этого, но, чтобы не затруднить вам памятование о сказанном, я здесь окончу свою беседу словами Моисея: "Засвидетельствую вам днесь небом и землею" (Втор. 30, 19), что, если кто из вас, здесь ли находящихся или отсутствующих, отправится смотреть трубы иудейские, или пойдет в синагогу, или взойдет в храм Матроны, или будет участвовать в посте и субботниках, или совершать другой какой-нибудь малый или великий иудейский обряд, я чист от крови всех вас. Эти беседы предстанут и мне и вам в день Господа нашего Иисуса Христа. Если вы послушаете, они доставят вам великое дерзновение, а, если не послушаете и прикроете кого из отваживающихся на такие дела, они противостанут вам как строгие обличители. Я не упустил сказати вам всю волю Божию (Деян. 10, 27) — напротив, еще отдал "сребро торжником" (Мф. 25, 27): вам уже предоставляется умножить данное и плоды от слушания беседы употребить на спасение ваших братии. Но, скажет кто-нибудь, тяжко и неприятно объявлять о виновных в этом участии в иудейских обрядах? Нет, тяжко и неприятно молчать об этом, потому что такое молчание и для вас, которые скрываете, и для тех, которых скрываете, гибельно тем, что вооружает против вас Бога. Не гораздо ли лучше досадить подобным нам рабам, лишь бы приобресть спасение, нежели раздражать против себя Господа? Ближний, хотя теперь и понегодует, не может, однако же, сделать тебе никакого вреда, а впоследствии будет еще благодарен тебе за врачество; но Бог, если ты умолчишь и скроешь в угоду своему ближнему для него гибельною, подвергнет тебя самому тяжкому наказанию. Значит, молчанием ты и Бога вооружишь против себя, и брату повредишь; а объявлением и открытием виновного и Бога умилостивишь к себе, и брату принесешь пользу, и сделаешь его самым пламенным другом, когда он на опыте узнает твое благодеяние. Итак, не думайте, будто вы угождаете вашим братьям, когда, увидя, что они делают что-либо дурное, не обличаете их со всею строгостию. Если у тебя пропадет одежда, не одинаково ли считаешь своим врагом как укравшего, так и того, кто знает вора и не объявляет о нем? Общая мать наша — Церковь потеряла не одежду, но брата: украл его диавол и держит теперь в иудействе. Ты знаешь укравшего, знаешь украденного; видишь, что я, зажегши как бы светильник, слово учения, везде ищу украденного с плачем, и стоишь в молчании и не объявляешь? Какого же ожидаешь ты себе снисхождения? Церковь не сочтет ли тебя величайшим врагом своим, не признает ли супостатом и изменником? Но не дай Бог, чтобы кто-либо из слушающих это наставление дошел когда до такого греха, чтобы то есть предал брата, за которого Христос умер. Христос пролил за него кровь Свою, а ты не хочешь и слова сказать? Не делайте этого, прошу, но, вышедши отселе, тотчас поспешите на эту ловлю, и каждый из вас пусть приведет ко мне одного из таких больных. Но лучше бы, если бы и не нашлось столько больных: так пусть двое, или трое, или даже десять, или двадцать из вас приведут ко мне одного, чтобы я, увидев пойманную в сети добычу, предложил вам в тот день обильнейшую трапезу. Ибо, если увижу, что нынешний совет мой приведен в дело, с большим усердием примусь за врачевание больных и великая будет польза как вам, так и им. Не поленитесь же, но все без изъятия со всем усердием ловите таких больных: женщины — женщин, мужчины — мужчин, рабы — рабов, свободные — свободных, дети — детей — и, поймав, приходите в следующее собрание, чтобы и от нас получить вам похвалу и прежде еще наших похвал заслужить от Бога награду, великую и неизреченную, которая гораздо превосходит труды подвизающихся в добре. Чего да удостоимся все мы благодатию и человеколюбием Господа нашего Иисуса Христа.


Рецензии
Благодарю ВАС за Ваши праведные труды, благ вам и вдохновения!

Валентин Стронин   17.03.2012 12:50     Заявить о нарушении
Спасибо. Успехов, счастья, здоровья.

Алексей Николаевич Крылов   17.03.2012 18:55   Заявить о нарушении
"Научитесь ставить Россию превыше всего. Пусть будет она для нас выше всего мира, самой лучшей и самой великой страной."
Что это?
Это вот что:
"Deutschland, Deutschland über alles,
Über alles in der Welt..."

Дан Берг   20.03.2012 21:31   Заявить о нарушении
Да, это кординально отличается от воспетой вами сионской любви.

Алексей Николаевич Крылов   21.03.2012 12:31   Заявить о нарушении
Хотелось бы ещё добавить Сионолюбивомуданбергштейну.
Кто стучится в дверь ко мне
С кобурою на ремне,
Девять грамм свинца в нагане,
Корки красные в кармане...
Далее по известным сценариям нашего Великого прошлого 1612, 1812, 2012.

Алексей Николаевич Крылов   21.03.2012 12:48   Заявить о нарушении