История победы

Долгожданный момент – я на чемпионате региона, отправляюсь за треть астрономической единицы от родины. Осталось покончить с сомнениями.
- Учитель, почему чемпионат региона проходит так далеко?
- По официальным правилам, в Спейс-баскет нужно играть при полном отсутствии гравитации со всех сторон. На первых этапах нам не нужно прилетать на МПКС, т.к. их можно назвать отборочными.
- Я не первый год играю в антигравитационной лаборатории и уже выработал собственную тактику броска. Боюсь, там, куда я направляюсь, у меня ничего не получится: я там впервые.
- Эта станция мало отличается от околоземной, поверь, с такой низкой гравитацией тебе всё равно не проиграть. Наш регион не слишком силён и тебе призовое место обеспечено.
- Спасибо, я вообще смогу получить первое место. А вот потом надо будет играть против Москвы, Петербурга, и Волгограда, в конце концов. Там будет трудно….
- Ну, удачи. Давай я вколю тебе снотворное в такой дозе, что ты проснёшься за день до игры.
Тишина. Спокойствие. Как приятны сны в невесомости! В моё снотворное запрограммировали «стимуляторы мысленного полёта» над самыми прекрасными земными ландшафтами. А ещё, припоминаю свою единственную передозировку снотворным. Когда-то я перед каждым сном пил «стимулятор последних дней», чтобы во время сна лишний раз прокрутить перед собой всё нажитое за последнее время. Я в своих снах ходил в школу, переживал ругательства учителей, стеб одноклассников, падения в лужи и сугробы. Печальное было время. Но я от этого кое-что приобрёл – опыт. Передо мной прокручивались лекции прошлых уроков. Через месяц я стал отличником, стал учиться так, как никогда раньше, потому что знал больше. В последних классах был активным участников олимпиад, а поступив в Университет, увлёкся Спейс-баскетом – бросанием мяча по кольцам в условиях невесомости.
Именно в Спейс-баскет я и стал делать результаты. Я всегда думал только о нём – меня даже девушки не интересовали, даже с родителями перестал разговаривать, учиться перестал - только теория Спейс-баскета и тренировка. Так как несколько лет назад я месяц принимал «стимулятор последних дней» при максимальном курсе приёма в три дня, сны о прошлом стали меня преследовать. Районная поликлиника не помогла, хотя была возможность вылечиться в элитной больнице, но на спорт уходило всё время и деньги, и даже сон – снился Спейс-баскет, особенно доставали во время сна мои ошибки при игре, но я не сдавался и исправлял их. Я чувствовал себя мёртвым, призраком, которого преследует прошлое. В иудаизме после смерти вечно прокручивается жизнь, замедляясь при показе жизненных ошибок – грехов. Уж не мои ли сны были у составителей Талмуда?
Хочется отдохнуть и полетать над Северной Америкой. Все пять Великих озёр видны как из космоса при безоблачной погоде. Начинаем спуск и за долю секунды оказываемся у Ниагарского водопада. «Освежиться бы» - думаю я, поднося руки к вертикальному течению Ниагары. Но ничего не выходит – эти сны имитируют два чувства – зрение и слух. Я могу лишь видеть и слышать, а почувствовать и даже дотронуться до воды…. Мешает непреодолимая «сила ограничения сна».
Я опять оказываюсь в прошлом, ибо в каждый сон мне нужно прокрутить всё от рокового приёма снотворного до последнего сна. Меня и других студентов ведут в лабораторию, где я прохожу свою первую олимпиаду и побеждаю. А вот перед следующим этапом олимпиады я заболел и лежу, издается кашель – всё болит. Могу всё отдать, чтобы не повторялся этот эпизод сна, ибо он меня убивает. Что-нибудь, уведи меня отсюда. О, Эстония – детство там моё было, она меня второй раз спасла от болезни. Как-то принял снотворное про Эстонию – помог так же вовремя, как и сейчас. Надо бы взлететь и посмотреть сверху…. Как всё застроено стало. Гордо стоит пятидесятиметровый бронзовый солдат, а рядом два огромных флага, как символ мира Эстонии и России. Летит белый голубь, и я хочу его поймать, но пролетаю сквозь него, как сквозь привидение и вспоминаю, что я сам – привидение. Таким я вижу себя в своих мыслях, которые ещё больше меня убивают. Ну, я столько заработаю на олимпиаде, что мне хватит денег на лечение, а так же на счастливую жизнь.
Медленно проходит год, в котором я только учусь и тренируюсь. Через почти год начинается олимпиада и я побеждаю свою группу в той же лаборатории. Я вижу теперь самолёт, где я и лучшие студенты набираем высоту, а во время быстрого спуска (когда гравитация для нас почти на нуле), я играю и побеждаю. Это как тир, где надо не стрелять, а бросать и рассчитывать не только местоположение цели, но и притяжение каждого парящего предмета, для меня всё просто. Мои мячи всегда попадают и на чемпионате города, проводимом на околоземной космической станции. Новая олимпиада будет между Землёй и Марсом, где тоже гарантирована победа и как сказал мой учитель: «Ты проснёшься за день до игры».
- Учитель, а где будет следующий этап?
- Все будут на МПКС между Землёй и Марсом. Раньше, кстати, не было региональной и победители от каждого города летели, но не сюда, а на околоземную космическую станцию. А ты проснулся на день позже, чем действовало бы снотворное, врач говорил, что у тебя правое ухо шевелилось, но он не будил тебя. Почему так? Тебе плохо?
- Пожалуйста, не спрашивайте, мне больно об этом вспоминать.
- Ну, бывай, - он садится в кресло и пристёгивает ремень, - тебе пристёгиваться не надо. Повиси в центре, сейчас влетишь на станцию, а я тут кроссворд решать останусь.
- А ваш кроссворд, он…. Не станет ли нашим? Держите крепче, старик.
Произошла стыковка космического корабля и межпланетной космической станции – МПКС. После чего мгновенно открылись люки и я, а одновременно другие студенты, быстро влетаю в люк, где меня хватают сверхмягкие автоматические руки и приМПКСяют к стенке станции.
Немного тренировки и игра началась. Тактика меня не подводит – первые три броска успешны. Но в четвертый раз я не попал. В игровом пространстве висел подозрительный золотой шарик. Я подумал, что он 585 пробы, т.е. легкий и бросил слабо, чтобы мяч изобразил чёткую гиперболическую траекторию, что не удалось. Станция, как оказалось, не бедная и шар оказался сделан из чистого золота, что сделало траекторию параболической, и мяч не попал в кольцо, а вернулся ко мне.
Я много оправдывался перед учителем, думал, что я проиграю. До подведения итогов познакомился с чемпионкой какого-то марсианского города, рассказал ей всю свою историю, которую рассказываю сейчас читателю, а она о себе не так много дала услышать. Скоро стало ясно, что у неё первое место в своём марсианском регионе. Я же ужасно радовался, когда объявляли пятое и четвёртое место в моём регионе, что все стали смотреть на меня. Был рад тому, что места принадлежат не мне. И как ударил по столу, услышав, что получил третье место. От этого меня прижало к потолку станции (гравитация низка и удар оттолкнул меня вверх) и плавно полетел к организатору, выдающему медали. Мой учитель сразу вошел в космический корабль, а я дослушал обращение и попрощался с девушкой.
Обрадовало то, что на чемпионат страны полетят первые-третьи места, т.е. полечу и я. Учитель узнал об этом, вколол то же самое снотворное, и я просыпаюсь уже дома. Всю «ночь» снилось поражение во время четвертого подхода, зато Эстония полностью спасла меня – я миновал видение болезни. Да и вообще, каждую ночь происходит некоторое облегчение по сравнению со снами прошлого. Я решил, что так на меня повлияла девушка, и стал упорно тренироваться, чтобы победить на всероссийской олимпиаде и побывать на чемпионате мира.
Мне уже было 18 лет - я имел право на пользование любовным снотворным. Попросил его в аптеке, спросил на счёт противопоказаний. Узнал, что если будет шевелиться правое ухо, то всё как обычно будет клонить к «последним дням», а если левое – мне невыносимы любовные сны или же я недостаточно люблю ту, которую задумал. Родителям сказал, что из-за движения левым ухом надо срочно меня будить.
Сон был эротическим: девушка с космической станции напала на меня и стала раздевать, лаская каждый мой орган. Мой призрак отбивается от неё, убегает, находит нож и убивает, а затем, каждую секунду вставляет нож в труп и кричит как сумасшедший. Родители меня будят и напоминают про левое ухо. Теперь меня интересует только одно – тренировка.
На чемпионате страны я был как всегда не в настроении, но мной двигало желание вылечиться, чаще видеть девушку, и, возможно, любовь к ней. Я победил, стал чемпионом России среди студентов, а она проиграла. Чуть не заплакал, когда об этом узнал, но не упал духом – попросил номер её телефона. Мы обменялись, дружно проверили, чтобы всё работало. Однако, с Земли до неё я дозвониться не смог. Что же мешает? Я думаю, Марс – там произошло ЧП или решили отключить связь с землёй (спутник Земли не выходил из строя).
И тогда я отказался от всего, понимая, что из-за удаленности девушки моя болезнь возобновится. Заставил родителей дружно взять тройной отпуск и лететь на Марс. На Марсе мы нашли её город. Я надел на глаза электронный бинокль, показывающий дома в разрезе и дающий информацию о каждой улице, номере дома и жителе города. Но свою девушку так не найти, у многих скрыто имя для импортных биноклей, как перед войной. После долгих поисков мы нашли её дом. Мне не тяжко было спать в отеле, а ещё легче – в доме родительском доме девушки. Мужчина дал нам переночевать, а наутро поговорил со мной.
- Знаешь, моя племянница уже учится в другом городе, наш филиал вуза закрыли.
- Я хочу увидеть её.
- А она не хочет. Понимаешь, после поражения, погрузилась в учёбу. Ей через три года нужно сдавать диплом, тема которого – «производство в МАЗе» - марсианском антарктическом заводе. Тяжёлая работа, если не учесть, что завод секретный и некому ей рассказать.
- Я готов помочь любой ценой.
- Вот и отлично. Я предлагаю сделку. Мы тебя отправляем в МАЗ, где ты будешь работать. Обучение на месте около месяца. Но сначала я тебе вставлю в мозг микроскопический прибор для дистанционной записи снов на мой компьютер. А эту таблетку я разрабатывал целый год: она постепенно ликвидирует воспоминания прошлого в твоих снах и максимально приблизит к нормальному действию того снотворного, т.е. ты будешь видеть только последний день. Если ты её любишь….
- Мама, папа, я вас люблю. Ваш тройной отпуск заканчивается, придётся работать три года, потом прилетайте. Дядя, вы тот врач, который мне выписал ужасное снотворное, я вас прощаю. Ваша племянница будет благодарна, но если благодарить не захочет, то пусть знает, что я всё делаю от любви к ней.
- Ты будешь вылечен! Прощай!


Рецензии