Мозаика Собери свое счастье. глава 3

"Поезд, уносящийся вдаль... Мила бежит за ним, но ноги, будто свинцом налитые, не желают двигаться… Движения даются с большим трудом... Не останавливаясь, она что-то кричит, но стук колес заглушает ее голос... «Милка-а-а...», - раздается у нее за спиной... Она оглядывается... К ней приближается брат... Со слезами она кидается к нему... Прижав к себе, Саша гладит ее по голове и шепчет: «Все будет хорошо»... «Что хорошо???» - кричит она, подняв на него полные слез глаза. «Ничего уже не будет хорошо! Вообще, НИЧЕГО НЕ БУДЕТ!»... Поворачивается и указывает рукой в сторону едва виднеющегося на горизонте поезда..."

***
Сон медленно отпускал девушку. Она с трудом разлепила глаза, пытаясь понять, где находится. Сердце бешено колотилось, а в голове пульсировало, болью отзываясь в затылке. Мила медленно села, пытаясь отогнать остатки сна.
«Господи, неужели мне так и не будет покоя?» - думала она, потирая виски, чтобы облегчить боль. От мысли, что она находится далеко от своих проблем, ей стало легче, хотя и не настолько, чтобы чувствовать себя человеком.
Осторожно встав на ноги, она подошла к окну, «неся» голову, как хрустальную вазу. Отодвинув штору, осторожно посмотрела на солнце, красным диском зависшее над крышами домов. Все-таки любопытство оказалось сильнее страха высоты.
«Интересно, который час?» - промелькнуло у нее в голове. – «Судя по солнцу поздновато».
Вдруг перед глазами мелькнула птица. Описав круг, она ухнула вниз и после крутого виража, опять помчалась к облакам. Мила заскользила за ней взглядом. Дома, стоящие далеко внизу, огни, бассейны… Все смешалось в один клубок. У девушки закружилась голова, а к горлу подступила тошнота. Она рухнула в кресло, убирая взгляд от окна.
«Господи, как я на этом этаже жить-то буду?» - не давала покоя мысль. Но деваться было некуда. Ей предстояла борьба со своими страхами…
 

Посидев еще немного, девушка поняла, что голова так просто не пройдет. Стараясь не делать резких движений, она вышла из спальни. В небольшом коридорчике, куда выходили двери, она столкнулась с собственным отражением, и замерла, будто впервые разглядывая девушку в зеркале: понуро опущенные плечи, бледное лицо, и припухшие глаза, в которых сквозила тоска.
«Да я просто нереальная красотка», - криво ухмыльнулась она и, опустив голову, начала спускаться.
В гостиной было невыносимо душно. Тело Милы тут же покрылось испариной, словно она попала в сауну, а пульсирующая боль в голове усилилась. С трудом вспомнив, что Тина показывала ей, где включается кондиционер, девушка подошла к белой коробочке на стене и повернула колесико. Раздалось легкое жужжание, и сверху потекли холодные потоки воздуха. Не думая о том, что можно заболеть, Мила подставила свое разгоряченное тело под приятную прохладу, попутно разглядывая комнату. Взгляд упал на часы.
«Всего лишь полседьмого? И уже почти стемнело?» - удивилась Мила пытаясь вспомнить школьную программу.
- М-да, география – это не мой конек, - пробормотала девушка и посмотрела в сторону балкона. Красный диск за окном манил. Но прежде чем предпринять новую попытку взглянуть на мир сверху вниз, Мила решила все-таки выпить лекарство, пока головная боль не стала убийственной. Откопав в своей сумке обезболивающее, она пошла на кухню.
Достав из холодильника бутылку воды, Мила закинула таблетку в рот и жадно сделала большой глоток, а потом приложила холодную бутылку к затылку. Полегчало…

Девушка вернулась в гостиную, отхлебывая на ходу воду. Подойдя к балкону и немного постояв у двери, села в кресло, так и не решившись переступить порог.
Взгляд заскользил по сторонам, изучая предметы, развешенные по стенам. Внимание привлекла кирпичная стена с картиной, на первый взгляд ничем непримечательной – игра цвета и тени. Линии плавно перетекали одна в другую, то закручиваясь в тугой узел, то разлетаясь в разные стороны. Наклонив голову, Мила водила взглядом за цветом, постепенно выхватывая силуэты: синее море, красное солнце, белый песок и девушка с развевающимися волосами. Картина была так пропитана красными красками, что закат казался кровавым. А лучи за окном, которые плясали по картине яркими бликами, только усиливали этот эффект…

- О чем мечтаем? – Мила от неожиданности вздрогнула и повернула голову на голос подруги.
- Ты уже пришла? – спросила Барсукова.
- Здрасьте, приехали! А где же я, по-твоему, должна быть? – ответила Тина и села рядом на подлокотник. – Сказала, что к семи буду! Или ты меня уже не ждала?
- Прости, я тут вся в своих мыслях… - Мила обняла подругу за талию, положив голову ей на колени. – Конечно, я тебя ждала!
- Это хорошо! Потому как у меня на тебя большие планы! – она подмигнула. – Я, наконец-то смогу наговориться!
- В этом мы с тобой совпадаем, - улыбнулась Мила. – Мне тоже хочется тебе столько всего рассказать.
- Вот и договорились, - Тина потрепала подругу по волосам. – Разговариваем и веселимся по полной. Мне так этого не хватало. Мой бешеный темперамент здесь почти никто не выдерживает.
- Повеселиться, говоришь? – Мила мечтательно закатила глаза. - По полной? Я уж и забыла, как это делается. С тех пор как ты уехала ни разу этим не занималась.
- Вот сейчас не поняла, - Тина склонила голову, недоуменно глядя на подругу сверху вниз. – Ты что решила стать очень взрослой и сурьезной?
- Да нет, - вздохнула Мила. – Сначала не с кем было, а потом появился Сережа. Он очень хороший, но слишком правильный. Ничего лишнего, все чинно-мирно. В гости вообще редко кого звали. Вроде как не до этого. Вот я и «одичала».
- Офигеть… И ты не выдержала, бросила его?
- Не, не поэтому, - Мила тяжело вздохнула и опустила глаза. – Просто…
- Стоп! Пока ничего не говори! Я хочу полную версию твоей личной жизни! Но сейчас я больше всего хочу на бассейн. Ты как?
- С большим удовольствием! А далеко ехать?
- Очень, - звонко рассмеялась Тина. - На тридцатый этаж, - удивленное лицо Милы доставляло подруге удовольствие. – Не смотри на меня так! Я не шучу. Здесь бассейн в доме, на девятом и на тридцатом этажах. Так что марш переодеваться, и сама все увидишь.
- А может лучше на девятый? Все ж таки пониже.
- Нее, на тридцатом прикольнее. Да и народу там поменьше, чем внизу.
- Ладно, как скажешь, - послушно отозвалась Мила. Она посмотрела на Тину и в ее глазах заплясали веселые огоньки:
- Ну, что, наперегонки? Кто первый переоденется…
И она, сорвавшись с места, понеслась вверх по лестнице в свою спальню.
- Эй, сумасшедшая, ты только с лестницы не навернись, - крикнула Тина, рванувшись за подругой. – Вот теперь я узнаю тебя. А то эти несчастные щенячьи глаза меня начали пугать…


***

Лифт мягко остановился на тридцатом этаже. Двери разъехались в сторону, приглашая девушек выйти. Мила, дрожа от страха, сделала шаг, с опаской глядя по сторонам, понимая, что стен на этом этаже не предполагается. А значит снова страх высоты. Но к ее удивлению, страха не было. А появилось ощущение сказки.
Несмотря на то, что ночь уже вступила в свои права, на площадке вокруг бассейна было светло от фонарей, которые были везде, начиная от колонн и заканчивая кадками с цветами. А пальмы, стоящие по периметру бассейна, были увешаны светящимися гирляндами и скорее напоминали новогодние елки, нежели тропические растения.
- Эй, Барсучок, ты чего застыла? – весело окликнула Тина подругу. – Иди сюда. А то еще потеряешься в этих джунглях.
- Красиво, - она тряхнула головой, сбрасывая оцепенение.
- Понимаю. Я первое время тоже везде с открытым ртом ходила. Сейчас привыкла, - отозвалась Тина и, взяв Милу за руку, повела к лежакам у бассейна. Тут Барсукова опять замерла, глядя на переливающуюся бирюзовую воду. Справа был слышен звук падающей воды. Мила перевела взгляд на шум и увидела небольшой водный каскад. Открыв рот, девушка смотрела на ручейки, стекающие по живописным камням прямо в бассейн.
- Скажи мне, что я не сплю...
- Да не спишь ты! – в очередной раз рассмеялась Тина и, скинув легкий сарафан, подошла к краю бассейна. – Что ты так удивляешься, как будто я тебе фотографии не высылала?
- Слушай, я и представить не могла, что это настолько красиво… Да еще и прямо под боком…
- Намекаешь, что я плохой фотограф, - подмигнула Тина и села на край бассейна, опустив ноги в воду.
- Нет, что ты. Ты замечательный фотограф. Но фотографии обычно всё приукрашивают. Но оказывается в жизни это еще круче! - Мила продолжала стоять на одном месте. – Я ведь никогда в такой красоте не была. Мы все больше в Крым ездили, ну и пару раз в Болгарии были. Но это все совсем по-другому. Даже страшно глаза закрыть, вдруг все исчезнет.
- Не боись, останется. Расслабляйся, получай удовольствие и почувствуй себя «белым» человеком. И заметь, к цвету кожи это отношение не имеет, - Тина осторожно опустилась в воду и, оттолкнувшись, заскользила на спине по поверхности воды, раскинув руки. – И вообще, хватит стоять с открытым ртом! Залезай, освежись! «Крыша» на место и вернется!
Рассмеявшись, Тина брызнула в подругу водой. Вздрогнув, Мила возмущенно посмотрела на нее. От подруги исходило столько веселья, что Барсукова невольно заразилась им.
- Ах, так! Ну, держись! – задорно сказала она и, скинув шорты с футболкой, с разбегу прыгнула и изящно вошла в воду.
Тина восхищенно наблюдала за Милой, которая, проплыв под водой несколько метров, вынырнула прямо у каскада.
- Милка, браво! Ты ж моя спортсменка, комсомолка и просто красавица, - радостно затараторила она.
- Да, уж красавица, - сказала Мила, подплывая к подруге. Она встала рядом и облокотилась о край бассейна. – Я тут сегодня глянула на себя в зеркало и ужаснулась. Такой плачевный вид. Саму себя жалко стало.
- Нормальный у тебя вид. Немного уставший, но это поправимо. В Тае ты быстро придешь в себя. Это я тебе, как специалист говорю!
- А с этим что делать? – Мила хлопнула себя по мягкому месту. – То ли дело ты, ничего лишнего.
- Да у меня не то, что лишнего, все в минусе, - Тина попыталась себя ущипнуть, но у нее это не получилось. – Видишь, даже ухватиться не за что. Всегда мечтала быть такой как ты. Чтобы мужики оглядывались, а девки завидовали! У тебя не фигура, а мечта! Особенно для здешних парней. Вот увидишь, они тут все слюной изойдут на тебя глядючи.
- Да ну тебя, - улыбнулась Мила. – Я не такая. Вот на мою маму точно,  - вдруг она, вспомнив, воскликнула. – Ой, мама! Я обещала ей позвонить, когда прилечу! Она там, наверное, места себе не находит! А я тут развлекаюсь…
- Спокойно! Никто не нервничает. Я еще утром твоим позвонила, когда на работу ехала. Сказала им, что все в порядке, что долетела ты нормально, а сейчас спишь.
- Ох!.. Ну, Слава Богу! Спасибо тебе!
- Да ладно, я понимаю, что после такого перелета не сразу можешь сообразить, что надо делать, - улыбнулась Тина, хотя в глазах промелькнула грусть.
- А что у нас с лицом? Куда подевалось безудержное веселье?
- Да так… Взгрустнулось, - быстро ответила Тина и, подтянувшись на руках, вылезла из бассейна. Мила тут же последовала за ней.
- Колись, давай, с чего это тебе вдруг взгрустнулось. Не от зависти же к моей фигуре…
Тина, замотавшись в полотенце, присела на лежак и посмотрела на подругу, севшую напротив. Криво улыбнувшись, она сказала:
- Конечно не из-за этого… - выдохнув, она продолжила. – Я когда твоим звонила, трубку Саша взял, - она притихла.
- Ясно! – сказала Мила. – Санька, небось, как всегда, со своими шуточками.
- Нет, нет, - Тина замотала головой. - Мы с ним мило поговорили… о тебе. И все.
- Тогда что? – тут до сознания Милы начал доходить смысл происходящего и она удивленно воскликнула:
- Не может быть!
- Может, - понуро ответила подруга.
- Не могу поверить. Ты что до сих пор? – брови девушки взлетели вверх.
- Угу... - она тяжело вздохнула. – Люблю… Хотя и пытаюсь убедить себя в обратном.
- Ну, ты даешь! Я думала, что все уже прошло, ведь так давно это было. А оказывается.
- Давно. Но, видимо, моя любовь не имеет срока давности.
- Вот это ты меня удивила, я даже забыла про свои неприятности.
- Я тебя никогда не спрашивала о нем, потому как хотела вычеркнуть его из своей жизни. Но это легче сказать, чем сделать. Папа ведь не знает, что тема о Саше – запретная. Рассказывает. Так что я знаю, что Саша женился… Как он там? Счастлив?
- Ага, женился, но уже и развелся. Детей, к счастью, нет, как, впрочем, и особой любви не было. Так что расстались они тихо и мирно.
- А почему?
- Сложно сказать. Разные они. Он долго пытался ее понять, подстроиться. А она занималась собой и своими друзьями. Ее интересовало только одно – сможет ли он дать денег на очередную вечеринку. Она так увлеклась разгульной жизнью, что перестала заниматься домашними делами. Уборку еще Санька пережил, а вот еду. Ты же знаешь, что вкусно поесть – это для него самое любимое. Ну, после меня конечно, - улыбнулась Мила.
- В отличие от меня, тебя он любит.
- Ну, он и тебя так любит. Но как мы все тут понимаем, тебе нужно нечто иное.
- Угу…
Повисла тишина. Девушки задумчиво смотрели на воду. Воспоминания всплывали в памяти одно за другим. Слова были не нужны. Мысли подруг унеслись в их общее прошлое…


Рецензии