Вечер наступит не завтра 5

ПРОДОЛЖЕНИЕ
НАЧАЛО ЗДЕСЬ http://www.proza.ru/2012/09/19/1774

          Незаходящее солнце, неустанно продолжало освещать дикую красоту гранитных гор и отвесных каменных берегов, за которыми урчало свинцового оттенка полярное море, и носились стаи крикливых гагар.

                НЕ РИМСКИЙ ИМПЕРАТОР

          Не думая больше о стрельбе, он уклонился от летящего в лицо кулака, отпрыгнул и от души врезал прикладом в челюсть нападающему. Тот, охнув, рухнул, как подкошенный. Второй, не желая рисковать, отскочил и, не церемонясь, выпустил короткую очередь под ноги Сергею, пресекая желание завладеть автоматом упавшего. Звук стрельбы, и цокот гильз по камням были хорошо знакомы. С таким аргументом не поспоришь.

          — В сторону! Дёрнешься – стреляю!
          Наглой ухмылки на лице уже не было, глаза сверкали неприкрытой злобой. Сергей понял: дай повод и он труп. И словно вышел весь воздух из лёгких. Апатия, защитным коконом окутала его измученно тело. Он вяло огрызался и хромал, при неудачном десантировании, кажется, сломал ногу. Тупой болью ныл правый бок, наручники впились в запястья, а мозг, словно в тумане фиксировал, что его куда-то ведут, бьют, что-то спрашивают...
          Он не мог сказать определённо, сколько прошло времени. Сон прошел мгновенно, едва громыхнул железом запор на двери. Не открывая глаз, он пытался определить сколько людей войдёт в камеру. Но конвоир был опытным и к топчану подходить не стал, на расстоянии крикнув:
          — Подъём! Харе дрыхнуть!..

          Длинные переходы и мрачные коридоры закончились комнатой. Пока два откормленных охранника, со знанием дела, привязывали его к спинке стула, он успел осмотреть помещение. Очевидно когда-то здесь находился войсковой командный пункт: узкие окна, мощные стальные жалюзи снаружи, невзрачные стены. А сейчас внутреннее убранство напоминало заштатный офис: китайский вентилятор на полу, пара столов, компьютеры, мониторы, стулья на колёсиках. Связки проводов дохлыми змеями извивались куда-то под железный шкаф, под потолком бесполезно гонял воздух широкими лопастями допотопный пропеллер, а в углу, как издевательство над дизайнерской мыслью, пыльная пальма в треснувшей кадке, грустно мечтающая о солнечном побережье. Всё здесь было затрапезным и ветхим. Впрочем, стул под ним, очевидно, еще старорежимный. Прямой — спинкой и деревянной массивностью он напоминал о былом величии канувшей в лету державы.
          От созерцания отвлекла распахнувшаяся дверь.
          Он был невысок и грузен. Свет плафона отражался в блестящей как бильярдный шар лысине. Широкий галстук под синим пиджаком поражал ядовито оранжевым цветом, мешковатые брюки когда-то имели наглаженные стрелочки, а в начищенный глянец туфлей можно было смотреться как в зеркало.
          Покачиваясь с пятки на носок, он, словно спаниель, склонив голову набок, с откровенным любопытством разглядывал Сергея.
          — Ну, и что дальше? — нарушил затянувшееся молчание пленник.
          — Хорош! Даже лучше, чем на экране. Колоритная внешность, волевое лицо, злой взгляд – супер! Здравствуйте Сергей Николаевич, — улыбнулся толстяк.
          Сергей едва не поперхнулся от неожиданности. Отчество его не знал никто из команды, и даже если за ними следили, то оно никогда и нигде не звучало. Быстро проанализировав ситуацию, он взял себя в руки, поняв: данные его могли «срисовать» с документов в самом начале, когда он был в отключке.
          — Вы невежливы, а я с вами поздоровался.
          — В моем положении глупо было бы желать вам здоровья.
          — Ах это… не берите в голову. Верёвки — всего лишь временная мера, уверяю вас — это ненадолго. Просто я уже знаком с вашим взрывным характером, и возможность более близкого общения меня… ммм… не воодушевляет. Ну, да ладно, не будем отвлекаться по пустякам. Позвольте представиться: Цезарь Федор Иванович, хозяин этого уютного заведения.
          — Салатное погоняло… — усмехнулся Сергей.
          — Не смешно. Не от салата, и не кличка это, а фамилия… Впрочем, я понимаю, вам хочется меня позлить. Итак, продолжу. Я здесь — полновластный хозяин, бизнесмен и, по совместительству, метеоролог. Метеорология, это так, фикция, все данные о погоде собираются, обрабатываются и отправляются куда следует, в автоматическом режиме. Самое смешное, что мне за это даже какую-то зарплату платят… Хи-хи… Но, вижу, у вас ко мне много вопросов?
          — Угадали. Первое и главное: пропало без вести шесть человек, и вы не можете не понимать, что нас станут искать.
          — Естественно станут, а вернее уже ищут но, увы, вас уже нет. Вся ваша группа, и два пилота, погибли в авиакатастрофе, примите мои соболезнования, хи-хи… Желаете полюбопытствовать? - он повернул монитор к Сергею, пощелкал клавишами, и на экране появились скупые строки новостного сайта, сообщающие о пропавшем самолёте, розыскных мероприятиях, и возможной гибели восьмерых человек.

          Толстяк явно был доволен произведённым эффектом, и, радостно потирая ладони, продолжил:
          — А в скором времени поисковая группа обнаружит где-то в море, недалеко от берега, обломки самолёта и ваши бренные останки.
          — Но как же… генетическая экспертиза покажет…
          — Ой, я вас умоляю! Вы не в Америке и, даже, не в Европе. Наша действительность – Азия, древняя и самобытная… На месте крушения найдут фрагменты вашей одежды, какие-то документы, вещи и — всё. Океан не оставляет следов. Самолётов древних навалом, по провинциальным аэродромам можно найти любую технику и обломки  разбитого гидроплана на отмели будут выглядеть вполне правдоподобно. А останки людей на дне кормят рыб, или звери растащили. По побережью, знаете ли, много зверя шастает, песец, лисица, медведи.
          — Не понимаю, мистер Цезарь, зачем вам всё это?
          — Деньги, Сергей Александрович, банальные зелёные бумажки с портретами американских президентов на лицевой стороне. И чем их больше, тем лучше.
          — Ерунда. Не верю! Фигня какая-то. Остап Бендер знал уйму относительно честных способов отъёма денег, я вам навскидку нарисую еще пару десятков, а вы занимаетесь откровенной уголовщиной. Лабуда всё это.
          — Ну-у, для вас — лабуда, а для заокеанских зрителей очень даже интересное шоу, за которое они готовы платить немалые деньги. Главное в этом проекте – естественность и достоверность. Искушенный зритель сразу чувствует фальшь, а такое сейчас не котируется. Раньше интерес вызывали сцены насилия над женщинами, махровая порнуха, и даже педафильские сюжеты. Но всё это мелко, пресно, и зачастую выглядело постановкой провинциального режиссера неудачника. А наш проект совсем другое дело!
          — И в чем вообще смысл вашего кино? Люди, машины, остров, море, стрельба… где смысл?
          — Смысл — в сюжете. Сюжет – выживание. Стремление выжить любой ценой в экстремальной обстановке.
          — Да? Смахивает на плагиат. Таких фильмов вагон и маленькая тележка. Да вот, к примеру из последних: «Охота на пиранью» с Машковым и Мироновым. Тайга, толпа уголовников гоняется за героями, а те выживают – полная фигня. Так что, никто ваше самопальное кино смотреть не станет.
          — Вы не поняли. Здесь всё — взаправду! И смотрят, еще как смотрят, и требуют продолжения. Мы снимаем не постановочное действо, а вживую!
          — Пфф, высокоинтеллектуальное творчество, Феллини удавился бы от зависти.
          — Напрасно иронизируете. Помните, пару лет назад Европа сходила с ума по каким-то пичугам? Веб-камеру установили около гнезда, и круглые сутки можно было наблюдать за всеми перипетиями жизни лесных обитателей. Или наш пресловутый «Дом-2». Есть люди, которые жить не могут без этой пошлятины. У нас же всё делается по высшему разряду. Тягомотина безынтересной повседневности урезается до минимума, остаются только яркие сюжеты с интересными подробностями. Ну и всё строится по классическому варианту: быстрый прогон действующих лиц перед началом развития событий, завязка – начало развития событий. Далее развитие действия – отображение событий после завязки до кульминации. Кульминация – наивысшее напряжение действия. Развязка – заключительный момент, он может быть разным но, хэппи-энд отменяется. Трагедия, крики ужаса, море крови, вот чего хочет современный зритель! Всё, как и в далёком прошлом – хлеба и зрелищ! С хлебом у них полный порядок, а вот голливудская жвачка всем уже порядком осточертела.
          — Фантастический бред!
          — Отнюдь. Кстати, честно говоря, мы не думали, что всё зайдёт так далеко, и вы сумеете добраться до нашей базы. Без иронии — мои аплодисменты! Предполагалось, что все участники событий постепенно будут выбывать из игры по пути следования. Для этого и были наняты такие статисты как ваш тунгус, и банда уголовников. Но вы умудрились выжить и сохранить свою команду, браво! Пальба-стрельба для усиления эффекта, а в остальном — не нужно было создавать какие-то препятствия. Остров сам по себе весьма негостеприимен, и предыдущие путешественники попросту разбились, свалившись в пропасть. Неудачники. Тот сюжет был не особенно интересен, всё закончилось слишком быстро.
          — Значит, мы не первые?
          — С апреля вы четвёртые, и смею заверить — самые удачливые.
          — Звучит, как комплимент.
          — Это действительно так.
          — С апреля, и мы всего лишь четвёртые?
          — Ну, а как вы хотели? Каждое шоу должно быть преподнесено на должном уровне. Знаете, как готовится спектакль? Сцена, декорации, аппаратура и оборудование, распределение ролей, репетиция, прогон, и так далее. Но это спектакль, а здесь всё гораздо серьёзнее, только декорации не нужны, да ваше выступление не предполагает репетиции. Всё на инстинктах и желании выжить, импровизация приветствуется. С чем вы блестяще справились, хотя, финальная сцена еще впереди.
          — Вы помните Брюса Уиллиса?
          — Ну как же, великолепный актёр, с мощной харизмой.
          — Не знаю, как там с харизмой, но… вспомнилась мне такая шутка, что если бы он играл главную роль в «Титанике» то он бы всех спас.
          — Смешно, — без улыбки ответил шоумен. — И… это вы к чему?
          — А если я, как и он, к финалу всё тут взорву к чертям собачьим и вам надеру задницу?
          — Великолепно! Как вы заметили камеры здесь везде, съёмки идут с разных ракурсов, дерзайте, получится неплохое кино!   
          А вообще, изначальная задумка была сделать на острове эдакий сафари парк. Как в африканской саване, но только с нашим, исконно русским колоритом. Олени, овцебыки, ну и хищники, естественно, как же без них. Пытались найти уссурийских тигров — нереально, далеко и жутко дорого. Снежного барса тоже не достать, остановились на том, чего в лесах навалом: рысь, медведи, росомаха, волки… Но потом стало ясно, что дело это хлопотное, и вложенные средства оправдать будет не просто. Зима здесь, видите ли, слишком длинная, а потенциальным клиентам больше по нраву теплые края. Вот и решили продвигать другой, более интересный проект, с вами, и такими как вы, хи-хи… Что-то не так?
          — Жутко неудобно. Не могли бы вы меня развязать? Кусаться не буду, обещаю.
          — Ммм…  чуть позже, потерпите. Итак, на чем я остановился? Ах да, решено было заняться другим проектом, но первая партия зверья была уже завезена на остров, а это, поверьте, дело весьма хлопотное и недешевое. При разгрузке пьяные балбесы умудрились уронить клеть. Она разломилась и две росомахи сбежали. Один из зверей великолепный экземпляр, самец, лохматый, страшный, первобытная мощь и жуткая злоба! Впрочем, он сыграл свою роль, и гармонично вписался в фильм, кадры  потрясающие… Да вот, можете сами убедиться…

          Он нашел нужный видео-файл, и, включив запись, прокрутил сюжет нападения росомахи на бедного оленевода. Кадры менялись, трансляция съёмки велась с нескольких точек, звука не было, но Сергей и без него чувствовал весь ужас отбивающегося от зверя человека, а сидящий перед ним, выражал своим видом неподдельный восторг. Хотелось вцепиться в глотку и вырвать кадык извращенцу, испытывающему наслаждение при виде смерти. Передёрнув от отвращения плечами, Сергей, стараясь сохранять спокойствие, спросил:
          — Как всё интересно. А почему именно остров, и здесь, в высоких широтах?
          — Всё просто. Пальмы, солнце, бананы и мулатки — фи-и, не актуально. А здесь натуральный экстрим, дикий Север. В основном, необычайно длительная и суровая зима, короткое холодное лето. Неустойчивая и капризная погода, «световое голодание» во время полярной ночи и «световое излишество» во время полярного дня, повышенная геомагнитная активность, разнообразие ландшафта от болотистой низменности до потрясающей красоты скал, и так далее и тому подобное. А остров... Ну куда денется человек с острова? Никуда, он весь как на ладони, удобно. Не так ли?
          — Вполне. А не боитесь так откровенничать?
          — Нет, не боюсь. Вы же понимаете, я не глуп и всё просчитал, никому и ничего вы не сможете пересказать. Просто не сможете ввиду объективных причин, или не захотите… — он сделал театральную паузу, глубокомысленно глядя на собеседника и добавил, — если примите моё предложение.
          — Предложение?
          — Да, я хочу сделать вам предложение от которого вам будет трудно отказаться… Идите ко мне работать.
          — Хм… в качестве кого?
          — Начальником службы безопасности. Поверьте, мы умеем быть благодарными, и для хороших сотрудников на зарплате не экономим.
          — Что? Не смешите! У вас нет на эту роль подходящего человека?
          — Отнюдь. Хорошего специалиста в вопросах безопасности сейчас найти не просто. Этот… которого вы сделали калекой приласкав прикладом, спившийся ублюдок. Его умения хватило только на то, что бы натянуть колючку вокруг базы, да найти таких же уродов, которые пялятся в мониторы, создавая видимость работы, да ноют о повышении зарплаты. Вы – другое дело. Сразу нашли слабое звено в системе охраны, и будь у вас подлиннее верёвка, думаю, был бы нам неприятный сюрприз. Мы не всесильны, но все же, кое-что удалось узнать из вашего прошлого. Офицер, прошли Афган, Карабах, несколько командировок в Чечню. Последние годы в системе МВД, да не заладилось с руководством…
          Знаете, что написано на борту патрульных машин американских полицейских? «To care and to protect», то бишь: «Заботиться и защищать», именно так. А у нас? «Хватать и не пущать» написали бы, если б разрешили. А вместо первоочередной фразы копов: «Всё что вы скажете, может быть использовано против вас», у наших есть свой слоган: «Стоять! Бояться! Денег не прятать». Но вы же офицер, разведчик – честь превыше всего! А с волками жить — по волчьи выть – вы не могли, и не желали. И как только вышел положенный срок, Вас выперли на пенсию, не посчитавшись с боевыми заслугами, а пенсия копеечная. Поэтому и горбатитесь от зари до зари на благо современных буржуев. Так что, не сомневайтесь и соглашайтесь.
          — Ммм… я не наивный юноша и понимаю, что вы каким-то образом подстраховались… А ну как я сбегу на большую землю, и всё что тут творится станет достоянием гласности?
          — Приятно говорить с рассудительным человеком. Как говорил Козьма Прутков: «зрите в корень». Всё верно, никакие договора и контракты не гарантируют вашей к нам лояльности. Но мы знаем способ, который основательно укрепит наши взаимовыгодные отношения.
          — Деньги? — скривился Сергей.
          — Ну что вы, мелко и банально, конечно же – нет, — он отрицательно покачал головой, не спуская глаз с собеседника.
          — Хм… что же тогда? Остаётся… кровь?
          — Угу, — утвердительно закивал болванчиком он, — это самый действенный способ, вы профессионал, для вас это не составит труда.
          — Пошло и старо, как мир. Басмачество какое-то. Ничего оригинальнее не придумали?
          — А что? Способ весьма эффективный. Неважно где и когда его применили впервые, главное, действует! Базу особо и охранять-то не от кого, скалы да медведи, поэтому контингент охраны у нас небольшой. Отморозки, по большому счету, уголовники, вахтовым методом работают, но все повязаны кровью и никому даже в голову не придёт бежать с заявлением в прокуратуру. Впрочем, местный прокуратор, как и милиция, у нас с рук кормятся.
          — Вот вы всё говорите: «мы-мы, у нас»… это вы о себе и ваших уголовниках?
          — Ну что вы, конечно же нет. Такой проект стал возможен только благодаря существенным денежным вливаниям заинтересованных лиц. Они далеко, за бугром, как говорится, а я всего лишь представляю их интересы и занимаюсь непосредственно шоу-проектом. Там же и реализуется конечный продукт. Но вы не ответили на моё предложение.
          — Если у вас всё записано то, наверняка есть все подробности… Ну, где мне пришлось стрелять по катеру.
          — Ах это! Да, превосходный сюжет, но не для этого случая. Там всё просто, в вас стреляют — вы в ответ, взаимообразно и без особого криминала. Вы защищались, превышение пределов необходимой обороны, тем более там были отъявленные ублюдки, за которых вам местные менты ящик водки еще выставят. Ну, пару-тройку лет условно получили бы и все дела.
          — Убедительно. И кого же я, в таком случае, должен грохнуть перед кинокамерой?
          — Ооо, на ваш вкус! Выбирайте сами из своей команды. А вот хоть бы и бывшего зека! Бочаров, погоняло Агроном, из «Пятигорских». В прошлом — бандит, а, значит, ваш потенциальный враг. Впрочем, бывших  бандитов не бывает, как не бывает бывших ментов, хи-хи. А вот дам, если можно, не трогайте, на них у нас есть определённые планы. Ну, вы понимаете, с женщинами здесь определённый напряг, одна бабка-чукча на берегу и та колдунья, хи-хи. А эти, ваши – весьма симпатичные особы… Впрочем, вижу, моё предложение вам, определённо, не нравится?
          — Вы правильно заметили, я — профессионал, но это не значит, что я бездушный убийца.
          — Ой ли? А как же горячие точки? Не похоже, что вы отсиживались на продуктовом складе, хи-хи… Но я не осуждаю, ни в коей мере. Еще Лермонтов писал: «Я люблю Кавказ, но презираю тех, кто живет там. Нигде в мире нет таких варварских обычаев и таких уродливых людей, как кавказцы. Если мы не истребим их, эта грязь скоро окажется в наших городах». Уже тогда он писал о том, что видим мы сейчас, так что вы в своём праве — воевали, стреляли, значит, так было нужно.
          — Не путайте божий дар с яичницей, там… это… другое…
          — Я понял, и всё же, не спешите отказываться, иначе придётся умереть самому. Выбора у вас особо нет, всего лишь два варианта. Причем, прошу заметить, просто пулей вы не отделаетесь, и не надейтесь. Всё должно быть красиво, для истории так сказать, с максимально кровавыми подробностями. Несмотря на статус отставника, вы в превосходной форме, и в чем-то, даже, я вам завидую. А теперь представьте: под звуки фанфар, в ослепительных лучах софитов вы, как древний гладиатор, выходите на арену и бьётесь со стаей голодный волков, или медведем — это мы решим позже. Я думаю, такая смерть будет выглядеть красочно, зрителям нравится достоверность. Это бизнес — не обессудьте. Да! Забыл сказать, этот бой мы постараемся провести в прямом эфире, он лайн, так сказать, и ставки среди зрителей будут высоки. Тотализатор приносит огромную прибыль, поверьте...
          — Мразь! Погань! Порву падлу!.. — Сергей всё же сорвался, не в силах выслушивать весь этот бред, скрежетал зубами и громыхал за спиной браслетами, пытаясь вырваться из жестких объятий верёвок.
          — Фи-и, как неинтеллигентно. Впрочем, я ожидал подобного и совсем не обижаюсь. У вас еще есть время подумать над моим предложением, но уверяю, его катастрофически мало… Отдыхайте. Эй, как вас там… проводите его!

          Сергей не стал ожидать появления «как вас там» и вскочил. Насколько позволяло ему связанное положение, сделал со стулом пару неуклюжих прыжков к толстяку, и, запнувшись о провода, рухнул всем своим немалым весом на стол, с треском опрокинув его. Бумаги, ручки, и прочая канцелярия, веером разлетелись по полу. Истерично вопил шоумен, матерился, пиная Сергея, охранник, а он, лежащий на полу в неудобной позе, ухмылялся сквозь болезненную гримасу. Цель достигнута: в потной ладони была обыкновенная канцелярская скрепка. И теперь оставалось надеяться, что вертухай - уголовник не станет его тщательно досматривать…

          «На тебя, бетонный пол, я всегда мог положиться, хотя, лежать на голом полу приятнее, если он противоположный», вспомнились прочитанные где-то строки. Щербатый и холодный, он неприятно давил своей массой на избитое тело и приятно холодил разгоряченный лоб. Думать ни о чем не хотелось, хотелось спать, но уснуть на бетоне – чревато последствиями для организма, и он, кряхтя как престарелый ветеран, кое-как перевернулся на бок. Прижавшись спиной к стене он придал телу вертикально положение, тело же, не оценив заботы, предательски дрожало, требуя покоя и тепла. Дождавшись, когда утихла ноющая боль в боку, он потихоньку продолжил подниматься.
           Уф-ф… не думалось ему, что это, казалось бы незначительное, действо вызовет затрату таких усилий. Проковыляв к топчану, он осторожно опустился на доски. Желание уснуть пропало, вспомнилось наивное лицо Саши-студента, улыбки девушек, Бочаров… Как они там?

           Олег с Петровичем, наверняка, двинули назад — предупредить остальных об опасности. И сейчас  они все вместе укрываются где-то в сопках, ожидая нападения.
           Ох и не просто им сейчас… Мне, впрочем, тоже. Надо выбираться.

           Он немного не угадал о местоположении друзей.
         
                БАЗА НЕПРИЯТНОСТЕЙ

           Здесь, на базе, скрывать камеры видео-наблюдения было не от кого, и Сергей заметил, что они висели везде. А вот в узилище их не было. Сантиметр за сантиметром он осмотрел всё помещение еще в первый раз, но ничего похожего на камеру не обнаружил и надеялся, что за ним никто не наблюдает.
           В кино он не раз видел как киногерои, используя  вместо стандартного ключа  согнутую дамскую заколку, ловко вскрывают браслеты. В реальности таким образом открыть наручники смог бы только профессиональный взломщик. Сергей взломщиком не был, но профессия обязывала, и он досконально изучил устройство наручников и знал более эффективный способ вскрытия. Сейчас это знание могло пригодиться, но туго стиснутые металлом руки за спиной онемели, и выполнить задуманное было непросто. Браслеты стандартные, без сюрпризов, и тюремщик, защелкнув их,  не удосужился воспользоваться фиксатором. Это упрощало дело.
           Провозившись долгие пять минут, он всё же освободил одну руку. На душе полегчало, и второй браслет он снял уже легко.
           Первым делом разувшись, он осмотрел ногу. Голеностопный сустав слегка опух, но перелома, кажется, не было. Покрутив стопою,  сморщился, впрочем, боль была терпимой. Ослабив шнуровку, натянул ботинок и призадумался…

           Думать пришлось недолго. Громыхнул запор, и Сергей решил выжать все возможности из предоставленного фортуной шанса.
           Бугай охранник, заходя в камеру,  не ожидал сюрприза. Поставив перед пленником миску с неаппетитной с виду и противной по запаху похлёбкой, он, ухмыляясь, положил рядом ложку. Сергей, держа за спиной руки, попросил снять наручники, чтобы пообедать, на что получил совет брать пример с собак и жрать так…
         
           Ухмылка еще не сменилась удивлением, как узкая ручка столового предмета вонзилась бугаю в правый глаз.
           «Алюминиевые ложки дерьмо — гнутся», — мимоходом мелькнуло в голове пленника, а руки уже привычно отрабатывали всё, чему когда-то его обучали. Удар в кадык — не дал вырваться наружу воплю, в пах — согнул пополам вертухая, и, на десерт, замок из сжатых кулаков мощно ухнул сверху по шее, наконец-то опрокинув охранника на пол. Сил не жалел, в удары вкладывал всю накопившуюся злость. Назад пути нет, ему элементарно надо выжить, и он озадаченно сморщился: «как жаль, что нет у охранника автомата, а дубинкой только гопников пугать в подворотне».

           Поверженный еще дергался в конвульсиях, а Сергей уже осторожно выглядывал из дверей. Вроде бы тихо…
           Чтобы иметь хоть какой-то запас времени и не вызвать подозрения в первые минуты, натянул на себя камуфляжную куртку охранника. Низко надвинутый на лицо козырёк кепки «афганки», должен был прикрыть лицо от камер. Отпихнув ногой упавшую чашку, он перевернул тело набок. Открылись взору кожаные ножны с рукоятью ножа, который он тут же вынул. «Ну вот, это существеннее резиновой дубинки», — мелькнуло лёгкое удовлетворение. «Скорпион» — прочитал глубоко протравленную надпись на отполированном до блеска металле. Знакомая вещь удобно легла в руку теплой рукоятью ореха. Дагестанские мастера знали своё дело, и тяжесть клинка сразу придала уверенности. Повертев и осмотрев рацию, сунул её в карман вместе со связкой ключей и, прикрыв дверь камеры, двинулся по уже знакомому маршруту, решив навестить Федора Ивановича, со смешной фамилией Цезарь. Сутулясь, он двигался по полутёмному коридору с безликими дверями, навевающими тоску. Кое-где валялся мусор, прошмыгнула мышь. Из-под двери слева пробивался свет, слышался шум и громкие голоса. Кто-то ругался, кто-то смеялся, играла музыка... «Очевидно, развлекается отдыхающая смена караула, и лучше тут не задерживаться», — решил он, и, миновав опасный участок, облегченно вздохнул. Слегка расслабившись, Сергей свернул за угол и… в упор столкнулся с небритой физиономией.
          Предательски задёргался левый глаз, и мгновенно вспотели ладони… Взгляд за доли секунды оценил размеры неприятности, которые поражали объёмом. Лысый череп, склонившись, возвышался над Сергеем. Чезаре Ломбразо был бы доволен таким экземпляром гомо сапиенс, его теория здесь подтвердилась бы сразу. Массивный лоб косо пересекал безобразный шрам, который рассекал сросшиеся брови над выпирающими скулами, небритую щеку и обрывался у квадратного подбородка. Когда-то ему здорово досталось, но он полон сил и здоровья, под широкой шеей играет мускулатурой тренированное тело. Бугры мышц выгодно подчеркивают рельефный торс, полотенце через плечо, удивление в глубоко посаженных глазках, помазок и (анахронизм) опасная бритва в руках!..

          Враг, с рыльно-мыльными принадлежностями, ничего не подозревая, топал умываться, а тут: мы не ждали — вы припёрлись.
          Отвлеченное: «как пройти в библиотеку?» не прокатит, остаётся…
          Лысый среагировал мгновенно, и резкий выпад ножа отбил жестко, рука сразу заныла. Зигзагообразный блеск мелькнул перед лицом так быстро, что Сергей едва успел отклониться, бритва с хрустом распорола импортный камуфляж, опасно пройдя под шеей, и… завертелась пляска смерти.
          Противник был молод, но шрамы на теле показывали, что бывал он в серьёзных переделках, а в быстроте реакции чувствовалась спец-подготовка. Сергею приходилось нелегко. Мелькали руки-ноги, удары, блоки, ложные выпады, прыжки, атаки, уклонения. Оскаленные зубы, злоба и ярость глаза в глаза, всё молча на пределе злости, а время катастрофически уходит. Фортуна пока благоволила обоим, одарив фантастическим везением. Ныли конечности, пот застилал глаза, болели суставы и гудели мышцы, но металл не коснулся разгоряченных тел и оба были целы.
          Схватка на мгновение замерла. Хрипло дыша, противники, поняв, что силы равны, оценивали свои шансы, и Сергей попытался уладить дело миром:
          — Смерти ищешь? — отдышавшись, спросил он, — Ты молод — живи. Уйди в сторону, и я уйду, не надо крови...
          Боец медленно и отрицательно покачал головой, презрительно бросив:
          — Сдрейфил?
          Смахнув стекавший по виску пот, краем глаза Сергей заметил движение. Видеокамера под потолком в углу дёрнулась, нащупала всевидящим оком бойцов, и тут же по натянутым нервам ударил рёв сирены!
          Сосредоточенный на противнике боец от неожиданности дёрнул взглядом на вопящий репродуктор, отвлёкся на долю секунды и… хаотично пытаясь отбить летящую в лицо связку ключей, пропустил удар.
          Клинок нашел свою жертву, мягко пронзая плоть. Резкий рывок и Сергей, отскочив на безопасное расстояние, ответил:
          — Не сдрейфил, дурак… а мог бы жить…
          Словно в замедленной съемке, он отрешенно фиксировал: навык ближнего боя не утрачен — рука не дрогнула. Как и в теории, клинок аккуратно вошел между рёбер горизонтально, не застряв между ними. С кончика металла оторвалась рубиновая капля… Блеснув буквами «Solinger», медленно закувыркалась и звякнула о бетон бритва, от рукояти которой откололась перламутровая накладка... Между пальцев, зажимающих рану, проступила тёмная влага, и удивлённый взгляд напротив беззвучно вопрошает: «Как же так?.. Не хочу!.. Это не правильно…  Не справедливо, я моложе… Сильнее… Выносливее!»…
          Умирает враг быстро, покорно и молча только в кино, а здесь всё происходило жутко медленно. Вот он упал на колени…  Вот гримаса боли перекосила лицо…  Вот открывается рот…
          Рёв раненого зверя ударил эхом по гулким коридорам, мгновенно переключив заторможенность в нормальный режим, и время ускорилось.

          «Не пруха, засветился», — передёрнул плечами Сергей, и, уже не скрываясь, рванул вперёд, надеясь застать толстяка в его кабинете, а сзади, затихая метался обреченный вой ужаса и боли.

          Нужная дверь оказалась закрытой, и ни один из трофейных ключей к ней не подходил. Пнув от злости дубовый массив, он взвыл от боли — совсем забыл про вывих. Прихрамывая, двинулся вдоль стены в неизвестном направлении. В кармане забормотала рация:
          — Внимание всем! Внимание всем! У нас побег! Принять меры к нейтрализации беглеца! Он в западном секторе, движется по коридору, блокировать все двери! Задержать, не убивать и не калечить, это приказ!..
          «Ага, интересно, как это у вас получится "не убивать и не калечить"? Хе-е, это мне только на руку, повоюем», — и он показал кукиш сопровождавшей его камере. Показалось, что камера озадаченно моргнула.
          Торопливо хромая по коридорам, он безнадёжно пытался вскрыть все двери, попадающиеся на пути, но даже если ключи к ним подходили, они не открывались. Проклиная всё на свете, он рычал от злости и, с удвоенной энергией брёл вперёд, а завидев мелькнувшую в проходе спину рявкнул:
          — Стоять!
          «Спина» засуетилась, пытаясь открыть одну дверь, вторую, и повернувшись к Сергею лицом, съехала вдоль стены на пол. Перед ним сидел седой, испуганный старичок, в замурзанном белом халате, взгляд расширенных от ужаса глаз, сошелся на кончике обагренного кровью клинка.
          — Ты кто? — озадаченно спросил нависающий над ним Сергей.
          — Т-т-толоконников, Петр С-сергеевич,
          — Насрать на имя! Здесь ты кем, что делаешь?
          — Т-так это… с группой туристов вдоль побережья, и мы с женой... Катер захватили… а я ветеринар по первой профессии…  вот… приставили за зверями ходить.
          — А жена и остальные где?..
          Вопрос остался без ответа, но по дрожащим губам и крупной слезе затерявшейся в морщинах, всё стало ясно без слов.
          — Сучий потрох! — зло выругался Сергей. — Что же делать?!...
          От безысходности хотелось выть и грызть бетон зубами.
          — С-сзади, — скрюченным пальцем старик указывал за спину, и Сергей рывком развернулся.
          В приоткрытую дверь на него смотрел ствол незнакомой конфигурации. «Стрелять не станут, был приказ», — подумал он, шагнув вперёд, но ствол невнятно пукнул, и что-то острое впилось в ногу выше колена.
          — Блин, что это? — удивлённо выдохнул он, выдернув стрелку с оперением.
          В голове закружилось, он взглянул на старика, держа в ладони непонятный предмет.
          — Т-транквилизатор, — прошептал старик, мучительно пытаясь подняться.
          — А-а-а… - Сергей хотел еще что-то спросить, но в ногу впился еще один комар.

                Г Л А Д И А Т О Р

          Уже падая, из последних усилий он метнул клинок в проём, откуда всё еще торчал ствол. Крика он уже не услышал, но, проваливаясь в темноту знал, что не промахнулся.

          Сознание возвращалось неохотно, медленно и лениво. Еще кружили над головой в темноте звёзды, а он уже сознавал, что лежит лицом вниз. На этот раз щека и грудь ощущали не бетон, а мягкий слой опилок. Голый торс — отметил он — ни куртки, ни майки… «Однако, прохладно, не простыть бы», — усмехнулся он про себя. К запаху сосновой стружки добавился резкий аптечный, и Сергей задержал дыхание, не желая выдавать, что сознание возвращается. Запах нашатыря отдалился, и он осторожно вздохнул, сквозь ресницы разглядев неясный силуэт в белом халате.
          — Лежите-лежите, не подавайте вида, — едва слышно зашептал склонившийся над ним ветеринар, по дрогнувшим ресницам понявший, что Сергей уже в сознании. — Вам надо как можно скорее набраться сил, они хотят стравить вас с медведем…



ПРОДОЛЖЕНИЕ ЗДЕСЬ http://www.proza.ru/2012/10/02/1862


Рецензии
Проняло, читаю дальше.

С уважением, полковник Чечелъ.

Полковник Чечель   08.06.2019 18:29     Заявить о нарушении
Рад, что не разочаровал.
Большое спасибо!
С уважением,

Юрий Воякин   09.06.2019 00:38   Заявить о нарушении
На это произведение написано 7 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.