Глава 1

Ночь...
Время смелых поцелуев и жарких объятий, страсти и забвения, тайн и секретов.
Ночь – время страхов.
Я ворвался в темный проем подъезда, рывком захлопнул за собой дверь, и, не оглядываясь, кинулся вверх, перелетая то через одну, а то и через две ступени. Я взмок. Ноги горели. В горле было сухо как в пустыне, а в боку начало покалывать. Проклятая одышка! Мне бы постоять минуты две... Хотя бы минуту!
Но я знал, что если остановлюсь хоть на секунду, то не доживу до рассвета.
Третий этаж.
Четвертый.
А вот и пятый! Быстрее!
Подбадривать себя было уже бесполезно, я чувствовал, что нахожусь на пределе выносливости. Двигаться быстрее уже не мог.
К счастью, я не ошибся. Память не подвела: в детстве я бывал в этой доме, пытался однажды спрятаться от особо настырной дамы из соседнего дома, которая собиралась поймать меня и сдать родителям. Не то, чтобы совсем уж незаслуженно, но…
Я вскочил на лестницу, ведущую на чердак. В этот момент усталость дала о себе знать. Нога соскользнула, но я сумел-таки удержаться, правда, врезавшись при этом плечом в металлический стержень. Выругавшись сквозь стиснутые зубы, я  выпрямился и толкнул крышку люка. Она оказалась заперта!
Вдалеке послышался лязг и грохот: кто-то с силой распахнул дверь в подъезд. Я глянул вниз.  На четвертом и третьем этажах лампочки, скорее всего, перегорели, и света не было. Но это не помешало мне разглядеть размазанную тень, метнувшуюся вверх по лестнице.
Я рванулся вверх, что есть силы ударив здоровым плечом по крышке люка. Послышал мерзкий скрежет, я опять чуть не потерял равновесие, но сердце едва не вырвалось из груди от нахлынувшей радости.
Из лестничного проема раздался яростный рык. Радость ту же пропала, сменившись на безудержное желание остаться в живых.
Ещё удар – одна из петель слетела, и крышка соскочила в сторону. На меня посыпалась пыль и деревянная труха. Зажмурившись, я подтянулся и втащил себя на крышу.
Рык раздался совсем рядом.
Не теряя ни секунды, я кинулся к краю крыши.
Раздался грохот. Я оглянулся. Крышку люка вырвало с петель, и отбросило в воздух. Тьма в проеме вырвалась наружу…
Дальше я смотреть не стал. Распластавшись на краю пятиэтажного дома, я оттолкнулся и скользнул вниз. Мгновения, пока нога не опустилась на опору, были самыми страшными. Всё разом рухнуло куда-то вниз, перед глазами успели пронестись сцены из жизни, а потом нахлынуло облегчение.
Я заскользил вниз насколько быстро, насколько это было возможно.
Ночь – удивительный уравнитель. Она смазывает краски, стирает различия. Скрывает одни страха, а другие наоборот обнажает, выставляя на всеобщее обозрение. До сего дня я не знал, что могу так ловко спускаться по лестнице. Да и высоту я всегда недолюбливал.
Но то, что ревело надо мной сверху, было куда страшнее пятнадцатиметровой ржавой лестницы.
Тем временем тварь на крыше затихла. Я отважился поднять голову: надо мной было только небо. Черные тучи, ползущие к белесо-желтой луне.
Соскочив вниз, я тут же кинулся прочь. Сбоку за кустами раздался шум – будто пытались распилить тупым ножом сковороду. В ушах рычал ветер, по спине побежали мурашки. В висках кололо.
Я мчался, не разбирая дороги. Хорошо, что вокруг не было ни души. Я не отказался бы от помощи, но понимал, что любой попытавшийся мне помочь лишится жизни. Я должен был справиться один. Тет-а-тет с ожившим кошмаром. Худшее из всех возможных свиданий!
Тишину разрезал грохот. Я едва успел затормозить: через мгновение асфальт передо мной начал трескаться. Трещины поползли во все стороны, запрыгнули на ближайшие стены – и через миг покрыли густой паутиной. В небе вспыхнул алый свет, тучи пришли в движение. Будто стая ворон они принялись кружить надо мной, то приближаясь, то отдаляясь.
Я кинулся прочь. Фонарь вперед меня прямо на глазах покрылся ржавыми пятнами и начал извиваться, подобно змее. Я оставил его за спиной. Не было нужды оборачиваться: я знал, что на асфальте осталась лежать груда кроваво-бурого пепла.
Из-за спины донесся призывный вой. На мгновение пришла мысль, что всё тщетно. Всего миг, но этого хватило, чтобы игла неуверенности вонзилась в сердце, и я ощутил леденящий ужас. И всё того же мига мне не хватило, чтобы успеть остановить себя.
Тварь почувствовала страх. Вой начал стремительно приближаться, а у меня уже не осталось сил, чтобы бежать.
Я остановился. Мимо пронеслась громадная тень.
Проклиная себя, я бросился в ближайший переулок. Несколько ударов сердца – тупик. Метров в пятнадцать-двадцать в длину, около четырех в ширину. Вместо кирпичных стен – оранжево-серые лианы, пробившиеся сквозь камень, вцепившись в него смертельной хваткой.
Сзади раздался рык. Я был почти уверен, что это была насмешка.
Я развернулся и встретился с ожившим ужасом из сказок. В лунном свете я отчетливо видел тварь, которая подбиралась всё ближе. Массивное волчье тело, густая скомканная шерсть на загривке, налитые кровью глаза и оскаленная пасть, полная острых как бритва зубов – сказать, что я был напуган, значило, ничего не сказать.
– Эй!
Крик вырвался раньше, чем я успел продумать дальнейший план действий.
Я разглядел в звериных глаза проблески человеческого разума. И мне сделалось по-настоящему страшно. Нет зверя опаснее человека – так говорят. Но люди просто до недавних пор не встречались с подобными монстрами... Людьми в волчьем облике. Идеальными убийцами, которых не возьмут обычные пули.
Несколько ударов сердца мы разглядывали друг на друга: убийца и жертва. Решали, кто из нас будет кем. Всё казалось столь очевидным, но теперь мне нечего было терять. И помимо этого, мне показалось, я почувствовал, что тварь колеблется.
А потом всё переменилось.
Тварь взревела и бросилась на меня. Я не сдвинулся с места. И улыбнулся.
Так легче. Проще. Честнее. Всего лишь улыбка, но она помогла сбросить оцепенений. Горящие звериной яростью глаза сверкнули в паре метров от меня – я отскочил в сторону. Времени на раздумье не было. Колебание – верная смерть.
Тварь тут же кинулась в новую атаку, и лишь отточенные в тренировках с Вэльдом навыки спасли меня от когтей-бритв. Обезумевший волк не успел затормозить и врезался в мусорные контейнеры, разметав их содержимое по переулку.
Казалось, вместе с тварью завыли и окружавшие меня стены.
Осиновый кол в сердце может превратить в пыль вампира, соль отпугивает призраков, серебро убивает оборотня. Примитивные средства, хотя, следует отдать должное, они прекрасно работали. Все они придуманы людьми, у которых не было иных способов защититься от порождений мрака. Но ими не пользовались уже много столетий. Никто и никогда не встречал монстров из тьмы. Тропа для тварей из других миров в наш мир была запечатана. До недавних пор, пока я не совершил ошибку, за которую теперь приходится расплачиваться другим.
Вервольф заметался, тряхнул головой и метнулся взглядом по проулку. Увидев меня на том же месте, он распахнул пасть, брызжа слюною, зарычал и уставился на меня.
Я не шевелился. Собирался с мыслями. Не знал, получится ли. Но если портал между  мирами открыт, то должно.
Ладонь наполнилась светом. По пальцам поползли алые всполохи.
Тварь вновь бросилась в атаку. Меня швырнуло на землю. В ноздри ударил отвратительный запах. Злобный, кровожадный и особенно мерзкий! Мне нельзя умирать, – пронеслось в голове. Клыки-бритвы клацнули у меня перед лицом. И я ударил!
Яркая алая вспышка осветила переулок. Тварь завыла. Запахло паленым.
А потом на меня набросилась тьма.

***
Я застонал.
Попытался пошевелиться, но каждое движение отдавалось болью. Попытка подняться закончилась неудачей – что-то удерживалось меня.
В глаза бил ослепляющий белый свет.
– Хватит! – вырвалось у меня.
Я окончательно проснулся, дернулся и судорожно пытался вспомнить, где нахожусь. Среди хаоса мыслей выделилась одна – я не мог двигаться. Вокруг было светло, издалека доносился шум неизвестного мне работающего прибора. Ноздрей коснулся запах спирта – в этот миг память вернулась. Будто кусочки мозаики собрались в одно картинку.
– Лежите спокойно, Дмитрий. Больно не будет, – пообещал мой лечащий врач.
Я собирался возразить, попытаться в очередной раз объяснить, что я не сумасшедший, но что-то внутри сломалось. Внезапно накатило отчаяние, а следом за ним,  отдающая звоном в ушах, апатия.
Лучше сейчас молчать. Мне всё равно никогда не поверят.
А скоро будет уже поздно.
– Зачем эти ремни? – поинтересовался я, пытаясь завязать разговор.
– Вы кричали во сне. Нам пришлось вас привязать, – пожал плечами доктор. – Вы могли покалечиться.
– Ясно.
Помощница – молоденькая голубоглазая девица, слегка полноватая, но весьма симпатичная, принялась рыться в ящике с инструментами. Интересно, зачем?
Я попытался пошевелиться – кожаные ремни впивались в кожу, причиняя боль.
Кто-то тихо рассмеялся.
Нет, врачи хранили молчание. Голос был в моей голове!
«А если ничего нет? Всё иллюзия. Безумие. Ты просто сошёл  с ума».
Предплечья коснулось что-то холодное.
«Это настоящая реальность. Нет ничего, кроме этой комнаты и смирительных ремней. Иные миры. Королевства. Принцессы. Всё лишь сон».
Игла. Мне снова вкололи какую-то дрянь.
– Вот так, Дмитрий. Отдыхай. На сегодня хватит. Продолжим завтра.
– Снимите это.
– Но...
– Снимите, – повторил я. И добавил: – Пожалуйста.
Врач задумался, потом неохотно кивнул, и медсестра, руководствуясь безмолвным приказом, принялась расстегивать ремни.
Едва замки были убраны, я медленно поднялся и принялся разминать затекшие руки, стараясь не смотреть в глаза присутствующим.
Видимо, они поняли. Ушли, оставив меня одного.
Я встал. Ноги затекли, но каждый шаг давался всё легче.
На окне висела решетка с толстыми стальными прутьями – до стекла было не дотянуться. Я знал, что сбежать не удастся. Но мне это не было нужно. Я просто стоял и смотрел. На мутный желтый диск ночного светила, выползающий из-за туч.
Разум неотвратимо начал затуманиваться из-за лекарства, но пока что мне удавалось сохранять над собою контроль. Засыпать нельзя. Снова туда – это слишком. Я даже не знал, остался ли жив.
Я прикрыл глаза и полностью сосредоточился на мыслях. Перестань я думать хоть на секунду – снотворное взяло бы вверх. Это я уже проходил.
Кто же я? Безумец? Не уверен.
Обычный программист. Один из многих. Но оказавшийся не в том месте, не в то время. Интересно, что произошло бы не пойди я  в тот день той дорогой, уйди с работы раньше или позже. Но... прошлого – река, в которую нельзя войти дважды.
С чего же начать? Конечно с того, с чего начинаются все подобные истории. Как говорится, чтобы у вас появилась проблема, вам потребуется ровным счетом ничего и… женщина.
Вот и моя история началась с прекрасной дамы...


Рецензии