Взрослая кожа Часть 21. Путешествие к Мастеру

Случайных совпадений не бывает. В городе с населением в миллион человек  мы с Маэстро оказываемся соседями, живущими в десяти минутах ходьбы друг от друга. За мной обещают зайти в следующую субботу. Всю неделю я маюсь дурью, любопытством и экзаменационной бессонницей, увенчавшейся очередными пятерками в зачетке с прицелом на повышенную стипендию в следующем семестре. Душа произвольно делит события на значимые и не очень. Предстоящее путешествие к Мастеру затмевает собой все и становится событием номер один в моей жизни. Ну, когда же, когда?!..
…Долгожданный стук в дверь. - Ура! Да,  я по-быстрому! – Пять минут на то, чтобы сменить халатик на легкие летние джинсики и футболку. Волосы забраны в хвост. На физиономии – улыбка предвкушения чего-то очень важного и необычного. Ноги готовы бежать на край света, а если потребуется, то и за край.
Но идти далеко не нужно. Лишь до пересечения улиц Абжалилова и Аделя Кутуя. Мы входим в двухэтажный облупившийся ветхий дом. Этакий барак образца пятидесятых годов. Здесь Жданов с женой Ольгой снимают дешевую «однушку». Жены дома нет и, судя по благоухающему помойному ведру с разложившимися отходами, к которым проторили дорогу наглые упитанные тараканы, нет уже долго. Плита заляпана до невозможности и выдает недельное меню обитателей квартиры. Вот тут жарили яичницу. Так неумело, что яйца разбивали мимо сковородки. Вот тут пытались сварить кофе, но, судя по абрису подсохших кофейных «луж» на плите, выпить его удалось немного. Что ж, бывает. А вот на этой конфорке варился, отчаянно закипая от возмущения, суп. Со всеми «вытекающими» из него последствиями-ингредиентами.  М-да… Начало путешествия, мягко говоря, не бодрит. Интересно, каким окажется сам мастер. В этой жалкой и грязной меблерашке думать о Мастере с большой буквы уже не хочется.  Я ощущаю себя как Элли, которая только что познакомилась с настоящим Волшебником Изумрудного города – затрапезным улыбчивым толстячком из Канзаса.
- А мастер сюда придет? Скоро? – В моей интонации сквозит неприкрытое разочарование.
- Нет, это ты к нему пойдешь. Да, скоро. Мы ждем проводника. Уж потерпи еще немного. – С этими словами Жданов достает из-за книжного шкафа раскладной массажный столик и устанавливает его посередине комнаты. Ровно под люстрой. Я понимаю, что для меня, но не очень понимаю, зачем.
Предупреждая мой незаданный вопрос, Жданов поясняет: со всех сторон должно быть одинаковое свободное пространство. Никаких стен, никаких углов, никакой мебели минимум в метре от «канала».  Раздается звонок в дверь, и в странную квартиру входят трое – невысокая светловолосая коротко остриженная женщина, рослый, довольно упитанный мужчина с длинными волосами, забранными в хвостик, которого я уже видела на фестивале у костра Жданова. Кажется, его зовут Леша. Но переспросить неудобно. И еще одна женщина – болезненно костлявая, с лицом хищной птицы и черными, как смоль, длинными прямыми волосами.  От нее веет потусторонним холодом, и я обреченно понимаю, что проводник – это она.
Очень хочется отменить путешествие,  «сдать билеты», выбежать из этого неуютного неухоженного дома, зарыться лицом в сирень, которую  я заметила у подъезда, но мне неудобно – ведь все эти люди собрались здесь ради меня. Черная женщина представляется:
- Вероника. Тебе нужно настроиться на мой голос, запомнить его, доверять ему, а лучше всего – его полюбить. От этого будет зависеть качество и комфорт твоего путешествия. Ты меня понимаешь?
Я киваю головой и с тоской думаю, что никогда не полюблю этот холодный властный голос. А значит, о «комфорте» путешествия придется забыть. Что ж, «поедем» эконом-классом.. .
Я лежу на массажной кушетке с закрытыми глазами. Руки вытянуты вдоль тела. Сердце предательски ухает в груди, выдавая мой страх. Я пытаюсь представить голос Вероники в виде нити Ариадны, с которой мне не страшен никакой «лабиринт Минотавра».
- Ты стоишь на лесной опушке.  – Вероника начинает работать с моим сознанием. - Внимательно  оглядись вокруг. Запомни отличительные ориентиры.  Именно в эту точку тебе предстоит вернуться. Погрешность может составить не более полутора-двух метров.  А сейчас запоминай ключ. Он очень простой. Прямой счет до тринадцати – ты выходишь в астрал. Обратный отсчет – ты возвращаешься в точку начала путешествия. Не раньше и не позже. Это чрезвычайно важно, понимаешь?
Я пытаюсь ответить словами, но язык меня уже не слушается. …Двенадцать, тринадцать.  С удивлением обнаруживаю, что стою, не касаясь ступнями земли, в высокой – по колено – траве.  Шершавые кончики стебельков щекочут мои колени. Странно, я же была в джинсах, а сейчас, получается, мои ноги абсолютно голые.  И не только ноги. Ничего себе! Об этом не предупреждали! Пока я удивлялась своей обнаженности, какая-то непонятная сила протащила меня вверх еще на полметра. Трава осталась внизу. О, боже, ориентиры! Я ничего не запомнила достоверно – ни конфигурации поляны, ни  каких-то особых деревьев. Только эти щекочущие колени стебельки. Но ведь они здесь повсюду.  Я двигаюсь очень странно. Не лечу, а именно перемещаюсь в пространстве в вертикальном положении какими-то плавными скачками – вперед и вверх. Еще на метр выше и дальше, потом еще. Скорость увеличивается. Я начинаю попадать в ритм этого шахматообразного движения. Ход конем. И еще один, и еще… Обнаженная Таня играет белыми фигурами. Забавно. И ни капельки не страшно. Пытаюсь посмотреть вниз. Вижу верхушки деревьев, на них – очень отчетливо – большие черные птичьи гнезда. Интересно, какие птицы вьют такие огромные гнезда, что я их замечаю с такого приличного расстояния? Узкая просека внизу. И опять верхушки сосен. Еще одна поляна. Нет, никаких привалов. Мы даже не снижаемся.
Наконец, сосны расступаются, и я вижу одиночное здание, похожее на школу  или на дом культуры в провинциальном городке. Голоса Вероники я больше не слышу.  Звукового ориентира нет. Что делать дальше? Что-то внутреннее подсказывает мне, что цель путешествия именно здесь. Я пытаюсь самостоятельно опуститься вниз и найти вход. Получается. Оказывается, движением очень легко управлять силой намерения.  Вхожу в «школу», все так же не касаясь ступнями пола, не чувствуя собственного веса. И вдруг слышу… Музыку! Понимаю, что она теперь – мой ориентир. Еще несколько мгновений, и я оказываюсь в пустом актовом зале. Несколько рядов кресел с поднятыми спинками. И – источник чарующих звуков – черный рояль. За ним сидит человек в черном фраке. Конечно, это Мастер. Пытаюсь разглядеть  его лицо. Оно кого-то напоминает. Кого же? Внезапно осеняет.  Я видела это бледное худое лицо с заострившимися скулами на фотографии в школьном музее Николая Островского. Того, что написал «Как закалялась сталь». Да, это он. Пробую подвинуться ближе, чтобы четче разглядеть черты лица. Но, странное дело,  как только я пытаюсь приблизиться,  срабатывает закон калейдоскопа, лицо начинает расплываться, превращаясь в смутное светящееся пятно. Отступаю назад, и ясность изображения возвращается. Но это уже не лицо Николая Островского. Субъект за роялем  меняет лица ежесекундно, и я не успеваю их узнавать и идентифицировать. Лермонтов, Альбрехт Дюрер, Оскар Уайльд… Нет, нет, только не Гитлер. Поль Элюар, Сент-Экзюпери, и еще кто-то, я не запомнила…  И снова – изможденное полуживое лицо автора книги про Павку Корчагина. Неожиданно Маэстро встает из-за рояля (но музыка не обрывается, а продолжает звучать) и подходит к окну. Делает едва уловимый кивок в мою сторону.  Я робко приближаюсь к человеку с тысячей лиц в черном фраке. Он проводит ладонью вдоль стекла, и оно исчезает, растворяется в воздухе.
Мастер выходит в окно и оборачивается ко мне, протягивает руку, ободряюще улыбаясь. Я хватаюсь за его прохладные пальцы и выхожу вместе с ним. Что-то поменялось  в атмосфере. А, ну конечно, стемнело, воздух стал сиреневатым, таинственным. Музыка сфер продолжает звучать очень объемно, со всех сторон сразу. И я понимаю, что двигаюсь  не как шахматный конь, а – лечу! По-настоящему лечу, как летают птицы, свободно и легко ориентируя тело в пространстве. Парю вместе с Мастером своей судьбы в предзакатном небе, задевая ступнями розовые пушистые облака…
(Продолжение следует)


Рецензии
ивнинг, Татьяна!
прочитал (извините, что притормозил с ответом - куячу на культурном фронте от дзынь до блям).
это художественная литература с долей мемуаристики-документалистики.
попытка восстановить прожитую жизнь, остановить её,
вытащить из глубин памяти что-то неуловимое, что наполняло и одухотворяло тогда...
чувствуется воздух, атмосфера, настроения восьмидесятых.
прежняя жизнь пришла в движение, с её событиями -отношениями.
тогда поступки значили больше, чем размышления о них.
у Вас получилось,
это проза, а не курсы кройки и шитья.
поздравляю!

Вадим Гордеев   08.03.2013 21:11     Заявить о нарушении
Вадим! Я не ожидала от Вас такой оценки... Тронута, смущена... Совсем другой язык сейчас у Вас. Я счастлива, что этот флер конца восьмидесятых где-то в междустрочии обозначился... за пределами дневника 19-летней девочки... Это начало вещи.. Я хочу, чтобы язык взрослел вместе с героиней, с ее мировосприятием. Мы взрослеем ровно настолько, насколько приращиваем к себе жизнь. Жизнь в объемном смысле, и в событийном, и мировоззренческом... Я не могла себя позволить говорить от ее имени - тогдашней - своим сегодняшним языком. Думаю, это было самое трудное - вернуться в ее психологию, ее восприятие жизни и показать сейчас это "тогда".... Вы правы - как раскрыть старый альбом с любимыми черно-белыми фотографиями, снятыми "Зенитом"... и по ним вернуться в юность, не хронологически, на уровне фактологической памяти, а - состоянием души.... Мне было интересно, возможно ли это вообще? В блоге мне люди писали, что читая эту вещь, они воспринимали ее как "портал", через который можно вернуться к себе тогдашним... Многие начинали писать свои мемуары, проводить "инвентаризацию" своей жизни.... И почти молекулярно чувствовали, как возвращается молодость... Спасибо. Обнимаю. С теплом....

Татьяна Гольцман   09.03.2013 00:23   Заявить о нарушении
время - сырой материал. в нём есть всё: добро, зло, влюблённости, предательство.
и вовсе не просто найти себя в его коридорах.
установить с ним связь.
наверно, это ответ на внутреннюю программу, давно составленную.
какой смысл, с одной стороны, оберегать от других свою частную жизнь,
а с другой - писать о ней, выставляя на всеобщее обозрение?
и осознавать при этом, что можешь оказаться совсем беззащитным, стать объектом для иронии?
Вы пытаетесь восстановить прошедшую жизнь, остановить её...
в каждом из нас живёт несколько разных людей: оптимист с меланхоликом, зануда с весельчаком, ленивый с деятельным....и каждый в этой компашке играет свою роль. с возрастом они устали, кто-то уже вяло доигрывает свою роль, но кто-то всё ещё рвётся вперёд...
давайте, выкладывайте дальше свою гольцманиану, а я пока в дневничок на своей страничке пописываю впечатления от вуменов-стихосложенцев сдешних...
ну, вот как-то так.

Вадим Гордеев   09.03.2013 09:25   Заявить о нарушении
журналистская психика профессионально гибка,
воображение выдаёт варианты,
память подсказывает несколько уже готовых сюжетов....
будет интересно почитать продолжение.
и чтобы не выпасть из имиджа: наша точка зрения не всегда совпадает с нашим мнением....
удачи в творчестве!
ждём...............

Вадим Гордеев   09.03.2013 19:06   Заявить о нарушении
с журналистами выпивал, было дело....
с журналистками ещё не обнимался.....
предвкушаю....скорей бы лето!

Вадим Гордеев   09.03.2013 22:59   Заявить о нарушении
))))) Вот ведь, прозаик, а размах фантазии - на десяток поэтов хватит! )))) Я работаю. 12 уходим в печать. (нет меня, я в домике!).... Спасибо, Вадим! ))

Татьяна Гольцман   09.03.2013 23:37   Заявить о нарушении
звучит пафосно с прифкусом морской романтики, как будто атомная подлодка уходит на боевое дежурство....
типа, удачи в творческом процессе!

Вадим Гордеев   10.03.2013 00:26   Заявить о нарушении
не-а, не пафосно.... Но я спала сегодня полтора часа и сейчас у меня начинается день выживания... чисто физиологического... а надо еще работать головой... Поэтому в подсознании - один сплошной "банзай"... А - без вариантов. Прорываться надо....

Татьяна Гольцман   10.03.2013 10:10   Заявить о нарушении
жесть!!!
гвозди бы делать из этих людей,
не было б в мире крепче гвоздей!!!

у нас вчера гостевала в вечеру гл. редактор глянцевого журнала (ЛД), у них, как я понял, без фанатизма........
с пониманием, лысый мужчина с тревожным взглядом.

Вадим Гордеев   10.03.2013 10:25   Заявить о нарушении
что за журнал, где без фанатизма? очень интересно ближе познакомиться... о чем он? У меня день тяжелый вдвойне. Умерла сегодня свекровь. занимаюсь делами скорбными... Похороны послезавтра.. (((((((

Татьяна Гольцман   10.03.2013 23:07   Заявить о нарушении