Часть Вторая. Глава Девятая

ЧАСТЬ ВТОРАЯ
Взгляд с другой стороны

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ
Счастливое известие


   Если говорить о названии, то трансокеанский лайнер «Земля Обетованная» носил свое имя вовсе не из-за чрезмерной роскоши, которая, кстати, была вполне уместна для кораблей его класса. В чем-то этот пятизвездочный отель на плаву даже уступал паре-тройке своих конкурентов. Совсем не в духе Лас-Вегаса здесь имелось только одно казино. Бары заметно уступали что американским, что европейским, зато по ценам обгоняли винные меню лучших французских ресторанов. Теннисный корт на верхней палубе, естественно, оборудовали по олимпийскому принципу, но забыли установить ограждения, вследствие чего игроки регулярно не досчитывались улетевших за борт мячей и воланчиков.
   Злые языки чесали, мол, «Земля Обетованная» это не название лайнера, а судьба, уготованная этому гордому кораблю. Оснований для подобных двусмысленных сплетен имелось предостаточно. Все началось еще на верфях Александрии (именно там лайнер был впервые спущен на воду). Ступив на борт, капитан долго и с большими сомнениями осматривал рубку, пока не пришел в шок, догадавшись, откуда привезли потрепанный и словно бы побывавший на дне морском штурвал.
   -Вы ненормальный! Какая акула вас укусила,- с пеной у рта орал на владельца корабля капитан,- это святотатство! Да быть юнгой на вашей «Обетованной» во стократ хуже, чем вести Летучий голландец по Бермудскому треугольнику в семибальный шторм.
   -Совершенно с вами солидарен,- хохотал в ответ беззаботный владелец,- мне они говорили то же самое. Вы, дескать, безумец, вы расхититель могил… Странно выходит, мне казалось, что могила это кучка камней с крестом или что-то в этом духе. С каких пор расколотая посудина на дне Атлантики считается чьей-то там могилой?
   -Но эмблема «Уайт Стар Лайн» на штурвальном колесе! Этот штурвал подняли с…
   Капитан, быть может, закончил бы свою фразу, но ему попросту не оставили времени для препирательств – целых два дня морской волк занимался подсчетом купюр в трех несгораемых кейсах, которыми ему заткнули рот.
   Так «Обетованная» и стала фешенебельным раем, бороздящим просторы курортных широт. Капитан и матросы охотно молчали о причудах ее владельца, пока могли не жаловаться на свои зарплаты. Что до коммерческого успеха самого судна, то билеты раскупались за год до рейса. А какие-то умники из Стамбула даже пытались выкрасть чертежи корабля, чтобы построить уменьшенную копию.
   Именитые банкиры, азиатские монархи, пастыри общин международного Сиона – все эти отпетые негодяи и бессовестные лжецы дружно отправляли своих курьеров к кассам, лишь бы недельку, а то целый месяц пощебетать с друзьями в ресторанах «Обетованной». Закрытый клуб принимал каждого, кто имел счет в швейцарском банке и ставил закорючку на документе о неразглашении. Существование лайнера хранилось в тайне именно по той причине, что каждому богачу от природы дано стремление иметь свои, увенчанные парчовой материей и золотом, секреты.
   В убранстве сумасшедших по части роскоши салонов и палуб явно прослеживалась смесь творческого вдохновения и клинического безумства. Все выглядело так, словно часть внутренних помещений декорировали последователи Сальвадора Дали – здесь пассажиры теряли чувство пространства-времени, купались в пучине геометрически неправильных стен и ярких красок. По парчовым дорожкам кинотеатра на четвертой палубе расхаживали Чарли Чаплины, готовые до пота и смеха выяснять, кто же из них усастее немого оригинала. Но главным аттракционом для пяти с половиной тысяч оказавшихся на борту счастливцев был зал для танцев, также известный как Янтарный Бал. Антураж этого сверкающего оранжевыми и медовыми каменьями помещения, наверняка, обошелся владельцу судна в фантастическую сумму. Одни только люстры были выполнены из золота. И тем шире выпячивали грудь пассажиры, воображая, какими капиталами должен владеть беззаботный брюнет, построивший «Обетованную».
   Этой ночью он отплясывал как сумасшедший. Разодевшись в карнавальный мундир адмирала, этот пятидесятилетний мужчина танцевал как счастливый студент, опьяненный женственным телом своей партнерши. Последняя, тоже брюнетка, казалась привлекательной на любой вкус, если не считать характера ее движений, которые больше напоминали боевые стойки и удары, нежели па. На фоне бликов янтаря наряд этой девушки выглядел постыдно дешево – черное платье без излишеств, узорчатые колготки, перчатки в мелкую сетку, и ни единого ювелирного украшения. Даже сережек у нее не было.
   Наконец трубы оркестра устали. Мелодия а-ля бойкий джаз отыграла свое, предоставив изрядно подвыпившей толпе антракт. А та, разбившись на группы по интересам, усыпала верхние палубы. Официанты, скрипя башмаками, собирали чаевые в обмен на улыбку и бокал игристого вина.         
   Одному из них нынче грозила завидная удача – вместо денег костюмированный адмирал пытался вручить ему перстень.
   -Извините, но менеджер просил нас не принимать подарки.
   -Выбирайте, либо я брошу его в море, либо отдам вам!
   Обрадованный такой постановкой вопроса, официант принял подарок и отошел к столику с закусками, чтобы спокойно изучить драгоценность. Прежде всего, его удивил необычный вид кольца – незнакомые буквы, вкрапления то ли из олова, то ли из серебра. И скалящиеся змеи вокруг черной как сердце Тьмы жемчужины.
   -Что за магия…
   Официант хотел завернуть кольцо в салфетку, но та исчезла, едва соприкоснувшись с жемчужиной. Такая же необъяснимая судьба постигла его носовой платок. Пребывая в замешательстве, официант чуть было не вскрикнул, когда холодная и тяжелая как свинец рука опустилась ему на плечо.
   -Эта вещь принадлежит не вам. Отдайте,- раздался бездушный голос за его спиной.
   Через пару минут высокая леди в черном платье протянула кольцо его законному владельцу, добавив при этом,- Вы не имеете права на подобную щедрость. Нельзя отдавать опасные артефакты в руки тех, кто не умеет ими пользоваться.
   -Вы просто невыносимы,- вздохнул владелец «Обетованной» и стащил с головы адмиральскую шляпу.
   -Я исполняю свой долг – слежу за сохранностью вашего имущества. Полоцк слишком мощное оружие,- не сводя глаз с жемчужины на кольце, сказала брюнетка,- в ваших руках, мой Канцлер, его сила превосходит силу водородной бомбы…
   -Мисс Пандора,- раздраженно перебил ее Канцлер,- вы идете на поводу у логики, вместо того, чтобы подумать обо мне. Близится к концу второй день нашего вояжа, а меня уже в сон клонит. Чувствую себя глупее, чем в опере. В опере есть хотя бы ничтожный шанс, что прима ошибется текстом. Или фантом в маске явится из дыма посреди сцены… А здесь? Какое порочное однообразие лиц и манер! Его Величество Снобизм должен аплодировать стоя, эти толстосумы прославляют его имя пуще всяких фанатов. Я ожидал чего угодно – россказней об игорных притонах, воспоминаний о цирках и шоу, где людей истязают на дыбе. Собранное моими усилиями общество могло бы похвастаться и более изуверским времяпрепровождением. Но нет… У них другие темы. Знаете, о чем они ведут свои беседы? Самая свежая тема – суматоха на Токийской бирже из-за ста сорока тонн просроченного вишневого нектара. Искрометненько, не правда ли? Будь у меня нож, я бы отрезал себе уши! Вот какой смысл иметь дочерна запятнанную репутацию, если ты не хочешь поделиться ее прелестями с друзьями или богом?
   -Ваши жалобы не объясняют ваш поступок с кольцом.
   -Ох, вы слушаете меня, но не слышите,- тут бог вздохнул так глубоко, словно был последним странником на обочине целой вселенной,- ладно, я объясню вам на пальцах. Я хотел немного разогреть атмосферу этого унылого праздника.
   -Как именно?
   -«Полоцк» – универсальный дезинтегратор. А что, вы думаете, сделает с дезинтегратором юный халдей, если понятия не имеет, как им пользоваться? Радуйтесь, вы только что предотвратили исчезновение половины команды, убили маленький праздник на моей улице. А тот паренек мог и в трюм заглянуть… Вообразите, несколько метров обшивки и гребной винт вдруг исчезают без следа! Это была бы катастрофа почище ночного рандеву с Айсбергом. Я прямо вижу – джентльмены усаживают дам в шлюпки, матросы призывают пассажиров не поддаваться панике, а вода с ревом заполняет трюм… Радисты истошно молятся в рубке связи, оркестр продолжает играть свадебный вальс… Жертвы Титаника воскресли бы от зависти, честное слово! Я даже раскошелился на штурвал, а вы что сделали? Ай-ай-ай, погубили мой план. Ну, Мисс Пандора? Извинитесь, покажите мне, что сожалеете о своем поступке. А то кажется, что я отчитываю глухонемую.
   Пандора отвернулась от бога, раскрыв и приложив к уху вдруг зазвонившую раскладушку. Она могла просто сбросить вызов, но ее черный сотовый мигал красной лампочкой. На другом конце линии раздался взволнованный голос. Брюнетка выслушала сбивчивый доклад агента, который в эти минуты находился где-то на западе Египта. Точнее, в Сахаре.
   -Это проверенная информация? Понятно…
   -Надеюсь, там как минимум инопланетное вторжение,- пробурчал костюмированный адмирал.
   -Отрицательный ответ, это не вторжение.
   -Увы и ах!
   -Мистер Шесть мертв.
   -Ясно. А я... Я новый король Германии! Да, и Питер Пен в придачу.
   -Мой Канцлер, номер Шесть мертв,- пряча телефон, повторила Пандора.   
   -Так, начинается вечер чудес,- закатил глаза ее собеседник,- выходит, я все-таки Питер Пен, а мистер Шесть мертв. Это мне ясно, так позвольте разъяснить кое-что вам! Дорогая моя, я человек старой закалки, я читаю рукописи на древних алфавитах и газеты девятнадцатого века. Я в штыки встречаю любую словесную вульгарщину и сленг. Пожалуйста, не ставьте меня в тупик. Объясните нормально, что вы имеете в виду под этим вашим «мистер Шесть мертв».
   Леди в платье не оставалось ничего, кроме как отбарабанить сухим солдатским тоном,- Агент отряда Ящик Пандоры, позывной мистер Шесть, легальное имя Война, был убит при исполнении задания. Назначенные цели скрылись, итоговый успех операции – ноль процентов.
   Невысокий мужчина (он же брюнет с темными глазами, бог, Предводитель Организации, он же владелец «Обетованной», и Первый Канцлер в одном лице) внезапно прижал девушку к себе и, встав на мыски, поцеловал ее в щеку. Поцеловал так нежно, словно был отцом, встречающим дочь на крыльце старого-доброго дома.
   -Спасибо вам, Первая леди, вы спасли мой день.
   Через пять минут меланхолию костюмированного адмирала как ветром сдуло. Наставляя прислугу, он носился по ресторанам и кухне. Был так счастлив, что приказал выбросить плов за борт и готовить лучшую баранину в мандариновом соусе.
   -Мне все равно, сколько стоят эти приправы. Если вы что-то жарите, заправляйте это вином. Я не шучу! Мы же в открытом море, подайте гостям свежую рыбу, а не из морозильника. Что значит, кости?! Прожуйте, выплюнете кости, и только потом подавайте гостям!
   Официанты только успевали мелькать с огромными блюдами, когда на сцене Янтарного Бала, забрав микрофон из рук конферансье, возник развеселый брюнет. Его голос из динамиков, расположенных по всему кораблю, оглушил тишину вечера курортных широт.
   -Товарищи и дамы, господа и сеньориты! Мне только что сообщили преинтереснейшую новость. И в связи с этим я объявляю пир. До рассвета здесь будет настоящий рай. С вами бог, каждому шампанского за его счет!
   Выкрикивая «ура», толпа рукоплескала щедрому чудачеству брюнета, чье имя для них навсегда осталось в тайне.


Рецензии