Билет в Эдем

Тернист и долог путь в Эдем, любимый, так стоит ли стенать по пустякам?
Стивен Кинг.

 
День прошел не ахти как и заканчивался тоже отвратительно. Утро началось с нудного совещания, потом  -  приватная беседа с начальством, с которой он ушел вымотанный, как после боксерского боя. Торренс нахмурился и потер виски. Начиналась мигрень, и даже эти новомодные инъекции не помогали. Достойно заканчивался день, ничего не скажешь! Что за жизнь, двадцать второй век на носу, а врачи не могут вылечить обыкновенную головную боль!
— Ариадна, кофе! – Торренс отдал команду по внутренней связи и откинулся в кресле. Осталось совсем немного, еще полтора часа, и такси отвезет его домой, где можно будет снять ненавистный галстук-удавку, упасть на диван и расслабиться. Там, правда, будет ждать жена, если не убежит в очередной SPA-салон. И не дай Бог, она решит приготовить ужин, ему жутко не хотелось давиться подгорелой пищей, но это мелочи по сравнению с тем, что сегодня было на работе, можно и потерпеть.
Дверь распахнулась, и вошла миниатюрная брюнетка в обтягивающей юбке до колен и блузке с вызывающим вырезом.
— Ваш кофе, сэр, - она наклонилась, чтобы поставить чашку, и Торренс вздрогнул.
— Ты сменила форму? – он нервно облизнул губы.
— Да, сэр, вы как-то сказали, что вам нравится моя грудь, - промурлыкала Ариадна и сделала шаг назад, - еще будут распоряжения?
Она выжидающе посмотрела на него, и от этого взгляда из-под опущенных ресниц его бросило в дрожь, а руки покрылись мурашками. Он нервно пододвинулся к столу, пытаясь скрыть выпуклость, появившуюся на брюках.
— Нет, иди! – Торренс вытер пот с лица и ругнулся. Черт бы побрал этот закон, запретивший людям работать секретарями! А все ревнивые жены! В какой-то момент обсуждение адьюльтеров на рабочих местах вышло из кулуаров в Сенат, и закончилось это принятием закона «Нет секретаршам!» Чтобы искушений не было, всех ассистентов заменили биороботами, в виде компенсации позволив руководителям выбирать внешний вид машины на свой вкус. В этом были и плюсы и минусы: каждый раз, когда он видел Ариадну, приходилось напоминать себе, что это всего лишь биоробот, и что они не могут оказывать сексуальные услуги, даже если бы модель была оборудована половыми органами. Но их у нее нет! Это только год назад разработчики ввели полное соответствие строения андроида человеческому телу, насколько это возможно, а Ариадне уже лет пятнадцать, не меньше.
Девушка вышла, а он все пытался успокоиться: задерживал дыхание и старался думать о чем-то другом. Можно было бы вспомнить тещу, друзья говорили, что от таких мыслей жажда секса пропадает напрочь, но беда в том, что тещи у него не было.
«Чертов нефритов стержень!» - он истерично засмеялся, но осекся, услышав шум за дверью.

— Торренс! Это феноменально! – в кабинет влетел очередной журналист… как его… а, Даррен, новенький.
Он почти бежал, размахивая перед собой карточкой с записью.
— Простите, сэр, я не успела предупредить вас, - Ариадна появилась за спиной парня, внезапно подмигнула и нажала пару кнопок на двери, чтобы высветилась табличка: «Не беспокоить!» Да нет, ему показалось. С какой стати робот будет ему подмигивать?
«Сумасшествие какое-то, нужно записаться к психологу. А что я ему скажу? Доктор, я хочу своего робота. Это все равно, что желать секса с кофемашиной! Нет, однозначно, бред. Я просто перетрудился», - подумал Торренс.
— Шеф, вы должны пропустить это в вечерний выпуск. Это не просто репортаж, это – бомба! – Даррен упал на стул напротив.
—Не мельтеши, - он незаметно покосился на брюки, эрекция была все так же заметна, и Торренс решил не вставать из-за стола, - показывай.
— Съемки велись скрытой камерой, но это не имеет значения. Я всегда подозревал! Смотрите! – Даррен включил видео и замер на секунду, но тут же затараторил снова.- Узнаете ее? Эта актриса…
— Знаю, - поморщился Торренс, - она недавно Премию за лучшую роль в «Одиноких странниках» взяла, фильм, кстати, отвратительный. Но помолчи, не мешай.
Он внимательно всматривался, но на второй минуте замер и нажал на паузу.
— Что ты себе позволяешь? У нас не ночной канал, с какой стати мы будем показывать формат ХХХ? У нас уважаемый канал!
Даррен спокойно взглянул на него:
— Я очень прошу, досмотрите до конца. Я не для того проторчал в кустах возлее ее дома весь день с камерой, чтобы разыгрывать вас.
Торренс нахмурился, но все же снял видео с паузы.
— Боже всемилостивый, что это? – воскликнул он полминуты спустя. – Мне кажется или она?..
— Да, да! Вот что я хотел вам показать! Теперь вы понимаете? Это настоящая бомба, они ведь недавно поженились, а теперь… теперь, - у Даррена не хватало слов от восторга.
Торренс поморщился.
— Что теперь? Ладно, оставь меня, я подумаю.
— Да что тут думать, вы же главный редактор новостей, вы должны понимать, какая это сенсация! – подпрыгнул на стуле журналист.
—Ты и сам знаешь, что такое не выходит просто так, только по согласованию с юристами. И спаси нас Св. Руперт Мердок от финансовых издержек, если что.  - Торренс вяло взмахнул рукой — Иди уже! - и сотрудник вышел, недоуменно пожав плечами.
— Шеф какой-то странный сегодня, - пожаловался Даррен секретарше, - что с ним?
— Давление, сэр, - ответила Ариадна дежурно-вежливым тоном.

Тем временем Торренс задумчиво вертел в руках чашку с кофе. Эта мерзкая перемена погоды, как он ее ненавидел. С возрастом голова болела все чаще, организм реагировал на малейшие колебания атмосферного давления, и лекарства действовали, только если выпить их вовремя. Он нажал на кнопку коммутатора:
— Будь добра, принеси что-нибудь от головы.
— Я уже добавила лекарство вам в кофе, – изображение на экране чуть дрожало.
— Правда? – изумился Торренс, - спасибо.
Ариадна улыбнулась, и связь прервалась.
Кофе и вправду горчил чуть больше обычного. Как он раньше не заметил? И почему это Ариадна вздумала ему улыбаться? Да нет же, ему показалось. Просто этот дурацкий ролик произвел такое впечатление. Торренс подошел к окну. Руководство канала располагалось в одном из самых высоких зданий, и город был виден как на ладони. Мегаполис был просто огромен, но никто, ни один человек не знал того, что показал ему Даррен. Конечно, мальчик был прав, это видео – настоящая сенсация. Торренс снова включил запись.

На видео появился загородный дом – просторное здание середины прошлого века. На заднем дворе, почти скрытом зарослями деревьев были двое. Скрытая камера снимала нечетко, но все равно было понятно, кто эти люди и чем они занимались. По кромке бассейна шла известная актриса и модель Лоли Меньон. Где-то месяц назад таблоиды пестрели фотографиями с ее свадьбы, и все в подробностях обсуждали, как она могла выйти замуж за никому не известного паренька. И вот, на видео она шла к лежащему в шезлонге мужу, на ходу снимая с себя халат.

Торренс пытался смотреть на это отвлеченно, но Лоли была чертовски хороша. Он перемотал на последнюю минуту записи, решив, что нет нужды просматривать все остальное заново.

Лоли откинулась назад и застонала в оргазме, муж обнял ее и прижал к себе. Некоторое время пара не шевелилась, только Лоли пару раз ласково провела по его спине.
Мужчина взял Лоли на руки и отнес в тень дома. А дальше… дальше он провел по ее спине так, как будто собирался сделать массаж, и вытащил из ее спины аккумулятор, заменив его на свежий быстрым, отработанным движением. Лоли ему улыбнулась и легонько поцеловала в губы. Известная актриса, та, о которой грезили миллионы мужчин, оказалась биороботом.

Он не стал выключать видео и задумался. Ученые бились над проблемой который год, специалисты «Позитрон Инк.» делали все, что могли, но результата не было – никаких сексуальных действий роботы производить не могли, они просто отказывались работать, а то и вовсе перегорали. Как это могло произойти? Парень, скорее всего, человек, но что с того? Ни одна компания не продвинулась в этой области, и вряд ли одинокий любитель журнала «Юный Схемотехник» мог изменить позитронный мозг робота настолько, чтобы тот мог не просто заниматься сексом, но и получать удовольствие. Он видел лицо Лоли – настоящий оргазм вряд ли с чем-то спутаешь, разве что биороботы научились имитировать так же хорошо, как и его жена.
«А ведь я когда-то любил Эдит», - с грустью подумал Торренс. Он вспомнил, как они сбегали из института и катались «зайцами» на монорельсе, как он кормил ее с ложечки мороженым в парке. И ведь было же время, когда каждый поворот головы, каждое слово Эдит казались такими важными и нужными. Куда все ушло? Как эта милая хрупкая девушка, которую он когда-то носил на руках, превратилась в полную холеную женщину, грезившую исключительно о личном массажисте и отдыхе на модном курорте? Теперь говорила больше она, а Торренс кивал головой и добавлял периодически: «Да, дорогая!» Лет пять назад жена порывалась уйти, но он испугался. Так не хотелось возвращаться в дом, где его никто не ждал, и Торренс уговорил ее вернуться, хотя, казалось бы, проще было завести котенка да изредка бегать в квартал проституток. К худу или добру, развода они избежали. Однако в семейной жизни ничего не изменилось: каждый день он сидел на работе по двенадцать часов и больше, а иногда проводил там и выходные. Жена не возражала: ей, видимо было все равно. Лишь изредка появлялась в офисе и проверяла, чем он занят. В эти дни кофе Ариадны горчил больше обычного.
И все же, могут ли роботы испытывать страсть и любить? Нет, это нереально, они не живые существа. Хотя с другой стороны, что такое любовь, и почему она появляется? «Стоп, - сказал себе Торренс, - так можно и до философии дойти, а нам это ни к чему».
Торренсу было немного не по себе, ведь стоило только допустить эту возможность, как многое становилось на свои места. Было это его фантазией или улыбки Ариадны в какой-то момент перестали быть дежурными? Да нет, не может быть, конечно, ему показалось. Но Торренс отлично помнил, что однажды заметил, как голос Ариадны изменился, перестал звучать равнодушно, в нем появилась легкая хрипотца. Говорила она так же с другими? Он не помнил. «Ну, признайся себе, ты придумал все это, потому что хочешь ее! Сколько раз ты представлял Ариадну вместо жены во время секса? Сколько раз ты задерживался в офисе не из-за работы, а просто потому, что не хотел выключать ее на ночь? Но если биороботы могут любить, если все-таки это возможно, то может быть…» - он бродил по комнате кругами и думал. Если об этом событии узнает мир, произойдет катастрофа. Люди начнут обсуждать, гуманно ли это, правильно ли? А вдруг приравняют отношения с роботами к зоофилии или чему похуже? Торренс представил, как какой-нибудь бойкий сенатор в парламенте выдвигает предложение запретить всех роботов, запретить Ариадну. Ну, уж нет.
Он дотянулся до видеофона и набрал номер Даррена:
— Репортаж в выпуск не пройдет. Он вообще никогда не выйдет. Завтра заберешь у меня и сдашь в архив.
— Но почему? – судя по лицу журналиста, у того был настоящий шок.
— Даррен, представь, если можешь, что нас ждет. Я не готов начинать революцию в умах населения.
— Но вы не понимаете, они всю жизнь рядом с нами, и может быть тайно, и…
— Послушай, конкретно ты готов взять на себя ответственность за такое? Сможешь стать предвестником нового будущего? А какой будет скандал? И суды, какие издержки! Нашему издательству это не по карману. – Даррен замолчал на минуту и покачал головой. – Я так и думал. Не расстраивайся. Вспомни историю: когда сто лет назад геи боролись за свои права, никто ведь не показывал репортажей из серии «Они тоже это делают». Вот и все, до завтра. – Торренс устало улыбнулся и прервал связь.
Он опустился в кресло и закурил. Никогда еще ему не приходилось принимать таких решений, но настал и его черед.
— Сэр! – дозвонилась до него Ариадна, - Простите, сэр, но вам нельзя курить!
— С чего ты это взяла?– буркнул он.
— Ваша жена сказала, сэр! Она просила следить, чтобы вы этого не делали.– Ариадна слегка нахмурилась, как всегда при упоминании Эдит, и в этот момент Торренс решился:
— Зайди.
Ариадна медленно подошла к столу и забрала у него сигарету.
— Я бы все-таки не рекомендовала вам курить, сэр, - сказала она, сминая окурок в пепельнице, - это крайне вредно для здоровья.
— Ответь мне честно, - Торренс пристально посмотрел ей в глаза, - роботы могут любить?
— А вы с какой целью интересуетесь, сэр?
— Почему ты не можешь ответить прямо?
— Я уточняю, сэр. - Ариадна покосилась на продолжавший работать на повторе ролик и вопросительно приподняла бровь.
На какую-то секунду Торренс замер, проследив за ее взглядом. Сердце гулко ухало где-то в горле, и он почувствовал, что покраснел. Залпом он проглотил оставшийся кофе и решился.
— Скажи, если я сделаю тебе небольшую модификацию… Как ты на это смотришь?
— Вы не пожалеете об этом! – Она радостно улыбнулась и впервые за все время не добавила свое вечное «сэр».


Рецензии
Да, любые секретарши очень хотят нравиться своим шефам, кем бы эти секретарши ни были. Понравилось. Спасибо за интересное чтение.

Михаил Оживитель   16.05.2013 12:28     Заявить о нарушении