Не ходите, дети, в Африку гулять!

             "За ветер добычи! За ветер удачи! Чтоб зажили мы веселей и богаче!"
                Тост флибустьеров   






       Это случилось в те, уже далекие времена, когда в воздухе во всю пахло переменами.

       В сторону «ума, чести и совести нашей эпохи» не плевал только ленивый, а электорат массово рвал партбилеты, внимая речам (не всегда трезвым) претендента на престол всея Руси – Бориски. Это было удивительное время! Смотрящие за плавсоставом от имени партии - помполиты, стали пить водку с матросами (не иначе, как получив на то указание свыше)

       Я до описанных событий колесил по шарику в качестве боцмана современного промысловика немецкой постройки. При пересечении  экватора в первый раз, старый алкоголик Нептун нарек меня звездным именем Антарес. О чем, кстати, имеется соответствующий документ, выданный мне на основании выписки из судового журнала СТМ БИ-659 «Олыка». Обитая на пароходе в отдельной каюте с телефоном, в окружении элементарного комфорта, я рассматривал отсутствие в кране умывальника горячей воды, как некоторое подобие катастрофы вселенского масштаба.


                ***
      Когда размеры океанического лова (по вполне понятным причинам) стали сокращаться, а уйти в рейс – стало проблемой из проблем, вопрос «как выжить в условиях зарождения в родной стране дикого капитализма» обрел вполне реальные очертания.

      Были приведены в действие пружины и рычаги всех деловых (и не только) связей, в результате чего (по – архивеличайшему блату!) мне предложили принять участие в одной «увеселительной» прогулке в качестве боцмана экипажа МРТР «Рощино», по маршруту Калининград – Дакар.

МРТР, или, как его еще называют в миру, – «Мартышка», – это малый рыболовный траулер рефрижератор, проекта 1282, Петрозаводской постройки. Водоизмещение – 320 тонн, машина – 300 и.л.с., экипаж 10 – 13 человек, автономность плавания – 17 суток на максимальном удалении от берега в 100 миль). Как эти посудины для прибрежного (!) лова оказались на необъятных просторах Гвинейского залива – отдельная история.


                ***
    Два слова об экипажах «Мартышек». Литературный талант легендарного  Р.Л.Стивенсона, проявленный им при описании действующих лиц бессмертного романа «Остров сокровищ», меркнет, и кажется жалким сочинением двоечника, на фоне той сочной палитры красок, которую являла собой эта доблестная команда!

   Их собрали с бору по сосенке, наскребли по сусекам, вытрезвителям, ЛТП, заплатив копеечный отходной аванс, руководители новорожденного товарищами – коммунистами, совместного предприятия «Сенросс», означавшего «Сенегал – Россия», для использования «в темную», в процессе увода денег (огромных!) из Советского Союза за рубеж.
   Не буду утомлять описанием схемы этого процесса, скажу только, что для реализации этого конгениального проекта требовалось наличие за границей советских судов, принадлежащих СП.

   Основной костяк наших экипажей составляли списанные по ряду причин из плавсостава рыбаки Калининградского Рыбакколхозсоюза. Публика еще та! Понятия о морской этике, культуре, субординации - весьма условны, а большей частью и вовсе стерты из сознания этих индивидов.
   Прилетев из Мурманска в Калининград в качестве представителя компании, мне предстояло влиться в этот доблестный трудовой коллектив, напоминающий шайку разбойников – ушкуйников, оказавшийся при более тесном знакомстве обществом весьма симпатичных людей. Как проходил процесс комплектации экипажей, снабжение того, что называется судами, и сам переход – этому нужно посвящать отдельную тему.


                ***
    «С песнями и плясками» добрались мы до Гвинейского залива, а там выяснилось, что «мавр свое дело сделал» – т.е. границу Союза мы пересекли в одну сторону и обратной дороги нам нет, прямо, как тем 28 героям – панфиловцам. Финансовый процесс, звеном которого и были наши пароходы, как говаривал косноязычный сын комбайнера, - «…уже пошел!»

   «А нас, стало быть, куды?!?» Этот вопрос, как представителю фирмы, мне и был задан на 300-т мильном удалении от африканского берега. Исходя из варианта самой мрачной для себя перспективы, мне ничего не оставалось больше делать, как слиться с этими головорезами в едином порыве негодования, наплевав на обещанное фирмой, на кануне отлета в Калининград, вознаграждение.

   Через некоторое время «мастер» (капитан) получает радио, из которого следует, что права собственности на нас переданы другой компании, чьи представители находятся в Дакаре. Короче, кинули нас! «Мастер» демонстративно (мол, делайте, - что хотите!) удалился к себе в каюту, захватив на камбузе тарелку с квашеной капустой. Стали прикидывать шансы на «выжить». Алкоголь, продовольствие, диз.топливо, пресная вода, на борту еще были (последняя бункеровка была на Канарах, в Лас – Пальмасе). Без колебаний, было принято решение судового собрания – сначала порыбачить для себя и выгодно продать рыбу «налево», дабы компенсировать моральные и финансовые убытки от прежних хозяев, а уже потом явиться пред ясны очи новых. Сказано – сделано.


                ***
   «Веселый Роджер» затрепетал на рее!

   Первому после Бога, нашему «мастеру» было уже далеко за 60, и, имея свою фиксированую долю в добыче, он не слишком-то напрягал себя вниканием в мирские дрязги команды....  Алкоголь уже завершал свое черное дело с долговременной памятью капитана, поэтому на мир он взирал взглядом невинного дитяти, предпочитая всем холодным закускам квашеную капусту. Фактически вопросами управления судна, время от времени, занимался второй штурман Саша, по кличке - «Тихий ветер». Прозвище не нуждается в комментариях.
   Куда смотрели психиатры медицинской комиссии, когда Саша изъявил желание после окончания спецшколы пойти путем Колумба и направил свои стопы в мореходное училище? Глядя на него складывалось впечатление, что психиатра в составе приёмной медкомиссии не было вобще.
   Как истинный шкипер рыбопромыслового флота, Саша очень много разговаривал. Сам с собой. Общаясь с ним, порой становилось жутко, ибо невозможно было понять, кому адресована его, всегда спокойная и тихая речь…


                ***
     В общем, «ветром добычи, ветром удачи» наша команда дышала недели две, пока на дне основных танков не заплескались остатки топлива.
Дальше все по законам жанра – на аварийном остатке, вдоль берега, пошлепали в Сенегал, временами подходя к берегу на дистанцию голосовой связи и выменивая у аборигенов пойманную рыбу на продукты и алкоголь. Саша - «тихий ветер», сделал предварительную прокладку. Выходило, что до Дакара топлива вроде как бы должно и хватить… При условии, что «мартышка" шлепать будет по зеркально - штилевой поверхности моря, в условиях полнейшего отсутствия встречного и бокового ветров…  Правда, сообщил Саша об этом народу без особой уверенности в голосе.

    За двое суток до Дакара приняли дежурное «метео», а там, на кальке .... - "жирнющий паучара" (циклон, то есть) между нашим местом и Дакаром.

Штормоваться не сможем, нет топлива. Приплыли, словом. Берег рядом. Нужно укрываться. Дали радио в Дакар фирмачам, - так мол и так, форс-мажор. В связи с чем просим обеспечить заход для укрытия от урагана в порт Банджул, который в Гамбии.

                ***
   Долго фирмачи испытывали наши нервы своим молчанием, анализировали обстановку, связывались с нашей дипломатией в Банджуле, согласовывали – стыковали все нюансы, потом разродились радиограммой типа – «добро» на заход дают, и топливом нас снабдят, но только в понедельник, при условии соблюдений всех требований гамбийцев. Посмотрели мы все друг на друга, чуем подвох какой-то - на календаре четверг, до Банджула несколько часов хода, а почему все дела будут вершиться только в понедельник?! Ну, да ладно.


                ***
   Приходим на внешний рейд, время обеденное. Диспетчер портовый, «пайлота» (лоцмана) почему-то не предлагает, хотя согласно данных лоции, при входе в порт Банджул, лоцманская проводка хоть и факультативная, но все же есть. Странно все это …

   Но! Когда берег, на который ты не ступал несколько недель – совсем рядом, а по нему ходят особи противоположного пола, хоть и мусульманского вероисповедания, но с портовыми нравами – кровь отливает от головы и мощным потоком устремляется в органы малого таза. Желание ступить на твердь земную было столь велико, что, когда мы получили команду диспетчера бросить якорь на внутреннем рейде, и торчать там , на виду у всего Банджула до понедельника, все взвыли! Самый изощренный мат фонтанировал из наших глоток, приписывая все мыслимые и не мыслимые сексуальные извращения в адрес не только портовых властей славного города Банджула, но и любого, кто мог бы даже гипотетически иметь отношение к нашему положению.
   Какой самый мощный инстинкт, заложенный в человеке? Правильно, инстинкт продолжения рода, сохранения популяции. Этот самый инстинкт заставляет человеческое сознание творить чудеса при поиске оптимального и, что не маловажно – единственно верного способа решить ту или иную проблему, связанную с ним.

                ***
   Мы стояли на мостике, тупо наблюдая, как судно, стоящее на якоре, медленно описывает вокруг него циркуляцию (окружность по поверхности залива под воздействием ветра и течения). В какой – то момент циркуляции судно приблизилось к причалу метров на 50, а потом начало удаляться от него…  «Тихий ветер» посмотрел на меня: «Может получиться…».

«Что, Саша?» - спросил его я.

  «Есть идея, пошли вниз» - сказал он.
Здесь нужно отметить, что идеями Саша был набит, как бочка селедкой. Причем – всякими.

Он проследовал в форпик, я – следом.

   «Слушай, боцман, а где наш «Иван»? - «Ваней» мы называли наше нештатное малогабаритное плавсредство. Это была английская (или норвежская) надувная 4-х местная лодка, правда, без мотора, невесть как попавшая на борт «Рощино». Лодка эта раньше применялась на какой-то буровой платформе в Северном море, и сохранила на своих баллонах эмблему компании «John». Отсюда и название – «Ваня». Не считая нужным посвящать меня в детали своего плана, «Тихий ветер» бормотал себе под нос выдержки из лоции, касающиеся розы ветров в порту Банджул.
   Мы извлекли лодку на свет божий и накачали её. Судно начало свое медленное движение в сторону причала.
   И тут Саша изрек: «Джентльмены! Кто хочет пива – деньги на бочку (деньги у народа были, желание выпить пива – тоже). На берег отправляется десантная группа в составе из 4-х человек. Мы с боцманом, еще двое желающих есть? Вернемся с пивом и, если удастся сторговаться – то и с бабами»
 Народ возликовал в предвкушении этих двух величайших мужских слабостей! Пиастры собрали мигом. Желающих попасть на берег, не дожидаясь понедельника, оказалось трое. В жесткой, но бескомпромиссной борьбе один выбыл и отлетел к фальшборту, держась за глаз.
    Когда все приготовления были закончены, на палубе показался старпом (бывший капитан китобойной плавбазы, а ныне милейшей души человек – Герман Генрихович, человек, находящийся в крайней стадии алкогольно–старческого маразма). С трудом вникнув в суть происходящего на палубе, и вставив на место извлеченную из кармана шорт нижнюю челюсть, старпом тоном, не терпящим возражений, прошамкал: «Я знаю английский лучше всех вас вместе взятых. Без меня вам не обойтись в налаживании дружеского контакта с аборигенами!».
Старпом почему-то решил, что все западное побережье Африки разговаривает исключительно на английском языке.

Справедливости ради нужно отметить, что старпом был прав – умели учить штурманов английскому языку в стародавние времена.

«Тихий ветер», имея диплом ШДП (штурмана дальнего плавания), знал английский примерно на моем уровне, хотя я, на сколько себя помню, – в школе учил немецкий.

   Поставили вопрос на голосование (веяние демократии докатились и сюда) и большинством голосов старпом (находящийся в приличном подпитии) был уложен на дно спущенной на воду лодки. Таким образом, судно покидали пятеро членов экипажа из 10.

«Мастеру» скажем?» - спросил я Сашу, между прочим.

«Зачем? Пусть старик спит. Тем паче – у него сиеста» - ответил он.

«А кто останется на борту бдить?»

«Те, кто хочет дождаться пива и женщин» - на удивление резонно заметил он.

Когда судно оказалось в очередной раз на минимальном удалении от причала, мы со всех сил налегли на весла и рванули к нему, прикрываемые от посторонних глаз своим же пароходом.

                ***
    Дальнейшее было делом техники. Минут через 10 пятеро русских, незаконно проникших на территорию суверенного государства, сидели в портовом «барюшнике» и, потягивая холодное пиво, лицезрели собственный «шип» через открытые окна заведения. Заказанные несколько ящиков пива для оставшихся на борту, ожидали своей участи под нашим столом. Вспомнилось о том, что пиво без водки – это "деньги на ветер". Принесли водку. На улице + 40. Здорово! В это время Герман Генрихович, полулежа на стойке бара и поправляя выпадающую челюсть, пытался узнать у бармена по какой минимальной цене здесь можно «намотать на винт» (т.е. зацепить инфекцию, передающуюся половым путем). Судя по темпераменту бармена и тех цифрах, которые он рисовал старпому на листке бумаги, речь шла о чем-то весьма экзотическом!

                ***
    «Уже дошло веселие до точки!» - пел когда-то В. С. Высоцкий. Уже начала обретать очертания идея вызвать такси и смотаться за черными гейшами в местный бордель; уже спал на столе, подложив пепельницу под лицо вместо подушки, Герман Генрихович; уже плакал 3-й механик Серега, посвящая нас в тайны своей заблудшей души; уже …

    И тут за открытыми окнами послышались крики, топот, шум, потом какой-то грохот, пронесся бронетранспортер, постреливая в воздух из пулемета, и стали почему-то, очень быстро бегать по улице люди.
Увиденное вызвало у нас неподдельный интерес и желание поучаствовать в происходящем.
Поучаствовали, мать его так!
    Выскочивший из-за стойки бармен с грохотом опустил на окнах металлические жалюзи. Мы с удивлением обнаружили, что остались в баре одни.

                ***
    Обалдевая от непонимания происходящего, мы выпили еще по одной и поняли, что пора ложиться обратный курс, в сторону родной территории, коей являлся наш пароход. Пытаясь вытащить из-за стола обмякшего старпома, мы потеряли контроль за обстановкой, а она (обстановка) складывалась не в нашу пользу. В помещение бара с улицы заскочило человек 6-7 солдатиков, одетых в песочный камуфляж и тяжелые каски, но при этом – босоногих. В руках у этого воинства находились, тем не менее, наши АК-47. Была немая сцена: папуасы не ожидали увидеть в баре русских моряков, официального схода на берег которых, сегодня не должно было быть в принципе, а мы - от опереточного вида этих коммандос. Потом один из них пальнул из «Калашникова» вполне реальную очередь в потолок, посыпалось стекло, заверещал бармен, которому старший тут же заехал в ухо и коммандос начали о чем-то оживленно спорить. Мы налили еще по одной, замахнули. Предложили солдатикам. Старший взял себе банку пива, остальным запретил и начал куда-то звонить по телефону.

                ***
    Стало ясно, что с нами здесь считаются и расстреливать пока не будут, хотя солдатики настроены были весьма решительно. Мы продолжили допивать водку, все громче и громче обсуждая происходящее. Дозвонившись куда ему было нужно и «перетерев тему», старший подошел к нам и стал что-то объяснять. Языковый барьер между нами был на столько крепок, что преодоление его оказалось невозможным даже под воздействием выпитого. Это была какая-то дикая наша и, видимо местная, матерщина, в которую иногда самым чудным образом вплетались слова: «Горбачев», «ченч мани», «Ельцин», «баксы», «вумэн», «перестройка», «сэкси», «водка», «фак ю» и т.п. Мы пытались напоить старшего и потом преодолеть барьер – бесполезно! Дрессированный, гад, попался – зря что ли капрал?! Или – сержант? А наш старпом (тоже мне, полиглот хренов!) продолжал в это время сливать сопли в пепельницу, окропляя лежащую там челюсть…

                ***
    Примерно через 30 минут к бару подкатил наш «уазик», из него выскочил спортивного вида малый в шортах, и забежал в бар. Туземцы вытянулись в стойке, как  легавые. Малый подсел к нам. Он излучал те самые рязанские флюиды, позволяющие двум русским безошибочно узнавать друг – друга в любой точке не только планеты, но и вселенной. Мы поняли – наш! Оказалось - атташе консульства в Гамбии. С первого взгляда врубился в ситуацию и прояснил её нам то, о чем мы даже не догадывались.

                ***
    В этой самой Гамбии идет борьба за власть между двумя племенными кланами – правящим, президентским, и соперничающим, оппозиционным. С точность фаз лунного календаря (или женского менструального цикла – как вам будет удобнее!) в стране происходит смена власти. Одну группировку спонсируют наши, противоположную – америкосы. Причем независимо от того, кто затевает попытку очередного захвата власти, сценарий, всегда один и тот же:

Понедельник – рабочий день.

Вторник         - рабочий день.

Среда              - рабочий день.

Четверг (вторая половина дня) – революция или, переворот, стрельба, патрули и т.п.

Пятница – консолидация армии и населения, и, как следствие, – подавление мятежа.

Суббота – похороны жертв революции (переворота), остекление окон, уборка мусора с улиц, братание вчерашних противников, придание городу нормального вида.

Воскресенье – общий выходной. Вечером – музыка. Танцы. Массовые гуляния.

Понедельник – рабочий день.

Круг замкнулся…

                ***
    На текущий момент, участок порта между причалом, на который мы высадились, и баром находится под контролем противоборствующей стороны (спонсируемой супостатом), которая может заподозрить в нас шпионов. Поэтому, до субботы на пароход нам не попасть. Атташе (кажется, его звали – Коля) изложил свой план, как изолировать нас от участия в происходящем.

    Дело в том, что криминальная полиция Банджула сохраняла свой статус при любой власти, соблюдая нейтралитет. Начальник полиции был Колиным картежным партнером, и их связывали давние тесные и теплые отношения (подозреваю, что Коля его на чем-то зацепил, не иначе). Так вот, согласно Колиному плану, нас должны были посадить в тюрьму до субботы. Тюрьма находилась на территории резиденции начальника полиции. А там 100 % гарантия нашей безопасности. С «Рощино» Коля обещал связаться сам по своим каналам.

Нам была обещана халявная выпивка и закуска, в обмен на клятвенное обещание не покидать ни на шаг тюрьму до субботы.

"В противном случае, - сказал Коля - следующим местом моей службы будет Монголия!"

Погрузил нас Коля (а мы спящего старпома) в «уазик» и повез в тюрьму.

                ***
     Приехав на место и подойдя к зданию лишенному архитектурных излишеств, нам стало ясно, что из идеи скрасить своё пребывание в этих стенах прекрасным полом, ничего не получится…

Высокие стены с колючей проволокой перечеркивали любые наши помыслы.

   Начальник полиции отвел нас в камеру, где было довольно чисто и даже отсутствовали насекомые (Как, впрочем, и постельное белье). Туда же внесли купленное нами пиво. Кормили довольно сносно. Во всяком случае, закусить привезенную Колей водку, проводя релаксацию нервной системы, нам было чем. Герман Генрихович иногда приходил в себя, выпивал стопку-другую, сокрушался по поводу пропавшей в вихре революции челюсти, и снова впадал в прострацию.

                ***
    Дальнейшее было, в отличие от описанного выше, менее красочно...
В субботу мы, поблагодарили за «гостеприимство» начальника полиции и Коля отвез нас в порт, где у причала уже стояла наша ошвартованная «мартышка». Увидев, как мы поднимаемся на борт, стоящий на палубе «мастер», не проронив ни слова, обреченно махнул рукой и отправился на камбуз за квашеной капустой…

   Прощаясь с нами, Коля протянул старпому его челюсть, - её нашли босоногие коммандос на полу в баре.

   Закончив бункеровку топливом и водой, к вечеру мы покинули, переживший очередную революцию, Банджул и взяли курс на Дакар, навстречу неизвестности…

                ***

Мы еще не знали, что ждет нас впереди, но каждый из пятерых был уверен, что на фоне пережитого, все остальное будет, - суета сует!

    При выходе за пределы бухты о прошедшем урагане напоминала лишь мертвая зыбь, качающая на груди засыпающего океана маленький кораблик со смешным названием «мартышка». В глубинах её железного нутра что-то устало бормотал старенький дизель, качалось усыпанное яркими мохнатыми звездами черное тропическое небо, а прямо над головой, висел, запутавшись в антеннах, Южный крест…
               


Рецензии
Олежек! Укатал ты меня своими приключениями -- качался по полу, утихомиривая
колики в пузе. Молодца! ИВ.

Игорь Теряев 2   08.03.2021 23:08     Заявить о нарушении
На это произведение написаны 2 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.