Госпиталь. Спасти не удалось

5 февраля  2011 г.

           В одной из палат терапевтического отделения госпиталя  -  восемь военнослужащих, находящихся на лечении. Среди них мой сын. У каждого «срочника» в госпитале есть обязанности. Так четверо молодых ребят из этой палаты состоят в «носильной бригаде», остальные заняты  по расчистке снега, разноске  обедов по палатам тяжелобольным…
           5 февраля 2011 г.  «носильная бригада» была востребована по поводу выноса тела военнослужащего-срочника из здания госпиталя в морг. Военнослужащий-срочник российской армии  умер от менингита.


           Вечером 5 февраля 2011 года, в субботу, я смотрела фильм «Коко до  Шанель».  Услышав  телефонный звонок, сделала «заключение звука»  телевизора.  По  дрожащему голосу сына, интонациям,   поняла, что  ЧТО-ТО СЛУЧИЛОСЬ. Забеспокоилась:
- Что с тобой, сынок? Как ты себя чувствуешь? Всё ли нормально?
- У нас сегодня в госпитале ПАРЕНЬ УМЕР…,  - всё, что я помню из  разговора.
           Я плакала навзрыд  долго, до тех пор, пока плакать было уже НЕ ЧЕМ. 
           Было жаль молодого парня, которого  государство призвало в армию защищать  отечество, но отечество  не позаботилось о его здоровье вовремя  - поздно привезли в госпиталь.  Время было упущено.
           Было жаль  его маму, которая до конца дней своих останется безутешна в горе.
           Было жаль и своего сына,  и себя.  К тому времени и над моим сыном висел  неутешительный диагноз, я была на грани отчаяния…
           Я плакала, а по телевизору на беззвучном режиме продолжался фильм «Коко до  Шанель». В комнату вошла мама – старенькая моя мамочка, больная сердцем. На её вопрос, почему я вся в слезах,  было невозможно говорить правду, потому  я ответила святую ложь: «Да, вот кино смотрю… такое переживательное, что …до слёз…».
           Я не сомкнула глаз в эту ночь. Душа плакала…
           Через неделю после трагедии я поеду в этот же госпиталь, чтобы перевести сына в  другой госпиталь по решению  врачей.  Все  пять часов моего пребывания, пока я  оформляла нужные бумаги, меня не покидала мысль о гибели солдата в мирное время,   мне  «слышался» плач его матери в  завывании  порывистого ветра...
*********

Прошло три года.

           Мне  до конца жизни не забыть  трагический день 5 февраля 2011 г. Вот и сейчас, когда я пишу заметки по поводу пребывания своего сына в госпиталях, смертельная трагедия, случившаяся с военнослужащим,  вновь болью отзывается в моём сердце.
           Через интернет я нашла некоторые материалы по этой трагедии.


Этот материал  скопировала из источника:  http://infokam.su/n3503.html
от 26 февраля 2011 года
Волгоградская правда»: Небоевые потери
«Мы здесь никому не нужны». Родители умершего солдата Артема Диделева направили жалобу в военную прокуратуру.
Источник:http://www.vpravda.ru/index10.html.
Они требуют выяснить, почему их сына с высокой температурой, упорными головными болями, судорогами, с подозрительными темными пятнами на теле заставляли нести службу наравне со здоровыми: он разгружал рефрижератор с мороженой рыбой, чистил снег, пробегал 3-километровые кроссы, водил «КамАЗ». В госпиталь Артема направили только после многочисленных обращений родителей и правозащитников, когда солдат дошел до роковой черты и спасать его было уже поздно.
Промедление смерти подобно
Врачи филиала военного окружного госпиталя сразу же поместили тяжелого пациента в реанимацию и отзвонились родителям, чтоб немедленно выезжали в Волгоград. К тому времени мама Артема Вера Николаевна и руководитель правозащитной организации «Родительское право» Александра Фоос уже подняли всех на ноги и выяснили, где находится рядовой Диделев. Повод для беспокойства был. За несколько часов до резкого ухудшения здоровья Артем отправил маме SMS-сообщение: «Лежу в медсанчасти, температура 39, дали две таблетки — аспирин и анальгин и отправили спать». Следом ему позвонила невеста Юля, на вопрос о самочувствии он только успел ответить: «Пло...» А дальше Юля слышала только стоны.
Просьба врачей госпиталя поторопиться застала маму Артема уже на подъезде к Волгограду. Состояние было настолько тяжелым, что врачи честно признавались: «Надеяться можно только на чудо... Вот если бы на два-три дня пораньше больного привезли, у него был бы реальный шанс выжить». И все равно медики восемь суток упорно вытаскивали 20-летнего парня с того света. Каждый день делались переливания крови и плазмы, использовались самые эффективные лекарства, задействовано все необходимое оборудование. На помощь волгоградским специалистам прибыли врачи из Ростова-на-Дону и Санкт-Петербурга. Консультировали коллег и специалисты из Московского института им. Бурденко. За восемь дней у Артема пять раз останавливалось сердце. Четыре раза парня удавалось вывести из состояния клинической смерти, в последний раз сердце пытались запустить 40 минут, но эта попытка оказалась последней. 5 февраля 2011 года врачи констатировали смерть Артема Диделева. Диагноз пациента не вызывал сомнений — менингококковый менингит (это опасное для жизни заболевание дает яркую клиническую картину, и опытный медик не спутает его с банальным ОРЗ).
Потерянное время
Жителя х. Красные Липки Фроловского района Артема Диделева призвали в армию 7 июля 2010 года. Служба проходила спокойно, нареканий к нему не было, одни благодарности. Родители были рады, что служить сыну предстоит в воинской части 32383, дислоцированной не в степи, не на острове, а в городе Волгограде.
К слову, от ворот части до военного госпиталя минут 30 езды. Но, по словам родственников, только впавший в кому солдат заставил засуетиться медиков части.
— Мы часто навещали сына, постоянно созванивались с ним, — рассказывает мама Артема Вера Николаевна. — Еще 15 января он признался, что его знобит, температура высокая, тело ломит и ужасно болит голова. Я посоветовала ему обратиться в медсанчасть. Он ответил: «Мы здесь никому не нужны, сами лечимся, кто как может». И сказал, что больных ребят в части много, объявили карантин по гриппу, так что ехать нам к нему бесполезно, из части его все равно не выпустят. Девушка Артема Юля на следующий день отвезла ему лекарства. Но они не помогали. Потом на похоронах мальчики, которые с ним служили, рассказывали, как он страдал. По ночам просыпался от боли, днем она тоже не отпускала ни на минуту. Температура все дни держалась на уровне 39 градусов, и никто из командиров не замечал этого? Выходит, что прав был мой сын — наши дети действительно никому не нужны. В армию мы проводили здорового, полного сил, планов на будущую жизнь сына, а получили гроб с телом. Командир части принес соболезнования, но нашего ребенка это уже не вернет.
Председатель правозащитной организации «Родительское право» Александра Фоос убеждена, что если бы к военнослужащим относились как положено, Артем был бы жив.
— Сейчас выясняют, жаловался или не жаловался рядовой на свое самочувствие. Да какая разница! Солдат обязаны осматривать каждый вечер. Не допускать больных до занятий, тяжелых физических работ... А он с ознобом и жаром разгружал в холодильной камере мороженую рыбу. Сам пошел или ему приказали? — не скрывает негодования Александра Николаевна. — Мама обратилась в нашу организацию с просьбой посодействовать, чтобы на парня обратили наконец-то внимание. Она опасалась, что у него может быть воспаление легких. За сотни километров от части родители по телефону слышали, как ужасно кашляет Артем, он падал после кросса оттого, что ногу сводили судороги, а командиры части даже не догадывались, что у него проблемы со здоровьем.
По словам Александры Фоос, сослуживцы рядового Диделева могли бы многое рассказать, но опасаются, что в наказание за излишнюю откровенность их отправят служить в горячую точку. Александра Николаевна сказала, что многие солдаты обещали — после демобилизации обязательно расскажут всю правду.
— Я до сих пор не могу поверить в то, что Артем умер. Кажется, только вчера разговаривала с ним по телефону, — призналась его тетя Светлана Михеева. — Он приезжал на побывку 9 января. За один день проведал всех родных, друзей... словно попрощался. Был весел, здоров, в этот приезд они с Юлей приняли решение о том, что летом поженятся... Это огромная потеря для всех нас. Артем рос на моих глазах. Пока учился в нефтяном техникуме во Фролово, жил с нами. Серьезный, трудолюбивый, очень ответственный парень, не маменькин сынок. До армии успел закончить техникум, а в оставшийся до призыва месяц устроился на стройку и пахал в две смены, на заработанные деньги купил себе машину. А сейчас она стоит как напоминание о несбывшихся надеждах. Нам вернули его личные вещи. Для нас они как реликвии, потому что хранят его запах, его тепло. Нас удивило, что среди вещей не было сотового телефона Артема. Нет в нем материальной ценности. Если сейчас ведется расследование, то телефон может пролить свет на то, что с ним происходило в последние дни жизни, там должны были сохраниться SMS-сообщения, это, мы считаем важные улики в деле.
Расследование не закончено
Мы связались с командиром части, где служил Артем. Подполковник Алексей Босов рассказал, что сейчас в части представители военной прокуратуры проводят расследование по факту гибели рядового Диделева. До окончания следствия он не может комментировать обстоятельства чрезвычайного происшествия. Как сообщил Алексей Босов, после гибели Артема от опасного инфекционного заболевания в соответствии с санитарно-эпидемиологическими стандартами были проведены профилактические мероприятия. Заболевших инфекционным менингитом в части нет.
В военно-следственном отделе Следственного комитета при Прокуратуре РФ по Волгоградскому гарнизону заявили о том, что для расследования гибели солдата срочной службы создана группа, которая сейчас проводит процессуальную проверку в воинской части.
— Мы опросили и взяли показания сослуживцев Артема Диделева, руководства воинской части, — говорит заместитель руководителя отдела — старший следователь военно-следственного отдела СК по Волгоградскому гарнизону Игорь Соловьев. — Мы обязательно встретимся и с родственниками погибшего молодого человека. Не сделали этого сейчас только потому, что понимаем, в каком душевном состоянии они находятся. Только когда у нас будут собраны все материалы по делу, полностью проведено расследование, можно будет говорить о результатах. Пока это преждевременно. Но, уверяю вас, расследование проводится объективно. Никто не заинтересован в том, чтобы что-то скрывать от общественности.
Родители Артема подавлены горем. Скорая помощь буквально дежурит у их дома. Сегодня они не в состоянии общаться даже с близкими людьми. Каждое упоминание о сыне больно бередит душу.
— Мы стараемся держаться вместе, помогаем кто чем может, — рассказывает Светлана Михеева. — Но лекарства от горя для родителей, потерявших замечательного сына, просто нет. Особенно нас всех приводят в шоковое состояние сообщения в некоторых СМИ, где звучат намеки на то, что Артем якобы заразился менингитом, когда был на побывке дома. Это абсолютная неправда. Мы можем это доказать. Обращение в прокуратуру мы написали для того, чтобы действительно нашли и наказали тех, по чьей халатности и равнодушию умер наш мальчик. Нам это уже не поможет его вернуть, но, мы надеемся, убережет от горя других родителей.


Автор: Лариса Шеремет

Также предлагаю открыть ссылки:


Ссылка: http://kazan.kp.ru/daily/25636.4/800515/,
Ссылка: http://polit.ru/article/2011/05/27/army/,

Фотокартинка:взята из источника ссылка: http://infokam.su/n3503.html
Ссылка на стихотворение: "Призывное. Сыну." http://www.proza.ru/2014/03/01/1652


Рецензии
Кажется, чем выше ранг руководителя, тем циничнее и более безразличное отношение к своим подчинённым. Страшно это!
Спасибо, Елена, Вам огромное от всей души!

Натали Соколовская   28.03.2014 00:19     Заявить о нарушении
Натали,
********
Страшно, когда жизнь чьего то любимого родного сына зависит от равнодушия и цинизма его начальства, в данном случае, командира...
Скоро - весенний призыв. Матерям, отправляющим сынов в армию, будет совсем не до Весны, и не до сна...
С уважением, Лена

Елена Цыба   28.03.2014 20:24   Заявить о нарушении
На это произведение написано 8 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.