Часть Четвертая. Глава Двадцать Первая

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ
Шри-Ланка


   Пальмы, обступавшие громадный ангар на левой стороне шоссе, сразу понравились Титану. Они напоминали рисунки на гавайской рубахе.
   -Наконец-то приехали,- обрадовался зеленоглазый.
   Жизнерадостный сингалец, согласившийся помочь иностранцам, прибывшим в главный порт Шри-Ланки, был сбит с толку, когда темноволосая компания показала ему свой багаж. Несколько неподъемных ящиков с якобы навигационным оборудованием не могли уместиться в обыкновенной машине. Пришлось взять напрокат прицеп с большими колесами и усиленными амортизаторами. Когда такси тронулось с места, фаркоп едва не оторвался вместе с задним бампером.
   -Чем тебе так дороги эти приборы?- всю дорогу не унималась Мираж.
   -Ты ни в механике, ни в физике не смыслишь. Какой есть смысл отвечать тебе,- дразнил ее Сфинкс.
   Коротышка с фиолетовыми глазами и правда заботился о грузе. Разобрал на детали все крупные приборы и датчики, которые сумел спасти с борта «Вестляндера». Почти неделю, пользуясь услугами контрабандистов, вез их в Индию, а уже там нанял паром до острова. Команда едва поспевала за собственным грузом. Ночами Сфинкс спал в обнимку с пистолетом, а ранним утром договаривался с курьерами и пограничниками. Делал это нервозно и в спешке, отчего складывалось ощущение, что телепат хочет добраться до Шри-Ланки к какому-то важному сроку.
   -Титан, не убегай,- окликнул его Сфинкс, когда любитель гаваек выскочил из машины,- нам надо перепроверить груз.
   -Это то самое место,- высунулась с заднего сиденья Химера,- мы правильно приехали?
   Сингалец пообещал иностранцам оставить прицеп до пятницы. Он торопился на местный фестиваль Дождя и цветов. Разгрузка все равно заняла бы минимум полтора часа. Доверчивость таксиста тут ни при чем – аборигены Шри-Ланки с охотой встречают заморских гостей, для них общение с человеком другой культуры это развлечение.
   -Я прямо горю от нетерпения,- заерничала Мираж,- откуда у тебя деньги на транспортные расходы? В Африке мы расхаживали с пустыми карманами.
   Брюнетке было невдомек, где и как телепат раздобыл достаточное количество наличности. Она не заметила, куда пропали микросхемы и антипеленгатор с той самой антенны, которая прятала танкер от радаров морской охраны. Десятую, самую дорогую, часть оборудования Сфинкс выгодно продал пиратам. Сумма получилась скромная, но ее хватило, чтобы добраться до «места назначения». Коротышка держал это «место» в тайне до последнего момента. Как-то раз девушки испугались, что их хотят отвезти на Северный полюс.
   -Да, это то самое место,- вспомнив вопрос Химеры, ответил Сфинкс,- это есть поселение, называемое Грутилагра.
   -И почему люди на юге дают городкам такие невыговариваемые названия.
   -Скучаешь по Марселю?
   -Нет,- отчаянно мотнула головой златоглазая.
   Вспоминать о страшных событиях в бандитском казино ей не хотелось.
   А вот Титан явно научился легко отпускать прошлое. Забыв про прицеп, он впридачу забыл тот ужасный день, когда милая ему Рита Николаевна стала Королевной. Первым делом искупавшись в бухте, юнец пошел осматривать ангар.
   Девственные тропические кущи, как бы окружавшие здание, предъявляли права даже на каменный пандус у входной двери. Флора Шри-Ланки цвела буйством ярких красок. На всюду разбросанных валунах зеленел необычный мох, над которым кружились изящные насекомые. Бабочки, пчелы, и стрекозы размером с воробья прекрасно уживались в этом раю. Изгибами ветвей, образующих вместо нормальных крон плоские лиственные крыши, субэкваториальные деревья напоминали японский бонсай. Только выросший до размеров взрослого дуба. Даже из самой маленькой пресноводной лужи, которую грех назвать прудиком, поднимались забавные кувшинки. Здешняя природа отродясь не знала, что такое выхлопной дым или топор дровосека.
   Сняв с дверной ручки крупного красного паука, Титан шагнул в ангар. Строение оказалось незапертым. Из-за десятка дыр в железной крыше внутрь пробивались косые лучи света. В отдаленном углу, свернувшись веревкой, дремала пятнистая змея. Раздвоенный язычок сонно свисал с губы.
   -Вот жопа, он все перепутал,- выругался зеленоглазый. После чего обернулся и крикнул,- Сфинкс, тут шаром покати!
   Ангар, способный вместить грузовой вертолет или пару автобусов, был пуст в прямом смысле слова. Полки на стенах обвалились, напольный цемент покрывала грязная сажа. Строение напоминало бесхозный армейский склад, последние боеприпасы из которого вынесли год назад. Даже мысль о простой ночевке здесь выглядела неуютно. Слишком много места и никакой защиты от вечернего холода – только стены из листов голого металла. Вместо звукоизоляции крики птиц, расхаживающих по крыше.
   -Ты меня слышал? Я говорю, тут ни черта нет!
   Коротышка может и слышал, но теперь занимался другим делом. Стоя на улице, держал перед собой карту и водил рукой из стороны в сторону, сжимая хитрый прибор. Устройство почирикало, будто крякнуло. Наконец загорелось лампочкой.
   -Сколь приятное облегчение,- подумал Сфинкс,- я выверил координаты с точностью до одной двадцатой метра. Изяслав не ошибся, тут есть и подходящий ангар, и укромная бухта для должных тестов. Да и климат располагает к вдумчивой научной деятельности.
   Пока девушки пытались отыскать в прицепе сумки с одеждой и продуктами, телепат вернулся к шоссе, чтобы проследить за Огром. Толстопузый людоед вел себя странно. Похлопывал живот, жадно всасывал воздух ноздрями, словно в предвкушении кормежки.
   -Пахнет бессмертной самкой, верно? У нее рыбий запах…
   Толстяк согласно замотал башкой. Оскалился зубами в кислотной пене и громко рыгнул.
   -Сфы-ынкс тоже учуивает. Сфынкс тоже умна-ай. Почти такой же умна-ай, как Огря.
   -Действительно, мы с тобой почти братья по разуму,- подавил смешок гений,- только ты используешь звериный нюх, а я свой талант. Еще три секунды. Две. Одна…
   Тонированный джип без номеров вылетел из-за поворота со скоростью спорткара. Лишь чудом не сбил дорожное ограждение. Машина взвизгнула тормозами и остановилась у обочины.

***


   Больше всего на свете Сфинкс обожал копаться в чужих мыслях. Ему доставляло удовольствие потрошить мозг жертвы телепатическим даром. Вот и сейчас он не смог отказать своему любопытству. Ментальными когтями спился в открытый разум женщины, сидевший внутри черного внедорожника. Отключив лишние чувства и закрыв глаза, низкорослый мыслестранник увидел в ее памяти город с пирамидами, построенный на высокогорном склоне Анд.
   Женщина читает молитвы во славу Кецалькоатля – проводит ритуал у алтаря.
   С золотого постамента стекает кровь – в бурлящем котле плавает заживо сваренный младенчик.
   Женщина – не хладнокровная убийца или злая демонесса.
   Она – верховная жрица культа Солнца южных ацтеков.
   Испанские миссионеры обрушивают на пирамиды град стрел – каждая пылает и горит точно смоляной факел.
   Тени в черных одеждах – они предлагают жрице стать одной из них.
   Время бежит вперед, останавливается и крутится в обратную сторону – невозможно понять, какое из увиденных событий случилось раньше или позже, какое было правдой или вымыслом.
   Женщина с серыми глазами встречает блондина – он протягивает ей руку.
   «Мы сможем измениться! Мы сможем сделать этот мир лучше!».
   «Я верю вам, господ эвинкар!».
   «Я не господ, я – господин. Учите русский язык!».

***


   Джип фыркнул. Распахнулась задняя дверца. Чья-то неловкая фигура попыталась выйти наружу, но вместо этого выкатилась, словно не владела ногами. Единственную пассажирку машина бросила валяться прямо на асфальте. Скрипя коробкой передач, пулей умчалась в обратном направлении.
   Первым к гостье приблизился Огр.
   -Рыбешечка, вку-у-усненькая рыбешечка,- засопел людоед,- дай-ка кусочек откусануть?
   Женщина, одетая в бежевое платьице и распластавшаяся на дороге в обнимку с пляжной сумкой, была брюнеткой. Головным убором ей служила соломенная шляпа а-ля мексиканское сомбреро. Порыв ветра, бегущий со стороны океана, внезапно подхватил это необычное украшение и унес в степные заросли.
   -Шляпа, шляпку терять нельзя!- заголосила жрица из рода Ацтеков.
   И тотчас ринулась вслед наглому воришке-ветру.

***

    
   Мираж засунула руки в карманы шорт. Длинный хобот ощупывал ее тело – явно искал что-нибудь вкусненькое. Глупый слоненок, встретивший синеглазую перед склоном горы, улыбался, будто спрашивая, не она ли его мама.
   -Мистер слонопотам, я не твоя слониха. Орешков у меня нет.
   Зверь доверчиво заурчал. Трубить, как взрослое животное он еще не умел. Хотел обнять новую знакомую, только не знал, как лучше подойти к странному прямоходящему существу. Внезапно мимо пролетел какой-то округлый желтый предмет. Застрял на высоком суку. Однако внимание слоника переключилось на что-то иное. Хобот выпрямился стрелой, тушка задрожала и, громко скуля, устремилась в лес.
   Девушка насторожилась. Быстро схватила с земли камень.
   Два месяца назад Мираж ничегошеньки не знала о привычках диких млекопитающих. Сфинкс, вечерами прохлаждавшийся в кают-компании, любил заводить с ней отвлеченные беседы. Тогда всезнайка особо интересовался поведенческим аспектом жизни разнообразных представителей земной фауны. В основном болтал о дельфинах или сибирских медведях. А еще часто повторял, мол, крупные звери, привыкшие соседствовать с человеком, не видят в нем угрозы.
   -Так быстро убежал, что могло испугать этого слона,- забилось сердце брюнетки,- здесь поблизости какой-то опасный хищник. Ягуар или волк? А они вообще живут в тропиках?
   Сзади раздался хруст ветки. Плотоядный агрессор (Мираж почему-то представила его тварью с загнутыми клыками) крался уверенно. Правда, очень неловко. Все время сопел и, должно быть, спотыкался. В тот миг, когда его тень скользнула по спине девушки, синеглазая решила действовать. Собралась ударить чудище в нос. Кулак с камнем сам метнулся к невидимой цели…
   Глядя вниз, Мираж оцепенела от ужаса. Ее руку как будто пожимали в приветствии – блокировали удар. Половину заостренного булыжника сжала скользкая лапа. Конечность натурального ихтиандра или монстра из фильмов о дьявольских подводных цивилизациях. Кисть покрывал панцирь, словно украденный у рыбы из девонского периода. Гладкие перепонки сращивали бронированные пальцы в подобие весла. Один громкий хруст, и серая кисть-плавник сжалась. Размолола камень в порошок.
   -Ой, извиняй, раз сломала камешек. Мне за него платить много?

***


   -Тебе помогать, точно ни за что не помогать?
   -Знаешь, я ни слова не понимаю.
   -А камень? Платить нужно или нет?
   -Ты сама как камень в почках.
   -Почки? А разве люди тоже глотают камни – лучше переваривать водоросли?
   Последний вопрос казался такой несусветной глупостью, такой чушью без соблюдения падежей, что Мираж едва не свалилась с ветки. Испугавшись страшной силы незваной гостьи, минуту назад вскарабкалась на дерево. Вовремя уцепилась за лиану и добралась до дупла. Усевшись в нем белкой, поймала шляпу, застрявшую среди листьев, и кинула ее вниз с высоты пяти метров. Спускаться брюнетке пока не хотелось.
   Синеглазая знала, что любой агент Канцелярии опаснее безумного маньяка. Этот урок она усвоила благодаря Кристаллическому Демону и Сирене. Демон пытался убить команду в египетской пустыне. Рыжая принцесса была еще хуже, считала пятерых с половиной своими личными марионетками.
   -Если ты из Организации, то где галстук?
   -Там же, куда босоножки и сумка с паспортом.
   -Где-где?
   -Куда-туда. В аэропорту. Забыла их в аэропорту.
   -Ты точно бессмертная? Может, просто дура с рыбьей рукой?
   -О! Слово «дура», моя лучшая подруга все время меня им называет. «Дура» – похвальная изречение?
   -Как зовут подругу?
   -Таня. Ой, нет, Таня называется, когда много живых или время врать. Таня – Сирена, по правде.
   Мираж сидела в дупле, массируя пальцами висок. Мир переворачивался с ног на голову. Наглые мерзавцы и прихвостни – чаще всего именно такими словами Сирена описывала братию монетоносцев. Но никто, ни единая живая душа не могла бы помыслить, что среди обладателей монет первой серии есть люди, по природе характера не расположенные к насилию. Совершенно наивные и скромные. Без малейшего понятия о тонкостях падежей в русской речи.
   -Я не очень-то доверяю твоей подруге.
   -Сирена добрая. Просто страдалец.
   -Да у нее же взгляд киллера!
   -Неправда, у моей подруги очень красивые глаза, как у живого человека.
   -А сама ты кто?
   -Хунитцло Абильсаукотль. Пусть други зовут Хунаби. Здесь я – важный эмиссар. Буду помогать друзьям директора.
   Когда Мираж, спасаясь от женщины с рукой-плавником, в испуге забралась на дерево, а потом разговорилась с ней и скинула соломенную шляпу, то еще сомневалась, не нападет ли на нее гостья. Но теперь обладательнице синих глаз хотелось смеяться. Хохотать до уморы.
   -Эй, рыба, ты меня не укусишь?
   -Если ты не котенок или щенок, перекусывать много не буду. Честное канцелярское.
   -Боже, ты сюсюкаешь со мной как мама.
   -Хунаби не заслужила быть мамой или деток. Детки, чересчур радостное счастье...

***


   -Сфинкс, тут шаром покати!- в третий раз проорал Титан.
   Ответа он не дождался. Коротышка и толстопуз давно ушли к подножью холма. Насвистывая «Billie Jean», любитель гаваек выгнал вон пятнистого змея. Увы, кроме пресмыкающегося в ангаре с железными стенами не нашлось ничего, что могло быть интересным. Зеленоглазый плюнул под ноги. Вышел наружу, задавшись целью обследовать безлюдный пляж.
   Иссиня-черный песок начинался у далекого северного мыса и лежал практически до скал, торчащих на юге. Ровная дуга темного цвета стелилась гладкой плащаницей, отделяющей морскую пену от растущих невпопад пальм.
   Западная часть острова имела вулканическое происхождение. Миллион лет назад здесь извергались в небо тонны смога и град расплавленной континентальной коры. Выплюнутая из подземных недр, субматерия быстро остывала. Превращалась в глыбы, случайным образом разбросанные по земле. Камни похожие на валуны органично вписывались в ландшафт, утопали во мхах и придали местности вид горного склона, уходящего к океану под углом. Песок вокруг был черным по той причине, что веками подряд насыщался не пеплом от пожаров, а вулканической тефрой.
   -Прямо другая планета,- сказал сам себе юнец,- то, что должно быть белым или золотистым, тут темнее черного.
   В машине Сфинкс показал ему на карте поселок, который располагался в четырех километрах южнее шоссе. Аборигены жили за счет овощных плантаций и разведения слонов. Вдалеке, над просеками, виднелась колокольня с крестом. Чуть левее торчал шпиль минарета.
   Только на Шри-Ланке дети Иисуса и приверженцы Аллаха могли мирно сосуществовать, бок о бок выстраивая свои жилища. В тропическом раю белый крестоносец или вооруженный исламист показались бы такой же нелепостью, как жрец Сета, проповедующий эскимосам. Климат острова располагал к дружелюбной веротерпимости. Конфликты с религиозным подтекстом здесь отродясь не случались.
   Раз в двадцать минут по дорогое проезжал автобус. У него не нашлось бы ничего общего с разбитыми московскими маршрутками, какие помнил Титан. Пассажиры уступали друг другу место, одевались по-летнему. Время для них не отмерялось башенными часами или пищащим будильником. Теплый парадиз и его обитатели нарочно вычеркнули из своего лексикона слово «спешка». Они были счастливы. Зеленоглазый юнец им завидовал.
   Кроме зависти к сингальцам и маврам юнец в гавайке испытывал и тревогу. Его настораживала новая подруга синеглазой. Две фигуры как раз продрались сквозь олеандровые заросли. Весело болтая, очутились у прицепа с оборудованием.
   -Смотри, Костик,- сообщила Мираж,- ее прислали из русской Канцелярии, чтобы помогать нам.

***


   Покинув такси, Химера первым делом отыскала в прицепе сумку с провизией. Накормить друзей самодельными бутербродами ей не удалось. Компания разбежалась кто куда.
   -Ребята, неужели никто не голоден?
   Оставшись наедине с хлебом и консервированными шпротами, высокая брюнетка скушала три сэндвича. Черный пляж не казался ей местом, где можно смело переодеться в купальник и нырнуть навстречу волне. Златоглазая боялась встретить дельфина, который, соприкоснувшись с ее перстами, мутировал бы в адского урода. Нервно сглотнув, обладательница червонных глаз не стала расстегивать платье. До локтей натянула перчатки.
   -Рита, пойдем купаться?
   Химера обернулась.
   -А нас-то все пребывает,- хохотнула Мираж, подведя к подруге ацтекскую жрицу,- гляди, эта рыба по-русски говорит еще хуже, чем Огр.
   
***


   Вечер первого дня наступил незаметно. Темный прилив заката атаковал ясные небеса. Насытился силой хладного космоса и загнал солнце за край горизонта. Жара сменилась студеной ночью за каких-то полчаса. Джунгли острова, на гербе которого красовался тигр с мечом, уснули. Кузнечики и цикады растворились среди теней, обернулись призраками. Но все равно оглушали лес разноголосыми трелями.
   -Как же здесь шумно. И холодно,- стуча зубами, Химера подошла к костерку,- разве мы не в центре Индийского океана?
   -Здешняя метеорологическая ситуация есть зависит от розы ветров,- взял слово Сфинкс,- однако с географией у тебя проблемы. Центр Индийского океана, если мы вообще можем употреблять такое понятия, расположен западнее. Далеко на юго-западе.
   -Ох, я мерзну,- запричитала брюнетка.
   -Как думаете, этой рыбе можно доверять?- вытянула ладони к огню Мираж.
   -Любопытное чувство юмора,- удивился телепат, подкладывая хворост,- ты с ней и первой познакомилась, и даже подарила свои босоножки, а вдруг задаешь такой вопрос. Меня, честно говоря, заботит проблема иного рода. Где ужин?
   Морская гладь вдруг всколыхнулась и обдала компанию солеными брызгами. Друзья развели костер слишком близко к воде. Улыбаясь тонкими губами без помады, на пляж вышла темноволосая женщина с загорелой кожей. В руках она несла рыбу. У каждой свежепойманной тушки отсутствовала голова.
   -Если я правильно понимаю, ты откусила им головы потому, что привыкла охотиться, атакуя добычу с передней части туловища?
   В этот раз вопрос Сфинкса не был стандартным проявлением его дотошной любознательности. Исходя из бесед с Сиреной гений пришел к выводу, что Низшие монетоносцы анималы наделены талантом перевоплощаться в диких зверей вроде волка или льва. Но женщина, прибывшая на Шри-Ланку в роли эмиссара, имела монету, разительно отличавшуюся от всех прочих. Она и правда была наполовину рыбой. Столь древней и столь опасной, что даже крупные млекопитающие, почуяв ее запах, в панике разбегались. С тем же инстинктивным ужасом слоны или бегемоты неслись бы от воскресшего тираннозавра.
   Давным-давно, в школе, будущий телепат засыпал на уроках биологии. Не интересовался теорией Чарльза Дарвина или тонкостями брачных союзов мамонтов, но под партой взахлеб читал о динозаврах и гигантских ракоскорпионах. Эласмозавры и акулы будоражили воображение Сфинкса. Своей свирепостью уступали лишь одному, более древнему подводному хищнику. Эти идеальные машины для убийства господствовали в океане задолго до появления первой греческой галеры. Назывались они дунклеостеями – десятиметровая панцирная рыба, чьи окаменевшие челюсти заставили трепетать несколько поколений ученых. Очутившись в современном Индийском океане, такой монстр уничтожил бы всю экосистему. Черепах и крабов не пожалел.
   -Жарьте рыбку. Тут много, пусть всякий хватает по три и жует со вкусом.
   Несмотря на природу своей монеты, Хунитцло Абильсаукотль казалась Сфинксу безвредной как дитя. Любила плавать и просила называть ее Хунаби. А кроме того, млела при виде сырого мяса.
   -Если панцирные рыбы вымерли триста миллионов лет назад, каким же образом атланты сумели изготовить такую монету?
   -Приличные люди не спрашивают даму о ее возрасте,- подмигнула коротышке Мираж,- давайте готовить, шампуры я нашла.
   В свете костра мокрая кожа жрицы ацтеков блестела медью. Блестели и глаза с серыми радужками. Из-за скромных форм тело женщины в купальнике выглядело плоским. На шее замечались узкие бороздки жабр. Что касается черт ее лица, проще всего их было назвать милыми.
   Хунаби насадила рыбу на шампуры и раздала друзьям.
   -А ты сама не будешь?- облизнулась златоглазая.
   -Наелась, покуда охотилась. Стараюсь кушать только сырое. Хунаби дурной вкус, когда жаркое.
   -Может, не жаркое, а жареное?
   -Хунаби думает, надо ведать ее новым товарищам, зачем она тут приехала.
   -Погоди, пусть Титан вернется с дровами.
   -Нет, пусть продолжает,- поднял голову телепат,- я уже знаю, но вам, стамескам, стоит послушать.
   В темной чаще не было ни души. Только птицы о чем-то шептались. Паук размером с котенка неслышно латал узоры белых сетей. После заката лес превратился в глухой бурелом, в полосу для бега с препятствиями вслепую. Таща на горбу могучее дерево, вырванное с корнями, юнец поочередно зажигал спички. Чиркал одной, успевал осмотреться, ронял дерево на ногу, ронял спичку – и начинал этот процесс сначала. Спортивным ориентированием глубокой ночью Титан не увлекался. Если бы не свет от луны, он имел все шансы потеряться, уже никогда не встретить друзей и стать диким пещерным жителем, совершающим набеги на ближайшие деревни в поисках рома. В такой ситуации любитель гаваек неизбежно стал бы легендой-страшилкой. Вроде тибетского Йети, ворующего у альпинистов шоколад, или Лох-несского чудовища, в сумерках крадущего овец.
   Он шел на голоса. Люди болтали громко, возможно, перебивали друг друга и спорили. Зеленоглазый подпрыгнул от счастья, когда увидел за мандариновым кустом край асфальтовой дороги.
   К моменту его возвращения костер разгорелся. Искры фонтаном улетали в небо. Химера спешила распаковать спальный мешок, Огр лизал ей ноги. Сфинкс и Мираж молчали, сидя напротив брюнетки, протянувшей им загадочный сверток.
   -Это он и есть? Лучшее устройство, созданное американскими учеными после трагедии «Филадельфии»?- напрягся коротышка.
   -Да,- выдохнула жрица,- это – единственный в мире Тахионовый компас.

***


   Продрав глаза, Титан окинул сонным взглядом потолок. Ночевать ему пришлось на грязном полу, тогда как девушкам достались уютные раскладушки. Где спали Сфинкс и Хунаби, порядком раздражавшая юнца, он не знал. Зажав во рту сигару «Корона Де-Санрайз», потянулся, закряхтел и обнаружил, что теперь ангар стоит наполовину в воде. Створчатые ворота распахнулись настежь. Как будто ожидали катер. Появилась даже громадная катушка с лебедкой и крюком. Таким механизмом впору вытаскивать на сушу подводную лодку.
   -Вот дерьмовая рыбина, сто пудов это ее рук дело. И чего мы с ней любезничаем? Надо было сразу отвинтить ей башку. Хм… Что за странный грохот?
   Звук доносился с улицы. Титан затянул ремень, прикурил от последней спички и открыл дверь наружу.
   -Это еще что за святые дьяволы?!- вырвалось у него из груди.
   Посреди дороги фырчали выхлопными трубами четыре армейских грузовика. Какие-то типы в униформе цвета хаки перетаскивали контейнеры. Загорелая женщина в соломенной шляпе давала им указания, а низкорослый брюнет вдумчиво кивал каждому ее слову. Предпочитал не вмешиваться.
   -Ты храпишь,- обернулся к подошедшему юнцу телепат,- храпишь так громко, что Огр скулит. Думает, это есть раскаты грома.
   -Мы украли очередной танкер, и будем строить очередную лабораторию?
   -Ты веришь в существование параллельных миров?
   -Верю,- пыхнул дымом любитель гаваек,- но только в свои кулаки.
   -Прекрасный ответ. Физической силы тебе не занимать, вот иди и помоги грузчикам. Нечего чесать затылок, марш!
   Солнечный диск добрался аж до зенита, а работы все прибывало. Машины с пустыми кузовами отчаливали, их место занимали новые, привозящие чрезвычайно хрупкие приборы, разобранные на отдельные микросхемы и винтики. Химера и ее любимец Огр не могли спокойно пройтись по пляжу. Черные дюны вулканического песка уставили ящиками. Всюду лежали зачехленные компьютеры с материнскими платами невообразимо сложной структуры. Не хватало лишь ступенчатой ракеты – Титан почти поверил, что Сфинкс тайно заручился поддержкой Международного космического бюро и хочет отправить свои «стамески» на Марс.
   -Мы строим космический корабль?
   -Меньше слов – больше дела,- осадил его гений,- будь аккуратен! Если разобьешь емкости с охлаждающей жидкостью, сам будешь их чинить и заправлять заново. Так… Мираж! Зачем ты там уселась, глупая самка?
   Синеглазая скрестила ноги, устроившись на подозрительных трубах. Она чесалась, без конца протирала лицо и не могла понять, от чего ее мучит зуд.
   -Слезь с них!
   -Почему?
   -До активации и подключения к седьмому контуру данные радиоизотопные элементы будут фонить как стержни в чернобыльском реакторе.
   Девушка изумленно закашлялась. Коротышка грубо столкнул ее, отвел в сторону и начал монолог. Прикончив сигару, их друг с бакенбардами, в эту минуту исполнявший роль подневольного грузчика, тоже навострил уши.
   -Я не требую от тебя знания основ или истории ядерной энергетики, поэтому буду выражаться просто. Эта научная программа появилась во времена исследования советскими капитанами вод Арктики. Полярные мореплаватели остро нуждались в маяках, без которых навигация есть невозможна – ночью северные широты кишат дрейфующими айсбергами. Для новых маяков министерство энергетики предложило использовать автономные устройства, как, например, на атомном ледоколе. Но на ледоколе действует настоящий атомный реактор, все время потребляющий дорогостоящее топливо. Никто не стал бы доставлять его к оледенелым берегам, где живут только белые медведи и эскимосы. Один знакомый академика Сахарова взялся лично решить эту проблему. Его НИИ сконструировало первый радиоизотопный блок хранения электроэнергии, то есть, первую советскую ядерную батарею. Только это была не батарея, а источник питания, функционирующий по принципу естественного распада вместо принципа цепной урановой реакции. Из цинковой трубы они сделали относительно мощную электростанцию, вырабатывающую ток благодаря заранее стабилизированному циклу деления частиц двести пятьдесят первого калифорния.
   -Калифорния? Как может штат США на что-то делиться?- всплеснула руками Мираж.
   -Чушь идиотская,- почесал седалище Титан,- похоже, нас все-таки ждет марсианская экспедиция.
   -Все правильно,- услышав про Марс, обрадовался заумный всезнайка,- луноходы и спутники дальней орбиты тоже работают от ядерных батарей. Калифорниевый элемент питания! Калифорний есть металл, а не американская Калифорния, обеспечивающий батарею энергоресурсом сроком до восьми веков. Эти шесть труб, шесть радиоизотопных блоков питания, суммарно подают на клемму такой разряд, что вспышка молнии покажется искрой. Их же сняли с шести секретных военных маяков в Баренцевом море.
   -Ты глянь,- скривилась брюнетка,- ему, похоже, нравится изображать из себя великого физика.
   -Эй, господа-товарищи,- ничего не поняв, смутился зеленоглазый,- на Марсе ром ведь есть? Должен быть, ага?
   Сфинксу оставалось лишь смириться с такой непробиваемой тупостью и грустно скрежетать зубами.
   -Похоже, здесь имеет место редкий случай коллективного совпадения врожденных патологий. Все мои стамески страдают синдромом Дауна.

***


   Стараясь держаться подальше от военных и суматохи, Химера чувствовала себя бесполезной клушей. Сил помогать с тяжестями у нее не нашлось. Да и за Огром нужно приглядывать. Девушка шаталась по обочине, махала пальмовой ветвью слоненку и его маме. Животные объедали куст с крупными ягодами в крапинку. Мать пошлепывала детеныша по спине хоботом, словно гладила.
   -Огрик, не надо их кушать.
   -Много, много вкусна-а-ай еды-ы,- пробасил обладатель метрового пуза, не сводя взгляда с аппетитной закуски весом в несколько тон.
   Хунаби украдкой подкралась к его хозяйке и дернула за край перчатки.
   -Привет! Твой домашний друг хочет закусывать?
   -Ну, не закусывать, а поесть.
   Женщина в платьице и босоножках, подаренных Мираж, нравилась златоглазой. Химера плохо разбиралась в людях, но жрица ацтеков, вечно путающая падежи, говорила с ней вежливо и милым тоном.
   -Хунаби,- раздался запоздалый вопрос,- почему ты работаешь на Канцелярию? Сирена говорит, среди вас много опасных людей. Вы же стали мировой корпорацией, неужели этих денег вам недостаточно?
   -Канцелярия бывает чрезмерно странным местом,- потянулась женщина,- там любой может стать успешным. Не спать, работать – прекрасный секрет высокой зарплаты. Только Канцелярия плохо терпит незарегистрированных монетоносцев. Если бессмертный не подчиняется красным или серебряным галстукам, разве не может он выкинуть плохой поступок? Обмануть живого, ограбить его или убить? Но господ Изяслав доверяет даже незарегистрированным. У него сердце как море, теплое и глубокое. Он ищет пути, чтобы изменить порядок вещей, вручить всем людям больше свободы, спасти их. Вас господ тоже спасает. Иначе не назначил бы Хунаби эмиссаром, не стал дарить вам Тахионовый компас.
   -Ой-ой,- закачалась от переизбытка информации Химера,- мне никто этот компас не показывал. А эмиссар, это что значит?
   -Значит засланный помощник. Директор часто любит особые термины. Называются деловой язык.
   Вернувшись к хозяйке, расположившейся в тени ангара вместе с той, которая пахла вкусной рыбой, Огр уткнулся в сверток.
   -Кушать можн-а-а или нельзя?- облизнулся жиртрест.
   -Огрик, дай нам поговорить,- нахмурилась златоглазая.
   Прямо из свертка перед ней блестел чудной прибор. Космическое устройство. Гладкая сферическая панель светилась голубыми делениями, правда, щупы похожие на стрелки часов не указывали направление севера. Бешено вращались по оси, встроенной в центр того, что казалось циферблатом. Этот агрегат будто попал сюда из далекого будущего, как минимум из двадцать пятого века. Корпус изготовили из родированного золота, а множества кнопок, понатыканных с боку, навевали мысли о компьютерной клавиатуре. Стрелки-щупы изгибались точно живые и шарили серебристыми остриями вдоль циферблата, защищенного алмазным стеклом. Тахионовый компас яростно выискивал одному ему ведомое направление.
   -Скоро прибудет ваш экраноплан,- зевнула жрица.
   К сумеркам армейцы расставили вдоль берега зажженные факелы и два прожектора. Их лучи уносились в чернильную даль, будто приманивали корабль. Света категорически не хватало, поэтому все пользовались переносными фонарями. Возле бампера одной из машин кто-то поставил термическую свечу. Искры от жаркого пламени угрожали испортить шины.
   -Что-то приближается…
   -Хм?- застыл над сидящим телепатом юнец.
   -Ты не чувствуешь вибрацию в воздухе?
   -Я даже укусов комаров не чувствую.
   Жужжанье насекомых, злобно роившихся в воздухе, затмевало голос плещущегося океана. Мухи-кровопийцы и экзотически жуки с крылышками думали, что наступил кульминационный момент их недолгой жизни. Без зазрения совести жалили солдат и брюнетов, мечтали напиться крови на месяц вперед. Им это удавалось. Устав шлепать себя по лбу, Сфинкс сидел с распухшим лицом – каждый летающий паразит считал долгом чести впиться ему в бровь, в висок, в кончик носа. Одна особо наглая тварь даже пыталась отхватить кусок кожи с мочки уха.
   Так происходила удивительная метаморфоза ночных джунглей. Слон и его мама ушли в сердце леса. Вместо серокожих гигантов среди кустов бродили лютые кошки. Тигры Шри-Ланки имели привычку не покидать отведенные им заповедники, однако всегда находилась пара-тройка особей, мечтающих перепрыгнуть заграждение и убежать к ближайшей деревне. Взрослых мужчин и женщин они не трогали, но, учуяв добычу, могли запросто залезть в открытое окон и утащить младенчика или какое-нибудь домашнее животное. Тигры не любили шум или яркий свет. Держались на расстоянии от ангара, только иногда рычали, поймав крысу или уснувшего на земле детеныша обезьяны. С изумлением смотрели на прямоходящих существ, без конца снующих у кромки воды.
   Дикие тропики спали, не подозревая о планах странных гостей, нашедших здесь пристанище. Парадиз ворочался во сне, шуршал папоротниками. Ветер не дул – падал сверху, словно бриз родом с Луны. Громадное слепое око спутника таращилось на море. Пылало жемчужной аурой как древняя монета Атлантиды. Как артефакт, обещающий спасение всем, кому хватит сил поднять голову и устремиться в темные небеса. Казалось, еще миг, и любая мечта исполнится. Любой сон станет явью.
   -Ты не чувствуешь? Ты же не глухой, рокот двигателей слышишь?
   -Если ты обзавелся сверхслухом, это еще не дает тебе права издеваться надо мной.
   -Кстати, ни на Марсе, ни там, куда мы отправимся, рома нет.
   -Это была страшилка на ночь?
   -У них в кузове есть доска, я видел,- причмокнул Сфинкс,- затащи ее в ангар. Завтра я проведу лекцию. Так сказать, посвящу вас в свои планы и теорию нелинейных уравнений.
   -На тебя, похоже, снизошла меланхолия,- пафосно выразился Титан.
   -Может быть… Знаешь, что я понял за этот год? Невозможное есть та часть объективной реальности, которую мы не замечаем. Все мы – слепые котята. Подожди до утра и поймешь.

***


   Для своих записей Сфинкс израсходовал ту еще уйму мела. Математические конструкции и сумасшедшие графики не умещались на школьной доске. Низкорослый брюнет исписал логарифмами треть бетонного пола. Через минуту и до потолка добрался бы.
   -Так, какая часть данной теории вам непонятна?
   Откусив кусочек банана, синеглазая подняла руку.
   -Если можно, повтори,- состроила она невинную мордашку,- повтори все сначала.
   -Какое гадкое устройство! Пищит, не умолкая,- сморщила нос брюнетка в перчатках, роняя вверенный ей Тахионовый компас.
   Острые стрелки продолжали извиваться и ощупывать циферблат. Не дай бог, могли разбить стекло.
   -Ваше коллективное слабоумие заставляет меня сомневаться в эволюции Дарвина. Уже бы орангутан понял.
   Сфинкс запустил руку в ведро, где лежали последние необходимые ему крохи мела. Коротышка больше не носил брюки. Выбросил полюбившийся свитер с молнией под горло. Жара острова диктовала свои условья – он переоделся в плавки, дополненные майкой без рукавов. Только все равно потел как сорокалетний любитель тройных чизбургеров, бросивший вызов олимпийской стометровке.
   -Теория нелинейных уравнений есть отлична от теории линейных систем, которой мы с вами привыкли пользоваться для установления причинно-следственных связей. Рассмотрим элементарный пример. Вот падает сосулька. Следствием могут быть два варианта – либо лед упадет на землю, либо пробьет чью-нибудь голову. Вариант с пробитой головой стоит рассматривать лишь в том случае, если сосулька падает с крыши. Но крыши бывают только в городе! А еще в городе есть машины. Если к факту падения сосульки прибавить факт наличия городской среды, то лед может упасть и на голову, и на капот автомобиля, и в детскую коляску – куда угодно. Для нашего уравнения с сосулькой город есть дополнительное условие, расширяющее вариативность развития событий до бесконечности.
   -Это же математика хаоса. «Х» может быть односложным, но в редких случаях дает несколько неизвестных переменных, как «Y» или «Z».
   Дрогнув, телепат посмотрел через спину. Взглядом призрака просверлил дыру в одной из девушек.
   -Так-так, развивай мысль,- потребовал он.
   -Здесь тот же фокус, что с каплей воды,- покрутила пальчиком в воздухе Мираж,- катясь по руке из начальной точки, капля всегда будет выбирать новую дорогу. Это связано с неровностями кожи, с волосками, с температурой. Если руке жарко, капля испарится. Каждое новое «если» прибавляет новый вариант.
   -Изумительная дедукция для самки! Сосулька может падать в лесу, может падать с крыши, с утеса на другой планете – чем больше переменных мы прибавляем к формуле развития события, тем труднее уравнение. Мой талант не позволяет мне видеть будущее в прямом смысле этого слова, так как будущее есть неизвестно, и складывается из вариантов с разными условиями. При появлении новой переменной система меняется. Пользуясь талантом монеты, я выбираю тот вариант будущего, при котором итоговая цепь последовательных событий наиболее предсказуема. Максимально реалистична. Сосулька, скорее всего, упадет, но никто не гарантирует, что она не зависнет в воздухе, если внезапно налетит порыв ветра. По всему миру сверхмощные ЭВМ высчитывают данные о состоянии ураганов, но очередной шторм все равно нагрянет в самое худшее время, в самом неудобном месте. Любое гадание на картах Таро, даже любую футурологию разрушает в пух и прах одно единственное нелинейное уравнение. Потрясающе непредсказуемое свойство природы!
   -Если смысл в математике,- обратила на себя внимание Химера,- то причем тут природа?
   -Ты, Рита, личность крайне религиозная, лучше закрой уши. Дальнейшие мои пояснения плохо сочетаются с креационизмом и сказками библии. Итак, разветвленная вариативность событий есть не функция нашего мира – закон жизни Вселенной. Доверяя теории большого взрыва, можно предположить, что Вселенная родилась из сверхмассивной горошины, некогда концентрировавшей в себе всю материю и энергию. Современные физики рассчитывают мощность упомянутого взрыва, исходя из измерения, в котором последний распространялся. Имеется в виду наше измерение, очерченное человеческим восприятием высоты, полярности, гравитации, и времени. Но наше восприятие, как и с пресловутой сосулькой, не учитывает миллиарды возможных переменных. А переменные существуют везде и всюду. Сопровождают нас на протяжении каждой миллисекунды времени. Большого взрыва никогда не было потому, что большой взрыв есть постоянная математическая функция без решения! Варианты развития измерений плодятся чаще, чем бактерии. Бесконечный взрыв рождает бесконечные изменения в континууме, а те порождают многомерное пространство вариаций. Такова суть теории параллельных миров, сжимающихся пружиной. Все, что вы не учитываете, все, о чем забываете – все это есть параллельный мир, отделенный от карты ваших реальностей Кераволновым потоком. Безумный еврей Альберт Эйнштейн узрел такой поток, ненароком приоткрыв завесу Видения Всех Реальностей Сразу. Он хотел изобрести маскировочное устройство. Гнилой семит открыл то, что по определению не может существовать. Однако существует, насмехаясь над законами физики. Кераволновая струя – объективная реальность, наше видение мира – плоская иллюзия, ограниченная таблицей умножения и архинесовершенными органами чувств.
   -О'Кей, все умно-круто и совершенно очевидно,- встал с пола Титан,- я распишусь под каждым пунктом этой академщины, когда ты, старина Сфинкс, ответишь на вопрос.
   -Что будоражит твою узколобую черепную коробку?
   -Ничего особенного…- пошел на попятную зеленоглазый. Выкинув руку, он резко воскликнул,- Откуда, святые дьяволы, взялся этот ушастый самолет?!
   Ворота полузатопленного ангара оставались раскрытыми со вчерашнего дня. Учитывая рельсы и катушку с лебедками, крупное сооружение как будто готовили к прибытию яхты. Но три четверти всей площади занимало транспортное средство иного рода. Оно сочетало в себе признаки и авиалайнера, и корабля одновременно. С одной стороны эта машина выглядела грузовым самолетом. У нее был сигарообразный корпус грязно-белого цвета и крылья, по прихоти конструктора расположенные внизу корпуса. Восемь двигателей висели как уши, четыре слева, плюс столько же справа, под задней оконечностью кабины. Вместо шасси у потенциального боинга-уродца наличествовал морской киль. То ли самолет, то ли судно стояло на рельсах, лишенное малейшей возможности перемещаться по твердой земле. Как горный коршун, у которого вместо лап с когтями выросло дельфинье пузо.
   Машина производила двоякое впечатление. Без сомнений, ее сконструировали для армейских нужд, а не для того, чтобы катать по морю туристов. Изгибы носа и крыльев выдавали годы испытаний в аэродинамической трубе. Броня намекала на тот факт, что гибрид плавающего и летающего зверя рожден для участия в настоящей войне. Машина была красивой, опасной, и изящной в то же время. Но главное, большой.
   -Есть смысл устроить вам экскурсию,- после долгого молчания заключил Сфинкс. Его фиолетовые глаза хищно блестели,- Пойдем и посмотрим, что у него внутри.
   -У него, это у кого же?
   -У экраноплана, разумеется.
   «Ушастый самолет», как обозвал чудо техники Титан, имел высоту двухэтажной дачи. От дыр в потолке горбатую кабину отделяли жалкие полметра. Будь ангар чуть-чуть скромнее размерами, экраноплан попросту не уместился бы внутри и стоял как инопланетный звездолет, приземлившийся на диком пляже. Часть обшивки успели спилить автогеном – парни в хаки, не говоря друг другу ни слова, меняли начинку. Прямо фаршировали гуся к банкету. Устанавливали сложные схемы под броню, монтировали устройства внутренней связи, приваривали стабилизаторы и платы из серебра между конденсаторами второго потока.
   -Это не есть излишняя страсть к благородным металлам,- ответил на молчаливый вопрос команды телепат,- серебро имеет свойство поглощать вредные излучения и некоторые токсины. Мы говорим, разумеется, о технологическом серебре, добытом путем межмолекулярного спаивания.
   Взойдя по трапу, друзья очутились на второй палубе экраноплана. Внутри висели щитки с энергетическими узлами. Дорогая и пока не отлаженная аппаратура встретила компанию грудами валявшихся проводов, через которые сложно перешагивать. В хвостовой части расположился изолированный коридор с пустыми ячейками, предназначенными для ядерных батарей. Там же нашлось устройство, внешне схожее с гироскопом. Две стеклянные окружности кутались в алюминиевую раму. Под ними, из могучего агрегата, вырастала железная щупальца – эдакая копия хребта, усеянная выпирающими ребрами-иглами.
   -Жуть какая,- испугалась высокая брюнетка.
   -Не переживай,- пощадил ее коротышка,- участь быть заключенной в данном чане из стекла тебе не грозит. Это место для твоей подруги.
   Что удивило златоглазую, за всю экскурсию ей не повстречался ни один человек без маски сварщика. Немые помощники Хунаби и Сфинкса фанатично расходовали штыри из термосплава. Дай им волю, разрезали бы на куски экраноплан вместе с ангаром. Вокруг пахло гарью и озоном. Как после грибного дождя, обрушившегося на лесной пожар.
   -Как вы знаете, а вы ДОЛЖНЫ хоть что-нибудь знать,- начал телепат,- это транспортное средство создавалось для маршевых бросков советской пехоты к берегам Калифорнии. Калифорния – не элемент, Калифорния – штат США. Данный экраноплан принадлежит к серии разработок класса «Лунь». «Лунь» есть сверхмощная десантная машина, способная нести как пехоту, так и до трех тонн водородных бомб. Размах крыла – пятьдесят два метра. Длина корпуса – сто метров ровно. Предельная скорость на чистой воде – пятьсот километров в час. Кстати, о скорости… До вашего пробуждения я немного поработал над двигателями. Отвернул пару гаек, увеличил пропускную способность топливного насоса… Словом, теперь наша птаха может летать со скоростью истребителя. Для машины подобного веса это редкость.
   -Она все-таки летает?- уточнил зеленоглазый.
   -В той или иной степени. Экраноплан классифицируется как судно, перемещающееся в пределах действия аэродинамического экрана, на небольшой высоте от поверхности воды, льда или снега. «Лунь» держится наплаву за счет воздушной подушки. Можно сказать, парит, опираясь на воздушную массу, загнанную под крыло. Вы ведь обратили внимание на размер крыльев? Они значительно шире и длинные нормы.
   Пока низкорослый гений перечислял характеристики «Луни», экскурсанты прошли в кабину. Здесь их ждали три кресла, образующие треугольник у панели управления. Два передних предназначались пилоту и его помощнику. Третье, последнее кресло, служило рабочим местом наводчика авиапулеметов и ракет.
   -Амуницию и пушки сняли. Имея на борту запас патронов, мы зазря увеличили бы вес экраноплана. Вы знаете, что запас бесперебойного залпа на двенадцать секунд весит для крупнокалиберного пулемета больше, чем колесо грузовика? Это не есть грузовик,- видя в них исключительных дуболомов, объяснял «стамескам» Сфинкс,- для эксперимента, предложенного Изяславом и санкционированного мной, грузовик совершенно не подходит.
   -Да, эксперимент,- приложив палец к губе, повторила Химера,- с чем мы собираемся экспериментировать? Зачем ты битый час убеждал нас в существовании паровых миров?
   -Параллельных, а не паровых. Мы собираемся отправиться в параллельный мир.
   -Надеюсь, на Марсе все-таки есть ром,- взмолился Титан.
   Сфинксу хотелось наградить идиота подзатыльником. Он сдержался. Пожалел руки, которым предстояли недюжие хлопоты с программатором. Агрегат Эйнштейна обещал гениальному умнику как минимум три бессонных ночи. Никто другой не смог бы должным образом настроить сложную систему.
   -Я буду трудиться до седьмого пота, не путайтесь под ногами. Для вас тоже найдется пара заданий.

***


   Отстав от друзей в помещении с ячейками для батарей, синеглазая исследовала третью (верхнюю) палубу. Лестница, ведущая в отсек, закончилась узким коридором. За ним было пустое пространство, сравнимое с чердаком или просторной антресолью. Здесь уже разбросали раскладушки, матрас на две персоны, и приткнули теплый спальник. В уголке кто-то забыл смешной будильник с диснеевскими героями. Именно этот неизвестный «кто-то» успел оставить горку апельсиновых корок.
   -Сойдет,- обрадовалась Мираж,- мне приходилось ночевать в местах и похуже. Комары сюда не сунутся.
   Вредная и порой стервозная, она не желала выслушивать доказательства о существовании каких-то там параллельных, да хоть перпендикулярных миров. Экраноплан и его хищные формы понравились девушке. Чем-то манили. Мираж обожала красивые и дорогие машины (даже те, у которых нет колес), поэтому сразу решила, что на сей раз не будет обыкновенным пассажиром. На танкере роль капитана она банально играла. Возилась у штурвала, шутливо отдавала приказы по громкоговорителю. Умная автоматика «Вестляндера» все делала за нее. Но здесь, на борту самого фантастического транспорта, какой можно представить, ситуация складывалась иначе. Команде требовался пилот. Прирожденный ас, готовый управлять «Лунью» даже в десятибалльный шторм.
   -Здесь кто-то бывает?
   -Здесь – я,- подала голос синеглазая, видя, как по лестнице неуклюже взбирается женщина в соломенной шляпе,- знаешь, рыбка, а ты мне нравишься. Порой ведешь себя точь-в-точь как Рита.
   Хунаби осмотрелась. Провела носом по воздуху.
   -Рыбешка, скажи-ка, почему к нам послали тебя? Без обид, ты же незнайка. Если человек не умеет нормально говорить по-русски, то какой с него толк? Извини, но в тебе робости на целое село пуританских девственниц. Рыжая овца день ото дня проклинает Канцелярию, не устает твердить, мол, ваши агенты это мясники. А что с тобой-то не так?
   -Мой господ…
   -Кто-кто?
   -Мой господ директор Изяслав – не мясник. Поэтому Хунаби служит ему. Хунаби должно быть злющим бригадиром Чистильщиков. Смотри.
   Жрица вскинула кулак и нанесла сокрушительный удар по несущей балке. Вмиг покрывшись панцирной броней, ее конечность оставила глубокую вмятину. Аж ржавчина с болтов слетела. Пальцы расплющили часть балки, как если бы слоновья пятка наступила на гнилой апельсин.
   -Хунаби убивает одним ударом. Без пользоваться челюстями, не принимая звероформы. Но Хунаби поклялась не убивать. Надобно жить, обладая талантом, и не пользоваться им. Бессмертные считаю себя чистая раса. Чистых рас не бывать. Люди смешиваются в постели, поэтому равны. С монетами тоже могут смешиваться около уровня социальных групп. Когда одна группа из бессмертных и живых не захочет убивать, войн больше не случится. У господа директора есть собеседник-товарищ. Морда – страшнее собаки. Как у противоположного из религии с крестом, как у Князя Тьмы. Он был генералом ангелов. Он запоминает время, когда без монет и с монетами жили в мире. Это возможно. Может наступать очередная эпоха дружбы, когда не едят деток и не убивают. Если бы Хунаби не верила, позволила бы акулам разодрать свою тушку.
   -О, поняла, тебе нужен русско-рыбий разговорник,- бесстыдно рассмеялась синеглазая.
   Трудно сказать почему, но ей вдруг захотелось вывести скромную собеседницу на чистую воду. Уколоть, уязвить. Наконец, если потребуется, сделать пару нелицеприятных замечаний.
   -Зря хохочет та, которая множит себя копиями. У той короткая жизнь. Та не видала ужасов голода и чумы. Так жить нельзя. Порочно думать, что ты умнее всех на свете.
   -Да-да, я в курсе. Ты у нас самая натуральная недотрога. Богатенькая от рождения и думаешь, что все люди равны? Думаешь, нет разницы, если ты родилась афроамериканкой в Детройте или дочерью шведского короля? Скажу тебе неприятную правду, цвет кожи и деньги решают все.
   -Хунаби родилась много-много богатой и загорелой,- впервые за много веков обозлилась панцирная рыба,- а ты? Ты белая-красивая, но не вышла на свет богатой. Были деньги в младенчестве? От тебя не пахнет денежным семейным счастьем. Любопытство у Хунаби, ты сирота?
   Если бы Мираж, подобно рептилии, могла ощущать изменение температуры собственной крови, то лишилась бы чувств от внутреннего теплового удара. Ее сердце превратилось в вулкан, разгоняющий по венам яростную магму.
   -Да, сирот из детдома никто не любит,- обманчиво-примирительным тоном запела девушка,- ты, рыбина, коснулась опасной темы. Произнесешь еще хоть раз слово «сирота», и я не пожалею маникюра. Оборву тебе уши вместе с носом. Ну, рискнешь выпендриться?
   Хунитцло Абильсаукотль не рискнула. Ей помешал телепат.
   -Что вы тут забыли,- пробурчал он, втискиваясь в дверной проем и бросая куль простыней,- третий палубный отсек будет служить спальней. Мираж, отстань от эмиссара!
   -Я только хотела ей мордочку подравнять,- двинулась к выходу взбешенная брюнетка,- занимайтесь своими делами, глупые дураки…
   -Она согласная становиться пилот «Луни»?- минуту спустя спросила Хунаби.
   -У нее нет выбора,- крякнул всезнающий Сфинкс,- такова ее судьба.

***
   

   Слово «судьба» Химера и Сфинкс понимали по-разному. Истолковывали с противоположных точек зрения. Кидали друг в друга метафизическими гранатами, укрывшись по разные стороны баррикад философии. Златоглазая верила, что судьба это личная история человека, которую иногда можно корректировать, соблюдая христовы заповеди.
   -Это есть ошибочное представление.
   -Почему?
   -Потому, что такое представление суть иллюзия. Заблуждение, рожденное из кокона вероисповедания произвольного индивида. В нашем случае этот индивид есть ты, Химера. Наука, между прочим, отрицает судьбу. Дистанцируется от такого термина, оставляя его любителям гороскопов. В корне ложное заблуждение! Судьбу можно считать такой же математической функций, как пример с падением замерзшей сосульки.
   -Что вообще общего у сосульки с чьей-то судьбой?
   Сфинкс довольно сузил веки. Прохлаждаясь в размашистой тени баобаба, остро чувствовал потребность донести до чрезмерно религиозной «стамески» свою точку зрения. Естественно, все точки зрения телепата по всем вопросом имели научное обоснование. В противном случае он не считал бы себя умнее завзятого пьяницы, у которого после первой бутылки язык метет помелом.
   -Сегодня я особо словоохотлив,- открыв банку пива, врученную Титаном, он улегся меж корней дерева,- вот и выпить решил. Алкоголь помогает настроиться на нужную частоту, если потребляешь его в малых дозах. О чем мы с тобой говорили? Да… Судьба-злодейка… Видишь ли, глупая стамеска, точные науки потому и называются точными, что их прародители вроде Джордано Бруно или унылого Менделеева исходили в своих суждениях из теории постоянства. Один плюс один всегда равно два, так? Самый банальный пример – дай Косте одну бутылку рома, потом еще одну. Сколько у этого пропойцы будет бутылок?
   -Ноль,- выпалила Химера. Столь резкий ответ даже ей показался неприличным,- Костик пьет как сумасшедший. В супермаркете сразу идет в винный отдел.
   -Правильно,- расслабился коротышка, ставя на камень отпитое пиво,- всякий математический пример нельзя рассматривать, забыв о внешних факторах. Увы, ученые мужи наплевали на это правило еще до рождения Эйнштейна. Они не понимают, что непостоянство вселенной и существование параллельных реальностей заложено в элементарных основах математики хаоса. Судьба есть многомерное арифметическое уравнение, изменяющее итоговый код в каждую отдельную секунду. Каждый из нас должен был прожить унылую жизнь среднестатистического россиянина, однако мост на пути поезда Москва-Киев рухнул… Каждый из нас должен был умереть при встрече с агентом Канцелярии, однако сейчас эти агенты нам помогают... Наша судьба – неразрешимая математическая проблема, дополняемая все новыми неизвестными «Х» и «Y». Все новыми «если» и «вдруг». Ты понимаешь, о чем я?
   Высокая брюнетка понимала одно – ее макушку ужасно печет.
   Назойливые москиты, для которых полдень не стал помехой, ватагой слетались к дереву. Огромные паразиты кружили в танце. Прозрачные крылья стрекотали с оглушительной громкостью. Как будто все насекомые Шри-Ланки решили атаковать кучей. Крови тигров и диких обезьян им явно не хватало.
   -Позволь мне отойти от теории нелинейных уравнений и коснуться прибывшего к нам эмиссара,- продолжил суждения гений,- я полагаю, сложившиеся личностные характеристики ацтекской жрицы есть такая же игра непредсказуемых вероятностей, как факт получения нами монет Атлантиды.
   -Мы получили монеты случайно,- охнула Химера.
   -Случайное событие стоит именовать событием, которое не учли в изначальном уравнении. Одержимая местью, принцесса Атлантиды сотни лет готовила свой план. Мечтала убить Канцлера. Однако сделала монетоносцами людей вовсе негодных для роли мстителей. Ее расчеты оказались неверны и привели к громкому фиаско. Ситуация полностью вышла из-под контроля. Вот поэтому-то к нам заслали Хунаби. Жрица живет сегодняшним днем. В каком-то смысле тоже является частью уравнения. И эта часть должна кардинально изменить решение. Своей позой Хунаби как бы намекает, что не все так плохо. Ложка меда не сделает бочку дегтя слаще – жрица и ее директор это понимают. Они пытаются дать нам урок хороших манер, добавить в формулу нашей трагической судьбы новую переменную. Любопытно, что из этого получится…
   Вдруг, перебив Сфинкса, раздался чудовищный рев, мгновенно сменившийся гулом. Крыша ангара затряслась, заходила ходуном, точно где-то поблизости пронесся самолет.
   -Я допью пиво и займусь настройкой аппаратуры. Ты не ленись, пойди и глянь, в чем там дело,- наказал коротышка.
   Он вытянул босые стопы к воде и многозначительно замолчал.
   Химера по привычке остановилась у двери и постучала. За почти целый год скитаний и приключений, которые преследовали друзей, словно дурная карма, златоглазая не позабыла о хороших манерах. Только стала часто и не к месту употреблять слово «пожалуйста». А еще не понимала, что ангар с военным экранопланом, облепленным техниками в сварочных масках, отличается от спальни, где можно потревожить пару голубков. Осознав тщетность всякого ожидания, девушка тихонько открыла дверь. Внутри все прочие звуки затмевал шум восьми двигателей. На холостом ходу они бешено вращали лопастями турбин. Отчего-то воняло тухлыми яйцами.
   Зажав нос, высокая брюнетка наступила в какую-то лужу. Разлитая жидкость источала неприятный душок.
   В кресле штурмана сидел Титан. Как раз пытался прикурить сигару. Мираж, оккупировавшая место главного пилота, отняла у него спички. Нажала панельку на приборной доске и, снизив мощность турбин, объявила.
   -Нельзя быть таким безрассудным.
   -Я неуязвим, могу курить сколько захочу.
   -Ты внутри военной машины. Если стряхнешь пепел не туда, испортишь какой-нибудь прибор.
   -Это все?
   -Запах тухлых яиц совсем не чувствуешь? Кто-то из техников разлил полканистры топлива. Загорится ведь.
   -Хм… Вот, оказывается, что там было. Я решил, это ополаскиватель для рта. Десны зачесались, я думал, поможет.
   -Неужели ты можешь выпить авиационный бензин и не отравиться?- остолбенела синеглазая.
   -Вряд ли бензин,- почесал затылок юнец,- больше смахивает на газированную воду.
   В кабину зашла Химера. Осмотрелась и приметила, что компьютер с монитором на уровне головы Мираж подключен к системе питания. Экран напряженно моргал. Цифры и символы из языка программистов то появлялись на нем, то снова исчезали.
   -Проверяете работу двигателей?
   -Уже проверили. «Лунь», Рита, в полной готовности. Где ты потеряла главного умника Лилипутии? А, не отвечай, ему с нами неинтересно.
   Облокотившись на стенку, высокая брюнетка немного успокоилась. Пребывание внутри стальных потрохов экраноплана давало ей полную свободу движения – здесь не надо внимательно смотреть под ноги или носить перчатки, ведь рядом нет ничего живого. Только кабели, холодная обшивка, и вездесущие устройства, которым надлежит в скором времени перебросить «Лунь» в параллельный мир.
   Теперь машина не отличалась от научной лаборатории. Люди из грузовиков постарались на славу. За какие-то сутки укрепили палубы, упростили систему подачи воздуха в салон. Оборудовали несколько посадочных мест, дабы облегчить брюнетам путешествие.
   -Гром!
   -Пожалуйста, не кричи,- попросила любителя гаваек златоглазая,- это не гром. Это Даша балуется.
   -Я не про звук,- засиял Титан.
   -Рита, а что рыба сказала сделать с компасом?
   -Тахионовый компас установят в самом конце. Я пыталась с ним управиться, но стрелки не показывают на север. Этот прибор сломан, наверное.
   -Гром!
   -Да нет тут никакого грома,- отпустив штурвал и выключив подачу топлива, сказала Мираж,- правильно Бережной называет тебя алкоголиком. У тебя слуховые галлюцинации. Допился, бедняга.
   -Гром, «Гром в раю»,- обиделся юнец.
   Куда он убежал и зачем прихватил два баллона краски, для девушек осталось загадкой.
   Развалившись в кресле, синеглазая открыла справочник с инструкцией для пилотов. Начала листать тот, останавливаясь на страницах с рисунками крыльев и схемами, обозначающими отдельные сектора топливных насосов. Для нее благородный плавающий самолет казался не сложнее велосипеда с японским моторчиком. Еще до ужасной трагедии «Вестляндера» Мираж научилась прекрасно водить автомобиль и вертолет впридачу. Она и дальше листала бы справочник, но внезапно чихнула – дьявольским образом в салон проник зловонный смрад букета желтых роз.
   Сзади мягкие руки опустились ей на горло. Возможно, собрались душить.
   -Я пойду на поводу у своего сосуда,- с нежностью прошептал инфернальный голос,- я уступлю женщине, имеющей заместо души античную рыбу. Окажи мне милость, посодействуй им обоим. Сбереги мою оболочку. Часовой не убил меня, лишь отвратил неизбежное. Там, куда вы держите путь, не будет злодейки Дивы? Пожалуй, мне все еще нужен отдых… Я буду видеть золотые сны, но скоро вновь восстану. Глупая Дива, если увидишь ее, передай от Матери Королевны низкий поклон нашей Принцессе Тьмы. Думаю, однажды все-таки придется убить ее.
   Пребывая в легкой прострации, Химера не успела понять, за что подруга вдруг набросилась на нее дикой кошкой. Они обе мигом очутились в горизонтальном положении. Брюнетка с синими глазами выгнула пальцы так, словно собралась расцарапать чужое лицо или ногтем порвать край губы.
   -Рита? Это опять ты?- окаменела Мираж, боясь сделать лишнее движение.
   -Тебе померещился кто-то другой?- похлопала ресницами Химера.
   -Всем нам время от времени что-то мерещится,- разрешил ситуацию коротышка.
   В проходе он возник как призрак. На вид расслабленный, но со скальпелем в кулаке. Другой кулак прятался за спиной. Сжимал взведенную беретту.
   -Если кому-то что-то начнет мерещиться, зовите меня. Я есть дипломированный психотерапевт. Обсудим ваши проблемы.
   Гений сделал шаг назад. Скользнул по девушкам неживым взглядом и наконец ушел. Что касается запаха роз, то Сфинкс будто спрятал его в карман и забрал вместе с собой.
   Воздух пах морем, горячим песком, и жидкостью из пролитой канистры.
 


Рецензии