Маньяк Глава 5

Глава 5

На другой день утром Воронцов созвонился с Екатериной Леонидовной Миловой и отправился к ней на разговор.

— Добрый день! Проходите, Юрий Сергеевич, пожалуйста, — открыв дверь, сказала приятным мелодичным голосом симпатичная голубоглазая женщина  чуть за тридцать.
— Как вас величать?
— Я вижу, что мы с вами одного возраста, так что величайте просто — Катя.
— Ну а если придётся как-то иногда…
— Ну если придётся, — перебивая улыбнулась она, — то будете прибавлять Леонидовна.
— Хорошо, Екатерина Леонидовна. Так и сделаю при необходимости.
Юрий вошел в квартиру и последовал за хозяйкой в гостиную.
— Вам чай или кофе? — спросила она у Воронцова.
— Я поддержу компанию, так что мне всё равно, на ваш выбор.
 
Минут через десять они стали пить ароматный чай, и Юрий попытался внимательно рассмотреть свою собеседницу. В свою очередь он ощутил на себе её приветливый взгляд и периодически возникающую на лице улыбку, представляющую для него некую загадку.

— Чему вы так загадочно улыбаетесь, Катя? — наконец спросил Юрий.
— Я улыбаюсь тому, что увидела красивого спортивного мужчину и подумала, нет ли у вас проблем?
— Каких, например?
— Например, со стороны других мужчин, которые мнят себя женщинами.
— Странный вопрос мужчине от женщины, — улыбнулся Юрий.
— Чуть позже поймёте, Юра, — тоже улыбнулась Катя.
— Ну пока не было до настоящего времени. Я всё же не на зоне, а в свободном мире. Да, кстати, как себя чувствует ваш супруг, что говорят врачи, какой прогноз?

— Пока никакой определённости. Меня он не узнаёт, детей тоже, и мою свекровь, свою маму, пока не узнал. Как будто стёр кто-то память, как матрицу. Если он выздоровеет, то это, наверное, будет нескоро.
 
— Итак, вы позвали меня поговорить в связи с появлением у вас некой видеозаписи, где ваш супруг находится в интимной близости с какой-то женщиной. Да, кстати, как она к вам попала?

— Мне её доставили анонимно.

— Вы даже не проявили осторожность, ведь в наше время…

— Она не была упакована, записка была наклеена прямо на коробке.

— Значит, ваш супруг оказался в каком-то подпольном борделе, да ещё и лишился памяти. Однако меня после просмотра этой записи не покидает чувство, что кто-то прямо стоит за этой камерой. И этого человека, видимо, знает ваш муж.
— Да, Юрий, так оно и есть, у меня тоже такое же чувство, как и у вас. Давайте всё по порядку. Речь сейчас пойдёт об одном очень высокопоставленном лице. Этот человек является одним из заместителей нашего мэра.
 
— Вот даже как? Это интересно, — воскликнул Юрий, — и кто же он?

— Это некто Геннадий Александрович Соснов. Дело в том, что Вася мой и Геннадий были одноклассниками. И уж не знаю, к счастью или к несчастью, Гена был влюблён в Васю ещё со школы, ну как девочка влюбляется в мальчика. Вася очень колоритный был в школе. Выделялся — он ведь мастер спорта по лёгкой атлетике, после окончания школы поступил в военно-физкультурный институт. Ну вы сами видели его. Правда, вы мужчина и оцениваете себя как-то иначе.

— Ну почему же. Любой мужчина скажет, что он, Вася – красивый парень. Я думаю, что когда речь идёт о внешности таких людей, оценка пола не имеет значения.

— Я согласна.

— А почему вы сказали — к счастью?

— Потому что именно Соснов помог нам материально, чтобы приобрести в собственность нынешнюю квартиру, дав Васе деньги безвозмездно, сразу оформив жильё в нашу общую долевую собственность. Соснов состоятельный человек. Для него эта квартира просто игрушка, а для нас она оказалась, как поняла я потом, весьма необычной кабалой для моего мужа.

— Так. И вы подозреваете, что за этим стоит какая-то, ну скажем, не совсем моральная с нашей точки зрения, возможно, сексуальная акция вашего мужа со своим приятелем в качестве компенсации за квартиру.

— К несчастью, я почти уверена в этом.

— А вы не пытались спросить об этом у Василия?

— Ну что вы? Нет, конечно. Он, как и всякий порядочный мужчина, никогда не сознается в таких вещах. Просто я заметила, что он очень переживал какое-то время, пытался избегать встреч с Сосновым. А тот как заладил — все время его стремился в выходные дни куда-нибудь вытащить с собой в поездку вопреки мнению семьи.

— А вот с женщинами, например, учитывая его внешность? И теперь такое свидетельство на кассете. Это как?

— Здесь я была уверена. Он никогда на это не пойдёт по своей воле. Нас многое связывает с ним; мы очень любим друг друга с детства, а на детей он просто молится. Поэтому эта порнографическая кассета, которую я имела возможность лицезреть… до сих пор не могу представить. С ним, определённо, что-то сделал этот негодяй. Вы же видели, в каком он сейчас находится состоянии. Какой наркотик использовал этот извращенец, чтобы наслаждаться созерцанием сцен, где мой муж неустанно и смачно, простите меня, трахает у него какую-то незнакомую мне бабу. Я в ужасе...

— А почему вы решили, что это было у Соснова. Может, какой-нибудь другой бордель он использовал для развлечений?

— Видите ли, Юрий, я заметила, что в этом помещении есть своеобразный рисунок на обоях, которые покрывают стены одной из комнат. Мы не раз были с Васей у Соснова, и я видела эти обои у него. У нас такие обои не продавались. Ему их привезли из Италии. Поэтому секс происходил наверняка в особняке Соснова. И потом он очень осторожен. Не стал бы он на какой-то другой территории устраивать подобное мероприятие, имея такие огромные апартаменты. Зачем ему при его положении свидетели? Теперь, после просмотра этой кассеты, я уверена, что этот маньяк что-то сотворил с моим мужем.

— А у вас нет своей версии? Вы говорите, что Василий стал чуть ли не сексуальным рабом Соснова. Почему тогда Соснов устроил запись вполне нормального для мужчины физиологического общения между вашим мужем и этой дамой?

— Я думаю, что это какие-то эротические придумки этого извращенца. Он ведь испытывает к Васе чувства аналогичные, которые испытывает женщина к мужчине. И так как он не может претендовать на то, чтобы Вася всё время проводил у него, наверное, ему понадобилось какая-то компенсация, некая эрзац-замена в виде видеозаписи события, которое он может смаковать в одиночестве, предаваясь, например, мастурбации. Честно, мне трудно понять логику этого развратника.
— Ну а почему он выбрал вашего супруга? Что могло натолкнуть его на мысль предложить квартиру взамен тесного общения? Они ведь после школы, как я понял, могли и не встретиться никогда.
— В том-то и дело, что они встречались ежегодно своим классом в школе. И у Соснова не было никаких поползновений относительно Васи до определённого времени.

— Что вы имеете в виду, Катя?

— Юрий, скажу честно, что во многом, что происходит сейчас с моим мужем, есть огромная доля моей вины. Поэтому я и не могла столь категорично воздействовать на Васю, чтобы он незамедлительно прекратил это порочное общение. Когда Вася демобилизовался из армии, у нас встал вопрос выживания. Где брать средства. Я ведь была беременна вторым ребёнком. Вася сначала пошёл на товарную станцию. Он изматывался на работе так, что еле доползал до дома. И я, в один прекрасный день испугавшись за него, что такой молодой мужчина, красавец вдруг станет инвалидом от работы или несчастного случая, категорически запретила ему больше туда ходить. Как сейчас помню, он сел на край дивана, посмотрел на меня каким-то туманным взглядом и сказал: «Катенька, зайчик, а куда тогда…». И я ему ответила: «Туда, где работа в удовольствие и платят в десять раз больше, а тебе природа дала такие возможности. В стриптиз-бар пойдёшь, дружок».

— Катя, вы такой рисковый человек, — улыбнулся Юрий. — Там ведь женщины. Вы не боялись, что ваш муж свихнётся от обилия внимания похотливых богатых барынь?

— Нет, до сегодняшнего дня не боялась. Вася человек непьющий и всегда, как говорят, с трезвой головой. А значит, он понимал, где грани возможного. Это было до тех пор, пока в этом баре не объявился как-то Соснов. Когда он увидел Васю и понял то, что раз этот парень может за деньги, простите, снять с себя трусы… у него, видимо, взыграли старые чувства к своему однокласснику. Он стал частенько посещать нас, звать к себе и, узнав однажды о том, что у нас есть проблемы с жильём, предложил моему мужу наедине, как я поняла впоследствии, по-своему разрулить эту ситуацию.

— Ещё один вопрос. Катя, вы, наверное, видели при просмотре кассеты, что на вашем муже были швейцарские часы марки «Сатурн». Они где сейчас?

— Юра, я сама удивляюсь! Для меня это большая загадка. Никаких подобных часов мой муж не носил. Во-первых, он работает тренером, ему приходится самому показывать физические упражнения. И потом, когда появились сотовые телефоны, он стал использовать там функцию часов. Действительно, как-то странно получается: нормальные люди перед сексом снимают с себя всё, а тут… Чушь какая-то. Это всё придумки этого гомосека, простите. И одеяние это. Вася таких бля…ких, извините, трусов никогда не носит. Это надо же додуматься кому-то было, что там, где надо прикрыть некие места, наоборот, зияют вырезы и дыры
.
— Катя, это называется эротическим бельём. Оно служит для подъёма чувственности. А женщину эту вы знаете?

— Нет, конечно. Да что же это такое творится! Молю Бога, что если с мужем всё наладится, надо бежать отсюда; ради детей надо уезжать подальше, чтобы они хоть не увидели этого разврата, бежать куда-нибудь в глушь, в собственный дом. Не нужен мне этот извращённый город.
 
— Ну что, Катя? Спасибо большое вам. На один вопрос я сегодня ответ получил. У нас надвигается избирательная кампания, и кто-то очень хочет отстранить Соснова от участия в выборах. И этот кто-то весьма могущественный человек, вхожий в дом заместителя нашего мэра.

Воронцов встал из-за стола и направился к выходу. Уже в коридоре, обувшись, он произнёс: «Вы молодец, Катя. Я преклоняюсь перед вашей мудростью, тактом и заботой о собственном муже, который не по своей воле попал в беду. Будем надеяться, что с Василием всё будет нормально».

— Юра, я вас очень прошу, я знаю, что бороться против этих негодяев трудно, но помогите, пожалуйста, чем можно. У нас ведь двое малолетних детей, а свекровь просто в шоке. Он ведь у неё единственный сын.

— Обещаю, что я всё сделаю, что в моих силах, чтобы избавить вашего мужа от назойливого поклонника. Ещё раз большое спасибо за чай и за внимание, которое мне уделили.

х х х

После беседы с Екатериной Миловой Юрий поехал в прокуратуру, чтобы обсудить некоторые вопросы с Кучеренко.

— Итак, что мы имеем, Юрий Сергеевич, — немного с иронией, но с теплом в голосе спросил Кучеренко.

— Если грубо говорить, то мы имеем кандидата в мэры нашего города гомосексуалиста, подозреваемого в удерживании жертвы сексуального насилия. Кто-то очень не хочет его дальнейшего продвижения и сдал его с потрохами, подбросив кассету супруге жертвы.

— Могу возразить тебе, Юрий. Ну, во-первых, его самого на кассете нет. Какие к нему могут быть вопросы?

— Согласен, Валерий Иванович. Но запись-то самой кассеты производилась в его загородном доме, что доказывает содержание притона разврата. Это ему, надеюсь, можно предъявить.

— Можно было бы. Но как ты докажешь, что это было именно в его доме? И разврат был среди его друзей наверняка по согласию, он скажет именно так. Ты не забывай, что Милов и Соснов — одноклассники. И потом он найдёт всяческую поддержку вот от таких, как и он, гомосеков, которые его выше по рангу и по положению. Вся страна уже огомосечилась в верхних эшелонах, что, разве не так?
— Интерьер комнаты, где проходили любовные утехи, опознала супруга Милова. И потом мы разыщем эту бабу, и она пойдёт свидетелем.

— Опять возражу тебе. А ты уверен, что эта баба может что-то рассказать? А если с ней будет то же самое, что и с её любовником случилось? Вся беда в том, что от самого Милова мы нескоро получим хоть какие-нибудь сведения. Дай бог, чтобы парню хотя бы вернули возможность узнать свою мать и семью.

— Значит, надо побывать в доме Соснова в отсутствие хозяина и получить ответы на все поставленные вопросы.

— Возможно, ты прав, Юра, но как это сделать? При малейшей оплошности нам припишут проникновение в чужой дом, и все возможные последствия для нас с тобой нетрудно предугадать.

— Это если мы не найдём там улик. А если найдём?

— Хоть и найдём, их нельзя обнародовать. В суде такие улики не прокатят. Судья скажет, что добыты они незаконным способом. А вот косвенно они могут вывести на прямые улики. Как ты собираешься решать эту задачу?

— У меня одноклассник и мой самый близкий друг детства делал сигнализацию в том посёлке, где эти цари живут, и вполне возможно, что и Соснову делал он
.
— Это было бы неплохо. Однако проникать в жилище, чтобы доказать содержание притона, не очень перспективно. Мелковата статья для такого волка, как Соснов. Ты учитывай его положение и связи.

— Валерий Иванович, вы говорите правильно. И вот мы подошли к главному. Ради этого мы обязательно должны проверить его жилище.

— И что же это главное?

— На Милове в момент «траха» с этой тёткой — это видно на видеозаписи  — были часы такой же марки, как часы Лебедева.
 
— Да ладно, неужели это правда, Юрка? Может, другая марка.

— Ничего подобного. Та же марка, которая была подарена Лебедеву Неверовым.

— Ничего не понимаю, Юрка. Это что же, какой-то ритуальный предмет получается? На месте убийства часов не нашли, но, по словам тёщи Лебедева, они были подарены её зятю, и он их носил. То есть там нет часов, и нет свидетеля преступления. А что здесь у нас? Часы на руке этого парня в момент развлечений. Далее они таинственно исчезают. И опять у нас на месте предполагаемого преступления нет свидетеля, потому что он потерял память. Как тебе эти совпадения? Напомни мне ещё раз, а как обнаружили Милова?

— Василий появился на скамейке около своего дома вечером. Его привезли на машине. Соседка с первого этажа подробно рассказала, что из машины вышли два мужика, в одном из которых она сразу признала Василия. Они оба сели на скамейку, поговорили минут пять, а потом один из них сел в машину и уехал. Соседка после этого пошла спать, в то время как Василий продолжал сидеть на скамейке. А ранним утром, когда она увидела Милова всё на том же месте, она сразу поднялась в квартиру его жены. Вот тогда-то и выяснилось, что Милов, не узнав своего дома и подъезда, просидел на лавочке до утра.

— Так у тебя всё же есть какие-либо соображения насчёт часов?

— Пока нет, Валерий Иванович. Какую роль они играют, можно будет выяснить, если нам удастся их достать.

— Неужели мы имеем дело с какой-нибудь ритуальной сектой? Я пока ума не приложу, чтобы ухватить суть этих событий. Вот тебе и богатые люди. А ты видишь в их поступках ещё что-то общее, кроме этих злополучных часов?

— В образе жизни у них есть сходство. Оба они богаты, оба они замкнуты от людей, оба не имеют семьи, оба очень амбициозны и так далее. Есть и различия. Один латентный гомосек, другой не проявил себя в этом никак. Но по собранной информации могу сказать, что у Неверова нет постоянной женщины. Он интересуется ими только как сотрудницами его фирмы. На всякие мероприятия публичного характера он пользуется услугами женщин для эскорта. Вот так.

— Ну что, Юра? Действуй, а я тебе помогу всем, чем смогу. Только аккуратно. Пора, наконец, узнать, что означает этот наручный дьявольский символ.


Рецензии