Благослови меня на боль. Часть третья. Глава 7

Глава 7
Ты только мой!



 Тёмный, мрачный, готический собор… Вокруг него – выжженная земля. К парадному входу ведёт аллея из высохших голых деревьев с корявыми ветвями. Адриан не хочет, но знает, что должен туда войти. Внезапно в тумане перед ним возник образ прекрасного принца в дорогих, старинных одеждах. Он подходит ближе и вдруг понимает, что перед ним зеркало, а красавец – его отражение. Оглядев себя, юноша видит, что одет в красивый наряд, красивый, но в такой, в каком, наверное, даже отец его дедушки уже не ходил.

— У тебя нет короны, потому что ты ещё слишком юн, чтобы быть королём, — раздался внезапно чей-то голос.

    Адриан подошёл к костёлу, поднялся по полуразрушенным ступеням и только хотел взяться за ручку, как двери сами отворились, приглашая его войти. В полуразрушенную кровлю врывался лунный свет. На сиденьях лежал слой пыли. На полу невесть откуда взявшиеся осенние листья, увянувшие, уже черные розы и осколки разбитых витражей. Сквозняк. Клавиши органы нажимаются сами собой, но издают странные звуки, похожие на хриплое дыхание бродяг. На подсвечниках сами собой затухают и загораются свечи. Перед алтарём стоит гроб. С открытой крышкой. И на него падает лунный свет из разбитых витражей. Адриан подошёл к нему… Хотя и не хотел. И взглянул на того, кто лежал в нём… О, Боже! Он узнал в покойнике самого себя! Только одежда его была драная, та самая, в которой был, когда Фил вынес его из большого дома на окраине ранчо…. Адриан не мог пошевельнуться, сдвинуться с места. Внезапно пронёсся ветер, и юноша понял, что это — толпы каких-то крылатых, уродливых человекообразных существ, с отвратительными мордами и облезлыми лапами. Они стали носиться вокруг него, хватать его за руки, виснуть на нём, заглядывать в глаза, а он не в силах был пошевелиться. И тут понял, что на ногах и руках у него кандалы.

— До-о-о-о-обрый и прекрас-с-с-с-сный…. — шептали уродцы.
— Ты всего лишь раб! Раб! Раб!
— Жалкий раб!
— Внешне ты принц, а в душе все то же ничтожество!
— Осквернённый, поруганный ангел!
— Жалкий и грязный!
— Одно твоё прикосновение отныне очернит любого!

    Так они издевались над ним и унижали его, как вдруг покойник встал из гроба, гремя кандалами и цепями, и взмыл. Адриан поднял голову и увидел, что это не его копия, а…Джеральд. Хозяин схватил его за горло.

— До коли ты будешь ослеплять меня своей красотой? Мне гоняться за тобой до скончания веков? Ты только мой сын! Мой! Мой!
— Мой… Мой… Мой…. — отозвалось зловещее эхо, будто бы оспаривая его права на красавца-раба.

    Джеральд отбросил сына в сторону. Адриан отлетел и упал на пол между скамейками. Внезапно кто-то сзади схватил его за талию, он почувствовал боль, будто бы между лопатками вонзили нож … А потом этот некто развернул его себе… Поцелуй на губах. Адриан с трудом открыл глаза и обнаружил что на него смотрит Берти. Палач развернул его опять в сторону гроба… Из темноты появилась фигура Ларри…

— Ну, что сейчас преподадим тебе урок, красавец! — проскрежетали его гнилые зубы. — Братик, приготовь его.

    Берти выхватил нож, подставил её к горлу Адриана и стал рвать на нем прекрасней наряд… Бедняжка уже приготовился к кошмару, как тут с грохотом хлопнули двери, всё исчезло, и несчастный упал на холодный пол. И…заплакал…

    Адриан почувствовал, как слезы текут по щекам, и открыл глаза… Сон… Кошмарный сон, похожий на другие, которые снились ему почти каждую ночь. Лицо его было мокрым, и он понял, что плакал и наяву, оттого и проснулся. На сей раз от этого, а иногда молодой человек просыпался от собственного крика.

— Что ты со мной сделал, отец? — прошептал Адриан и сел.

    Лицо его заливали слезы. Ангел, поруганный, оплёванный, измученный ангел…

    За окном светало. Рассвет осветил его прекрасное лицо, залитое слезами.

— Как я могу бросить тебя? — прошептал юноша. — Как могу оставить в такой момент, когда на тебя подают в суд? Я не могу тут остаться, дедушка, и не потому, что он мой господин, а потому что он подарил мне жизнь… Он мой отец… О, Господи, — взмолился Адриан, — что же мне делать? Что будет дальше? Я умоляю, спаси его…

    Он больше не ложился, боясь уснуть и увидеть очередной кошмар.

    Через несколько часов к нему постучали, сначала один раз, потом второй. До Адриана дошло, что нужно дать разрешение войти.

— Доброе утро, Ваша Светлость! — раздался голос слуги. — Можно к вам войти?
— Конечно!
— Спасибо, Ваша Светлость, — в комнату вошёл высокий мужчина, наверное, ровесник Томаса. — Разрешите поинтересоваться, сэр, как вам спалось?
— Спасибо, прекрасно.
— Мы очень рады, — деликатно улыбнулся слуга, заметив, что постель практически не смята, и видно, что в ней никто не спал. — Я приготовил вам ванну, Ваша Светлость.

    «Ужинать не стал, спать не стал, — подумал Адриан, — и ещё не стану…». Нет, это было уже слишком, и он застыдился самого себя! Что про него люди подумают? Что он и не моется ещё? Вот позор!

 Адриан поблагодарил и улыбнулся. И пришлось ему повиноваться. Впрочем, как всегда…

— Его Светлость просил передать, что ждёт Вашу Светлость в большой зале справа от ваших покоев, - перед тем как уйти, сказал слуга.

    Чуть позже, выйдя из ванны, одевшись, Адриан пошёл в ту самую большую залу. Большая зала… Большой дом…

    И тут послышалась нежная красивая мелодия. Молодой человек приостановился. Он поймал себя на мысли, что в первый раз его так тронула музыка.

    Гарольд играл на рояле. Это успокаивало его. Мужчина так глубоко ушёл в себя, что не заметил Адриана, который был здесь уже несколько минут. Его Светлость обернулся и улыбнулся внуку:

— Моя радость!
— Как красиво… — зачарованно произнёс тот.
— Что красиво? — не понял дед.
— Музыка… Вы так красиво играете.
— Спасибо большое! Я люблю это занятие. Подойти сюда. Что ты там стоишь?

    И он подошёл.

— Хочешь попробовать?
— Я не умею.
— Это легко! Садись. Я научу тебя.

    Гарольд уступил ему стул и еле уговорил его сесть. Тот хотел стоять. Дед объяснял ему, как играют, рассказывал про октавы, педали, доли, ноты… Странно, но внук быстро всё схватывал.

— Ты быстро научишься.
— Спасибо… Но ведь не за несколько часов? — улыбнулся Адриан.
— Ну, за несколько часов, конечно, нет, а вот… — и тут он понял, к чему тот клонит. — Послушай, Адриаша, — и успокаивающе погладил внука по плечу, — я понимаю, ты меня не знаешь. Я понимаю, что ты вынужден будешь привыкать, но я со своей стороны буду помогать тебе это сделать. Я не хочу, чтобы ты чувствовал себя тут узником, я не хочу против твоей воли удерживать тебя, но… мне придётся, если понадобится… Дело начато. Постановлением суда Джеральду запрещено тебя видеть, только с разрешением и при крайней необходимости. Постановлением суда, ты должен жить у меня. Прости меня, что так вышло. Назад пути нет… Я не отдам тебя Джеральду.
— Но он же…
— Он не отец тебе, — прервал его Гарольд и взял его руку в обе свои ладони. — Отцы так не поступают. Ты рождён от него, но вырастил тебя другой. Вот он и папа. Пошли завтракать. Ах, да…! Маленькая просьба — зови меня на «ты».


* * *

Дома волновались безумно, места себе не находили. Но оставались в неведении не долго. Мистер Стюарт каждый день приходил. Фелиция, Даррен и Фил — тоже. Они поселились в гостинице, потому что леди не хотела, чтобы её дражайший супруг чувствовал себя неуютно в доме бывшего хозяина. Через несколько дней после похищения Адриана к ним в дом его отца постучала полиция. Тут-то всё и выяснилось!

— Сэр Джеральд, против вас возбуждено уголовное дело по факту «Незаконного лишения свободы человека, держания его в рабстве и нанесения тяжёлого физического и морального вреда и жестокого обращения с ребёнком». Просим вас явиться в здание суда.
— Я не понимаю, — произнёс хозяин. — Здесь какая-то ошибка.
— Обвинителем является сэр Гарольд, без вести пропавший в Европе четырнадцать лет назад. Но он оказался жив и смог доказать свою личность. Хотим так же вас предупредить, что во время следствия, — а может быть, и после, если будет таково решение, — вам запрещено общаться и видеться с Его Светлостью сэром Адрианом под любыми предлогами. Вопросы есть?

    Вопросов у него не возникло, но Констатация сказала, что хочет спросить и после разрешения, взволнованно поинтересовалась, с «сэром Адрианом» запрещено видеться всем им и только сэру Джеральду. Ей ответили, что пока только ему, но, если выяснится, что кто-то был соучастником преступлений, этому человеку тоже будет выставлен запрет.

 Женщина вежливо, но гордо сообщила, что хотела бы увидеть пасынка. Это возможно? Как ей это сделать?

— Вам надо связаться с сэром Гарольдом. Сэр Адриан — несовершеннолетний, и от него вообще ничего не зависит. Если даже он и захочет увидеться с кем-то, а суд будет против, то встречу запретят. Кем вы ему будите?
— Приёмная мать, — гордо ответила женщина.
— То есть бывшая хозяйка, супруга сэра Джеральда? — глаза блюстителя закона подозрительно сощурились.

    Она, сама понимая, как может выглядеть в глазах людей, кивнула и гордо ответила, что да. Мужчина признался, что в таком случае это будет сделать сложнее. Конни было сказано, что ей надо явиться в полицию, там сообщат о её желании сэру Гарольду, и он уже решит. Но решающее слово всё равно останется за судьёй.

— А тёте, родной дочери сэра Гарольда? — спросила Фелиция, и во взгляде её так и светилась мольба.

    Мужчина сразу догадался, кто перед ним, но всё же решил уточнить, она ли леди Фелиция?

— Да, а это мой сын, сэр Филипп.
— Для вас сэр Гарольд попросил передать письмо. Он узнал, что вы тоже тут, и решил вам написать. Мы этим не занимаемся, но согласились доставить. Возьмите, пожалуйста.

    Леди не стала спрашивать, откуда отец знает, что она тут, и дрожащими руками приняла конверт. В письме был адрес замка и короткое приглашение на ужин того дня, когда она получит послание, а также тёплый привет Филу от дедушки.


* * *

   После длинной речи сэра Гарольда, в которой просил прощения у внука и сожалел, что так получилось, объяснил всю важность и необходимость этого, Адриана осмотрел врач, а шрамы сфотографировали. Как ни странно, но молодой человек спокойно ко всему этому отнёсся, а дед прятал слезы. «Он не понимает, что это сбор улик против его отца» — подумал Его Светлость. Шрамы были ужасны! Любое каменное сердце вздрогнуло бы, увидев такое. Даже спустя столько недель, они не зарубцевались, и их отлично было видно. «Если такие ужасные следы остались на теле, что тогда на душе?» — думал Гарольд.

    Адриан спустился в холл. Там его встретил дворецкий Морис. Он что-то говорил юноше, но тот, погруженный в собственные мысли, ловил только обрывки фраз. Для него, раба с рождения, было важно знать, кому принадлежит, кому служить верой и правдой… Это всегда был мистер Джеральд. Для каждого человека, рождённого в мир, важно, чтобы его любили, для Адриана, рождённого в рабский мир рабом, было важно в первую очередь, что думает хозяин. И это усвоил с молоком матери. Теперь же, хоть и выяснилось, что не был он никогда ничьей собственностью, что родился свободным, просто эту правду скрыли, принять это ему было тяжело, и, — хоть тресни! — Адриан не мог так быстро научиться жить по-новому. С таким сознанием он родился, таким вырос и жил… И теперь молодой человек не мог решить, как ему быть, как...сбежать к хозяину, хотя и знал, что это невозможно. О судах Адриан имел лишь смутные представления. Да, есть такое место, где решают ссоры
свободные белые. И всё, на этом его познания заканчивались.

— …и поэтому нужно потерпеть, Ваша Светлость… — сказал Морис.

    Адриан вздрогнул: мужчина ему что-то говорил, а он не слышал.

— Да-да, конечно, — произнёс он рассеянно, чтобы его не обидеть.
— Вот и славно, Ваша Светлость!

    В этот момент в холл, раскрыв руки, вошёл Фил, а за ним — леди Фелиция. Хотя до ужина было ещё далеко, они не выдержали и приехали к обеду. Нет, не оттого что сильно проголодались, а очень уж не терпелось увидеть родных.

http://www.proza.ru/2014/04/21/1220


Рецензии
Какой кошмар приснился Адриану, а начинался словно сказка!!! Волшебное описание завораживает!!!

"«Если такие ужасные следы остались на теле, что тогда на душе?» - думал Гарольд. " - вооот, с этого и надо начинать и новых шрамов не делать... переживаю за Адриана дальше!

Спасибо, Мария! С восторгом читаю у Вас!

С теплом от души,

Мира, радости и здоровья,

Ренсинк Татьяна   23.05.2015 21:18     Заявить о нарушении
Татьяна, от всей души благодарю! Несказанно приятно, что Вы продолжаете читать и переживать за Адриана!
К сожалению, кошмары преследуют его пока.

Счастья, тепла и всего самого-самого доброго!

с теплом и благодарностью,

Мария Шматченко   24.05.2015 16:20   Заявить о нарушении