Пуля для олигарха

  - Беня, ты сошел с ума! Вся Одесса умылась кровью благодаря тебе и твоим поганым деньгам! Дед Сема переворачивается в гробу! Как дальше жить, Беня, я тебя спрашиваю!
  - Мама, закрой уже свой рот!
  - Я не закрою рот, Беня! Это все твои паршивые деньги - ты отдал за них наше счастье и жизни этих несчастных людей, которые не сделали нам ничего плохого! И ты мне еще можешь морочить голову! Я говорила тебе, Беня, они доведут тебя до цугундера, ты это сделал в конце концов! Я жила всю свою жизнь только ради тебя, я не вышла замуж, хотя мне делали предложение приличные люди! А ты поступил со мной, как с последней шлюхой! - мать хрипло из последних сил выговаривала не своим голосом и нервно дергала трясущимися руками лацкан своего халата на груди.
  - Мама, ты и есть шлюха.
  - Я повешусь! Я сниму веревку на балконе и повешусь в нашем калидоре! - выла она, протягивая руки к потолку.
  - Мама, дорогая, ты забыла или притворяешься? Ты даже не знаешь от кого родила меня, от грязного негра с которым ты перепихнулась в порту за трешку или от алкаша с которым ты трахалась под забором за просто так. Ты дала мне свою  сраную фамилию и с детства я для всех был и есть только Беня Кал! Спасибо тебе, мама!
  Беня тяжело поднялся с кресла и направился на кухню. Там он стоял, тупо уставившись в грязный пол на котором валялся жовто-блакытный настольный флажок и разгуливали тараканы в поисках еды. Беня тоже подошел к замызганному холодильнику и открыл его. На него одиноко смотрела кастрюля с биточками из сардельки - черноморской жирно-сладкой кильки. Есть не хотелось, но, чтобы не слышать причитания матери и занять себя чем-то, он взял биток и одним движением челюсти проглотил его. Закрывая холодильник, он вспомнил, что возвращаться в единственную с мамой комнату хрущевки ему до смерти не хочется и взял всю кастрюлю с биточками, тут же машинально прихлопнув таракана рукой, ползущего по столу, уселся на табурет и тупо стал закидывать в себя еду. На плите уже второй час варилась юшка все с той же одесской сарделькой.
  По коридору медленно со старческими шарканьем тапок и кашлем затопала мать.
  - Беня, пусть у тебя отсохнет язык, Беня! - старуха не могла успокоиться и прийти в себя, - Мы настоящие пархатые жиды. Со мной теперь не здоровается даже этот... с первого этажа, которому я дала пять гривней, когда надо было везти его жену рожать. Я уже неделю не выхожу на улицу, мене пилюют в лицо торговки! У нас уже нет даже хлеба кушать!
  - Ма, я позвоню и нам подвезут, не поднимай кипиш.
Мать ничего не ответила и стала перекладывать мытые тарелки с одного места на другое.
  Сын встал, положил на стол кастрюлю с одним недоеденным биточком и пошел в комнату. Воздух в квартире был тяжелый от варившейся дешевой рыбной похлебки и Беня выключив свет, подошел к окну, осторожно отодвинул плотно задвинутую штору,  открыл форточку. Затем, несмотря на то, что спать не хотелось, он выключил телевизор и тяжело кинув свое жирное тело на тахту, все же уснул, быстро и крепко.
  Часа в три ночи он проснулся от странной тишины в квартире. Телевизор, который мать никогда не выключала, даже, когда спала, был все еще выключен. Запрокинув голову назад на свет туслой лампочки в коридоре, он увидел висящее тело матери.               
  Встав с постели и пройдя мимо матери на кухню, он доел последний мамин биток без куска хлеба, выключил газ под варившейся еще с вечера юшки, и немного постояв, медленно и обреченно направился к выходу. Открыв входную дверь нараспашку, Коломойский вглядывался в темноту. Через секунд сорок оттуда прозвучал выстрел и его грузное тело бесшумно рухнуло на порог квартиры. Захлопываясь, дверь глухо ударилась о его голову и остановилась, немного задвинув мертвое тело в квартиру.


Рецензии
Ну, что же. Будем считать это пророчеством.

Алексей Бойко 3   30.09.2015 12:08     Заявить о нарушении
На это произведение написаны 24 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.