Свет Жизни Natalis. Глава 1. Ингарден

   - Карл, смотри, как прекрасен сегодня Золотой Город! – воскликнул Прохор.
   Диана приподнялась в седле, выглядывая из-за плеча юноши.
   Грунтовая дорога тянулась через бескрайнюю пустошь – красный песок с отдельными кустиками жесткой травы странного серо-зеленого цвета. Дорога взбиралась на возвышенность, в самой верхушке увенчанную Золотым Городом.
   Вот что пишет о Великом Городе древний историк Витенис:
   «Великий Город Ингарден, который Первоотцы называли Золотым, или Городом Солнца, был заложен около 845 г. Эпохи Света тремя воителями – Эдмундом, Сарматом и Кириллом. Эдмунд был храбрым, Сармат – мудрым, Кирилл – искусным ремесленником. Считается, что в крови людей, живущих в славной столице Вечного Королевства, течет кровь трех основателей города, а значит, эти люди храбры, мудры и трудолюбивы.
   Золотой Город расположен на юго-востоке государства, вблизи Волшебного Леса, и является не только одним из первых сеттлингов в истории, но, несомненно, самым крупным в этой части Этернии.
   Способен ли бедный путешественник описать это величественное зрелище, передать далекому глазу пиршество красоты, от которого в восторге разрывается сердце? Белокаменные стены со стрельчатыми башнями ослепляют белизной. Золотые Врата горят на солнце и сияют во мраке; они заметны на многие версты.
   Город стоит на Холме, не защищенный ни рвом, ни скалами. Кругом голая пустыня – ни единый враг не подберется к Великому Городу незамеченным! Столица не нуждается в укреплениях, ибо самые искусные маги охраняют ее, и сам слух о могуществе Города отпугивает темных людей. А с востока его бережет древняя сила Волшебного Леса.
   Великий Город неприступен, как гордая дева, и незыблем, словно храбрый муж. Великий символ древнего могущества, твердыня Света, оплот мудрости – вот что сей град собой представляет».
   Диану поразила белизна стен и ослепительное сияние Золотых Ворот.  В сердце занялся странный трепет.
   К дороге вверх по Холму тесно жались деревянные лачуги с соломенными крышами. Диана вертела головой, разглядывая слепые окна с резными ставнями. Воздух  пропитался кислым запахом помоев – запахом нищеты.
   К ее изумлению, Карл приостановил лошадь, сворачивая к одной из лачуг.
   - Э! – окликнула она. – Мы вроде в Великий или Какой-Там-Еще Город собирались? Кланяться Посаднику?
   Карл остановил лошадь. Животное согнуло шею, нюхая незнакомую землю. Фыркая, топнуло копытом.
   Карл спешился.  Приблизился, протягивая руку Диане.
   - Ворота нас не пропустят. Крестьянам запрещено бывать в Городе без пропуска. Давай, помогу слезть.
   - Еще чего? – фыркнула Диана. – Я сама!
   Она  спешилась с грацией прирожденной наездницы. Прохор восхищенно ахнул, а Карл перестал насмешливо щуриться.
   - Как же так? – обратилась Диана к спине Прохора, который неуклюже слезал с серого скакуна с красной гривой. – Вы – здесь, открытые всем ветрам и стрелам врагов, а Посадник, все эти лендлорды и маги – там, за неприступными стенами?
   Прохор осторожно взял поводья. Лошадь вытянула шею, нюхая его волосы.  Прохор испуганно отшатнулся.
   - Да, так, - с печалью поведал юноша, когда они вслед за стариком и его лошадью шли к хижине. – Мы рождаемся и умираем в тени, которую отбрасывают эти стены. Ночью нам мешает спать ослепительное сияние Золотых Ворот. Город мучительно терзает сердце недосягаемым великолепием. Каждый день он своей красотой дает понять, какой грязной, убогой, мучительной жизнью мы живем.
   Прохор горько усмехнулся.
  - Иногда я думаю, лучше бы его вовсе не было. Город никого не пропускает в себя, кроме тех, кто родился в его стенах. Все, что я знаю о Городе – мифы и легенды. Золотые Врата открываются избранным, и тот, кто незваным пройдет через них, умрет на месте. Воздух там особый, животворный для своих и смертоносный для чужих.  Там нет ни бедности, ни страха, ни забот. Но я боюсь его. Город смотрит на нас. Я это чувствую, и всем говорю, а они смеются. Все, кроме него.
   Прохор кивнул на старика.
  - Только Карл принимает меня всерьез. Он очень храбрый.  Никого не боится, и даже городским всегда смотрит в глаза. Его много раз били, жестоко, до полусмерти, а он поднимался. И улыбался окровавленным ртом. Вишь, он и с тобой не церемонится, хотя ты Лесная Королева.
   Диана задумчиво смотрела на прямую спину Карла. Карл поверх соломенных крыш смотрел на Город.
   Они оказались во дворе хижины. Доминировала здесь огромная лужа, в которой, блаженно хрюкая, барахтались жирные свиньи. Прохор толкнул Диану локтем. Расхохотался.
   - Смотри, какие хрюшки! Это горожане!
   Диана рассеянно улыбнулась. Она осматривала двор, подмечая каждую мелочь.
   Сарай с поленницей, мастерская, курятник. Чуть вдалеке за сараем – узкая деревянная будка. Сама хижина из материала, похожего на зеленую глину, с деревянным низким крыльцом без козырька. Воздух пропитан горьким смрадом.
   Диана наморщила нос.
   - Из чего сделана эта хижина?
   Прохор прошептал на ухо:
   - Из драконьего говна.
   На крыльцо вышла седовласая женщина с усталым серым лицом в синем домотканом платье. Она несла деревянную бадью с помоями.
   Поставила бадью на перила крыльца. Наклонила. Помои с хлюпаньем вылились на землю.
   - Марта! – крикнул Карл. – Собирай на стол, у нас гостья!
   Женщина, одной рукой прижала бадью к боку, ладонь другой руки козырьком приложила ко лбу. Тусклые голубые глаза оглядели полуобнаженную фигуру Дианы. Брови Марты поползли вверх.
   - Небесный Правитель! Карл, кто эта уличная девка?
   Диана выступила вперед.
   - Я – Диана, дочь Александра,  - сказала она, глядя хозяйке в глаза. – И дочь Волшебного Леса. Солдаты Адриана сожгли мой дом.
   Женщина побледнела.
   - Этого не может быть! Волки Адриана никого не оставляют в живых!
   - Это правда, - с мольбой в голосе сказал Прохор. – Мы с Карлом были там. От Волшебного Леса Имаджери не осталось ни веточки. Только пепел и дым. Эта девушка – Лесная Королева.
   Диана вскинула голову. Марта недоверчиво разглядывала ее. Карл, привязав поводья лошади к перилам крыльца, строго взглянул на жену.
   - Ну, чего уставилась, как статуя Древней Матери? Разве так гостей потчуют? Говорят тебе, Лес сожгли железные осы! Иди в дом!
   Марта вздрогнула. Со страхом глядя на мужа, скрылась в доме.
   Прохор виновато взглянул на Диану. Пожал плечами.
   - Не обращай внимания. Они с Карлом люди гордые. А жизнь у них тяжелая.
   Диана кивнула. Повернулась к Карлу, который сворачивал себе из листьев самокрутку.
   - Вам не стоило так с ней разговаривать. Я нисколько не обиделась.
   Карл хмуро взглянул на нее.
   - Сам знаю. Марта женщина нервная, но сердце у нее доброе. А на «уличную девку» не обижайся, - он сощурился. – Больно волосы у тебя чудные. Темно-русые, и вьются, как плющ. Дикая ты. Здесь таких женщин отродясь не видали.
   Диана молча смотрела ему в глаза. Карл закурил. Посмотрел вдаль.
   - Такие женщины, говорят, нравятся Адриану. У Него наложниц больше, чем солдат. Что это за женщины! Страшно подумать, какая кровь!
   Прохор кашлянул.
   - Я слышал, кровь у них черная, а в лице ни кровинки. Губы красные и полные, а зубы острые. Днем спят, а ночью крадут детей и пьют их кровь.
   Диана передернула голыми плечами – ее пробрал озноб.
   «Да, в славное местечко меня забросила судьба».
   Она смотрела, как хозяин гладит лошадь, похлопывает по крупу.
   - Это ваша?
   Он скривился.
   - Это лошади Посадника. Нам не положено.
   Диана оглядела слепые окна домов. Она ощущала надвигающуюся на нее беду. Будто чьи-то глаза следят за ней.
   - Сколько мы здесь пробудем? – спросила девушка хриплым от волнения голосом.
   - Пока не приедут городские стражники. К вечеру явятся.
   - Как они узнают, что я здесь?
   Карл сплюнул на землю у себя под ногами.
   - Эти все пронюхают.
   - Эти?
   - Маги. Сидят в Изумрудном Дворце, на улицу носа не кажут. Да только им все ведомо. Откуда – никто не знает. Ну что, пошли? Проголодалась, поди.
   
   За длинным столом из грубо сколоченных досок сидели напряженная Диана и Прохор, который опять завел свою волынку.
   - Везет тебе, ты увидишь Золотой Город. Тебя представят Артуру. Главному человеку в Королевстве! Я бы за такую честь руку отдал!
   - Почему Королевством правит Посадник? – спросила она, отгоняя назойливых мух, целые тучи которых роились в воздухе. – Где Король?
   - О Короле не слыхали уже, наверное, лет двести. Последним был Оргельд Высокий, но тот потомства не оставил. Трон занял Седрик Одноглазый, его двоюродный брат, первый Посадник. Его род взял на себя управление Королевством. До прихода истинного Короля.
   - Но ведь королевский род прервался.
   - Я сам в этом ничего не смыслю. Карл знает больше. Когда он был ребенком, в деревне еще была школа. Там учил пришелец из чужих краев, он изучал историю. Потом прискакали солдаты, странника выгнали, а школу сожгли.
   - Кто сжег?
   - Городская стража.
   - Как же они посмели?
   Прохор со священным ужасом посмотрел на нее.
   - Не говори так. В Городе люди поумнее нас, им лучше знать, что положено. Да наши парни и не хотят учиться. Напиться в харчевне, да кулачная потеха – вот их школа. Я бы хотел, вот и хожу к Карлу. Он меня учит, правда. Я читать и писать умею, и палочки считать. Других мы обманываем – будто я по хозяйству помогаю. Я никому не говорю, и что Карл умеет, тоже никто не знает.
   Прохор наклонился к Диане. Понизил голос до шепота.
   - Странник говорил, что род Оргельда – не единственный. Оргельд – потомок Эдмунда. Род Кирилла весь уничтожен, причем, я слышал, это сделал Оргельд, чтобы избавиться от всех претендентов на трон. Потому он и плода не оставил – это небесное наказание, понимаешь? Но есть потомки Сармата. И они…
   Вошел Карл, и Прохор замолк. Вытирая руки грязной тряпкой, Карл сел за стол.
   - Скоро там? – крикнул он жене. – С голоду подохнем!
   Марта поставила на стол горшок с кашей из брюквы. Повернулась к Диане.
   - Мы никогда не обедали с королевами. Скажите, как нам быть? Мы должны кланяться или что-то еще?
   Диана встала и, тронув Марту за руку, тихо сказала:
   - Не утруждайте себя. Прошу вас. Я не хочу смущать вас и вашего мужа. Я здесь не по своей воле, злой рок привел меня в ваш дом.
   Марта нахмурилась, поджав губы. Диана, не отпуская ее руки, торопливо добавила:
   - Вы устали. Раз уж я вынуждена есть ваш скудный хлеб, позвольте мне прислужить вам за столом.
   Прохор удивленно вскрикнул. Карл остался невозмутим. 
   - Прошу… - повторила Диана.
   Марта вздохнула.
   - Хорошо.
   Хозяйка выдавила слабую улыбку. Диана улыбнулась в ответ, но Марта отвернулась – лицо Дианы вызывало у нее страх, предчувствие скорой беды.
   Диана, чувствуя себя неловко, наполнила тарелки и преломила хлеб.
   Ели молча. На голодный желудок каша оказалась недурна. Но Диана со вздохом вспомнила, как вкусно можно поесть после удачной охоты.
   После скудной трапезы Марта собрала со стола и удалилась в застенок. Карл принялся набивать самокрутку. Прохор выбежал посмотреть, как лошади, и не едут ли городские.
   - У вас есть дети? – спросила Диана.
   Карл откинулся на спинку, закурил.
   - Двое умерли во время чумы, сына унесла война, младшая дочь осталась в деревне жениха. Теперь он -  мой сын, - Карл махнул рукой в сторону двери.
   Некоторое время молчали. Диана чувствовала себя подавленной. Убогая обстановка и вонь казались ей  ужасным символом грядущих перемен в ее судьбе. Она вдруг поняла, что смертельно устала и хочет спать. Девушка тихо рассмеялась. Неудивительно: за какие-то двое суток она потеряла все: дом, родных,  и безмятежность души.
   «Кажется, настало время слегонца повзрослеть», - подумала она, кладя голову на сложенные на столе руки.
   Только начала проваливаться в сон, со двора донесся крик Прохора:
   - Едут! Едут!

   Прохор жадно смотрел вверх на вершину Холма, где ярились золотом Врата, белели костью городские стены. Карл держал лошадей за поводья. Животные волновались: мотали головой, трясли гривой, рыли копытами землю. Марта хмурилась, нервно теребя ворот платья.
   Диана, превозмогая усталость, стояла с гордо поднятой головой.
   С топотом конских копыт к ним приближалось облако пыли, в котором смутно различались очертания трех фантастических фигур – коней с людскими торсами. Топот стал громче, облако приблизилось, и Диана явно узрела коней – черный, белый с золотыми яблоками, и пепельно-серый, с серебристой гривой. Всадники в кольчугах, каждое кольцо горит на солнце. Белые плащи полощатся на ветру.  Арьергард держит в левой руке флаг с раздвоенным концом – золотой шар в центре белого полотна.
   Предводитель всадников, сидя на коне, недоверчиво оглядывал девушку. Диана стояла, не опуская глаз. Прохор, Карл и Марта встали на колено, опустив головы.
   Всадник с гневным изумлением обратился к Диане:
   - Кто ты, дева? Почему не опускаешь глаз, когда с тобой говорит начальник городской стражи?
   Глаза Дианы холодно сверкнули.
   - Я – Диана, Лесная Королева, дочь Александра. Глаз опускать не привыкла.
   Всадник на секунду опешил. Его красное лицо с крючковатым носом вновь стало бесстрастным.
   - Лесная Королева… Ты говоришь, дочь Александра? Здесь слышали об этом храбром воине. Но мы не знали, что у него есть дочь.
   - Ты обвиняешь меня во лжи? Тогда, по Законам Леса, ты должен принять…
   - Нет, вовсе нет, - в голосе стражника появилась учтивость. Он явно был растерян. – Но, госпожа, если слухи оправданы, Лес уничтожен. И здесь его Законы – ничто.
   Диана на миг опустила глаза. В ее голосе звучала неподдельная горечь:
   - Слухи более чем оправданы. Железные осы сожгли Лес дотла. Я, по чистой случайности, осталась жива.
   - Сир, можно я скажу! – Прохор поднял глаза. Всадник кивнул. Юноша встал с колен (вслед за ним поднялась и супружеская чета).
   - Госпожа не врет. Мы с Карлом, по вашему всемилостивейшему распоряжению, всемилостивейшей волей Посадника Артура поехали в Лес. На лошадях, которых вы великодушно сдали нам в аренду. От Леса ничего не осталось, ровным счетом ничего!
   Всадник переглянулся с товарищами. Вновь обратил суровый взор на Диану.
   - Что произошло? Как вышло, что твое царство пало, а ты осталась в живых?
   Диана рассказала. К концу рассказа ее щеки пылали от гнева.
   - Это были Волки. Армия Адриана, - Диана запнулась, с изумлением глядя, как лошадь под всадником вдруг начала яростно мотать головой, натягивая поводья.
   - Спокойно! Спокойно! Да что с тобой, Асферон, сбрендил, что ли? Спокойно!
   Всаднику понадобилась минута, чтобы усмирить коня. Диана продолжила.
   - Армия… Нелюбимого Сына. Альберт, Его правая рука, хотел убить меня. Но не успел. Их что-то напугало. Всадники.
   - Всадники?
   - Я не знаю, кто это был. Альберту показалось, это отряд из Великого Города. Я потеряла сознание… и ничего не смогла сделать.
   Диана замолкла.
   Начальник стражи, хотя и сохранял невозмутимость,  побледнел:
   - Грядут страшные времена. Кто эти всадники, что напугали самого Альберта? Это не наши. Мы не решались сунуться в Лес до восхода солнца.
   - Поздравляю, - Диана не скрывала сарказма. – Храбрецы!
   Он поморщился.
   - Оставим это. Ты должна ехать с нами.
   - Должна? – усмехнулась Диана. Всадник насупился.
   - Я, именем Артура, приглашаю тебя погостить в Золотом Городе. Твой рассказ потряс меня. В столице должны знать, что грядет Война. Ты – живое свидетельство грядущих бедствий. Обещаю, тебе будут оказаны почести, достойные твоего высокого титула.
   Диана сдержанно поклонилась.
   - Это другой разговор.
   Она сама не поняла, как оказалась на коне с красной гривой. Через минуту уже скакала вверх по взгорью к сверкающему Городу. Ехала в арьергарде, рядом с начальником стражи.
   Марта, глядя им вслед, вздохнула.
   - Слава Небесному… она оставила нас.
   Карл с недовольством взглянул на жену.
   - Что ты мелешь, глупая женщина? Пугаешься каждой тени. Иди-ка в дом!
   Жена подчинилась. Спустя минуту Карл последовал за ней.
   Прохор выбежал на дорогу, с тоской глядя, как удаляется, исчезая в облаке пыли, голая спина Королевы.
   - До свидания, Диана, дочь Александра! – крикнул он тонким голосом. – Удачи тебе!
   Но Диана не слышала его. Прохор, и Карл, и Марта вылетели у нее из головы. Ее мысли занимало будущее – Город, новые знакомства и возможности. В Городе ненавидят и боятся Адриана. Что ж, ей с ними по пути. Она поможет Городу. Если начнется Война, она вполне способна биться наравне со всеми.
   Наравне со всеми… или встать во главе войска.
   Девушка тряхнула волосами. Встречный ветер бил ей в лицо, то ли жарко целовал, то ли отвешивал хлесткие пощечины.
   Прохор смотрел ей вслед, пока всадники на конях не превратились в темные точки.
   Потом побрел домой, уныло глядя под ноги.
   - Уехала… и никогда не вернется. Я больше не увижу ее.
   Тяжко вздохнув, Прохор начал перебирать в уме дела по дому.
   Диана, одержимая тщеславными мечтами, смотрела прямо перед собой, на Золотые Ворота. Те раскрылись, выплюнув пятерых всадников.
   Два отряда разминулись. Стражник  с орлиным носом, не замедляя лошади, на скаку поприветствовал жестом командира встречного отряда. Тот крикнул:
   - Слава Артуру!
   - Куда они? – крикнула Диана, как можно громче, чтобы переорать свист ветра в ушах.
   Начальник стражи крикнул в ответ:
   - Это сборщики дани! Скачут в деревню, из которой мы забрали тебя!
   - Дани? – брови Дианы взметнулись. – Вы облагаете крестьян поборами?
   Всадник кивнул.
   - Таков порядок, госпожа. Крестьяне приписаны к Городу. Они кормятся на королевской земле, и обязаны платить.
   - А поборы жесткие?
   Тот ухмыльнулся.
   - Как положено.
   - И что, не ропщут?
   Всадник с легким недоумением взглянул на Диану.
   - Их дело – трудиться на благо Королевства. Это общее дело. Солдаты сражаются, маги решают, Посадник правит, дворяне служат. Таков извечный порядок.
   Диана усмехнулась. Ну и мир!

   Золотые Ворота разверзлись, и Диана наравне со всеми въехала в Город.
   Она заметила испуганный, восхищенный взгляд одного из всадников – толстого коротышки с красным лицом и торчащими во все стороны света черными волосами.
   - На мне что-то нарисовано?
   - Ворота пропустили тебя. Ты хорошо себя чувствуешь?
   - Прекрасно.
   Тот отвел глаза, бормоча под нос.
   Но вскоре Диана поняла, что чувствует себя не так уж чтобы очень. По правде говоря,  страшно болела голова, к горлу подкатила тошнота, странная слабость охватила тело. Лошадь под ней начала шарахаться.
   Начальник стражи поравнялся с ней.
   - Госпожа Диана. Все в порядке?
   - Да, да, - с досадой ответила Диана. – Все чудесно.
   «Это воздух. Просто воздух. Городок напичкан фокусами, чтобы стращать чужаков.  Примитивные магические штучки. Привыкнешь».
   Диана с усилием выпрямилась в седле и огляделась.
   Улицы вымощены белым камнем, или залиты асфальтом, сверкающим на солнце черным золотом. Дома в два этажа, с черепичными крышами, полукруглыми арками, живописными фронтонами.  На  шумных улицах полно народа: праздные, одетые в богатые ткани мужчины и женщины, причем не разберешь, кто из них кто – все, как на подбор, упитанны, с пухлыми красными лицами.
   Диана, привыкшая к пению птиц и буйству зелени, выискивала взглядом хоть какие-то признаки растительности. Камень, медь, золото, которыми отделано все вокруг, угнетали ее, отнимали силы. Возле одного дома - сад. С тоской Диана увидела три согбенных, засохших на корню хилых деревца.  Почувствовала сильную боль в низу живота.
   М-да… великий город! Просто величайший! Как здесь живут? Впрочем, люди здесь слабы. Город ломает их, высасывает соки. Неужели эти люди не чувствуют, что Город питается ими? И чем слабее люди, тем крепче стены, тем ярче горят в солнечных лучах Золотые Врата.

   Она стояла у дверей Королевского Зала, ожидая, пока начальник стражи передаст страшные вести, и его высочество Артур соизволит снизойти до ее скромной персоны. Диана собиралась войти как была, полуобнаженная. Ее хотели приодеть по случаю, но девушка отказалась. Пусть принимают как есть, или не принимают вовсе.
   Наконец двери открылись, и стражник в бело-золотом плаще, поклонившись, жестом пригласил ее войти.
   Огромный грот зала поражал воображение. Стены отделаны изумрудами, базальтом, бирюзой. С левой стороны колоннада, за ней у стены – статуи трех витязей, основателей Города. Эдмунд, с гордо поднятой головой, держит перед собой меч. Кирилл сидит у его ног с раскрытой книгой на коленях. Сармат строгает на верстаке.
   Справа – длинный стол с подсвечниками. В камине трещат поленья.
   Зал Короля имел интересную особенность: геометрия стен и потолка была устроена таким образом, что слабых зал подавлял, а у сильных вызывал ощущение собственной значимости. Диана была не робкого десятка. Уверенной походкой она прошла через зал к трону, который, без всякого на то права, занимал Посадник Артур.
   Диана с любопытством рассмотрела его. Красивый, похожий на юношу мужчина с гривой золотых волос. Зеленые живые глаза. Расшитые золотыми нитями красные одежды. Холеные руки с тонкими пальцами лежат на подлокотниках.
   Артур поднялся, сошел с возвышения. Приблизившись, хотел взять Диану за руки. Но, чуя исходящую от девушки враждебную подозрительность, ограничился учтивым поклоном. Диана ответила тем же.
   - Приветствую тебя, Диана, Лесная Королева, дочь Александра. Я давно желал встретиться с царевной Волшебного Леса.
   - Твое желание исполнилось.
   - Да, - Артур помрачнел. – И не сказать, что рад этому. В лихую годину ты посетила мой город, и страшные события сблизили нас.
   - Пока еще не сблизили, - заметила Диана. – Я не знаю, чего вы хотите, и что столица намерена противопоставить Адриану.
   При звуке этого имени Артур вздрогнул. Взял девушку под локоть.
   - Прошу разделить со мной трапезу. Мы сможем все обсудить.
   Он отвел Диану к столу. Усадил на стул железного дерева. У Дианы мелькнула мысль: где они достают древесину? В Городе ни деревца.
   Слуги расставляли на столе яства и вина. Артур, пригубив из серебряного кубка, сказал:
   - Мне рассказали о случившемся. Позволь выразить соболезнования по поводу утраты вотчины. Это ужасно! Одним махом уничтожить Лес, который зеленел с начала времен! В таком случае, столицу Адриан разворошит, как муравейник.
   - Не должно правителю рассуждать таким образом. Еще не вечер.
   - Ты плохо знаешь Адриана.
   - Зато я видела железных ос в небе! Я смотрела в глаза Альберту. Мой Лес сожгли дотла! Я потеряла всех, кого любила!
   Глаза Королевы сверкали голубым огнем. Артур поиграл желваками.
   - Да, тебе многое пришлось пережить, и твоя стойкость поражает.
   Артур встал из-за стола. Заложив руки за спину, прошелся по залу.
   - «Еще не вечер»… Великие слова! Слова, достойные великой женщины. Немало храбрых воинов начинают трястись от страха, едва заслышав проклятое имя Нелюбимого Сына.
   Он помолчал.
   - Лес сожгли… это знак. Вызов Городу. Мне. Адриан скоро явится. Будет Война.
   - Значит, мы будем сражаться.
   Артур с грустью взглянул на нее.
   - Диана, ты плохо знаешь, что творится в столице. Скажу прямо, наше положение очень ненадежно. Если не сказать – ужасно.
   - Я слышала,  Золотой Город – неприступная твердыня.
   Артур сел, отпил из кубка.
   - Так было во времена Королей. Но королевский род прервался. Нельзя надеяться на крепость стен. Армия сейчас в упадке.
    Диана смотрела на усталое, печальное лицо Артура. Черная ярость охватила ее. И это – посадник Короля? Этот трусливый павлин?
   - Адриан должен заплатить за преступление! Он сжег Лес, и, я слышала, уничтожает целые города! Неужели Посадник  надеется отсидеться за надежными стенами столицы?
   Артур поднял ладонь.
   - Нет, поверь, вовсе нет! Я не сплю ночами.  И все время приходят страшные вести – с востока, с юга, с севера. Отовсюду. Каждый захваченный Им сеттлинг – как нож в сердце. Но не все зависит от меня. 
   Артур задумался.
   - Будь моя воля, я бы не допустил Войны. Так ужасно думать, что будут умирать мужчины,  женщины – рыдать, скорбя по мужьям, а дети – трястись в страхе.  Я бы все сделал, пошел на унижение, лишь бы избежать кровопролития. Но Адриан не ведет переговоров. И пленных не берет.
   Диана отпила из бронзового кубка горько-терпкого вина. Поморщилась. Хмельных напитков она раньше никогда не пробовала. Предпочитала березовый сок.
   - Будь жив отец, он бы не рассуждал. Он бы дрался!
   - Да, я видел Александра. В столице он был в почете. Твой отец - последний из великих воинов, бесстрашных и благородных сердцем. Но средь наших таких, увы,  почти не осталось.
   На некоторое время они прервали беседу, чтобы отдать должное поднесенным яствам. У обоих, впрочем, не было аппетита.
   - Ты мало ешь, - заметил Артур. – Не является ли тому причиной стеснение или подозрительность? Ты, наверное, проголодалась с дороги?
   - Я уже отобедала, в несколько иной обстановке. Да и стол был поскуднее.
   Артур двинул бровью.
   - Тебя уже накормили? Кто?
   - Крестьяне. Они приютили меня до вечера, пока не явились твои люди.
   - Крестьяне! И ты так просто об этом говоришь? Их жизнь ужасна, а сами они грубы и невежественны!
   - Спору нет. Но люди они как будто добрые, к тому же не лишены некоторого благородства. Истинный правитель не гнушается простолюдинов. Эти люди трудятся в поте лица, чтобы обеспечивать дворянам достойную жизнь в роскоши и богатстве.
   Артур отодвинул тарелку.
   - Я много думал о положении крестьян. Несколько раз пытался составить эдикты, которые могли бы облегчить их положение, хотя бы в земельном вопросе. Мои регенты отговорили меня. Я знал, что они правы. Сейчас для этого нет необходимых условий.
   - Ты всегда слушаешь, что говорят приближенные? А если они посоветуют тебе прыгнуть со скалы?
   Артур горько усмехнулся.
   - Я должен учитывать интересы знати, иначе… - тень промелькнула на лице Артура. – Иначе будут обиженные, а это Городу сейчас ни к чему. Так трудно угодить всем и сразу. Скажу сразу, Диана – Совет Магов обладает правом вето. Священный Витен-Гамот может предать анафеме. Я не обладаю смелостью выступать против них. В Войне их помощь будет неоценима.
   - Бывало, что Совет отказывался помочь Городу в беде?
   - Никогда. Но сейчас в столице неустойчивое положение, способное перерасти в смуту. Маги никогда не сталкивались со злом, подобным Адриану.
   Адриан – самый могущественный чародей в истории. Все говорят об этом. Источник Его магической силы покрыт тайной мрака и ужаса.
   Артур поднял глаза.
   - Адриан родился и вырос здесь, в Золотом Городе. Давным-давно Его изгнали. Он был ничем не примечательным мальчиком. Никто не подозревал, что Адриан – великий чародей. Он был нелюдим, никто не знал, что таится в Его сердце. Совет Магов даже не подозревал о Его существовании. Мы проявили беспечность. И теперь расплачиваемся – страшной ценой тысяч жизней. У Адриана свои счеты с Золотым Городом. Он явится сюда… Диана, что с тобой?
   Артур с волнением смотрел на вдруг побледневшее лицо девушки.
   Диана тронула лоб.
   - Не знаю, - вздрогнув, она резко обернулась. Взгляд ее шарил по залу. Вытесанные из мрамора основатели города, казалось, насмешливо таращились на нее.
   Диана повернулась к Артуру.
   - Мне кажется,  будто на меня кто-то смотрит. Все время.
   - Ты устала. В последнее время с тобой произошло много… - Артур защелкал пальцами, подбирая нужное слово. – Много…
   - Ужасного, - закончила Диана. – Думаю, все дело в перемене обстановки. Часть моей силы заключена в деревьях, травах и воде Волшебного Леса. Лес уничтожен. А здесь, в Городе, почти нет живой природы. Разве что стул, на котором я сижу, даст мне сил. Но это смешно.
   Артур встал. Позвонил в колокольчик. Явились слуги.
   - Тебе следует отдохнуть. Пока не могу ничего сказать о твоей судьбе. Завтра, в полдень, Священный Витен-Гамот рассмотрит и этот вопрос. Но обещаю – тебе окажут самые высокие почести. А сейчас тебе нужно выспаться.
   Диана, не в силах возражать, встала из-за стола, поклонилась и позволила слугам отвести ее в покои.
   Лежа на мягкой, как стог сена, перине, Диана вспоминала события сегодняшнего дня. Багровая ярость сменилась серо-голубым разочарованием. Во дворце она ожидала увидеть людей, готовых действовать. И Посадник, она надеялась, имеет четкий план. Вместо этого ее попотчевали и навешали лапши на уши.
   Она закрыла глаза. Ей снился пожар и лежащие в обнимку мертвые медвежата.


Рецензии