Свеча за упокой мистический триллер ч. 12

Алена  Скрипкина 
               
                © Скрипкина  Елена  Владимировна, 2005 г.

                ГЛАВА  12

Вечером Марьяна приготовила себе несколько бутербродов, сварила крепкий кофе и уютно устроилась в гостиной перед телевизором. Иногда так хорошо побыть одной, расслабиться. Плохие новости из-за границ ее маленького мирка не омрачали душевного спокойствия. Марьяна лениво щелкала пультом, перескакивая с канала на канал. Но ни одна из передач, так и не привлекла ее внимания.
Внезапно Марьяне показалось, что она слышит какой-то шорох за дверью. Где-то в глубине души шевельнулось нехорошее предчувствие. Неужели Хасан решил действовать уже сегодня и пришел, чтобы окончательно разобраться со всеми проблемами? А она тут сидит совсем одна. Осторожно, чтобы не производить лишнего шума, Марьяна поднялась с дивана и пробралась к телефону. Она еще не представляла себе, кому будет звонить, но с телефоном все-таки было как-то спокойнее. Не успела она взять трубку, как дверь открылась. На пороге стоял… Магомед.
Марьяна тихо пискнула и попятилась, сбив по пути телефон. Первое желание, которое у нее возникло это – перекреститься. Но она тут же затолкала его подальше, больно уж глупо будет выглядеть. Это явно не было глюком.
Перед Марьяной действительно стоял трагически и безвременно почивший муж без каких-либо следов насильственного воздействия. Он был во плоти и, кажется, полном здравии. Более того, лицо Магомеда говорило о том, что находится он в настроении вполне спокойном. И все-таки от встречи с покойником  почему-то было не по себе.
- П-п-присаживайся, - заплетающимся языком едва пробормотала Марьяна и предложила. – Хочешь бутерброд?
Ничего более умного в голову не пришло. Но ситуация была настолько необычной, что Марьяна ничего не могла с собой поделать. Она даже никак не могла собрать свои мысли разбегающиеся в разные стороны, как испуганные тараканы. Беседовать с покойником доводится далеко не каждый день, с другой стороны, на покойника он был похож меньше всего. Магомед преспокойно воспользовался ее приглашением, сел в кресло и будничным тоном спросил:
- Может, кофе сделаешь?
Марьяна кивнула и, пятясь, выскочила на кухню. По пути она машинально глянула в зеркало. Сказать, что она была бледной – это ничего не сказать! Впрочем, люди, увидевшие привидение, наверное, так и должны выглядеть. Во всяком случае, из них двоих, Марьяна на покойника была похожа гораздо больше. Когда она вернулась в гостиную, неся в трясущихся руках чашку, Магомед уже добродушно улыбался, доедая последний бутерброд и лениво щелкая пультом, как всего несколько минут назад делала сама Марьяна. Он явно чувствовал себя дома. Марьяна поставила перед ним кофе, а сама на нетвердых ногах пошла к бару. Сейчас ей требовалось что-нибудь покрепче кофе, причем, значительно.
- Марьяна, девочка моя, ну что ты так разнервничалась? – снизошел, наконец, Магомед.
- Не с чего, да? – огрызнулась Марьяна. Она уже опрокинула в себя  стопку водки, совершенно не ощущая крепости и, налив следующую, присела на краешек дивана, ноги все-таки пока держали плохо. – Сходи вон, могилу свою посети!
- Я посчитал, что это будет самым удобным вариантом, - спокойно сообщил Магомед, оставив не комментариев ее замечание.
- Да? – рассеянно бормотала несостоявшаяся вдова. – А почему? – она пока решительно ничего не понимала.
- В этой ситуации у меня было время все подготовить. Покойника ведь не будут искать…
- Нет, подожди, о планах – потом, - перебила его Марьяна, нервно перекатывая в руках опустевшую стопку. – Вначале расскажи, все по порядку.
- Ну… - самодовольно усмехнулся муж,  поглаживая себя по животу, - когда ты пришла в себя, тебе было не до того, чтобы проверять, жив я или нет. Вообще-то я уже давно решил запустить производство… -  Магомед помялся, - того продукта, который изобрел твой ухажер. А потом смыться за границу и тихо стричь купоны. Я все не мог придумать, как это сделать, чтобы исчезнуть без следа. А тут ты сделала такой подарок. Конечно, крепко приложила меня лампой, но не смертельно. Прикинуться трупом перед испуганной бабой  с расшатанными нервами, да еще и принявшей дозу, совсем несложно.
Марьяна судорожно вздохнула, прижав пальцы к губам. Магомед между тем продолжал, как ни в чем не бывало:
- Я думал, ты выскочишь из спальни со страху, но ты сделала еще удобнее – закрылась в ванной и пустила воду. Ее шум все и перекрыл. Только я хотел по-тихому смыться, как появилась твоя придурошная подруга, эта малахольная Светка. По-моему, последнее время она зачем-то следила за нами…
- Никакая она мне не подруга, она просто – сволочь, - пробормотала Марьяна.
- В общем, - продолжал Магомед, не обращая никакого внимания на ее слова, - она помогла мне, и все это время я кантовался у нее. Теперь, конечно, будет ждать вознаграждения за преданность. Но вопрос со мной надо было закрыть окончательно. Поэтому пришлось нам посетить свалку и выбрать подходящего бомжа…
Внезапно Марьяна вспомнила тот странный запах, который ее преследовал при опознании трупа. Точно! Именно этот запах доставал ее на свалке. Значит, там в морге, она в качестве своего мужа опознала какого-то бомжа! Но это значит что…
- Так вы его, того? – осторожно задала Марьяна вопрос, так и вертевшийся на языке.
- Ну, да, - равнодушно согласился ее внезапно воскресший муж. – Причем, твоя подруга проявила в этом деле большую активность. Наверное, рассчитывала получить побольше.
Марьяна хотела еще раз напомнить, что Светка никакая ей не подруга, но в итоге устало махнула рукой. В общих чертах ей все стало ясно, а деталей знать не хотелось. Теперь пришла пора выяснить планы ожившего супруга. Одно можно сказать точно – она занимала в них не последнее место, если Магомед решил объявиться у нее.
- И что же ты думаешь делать дальше? – голос Марьяны звучал глухо и устало.
- Все ведь досталось тебе?
Она утвердительно кивнула.
- И ты захочешь чтобы все так и осталось?
Она выжидательно промолчала, а он, как обычно, приняв молчание за согласие, продолжал:
- Тогда, я думаю, мы договоримся. У меня есть паспорт на другое имя и билет в одну из европейских стран. Предлагаю следующий договор – ты мне переводишь туда доход от продажи продукции химического производства, а сама пользуешься всем остальным.
- Ага, - недовольно ответила Марьяна, - я тут занимаюсь всей этой уголовщиной, потом меня сажают, ты остаешься где-то за бугром беленьким и чистеньким миллионером – рантье, а я провожу остаток жизни в какой-нибудь малопригодной для житья колонии.
- Но ты ведь тоже не остаешься нищей, - холодно напомнил Магомед.
Да, это была сущая правда. На самом деле муж делал ей поистине царский подарок. Она оставалась здесь богатая и свободная. Правда, под угрозой статьи о производстве и торговле наркотическими средствами. Но, пожалуй, эту проблему можно решить позже, сейчас надо соглашаться. Предложение Магомеда звучало, на ее взгляд, вполне справедливо. Марьяна немного помялась и спросила:
- Скажи, а почему ты предлагаешь это мне, а не кому-то еще, например, Хасану? Мне казалось, он тебе ближе.
- Как тебе сказать, - хмыкнул Магомед. – Я ведь давно продумывал этот ход. Мне надо было хорошо подстраховаться, поэтому у себя в офисе, я оставил кое-что для прослушивания… И после этого решил не иметь дела с Хасаном… - он хотел добавить что-то еще, но неожиданно откуда-то с лестницы раздался голос:
- Вот как?
Марьяна, вздрогнула от неожиданности и выронила стопку. Магомед резко обернулся на голос. По лестнице вальяжно спускался предмет их обсуждения собственной персоной. Уже открыв рот, чтобы задать вопрос, Марьяна тут же его захлопнула, сообразив, что сама совсем недавно открыла окно в спальне, за что и поплатилась.
- Ты все слышал? – недовольно уточнил Магомед.
- Конечно, - подтвердил Хасан, усаживаясь в кресло, напротив бывшего шефа.
Марьяна поняла, что о ней на время забыли и осторожно попятилась к телефону. Надо сказать, упал он очень удачно – за диван. Она почти не прислушивалась к разговору земляков. К тому же в пылу ссоры они часто переходили на родной язык. Непонятно почему, но Марьяне стало жалко Светку. Ясно, как божий день, что Хасан теперь ее пристукнет. Надо предупредить эту неисправимую дуру, которая никак не может обойтись без бесконечных козней. Марьяна осторожно присела за диваном и быстро пробежала пальцами по клавишам.

Гудки… гудки… Наконец, в трубке что-то щелкнуло, и Светкин голос произнес: «Я сейчас не могу подойти к телефону. Оставьте свое сообщение после сигнала». Через секунду противный писк возвестил о начале приема:
- Хоть и не стоило этого для тебя делать, - быстрым шепотом выпалила Марьяна в трубку, - но Хасан знает о твоем участии. Принимай меры…  - она на мгновенье запнулась и закончила, - подруга.
В это последнее слово она постаралась вложить весь спектр тех чувств, которые испытывала к Светке, хотя с некоторых пор уже хорошо понимала, что подруги у нее нет, а на самом деле, никогда и не было. Она хотела добавить что-нибудь еще, но громкий и резкий хлопок, прервал не только ее слова, но и мысли. Осторожно выглянув из-за дивана, она успела заметить, как Магомед, запрокинув голову, медленно сползает с кресла на пол. По его груди расплывается темно-багровое пятно, а остекленевшие глаза уже видят то, что не дано видеть живым. Только сейчас Марьяна была уверена – Магомед мертв на самом деле. Ее глаза заметались по комнате в поисках Хасана. В последний момент она скорее почувствовала, чем поняла, он – за спиной. Шакал оказался на месте вовремя.
- Что ты… - заплетающимся от ужаса языком, начала Марьяна.
Но так и не успела закончить вопрос. Резкая боль в затылке, от удара чем-то тяжелым, искры из глаз и темнота… Хасан поднял с пола трубку, выпавшую из руки Марьяны, и не глядя бросил ее на рычаг. На выстрел вошли несколько его людей. Они вынесли тело бывшего шефа, а потом и Марьяну.
Через несколько минут коттедж был совершенно пуст и безлюден, только несколько небольших пятнышек на светлой коже кресла могли рассказать знающему человеку о том, что здесь произошло. Возможно, Хасан не заметил их, или посчитал, что это уже неважно.
Как все азартные люди, на пути к своей цели он не признавал никаких тормозов. А до цели оставалось только протянуть руку и схватить мертвой хваткой то, что он считал принадлежавшим себе всегда. Мертвым нечего делать среди живых, тем более, если их наследство уже принадлежит другому. Хасан и дальше все распланировал с завидной точностью и не позволит, чтобы дорогу к цели ему перегораживал хоть кто-нибудь. Будь ты хоть мертвец, хозяин или бывший друг. Когда он нажимал на курок, то еще не ощущал этого все заполняющего чувства победы, а всего лишь убирал с дороги очередное препятствие. Ощущение победы пришло потом, когда Хасан увидел у своих ног поверженного врага. Да, потом Магомед стал его самым главным врагом, потому что только он мог представлять реальную и серьезную опасность.
Победа слишком плотно застилала ему глаза. Он был, как пьяный от нежданно свалившегося на него успеха. А это, бесспорный успех, которым Хасан был обязан исключительно себе. Одному себе и никому больше. Теперь, совсем скоро он получит все то, о чем так давно мечтал. Громоздкий и, на первый взгляд, неуклюжий, внедорожник мягко и почти беззвучно отъехал от коттеджа, оставляя за собой еще больше загадок, чем было до этого.

Шум воды в ванной заглушал телефонный звонок, поэтому до Светкиного слуха донесся только его заключительный совсем короткий аккорд. Пока она дошлепала мокрыми ногами до аппарата и подняла трубку, едва успела услышать только какой-то непонятный шум. Дальше пошли короткие гудки. Светка прослушала автоответчик, и почувствовала, как вначале мелко затряслись руки, потом к этому добавилась еще и дрожь в коленках. Это было не от холода. Все складывалось так, как предсказывала старуха. Задумавшись, она замерла у телефона.
Хасан убьет ее – это совершенно очевидно. Сегодня, через неделю, через месяц – неважно. Теперь это дело времени. Сделав ставку не на того человека, она окончательно обрубила себе все концы. Светка сильно сомневалась, что старая карга сможет ей помочь в подобной ситуации. Да и захочет ли? Как обычно, придется выпутываться в одиночку. Но как?
Самый легкий ответ лежал прямо на поверхности – сматываться отсюда, как можно быстрее и дальше. Тогда, возможно, Хасан не найдет ее. Не потому, что это так сложно, просто ему будет лень тратить время на такую мелочь, как она. Светка сохранила почти все деньги, полученные от Марьяны. Теперь только они могут помочь ей. Отданные за погибель одного человека, они просто обязаны помочь другому, более достойному.
Она подняла голову, встретившись взглядом со своим отражением в зеркале, и поморщилась. Самое странное заключалось в том, что себя Светка ненавидела тоже. Куда она может податься с эдакой рожей? Широкое плоское лицо, жидкие осветленные патлы, плотная бесформенная фигура. Свининой на рынке торговать с такой внешностью! И все-таки умирать не хотелось даже с таким обличьем. Светлана вздохнула и снова задумчиво посмотрела в зеркало. Но теперь она видела там не свое малопривлекательное отражение, а отталкивающее лицо старой ведьмы. Внезапно ей показалось, что оно презрительно ухмыляется. И Светке стало страшно. До нее стал доходить весь ужас того, что она наделала за последнее время, скольким людям принесла вред своей неудержимой ненавистью и дикой злостью на весь мир. Ей стало страшно так, как не было никогда.
По спине побежали липкие ручейки холодного пота. Если Хасан убьет ее прямо сейчас, она ведь отправится прямиком в ад. Всю свою нелепую жизнь Светка была атеисткой. Она и в церковь-то никогда не ходила. Нечего ей было там делать, но откуда могли взяться такие странные мысли? Тяжело вздыхая, Светка поплелась в комнату и грузно опустилась в кресло. «Нет! – твердо сказала она себе. - Ада нет и быть не может. Надо спасать свою жизнь, наплевав на все». Светка уже почти решилась действовать по такому плану, но неожиданно опять вспомнила старуху. Вывод пришел внезапным ударом молнии.
Старая карга – это же ее собственное будущее! Через много лет она точно также будет сидеть одна в какой-нибудь темной и мрачной конуре, ненавидеть всех окружающих и призывать на их головы все возможные проклятья, только потому, что не сложилась жизнь у нее самой! Пока  молода и здорова, она еще поработает, а потом ее, как ненужный хлам выбросят на помойку жизни очередные хозяева и, главное – правильно сделают. Долг платежом красен. Всю жизнь Светка люто ненавидела всех, кто хоть в чем-то превосходил ее, а таких всегда было большинство. Теперь стало ясно, что весь этот громадный ком ненависти неизбежно вернется сторицею и поглотит ее, ту, которая его и породила.
Светка не хотела и страшилась такого будущего. Уж лучше смерть. Смерть? А ад? Она задумалась - ведь если есть такие ведьмы, как эта бабка, значит, есть и то, что их породило? Теперь Светка была полностью уверена в том, что старуха в скором времени непременно попадет в ад, где они и встретятся. Что она может сделать, чтобы этого не случилось? Должно же быть хоть какое-то приемлемое решение всего этого. Оно где-то близко, совсем рядом, она чувствует это. Сейчас, еще совсем немного подумает и решение придет. Придет само собой, из окружающего пространства… Незаметно она заснула прямо в кресле, свернувшись калачиком.
Самое странное, что при всем Светкином неверии, сегодня ей отчего-то вдруг приснилась церковь. Вернее даже не церковь, а какой-то очень большой храм, окруженный многочисленными постройками. А Светка как бы летала надо всем этим, внимательно изучая картину с высоты птичьего полета, и чем дольше смотрела, тем больше привлекала ее вся эта благостная жизнь. Как хорошо было ощущать свою полную независимость от каждодневной прозы жизни, не думая не о том, что ты будешь сегодня жрать или где взять денег. Она с большим  удовольствием размышляла о чем-то духовном и высоком, радостном и светлом.
Светка и сама не заметила, как очутилась внутри храма. Там шла служба, и она совершенно отчетливо слышала очень красивое, какое-то неземное, пение, которое доносилось откуда-то сверху. Присмотревшись, она увидела, что вверху, на небольшом балконе, поют около двух десятков женщин, одетых в черные одежды. «Монашки», - сразу решила про себя Светка. Она медленно плыла вдоль хора, заглядывая в лица женщин. Они все были такие светлые и торжественные, что Светка даже позавидовала. Но теперь это уже была не та черная зависть, которая грызла ее с самого детства. Это было совсем другое чувство. Она не смогла сразу подобрать для него подходящего названия и в задумчивости продолжала всматриваться в лица хористок, неомраченных заботами ни о чем земном. «Пожалуй, именно такая жизнь мне и нужна», - вдруг совершенно неожиданно даже для самой себя подумала Светка.
Внезапно, одна из них показалась ей странно знакомой. Лицо монашки было таким же просветленным, как и у всех остальных, но что-то такое… Она подплыла ближе и пригляделась внимательнее. Только тогда Светка поняла, что смотрит она в зеркало. Это лицо со спокойным умиротворенным взглядом было ее лицо!
И решение пришло само собой, так, как она совсем не ожидала…

Проснулась Светка очень рано, серый рассвет еще только начинал разгонять ночную тьму. От неудобной позы затекло все тело, и она потянулась, одновременно размышляя о том, что же ее разбудило? Она совершенно не помнила сна. Он полностью растворился в предутреннем тумане, но оставил после себя какое-то очень приятное и светлое чувство. Но ощущения ощущениями, а делать-то что? Светка снова прислушалась. Какой-то гул наполнял комнату. Колокольный звон!
Прожив довольно долго в этой квартире, она никогда его не слышала. Или не хотела слышать? Тогда ей было это не нужно. Теперь звон словно подсказал правильное решение, и Светка знала это совершенно точно, потому что возникло оно из ничего, из окружающего пространства, может быть, из сна, как знамение свыше. Поднимаясь с кресла, она теперь уже знала, что нужно делать. Это, действительно, решит все проблемы. На какой-то миг колокольный звон в ушах Светки превратился в прекрасное пение женского хора, возносящееся под высокий купол храма. Но этот момент был так короток, что она даже не смогла его как следует осмыслить…
Через час старый раздолбанный автобус, кряхтя и постанывая, увозил ее прочь из города. Глядя в грязное заднее стекло, Светка навсегда прощалась со своим незавидным прошлым, из которого она не взяла с собой ничего, даже вещей, потому что была уверена – там, куда она сейчас направляется, они ей будут не нужны. Там ее оставят мрачные тени прошлого, и она навсегда забудет старую ведьму. Теперь Светлана очень надеялась, что они не встретятся больше никогда. Ни в этом, ни в другом мире. Ей так хотелось в это верить.

Вскоре Хасан подъехал к Светкиному дому. Его совсем не пугало то, что он собирался сделать, но смутила чуть приоткрытая дверь. Вытащив пистолет, он тихо вошел в комнату. Никого. «Сбежала, сука», - со злостью пробормотал он, сплевывая на пол. Рывком Хасан открыл дверцы шкафа – вещи аккуратно висели на плечиках. Это его удивило еще больше. Не тот человек Светка, чтобы оставлять все дяде. Она за копейку удавится! Чем больше он углублялся в изучение опустевшей квартиры, тем больше крепло ощущение, что его опередили. Он не поленился даже открыть окно и выглянуть наружу. Никого. «Так ей и надо, - злорадно решил Хасан. – Мне же лучше. Пачкаться лишний раз не придется».
Для окончательного успокоения он зашел на кухню. В углу стояло полное мусорное ведро. Что-то в нем показалось чеченцу странным. Он подошел ближе и обомлел. Оно было до краев наполнено изорванными и смятыми стодолларовыми купюрами. С некоторой опаской Хасан толкнул ведро ногой. Оно с грохотом покатилось, теряя начинку. Подталкиваемое чеченцем, оно продолжало кататься, и вскоре весь пол маленькой кухни был сплошь усыпан обрывками зеленоватой американской валюты. Почему тот, кто замочил Светку, так поступил с деньгами? Что-то здесь было не так.
Размышления заняли немного времени. Придя к выводу, что это его совершенно не касается, Хасан сгреб мятые доллары, которые остались непорванными и рассовал их по карманам. Сейчас он вернется в машину и рассмотрит их повнимательнее. Те, которые еще можно использовать, конечно, оставит себе. Зачем пропадать добру. Ясно, от Светки кто-то отделался, значит, и он тоже отомщен. Теперь можно заняться более важными делами. Даже не потрудившись закрыть дверь, Хасан вышел из квартиры. Образовавшийся сквозняк резко захлопнул дверь прямо за его спиной. Это прозвучало, как неожиданный выстрел, и Хасан вздрогнул. Не оборачиваясь, он решительно сбежал по лестнице, ощущая спиной какое-то смутное беспокойство. Перед глазами на мгновенье мелькнуло лицо Магомеда. Но только на мгновенье. Муки совести были совершенно неведомы Хасану.
В машине он быстро пересмотрел деньги, отобрал из них целые. Таких, к сожалению, набралось немного. Кто-то очень тщательно поработал над уничтожением американских «рублей». Чертыхаясь под нос, Хасан резко взял с места и повернул к выезду из города. По пути он отделался от испорченных денег, попросту выбросив их в окно. Теперь надо подумать, как поступить с этой дрянью – Марьяной. Он приказал своим людям вывезти ее на заводик. Там никто не будет трепать лишнего. Вот на ней он сейчас и проверит действенность нового препарата, а потом эта сучка станет делать все, что он захочет, и как он захочет. Теперь его уже никто не опередит. Он остался единственным игроком, к тому же, имеющим на руках все козыри.

Иванов, зная, что Денис в Москве, на работу не очень спешил. На предоставленном ему далеко не шикарном «Фольксвагене», он неторопливо совершал приятную утреннюю прогулку. Сегодня он здесь за главного. «Факир на час», - недовольно пробормотал Олег. Интересно, почему ему так не везет в жизни? Что он не так делает? Чего ему не хватает? Даже Марьяна предпочла ему, интеллигентному и образованному человеку, научному работнику с европейским лоском, какого-то примитивного уголовника. Размышляя над этой неразрешимой проблемой, он накручивал себя все больше и больше. В итоге так задумался, что чуть не наткнулся на выезжающий с территории завода джип, успев заметить его только в самый последний момент. Машина точно была не Дениса.
Нехорошее предчувствие шевельнулось в районе солнечного сплетения. Олег никогда не был храброго десятка. Иванову совсем не светило оказаться один на один с какими-нибудь заезжими бандюгами. У него ведь не было даже пистолета! Да и зачем ему пистолет, если все равно не умеет и не сможет им воспользоваться. Подъехав к КПП, Иванов, очень стараясь, чтобы его голос не дрожал, а звучал солидно и весомо, спросил у дежурного, кто только что выехал с территории. Оказалось, это люди Хасана. Олег вздохнул. От них он тоже не ждал ничего хорошего. Черт дернул Дениса уехать именно сегодня, когда возникли какие-то проблемы!
Денис, в представлении Иванова, тоже был далеко не подарком, та же самая уголовная братия, которая стреляет без предупреждения и использует в обиходе не более ста – двухсот заветных слов, но он хотя бы был русским! От волнения Олег совсем забыл известный афоризм, что преступность не имеет национальности. И в случае чего, ему с Денисом было бы ничуть не легче, чем с бандитами Хасана.
Иванов осторожно заглянул в офис. Так и есть! За столом, водрузив ноги на стол, развалился какой-то нахальный абрек. Он беспардонно курил, стряхивая пепел прямо на пол. Напряженно кашлянув, Олег, с максимально доступным ему в данной ситуации, достоинством произнес:
- Э-э, молодой человек, вы сидите на моем месте, - он очень надеялся, что прозвучало это должным образом.
- Правда? – с сильным акцентом спросил тот. – А где Денис?
- Его сегодня не будет, - Иванов, осторожно, маленькими шажками, приближался к столу, внутренне ожидая, что в любой момент этот бандит его пристрелит.
- Это хорошо, - неожиданно миролюбиво произнес незваный гость.
- Так вы… это, завтра приходите, - попытался осторожно намекнуть Олег.
- Да он мне не нужен, я Хасана жду, - радостно сообщило дитя гор и добродушно ухмыльнулось. – Он сейчас приедет.
Так! Для полноты картины здесь только этого гада не хватало! Пока химик, борясь с животными приступами страха, соображал, как бы ему максимально безопасно для себя, выпроводить незваных гостей, дверь за его спиной открылась. Иванов вжал голову в плечи и затравленно оглянулся. На пороге, собственной персоной, стоял Хасан. Посмотрев сквозь Олега, он на незнакомом языке что-то сказал своему соотечественнику. Это подействовало на Иванова отрезвляюще. Ненависть подняла голову, слегка умерив страх. Переговорив пару минут с земляком, Хасан, наконец, соизволил обратить взгляд на Олега. Высокомерно прищурившись, он сквозь зубы выплюнул только одно слово:
- Колеса.
- Зачем вам? – Иванов аж обмер от собственной смелости.
- Не твое собачье дело…
- Без начальника я не могу, а он будет только завтра, - пробормотал Олег, втайне надеясь, что эта парочка решит дождаться Дениса. Пусть сами потом разбираются между собой. Они вполне стоят друг друга.
- Слушай, ты, - голос Хасана теперь зазвучал угрожающе ласково. – Мне нужно  всего несколько штук, но прямо сейчас. А с твоим хозяином я завтра договорюсь. Понял?
Олег понял одно, Хасан то ли побаивается самого Дениса, то ли его московскую компанию, что в данном случае не имело принципиального значения. Вывод был один - Хасан вряд ли захочет с ними ссориться. Значит, и у Олега есть шанс выйти сухим из воды.
- Хорошо, - быстро согласился Иванов, - Я сейчас принесу. Но только одну – две штуки, не больше, они все у шефа на строжайшем учете, и за недостачу я буду отвечать головой.
- Идет, - махнул рукой Хасан. Он всегда был готов отвечать чужой головой. – Мне больше и не надо, но, - добавил с угрозой: - Смотри, ничего не перепутай.
Иванов, прихватив по пути респиратор, отправился вниз, где работали трудолюбивые корейцы или китайцы, черт их разберет, зарабатывая для них миллионы. Уже около самой двери с кодовым замком, до слуха Олега, донеслись едва слышные крики. Он прислушался. Кажется, крики доносились из подвала. Подойдя ближе, он с изумлением узнал голос Марьяны. Иванов подергал дверь – закрыто.
- Марьяна, что ты там делаешь? – стараясь говорить, как можно тише, с опаской спросил Иванов.
- Олег, это ты? – в ее голосе слышалась откровенная радость.
«Всегда бы так радовалась моему приходу, - недовольно подумал химик, - А то, как в койку – так с другими, а как помочь, так – к нему». Но он, конечно, не произнес этого вслух, а только подтвердил:
- Да, я.
- Меня тут люди Хасана похитили, к стулу привязали… Ты бы выпустил меня, а? – заискивающе попросила Марьяна.
- Не могу, они сейчас здесь, а дверь закрыта.
- Олег, будь человеком, придумай что-нибудь, а то они меня ведь и прикончить могут! - ныла из-за двери Марьяна.
- Ладно, - успокоил ее Иванов, - подумаю.
Он вернулся к двери с кодовым замком. Теперь ему стало ясно, для чего Хасану понадобились таблетки. Только Марьяна пока ни о чем не догадывалась. Несмотря на то, что она выбрала другого, Олег по-прежнему неплохо к ней относился, и ему совершенно не хотелось, чтобы уже завтра она стала неизлечимой наркоманкой.
Отобрав в цехе две таблетки, Иванов прихватил еще несколько пакетиков с химикатами. Решение пришло как-то само собой. Олег очень надеялся, что его исполнение тоже не вызовет особых осложнений. Хотя Иванов никогда не делал ничего подобного, в сложившейся ситуации, ему будет даже приятно сделать это.
В жизни даже самого большого труса иногда наступают моменты просветления, этакие звездные часы, которые он потом вспоминает всю жизнь. Поступки эти, как правило, предварительно тщательно просчитываются, чтобы полностью исключить даже самый незначительный риск. В этом случае, осознание собственного величия на фоне героического поступка кажется особенно сладостным.
Но у Олега риск был, причем, немалый. Хотя он тоже тщательно просчитал все возможные варианты, но, как минимум, в трех случаях опасность жизни оставалась, хотя вероятность этого была достаточно мала. А возможность предстать в глазах прекрасной Марьяны в роли единственного спасителя в абсолютно безвыходной ситуации, покрывала его действия таким романтическим ореолом, что сердце Олега сладостно сжималось от предвкушения грядущей победы, которая, как он хотел надеяться, окажется двойной.
Только где-то в самой глубине его заячьей души, тревожный маячок продолжал безостановочно подавать сигналы опасности. Усилием воли Иванов отключил его и решительно шагнул на лестницу.


Рецензии