15. На дно...

«Сарратога» вздрогнула.
Выстрел из главного калибра 812 мм был ошеломляющим. С бортов в черную воду с шипением устремились пласты ржавчины, стол в кубрике сорвало с креплений, с полок посыпалась посуда. Меня бросило на стену, и если бы я не зажал уши – лишился бы мозгов наверняка.
Прешу я увидел лежащей на полу, она укрылась курткой с головой.
Придя в себя, я выскочил на мостик в тот момент, когда снаряд разорвался в центре танкера. Ожидая ударную волну, я вцепился в леера. Волна дошла, и корпус крейсера отозвался утробным гулом, от бортов пошли волны.
И тут я услышал тот самый звук.
Он был знакомым, я помнил его. Звук шел словно из глубин подсознания, от него холодело в голове. Залив наполнился этими двумя протяжными нотами, из  которых он состоял,  их источник был всюду и нигде.
- Что это? – Преша тронула меня за рукав.
Звук внезапно прекратился, и я вышел из оцепенения.
- Не знаю. Смотри, – я указал ей на береговую линию. Из затона медленно выходила баржа, она уже огибала тонущий танкер. Плывущие крысы серым ковром покрывали водное пространство вокруг неё.
- Быстрее. Второй снаряд!
Мы помчались в рубку. Авар тоже увидел баржу и уже приводил в действие прицел.
Зуммер прервал наступившую тишину.
- Авария в системе подачи. Процесс остановлен главным компьютером.
- Чёрт… Камера в башне работает?
- Да, сейчас дам картинку.
Так и есть. Снаряд развернуло на конвейере поперек оси.
Медлить становилось опасно.
- Авар, грузитесь в шлюпку. Преша, смотри на монитор. Как только я его разверну, перезагрузи данные стрельбы. Разблокируйте дверь в башню. Быстрее!
Я выскочил на палубу и побежал к башне. Баржа набирала ход. Рванув дверь, я влетел внутрь. Мигали красные лампы и гудел зуммер. Снаряд весом в полторы тонны лежал в трёх метрах от казенника, на автомате зарядки. Поискав глазами подходящий инструмент, я схватил обрезок трубы и подложил его под снаряд как рычаг. Он сдвинулся сантиметров на пять, но лишь уперся  в лопасть транспортера. Нужно было приподнять. Я разбил пожарное стекло и начал топором забивать трубу под тело снаряда.
Искры летели в стороны, только и всего.
После десятиминутной долбежки наконец до меня дошла бесполезность предприятия. Бросив топор, я обернулся –Преша стояла и наблюдала молча.
- Мы не успеем. Слишком поздно.
Я опустился на пол. Нужно было отдышаться.
- Пехотинцы ушли?
- Да.
-  Есть ещё шлюпки?
- Были. Одна. Только что на ней с кормы отчалили паяльщики.
-Тааак…
Через час или полтора саприконы начнут карабкаться по бортам, а я буду стрелять по ним из навороченного МХ 45. С магазином на тысячу зарядов. Потом можно залезть на мачту и ещё убить с десяток из карманного дезинтегратора. А через неделю сидения мой труп начнут клевать альбатросы и чайки.
- Наши трупы, Гернер, - Преша положила руку мне на плечо.
- Это лучше. Может, тогда секс? Как это было в  старых  фильмах, за десять секунд до смерти.
- Я не против, - Преша посмотрела мне в глаза. Мне показалось, что её щёки ещё покрывает юный пушок. 
Такой нежный пушок…
Она была очень серьёзна, и я смутился на какую-то долю секунды.
- Что, великий Гернер струсил?
- Я? С чего бы мне…
Она выдерживала паузу.
- На первом уровне есть две субмарины. Мы можем попробовать там.

Мы спустились на лифте и долго бежали по паттернам, перепрыгивая через провалы в полу. Электричества не было, Преша светила фонарём.
Через четверть часа мы попали в отсек субмарин.
- Здесь на двадцать метров ниже ватерлинии, - она показала дулом экстрактора на две лодки. Одна покоилась в зацепах-манипуляторах, вторая лежала в шлюзе.
Преша открыла щиток и включила питание. Отсек осветился прожекторами, загорелись красные аварийные маячки. В решетке связи щёлкнуло, и робот проскрипел:
- Опасность взрыва главного реактора. Всем покинуть судно. Система пожаротушения активирована…активирована…
Мы пролезли в узкий верхний люк рубки. В лодке тоже не было света.
- Пока мы не запустим генератор, света не будет, - капрал снова включила фонарь.
Продвигаться пришлось через шесть отсеков, пока мы не добрались до машинного отделения. Ёмкость с кислотой  покрывали желтые потёки из-под верхнего люка. Стальной пол проело насквозь, и внизу всё было покрыто бахромой окислений. Я взглянул на манометр – давление кислорода оказалось на допустимом уровне.
- Со времен войны здесь никто ничего не включал, - Преша внешне казалась спокойной.
- Пускай горючее. А я открою редуктор в рециркулятор. Он должен выйти на режим сразу, если хватит кислоты.
Я открыл кран, ориентируясь на ощупь. В емкости рециркулятора зашипел кислород, и в окошке вспыхнуло оранжевое пламя. «Стирлинг» вздрогнул, и вал генератора начал беззвучно вращаться.
…Загорелся свет.
Люк рубки закрылся сам, и из отсека донеслось предупреждение робота – в шлюз хлынула вода. Я опасался, что створ не закроется, и тогда не откроется нижний.
Но всё обошлось – лодка плавно опустилась в глубину и повисла в пяти метрах от днища «Сарратоги».

Мы почувствовали лёгкий удар в корпус крейсера – баржа прибыла.


Рецензии
Это хлеще "Адской кухни" что там у них происходит в этой главе.

Накаленная до предела атмосфера.

Лайтовик Производства   08.01.2018 11:56     Заявить о нарушении
На это произведение написаны 2 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.