Патриотка

Я родилась в период  расцвета социализма. В те еще не очень далекие времена патриотизм проникал в наш организм, как вирус, с молоком матери. И первой нашей прививкой была прививка любви к Родине.  Мы гордились, что живем в такой большой, дружной стране. Мы привыкли преодолевать трудности всей страной: революция, голод, войны, разруха и вопреки всему этому – построение обозримого светлого будущего всего человечества.  И мы в авангарде человечества. Мы первые.  Уникальные. И у нас человек человеку – друг, товарищ и брат.

Мое юное тогда поколение  верило в построение коммунизма и считало, сколько до него осталось. Партия сказала, что коммунизм будет построен к тысяча девятьсот восьмидесятому году. Когда я узнала эту новость, я была совсем маленькая и очень хотела поскорее вырасти, чтобы пожить при коммунизме. Я спросила маму сколько мне будет лет, когда настанет этот коммунизм. Мама ответила: «Восемнадцать». И это очень, очень огорчило меня, потому что я буду уже совсем старая и не успею как следует пожить при коммунизме.

А ведь при коммунизме будет так здорово жить! Приходишь в магазин, а там - все, что душа желает и все - совершенно бесплатно! Скорее бы он наступил! Вот уж когда я вдоволь наемся бананов, «Гусиных лапок», «Раковых шеек», «Коровок» (кто только придумал такие названия для этих вкусных конфет?). И еще у меня, наконец,  будет красивая немецкая кукла (она такая мягкая, а как вкусно пахнет!), и заграничные поздравительные открытки с блестками, и иностранные марки с птицами и животными, и мишка Теди, как у Светки с пятого этажа. Да много чего у меня будет!

Я приставала к родителям:
- Ну расскажите мне, как мы будем жить при коммунизме! Правда, что я смогу прийти в магазин и взять все, что хочу?
- Конечно, - отвечала мама. - Просто надо будет брать только то, что тебе действительно нужно и столько, сколько тебе действительно нужно. Никто не будет жадничать и каждый будет заботиться о том, чтобы другому тоже что-то досталось.
- И можно будет не учиться и не работать? - снова спрашивала я.
- Конечно, - отвечал папа. - Просто люди будут такими сознательными, что сами будут хотеть работать и приносить пользу обществу.

При этом я понимала, что просто так такое счастье на меня свалиться не может. Я должна внести свой вклад в построение коммунизма. А для этого нужно быть хорошей девочкой, учиться на «пятерки» и «четверки», много трудиться и помогать всем, кто нуждается в моей помощи.

Мы старались хорошо учиться, потому что учиться плохо было стыдно. Мы помогали другим, еще более бедным народам, и тем, кто  хотел идти по нашим следам к победе коммунизма. В школе мы, ученики младших классов, собирали деньги для голодающих детей Африки. Нам было совестно выбрасывать недоеденный хлеб, кусок которого мог бы спасти жизнь ребенка в далекой Африке. Тогда даже появилась мрачная шутка «Черным детям – белый хлеб. Белым детям – черный хлеб». Но нам не было смешно. Мы были преисполнены священной решимостью жертвовать тем, что у тебя есть, чтобы помочь другому.  Ведь «общественное выше личного».

Уже не за горами тот день, когда мне исполнится аж три раза по восемнадцать. При коммунизме я так и не пожила. Только при коммунистах. 

***
Недавно я встретилась с приятельницей. Смеясь, она рассказала мне, что в начальных классах школы увлеклась поэзией и писала «стихи». Я попросила ее прочитать что-нибудь «из раннего».
- Помнишь  начало семидесятых? – спросила она. - Вся страна тогда переживала за Анджелу Дэвис. Мне было лет восемь и вот тебе мое первое детское  стихотворение:
Анджела Дэвис сидит за решеткой.
Анджела Дэвис – хорошая тетка!

Я рассмеялась. Разумеется, я помнила знаменитую Анджелу Дэвис – симпатичную афроамериканку с копной пружинистых волос (потом в моду вошли стрижки с химической завивкой под Анджелу Дэвис) - коммунистку и революционерку, боровшуюся за равноправие белых и черных и построение социализма. До сих пор помню, как всем классом мы переживали, что ее хотели казнить в Америке и как радовались, что мировая общественность во главе с нашей огромной  тогда еще страной, способствовала ее освобождению из тюрьмы. Это было всеобщее торжество и ликование.

Приятельница прервала мои воспоминания и сказала:
- Это был первый вариант стихотворения. Я, когда сочинила этот опус, счастливая  прибежала на кухню к маме и прочитала его. А мама мне говорит: «Мариночка, у тебя получилось хорошее стихотворение, но, понимаешь, в поэзии все слова должны быть красивыми и литературными. А ты пишешь «тётка»! Ну что это такое? Пойди, детка, напиши еще раз».

Ободренная мамой, Марина убежала в комнату, чтобы вернуться с новым стихом. Из нее, маленькой девочки, переполненной счастьем за Анджелу Дэвис, рифма фонтанировала. Через минуту она вприпрыжку вернулась на кухню и громко и радостно продекламировала новый вариант:
Анджела Дэвис сидит  за решеткой!
Анджела Дэвис – наша патриотка!

В таком виде это стихотворение и вошло в семейную историю.

Всё это трогательно и смешно. Кроме одного: это ПЕРВОЕ стихотворение МАЛЕНЬКОЙ девочки. И посвящено оно революционной тете, а не маме.
Идеология – страшная сила. Зашоренность массы - страшное преступление. 

***
Уже выросли мы.  Уже выросли наши дети. Уже даже рождаются наши внуки.
Наши  бабушки и дедушки ушли.
И  строй наших родителей начинает редеть.
Что с ними - людьми и идеалами - стало в нашей стране?  Вернее, что страна сделала с ними?
А мы с нею?

Зато я знаю, что Анджела Дэвис по-прежнему активно участвует в политической жизни США,  по-прежнему увлечена идеями марксизма и свою жизненную задачу видит в построении социализма.

Эх, дорогая Анджела Дэвис! Ну почему ты не пожила вместе с нами в нашей стране победившего социализма? Ведь ты же наша патриотка...


13 ноября 2007г.


Рецензии
Помню, помню Анджелу Дэвис! Как трогательно и светло!

Валентина Петряева   23.04.2018 23:33     Заявить о нарушении
Да... Символ нашего детства))

Лика Шергилова   04.07.2018 10:57   Заявить о нарушении
На это произведение написано 11 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.