Скала Печали. Амелия. Глава 34

На улице полдень, жара спадала, самое то, для прогулки.  Осмотрелся - вся деревня, словно, вымерла. Что-то случилось? Он отправился на поиски Сароса. Пробежался по местности – никого.  Услышал, как толпа гудела возле скалы « Печали».
-Что произошло? - он подбежал к другу, стараясь как можно тише спросить, не хотелось привлекать к себе внимание.
-Да при дневном обходе, наткнулись на этих двоих. Пришлось отвести к Вождям. Пока ты отлеживался, вожди их уже приговорили. – Сарос хоть и был спокоен, но слышалась в его голосе печаль.
       Дело в том, что в племенах кентавров и центавров был особенный закон, его придумали Создатели. А вожди не смели перечить Богам.
      Все особи этих видов должны выходить замуж или жениться по достижении совершеннолетия, а союз заключаться в раннем детстве по выбору вождей. Если  кровные связи позволяли - детей соединяли. Девочку приводили в семью мальчика, она за время возрастания привыкала к своему будущему супругу. О чувствах никто и не знал, что это такое.
      Все знали, что если кому-то придет в голову ослушаться, нарушить  закон и самим выбрать себе пару, то нарушителей строго наказывали. А точнее, их приговаривали к смерти.   Если у них все-таки рождались дети, то их забирали в тот клан, к  которому принадлежал отец. Этих детей воспитывал сам вождь и его жена, как своих. Слава Богу, таковых было мало, но разве можно сердцу приказать не любить?
        Казнь совершалась на скале «Печали». Высота её составляла 100 метров. Этого было достаточно, чтобы два обречённых тела, обладая мощью своего телосложения, особенно у мужчин, могли разбиться спокойно. Внизу, у основания скалы, находились одни камни, так что шансов выжить равнялись нулю.  Там же, недалеко от места падения, находилось местное кладбище, где потом хоронили всех казненных. Вход на кладбище - большая арка, покрытая зелёным вьюном и усыпанная мелкими цветами, которые цвели круглый год.  Само кладбище было огорожено высокой оградой.
        Это деяние совершалось в назидание другим  для того, чтобы все подчинялись законам и не смели ослушаться. В такие скорбные моменты сами Боги прилетали, чтобы проследить за выполнением приговора. Они не вступали в контакт, а висели в своих коробочках над пропастью, до тех пор, пока тела не предавали земле и только потом улетали. А если им надо было, то общение происходило  только с Вождями и  происходило это как можно дальше от племени. Так что всё племя никогда не видело Богов воочию, но при их появлении всегда испытывало страх и трепет.
        В племенах было не принято проявление любви у супругов, особенно на глазах других. Считалось, что дети, рождённые в чистых браках, были гораздо здоровее, чем рождённые от греха.  Да так и было, все дети, рождённые в таких парах - либо часто болели, либо умирали в раннем детстве. Редко кто доживал до совершеннолетия, а если и доживал, то участи его не позавидуешь. Им было суждено всю свою жизнь прислуживать своим соплеменникам, отрабатывать за грех родителей.
     Каждый, смотря на них, не хотел их участи, особенно для своих детей, так что дисциплина работала отменно. Но, как не держи в строгости всех, всё равно казусы происходили.
      Вот и сейчас, все племена столпились недалеко от места казни.  Стояла дикая тишина,  и только родственники нарушителей бились в истерике, издавая душераздирающие крики. Солдаты оцепили место правосудия, не подпуская никого близко. Возле края пропасти, обнявшись, стояла та самая парочка.   
      Ну, конечно, Кар узнал их. Это была его двоюродная кузина от первого брата и внук Центавра. Они,  молча  прижимались  друг к другу, сохраняли спокойствие и печаль на лице. Их глаза смотрели в землю.
      Отец и Центавр немного в стороне. У отца, как всегда, непроницаемое выражение лица, оно ничего не выражало, никаких эмоций. У его же оппонента, напротив, желваки ходили ходуном. Он просто испепелял гневным взглядом парочку. Над пропастью зависла коробочка в ожидании исполнения приговора. 
       У   Кара от боли так сжалось сердце, что еле устоял на ногах. Он с трудом сдерживал свои эмоции. Его сестра, та самая, была одной  из  немногих, кто был дружелюбен с ним. Хоть он и никогда не уделял ей внимание, но она всегда напоминала ему мать. «Как же так, почему отец допустил, почему не попытался что-то изменить, ну почему всегда не дают шансов?» - Кара переполняла ненависть - к Богам, к отцу и ко всем, кто способствовал этому закону. Он увидел, как лицо сестрички стало бледным, и не успел он что-либо предпринять, как парочка исчезла с горизонта.
      Послышался вопль матерей этих детей, ещё немного и пропасть издала  глухой удар чего-то тяжёлого, остальные же молчали,  боялись сдвинуться с места. Даже дети, коих здесь было большинство, все молчали. Он не смог больше здесь находиться и опрометью помчался в степь. Он нёсся, сам не зная куда, но подальше от этих звуков. Никто не осмелился следовать за ним, да и, наверное, просто не заметили в этой суматохе. Он бежал и бежал галопом, кто знает сколько.
      Но боль в ноге резко пронзила всё его тело, и от неожиданности он взвыл, пришлось резко остановиться и опереться на попавшееся дерево. Только сейчас заметил, как вспотел и запыхался, зато злость ушла.  Перевел дух, прямо перед ним, недалеко от того места, где стоял, из-под земли бил ключ колодезной воды, образовав небольшое озерцо. Обрадовавшись, принялся пить и поливать себя водой. От холодной воды голова сразу пришла в норму. Кар опустился передними ногами на колени и  засунул всю голову в озеро.  Вытащил из воды и принялся трясти густыми, чёрными, как смоль, волосами.
- Ну что, пришел в себя? - послышался знакомый голос друга.
Кар резко поднял голову, в двух шагах от него стоял Сарос.
-Как тебе удается всегда быть там, где бы я ни  оказался? - Кар даже нисколько не удивился.  Нет, удивился бы, если его здесь не было.
-Это моя обязанность, всегда быть там, где ты, -  спокойно ответил Сарос.
-Что, меня уже все потеряли?
-Нет, когда увидели, что я последовал за тобой.
-Это несправедливо, они же совсем дети, почему Боги так жестоки? Ненавижу их! - с яростью Кар пнул задней ногой попавшийся камень.
-Дело в том, они не просто гуляли, а … как это, ну в общем, когда мы делали обход … короче, мы их застали. Понимаешь? Да, и я был с отрядом…. Печально,  -  в задумчивости произнес друг.
        У  Кара  округлились глаза, он знал - его верная правая рука, так он называл своего друга, врать не станет. Что сказать, только и почесал в затылке.  Друзья, молча, направились обратно. Но дорога обратно была куда длинней, да и нога разболелась, придется идти не спеша.
       Эстакарос любил своего друга за всё: за то, что всегда был рядом, за то, что умел молчать, не докучая болтовнёй, как другие.   Шли   молча.  Им пришлось подняться на холм переговоров, для сокращения своего пути обратно в деревню. Кар шёл первым, тропа на холм была узкой и умещала только одного ходока. Вечерело.  Жара  совсем спала,  и небо было на удивление ясным.  Погода предвещала хорошие дни.  Кругом заливались мелкие птахи разными голосами.
      Он распустил свои мокрые волосы, чтобы быстрей высохли. Они шёлковой россыпью облегали его мощную, гладкую, хорошо сформированную грудь. Ветер слегка раздувал те пряди, что успели высохнуть. Его торс  поблескивал от влаги, на тонкой талии висел красный широкий ремень с  флягой из огромной морской раковины для воды,  который подчеркивал его широкие плечи. От своей природы Кар обладал хорошей фигурой, его круп был смоляного цвета, как у отца, и на солнце отливал синевой.
       Сарос был под стать своему другу: тоже чёрные волосы собраны в хвост, широкие плечи, тонкая талия, но вот черный круп отдавал рыжинкой, а его хвост имел белую прядь.  Этаких  два  красавца  могли  любую красавицу свести с ума.


Рецензии