Как один жадный ГАИшник сам себя наказал

Самое начало девяностых. "Единый-могучий", который ещё лет за десять до того казался нерушимым и непокобелимым, развалился, слегка подпортив воздух на прощание. На месте Империи Зла в одночасье образовалось полтора десятка самых разных государств - и население каждого из них увлечённо принялось строить собственную суверенную демократию, исходя из своих индивидуальных представлений о том, что же это за штука такая.  Однако, даже такое увлекательное занятие, как построение суверенной демократии, требует положенного по КЗОТу отпуска - и вот, некая среднестатистическая пост-совецкая семья садится в личное авто, и направляется на юг, чтобы провести свой законный отпуск не то у тестя с тёщей, не то у свёкра со свекровью - неважно.

Важно другое: важно то, что среднестатистическая пост-совецкая семья направляется не просто на жаркий юг - она направляется из одного суверенного и независимого государства в другое, точно такое же суверенное и независимое государство. То государство, откуда начинается путь наших героев, называется Российская Федерация - а то государство, в котором их ждут тесть и тёща (пусть это будут именно тесть и тёща, ладно?) называется Республика Украина. И вот, в самом начале 90-х наши герои едут именно по тем самым дорогам, на которых, спустя почти четверть века заблудятся не то псковские десантники, не то бурятские танкисты...  Но в нашем случае всё заканчивается хорошо: никто нигде не заблудился - а совсем даже наоборот: и глава семьи, сидевший за рулём "Москвича-412", и восседавшая рядом с ним на переднем сиденьи супруга, и всю дорогу резвившиеся на заднем сиденьи малыши вовсе не заблудились, а благополучно добрались именно туда, куда им было нужно.

Я не знаю, как именно они там отдыхали - может быть, купались в какой-нибудь речке, а может, и не купались... может быть, ловили в реке раков, варили их в солёном кипятке, а потом зять с тестем закусывали теми раками ароматную сливовую самогонку... а может быть, не было ничего: ни речки, ни раков, ни сливовой самогонки - в конце концов, нас с вами не касается, чем они там во время отпуска, занимались. Но вот одну существенную деталь я вам, господа, просто обязан сообщить. Деталь - такая: за пару дней до отъезда любимой дочки, любимых внуков и горячо любимого зятя, тесть, озабоченный вопросом пропитания дорогих родных, зарезал кабанчика... Он разделал тушу, после чего велел зятю большую часть этой туши загрузить в багажник и увезти с собой. Зять ещё отнекивался: мол, по жаре поедем, да неизвестно ещё, как доберёмся - но тесть был непреклонен: он прожил жизнь и знал, что в Эпоху Построения Суверенной Демократии самое главное - это полный холодильник. И - кто как, а я не стал бы спорить с этим по-житейски мудрым селюком...

Вот едут они обратно, из отпуска своего, из жаркой Украины в умеренно-холодную Российскую Федерацию. Едут почти в том же порядке: глава семьи - за рулём, супруга рядом с ним восседает, дети на заднем сиденьи колбасятся - а в багажнике кабанчик едет - пусть и не совсем целый, но большая часть. И в таком составе подъезжают они к украинско-российской границе.

Надо ещё сказать о том, что в те годы граница между двумя суверенными государствами практически не охранялась, и была, скорее, номинальной: ни тебе пропускных пунктов, ни таможни, ни шлагбаумов - а функции пограничных чиновников исполняли постовые милиционеры. А как именно исполняли, я вам сейчас расскажу...

Вот останавливает наших героев инспектор Патрульно-постовой службы Государственной Автоинспекции. Машет своей полосатой палочкой: прижмись, мол, к обочине. Глава семьи подчаливает, выходит из машины - инспектор ему невразумительно козыряет и требует показать документы. Всё - честь по чести: водительские права, техталон, паспорта, свидетельство о браке, свидетельства о рождении детей... Тогда инспектор принимается за досмотр багажа. Глава семьи открывает багажник своего "москвичонка" - и тут в глазах нашего инспектора вспыхивает алчный огонёк: эти пассажиры везут мясо! Свежее мясо, убоину!...

- Тэ-эк... - недобро усмехается ГАИшник, - мясцо, значит, везём, да?... Свининку?... А где документы на мясо?! Где Заключение ветеринарного контроля о том, что этот кабан при жизни не болел свинкой, корью, ветрянкой и ящуром? А?! Есть у вас документы, разрешающие ввоз на территорию суверенного государства Российская Федерация мясных продуктов?!...

Отец семейства - он тоже не первый день на свете живёт, и не в первый раз с представителями Госавтоинспекции дело имеет: он понимает, что весь этот "плач Ярославны" про свинку, корь и ветеринарную справку - всего лишь, прелюдия, и что сейчас инспектор, который прекрасно знает о том, что никаких таких ветеринарных документов на это мясо нет, предложит урегулировать рыночные отношения... И, свято помня о том, что дяденькам в милицейской форме всегда нужно говорить только правду, наш герой её, правду-матку, и режет:

- Слушай, старшина, - говорит он, - мы из отпуска едем, понимаешь? Денег - только на бензин, да детишкам в дороге лимонада купить... Короче, давай так: у меня в бардачке где-то ножик был - я тебе его сейчас дам, и ты себе отрежешь мяса, сколько надо. Идёт?...

Ну конечно же, идёт! Мент - он тоже человек, он всё понимает... Он, кстати, сам не прочь свиными антрекотами полакомиться - а уж про сало мы и вовсе умолчим! - и он показывает водителю, как лучше заехать за будку поста ГАИ, чтобы с трассы не было видно, чем они там занимаются - и, раскрыв багажник и вооружившись ножом, начинает кромсать останки несчастного кабанчика, выбирая себе кусок пожирнее. А наш глава семейства сидит вместе с семьёй в салоне, и ждёт, покуда старшина там с мясом закончит...

Отхватил себе кусок старшина! - засунул его в мешок, что заранее со своего поста притащил, захлопнул багажник, отдал водителю нож: мол, счастливой дороги и попутного ветра! - и они расстались, чтобы не встретиться больше никогда...

...Долго ли, коротко ли, но добрались наши отпускники до родного города, до родной улицы, до родного дома. Припарковались возле родного подъезда, и давай свой багаж выгружать. Перво-наперво, конечно же, багажник открыли: всё же, мясо - продукт скоропортящийся, и лучше бы его сразу же в квартиру занести, да в холодильник засунуть. Как раскрыли багажник, так сразу же порадовались за давешнего инспектора ГАИ: тот уменьшил объёмы подаренного тестем кабанчика, едва ли, не на две трети!... - сразу видно, что парень с голодухи не помрёт и свой кусок мимо рта не пронесёт! Да и чужой - тоже... И, порадовавшись таким образом за инспектора, вздохнул отец семейства, и стал выгружать остатки останков кабанчика из багажника...

Полосатый жезл, забытый жадным старшиной в багажнике родительского "москвичонка" заметил их сынишка: пока мама с папой горевали над тем, что осталось от тёщинско-тестевского гостинца, восьмилетний мальчик увидел эту полосатую палочку - настоящий милицейский причиндал! - и тут же схватил его, и принялся изучать. Жезл был автоматический: вовсе не деревянная палка, окрашенная в чёрно-белые полоски, а вполне себе такая стильная пластмассовая штуковина с кнопочкой на рукояти. Нажал мальчик кнопочку - и тут же внутри жезла зажглась лампочка, засветились белые просветы! Вот это игруха, так игруха! - ни у кого такой нет!

Ладно: родители справедливо рассудили, что, коль скоро жадный ГАИшник так бесцеремонно обнёс их с мясом, так пусть хоть какая-то радость от этого будет - не им, так ребёнку: вон, как их мальчонка светится, словно, у него внутри тоже лампочку включили! - и тут же, безо всяких споров и пререканий было решено, что милицейский жезл поступает в полное распоряжение сынишки. Отец, правда, объяснил ему на всякий случай, что взрослых дяденек, которые едут по дороге на машинах, этим жезлом останавливать не нужно, и что вообще лучше всего новую игрушку из двора не выносить - мало ли что? - но мальчик у него был понятлив, и тут же всё усёк. И целый месяц, остававшийся до окончания летних школьных счастливый малыш играл во дворе с друзьями-приятелями в Инспектора Дорожного Движения. И все его, Владельца Полосатой Палочки, очень уважали, и даже старшие мальчишки катали его на багажнике и на раме велика...

А потом случилось Горе. Случилась Беда, и даже Трагедия: лампочка внутри Полосатой Палочки погасла. Сколько ни нажимал наш маленький Инспектор на кнопочку, лампочка отказывалась гореть... Старшие мальчишки сказали, что, должно быть, там, внутри, перегорела лампочка, или села батарейка. Они даже предлагали свою помощь: кто-то уже достал из велобагажника отвёртку, чтобы развинтить Волшебный Жезл и посмотреть, что же там сломалось - но его маленький владелец заявил, что нечего тут своими велоаптечками греметь почём зря, и что пусть лучше папа сам всё посмотрит и починит. И, расстроенный, домой пошёл.

А дома папа развинтил Полосатую Палочку. Посмотрел лампочку - вроде, цела... стало быть, дело - в батарейке. Стал извлекать батарейку - а она лезет из своего гнезда как-то туго. Неохотно лезет батарейка из полости жезла: между ней и его стенками - плотная прокладка из бумаги... Кое-как вытащил папа эту батарейку - и прокладку бумажную следом тоже вытащил. Вытащил - и замолчал...

Молчал папа целую минуту - а когда обрёл дар речи, то позвал маму. И указал ей на плотную пачку североамериканских зелёных долларов - на заначку того старшины, что за месяц до того щедро "отполовинил" у них в багажнике мясо, оставив взамен свой жезл. И когда папа с мамой пересчитали наличность, то оказалось, что купил у них тот старшина мяса по какой-то совершенно запредельной цене, ибо было внутри жезла спрятано не то тысяча семьсот, не то тысяча восемьсот американских долларов. Кто помнит, какой курс доллара был тогда, осенью 1992 года, тот поймёт ту бурную радость, что охватила семейство наших героев.


Рецензии