Мозаика. Собери свое счастье. Глава 20

Холодно... Страх сковывает тело. Стены медленно растут, нависнув над девушкой гигантскими пластами. Она выставила руки вперед, в надежде, что сможет защитить себя. В этот момент ушел из-под ног пол, и девушка рухнула вниз. Стремительно падая, она кричала от ужаса : «Маам… Маа-маааа».
Когда ей уже казалось, что нет надежды на спасение, внезапно все прекратилось. Девушка плавно опустилась на бетонный пол, стены зависли над ней в воздухе. Тело окутало тепло и пришло осознание, что это сон... Она попыталась вынырнуть из него, но сон держал ее очень цепко. Она дергалась, рвалась из него, сердце стучало, как сумасшедшее. "Ааааа", - в очередной раз закричала девушка и...

Мила открыла глаза. Ее тело было мокрым от пота, а сердце от ужаса грозилось выскочить из груди.
Девушка чувствовала, как чьи-то теплые руки обнимают ее поверх одеяла. Она хотела оглянуться. Но то, кто обнимал, засопел и еще крепче прижал ее к себе, не давая ей возможности пошевелиться.
"Черт, - Мила сглотнула, понимая, что невыносимо хочется пить. Да еще и голова раскалывалась так, будто кто-то накануне огрел ее тяжелым мешком. - Кажется, праздник удался", - ухмыльнулась она, пытаясь вспомнить, что было накануне. Новый год, шампанское, поцелуй с Фаем, тайское кантри на берегу... Дальше события приобретали обрывочный характер.
Девушка попыталась сконцентрироваться.
"Блин, сколько ж я вчера выпила?" - она обвела комнату взглядом. На глаза попалась валяющаяся на полу бутылка «Sang Som». Очередная попытка вспомнить не увенчалась успехом. Лишь в голове опять что-то стукнуло, причиняя невыносимую боль.
Обрывки вчерашней реальности мелькали перед глазами, вызывая головокружение. Внезапно хаос в голове остановился - она вспомнила взгляд темных, почти черных глаз.
- Ром! Ромка! - взвизгнула Мила и заворочалась, опять пытаясь развернуться, чтобы увидеть любимое лицо. - Ромка, ты пришел за мной!
Увидев лежащего рядом человека, девушка с удивлением уставилась на него, окончательно запутавшись в том, что произошло в новогоднюю ночь.
- Но как?.. Почему?.. – опять взвизгнула она и села. Комната принялась «водить» хоровод.
- Ни днем от тебя покоя нет, ни ночью. Заяц, вот чего ты шумишь? - Саша зевнул и сел на кровати. - Как твоя голова? - заботливо спросил он.
- Голова?.. - растеряно сказала Мила, глядя на передвижения брата по комнате. - А что с ней сделается - болит.
- Болит - это хорошо. Значит, она все-таки есть, - ухмыльнулся Саша, открыв холодильник. - Пива хочешь?
- Неа. Лучше водички с таблеткой, - она с трудом села, кутаясь в одеяло.То, что на ней не было одежды, оказалось еще одним сюрпризом. - Сань, - позвала она брата, который в раздумьях смотрел на пиво, пытаясь выбрать какое ему больше хочется - "Chang" или "Singha".
- Чего тебе, юный алкоголик? - он кинул сестре бутылку с водой.
- Ты меня ругать не собираешься?
- Собираюсь, - он посмотрел на нее и ухмыльнулся.
- Прости... - тихо сказала Мила, опуская глаза.
- Нет уж, объясни мне, - Саша плюхнулся в кресло, открывая баночку пива, - какого черта вчера ты заставила нас так нервничать.
- Я ненарочно.
- Не хватало, чтобы ты еще и нарочно, - Саша грозно посмотрел на сестру, хотя и понимал, что долго сердиться на нее не умеет. – Ты зачем вчера от нас сбежала? Куда тебя понесло-то?
- Плохо себя почувствовала.
- И не могла предупредить?
Девушка сжалась, понимая, что брат прав.
- Ну, это... Я... Фай... В общем, мне вдруг захотелось побыть одной.
- Ты понимаешь, что я чуть с ума не сошел, когда сначала ты пропала, а потом мы с Тиной нашли твои босоножки у моря? – «бушевал» Саша.
- Прости... Я знаю, что виновата.
- Надавать бы тебе по попе! Да вроде как взрослая, - он вздохнул. - Я в море хотел рвануть, тебя искать. Хорошо, Олег позвонил и сказал, что в номере свет горит, и кто-то плачет. На ресепшне ключ запасной взяли. Прибегаем, а тут ты вся такая красивая спишь на полу в обнимку с пустой бутылкой.
- Голая? - прошептала Мила.
- Это единственное, что тебя волнует?
- Нет. Не единственное, - от стыда Мила хотела провалиться под землю.
Саша внимательно посмотрел на сестру. Съежившись, она сидела на кровати. На ее бледном лице было столько эмоций, что Саша опять заволновался за сестру.
- Эй, заяц, ты в порядке?
- Ну, так, - Милу бросило в жар, и она с трудом выдавила из себя:
- Где Рома?
- Рома? - это было для Саши крайне неожиданно.
- Рома... Он ведь был вчера. Я помню его... Он хотел поцеловать меня.
- Ооо, мать, да у тебя совсем с «крышей» плохо, - брат сел рядом и обнял сестру за плечи. Она положила голову ему на плечо и тяжело вздохнула. - Ты только не расстраивайся, - он поцеловал сестру в лоб, - но Ромы не было.
- А кто ж тогда?.. Ну, поднял меня... Я помню руки. И глаза.
- Это был Фай.
- Фай? - Мила вздрогнула и посмотрела на брата. Тот утвердительно кивнул.
- Черт... – в сердцах сказала Мила и отползла в угол, прижимая к себе одеяло, будто пытаясь скрыть вчерашнюю наготу.
- Ты вцепилась в него мертвой хваткой, заявила, что любишь. Парень от счастья чуть не помер.
- И что потом?
- Мы ушли. Только вот знаешь, меня что-то напрягало во всей этой истории. Как чувствовал, что ты не о Фае думаешь. Решил вернуться, несмотря на то, что Тина отговаривала. На веранде номера столкнулся с парнем. У него был такой несчастный вид. Он увидел меня и принялся извиняться.
- За что?
- Как я понял из его сбивчивой речи, перемешанной тайскими словами – за то, что чуть не переспал с тобой.
- Значит... – Мила, краснея, опустила голову.
- Расслабься, не было у вас ничего. Чему я несказанно рад.
- Почему?
- Поверь, я не за твою невинность переживал, а за то, что у тебя здесь, - Саша постучал себя по груди. – Ведь сердце ты свое не можешь обмануть, - он подвинулся к сестре и опять обнял ее, - за эти дни, что я провел вместе с вами, понял одну вещь – ты любишь своего Ромку. До одури любишь. И это, сдается мне, не лечится.
- Мне его надо забыть.
- А может все-таки стоит с ним поговорить?
- Я не знаю, - из глаз Милы полились слезы. – Я вообще уже ничего не знаю... В последнее время мне казалось, что я успокоилась, что Фай именно тот, кто мне нужен. Но вчера вдруг как накатило. А потом еще этот звонок.
- Какой звонок?
- От Ромы.
- Так вот чего ты вдруг нахрюкалась. А я все понять не мог, что такого случилось.
- Санечка, миленький, что мне теперь делать?
- Это ты у себя спроси. Я тебе ничем помочь не смогу.
В дверь постучали, а потом раздался звонкий голос Тины.
- Эй, сони, вставайте! – входная дверь приоткрылась и показалась взъерошенная голова. – Вы решили из домика совсем не выходить?
- У нас тут разбор полетов был. Думаю, уже закончился, можно и на пляж. Тупое валяние под солнышком - самое то первого января, - сказал Саша, вставая с кровати.
- Ребят, вы меня простите, но мне надо побыть одной.
- Как скажешь. Мы тебя оставляем тут, а сами балдеть пойдем, - сказала Тина, обнимая Сашу.
- Нет, вы меня не поняли, - Мила встала с кровати и серьезно посмотрела на них. – Я хочу на несколько дней переехать в другой отель, а лучше вообще на другой остров.
- Опять хочешь сбежать?
- Хочу успокоиться. А то как-то все опять навалилось. Вы ведь не обидитесь на меня.
- Главное, чтобы ты потом четко понимала, как дальше жить, - сказал Саша
- Я постараюсь. Обещаю.
- Барсучок, - на секунду задумавшись, сказала Тина, - кажется, я знаю место, где тебе точно станет легче. Я там тоже в себя приходила.
- Где?
- Поезжай на Наньюань...

***

- Савади Каа, - поздоровалась с поваром девушка. - Тай омлет, плииз, - она показала на мелко нарезанный помидор и ветчину, объясняя, с чем бы ей хотелось тот самый омлет.
Таечка кивнула. Улыбнувшись ей, Мила взяла пустую тарелку и пошла вдоль шведского стола. Так и не решив, что еще ей хочется съесть, она направилась к столику, за которым очень любила сидеть.
Села и посмотрела вдаль. С этого места был невероятно красивый вид на океан и часть острова. А если сесть спиной, то появлялось ощущение, что ты попал в пещеру, в которой навалены груды камней невероятной формы.

Барсукова уже пятый день жила на острове, который совершенно очаровал ее и влюбил в себя. Здесь не было толпы туристов, за исключение нескольких часов в день, когда привозили экскурсии. Вечером на острове оставались немногочисленные постояльцы. Мила любила это время. Она гуляла по песчаной полосе, которая соединяла две части острова и мечтала остаться здесь навсегда. Ей нравилась эта безлюдность. Появлялось ощущение, что она находится далеко-далеко, там, где заканчивается земля, и небо смешивается с морем в бескрайний коктейль.
В голове тут же закрутилась песня "Пикника". Песня, которая очень подходила этому острову.
Там, на самом на краю Земли,
В небывалой голубой дали,
Внемля звукам небывалых слов,
Сладко-сладко замирает кровь.

- Мисс, омлет! - оторвал ее от мыслей голос. Повар, протягивая тарелку, махала ей рукой.
- Капун каа, - поблагодарила девушка и, взяв тарелку, вернулась на свое место. Она задумчиво отщипнула вилкой кусочек омлета, посмотрела на него и осторожно, чтобы не обжечься, положила в рот. Внезапно запел и запрыгал по столу телефон. Девушка вздрогнула и судорожно проглотив еду, ответила на звонок:
- Алё.
- Приятного аппетита, - услышала она голос брата.
- Спасибо, - улыбнулась девушка. - Санька, вот скажи мне, как ты умудряешься позвонить, когда я ем?
- Я как голод чувствую, так сразу думаю, надо зайцу позвонить, она как раз что-нибудь хомячит, - рассмеялся брат. - Так что, перезвонить? Или уделишь мне пару минут?
- Давай поболтаем. Мой омлет никуда от меня не сбежит.
- Как ты там? Слышу, голос бодренький.
- За последние пять дней ничего не изменилось: море все такое же теплое, песок такой же белый, а солнце все так же нещадно палит.
- Ты мне лучше скажи, как твое настроение?
- Ну... - Мила задумалась, - я поняла, что ну ее эту любовь. Не хочу... От нее только одни проблемы.
- О как. И что теперь?
- Да ничего. Вот думаю, может, тут остаться. Вчера с девушкой-англичанкой познакомилась, она днем дайвингом занимается, а по вечерам книгу пишет. Мне нравится такой расклад.
- Книжки писать? - хихикнул брат. – Где ты, а где сочинения, - веселился он.
- Не, не, книжки – это не мое. Я бы тут осталась, на веки вечные, - Мила поймала себя на мысли, что если б брат был рядом, она показала бы язык.
- Забавно.
- Ну, да... Наверное. Хотя я понимаю, что пока со всеми проблемами не разберусь, не будет мне покоя. И даже этот остров не спасет меня.
- Это правильно. К тому же Фай сильно переживает. Да и мы с Тинусей скучаем.
- Потерпите, скоро приеду.
- Терпим, куда мы от тебя денемся. Ладно, заяц, я собрался тут в магазин, хочу ужин забацать. Рад был тебя слышать. Давай уж поскорее возвращайся. Мы очень ждем.
- Тинуле привет. Люблю вас. Цем-цем.
- Пока.


Позавтракав, Барсукова пошла на пляж. По дороге она встретила новую знакомую Джейн. Перекинувшись с ней парой фраз и договорившись вечером устроить посиделки с ней и ее друзьями, Мила пошла дальше. Бросив на шезлонг вещи, нацепила очки для плаванья и вбежала в воду. Проведя рукой по поверхности и разгоняя стайку рыб, которые крутились вокруг в надежде, что их покормят, девушка взмахнула руками и нырнула. Рыбки тут же «разлетелись» в стороны, а потом с любопытством рванули за Милой.
Вынырнув достаточно далеко от берега, Барсукова сделала глубокий вдох и, глядя на проплывающие облака, легла на воду.
«Мне всего двадцать три года, а я чувствую себя взрослой теткой, - промелькнуло в голове у девушки. – Не хочу так. Хочу вернуться в свое детство. Взрослая жизнь явно не для меня».
Она еще немного полежала на воде, размышляя о том, как несправедливо с ней обошлась судьба, а потом медленно поплыла обратно к берегу.

- Май Тай, плиз, - сказала Барсукова бармену и улыбнулась. Этого симпатичного парня она увидела впервые и не могла не заметить насколько он обаятелен.
Молодой таец, улыбнувшись ей в ответ, взял красивый бокал и начал смешивать коктейль. Он медленно наливал напитки, чтобы не смешивались слои, при этом заинтересовано поглядывая на Милу. А она, как завороженная, смотрела на его руки, пальцы, которые ловко управлялись со своей работой.
- Мисс, Май Тай, - бармен поставил перед ней бокал. А через несколько секунд протянул руку, в которой была веточка орхидеи.
Смутившись, Мила все-таки взяла цветок, отломила один и заложила за ухо. Лицо парня засветилось от радости. Он хотел что-то сказать, но его окликнули, и он отошел принимать заказ.
Девушка невольно наблюдала за ним. Он был красив до невозможности.
Наблюдая за тайцем, Мила допила коктейль и отодвинула стакан.
"Поплавать, что ли?" - подумала она и потянулась, глядя на море. Но тут перед ней возник бокал с голубым коктейлем и кусочком арбуза. Девушка удивленно посмотрела на бармена. Он закивал головой и пододвинул бокал к ней.
- Фо ю. Фром ми. Ноу мани.
- Капун каа, - сказал Мила. Сегодняшний день ей определенно начинал нравится.
- Кап, - отозвался он ей в ответ и слегка склонил голову.
После третьего коктейля, да еще и на жаре, Мила почувствовала, что захмелела. Она незаметно отключилась от всех проблем, размышляя лишь о том, что делать, если этот милый парень пригласит ее провести с ним время.

Мимо острова проплыл катамаран. Его звук сбил ее с романтических мыслей. Она прикрыла глаза, пытаясь собрать себя, как говорится, в кучу и начала отчитывать: " Вот оно мне надо? Новые приключения на свои вторые девяносто. Мало мне было приключений?»
Возможно и не стоило идти на поводу у сиюминутных чувств, но легкий флирт мог отвлечь ее от проблем.
- Мила, - откуда-то из звенящей пустоты выплыл голос. Девушка удивленно посмотрела на бокал, думая, что у нее на почве опьянения слуховая галлюцинация.
- Мила, - голос явно не хотел отпускать ее.
- Мисс, - обратился к ней бармен. Она посмотрела на него слегка шальным взглядом. Он кивнул куда-то за ее спину. Ухмыльнувшись и пожав плечами, мол, кто там, она повернулась со словами:
- Ну, что еще?
И тут она увидела того, кому принадлежал этот голос, и тут же, зажмурившись, замотала головой.
- Этого не может быть, этого не может быть, - бормотала она, пытаясь отогнать наваждение.
Убедив себя, что это так и пить надо меньше, она решительно открыла глаза. Но тот, кому принадлежал голос, тот, от которого она убегала все это время, стоял, бросив рюкзак на песок, и смотрел на нее. Уставший, не выспавшийся, осунувшийся, но совершенно счастливый.
- Нет… Нет... Нет... - он опять замотала головой Мила.
- Это я, Барсучок...- тихо сказал он и сделал к ней шаг.
Опрокинув бокал, она помахала перед своим лицом рукой, пытаясь отогнать наваждение. Ей все еще казалось, что стоящий перед ней Роман - это пьяный мираж. Люди вокруг притихли и замерли, с любопытством ожидая развязки событий.
- Как же я долго тебя искал, - сказал он.
Миле казалось, что она сходит с ума. Спрыгнув с барного стула, она попятилась от Романа, а потом, взвизгнув, бросилась прочь. Она бежала по песчаной полосе вдоль берега к той части острова, где был ее номер. Роман бежал за ней следом.
- Стой, сумасшедшая! Давай поговорим!
Но Мила только ускорилась. Бежать было сложно - ноги вязли в песке. Она падала, обдирая кожу о мелкие ракушки, тут же поднималась и снова бежала. Разорванное парео развевалось позади нее ярким парусом. Кровоточащие ссадины болели, но девушка не обращала на это внимание. Сама не ожидая от себя такой прыти, она буквально взлетела по крутым ступенькам вверх и, открыв трясущимися руками дверь, ввалилась в номер. Тяжело дыша, она закрыла дверь и, устало опустившись на пол, заплакала…
- Мила, - послышалось за дверью, - Барсучок ты мой любимый, - в его голосе было столько нежности, что сердце девушки рвалось на части, - открой дверь, давай поговорим.
- Уходи! – рыдая сказала Мила. – Не хочу тебя видеть.
- Послушай, я знаю, ты думаешь, что у меня есть жена и ребенок. Но это не так. Ты видела мою сестру.
Это было последнее, что слышала девушка. От перенапряжения и духоты в домике ей стало плохо. В глазах потемнело, зазвенело в ушах, и она пластом упала на пол, хватая ртом воздух, как выброшенная на берег рыба.
- Ро-маааа! – из последних сил выкрикнула девушка.
Ее тело отказывалось ей повиноваться. Звон в ушах все усиливался. А в голове пульсировало, причиняя боль: «Сестру… Сестру… Сестру». И девушка провалилась в темноту.

- Ммм, - застонала Мила, пытаясь увернуться от неприятного запаха. Но запах все еще преследовал ее. Голова медленно переставала гудеть и напоминать чугунный колокол. Темнота отступала. Девушка тяжело выдохнула, разлепила глаза и с удивлением уставилась на людей, собравшихся вокруг нее: Роман, на руках которого она лежала, Джейн с пузырьком нашатыря в руках, бармен и еще какой-то работник отеля.
- Как ты себя чувствуешь? – спросил Роман, бережно прижимая ее к себе.
- Ты все-таки реальный… - не спрашивая, а скорее убеждая себя, сказала она.
- Куда уж реальнее, - улыбнулся Роман и обвел взглядом присутствующих. – Вон сколько свидетелей тут собралось. Правда, они прибежали спасать тебя от меня.
- Ю а окей? – спросила Джейн.
А таец-бармен заботливо протянул бутылку холодной воды, недовольно поглядывая на Романа.
- Йес, - кивнула Мила, выпила немного, а остатки вылила себе на голову.
Она попыталась сесть, но от слабости ее все еще слегка покачивало. И Роман нежно поддержал ее. Девушка даже не пыталась сопротивляться. У нее совершенно не было на это ни сил, ни желания.
Джейн, и работники отеля все еще недоверчиво поглядывали на парня.
- You know this men? – спросила Джейн, косясь на Романа.
- Yes, - Мила устало кивнула.
- OK, - Джейн сделала вид, что ей все понятно, хотя на самом деле ее все еще раздирало любопытство: кто такой этот парень, из-за которого на тихом тайском острове случилось столько шума.
Но Мила больше ничего не собиралась объяснять. В ее голове был хаос из мыслей. И эти самые мысли в первую очередь надо было ей самой привести в порядок, а уж потом пытаться что-то объяснить другим.
- Everything is good, Jane. This is my boyfriend. You can go.
Все еще недоверчиво глядя на молодого человека, Джейн кивнула тайцам. Переглянувшись, они все ушли, оставив молодых людей одних.
В домике повисла тишина. Каждый пытался подобрать слова, чтобы начать разговор. Мила, понимая собственную глупость из-за которой так пострадала, начала опять всхлипывать.
Роман прижал ее к себе еще крепче и прошептал, целуя в волосы:
- Все хорошо… Теперь все будет хорошо…
Но Мила покачала головой и нехотя выбралась из его теплых рук:
- Я… - она всхлипнула, - я идиотка… - она наконец-то заставила посмотреть себя в его глаза. – Мне нет прощения, - она отодвинулась.
Роман потянулся к ней, но она, вздрогнув, попятилась назад, забившись в самый угол.
- Ребенок… Его не будет… Я… Я…
Слезы хлынули градом из ее глаз. Молодой человек, несмотря на ее протесты, обнял ее опять. Он понимал, что ей надо выплеснуть из себя всю эту боль, и ждал. Когда ее рыдания стали тише, он тихо начал говорить:
- Я все знаю, - он нежно целовал ее лицо, собирая слезы слезинку за слезинкой. Когда она перестала плакать, притянул к себе и, покачивая из стороны в стороны, словно убаюкивая, продолжил:
- Моя командировка подошла к концу. Аэропорты, перелеты. От нетерпения я не находил себе места. Но, несмотря на усталость, я хотел поскорее увидеть тебя и обнять. Дозвониться у меня не получалось. Бросив вещи в коридоре, я тут же собрался на вокзал, как вдруг мне на глаза попались ключи, которые я тебе дал. Помнишь, ты еще к ним брелок с котиком прицепила, вот я их и признал. У меня внутри все похолодело. Я понял, что ты была в квартире. Но почему ты не осталась в ней? Этот вопрос не давал покоя. Сестра моя тоже ничего не понимала. Она даже не знала, что ты заходила.
- Я…
- Потом, все потом, - Роман не дал Миле заговорить. – Ты сначала выслушай.
Девушка кивнула и, сама не замечая, поудобнее устроилась в его руках. Рядом с ним ей было хорошо и уютно. Боль отступала.
- Я снова и снова набирал твой номер, но вежливая «тетенька» неустанно сообщала мне, что такого номера не существует. Позвонил Саше, но тот меня послал с обещанием «начистить морду». Больше он на звонки не отвечал. Я ничего не понимал. Мне казалось, что я схожу с ума. Вроде как все что-то про меня знают, а я один ничего не понимаю, - молодой человек криво ухмыльнулся. - Оставался еще один номер, который меня связывал с тобой – Серегин. Но и он не отвечал на мои звонки. От общих знакомых я узнал, что его нет в городе, и появится он только в декабре... Я не знал больше ничьих телефонов, не знал твоего домашнего адреса. Мне оставалось только ждать, когда Серега вернется домой. Это были самые долгие месяцы в моей жизни… В начале декабря мне позвонил товарищ, который сообщил, что Мартын вернулся, и я тут же рванул в Москву. Увидев меня, Серый молча съездил мне по физиономии, а потом спросил, какого черта я приперся.

***

- Привет, - вытирая кровь с разбитой скулы, сказал Роман.
- Ну, привет, - Серега зло посмотрел на него, облокотившись о косяк. – Чего тебе?
- Может, впустишь? Поговорить надо.
- Поговорить, значит? – едко отозвался Сергей. – Ну, проходи, - он отступил, пропуская бывшего друга в квартиру.
Рома прошел на кухню, поставив на стол бутылку водки.
- Видать разговор обещает быть серьезным. Ну, ну. Рюмки там, - махнул рукой Сергей в сторону шкафчика, а сам достал из холодильника баночку маслин и соленые огурцы. Налил, выпили.
- Выкладывай, зачем пожаловал.
- Я ищу Милу.
- Интересно, - Сергей налил еще по одной, опять выпили. – Ты ничего не путаешь? Это я ее у тебя должен искать, а не ты у меня.
- Помоги мне, пожалуйста, в память о нашей дружбе. Я знаю, что виноват перед тобой. Но… - Роман поднес рюмку ко рту и выпил. – Ты ж понимаешь, что это жизнь. И никогда не знаешь, что тебя и где шарахнет, - он взъерошил волосы. – Я люблю, Серый. Так люблю… А она исчезла. И жизнь без нее резко потеряла смысл…
- Избавь меня от своей душераздирающей истории. Мне достаточно того, что я уже знаю, - Сергей хоть и внешне был спокоен, но внутри бушевала ярость. – Когда Мила ушла, думал, что буду ненавидеть тебя всю жизнь, а при встрече живого места на тебе не оставлю. Но Саня вправил мне мозги, - очередная порция водки пропала в организме молодых людей. – Если честно, я тебя прекрасно понимаю. Она ведь такая классная. И у вас очень много общего. Это было видно с первого дня вашего знакомства. Я даже всегда завидовал тому, как вы часами могли говорить, не замечая никого вокруг.... М-да... Только вот почему она исчезла? От такой любви просто так не бегут.
- Я б и сам хотел знать, ПОЧЕМУ? - и Рома рассказал, все что знал. А потом добавил:
- Такое ощущение, что я в чем-то виноват. Знал бы в чем, давно бы все исправил... А так, - они опять выпили.
- Я не знаю, где Мила, но точно знаю, кто может помочь. Иди к брату. Правда, боюсь, убедить его будет непросто. Он за Милку порвет любого.
- Да я б пошел, только по телефону он со мной не разговаривает, а где они живут, я не знаю. Может, подскажешь? Мы ведь всегда помогали друг другу.
- Помогали, пока ты у меня девушку не увел, - Сергей пристально посмотрел на Рому. – Да, Герыч, смотрю тебя колбасит не по-детски, - он взял блокнот, написал адрес и, выдернув страничку, протянул другу. – Держи. Только сегодня не ходи. Лучше завтра, на свежую голову.
- Спасибо тебе.
- Не за что.
- Я про то, что ты все-таки остался мне другом, - Рома протянул руку.
- Мы ведь столько лет дружим. А Мила... Раз она выбрала тебя - значит, так надо, - Сергей пожал протянутую руку. – Но учти, если сделаешь ее несчастной, найду и закопаю. Живьем!

***
- Брат твой оказался таким же гостеприимным, как и Серега. Сдержав обещание и съездив мне по лицу, он потом все-таки пустил меня в квартиру, поинтересовавшись, какого лешего я сюда заявился, - ухмыльнувшись, продолжал Рома. – Но объяснить я не успел. Он огорошил тем, что у меня, оказывается, есть жена. Я ожидал чего угодно, только не этого. Видимо на моем лице было столько удивления, что Саня, не задумываясь, поверил в то, что юная девушка в питерской квартире - это моя младшая сестра.
- Сестра, - эхом отозвалась Мила.
- Ну да. Сестра, любимая. Когда наш папа погиб я ей стал вместо отца.
- Но, - Мила сморщилась, вспоминая, - но она сказала, что ты станешь папой. Вот я и подумала… - голос девушки слабел от волнения с каждой секундой. Воспоминания были слишком болезненными.
- Ромка, милый, еще чуть-чуть и станешь папой - вот так она сказала. Или почти так. Я уж точнее не вспомню. Я как про Рому услышала, так у меня внутри все и ухнуло вниз
- Хочешь, я тебе открою тайну? – молодой человек хитро посмотрел на нее и, наклонившись, чмокнул в нос. – Я не единственный Роман в мире, - он подмигнул ей. – У моей сестренки парень, а нынче уже и муж, Рома. У нас теперь прям как в том кино - кричат Рома, и отзываемся вдвоем. Я Лорика подкалываю, что надо бы и ребенка будет Ромкой назвать, ну чтобы окончательно запутаться. Знаешь, за что я себя ругаю? - Мила отрицательно покачала головой. - За то, что все так быстро закрутилось, и я не успел тебя рассказать про сестру. Если б ты знала про Лорика, то этого бы не случилось. А так... Но знаешь, я даже предположить не мог, что Лорик приедет. Но у нее обстоятельства, видите ли. Она у меня от мамы пряталась. Надавать бы по задницам этим «обстоятельствам», - сказал Роман. Мила посмотрела на него, понимая, что он говорит это с любовью.
- Сестра… А я, дура, сгоряча столько всего натворила.
- Эй, ты только не вздумай мне снова в обморок грохнуться! – заволновался Рома, видя, как побледнела девушка. – Может тебе водички?
Мила кивнула.
- Солнышко, давай договоримся – все плохое осталось в прошлом. Я тут, рядом. И вроде как мы во всем разобрались. Так?
- Не совсем…- девушка собралась с духом. - Я ведь… - из ее глаз опять брызнули слезы. – В больнице сказали, что ничего… Не смогли остановить… - слова перемешивались с рыданиями.
Роман обнял ее, прижался губами к ее волосам и прошептал:
- Не надо. Я же сказал, что все знаю. У нас с твоим братом был очень долгий и плодотворный разговор.
- Знаю я его плодотворные разговоры, когда дело касается меня. Сильно тебя Санька приложил?
Мила посмотрела на Романа, словно пытаясь разглядеть место удара. Каково же было ее удивление, когда она увидела ссадину на его лице. Она протянула руку и осторожно прикоснулась к лицу Романа.
- Это что, до сих пор не прошло?
- Хм, - ухмыльнулся он. – Это уже в третий раз мне съездили по физиономии. На этот раз Фай. Знаешь, - Роман подмигнул девушке, - становится доброй традицией поколачивать меня из-за любви к тебе. Кстати, несмотря на то, что Фай кажется худеньким, рука у него тяжелая.
- Я ничего не понимаю, - Мила тряхнула головой. – Фая-то ты где нашел?
- У Тины дома.
- Стоп, - Мила тряхнула головой. – У меня голова кругом. Санька, Тина, Фай…
- Объясняю еще раз. С Сашей я встречался в Москве, на следующий день после разговора с Серегой. Встреча прошла в теплой дружеской обстановке с холодным компрессом на лице и коньяком в рюмке. С Фаем и Тиной познакомился уже в Бангкоке, когда приехал после Сашкиного звонка. Тоже душевно так встретились.
- Блин, так Санька приехал разведать обстановку? - Мила прищурилась. - И ни разу не проговорился?
- Ну, он пытался понять, что ты чувствуешь. Потому как я сразу хотел лететь к тебе, но он не пустил, сказав, что прошло время и твое отношение ко мне могло измениться.
- Хммм...
- Так вот, Саша улетел, потом позвонил первого января. Сказал, чтоб я мчался в аэропорт. И вот я здесь...
- Прости, - Мила встала с кровати и вышла на веранду. Ей вдруг перестало хватать воздуха.
- Не понял, - пошел за ней следом Роман.
- За бардак, который я устроила, - она повернулась к нему и нежно провела кончиками пальцев по щеке.- За то, что тебе досталось из-за меня.
- Ну, всякое в жизни бывает. Главное, что я все-таки нашел тебя снова. И поверь мне, теперь я тебя точно от себя не отпущу. А это, - он ткнул в ссадину на скуле, - мелочи жизни, - он гордо выпятил грудь вперед, - будем считать, что я, как в первобытные времена, выиграл тебя в поединке. Теперь ты – моя женщина! – и он постучал себя кулаками в грудь, издав победный клич. Судя по всему, эта была его версия первобытного мужчины.
Мила, глядя на него, впервые за несколько часов рассмеялась.
Ей стало легко и спокойно. Жизнь вновь приобрела краски …

День умирал, цепляясь за горизонт облаками. Но у ночи были свои планы. Она затолкала солнце за край Земли и зажгла на небе Луну и звезды. Треск цикад и звук крыльев ночных птиц разбавляли тишину романтическими нотками. Где-то там внизу, в ресторане у побережья, играла музыка. А здесь, на веранде небольшого домика, сидели, прижавшись друг к другу, двое. Проговорив целый день, сейчас они сидели и смотрели на небо, на уползающее за горизонт солнце. Они были влюблены, они были счастливы. Очередной кусочек мозаики их совместной судьбы упал в нужное место. Все сложилось так, как должно было быть, хотя не вся картинка еще была собрана. Но для этого у них впереди еще целая жизнь.
--------------
использованы слова из песни гр. Пикник" - "Там на самом на краю Земли"


Рецензии