Позывной Черная смерть. Глава II. II

Сработал электронный замок. В кабинет, в сопровождении Сото, прихрамывая на левую ногу, вошел человек лет сорока в синем костюме и бледно-желтой водолазке. Он протянул Кире руку и представился:
– Доктор Расмус Бирк. Добро пожаловать в мое убежище.
Наконец-то она смогла разглядеть его как следует.  Приятная наружность, трехдневная щетина и тяжело спадающая по обе стороны лба челка. В темно-русых волосах серебрилась седина. Под очками в черной оправе выразительные глаза. Сегодня они были холодны. Его можно было назвать красивым, пока он не повернулся к ней вполоборота, приглашая сесть в кресло. В профиль его лицо напоминало полумесяц, так сильно выступали вперед лоб и подбородок с ямочкой.
– Это вы меня простите, приехала к вам без предварительного звонка, – с несвойственной ей любезностью ответила Кира и протянула ему руку.
Рукопожатие получилось крепким и долгим, как будто они были противниками на ринге и перед поединком хотели помериться силами. Его рука была горячей и жесткой. Цепкие пружинистые пальцы обвились вокруг ее ладони и не собирались ослаблять хватку. Она подняла на него удивленные глаза и почувствовала исходящую от него неприязнь. Внимательно разглядывая свою гостью, доктор продолжал ритмично пожимать ей руку, следя за ее реакцией. Казалось, его абсолютно не заботило, что она о нем подумает. Она тоже не собиралась ему уступать и в унисон сжимала его ладонь. Через минуту его лицо скривилось в маниакальной ухмылке, от которой у Киры по коже пробежали мурашки. Она резко одернула руку и села в предложенное кресло.
– Шеф объяснил вам суть совместной работы?
– В общих чертах, – растерянно отозвалась Кира.
– Ясно. Уж не знаю, по какой причине Андрон поручил вам эту работу, но уважаю его решение и вынужден смириться. – Он опустился в соседнее кресло, выставил перед собой трость и накрыл хромированный набалдашник в виде черепа двумя ладонями. – Вы будете вхожи в мой дом, а здесь действуют свои правила: ни при каких обстоятельствах не следует говорить о деле с посторонними. Только мы с Сото можем выслушать ваши пожелания или предположения. Вы и мой помощник будете на постоянной связи. Для составления профиля я могу затребовать у вас любой материал, а вы должны предоставить его в кратчайший срок или переслать по защищенному каналу. Подчеркиваю: любой материал.
Кира фыркнула и, не сводя насмешливого взгляда с консультанта, спросила:
– А если такой информации у меня не будет?
– Подключите своего шефа, – надменно прошипел Бирк.
Майора раздражала заносчивость и самоуверенность доктора, она смотрела на него с недоверием, надеясь, что это их первая и последняя встреча.
– Убойный отдел к расследованию вас не допустит, – Бирк вздернул подбородок. – Я не уверен, что профиль, который я им предоставлю, будет принят всерьез, скорее всего, его положат в папку и забудут. Хороший психолог-криминалист – большая редкость. В России пока не научились работать с профайлерами. Но и здесь прогресс не стоит на месте. Еще год назад трудно было представить создание подобного отдела в Следственном управлении.
Кира была не согласна с доктором, но решила промолчать.
– В отличие от других стран, в России пока нет вузов, в которых готовят профайлеров. Поэтому можно сказать, что вы не компетентны в новом ремесле, – он заметил, как блеснули ее глаза и улыбнулся. – Мы с Сото будем вести свое собственное расследование и делиться с группой его результатами, но только теми, что будут иметь доказательную базу. А ваш шеф и, конечно же, вы будете посвящены во все детали нашего расследования.
Еще час назад Кира думала, что ее практически  вытеснили из группы, а выходит, она оказалась в эпицентре двойной игры. Бирк будет вести свое расследование? Да кто ж ему позволит? Она мысленно хмыкнула и представила, что будет с Лимоновым, если Ткаченко, который всеми силами пытается выжать его из Управления, узнает про намерения Бирка.
Доктор сделал еле заметный жест, его помощник нажал на кнопку пульта управления. На противоположной стене включились плазменные экраны, замелькали фотографии. Кира сразу узнала спальню Богатыревых. Она хотела высказать свои предположения, но в этот момент Сото нажал несколько кнопок на другом пульте, и стол загорелся голубым свечением.
– Я просмотрел вчера видео, мое внимание привлекла спальня. Что вы можете сказать о действиях убийцы?
Кире показалось, что ее тестируют. Доктор уж точно имел свои соображения на этот счет, так уверенно и надменно он держался.
– Ну же, сосредоточьтесь на деле. Мне нужно, чтобы вы внимательно посмотрели на этот кадр, – раздраженно сказал Бирк, поднялся с кресла и подошел к экрану.
Кира машинально кивнула, но выполнить его просьбу было совсем не просто. Сквозь голубое свечение, как по волшебству, появилась голограмма двухэтажного дома Богатыревых. Сото ловко управлял изображением, сначала провернул, демонстрируя дом со всех сторон, затем появились две красные точки, одна в подвале, где были убиты жертвы, а другая в спальне. С большим трудом Кира отвела взгляд от голограммы и снова посмотрела на экран монитора.
– Спальня была единственной комнатой, которую он обезобразил. Он мочился на кровать и обмазал стены кровью жертв, из чего можно сделать вывод, что имел претензии к Богатыреву или его жене, тем более, что ей досталось больше всех. Если учесть, что Богатырев украл миллионы у вкладчиков банка, легко предположить, что кто-то из них мог озлобиться и отомстить. Но я бы не стала исключать и тот факт, что до замужества жена Богатырева была актрисой, на мой взгляд, не особо талантливой, но большой любительницей тусовок. У нее были гражданские браки, громкие неудачные романы и армия поклонников. Среди них мог затесаться психопат с неадекватной реакцией.
– То есть вы склонны верить желтой прессе, а не уликам?
Уголки его рта дернулись, лицо исказилось в жесткой гримасе, а на лице его помощника расползлась довольная ухмылка.
– Меня не удивит, если подобные выводы сделает следователь-новичок, но для аналитика отдела профайлинга это слабовато и даже глупо, – отчеканил доктор, у него задергалось веко на правом глазу. – Задам наводящий вопрос: почему сейчас? Почему с жертвами не расправились раньше?
– Потому что Богатыревы вернулись в Россию год назад, и не все об этом знали, – краснея, ответила Кира. – Пострадавший от банковских махинаций Максима Богатырева мог затаить злобу и ждать. Нужно вооружиться списком клиентов банка и проштудировать фамилию за фамилией.
– Опять вы за свое, – с сарказмом отреагировал Бирк. – Если верить газетенкам, которыми вы обложились в машине...
Кира насторожилась, похоже, пока она сидела в кабинете, доктор прогулялся до гаража и осмотрел ее автомобиль.
– ...Богатырев был чуть ли не самым главным подозреваемым в деле о мошенничестве. Но мы-то знаем, что это не так. Скорее он был подчиненным, выполняющим указания управляющего банком. Почему злость распространилась только на директора по развитию? Почему не обрушить возмездие на управляющего, который и был виновен в отмывании денег и банкротстве?
– В последний год перед банкротством Богатырев был председателем кредитного комитета, – не сдавалась Кира. – Он лично подписывал выдачу крупных займов физическим и юридическим лицам, а так же отказы.
– Какая же вы упрямая! – воскликнул Бирк. – Тогда следующий вопрос: почему убивали так зверски? И почему всю семью? Если зуб у убийцы был на Богатырева, почему больше всех досталось его жене? Ведь муж был уже мертв, когда с нее живьем сдирали кожу. Откуда такая жестокость? Culpa poena par esto .
Кира потупила взгляд и задумалась, но тут же нашлась:
– И мы возвращаемся ко второй моей версии. Отвергнутый любовник. Вы так не думаете?
– Нет, – резко бросил Бирк, его лицо снова ожесточилось. – Я так не думаю, но, чтобы работать с вами дальше, мне важно понять, как мыслите вы и почему делаете подобные выводы.
– И все же моя версия такова: мы имеем дело с обиженным дольщиком или с тем, кому отказали в кредите, что повлекло за собой последствия. Возможно, убийца лишился из-за этого семьи. Он считал жену предательницей, поэтому выместил на жене Богатырева свой гнев.
– Повторюсь: тогда он бы не стал убивать детей. Насколько я понял, вы не слушали моих выводов на месте преступления.
– Я слушала, но не согласна с ними.
Пока они кидали друг в друга реплики, как мячики пинг-понга, Сото пристально следил за мимикой своего патрона. Когда напряжение достигло допустимого предела, он вмешался в разговор.
– Вы должны мыслить шире, – спокойно сказал он Кире и многозначительно посмотрел на Бирка.
Тот понял намек и перестал ухмыляться. Вернулся в кресло, выставил вперед трость и принял прежнее положение рук. Теперь его голос зазвучал размеренно.
– Чтобы понять действия убийцы, нужно учитывать три фактора. Первое – орудие убийства. Второе – мотив. Я говорю об истинном мотиве, а не о той глупости, которая пришла вам и вашим коллегам в голову. И третье – куда делась шестая жертва? Или был сообщник?
– Нет никакого основания, думать, что в комнате была шестая жертва.
Бирк расплылся в самодовольной улыбке, словно только что все внешние раздражители вмиг улетучились.
Сото вывел на экран несколько фотографий, где был запечатлен подвал с разных ракурсов. Бирк показал лазерной указкой на угол стены и сказал:
– Кусок стены абсолютно чист. Вы должны были это заметить с самого начала. Единственное место в подвале, на котором нет следов крови, потому что там, на протяжении всего времени, сидел кто-то, кто наблюдал за казнью, а после встал и вышел за убийцей. Сначала я подумал, что там могла сидеть собака, поэтому ничего не сказал о шестой жертве. Вчера мы с Сото провели реконструкцию.
Помощник вывел графическое изображение на экран, Кира увидела контур силуэта, который могла оставить собака крупного размера.
– Это очертания взрослого ротвейлера, – пояснил Сото. Рядом появилась вторая картинка, – а это единственное чистое пятно на стене.
Очертания собаки и след на стене с места преступления не совпадали. По контуру, который обвел Сото, можно было предположить, что в подвале был либо взрослый человек с хрупким телосложением, либо подросток. Между бровями Киры залегла глубокая складка, она скрестила руки на груди и задумалась.
– Так сообщник или жертва?
– На этот вопрос и предстоит ответить, – опережая босса, отозвался Сото и вывел на экран еще несколько фотографий.
Это был крупный план ранений всех жертв.
– Теперь об орудии убийства, – продолжил Сото. – Обратите внимание на характер повреждений. Такие раны оставляет мачете.
– Мачете? – удивленно переспросила Кира.
На экране появилась новая серия фотографий. Это были разрубленные чернокожие тела. На земле, в грязи лежали матери с мертвыми младенцами на руках, истерзанные старики и дети школьного возраста. Разглядев фотографии, Кира неосознанно прикрыла рот рукой. Зрелище было жуткое. Создавалось впечатление, что детей уничтожали намеренно, чтобы, искоренить племя на корню.
– Это Руанда. 1994 год. Геноцид племени тутси. Посмотрите, какие схожие раны у этих людей с нашими жертвами. Вам не кажется странным такой выбор орудия для вашей страны?
По заданному вопросу Кира поняла, что Бирк не является гражданином России. Видимо, из-за этого возникли разногласия между полковником Лимоновым и заместителем начальника Следственного управления Ткаченко. Как удалось Лимонову утвердить Бирка консультантом? – вот в чем была загадка. И похлеще выбора оружия убийства. Немыслимо даже представить, чтобы гражданин другой страны мог появиться на месте преступления, снимать свой собственный видеоматериал и составлять профиль убийцы, по которому официальные органы будут вести дальнейший поиск преступника. А недавние слова Бирка о том, что он собирается вести собственное расследование, сейчас для Киры были просто блефом.
– Случись такое убийство в Африке или Южной Америке, это не вызвало бы никакого удивления, но в России... да еще с таким характером ранений... – Бирк постучал три раза тростью о пол, – это нонсенс.
– Убийцу следует искать среди наемников, побывавших в горячих точках в Африке, Латинской Америке или в Юго-Восточной Азии, – пояснил Сото.
– Я бы сконцентрировался на Африке, – добавил Бирк и посмотрел на часы. – К сожалению, больше времени я вам уделить не могу. Сото передаст вам мой предварительный профиль. Жду вас завтра в два часа.

†††
К обеду конференц-зал, где проводились опросы свидетелей по нашумевшему делу, пропитался сигаретным дымом и стойким запахом пота. Громов распахнул окно.
В дверь робко постучали, на пороге появилась молодая хрупкая женщина с длинными кудрявыми волосами. С первого взгляда было понятно, что она находится на третьем триместре беременности.
– Э-э-э, меня зовут Людмила Ширяева, – почти детским голоском представилась женщина. – Меня направили к вам.
Женщина была сильно взволнована и выглядела беззащитной. Глядя на ее хрупкое телосложение, невозможно было поверить, что она способна выносить ребенка.
– Проходите, пожалуйста, – тут же отозвался Громов.
Оба следователя засуетились. Громов закрыл окно и выбросил окурки из пепельницы. Токарев помог свидетельнице снять полупальто просторного покроя и придвинул кресло. Когда она села, спросил:
– Скоро вам рожать? – ему не хотелось, чтобы их разговор сразу перешел на тему жестокого убийства.
– Через три недели, но лучше бы завтра. Сил моих больше нет.
– Мы хотели бы поговорить о последних днях Богатыревых, а также о вашей работе на эту семью. Вы ведь были няней их младшей дочери?
– Да. У Ольги была послеродовая депрессия. Она постоянно спала в своей спальне за закрытой дверью. Старшая дочь Ларочка тянулась к ней, но та была холодна. После лечения постепенно оттаяла и стала подпускать к себе детей. Лечение длилось не один месяц. Тогда-то Максим и спутался с этой грымзой... – протараторила Людмила на одном дыхании. Поняла, что проболталась и тут же осеклась.
Следователи переглянулись.
– С какой грымзой? – уточнил Токарев.
– Ну, эта, как ее... Светка, будь она неладна. Хозяйка, как узнала об их шашнях, сразу ее уволила.
– Кто такая Светка? – не отступал Токарев.
– Светка Лапина, она работала у них в коттедже на Рублевке еще до банкротства.
– А сейчас?
– После того как они вернулись, прошел слух, что она начала работать у Максима бухгалтером в новой фирме.
Токарев придвинул к себе папку и открыл список фамилий всех сотрудников фирмы Богатырева. Найдя фамилию Лапиной, он поднял глаза на напарника и еле заметно кивнул.
– Какой из нее бухгалтер? – усмехнулась Ширяева. – Она и образования-то не имела. Три класса и полкоридора. Ольга поначалу-то боролась с ней, а потом плюнула и сама роман закрутила. Нда... дела...
Следователи поняли, что именно эта свидетельница поможет разобраться с закулисьем жизни Богатыревых.
– И с кем же был роман? – спросил Токарев.
– Да с доктором этим... тьфу-ты... фамилию никак не могу запомнить.
– Мадецкий? – подсказал Громов.
– Да! – воскликнула Ширяева и просияла. – Артур. Постоянно крутился возле хозяйки. Особенно после того, как она родила третьего ребенка. Злые языки поговаривали, что он вовсе не от Максима, но это не так, Ольга забеременела еще во Франции.
– Вот как? – удивился Токарев и быстро стал делать пометки в блокноте.
– После появления этого доктора в семье стало тихо, а то скандалили страшно.
– В последнее время в доме появлялись люди, которых вы раньше не видели?
Ширяева на минуту задумалась, затем помотала головой.
– Нет. Не припомню таких. Все было как обычно. Никаких новых знакомств, новых посетителей. К ним после возвращения вообще редко кто заезжал.
– А кто конкретно заезжал в последнюю неделю? – Токарев вооружился списком, предоставленным охранной фирмой.
– Вот так сразу и не припомню, – нахмурилась она.
– А вы постарайтесь, – мягко попросил Громов.
Несколько секунд Ширяева вспоминала, затем начала загибать пальцы и называть фамилии. Токарев сверял их со списком и утвердительно кивал, пока свидетельница не сказала:
– Еще приходил директор охранной фирмы. Начальник Шмелева.
Токарев еще раз проверил список и в недоумении посмотрел на коллегу.
– Вы точно помните, что он приходил? Как его фамилия? – спросил Громов.
– Фамилию не знаю, но Шмелев называл его Антон Петрович. Статный такой мужик, с сединой. Похож на певца одного... которого потом посадили... на Захарова, вот!
– Какого еще Захарова? – не понял Токарев.
– Певец был такой популярный в семидесятые, он еще в фильме «Небесные ласточки» снимался. Вот он и приезжал к ним за день до того как нас всех распустили.
– Певец приезжал? – не понял Токарев.
– Да нет же! Шеф Шмелева.
– Понятно, – Громов кинул на напарника вопрошающий взгляд, мол, включи мозги, повернулся к свидетельнице и спросил: – В какое время он приезжал?
Ширяева вздрогнула и схватилась за живот.
– Ой! Толкнулся! Я уж перепугалась, думала, к врачу ехать надо. Со вчерашнего дня не толкался. Ох! Как распинался-то! – весело воскликнула она, переводя дыхание, и тут же предложила Громову: – Не хотите потрогать?
Тот резко отпрянул и испуганно помотал головой.
– Нет, спасибо! Так во сколько он приезжал?
– Днем. Где-то между двенадцатью и двумя часами. Точно не могу сказать.
– Что он делал, когда приехал?
– Прошел в кабинет Максима. Они там повздорили, а когда шеф Шмелева уходил, был красный как помидор и бурчал что-то под нос. Шмелев и его гвардия при виде начальства вытянулись по струнке, а он все равно нашел, к чему придраться. Сорвался почти на всех. Думал, что контракт Максим расторгнул с его фирмой из-за того, что они плохо работали.
– А это было не так?
Она помотала головой.
– Я сама слышала, как Максим сказал, что это лучшее охранное агентство, которым они когда-либо пользовались.
– А как вы думаете, почему он расторг контракт? – спросил Токарев.
– Этого никто не знал. Хозяйка тоже не понимала. Постоянно спрашивала, что он задумал, но тот как воды в рот набрал. Мне кажется, у него снова финансовые проблемы начались.
– Почему снова? У него что, после банкротства дела пошли в гору?
– Не знаю, – Шмелева пожала плечами. – Просто хозяйка поговаривала, что они скоро переберутся в Монако. А туда без денег никто не поедет.
– И то правда, – отозвался Громов.
– Если вспомните еще что-нибудь, позвоните нам, – попросил Токарев и протянул свидетельнице свою визитку.
Когда Ширяева попрощалась и вышла в коридор, Громов повернулся к коллеге и подытожил:
– У нас две зацепки. Нужно выяснить, кто звонил Максиму Богатыреву и почему Шмелев скрыл приезд своего шефа за день до убийства. Этому Антону Петровичу, должно быть, не нравилось, что такой выгодный клиент, как Богатырев, разрывает контракт.
– Если это была простая рабочая встреча, то зачем ее скрывать? – вторил ему напарник. – Значит, им было что скрывать!
– Надо бы побеседовать с Лапиной и Мадецким.
– Вызову их повесткой.

Скачать роман можно по ссылке:
;https://www.ozon.ru/context/detail/id/150593598/

http://idavydova.ru/
https://www.facebook.com/inessa.davydoff
https://twitter.com/Dinessa1
https://ok.ru/group53106623119470


Рецензии