Ох уж эти её колени

Мой шеф – редкостный гад. Мой шеф из тех, для кого даже смерть, даже собственная не является поводом пропустить работу. Что уж говорить о болезни любимого кота или там землетрясениях. Вообще у нас в офисе есть лишь одна уважительная причина для неявки, и это… дождь. Да, именно, дождь. Мой шеф (как сам говорит) признает в этом мире лишь три вещи. Две из них – деньги и дождь.

Мой шеф едва не Демиург. Из-за него дождь теперь все сотрудники обожают. Так не всегда было, кстати. Однажды на совещании, года три назад, один из руководителей какого-то отдела ляпнул, мол, снова этот дождь, сколько можно, достал. Ну и всё в таком роде. Вообще говоря, подозреваю, так многие из присутствующих там желали поступить. Понимаете, начальник страшно внимательный тип, рядом с ним и за мыслями лучше бы следить, особенно когда не в духе. И мы следим. Он слушает каждое слово, буквально каждое, мне рассказывали истории, как он может припомнить какую-то мелочь из речи собеседника через десять лет, например. То есть ты что-то сказал и тут же забыл естественно, как все нормальные люди. Потом женился, развелся, сменил три машины, квартиру, облысел, снова женился, снова дело идет к разводу (и это не считая ящиков выпитого пива, количества объезженных городов и оплаченных чеков). И тут внезапно тебе в подробностях и дословно пересказывают беседу десятилетней давности. Причем свои слова этот гад запоминает с не меньшим усердием, не иначе как дьявол.

Так вот, шеф тогда пялился в окно, было ясно, что перестал слушать, выглядел как-то странно. Руководитель отдела решил, что озвучит мысли начальника. Верный способ подлизаться, однако мысли шефа (по крайней мере, по поводу дождя) оказались не общепринятыми. Все присутствующие на совещании узнали, что гад наш редкостный, оказывается, без ума от дождя, просто преданный ему. Руководителя отдела уволили. Настолько хладнокровно, что уж лучше бы гад орал. Я и сам, признаться, хотел тогда уволиться, это был всего лишь мой второй рабочий день, и так одна напряжёнка, а тут ещё эта фигня с дождем. Короче, отвлекся, перестал следить за происходящим. Очнулся на словах «Да дождь настолько… настолько… что я даже выходные вам в дождь готов давать!» Да, мой начальник не из красноречивых. И все думали, что пошутил. А когда до нас, и конкретно меня дошло, что нет, я передумал уходить. Дожди у нас в городе не то чтобы явление привычное, но парочка-тройка халявных выходных в месяц точно гарантирована. И мы все полюбили дождь. И я полюбил дождь. А совсем скоро к нам пришла Светка, я полюбил её колени и больше не размышлял о другой работе. Да и об этой тоже практически перестал. И вообще почти обо всём. Ох уж эти её колени…

Третья вещь, которую шеф признает (помимо денег и дождя) – снегопад. Тоже весьма неожиданное открытие. Но поскольку никаких выгод оно не приносит, давно уже все благополучно забыли. Да и снега нормального в наших краях почти не бывает. Разве что в новогодние ночи –  на то они и новогодние, чтобы чудо случалось. Максимум настоящий снег у нас недельку – с 31-го по Рождество. А тут внезапно город стало засыпать, и это за два дня до официальной зимы! И редкостному гаду вздумалось вывести нас на прогулку. «Не хотите нормально работать?!» Мы уж с коллегами настроились, карманы пошире открыли для… (назовем это культурно) оплеух, но чудак этот отменно озадачил. «Тогда пошли играть в снежки!», – и этот его оскал, ну как у истинного черта, я уверен.

Светке пришлось явиться на работу в теплых, совсем не модных штанишках и в целых трех ещё более немодных свитерах. И с легким макияжем, ибо чего час возиться, всё равно снег смоет, пока до работы доберешься. Я вернулся из командировки, парни рассказали, что она так второй день ходит, как похолодало резко, что в офисе, что снаружи; очень собой недовольна. И мужская часть её недовольство как никто понимала – главное украшение и утешение офиса в мешки запрятали. Даже я в тот день стал меньше чем обычно смотреть на секретаря исподтишка. А потом мы вышли на улицу, шли, словно на каторгу, честное слово. Но начальник слепил и бросил в кого-то из ребят первую снежку, затем вторую, и как-то завертелось. Неуклюже, без энтузиазма, но мы, сотрудники серьёзной фирмы, все кроме идеальных коленей – тридцатник плюс, все кроме секретаря, уборщицы и буфетчицы мужики начали в разгар рабочего дня кидаться снежками в центре города. А потом я случайно попал в идеальные колени, и их обладательница со злости едва не убила меня комком снега. И тут я, глядя на неё, сердитую, мокрую и замерзшую, понял, что женился бы на Светке. То есть я и раньше был готов жениться на одних её коленях, но тогда, конечно же, пожалел бы. А вот теперь, если бы женился на этой (надо же) способной на обычные человеческие эмоции и лишенной неуместных слоёв краски мордашке, простых смертных штанишках и теплых свитерах… Я понял, что женился бы, но, разумеется, не женюсь. И не так потому, что на кой я этой Светке со съемной однушкой, кривым носом и картавостью сдался, а потому что у Светки идеальное зрение и она не щурится (ну должен же я себя как-то успокаивать). Ей бы ещё щуриться в придачу к идеальным коленям и простому смертному внешнему виду – была бы совершенная баба. Да что там – совершенная женщина.

***

Редкостный гад лапал своими грязными руками колени безнадежно не моей почти совершенной женщины. Лучше бы он за гигиеной так следил, как за речью кого ни попадя. Мне стало жутко неприятно, молча закрыл дверь в кабинет начальника, выключил лампу на моём столе и пошел к выходу. Завтра шеф загладит эту неловкую ситуацию дружественным хлопком по плечу и небольшой премией. Это мы уже проходили. И оскалится ещё, куда ж без этого.

Я вышел на улицу. А там даже снег не шел, вообще никак было: серо, зябко и пусто. Я тогда так хотел примчаться домой, завалиться на подоконник, курить и пялиться на дождь. Я тогда понял, что люблю дождь не только из-за выходных. Но дождь наверно пойдет только месяца через три, когда зима отступит. Когда все закинут в шкафы сапоги и шубы, начнут задумываться о похудеть к лету и где потом похудевшим телом хвастаться, когда всем остро захочется любви. Когда в офис придет очередной светкозаменитель и будет сверкать своими отнюдь не идеальными коленями, толкая мужиков на всяческие подвиги, а тело своё на шефский стол. Когда я перееду. А что ещё делать-то? Дождя нет и совсем не на что поглазеть из окна. Картинка настолько приелась, словно была фоном рабочего стола с полгода, словно то, что я вижу – уже и не реальность вовсе.

На самом деле шеф мой неплохой мужик. Нельзя ведь плохо говорить о покойниках и о тех, кто прививает тебе любовь к таким вещам как дождь (даже если что первые, что вторые мудаки). Он неплохой мужик. Благодаря ему я когда-нибудь буду с наслаждением и пониманием любоваться дождем в уютной квартирке где-то далеко-далеко. Ну, может просто далеко. Или вообще близко. Главное – чтобы не здесь. И отвлекаться от смотрения в окно буду, лишь чтобы целовать колени действительно совершенной женщины. И чтобы смотреть, как она щурится, глядя в то же окно, что и я. Этому, конечно, не бывать, но надо же себя чем-то успокаивать. Да и дождь-то точно когда-нибудь ещё случится. А это уже намного больше чем недурно. И даже гораздо больше чем хорошо.



26.03.2016
00:12


Рецензии