В стиле ретро

По воскресеньям вся большая семья собиралась  за столом. Домработница Шура торжественно подавала обед. Но еда  во время этих воскресных застолий  была не главное. Это было время семейного общения. Еда была   формой   единения. Когда не надо думать, что сказать и как окружающие воспримут твои слова. Можно было  сболтнуть что-нибудь этакое и  неподумавши. И тебя простят. Или просто  ласково пожурят.  Это были минуты  их безусловного семейного счастья.
Мама рассказывала, как во время  одного из таких воскресных  обедов  бабушка, поднося ко рту полную ложку, вдруг задумалась, быстро встала, набросила пальто, взяла такси и уехала. Никто не удивился и ничего не спросил. Как будто ничего не произошло. Бабушка работала в правительстве. Через  час, вернувшись домой, мама слышала, как она вполголоса  разговаривала с мужем – она забыла положить в сейф важный документ - оставила его на столе в кабинете. Тогда, при Сталине, эта небольшая оплошность могла ей дорого обойтись.

Даже трудно поверить, что моей  бабушке – маминой маме-  тогда  было   всего тридцать пять лет, а дедушке чуть за сорок. Времена были непростые.  Родители  работали с утра до вечера. Тогда, в конце 40х - начале 50х, рабочий день был  ненормированным. Уходя рано утром на службу, они не всегда знали, в котором часу вернутся  вечером домой. Мама и сестры учились.  Собираться всей семьей в спокойной  обстановке удавалось нечасто.
Жили они тогда  в большой коммунальной квартире недалеко от Патриарших прудов - «Патрики», как их ласково называли местные жители. Там,  на "Патриках", и зимой, и летом играли маленькая мама с сестрами. «Счастья – полные штаны» -  с ностальгической улыбкой  вспоминали они те далекие времена. Старые дома в Трехпрудном переулке, где они жили, сохранились до наших дней. Несколько лет назад мы с мамой прогуливались по центру Москвы и она показала их мне. Тот же подъезд и тот же  двор, через который  она когда-то, много-много лет назад, возвращалась из школы домой.

Тогда после войны в  большой коммунальной квартире кроме маминой семьи  жили еще  муж и жена - филологи и их дочь – студентка Института иностранных языков. Мама хорошо помнит, что их фамилия была Каплан. Кроме них одну из комнат занимала некая  дама бальзаковского возраста – Мария Семеновна. Все обитальцы квартиры  за глаза называли ее Маруськой. Маруська нигде не работала и тайком  подрабатывала тем, что  понемногу  обшивала местный бомонд. Дама она была сентиментальная, одинокая и ничто человеческое ей было не чуждо. В квартире под вечер время от времени  появлялись какие-то таинственные  мужчины.  Они мылись в общей ванной и тихо растворялись на ночь  в  полумраке Маруськиной комнаты. Подобные  «буржуазные» замашки вызывали негодование и интеллигентных  Каплан, и моих  партийных стариков – в конце-концов, этой же ванной мылись и  дети. На этой почве регулярно  вспыхивали бурные конфликты, не лишенные – как и вся наша  русская  жизнь - определенной политической подоплеки.  «Капланы!! Капланы!!» - громко кричала на весь дом Маруська, защищая свою свободу - «Вы Ленина убили!».

В связи с этим  спустя некоторое время  в доме произошло интересное  событие. В конце зимы 1953 года маме - тогда еще совсем юной девушке - ночью приснился отец народов И. Сталин. В недоумении девочка рассказала об этом своим домашним, на что домработница Шура, крупный знаток всяких деревенских поверий и суеверий,  ей назидательно высказала:
-Эх, детка! Если увидишь во сне мать, отца или вождя – никому не рассказывай. Это не к добру. 
Спустя несколько дней - 5 марта 1953 года - умер Сталин. Вся страна погрузилась в долгий изнурительный  траур. Мама вспоминала, что даже пожилые  учителя в школе горько  плакали навзрыд.  «Ну вот» -  вполголоса съязвила  дочка Каплан - «мы Ленина убили, а вы – Сталина».

Вся эта эпоха,  с каждым годом все дальше уходящая в прошлое, живо присутствует со мной в запомнившихся на всю жизнь рассказах стариков и родителей. Многих из них уже нет в живых. Но где-то неуловимо – они все здесь. Рядом со мной. Я бегу на работу  по стертым каменным ступенькам метро. Станция Александровский Сад. «Станция открыта 15 мая 1935 года. Первоначально называлась станция "Улица Коминтерна» - гласит  памятная доска на стене. «Станция Метро Сокол. Открыта 11 сентября 1938 года». На памятных досках старых станций метро  начертаны даты молодости  наших бабушек и дедушек. На них стальными буквами выбиты даты рождения наших родителей. И я отчетливо вижу, как бежит в толпе на высоких каблучках по этим же  ступенькам, торопясь на работу, моя  молодая,  маленькая, но такая   яркая и независимая бабушка. И может быть, там, под сводами самого красивого метро в мире, легким эхом  украдкой затаился стук ее веселых каблучков.


Рецензии
на одном дыхание спасибо за труд , люблю ретро темы, джаз и камаро 68-го года )

Трайстари Валерий   25.08.2018 15:07     Заявить о нарушении
Вера, с большим удовольствием читаю Ваши опусы,без разрешения беру уроки мастерства! В первом абзаце я бы поправил: там через предложение повторяется " время". С уважением!

Николай Кокош   07.03.2019 09:37   Заявить о нарушении
С уроками "мастерства", Николай, вы явно поспешили. Пишу совсем недавно и многое пока не получается. Но - приятно, Спасибо!!

Вера Красавина   23.04.2019 12:01   Заявить о нарушении
На это произведение написано 59 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.