Копьё и щит. Часть 2

В первой части данного очерка я провёл краткий анализ текста «Иллиады» и текста «Песни о Нибелугнах», и констатировал различия результатов боевого применения копий для метания. Эти различия я объяснил различной конструкцией щитов 13 века до нашей эры и 5 века нашей эры.

В Иллиаде щиты каркасные – пружинящие, или медные – сминающиеся под ударом. В таких щитах копья не застревают, что позволяет одно и то-же копьё метать несколько раз. Отсюда и высокая роль метательного копья в сражении.

В «Песни и Нибелунгах» щиты деревянные - вязкие. В таких щитах копья вязнут. Что позволяет метнуть копьё только один раз. Отсюда роль копья в сражении снижается, но возрастает роль меча.

Поначалу я хотел на этом и закончить свой скромный очерк. Однако беседы с некоторыми читателями побудили меня рассмотреть ещё один аспект. Это применения копий в пешем строю для ближнего боя.

Начнём с того, что у Гомера ни в Иллиаде, ни в Одиссее нет никаких указаний на то, что в 13 веке до нашей эры копья применялись как оружие ближнего боя.

Один читатель клялся и божился мне, что копья во время троянской войны для ближнего боя всё же применялись. Однако он так и не смог подкрепить свои клятвы ссылкой на какой-либо исторический документ, подтверждающий правильность его догадок.

Я не собираюсь тратить своё время и время читателя на обсуждение бездоказательных предположений.

Скажу только, что в более поздние времена копья действительно употреблялись не только для метания, но и для ближнего боя. В Греции уже в пятом веке до нашей эры для ближнего боя использовались специальные копья - сариссы. Появился даже специальный щит, круглый, или овальный, с двумя полукруглыми вырезами справа и слева. Такой щит принято называть беотийским. Эти вырезы делались вовсе не для того, чтобы щит походил на скрипку, а для того, чтобы удобнее было колоть копьём. Когда шеренга воинов плотно смыкала такие щиты, полукруглые вырезы соседних щитов складывались вместе, образуя отверстия. В эти отверстия просовывали копья.

Наиболее яркий пример такого использования копья – македонская фаланга.
А как сражались персы? В руинах Персеполя сохранилась мозаика, изображавшая персидских воинов. Одни воины – щитоносцы имеют копья и беотийские щиты – те самые с полукруглыми вырезами. Явно копья у них не для метания, иначе вырезы были бы не нужны. Другие воины – лучники помимо луков и колчанов имеют копья. Мечей на мозаичном панно не видно. Толи у лучников их нет вообще, толи они подвешены справа, тогда как воины обращены к зрителю левым боком. На мой взгляд, очевидно, что персидские лучники укрывались от вражеских стрел за щитами своих товарищей – щитоносцев. Ведь во время перестрелки они использовали для стрельбы обе руки. Собственный щит им держать было просто нечем. Потому у них и нет щитов.

Копьё, надо полагать, во время стрельбы клали на землю рядом с собой. Если же дело доходило до рукопашной, персидские лучники брали свои копья обеими руками и, просовывая их между воинами первой шеренги, помогали отражать атаку.
Когда и как воинам древности пришла идея использовать копья в ближнем бою точно не известно. Ясно только, что в 11 веке до нашей эры, когда Гомер писал свою Иллиаду, копья использовались только для метания, а в пятом веке до нашей эры уже активно использовались  копья в ближнем бою. Но промежуток между этими датами 600 лет.

Возможно, профессиональный историк меня поправит, и сможет указать более точную дату. Я не возражаю.

Однако точно известно, как и когда этот переход произошёл у зулусов.
Южноафриканские банту традиционно сражались, метая копья и прикрываясь каркасными кожаными щитами. Топоры и дубины, служившие им оружием ближнего боя, применялись столь же редко, как мечи в Иллиаде.

Первая шеренга метала сначала свои копья, потом подбирала и метала копья противника. Так враги долго перекидывались копьями. Раненые отходили в тыл. Тяжелораненых и убитых оттаскивали в тыл бойцы задних шеренг. По сигналу короля, первая шеренга отступала в тыл на отдых и перевязку. В бой вступала вторая шеренга. И т. д. Воины банту, подобно героям Гомера, часами перекидывались копьями, лишь изредка вступая в рукопашную.

Но вот один воин, звали его Чака, изобрёл свой способ ведения боя. Он заказал кузнецу копьё собственной конструкции, отказался от дубины и использовал копьё только для ближнего боя. Чака был внебрачным сыном вождя маленького клана Зулу. После смерти отца он возглавил клан. Первым делом он запретил своим воинам под страхом смерти метание копей. Запретил брать на войну топоры, или дубины, долго обучал своих воинов владению копьём в ближнем бою.
И произошло чудо. Армия Чаки стала одерживать одну победу за другой. Обычно бой проходил так: Противник метал в зулусов копья, нанося им небольшой урон. Но поскольку зулусы копья обратно не метали, на этом метание копей и прекращалось. Потом зулусы атаковали противника, используя копья для ближнего боя. Враг морально не готовый к такому обороту событий и плохо подготовленный к рукопашной схватке, обращался в бегство.

Это происходило в начале 19 века. Когда Наполеон строил в Европе свою империю, Чака строил в южной Африке свою. Так маленький клан Зулу разросся до огромной империи. Имя зулусов стало звучать гордо и устрашающе.

Возможно, и в древнем мире тоже был свой «Чака», впервые применивший копья для рукопашного  боя. Копьё достаёт дальше, чем короткие мечи древности. Колотая рана обычно опаснее, чем рубленная. В тесно сомкнутом строю мало места для замаха мечом. Всё это делало копья очень эффективным оружием ближнего боя.

Но вот настают римские времена и сариссы, длинные копья для ближнего боя, уходят в прошлое. Я изучил трактат Флавия Вегеция Рената. Там говорится, что римская пехота имела на вооружении копья трёх типов:

1. Верикулюм – лёгкий дротик, длиной 4 фута (около 120 см.).
2. Гаста – обычное копьё.
3. Пилум – тяжёлое копьё, наконечник которого соединён с древком длинным железным стержнем.

Все три копья применялись для метания. Они отличались одно от другого весом, а следовательно, убойной силой и дальностью броска. Согласно утверждению Флавия Вегеция, когда противник атаковал когорту, сначала принцИпы метали верикулюмы – лёгкие дротики с небольшой убойной силой, но дальнего радиуса действия. Потом принципы становились на колено, чтобы подобрать своё тяжёлое копьё - пилум. Пока они это делали, противник подходил ближе, и гастаты метали в него свои гасты (копья среднего радиуса действия). Противник подходил ещё ближе и триарии, составлявшие последнюю шеренгу когорты, метали пилумы – тяжёлые копья малого радиуса действия, но большой убойной силы. После этого принцИпы поднимались в полный рост и всаживали свои пилумы в противника почти в упор, после чего следовала схватка на мечах.

Так почему же римляне отказались от использования копья в ближнем бою?

Причина тут та же самая – изменение конструкции щита. Римские щиты - скутумы, как и щиты галлов были уже не каркасными, а сплошными деревянными, сделанными из осиновых досок и оклеенными телячьей кожей. Воин, пытающийся использовать копьё для ближнего боя, сильно рисковал с размаху засадить копьё в вязкий деревянный щит и не суметь его быстро вырвать обратно. На несколько секунд он становился безоружным. Этого было достаточно для того, чтобы лишиться правой руки, а то и вовсе погибнуть.

Вот почему римляне, галлы, германцы и славяне предпочитали не колоть копьями, а метать их. А мечами преимущественно рубили. В русском языке рукопашный бой даже назывался сечей,  что указывает на преимущественное использование рубящих ударов.

Я проанализировал множество подлинных средневековых текстов. До самого 13 века в пешем строю копья метают. В кавалерии, разумеется, тактика была другая. Но я этот вопрос здесь не рассматриваю.

Известны ли факты применения копья пешими воинами для ближнего боя в раннее средневековье? Известны. Мне удалось отыскать три таких факта:

1. В саге о Ньяле есть такой герой – Гуннар с конца склона. Он был отличный лучник. В бою он стреляет из лука, а когда дело доходит до рукопашной, он сражается, держа в одной руке меч, в другой копьё. Сага подчёркивает необычность его боевого стиля.
На мой взгляд, Гуннару не страшно завязить копьё во вражеском щите, ибо безоружным он не останется, ведь в другой руке у него меч.

2. В саге об Эгиле, главный герой – Эгиль сын Скалагрима, тоже сражается необычным способом. У него есть меч, копьё и щит. Шитом он прикрывается от вражеских стрел и копей. Но когда дело доходит до рукопашной, этот викинг закидывает щит на ремне за спину, берёт копьё обеими руками и дерётся им, как суворовец штыком. Тут, конечно требуется особое мастерство, чтобы обходить щиты противника и колоть не в щит. На мой взгляд, он рискует, но не сильно, ведь меч у него всё же есть. Главное – успеть его выхватить, если копьё завязнет. Сага так же сообщает о его стиле боя, как о чём-то необычном и оригинальном. Все остальные герои саг дерутся стандартно. Сначала метают копья, если они есть, а потом дерутся мечами, или топорами, прикрывая себя щитом.

3. Третье упоминание о копье, как оружии ближнего боя я встретил в «Кудруне». Там при описании битвы на берегу марки Валейс есть такие слова:

«Заплакали в печали все девушки тогда.
Валы, дыбясь, качали ирландские суда.
Вечерний ветер много бойцов доставил в Валейс.
Кровавые постели им в битве жестокой достались.

Когда явился Хаген к черте береговой,
Метать он начал копья могучею рукой.
Стоявшие на дюнах, мужи оборонялись.
От натиска ирландцев, и раны у всех умножались.

И кто захочет даром дитя своё отдать,
Когда одним ударом он может высекать
Из светлых шлемов искры, сверкающие грозно.
Раскаивалась Хильда в побеге из дома, да поздно.

И вновь метали копья бойцы из стана в стан
И много наносили друг другу тяжких ран,
Сквозь крепкие кольчуги, пронзая сталью тело.
И от горячей крови морская волна покраснела…

…Тут Хаген в воду спрыгнул и поспешил вперёд.
Героя гнев подвигнул перебираться вброд.
А стрелы хегелингов, как будто хлопья снега,
Воителю навстречу летели с высокого брега.

Был Хаген близок к цели, он вышел на песок.
Кругом мечи звенели, бой делался жесток…»

Тут вроде бы всё понятно. Хаген, преследуя похитителей дочери, подвёл свои корабли к берегу. Датчане пытались воспрепятствовать высадке его дружины. Сначала Хаген и его воины метают копья, а когда запас их на судах заканчивается, прыгают через борт и вброд выходят на сушу. Там начинается рубка. Но вот в разгаре рукопашного боя неожиданно вновь «выплывает копьё:

«Мечом свирепый Хаген дорогу проторил
В топе датчан. Он мстил им и раны наносил
За прежние услуги и похищенье девы,
И вспарывал кольчуги, пылая от боли и гнева.

Булатом не насытил он мщение своё
Иных бойцов добило тяжёлое копьё,
Кому уже в отчизну вовек не воротиться,
Победами своими уже никогда не хвалиться»

Вот и третье упоминание о копье в ближнем бою. Собственно, это нельзя даже назвать применением в бою. Это не ближний бой, а эвтаназия. Разумеется, сам Хаген не мог добивать вражеских воинов. В одной руке он держал щит, который не раз будет упоминаться в его схватках с Хетелем и Вате, в другой руке меч. Чтобы держать ещё и копьё, нужно иметь третью руку.

Вероятно, добивал раненых кто-то из его слуг в задних шеренгах. Этот, идущий позади короля воин, ещё не метнул своё копьё, или подобрал одно из ранее брошенных копий. Меч он не мог вытащить, ибо рука его была занята копьём. Вот и добивал тем, что держал в руках. Риска тут не было никакого, ибо раненые, лежащие на прибрежном песке, не могли оказать серьёзного сопротивления.
Как видите, в раннем средневековье копья практически не использовались для ближнего боя. Три приведённых выше исключения, отысканные мною с большим трудом, скорее подтверждают это правило.

Копья снова воспринимаются как исключительно метательное оружие.
Такое положение вещей сохраняется до 13 века нашей эры. После нашествия на Европу Батыя, деревянные щиты быстро выходят из употребления. Монгольские стрелы проникают в такой щит на полметра и глубже и всё равно ранят воина. Нашествие монголов доказало, что лук можно усовершенствовать. И во всех странах Европы начинается модернизация этого оружия. Русским оружейникам удалось создать свой композитный лук. Плечо одного такого лука было найдено археологами возле Новгорода. Лук был склеен из двух слоёв дерева – берёзы и можжевельника, снаружи оклеен сухожильями и для защиты от влаги и грязи, оплетён берестой. Англичане усовершенствовали простой тисовый лук, удлинив его. То же со временем сделали и французы. Итальянцы и немцы сделали ставку на арбалеты. В начале пятнадцатого века появляются рушницы и аркебузы. А у пуль, в отличие от стрел, нет древка.

Деревянный щит становится слишком ненадёжным. Многие воины вообще отказываются от щитов, предпочитая заменить его хорошим стальным нагрудником. Носить защиту на себе легче, чем держать её в руке, да и рука освобождается для боя. Другие воины начинают использовать стальные щиты, которые быстро растут в толщину и сжимаются в размерах. К 16 столетию в Европе, щиты остаются только в испанской и английской пехоте. Это рондаши - малые круглые стальные щиты, размером с тарелку.

Освободившуюся левую руку воины начинают активно использовать. Широко распространяется двуручное оружие – двуручные мечи, алебарды, крючья, протазаны, бердыши. В армии гуситов становится популярным боевой двуручный цеп. Снова копьё начинает использоваться для ближнего боя. Метание копья становится казуистикой. Кроме рубящего оружия – мечей, палашей и сабель начинает использоваться колющее клинковое оружие – шпага.

Так мне представляется развитие военного дела:

Первый период – эра каркасного щита. ( с незапамятных времён, до начала первого тысячелетия до нашей эры). Копья используются для метания многократно. Оружие ближнего боя используется редко. В хаосе сражения, когда биться приходится вне строя, меч, топор, или дубина удобнее и эффективнее копья.

Второй период – эра фаланг (середина первого тысячелетия до нашей эры). Копья используются как для метания, так и для ближнего боя. При сохранении строя, гоплитам выгоднее колоть, чем рубить. В том случае, если строй нарушается, гоплит может метнуть своё копьё и защищаться мечом.

Третий период – эра деревянного щита (от конца первого тысячелетия до нашей эры, до 13 века нашей эры).  Копья используются только для метания. Повторное метание копья в одном бою крайне затруднительно. Основным оружием становится рубящее оружие – мечи и топоры, или дробящее – палицы и булавы.

Четвёртый период – (от 13 века) замена деревянных щитов стальными и постепенный отказ от щита. Копья применяются как оружие ближнего боя, клинковое оружие начинает использоваться как колющее.

Поскольку техника в разных уголках мира развивалась неравномерно, эти даты справедливы только для Европы и ближнего востока. В Китае и Японии от щитов отказались на 200 лет раньше, а в южной Африке первый период продолжался аж до начала 19 века.


Рецензии
Моё уважение автору, не поленившемуся изучить такую тонну информации, и моя ему благодарность. Прочитала и поняла, как все оказывается просто, а ведь раньше я не удосуживалась подумать о таких нюансах. Спасибо вам.

Виктория Шкиль   04.10.2016 15:23     Заявить о нарушении
Рад, если удалось помочь.

Михаил Сидорович   04.10.2016 16:39   Заявить о нарушении
На это произведение написано 5 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.