Беседа в трактире Столичный город...

     БЕСЕДА В ТРАКТИРЕ «СТОЛИЧНЫЙ ГОРОД», или ЭХО ИНКВИЗИТОРА

(Размышления  о времени, католицизме, миропорядке, глобализме по прочтении эссе Антанаса Мацейны «Великий инквизитор» )


«Братья Карамазовы» — последний роман Ф. М. Достоевского из его великого пятикнижья. «Великий инквизитор» — глава из романа, которую предваряет глава «Бунт». По сути  — это рассказ в рассказе, изложенный Достоевским устами Ивана Карамазова, который называет свой рассказ легендой. Вот короткое содержание этого рассказа, в котором подняты космические вопросы, не потерявшие актуальности и сейчас (ставшие даже более актуальными), и уже больше столетия привлекающие людей думающих во всём мире.
Итак: два молодых человека, братья, встретились в трактире. Ели уху, пили чай, вели неспешную беседу. Нет, нет, молодые люди говорили не о музыке, девушках, моде, развлечениях, прочитанных книгах или последних событиях в мире, как это бывает у молодых людей.  Разговор неожиданно заходит о Боге, о вере, о справедливости, насилии, свободе, счастье, католичестве. Застрельщиком такой темы становится Иван, его слушатель юный Алёша «монашек», всеми любимый, бывший послушник известного в их местах, недавно умершего старца Зосимы. Ивану двадцать три года, по его словам он собирается «держать бокал» в руках до тридцати лет. Иван образован,  начитан, задаётся глубокими вопросами, пытается заглянуть в  тайны мирозданья, хотя сам же иронически замечает о своём слабом для этих целей «евклидовом уме».

Братья —  дети пьяницы, мерзавца, развратного сладострастника, грязного деляги старика Карамазова и женщины-сироты, истерички-«кликуши», несчастной в браке с лукавым пройдохой мужем, но матерью своим детям она была добрейшей. Плохая наследственность чудесным образом не коснулась Алёши, но в полной мере проявилась в Иване; в нём чувствуется разлом, раздвоенность личности. Иван мучительно ощущает в себе «карамазовскую низость», чувствует раздвоение, душевный разлом, называет себя критично лакеем и вошью. Такое состояние обязано было привести к трагичным последствием, это в дальнейшем и произойдёт: Иван  косвенно поспособствует, даст «добро» на убийство своего отца лакеем Смердяковым, хотя это и не было им проговорено словами.
Иван живёт болезненной мыслительной жизнью, его мучают мысли о несправедливости мира  созданного Богом. Не отрицая Бога, он страдает от его действий, впадает а  разлад с собой, в смятенье, начинает сомневаться в Его данности. Он говорит Алёше, что принимает Бога с его премудростью, с Его целью («совершенно нам неизвестной»), верит в порядок, в смысл жизни, в вечную гармонию. Но после паузы говорит, что он не верит в созданный Богом миропорядок, в Божий мир и если даже две параллельные линии сойдутся, и он это увидит своими глазами, он свой «билет» — то есть «билет» данный  ему рождением в этот Божий мир он возвратит Богу.  Здесь как у Канта: человек теоретически признаёт Бога, но в тоже время отстраняется от Него, желая спасти свою свободу, своё понимание ценностей и их переживание.
В доказательство неправильности установленного Богом порядка на земле он рассказывает  Алёше истории о бесчеловечных, изуверских и жестоких случаях издевательств над беспомощными, безгрешными детьми. Иван возмущён тем, что всемогущий Бог не остановил страдания детей и не наказал мучителей. Существование зла кажется ему нелепостью, причём в страданиях грешных взрослых он Бога не обвиняет, говорит лишь о страданиях детей.
Это преамбула  дальнейших размышлений Ивана. Неожиданно он, стеснительно сообщает Алёше, что сочинил легенду, которую держит в уме и некому её ещё не рассказывал. Эту легенда он назвал «Великий Инквизитор». Алёша просит рассказать её. Легенда является продолжением мыслей Ивана  о неправильности Божьего порядка, о непостижимости его сути обычными людьми, ибо они слабы и бунтовщики. Размышляя, он  говорит, что Христос говорил о свободе, для которой нужна борьба душевных сил,  большие усилия,  создающие беспокойство, а человечеству хочется покоя, счастья и сытости. Для человека, по его мнению —  это труднейший выбор: поменять «хлеб земной» на «хлеб небесный», оставшись в согласии со своей совестью. Главный герой его Легенды —   кардинал-инквизитор решил эту проблему: он немного «подправил» учение Христа и  этим, по его мнению, дал людям счастье и покой.
Действие Легенды происходит в 16 веке в Испании в  Севилье в пору инквизиции, когда это в ней уже стало делом государственным. В жаркий день Христос спускается с небес в Севилью,  в день, когда там сжигают почти сотню еретиков, что бы посмотреть, что там происходит. Это совпало с похоронами девочки, которую провожает в последний путь  множество людей. Люди мгновенно узнают Христа, тянут к нему руки, он исцеляет слепого, его просят оживить девочку, что он и делает. Однако рядом  оказывается кардинал-инквизитор с охраной, он приказывает схватить Христа и заключить в темницу. Он обещает Ему, что  завтра же  Христос будет сожжён на костре, а люди, как и много веков назад кричавшие: «Распни Его! Распни Его»,  предадут Его вновь и будут подгребать угли к костру, в котором Он будет гореть.
 Однако ночью старик входит в темницу и говорит с Иисусом, вернее говорит только Инквизитор, он не даёт слова Христу, на том основании, что тот уже всё, что мог сказать сказал и так сказать, передал свою церковь Петру. Христос смиренно молчит, слушая Инквизитора. Повествование Инквизитора —  центральное место легенды, в котором заложены глубочайшие мысли Ф. М. Достоевского,.

Старик рассказывает о том, что он и его ученики были когда-то учениками Христа, жили аскетами в пустыне, но осознав непознаваемость этого учения для человечества «подправили» его, для  уменьшения страданий людей. Их новое учение они основали на ЧУДЕ, ТАЙНЕ  и АВТОРИТЕТЕ.  Чтобы работала эта триада, они отняли у людей ВНУТРЕНЮЮ И ВНЕШНЮЮ СВОБОДУ, дабы сделать его спокойным и счастливым. Они обусловили его СОВЕСТЬ АВТОРИТЕТОМ, дабы ему не надо принимать решений; они ВЕРУ провозгласили ТАЙНОЙ, дабы ему не пришлось бы делать усилия, чтобы понять её; они на глазах его творили ЧУДЕСА, что бы он определился в вере не по внутреннему убеждению, но повинуясь внешней силе ЗНАКА. 
Эти изменения конечно же ничто иное, как прямое отрицание Христа. Инквизитор открыто говорит Христу, (можно ли скрыть что-то от Христа?!), что они уже давно не с Ним, а с  «мудрым и всемогущим духом пустыни», тем, который в Евангелии искушал Христа, тремя искушениями.  Иван упорно держится мысли, что учение Христа требует сделать выбор в согласии со своей совестью, чтобы оставить ХЛЕБ ЗЕМНОЙ  ради  ХЛЕБА НЕБЕСНОГО, ЧТОБЫ ЧЕЛОВЕК ВЫСТОЯЛ И НЕ РАСТВОРИЛСЯ В МУРАВЕЙНИКЕ, А ЛЮДИ ЭТО ПЕРЕЖИВАЮТ, КАК НЕВЫНОСИМУЮ  НОШУ.

Он считает абсурдным провозглашать принципы, для которых человек по своей природе не годится. Своей легендой опять же подбивает базу под свою теорию о несправедливости мира Божьего, об ошибочности учения и пути его для обычных людей. Он считает, что виноват сам Иисус, потому что когда Ему была показана природа человека, Он мог взять в руки ХЛЕБ, ЧУДО И ВЛАСТЬ. Мог, но отверг, презрел действительность, остался верен идеалу недоступному для обычных людей. Иван устраивает суд над Богом. Касаясь истории Католичества, он  не осуждает католичество за то, что оно  удалилось от идеала, для него католичество не объект критики, а подтверждение его собственных взглядов, о том, что в этом виноват сам Христос, провозгласивший такие принципы, которые в реальной жизни обратились против Него самого! Старик заканчивает своё повествование тем, что говорит Христу, чтобы Он уходил, что Он  не нужен и не должен им мешать. Что же Иисус? Он уходит, поцеловав старика в губы!




++++++++++++++++


Обратимся теперь к замечательному эссе Антанаса Мацейна. Я буду многое сокращать — эссе большое и многоплановое.
1. «...Многие авторы трактатов о Легенде говорят о нескольких смыслах Легенды: о ПСИХОЛОГИЧЕСКОМ,  в котором Достоевский раскрывает образ Ивана, его мировоззрение. МОРАЛЬНЫЙ —  это критика вырождения католичества. Все  критики признают: осуждается насилие, защищается свобода, что человек  в легенде изображён в свете трагических противоречий, что проблема счастья занимает в ней центральное место. Вопрос остаётся открытым:  исчерпывают ли толкования всю совокупность легенды...?» «...»
2. «...замыслы поэта не всегда совпадают с его творческой деятельностью. Иногда произведение остаётся позади планов творца, выражая лишь часть того, чего он хотел и добивался. Но бывает произведение опережает замысел автора и в образе отдельной детали раскрывает такие перспективы, что изумляет самого автора. Такова «Легенда о Великом Инквизиторе» (очень верная мысль. И. Бахтин) «...»
3. ( … Он (Ф. М. Д.) сказал так много, что вряд ли человек в состоянии сознательно запланировать. Идеи и перспективы могли быть увидены только в момент высокого вдохновения, когда раскрываются тайны вещей и выявляются их сущностные связи...» «...»
(Надо сказать, что сам Достоевский считал этот рассказ в рассказе своим лучшим произведением,  а Бердяев и некоторые другие считали произведение загадкой).
 Мацейна продолжает: «... можно рассматривать Легенду, как органическую часть романа, а можно, как Легенду, извлечённую из романа. ( она, как отдельное произведение, печаталась при жизни Достоевского). Если же рассматривать её, как часть романа, то на первый план выступает психологический смысл, как проявление характера Ивана. Если отдельно —  это попытка раскрыть МЕТАФИЗИЧЕСКИЙ символический смысл уже не связанный с мировоззрением Ивана. И нам может открыться во всей своей изумительной красоте действительность, выраженная в символах  Легенды». «...»
Не менее интересен и моральный смысл Легенды. Когда Иван повествует о католицизме и его падении, простодушный Алёша восклицает: «Это Рим, да и Рим не весь — это худшие из католичества, инквизиторы, иезуиты... они просто римская армия для будущего земного царства, с императором, римским первосвященником во главе... вот их идеал безо всяких тайн и возвышенной грусти. Твой страдающий инквизитор — одна фантазия... »

 Иван же  видит два смысла  в католицизме. Внешний — желание власти, богатства, —  этот аспект представляет по его мнению толпа заурядных людей. Внутренний смысл проявляется в желании сделать людей счастливыми, исправив  учение Христа. Он представлен горсткой САМЫХ ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫХ РУКОВОДИТЕЛЕЙ ЦЕРКВИ.
Инквизитор, принадлежащий к этой группе руководителей, говорит об этом Христу так: «... мы уже не с Тобой, а с ним (духом пустыни) уже 8 веков. Ровно 8 веков назад, как мы взяли от него то, что Ты с негодованием отверг, тот последний дар, который он предлагал Тебе, показав все Царства земные. Мы взяли от него Рим и меч кесаря. И объявили лишь себя царями земными, царями едиными, хотя и доныне не успели ещё привести наше дело к полному окончанию».
Прямо сказано: 800 лет назад  был совершён отход от Христа и Церковь воссоединились с Антихристом, приняв меч кесаря. И Папа  стал не только духовным, но и мировым правителям (учреждение церковного государства). Христос не упал перед дьяволом на колени, Он отверг его предложения, а Римская Церковь по мнению Ивана не смогла устоять на 8-ом столетии она поддалась искушению, приняла мировое господство —  меч кесаря и скипетр, воздав таким образом хвалу владыке преисподней.
Место действия повествования —  Испания, выбрано Иваном (Достоевским) не случайно.  Инквизиция там стала в то время делом государства. Иван хотел показать куда скатывается церковь, соединяясь с государством.
4. «...удивительна игра автора противоречиями. Предавая Христа  суду инквизитор судит сам сам себя, критикуя Христа, —  Иван защищает Его! Его критика становится апологией Христа. Воспроизводя образ Римской Церкви он даёт сущностное изображение всего человечества. Легенда становится символом жизни человечества, означает больше, чем говорит...»



***


 И наконец философ переходит к метафизической сути Легенды, которая, по его мнению, интерпретация трёх искушений Христа, но в поэтической форме. Интересно, что и в Евангелии, в 4-ой главе от Матвея борьба Христа с дьяволом показана очень сухо: Дьявол предлагает —  Христос короткими фразами без рассуждений сразу отметает предложения духа пустыни, без комментариев, что говорится. В других местах Писания Он, говоря притчами может разъяснять суть непонимающим, или даже может награждать фарисеев в лицо совсем не лестными эпитетами, здесь Он обрубает твёрдо и жёстко все слова Сатаны — ведь дело очень серьёзно, здесь не до полемик.
Мацейна пишет: « Иисус не анализирует и не критикует — он просто их отвергает в трёх изречениях имеющих вечное значение:
1 — Не хлебом одним будет жить  человек, но всяким словом, исходящим из уст Божьих.
2 — Не искушай Господа Бога Твоего.
3 — Господу Богу твоему поклоняйся и Ему одному служи.
Три мановения, которыми он отмёл предложения духа пустыни! Перед ним он ведёт себя как ВЛАСТЕЛИН БЫТИЯ. Он проникает в его сущность и прозревает его ложь. Он стряхивает её с себя, как пыль с сандалий. «...»
И инквизитор берётся за анализ поведения Христа в пустыне. Христос не уделил им и минуты, — Инквизитор посвящает им целую речь:
« … а можно ли бы сказать хоть что-то истиннее того, что он возвестил Тебе в трёх вопросах, и что ты отверг, что в книгах названо «искушениями?А между тем, если было когда-то на земле совершено настоящее громовое чудо, то это в тот день, в день трёх искушений. Именно в проявлении этих трёх вопросов и заключалось чудо».
Инквизитор мыслит правильно:  проявление упомянутых искушений действительно имело решающие значение. От установки Христа по отношению к ним зависела не только Его судьба, но и судьба всего мира. Как это уже не раз случалось в истории, так и в этот день человечество оказалось на ПЕРЕКРЁСТКЕ: идти с Христом или свернуть на путь духа пустыни!
« … Христос принял решение по своей Божественной сущности и отверг искушения. Но несмотря на это они НИКУДА НЕ ИСЧЕЗЛИ. Путь, однажды начертанный духом пустыни, навсегда остался заманчивым и живым. Более того, он понемногу пробивался в повседневную жизнь человека, понемногу укрепляясь, СМЕЩАЯ ЧЕЛОВЕКА С ПУТИ ХРИСТА....»


 « ...ПРЕДЛОЖЕНИЕ ДУХА ПУСТЫНИ —ЭТО НЕ ТОЛЬКО ЕДИНИЧНОЕ ЯВЛЕНИЕ НЕКОГДА КОСНУВШИЕСЯ ЛИЧНОСТИ ХРИСТА, Но ДЕЙСТВУЮЩАЯ В ИСТОРИИ СУЩНОСТНАЯ СИЛА, СУЩНОСТНОЕ НАЧАЛО ИСТОРИИ —  ПОСТОЯННО ЖИВОЕ, ВСЕГДА ВЛЕКУЩЕЕ И ИСКУШАЮЩЕЕ ЧЕЛОВЕЧЕСТВО. ТАМ В ПУСТЫНЕ, ДУХ ПУСТЫНИ, КАК И ГРЕХ И КАК СМЕРТЬ БЫЛ СЛОМЛЕН В СВОЕЙ СУЩНОСТИ. ОДНАКО В  КОНКРЕТНЫХ СВОИХ ПРОЯВЛЕНИЯХ ОСТАЁТСЯ ДЕЙСТВЕННЫМ. ТО ЧЕМУ ПОДВЕРГСЯ  И ПРЕТЕРПЕЛ ХРИСТОС В ПУСТЫНЕ, ДОЛЖНО ИСПЫТАТЬ ВСЁ ЧЕЛОВЕЧЕСТВО...».

«...в ТРЁХ ЭТИХ ИСКУШЕНИЯХ БЫЛ ВЫРАЖЕН ДАЛЬНЕЙШИЙ ПУТЬ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА В НИХ БЫЛА ВЫРАЖЕНА СОКРОВЕННАЯ СУДЬБА ЧЕЛОВЕКА»

Конечный метафизический смысл Легенды в раскрытии образа истории человечества и показе неистовствующих противоречий человеческой природы. Достоевский выстраивает путь человечества начатый Христом, который закончится крахом мира. ХРИСТОС СТОИТ ВНАЧАЛЕ И В КОНЦЕ ЭТОГО ПУТИ.


Заканчивая свою речь, инквизитор ясно вспоминает последний приход Христа и Его последнее победное столкновение с этими же самыми тремя искушениями, насколько они тогда были проявлены в мировой истории: «Говорят и пророчествуют, что ты придешь вновь и победишь, придешь со своими избранниками, со своими гордыми и могучими».
 « … этот окончательный приход не дает, как мы увидим позже, инквизитору покоя, и он готовится к этому окончательному столкновению. Но сейчас этот приход представляется инквизитору еще далеким и потому у него есть ещё время для «исправления» учения Христа. В пустыне было положено начало искушениям. В Христом искупленном мире эти искушения продолжаются всегда. В конце веков они будут отвергнуты окончательно. Но до тех пор, пока это произойдет, опасность искушений и подчинения им велика и совершенно реальна. Действительно, многие им поддаются. Многие восхваляют духа пустыни и принимают его предложения. Многие перед ним преклонились, чтобы получить хлеб, чтобы определиться при помощи удивительных и непонятных знамений, чтобы быть включенными, пусть даже насильно, в массу человечества. ВСЯ ИСТОРИЯМ ОХВАЧЕНА ПРОТИВОРЕЧИЯМИ И БОРЬБОЙ МЕЖДУ ХРИСТОМ И ДУХОМ ПУСТЫНИ.


 В легенде «Великий инквизитор» Достоевский как раз и показывает нам эту борьбу и раскрывает эти противоречия. В тот день в пустыне с глазу на глаз столкнулись два противоположных начала. В этой схватке победил Христос, открыв всему миру новый путь. Но как выглядела бы история, если бы победил дух пустыни? Какой была бы картина жизни человека, если бы в истории взяли верх и её определили предложения искусителя? Это те вопросы, на которые как раз и отвечает легенда «Великий инквизитор». «...»

Замечательно сказано мыслителем:
« …Таким образом, конечный и самый глубокий смысл легенды лежит не в психологической и не в моральной, но в МЕТАФИЗИЧЕСКОЙ ПЛОСКОСТИ. По своему существу эта легенда — не что иное, как поэтически выраженная Достоевским философия истории. Правда, свои исторические взгляды Достоевский здесь излагает конкретно, но излагает не в понятиях, а в образах, основываясь на одном индивидуальном переживании. Однако эти образы означают высшую действительность. Они — символы жизни человека; жизни, насколько она развивается в напряжении между Христом и духом пустыни.


Легенда «Великий инквизитор» в сущности — поэма, как её в самом начале называет Иван, но поэма в самом высоком смысле историческая, ибо её объектом является история всего человечества. Она также — трагедия, как её называет Алеша, но трагедия КОСМИЧЕСКАЯ, ибо здесь борются самые глубокие начала самого мира. Достоевский устами Дмитрия Карамазова сказал, что Бог борется с дьяволом в сердце человека. Легенда «Великий инквизитор» как раз и является картиной этой борьбы. Её центром является человек. Всё здесь вращается вокруг свободы и счастья человека .Однако именно потому, что человек есть центр, в нем встречаются и вступают в борьбу начала самого космоса: Бог и дьявол, Христос и дух пустыни.

 Эту борьбу человек должен претерпеть и в своем бытии и в своей жизни. Поле этой борьбы -- сердце человека, глубины его природы. В легенде «Великий инквизитор» это поле приобретает космические исторические перспективы. Борьбу Бога и дьявола Достоевский изображает не психологически, как, скажем, Мориак, но космически, перенося действие своей трагедии из узкой психологической области на космическую сцену истории человечества.
Г. Риккерт в своем труде о гетёвском «Фаусте» говорил, что «Фауст» — последнее действительно космическое произведение поэзии, которое создала модернистская Европа. Это не совсем точно, ибо по своему КОСМИЧЕСКОМУ РАЗМАХУ, по своей проблематике и по своему трагедийному характеру легенда «Великий инквизитор» нисколько не уступает «Фаусту». Напротив, на наш взгляд, это произведение Достоевского даже более космическое, нежели «Фауст» Гете. Противоречия человеческой природы, которые в «Фаусте» проявляются в основном в моральной области, в легенде Достоевского обретают метафизический смысл и, таким образом, выигрывают и в отношении глубины и в отношении широты изображения. «Фауст» — больше нравственная личная драма отдельного человека. Легенда «Великий инквизитор» — больше метафизическая трагедия всего человечества как общества. Фауст Гете ищет счастья на пути знания. Человек легенды Достоевского его ищет на пути свободы. Но ведь свобода связана со значительно более глубокой основой человеческой природы, чем знание.


Вне сомнения, изучать философию, право, медицину, даже теологию и признаться, что остался на том же уровне мысли, что и в начале: начинать с огромной жажды знания и закончить утверждением, будто «мы ничего не можем познать» — вне сомнения, ДРАМАТИЧНО. ОДНАКО СЛОЖИТЬ СВОЮ СВОБОДУ СВОБОДУ У НОГ ДРУГОГО, СВОЙ ВЫБОР И СОВЕСТЬ ПОДЧИНИТЬ ВОЛЕ ДРУГОГО, СВОЮ ЛИЧНОСТЬ РАСТВОРИТЬ В МУРАВЬИНОЙ КУЧЕ И ЗА ВСЁ ЭТО КУПИТЬ СЕБЕ ПОКОЙ и СЧАСТЬЕ — ТРАГИЧНО.

 Эту трагедию Достоевский развивает не в перспективе жизни какого-то индивидуального человека, но в перспективах жизни всего человечества.

 Сергей Булгаков в своей «Философии хозяйства» апокалиптическую драму человечества видел как раз в том, что в ходе истории чем дальше, ТЕМ БОЛЬШЕ ЛЮДЕЙ СДЕЛАЮТ ВЫБОР В ПОЛЬЗУ В ПОЛЬЗУ МАТЕРИАЛЬНОГО. (пророчество общества потребления) Обеспечивание физической экзистенции станет в конце концов высшей целью, во имя которой будет принесена в жертву истина, свобода, любовь, красота и всё остальное — духовное. (нынешние глобальные потрясения) Придет время, возможно, оно уже совсем близко, когда хлеб станет содержанием высочайшего и окончательного человеческого счастья.


Инквизитор Достоевского — символ такого апокалиптического человека. Напряженность духа и материи в нем достигают высочайшей степени. В сущности он не отрицает учения Христа. Он признает Его благородство и божественность. Однако он считает Его слишком возвышенным для человеческой природы и этим определяет свой выбор — против Него. Хлеб инквизитор ставит выше свободы. Поэтому космический трагизм и апокалиптическая борьба проявлены в нем необычайно ярко. Космические перспективы раскрываются здесь во всей своей широте и вместе — в бесконечной зловещности.

Каждый достаточно продолжительный и достаточно своеобразный исторический период дал хотя бы одно произведение, в котором выразился дух и определяющее настроение этого периода. Средневековье увенчалось «Божественной комедией» Данте. Просвещение увенчалось «Фаустом» Гете. Легенда «Великий инквизитор» стала венцом новейшей истории. Данте в своем произведении охватил и отобразил единство жизни Средневековья, его иерархическую структуру, его прямую направленность к Богу. Гете в своем произведении собрал и выразил тоску по нравственной жизни, возникшую в индивидуализме, отмеченном стремительным распадом духа. Достоевский в своей легенде охватил и выразил жизнь человека, отвернувшегося от Бога и утратившего Его.


Модернистский период истории был особенно интенсивным временем борьбы Бога и дьявола. В этот период произошло особенно резкое разделение этих двух начал, когда они встали один против другого. НОВЕЙШАЯ ИСТОРИЯ БЫЛА ВОЗОБЛЕННЫМ ДИАЛОГОМ МЕЖДУ ХРИСТОМ И ДУХОМ ПУСТЫНИ.
И всю эту напряженность истории Достоевский собрал и выразил в своей легенде. В ней обнаруживается идеализм человека, его бесконечная любовь к слабому и страдающему человечеству, его страдание и мужество, но вместе — и его подчиненность низменной природе, его постоянное использование лжи и обмана, попрание совести, наконец, абсолютное неверие ни в Бога, ни в бессмертие души.

Человек здесь наполнен такими глубокими противоречиями, что они в конце концов уничтожают друг друга и трагизм исторического существования встает перед нами во всем своем ужасе. В мировой литературе нет более страшного персонажа, чем инквизитор в легенде Достоевского. Он — не демон, для которого зло «естественный элемент», как в Мефистофеле Гете. Инквизитор — человек, человек страдающий и ищущий, гибнущий ради человечества и ради него даже вступивший в окончательную борьбу с Христом.

Если произведения Достоевского, как утверждают Мережковский и Иванов, не эпос, не романы, но трагедии, то легенда «Великий инквизитор» самая трагичная, а самая трагическая фигура в ней — инквизитор. Но он, как уже говорилось, является символом исторического человека, который идет в апокалиптическое разрешение. Он —  символ человека, идущего через время, жизнь которого развивается и происходит во времени. Через него говорит вся история после Христа. Исторический путь человечества мучителен и трагичен, ибо это есть путь борьбы Христа и духа пустыни. Эта борьба длилась веками. Однако наше время эту борьбу переживает особенно. В легенде Достоевского и изображен этот путь борьбы. Поэтому это его произведение имеет глубокий метафизический смысл, смысл более глубокий и значительный, чем психологический и этический. Именно поэтому оно и является вершиной творчества Достоевского... »



ПОСЛЕСЛОВИЕ
 
Что ж, замечательное эссе! Разбор «полётов» фундаментальный. Сердце и разум соглашается с Антанасом Мацейной. Но как часто бывает, соприкасаясь с достойным творчеством, начинаешь размышлять. Тебя долго может  не «отпускать», держать прочитанное, а в  размышлениях о просчитанном в голове возникают  неожиданные идеи и ассоциации, весьма порой смелые и фантазийные.
Мысленно сопоставляя прочитанное с возникающими во мне идеями,  стал неожиданно ловить и искать для них соответствие с текстом эссе. Постулируя идею «ТАЙНЫ-ЧУДА-АВТОРИТЕТА» старика-инквизитора, приспособившего её для нивелировки учения Христа во имя «блага» слабого человечества на другие времена и эпохи, я неожиданно стал обнаруживать и находить постоянное  сответствие МАТРИЦЫ ИНКВИЗИТОРА в реальных временах.. Пазлы «трёх искушений» в интерпретации инквизитора  точно складывались  с пазлами  событий всей истории нового времени, где человечество вновь и всегда оказывается на ПЕРЕКРЁСТКАХ ИСТОРИИ, выбирая куда ему идти: с Христом или свернуть на путь духа пустыни!

И как не согласиться со словами А. Мацейны:  «...Христос принял решение по своей Божественной сущности и отверг искушения. Но несмотря на это они НИКУДА НЕ ИСЧЕЗЛИ. Путь, однажды начертанный духом пустыни, навсегда остался заманчивым и живым. Более того, он понемногу пробивался в повседневную жизнь человека, понемногу укрепляясь, смещая человека с пути Христа...».!!!

Выбор трудный и срединного пути нет. Время показало, к чему приводят выбранные человечеством пути. Об этом я попытался  размышлять.
Пожалуй, о первом смысле  Легенды —  психологическом, то есть о характере Ивана нет смысла   говорить — он лучше некуда, выявлен великим писателем-провидцем. Дмитрий Карамазов его сводный брат, охарактеризовал Дмитрия всего двумя словами: «Иван- могила!»  В конце-концов это дело  литературной критики, чего совсем не хочется делать — всё по этой теме рассказано-пересказано сотнями специалистов
 О моральном же аспекте — критике католичества  говорить придётся, потому что он примыкает к основному аспекту Легенды — МЕТАФИЗИЧЕСКОМУ и ИСТОРИОСОФСКОМУ; из него  выходит личность Великого Инквизитора, деяния его последователей, путь  Запада, настоящее состояние мира после многочисленных «поправок», «подчисток», «подлогов», произведённых в веках  многочисленными инквизиторами, озабоченных «счастьем»  слабой паствы.

   И этим занимались не только Инквизиторы от религии, но и  всевозможные «Инквизиторы» идейные, которым по вкусу пришлась идея кровавых «подчисток» и «подправок», дающее возможность создавать чудовищные по своей сути идеократические общества «Великого Инквизитора», (Достоевский описал это в  «Бесах» на примере «шигалёвщины» — «... Цицерону отрезывается язык, Копернику выкалываются глаза, Шекспир побивается камнями, рабы должны быть равны...».

В мире возникали то тут, то там тоталитарные режимы, бесчисленные утопии, и наконец мир пришёл к  СЕГОДНЯШНЕМУ глобальному управлению, к КОЛЛЕКТИВНОМУ ВЕЛИКОМУ ИНКВИЗИТОРУ обладающего неограниченными возможностями управления жизнью обществ, новейшими рычагами, которые принёс научно-технический прогресс. Путь к приходу Антихриста стал расчищаться новыми, эффективными и наглыми и ускоренными способами. Но в основе, как не крути, остаётся Тайна, Чудо, Власть, ПОДЛОГ , ЛОЖЬ и ЗНАКИ !


+++++++++++++++++++++++
 
СПРАВКА №1



 Небольшой исторический экскурс, характеризующий положение о том, как «маленькая» ложь может закончиться ложью большой.
 На заре христианства ПАПЕ ЛЬВУ I (440-441) удалось как-то уговорить Аттилу не идти на Рим. Эта легенда гласит, что произошло чудо украсившее Папу ореолом святости. Папа выдвинул притязания на первенство римского епископа среди других христианских  иерархов и с этой целью прибёг к ПОДЛОГУ, что применялось позже не раз. В постановление первого  вселенского собора папой была вписана гордая фраза: « РИМСКАЯ ЦЕРКОВЬ ВСЕГДА ИМЕЛА ПЕРВЕНСТВО».

+++++
Но  самая знаменитая подделка была совершена уже в 8-ом веке папой Стефаном II.  Он  отправился просить помощи у франкского короля Пипина «Короткого». Упал перед ним на колени и умолял его «защитить дело святого Петра и Римской республики», просил урезонить лангобардов,  постоянно нападавших на Рим. В награду он помазал Пипина на царство и дал ему и сыновьям титулы «римских патрициев».

Пипин вскоре разбил лангобардов. Король лангобардов обязался не нападать, отдать города, бывшие ранее византийскими владениями и захваченные лангобардами. — Равенну, Римини, Урбино и др. Пипин составил дарственный акт, которым все эти области передавались на вечные времена «Римской Церкви, святому Петру, и первосвященникам римским, его приемникам …»

Так создалась Папская область, светское государство пап. Но папа теперь оказывается в фактической зависимости от короля  франков, который  подарил ему эти владения. Папа не хочет этого признать формально.  И тогда появляется документ, который должен показать, что папа получил лишь то, на ЧТО ИМЕЕТ ДАВНЕЕ и НЕОТЪЕМЛЕМОЕ ПРАВО право. В ход пускается самая знаменитая в истории фальшивка —  «Константинов дар», — сыгравшая крупную роль в папской дипломатии последующих событий.

В этой грубо и аляповато  составленном документе рассказывается история о том, как  чудесно исцелённый от проказы император Константин отдал папе  императорскую власть над всем Западом, а сам удалился из Рима на Восток в Константинополь. Правда факта восторжествовала только через семь столетий, в 15 веке, когда Лоренцо Ваала доказал подложность этой грамоты.
 

Ещё один пример обмана. Уже не папы, но характеризующий времена и действия. Был такой персонаж венецианский дож Дондола. Вот какую  комедию он разыграл, чтобы отклонить крестоносцев  от похода на Египет. Им нужно было заплатить огромную сумму за перевозку войска и за его снабжение. Но наличных денег и собранной в дополнение  к ним золотой и серебряной утвари баронов оказалось не достаточно. Тогда Дондоло выступил на народном собрании с речью, к которой указал, что крестоносцы не в состоянии заплатить всей суммы, и что венецианцы собственно  вправе были бы удержать полученную часть денег. «Но, ; патетически воскликнул он, ; КАК ПОСМОТРИТ НА НАС МИР? Каким позором покроемся мы и вся наша страна? Предложим им лучше сделку. Венгерский король отнял у нас город Зару в Далмации ; пусть эти люди отвоюют её нам, а мы дадим им ОТСРОЧКУ для уплаты».

Предложение было принято. В одно из воскресений, во время богослужения, собравшего  в церкви Св. Марка  множество венецианцев и крестоносцев, Дондоло обратился к народу с речью. В ней, прославляя возвышенную цель крестоносного ополчения, он заявлял, что хотя он стар и слаб и нуждается в отдыхе, но сам возьмет крест и отправится с крестоносцами. Тут, пишет участник и летописец четвёртого крестового похода, наивный Виллардуэн, «великая жалость охватила народ и крестоносцев, и немало пролилось слёз, ибо этот славный человек имел полную возможность остаться: ведь он был стар, и хотя имел красивые глаза, но ровно ничего ими не видел». Плакал не только народ, но рыдал  опустившийся на колени перед алтарём старый хитрец, которому нашивали в это время крест. Отлично известно к чему привело в дальнейшем крестоносное рвение Дондоло. Константинополь и почти вся остальная  Византийская империя были захвачены крестоносцами. Венецианцы получили огромную часть добычи, и их дожи прибавили к своему титулу звание «господина одной четверти и одной восьмой Римской империи.


++++++++++

Крестовые походы —  ужас средневековой Европы. Известно восемь «номерных» крестовых походов в Святую Землю, однако, сегодня историки выделяют 18 подобных событий в средневековой Европе. Некоторые из них настолько ужасны и абсурдны, что поражают современного человека. Так, в 1212 году произошёл «Крестовый поход детей».


Походу 1212 года в Палестину предшествовал широко известный 4-ый крестовый поход, который закончился настоящим идеологическим крахом: заветная мечта христиан так и не сбылась, однако Иерусалим, как и несколько других городов, были РАЗГРАБЛЕНЫ. Поход показал многим лидерам все притворство самой идею походов. Поведение многих рыцарских орденов в Святой Земле сыграло не последнюю роль в окончательном расколе западной католической церкви и восточной византийской. Тем не менее, мечта о возвращении Гроба Господня не покинула простых христиан. Едва успели рыцари разойтись  по домам, как в Риме вновь пошли слухи о новом походе.


Началось все в Германии, весной 1212 года. Германское войско направлялось в Италию, для того чтобы погрузиться на суда и отправиться в Палестину. В Кёльне к ним присоединилась  дети и подростки, предводители которой заявили, что они крестоносцы и также направляются в Святую Землю. С этим же немецкое войско столкнулось и во Франции. К 25 000 детей и подростков из Германии присоединилось еще около 30 000 французских подростков. Все они шли под предводительством пастуха Стефана из Клуа. По его словам, сам ИИСУС явился ему во сне в облике монаха и повелел собрать детей и вести крестовый поход на Палестину без оружия и лошадей, чтобы взять город Иерусалим и «освободить Гроб Господня одним лишь именем Господа на устах».
«Рыцарям и взрослым не удалось освободить Иерусалим поскольку, они шли туда с грязными помыслами. Бог отступился от них, закоренелых грешников. Мы - дети, и мы чисты», - призывал Стефан.

Крестовый поход детей имел весьма серьезную политическую поддержку. Поход детей был одобрен не только военачальником Германской армии, но и Орденом францисканцев, которые были широко известны своими проповедями об аскетизме и смирении. Орден имел вес и в Риме, а потому, поход был ОДОБРЕН  и Папой Римским.
 


 Детский поход не имел фактически никакой серьезной организации, несмотря на всю духовную и политическую поддержку. Детское воинство было вынуждено терпеть множество невзгод и лишений. Еще на территории Германии участники похода начали умирать от голода и болезней. Особенно сложным периодом для армии стал переход через Альпы. В заснеженных горах замерзло несколько тысяч детей. Однако, несмотря на все это, более чем половине удалось достичь Италии. Во время альпийского перехода, армия детей разделилась на несколько частей. По приходу в Италию из разрозненных отрядов медленно сформировалось основные группы. Первая состояла в основном из немецких детей, которых осталось очень немного. Вторая – из французских. Дети из Франции вскоре направились к югу Италии. Шествие войска сопровождалось ежедневными массовыми молитвами, но море так и не расступилось перед праведным войском. НО ПОХОДУ СОГЛАСИЛИСЬ ПОМОЧЬ МЕСТНЫЕ КУПЦЫ И ПРЕДОСТАВИЛИ ДЕТЯМ КОРАБЛИ ДО АЛЖИРА.
КАК ОКАЗАЛОСЬ ЕВРОПЕЙСКИЕ КУПЦЫ БЫЛИ в СГОВОРЕ С АРАБСКИМИ РАБОТОРГОВЦАМИ: ТЫСЯЧИ ДЕТЕЙ БЫЛИ ПРОДАНЫ В РАБСТВО.
 Участь детей из Германии была столь же незавидна, большинство из них было убито разбойниками или продано в рабство, вернулись из несостоявшегося похода лишь небольшие разрозненные отряды детей-крестоносцев. Ни Рим, ни один из орденов никак не отреагировал на это событие. Многие историки указывают на свидетельства о том, что кошельки некоторых купцов, рыцарей и даже церковников в ходе этого «Крестового похода» увеличились в десятки раз.


Несмотря на все ужасы крестового похода детей, Рим не оставил идеи об освобождении Царства Небесного. Спустя пять лет, в 1217 году начнется новый поход в Святую Землю, который назовут «пятым». В ходе этого «вялого» и неудачного похода сложат свои головы тысячи крестоносцев — как рыцарей, так и простых солдат. Неправоверные отдадут христианам столь желанный город, однако это не станет началом эпохи мира, а лишь прологом к новой ЧЕРЕДЕ кровавых событий.

= += + = +=+ =+=+=+=

Описывать всю историю папства  и ПАП коих с нынешним папой-иезуитом было 266, задача  совершенно невыполнимая —  тут одних только «приписок», «подчисток», хитроумных сделок наберётся на порядочную библиотеку. Долгий путь Церкви через войны, захваты территорий под знамёнами веры, расколы, инквизицию, через постоянные компромиссы со светской властью, скандалы, подстраивания под меняющиеся веяния мира, обязан был привести её к фальшивым стратегиям экуменизма, толерантности, соглашательства с грехом,  К ВАССАЛЬСКИМ ОТНОШЕНИЯМ С  ХОЗЯЕВАМИ МИРА.

 Воистину прав был Достоевский вложив в уста Инквизитора 16-ого века слова обращённые к Христу: «Мы уже не с Тобой — мы с ним, не мешай нам».  И ещё глумливое и откровенное инквизиторски-иезуитское:  «... «мы скажем, что послушны Тебе и господствуем во имя Твоё. Мы их обманем опять, ибо Тебя мы уж не пустим к себе».

Задаваясь «больными вопросами»  в тех же «Братьях Карамазовых» Достоевский устами адвоката  на суде над Дмитрием Карамазовым, уже в веке 19-ом говорит:«....не исказился ли в нём <мире> лик Божий и правда Его? У них наука, а в науке лишь то, что подвержено чувствам. Мир же духовный, высшая половина существа человеческого отвергнута вовсе, изгнана с неким торжеством, даже с ненавистью. Провозгласил мир свободу, в последнее время особенно, и что же видим в этой свободе ихней: одно лишь рабство и самоубийство! Ибо мир говорит: "Имеешь потребности, а потому насыщай их, ибо имеешь права такие же, как у знатнейших и богатейших людей. Не бойся насыщать их, но даже приумножай” <…> И что же выходит из сего права на приумножение потребностей? У богатых уединение и духовное самоубийство, а у бедных – зависть и убийство, ибо права-то дали, а средств насытить потребности ещё не указали. <…> куда пойдёт сей невольник, если столь привык утолять бесчисленные потребности свои, которые сам же навыдумывал? В уединении он, и какое ему дело до целого. И достигли того, что вещей накопили больше, а радости стало меньше».
 Воистину, не не о нашем ли сегодняшнем дне  мира сказано в середине 19-го века пророком?!
И наконец он же пишет о Европе 19 века: «...во многих случаях там церквей уже и нет вовсе, а остались лишь церковники и великолепные здания церквей, сами же церкви давно уже стремятся там к переходу из низшего вида, как церковь, в высший вид, как государство, чтобы в нем СОВЕРШЕННО  ИСЧЕЗНУТЬ. (выделено мною, пригодится в дальнейшем) Так, кажется, по крайней мере в лютеранских землях. В Риме же так уж тысячу лет вместо церкви провозглашено государство». Церкви в государстве отводится «как бы некоторый лишь угол, да и то под надзором, – и это повсеместно в наше время в современных европейских землях». (Недавно 29 сентября 2016 года в программе «Поединок» известная  феминистическая деятельница М. Арбатова бросила в лицо своему оппоненту В. Милонову: «Сидите там у себя за забором!»  Аналогичные идеи проводит и мадам Улицкая и весь либеральный кагал ).

 Что мы видим сейчас, в век, когда весь мир находится под неусыпным приглядом «большого брата», когда полным ходом продвигается создание глобального мира, который засасывает в свою мясорубку зазевавшихся, заманивая в неё «хлебом земным»?



СПРАВКА № 2

 «Святой престол» —  центр огромной империи. Это не национальное государство, но отсюда осуществляется управление сотнями миллионов «подданных» - католиков, живущих на всех пяти континентах. А несколько сотен граждан города-государства Ватикан образуют управленческий аппарат. Количеству начальников на душу населения здесь велико, как ни в каком другом государстве мира. Так, по официальным данным Ватикана на 31 декабря 2002 г. из 555 его граждан 57 - кардиналы, 293 –члены представительств (дипломаты), 57 – работники различных органов управления. Все это особы духовные и высокопоставленные. Остальные полторы сотни – миряне: 104 швейцарских гвардейца и 44 служащих, чей род деятельности не указан. Статус гражданина Ватикана исключительно функциональный, он напрямую зависит от исполнения какой-либо государственной должности. Утрачивая должность, утрачивается статус.
Преобладание среди граждан Ватикана дипломатических представителей связано с тем, что Ватикан поддерживает дипломатические отношения со 172 государствами, а также с Евросоюзом и Суверенным военным орденом Мальты (который признается субъектом международного права - своеобразным государством без территории). На специальной основе Ватикан имеет дипломатические отношения с РФ и Организацией освобождения Палестины. Официальные представители Ватикана участвуют в различных международных и межправительственных организациях со статусом члена или наблюдателя (ООН, ЮНЕСКО, МАГАТЭ, Международной организации гражданской авиации, Международной организации труда, Международной организации по миграции, Международном союзе по телекоммуникациям и многих других).
По светским параметрам Ватикан обладает всеми чертами нормального государства: собственной территорией, официальными границами, официальными языками (латинский и итальянский), главой государства (папа римский), правительством, государственной символикой (флаг, герб, гимн), дипломатическим корпусом, банковской системой, монетным двором, почтовой, телефонной, издательской, информационной и прочими службами. Он имеет международный автомобильный знак (V/VA), международный почтовый индекс (SCV-00120), международный телефонный код (+39-06). Ватикан - тринадцатое государство еврозоны. Он имеет право чеканить монеты евро со своим оформлением их оборотной стороны.
 За всю историю никогда не существовало государства размером с деревню, внутри столицы другого государства, и c горсткой граждан, живущих анклавом за крепостными стенами. А именно таков город-государство Ватикан - 44 гектара территории в пределах Рима, столицы Италии. Это единственное государство в мире, вся территория которого целиком (со всеми 63 зданиями на ней) включена по решению ЮНЕСКО в список объектов мирового культурного наследия. Помимо этого бесценного государственного имущества Ватикану принадлежит также экстерриториальное право собственности на три крупнейших римских храма (Санта Мария Маджоре, Сан Джованни ин Латерано, Сан Паоло фуори Мура), множество римских «палаццо» (где помещаются различные учреждения папской администрации), виллу и дворец Кастель Гандольфо вблизи Рима, участок в Чезано (в 25 км. от Рима).
Ватикан – старейшая из существующих монархий (существует с 756 г. с недолгим перерывом на 1870-1928 гг.), и притом единственная, где глава государства выборный. Папу римского избирают голосованием члены Коллегии кардиналов, высших иерархов церкви (числом 120). Этот элитный избирательный орган, кстати, – тоже старейший в мире (существует с 1150 г.)  Ватикан на сегодняшний день единственная в мире теократия - государство, которым правит не светское, а духовное лицо. Это – папа римский. Папа стоит на вершине и государственной, и церковной пирамиды, сосредотачивая в своих руках власть и над государством Ватикан, и над католической церковью. А сама эта вершина носит название «Святой престол». Хотя на государственной печати Ватикана начертано Stato Della Cittа Del Vaticano («Город-государство Ватикан»), но в официальных документах его называют «Святой престол». Оба этих образования являются субъектами международного права. Официальные титулы папы - Епископ Рима, Викарий Иисуса Христа, Преемник Князя Апостолов, Верховный Первосвященник Вселенской Церкви, Патриарх Запада, Примас Италии, Архиепископ и Митрополит Римской Провинции, Глава города-государства Ватикан, Раб рабов Божьих. Кстати, поездки папы по странам мира считаются паломничеством, и даже в зарубежных встречах с главами других государств он предстает не как правитель государства Ватикан, а как глава Святого престола.
Только папа может назначать высших церковных иерархов, из числа которых формирует правительство и все управляющие структуры церкви. Они неразделимы, это две стороны одной медали под названием Римская курия. Для управления городом-государством папа создает Понтификальную комиссию из кардиналов, вручая им законодательные полномочия на пять лет, и назначает губернатора Города-государства Ватикан (исполнительные полномочия). . Судебную власть от его имени осуществляют магистрат, суд первой инстанции, апелляционный суд и кассационый суд. Все эти властные структуры занимаются преимущественно внутренними делами государства.
А во взаимоотношениях с внешним миром Ватикан представляет Госсекретариат, который состоит из двух отделов: по общим делам и по связям с государствами. Первый занят в основном подготовкой церковных и государственных документов, а второй - отношениями с иностранными государствами, заключением договоров и соглашений. Ватикан – активный игрок на международной арене, с начала деятельности нынешнего главы государства и до 1 октября 2000 г. заключены 75 двусторонних дипломатических договоров. 
Госсекретариат является одним из подразделений Римской курии, состоящей из множества различных учреждений: конгрегаций, советов, трибуналов, служб, комиссий, комитетов и проч. В штате заняты тысячи чиновников, духовных лиц, живущих в римским особняках, принадлежащих Ватикану. Бюрократическая база у Святого престола прочная. Однако в недрах папской бюрократии, как и вообще среди чиновников, идет борьба группировок. Одну образуют консерваторы, другую - реформаторы. Возглавляют обе группировки, разумеется, кардиналы. Ректором Папской академии социальных наук является американка Мэри Глендон, профессора Гарвардского университета из США. Она стала самой высокопоставленной женщиной Ватикана. Ранее должности в одном из важных органов управления Ватикана, Международной теологической комиссии, получили еще две женщины.
Все громче звучащие из уст духовных лиц требования отмены целибата, скандалы с американскими священниками, обвиненными в педофилии и проч. свидетельствуют, что борьба верхов отражает реальную ситуацию.
Жизнь Ватикана освещают такие средства информации, как ежедневная газета «L'Osservatore Romano» («Римский наблюдатель»), радиостанция «Ватиканское радио», вещающее на 40 языках, «Ватиканский телевизионный центр», «Пресс-служба Святого Престола». С 1991 г. введена в действие новая информационная система «Ватиканская информационная служба», использующая такие средства коммуникации, как факс, электронная почта, веб-сайт, содержание которого доступно на четырех языках (итальянском, английском, испанском и французском).
Сведения о финансовом положении Ватикана, если и попадают в печать, то только в самых общих чертах. Известно, что оно стабильное. Доход Ватикана, как государства, исчисляется в сотнях миллионов долларов. В основном это средства, поступающие за счет туризма, продажи печатной продукции (есть свое издательство и типография), марок, сувениров, деятельности строительной организации, фабрики мозаики. Дефицит бюджета в 2001 г. составил всего три с половиной миллиона евро.
.

СПРАВКА № 3

Папа Бенедикт XVI в 2012 году призвал к созданию Мирового правительства и нового мирового порядка
.
В речи, произнесенной на папском совете 3 декабря 2012 года, папа призвал к «построению мирового сообщества с соответствующими полномочиями», «для всеобщего блага человеческой семьи». Он сказал: «Предлагаемый орган (мировое правительство) не был бы сверхдержавой, сосредоточенной в руках горстки людей, которые властвовали бы над всеми остальными, эксплуатируя самых слабых». То  есть нужно создать новый единый управленческий орган.


Папа также поделился своим видением нового органа как «моральной силы» или морального авторитета, который имел бы «власть оказывать влияние в соответствии с разумом, то есть коллективная власть, ограниченная в своей юрисдикции законом».
(В 2010 году католическая «церковь» стремилась к созданию нового мирового центробанка, который отвечал бы за регулирование глобальной финансовой индустрии и международной денежной массы).
Тогда Ватикан пытался создать «наднациональную власть», имеющую общемировой масштаб, и «универсальную юрисдикцию», чтобы направлять и контролировать глобальную экономическую политику и принятие решений.


Таким образом, перед нами еще одно наглядное свидетельство того, что римский понтифик, а вместе с ним и вся иерархия римо-католической церкви являются проповедниками идей антихристианского глобализма на самом высоком политическом уровне. И являются подносчиками дровишек к кострам. Которые разжигают мондиалисты. Собственной глобальной структурой Святому престолу пока удается управлять. Но в эпоху транснациональных корпораций всё изменилось и руководство Ватикана вертится, КАК УЖ НА СКОВОРОДЕ, дабы его не отодвинули на задворки регионального царька.


Что ж, забудем о Льве I-ом,  Стефане II-ом, о 265-ти кардиналах, оставшихся в истории и, перескочив через два тысячелетия, заглянем в Ватикан, где на святом престоле, в эпоху глобализации и строительства нового мирового порядка восседает 266-ой Папа, иезуит Бергольо или Папа Римский Франциск. Три года его интенсивного служения, с большим количеством поездок по миру, интервью, заявлений и выступлений, проповедей, экуменических служб, создают лично  у меня впечатление  о некоем   топ-менеджере нанятом на службу в религиозной сфере, работающего в соглашательском духе со всеми глобальными программами современного мира. Мягенько он обольщает паству не доводами, а лестью и потаканием греху.  Многие его действия, такие, как омовение ног в канун Пасхи  11 беженцам (мужчинам и женщинам, мусульманам, индуистам, христианам-коптам и католикам), ожидающим признания своего статуса), кажутся мне банально-карамельными, показушными, пиарными, постановочными, чем-то отдающими  конкурсом Евровидением.

Его «соболезнование» несчастным геям,  наказ просить у них прощения, уже сделали его гей-иконой. Каждый раз, когда он выдаёт на гора в очередном своём выступлении гуманный и несомненно толерантный перл, я не могу избавиться от ощущения, что он абсолютно в ТРЕНДЕ, говоря сегодняшним языком, а в кармане у него лежит методичка от архитекторов конца Света. Тут-то и вспоминаются слова Инквизитора «... мы давно с ним... «с духом пустыни, Дьяволом». При этом трудно представить себе, что Понтифик дурак и элементарный болтун — это, конечно, не так. Что же он проповедует?


+++++++

Что же он проповедует?

О Рождестве.


В конце декабря уходящего, 2015 года, перед людьми на площади Святого Петра в Риме, Понтифик объявил, что это Рождество может стать последним Рождеством для человечества,  заявив: «В то время, когда мир голодает, горит и нисходит в хаос, мы должны понимать, что в этом году празднование Рождества для тех, кто решил отпраздновать его, может быть их последним Рождеством».
Что это? Предупреждение о конце Христианства? Разве он ещё не знал, что  в Европе уже во  многих городах, якобы из-за недовольства мусульманского населения, запрещено выставлять Новогодние ёлки и украшения в честь  Рождества  Христова?! Почему он не поднял голос в защиту христианских ценностей? Толерантность!!! Против неё даже понтифик не может возразить —  ЭТОТ ТРЕНД СВЯТЕЙ СВЯТОГО.

О ЖЕНЩИНАХ В  ЦЕРКВИ.
Папа: «Мы должны позволить женщинам активно участвовать в работе церкви. Женские таланты необходимы везде, где нужно принимать важные решения. Сегодня наша задача заключается в следующем: подумать о конкретном месте, которое может занять женщина, чтобы принять на себя часть церковной власти».
 Глупо бы было пропускать мимо ушей слова понтифика, и они, конечно, были услышаны: уже в Англии есть женский епископ. А английский епископ мужчина  признаётся в сожительстве с партнёром, при этом он  уверяет, что этим он не нарушает ОБЕТА БЕЗБРАЧИЯ, ТАК КАК ЭТА СВЯЗЬ НЕ ОФИЦИАЛЬНАЯ!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!! Ждите. Совсем скоро грех будет оправдан, а  библейская история Содома и Гоморры будет пересмотрена — бумага всё терпит, а папа волен говорить  то, что говорит.


++++++++
О ИУДЕЙСКИХ ВЛАСТИТЕЛЕЙ-ФАРИСЕЯХ ГЛОБАЛЬНОГО МИРА


Май  2014. Папа Франциск целует руки иудеев! Под пристальными взглядами масона Генри Киссинджера, главы сионистского комитета, высокопоставленных раввинов и прочих «заинтересованных» лицах. Но одно дело мыть ноги обездоленным беженцам (хотя и это сущий и бездарный пиар), и другое совсем целовать руки сильным мира сего! ПАПА  НЕ ПОКЛОНИЛСЯ С ПОЧТЕНИЕМ, ОН ЦЕЛОВАЛ РУКИ ХОЗЯЕВ, ПРИЗНАВАЯ СЕБЯ НА ИЕХАРХИЧЕСКОЙ ЛЕСТНИЦЕ НИЖЕ ИУДЕЯ. ФАКТИЧЕСКИ ПРИЗНАВАЯ СВОЮ ВАССАЛЬНОСТЬ ПЕРЕД ДЕНЕЖНЫМИ ТУЗАМИ, САТАНИСТАМИ, СТРОИТЕЛЯМИ НОВОГО МИРОВОГО ПОРЯДКА.
СПРАВКА. 70-е Апостольское правило гласит: «Если кто, епископ, или пресвитер, или диакон, или вообще из списка клира, постится с иудеями, или празднует с ними, или приемлет от них дары праздников их, как то, опресноки, или нечто подобное: да будет извержен. Если же мирянин: да будет отлучен».



О  «КРЕЩЁННЫХ ИНОПЛАНЕТЯНАХ»
Папа Франциск вызвал настоящий переполох в прошлом году, когда объявил, что собирается крестить инопланетян. Известно, что Ватикан обладает самым крупным телескопом на планете. Бывший сотрудник министерства обороны Ник Поуп рассказал Neon Nettle: "Это не секрет, что католическая церковь репозиционирует себя в этом вопросе в последнее время. Знают ли они, что-то? Я сомневаюсь в этом. Я думаю, что они просто пытаются ГАРАНТИРОВАТЬ СЕБЕ себе, что если научное сообщество объявит о существовании внеземной жизни, ТО ЦЕРКОВЬ ГОТОВА К ТАКОМУ ПОВОРОТУ».
++++++

666. ЧИПЫ.
ПАПА: «Мы хорошо исследовали Священное Писание и я могу сказать с полной уверенностью, что там нет ничего такого, чтобы подтверждало, что RFID микрочип является сатанинским». Он также сказал, что RFID микрочип «является благословением Божиим, которое окажет помощь человечеству для решения многих сложных вопросов в мире» и об «обязательности процедуры имплантации RFID микрочипов для всех сотрудников Ватикана и его жителей».
 ОТКРОВЕНИЕ ИОАННА хорошо ИССЛЕДОВАННО И ОТРИНУТЫ ТРУДЫ ВЕЛИКИХ ХРИСТИАНСКИХ МЫСЛИТЕЛЕЙ!   (В самом деле: загадочного слова RfID в апостольском Откровении нет. Есть какая-то цифра странная 666, а аббревиатур нет никаких. Как мы раньше этого не заметили!?)

 Понтифик рушит последние устои «католицизма», он советует не говорить о содомии, об абортах и контрацепции, а стать БОЛЕЕ  ТЕРПИМОЙ и ГИБКОЙ  СТРУКТУРОЙ. Он принимает содомию, оправдывая грех, заявляет, что он тоже грешник, (Кто я такой, что бы осуждать!), отринуто пророчество, что грядущий антихрист будет человеком греха и сыном погибели.


КТО Я ТАКОЙ, ЧТОБЫ ОСУЖДАТЬ!?
 25 сентября 2015 состоялась месса папы римского Франциска перед 18 тысячами католиков в нью-йоркском концертном комплексе «Медисон-Сквер-Гарден» И первое чтение на этой мессе начал известный американский извращенец педераст, комик и репортер новостного канала «CBS News» МО РОКА. Педераст, являющийся противником католического учения о сексуальности человека читает первое чтение в католической мессе!?. Как говорится, « вчера были вот такие, но по пять!»



***
ПРОСТОДУШИЕ и  ПОНЯТЛИВЫЕ ПАРЛАМЕНТАРИИ

Недавно Понтифик рубанул революционную речь в европарламенте: «...пришло время, когда надо поработать вместе, чтобы построить Европу, которая вращается не вокруг экономики, а вокруг святости человеческой личности и неотъемлемых ценностей». Слова Франциска были встречены бурными аплодисментами, а председатель европарламента сказал, что «папа» - человек, который показал им путь, когда они заблудились. Аплодировали люди, которые создают Гейевропу  с ювенальным ужасом, эвтаназией, с туристическим скотоложеством, и прочими «ценностями человеческой личности»! Они правильно поняли Понтифика, А он знает, что И ГДЕ говорить! (И почему сейчас только «пришло время, когда надо поработать вместе» ?)  Раньше-то не работали?

ОБ ЭВОЛЮЦИИ
 
Папа» Франциск признал теорию Дарвина об эволюции и теорию о Великом взрыве. Как  это совмещается  с Божественным Откровением Бога Творца?


ОПЯТЬ ПРИЩЕЛЬЦЫ

 В Ватикане «обосновали» доктрину «принцип разнообразия», которая допускает  существование инопланетян на других планетах.
 
 «В ближайшем будущем нам нет нужды отрекаться от нашей первоначальной Христианской веры. Однако согласно ЗНАНИЮ, ПОСТУПАЮЩЕМУ К НАМ ИЗ ДРУГОГО МИРА (ЧЕРЕЗ ПОДЗЕМНЫЙ ТЕЛЕСКОП!!!), и как только нам удастся эту информацию подтвердить доказательством, мы должны будем ИЗМЕНИТЬ НАШЕ ТОЛКОВАНИЕ ЕВАНГЕЛИЯ». Ватикан удивил даже NASA СВОИМИ ПРОЭКТАМИ. Ватикан имеет самый мощный телескоп в мире, встроенная в нем инфракрасная камера, называется «люцифер». Через камеру с таким названием непременно увидишь «зелёных человечков», и всю нечисть преисподней! Ну не как нельзя без АВТОРИТЕТНЫХ ЧУДЕС, чтобы изменить толкование Евангелия!

ВЕСЁЛЫЙ ПОНТИФИК

Весёлый Понтифик любит молодёжь и, встречаясь с ней, любит показывать «козу» инфернальную символику. В Бразилии он призвал молодых людей быть революционерами, прочитать Евангельские Блаженства и 25 главу из Евангелия от Матфея, в которой содержится притча о Страшном Суде Божием, и делать беспорядки   Миротворец! Объединитель религий! Борец за экологию! Борец с терроризмом. ПОП-ЗВЕЗДА, Революционер!


И просто мелочи! У понтифика на жезле совершенно ужасное изображение Креста Господня и Самого Спасителя.  Наперсный крест у него без изображения распятого Господа Иисуса Христа, на нём изображен человек без нимба. В Ватикане имеется скульптурная композиция под названием «воскресение». Статуя "Воскресение" расположена в зале Павла VI в Ватикане. Скульптурную композицию под названием "Воскресение", создал Перикл Фаццини в 1977 году. Как объяснял автор, статуя символизирует воскресение Христа из вспышки ядерного взрыва. Композиция изготовлена из бронзы. Имеет 20 метров в длину, 7 в высоту и 4-х в глубину. Композиция мрачная и зловещая и непонятная. Здесь совершаются и мессы,  а «папа» восседает на троне в подножии этого образа, лицо которого с одной стороны человечье, а с другой морда рептилии? Не восседает ли папа перед образом зверя, напротив пергамского алтаря.  В Откр.12:9. антихрист будет иметь человеческий облик и звериную – сатанинскую сущность! Ожидание его прихода?

И  СОВЕРШЕННО удивительное и неожиданное заявление Понтифика о Православии :
—Мы утратили чувство поклонения, а они ее сохранили. Прославляя Бога, поклоняясь Ему, воспевая Его, они не считаются со временем. Бог у них— в центре, и это их богатство, о котором я хочу вспомнить, пользуясь случаем. Когда-то кто-то из них сказал мне о Западной Церкви, о Западной Европе: Lux ex oriente, а на Западе— luxus.
ПОТРЕБИТЕЛЬСТВО, (хлеб земной!), БЛАГОПОЛУЧИЕ причинили нам много вреда. А они сохранили красоту Бога в центре. Читая ДОСТОЕВСКОГО, а его нужно всем читать и к нему возвращаться, я проникаю в русскую, восточную душу. И это очень нам помогает. Мы нуждаемся в этом обновлении, в свежем ветерке, в свете с Востока.
 Это не в приватной беседе сказано!  Признать открыто, что в ИХ мире Бог – не в центре,  —  это откровение апокалиптическое! Это откровение Великого Инквизитора Христу: «... мы уже не с Христом, а с Ним уже 8 веков. Ровно 8 веков назад, как мы взяли от Него то, что Ты с негодованием отверг, тот последний дар, который предлагал Тебе, показав все Царства земные. Мы взяли от него Рим и меч кесаря. И объявили лишь себя царями земными, царями едиными, хотя и доныне НЕ УСПЕЛИ ЕЩЁ ПРИВЕСТИ  НАШЕ ДЕЛО К ПОЛНОМУ ОКОНЧАНИЮ».

 И Понтифик признаёт, что в центре ИХ церкви – не Бог. Он констатирует, что в центре потребительство, сиречь  — ХЛЕБ ЗЕМНОЙ, что не они уже инквизиторы Мира, а более могущественные силы, перед которыми они склоняют голову.
 И что это: обида  и скорбь за состояние дел в католицизме? Трезвый взгляд на фатальность их пути? Зависть?  Надежда на примирение двух Церквей? Или надежда на поглощение нас в чреве глобальных преобразований во всех сферах жизни мира? Очередная  дьявольская лесть: «... я проникаю в русскую, восточную душу. И это очень нам помогает. Мы нуждаемся в этом обновлении, в свежем ветерке, в свете с Востока...»


 Как же не нуждаться, когда можно ухватить то, что до сих пор не удавалось ухватить (начиная с времён Святого Александра Невского!!!)! Какое инфернально-кровавое совсем недавно  было «проникновение в русскую душу», (продолжившееся Донбассом), во время киевского майдана, какое феерическое  «обновление» с кровавым ветерком под чад пылающих покрышек, когда рядом «с мужчинами и женщинами доброй воли» вдруг оказались посланцы Ватикана иезуиты, лагерь Мальтийского ордена с полевой кухней. Католики не только кормили, но и давали «духовные наставления» в виде  буклетов под названием «Молитвенник революционера. Пять шагов к достижению духовной победы в Украине». Как всегда лукавая иезуитская хитрость: объединены два несовместимых понятия —  «Молитвенник» и «революционер», но это такие привлекательные слова для молодых людей, как лозунги время Парижских событий: «Запрещать запрещено» или «Под мостовой — пляж».

 Помнится Нечаев написал «Катехизис революционера», но он «честно» без словесных виляний обучал азам террора и  кровавой борьбы, без хитроумных  фраз вроде: «духовная победа»: «Революционер презирает и ненавидит во всех проявлениях нынешнюю общественную нравственность. Все изнеженные чувства родства, дружбы любви, благодарности и  даже самой чести должны быть задавлены в нём холодной страстью революционного дара. Денно и нощно должна быть у него одна цель — беспощадное разрушение...» И т. д.  Такая революционная аскетика. (Поразительно, что Ф. М. Достоевский буквально угадал эту программу, описывая её в своих «Бесах»!)


Последние новости из мира папистов уже не удивляют: 11 сентября (скорбный день усекновения головы Иоанна Крестителя. Ужасно любят «святые отцы» устраивать перфомансы в святые дни), они устроили кампанию «Угости священника пивом». Весёлая тризна   —   шабаш безумцев.

За Папой не успеваешь! В начале октября 2016  неутомимый Понтифик  уже в Грузии и проводит мессу на главном стадионе Тбилиси. Месса на стадионе православной страны, которую Россия спасла от персидского ига, страна с которой мы плечо к плечу освобождали мир от коричневой чумы! Горячему прозелитизму Папы нет конца, после Грузии он летит в Баку.  В итоге, если и впрямь появятся инопланетяне, им бедным, не устоять перед напором Папы — обратит, зелёненьких человечков, обратит, непременно! Грузия, Грузия — где твои великие сыны?
P./S. Писалось мной 2 октября,  принялся продолжить 5-го октября   и нате вам! —  Впервые в истории Папа Римский и архиепископ Кентерберийский вместе совершат вечерню. Совместное богослужение состоится 5 октября в римской церкви св. Григория на холме Целий. Служба в Риме, о которой сообщила 3 октября пресс-служба Святого Престола, станет первым совместным богослужением глав Римско-Католической и англиканской Церквей после разрыва между ними, произошедшего в 1534 году.
По случаю 50-летия открытия Англиканского центра в Риме 36 англиканских и католических епископов из 19 стран мира собрались 30 сентября в английском Кентербери на межконфессиональную встречу. Ее кульминацией будет вечерня в Риме, которую совершат Папа Франциск и архиепископ Джастин Уэлби.Песнопения на вечерне исполнят хоры Сикстинской капеллы и Кентерберийского собора. На следующий день после богослужения, 6 октября, Папа и архиепископ Уэлби встретятся в рамках частной аудиенции. Стало известно, что во время богослужения на Целии на пальце Джастина Уэлби будет перстень, подаренный в 1966 году Папой Павлом VI тогдашнему архиепископу Кентерберийскому Майклу Рамси. 50 лет назад духовный глава англикан был впервые принят в Ватикане после раскола 1534 года – именно тогда и был создан Англиканский центр в Риме, ставший своего рода постоянным представительством Англиканской Церкви при Ватикане.


Какая красивая служба выйдет с женскими епископами, епископами и священниками открытыми педерастами  венчающими содомитов и извращенцев, с «епископами и священниками» которые сами состоят в содомских браках. Свальный блуд был бы прекрасным финалом шабаша.

 
               


   
   
ПОСЛЕСЛОВИЕ ПОСЛЕ ПОСЛЕСЛОВИЯ





На протяжении всей истории Запада создавалась традиция культуры, судившая о настоящем исходя из прошлого. Культура выступала вместе с религией, которая  являлась религией обуздания человеческой природы. Закон Ветхого Завета обрисовал границы за которыми находится грех, Новый Завет провозгласил любовь, но не отменил страх перед демоническим.

 Резкий поворот случился в 19-ом веке в модернистский период, когда культура стала устанавливать контакт с демоническим, когда эстетические побуждения стали превалировать над моральными, от священного к светскому путь оказался весьма быстрым. Высшей ценностью модернисты стали считать внутренний и внешний опыт. Они разрывали связь с прошлым, уничтожали преемственность, декларируя, что в сферах воображаемого разрешено всё низменное — это был вызов добропорядочности  и отказ от религии
Социолог Питирим Сорокин считал, что основой культуры является ценность, с чем конечно же согласимся. С течение времени менялись ценности, что непосредственно отражалось на культуре. В Средние века ценностью был Бог и сферы деятельности контролировались религией: литература, музыка, живопись, философия, носили религиозный характер. Но с 12-го века стала складываться новая культура —  идеалистическая, а с 16-го —  уже чувственная, воспринимаемая через органы чувств.
 А.С. Панарин писал, что с 19-го века культуру уже подводили к пафосу отрицания возвышенного к утверждению низменного. Все видам искусств пришлось пройти путь к отказу от Бога в пользу чувственности, удовольствия, необременительного существования и потребления. Делец подчинял себе  творца,  навязывал ему свои вкусы влияя на дальнейшее развитие культуры и соответственно всего образа жизни.
В конце уже 20-го века и в начале нового 21-го века мир столкнулся с новыми вызовами,   с которыми не мог не столкнуться и  Ватикан, он, по-всему, перед этими вызовами  вынужден пасовать. Уходить с исторической сцены он не хочет и не собирается, но будучи плоть от плоти дитём  и порождением Запада изворотливо пытается встроится в эту систему, найти свою нишу, по возможности оставив за собой роль морального лидера, однако  глобализм с его устремлениями к новому мировому порядку действует по принципу «Боливар не выдержит двоих» и он не собирается жить с ещё КАКИМИ-ТО правилами, кроме своих, —  он  настроен только на победу — понимая, что ЭТОТ БОЙ ВПОЛНЕ МОЖЕТ СТАТЬ ПОСЛЕДНИМ. Он не терпит поражений, подминает под себя без жалости зазевавшихся, эта машина придумывает  и воплощает в жизнь всё новые и новые ГЛУМЛИВЫЕ И ХИТРОУМНЫЕ способы сделать людей «счастливыми», берёт ВСЕ СФЕРЫ ЖИЗНЕДЕЯТЕЛЬНОСТИ под свой контроль, без жалости расправляясь с «еретиками», пассионариями, обнажающими их ложь, сжигает ракетами и бомбами неугодные государствами, не церемонится с противниками, подкупает, дискредитирует, сажает в тюрьмы, развращает, соблазняет «хлебами земными» становясь по сути КОЛЛЕКТИВНЫМ ВЕЛИКИМ ИНКВИЗИТОРОМ  НОВЕЙШЕЙ ИСТОРИИ, СОЗДАЮЩИМ СТАДНОЕ ЧЕЛОВЕЧЕСТВО, ПОВИНУЮЩИЕСЯ  их ВЛАСТИ —    МИРОВОЕ РАБСТВО!.
(Но соблазнившиеся  «хлебами земными» реально могут не получить их: дьявол любит платить черепками. Вот вам яркий пример: Украина! Какие хлеба им обещали инквизиторы со служками, когда «морили червячка» у   майданных революционеров  печеньками  госпожи Нуланд! Что получил украинский народ в итоге?

Не об этом ли говорит Достоевский в «Идиоте»: « ...Не верю я, гнусный Лебедев, телегам подвозящим хлеб человечеству. Телеги, подвозящие хлеб человечеству, без нравственного основания поступку, могут прехладнокровно исключить из наслаждения подвозимым значительную часть человечества, что уже было. Уже был Мальтус, друг человечества.Но друг человечества  с шаткостию нравственных оснований, есть ЛЮДОЕД ЧЕЛОВЕЧЕСТВА, не говоря уже о тщеславии...» )

 Что остаётся делать Римской Церкви В ЭТИХ новых УСЛОВИЯХ? Советовать? Протестовать? Спрятаться и отсидеться за оградой, по совету «умных» либеральных деятелей? Огромной мировой организации (с мечом и скипетером) было удобно и комфортно в своей до некоторых пор ещё могущественной общности.  И она начинает встраиваться в  новые правила, приспосабливаться к новым нормам, которые столь стремительно меняются, ПОСКОЛЬКУ ВЫСШЕЙ ЦЕННОСТЬЮ ДЕМОКРАТИИ СТАЛА ТОЛЕРАНТНОСТЬ.

 Вольно или невольно, по принуждению или осмысленно, по хитроумию или по трусости Церковь становится помощницей строителей новой Вавилонской  Башни. Однако есть маленькая проблема. В связи с новым путём — толерантностью МЕНЯЕТСЯ суть:  отношение к верованиям. Никакого предпочтения демократия, замешанная на принципе толерантности, не обязана никому делать, она лишь арбитр и обязана  защищать одинаково все верования и при этом опять же из-за толерантности должна стоять на расстоянии от религиозных убеждений. Вера должна быть личным делом, не связанной с соборностью, что грозит появлением конкурента. Претензии на истину разных религий становятся безосновательными. Религия — это просто способ взаимодействия с миром и с друг-другом. (Ваша религия вам помогает? Мы рады за вас!) И конечно же не обойтись при этом со старым принципом: разделяй и властвуй, или разнуздать, чтобы обуздать. Необходим распад человечества на атомы, а для этого все способы хороши, тут и Нечаев полезен, ведь принцип: «цель оправдывает средства» никто не отменял. Пришла пора окончательно НЕБЕСНОЕ ЗАМЕНИТЬ ЗЕМНЫМ, исправить окончательно «ошибку» Христа, отринувшего Сатану,  ПРИНИЗИТЬ ЗНАЧЕНИЕ ВЕРЫ, (уничтожить в дальнейшем), но  ВОЗВЫСИТЬ РАЗУМ.

Заменить-то можно, да части молекулы разделённого человечества непременно станут испытывать тоску по единению, как её испытывает обычные семьи, разделённые  обстоятельствами. И этим часто в истории пользуются новоявленные кардиналы с их тоталитарными проектами,  что заметил ещё мудрый Платон: «...тирания возникает конечно же не из какого-то иного строя, как из демократии, иначе говоря из крайней свободы возникает величайшее и жесточайшее рабство». И это абсолютно верно —  это и есть цель,  создать новую рабовладельческую систему, —  это путь в сатанизм!

Пророки готовили пути для пришествия  Христа и Он,  придя,  сразу же узрел суть  фарисеев, которые несомненно  представляли в те времена властную группу подобную нынешней глобальной элите, строго контролирующих жизнь общества, опутав его  бесчисленными догмами, постановлениями и законами. Учитель прямо сказал им: “Почему вы не понимаете  речи  Моей?  Потому,  что  не можете слышать слова Моего! Ваш отец дьявол;  и  вы  хотите  исполнять похоти отца вашего. Он был человекоубийца от  начала  и  не  устоял  в истине, ибо нет в нем истины. Когда говорит он ложь, говорит свое, ибо он лжец и отец лжи” (Ин. 8,  42-44). 
Новые глобалисты-фарисеи абсолютные беспринципные человекоубийцы, распинающие мир по своему усмотрению,  разрушители обществ людей, «избранные», —  для которых люди рабы, объекты эксплуатации, товар, доноры органов, владельцы «кранов» жизнедеятельности людей, контролирующие «хлеб земной», заставляющие людей становиться безродными скитальцами ради куска хлеба и выгод. При этом они внушают, что наступило новое время, всё старое себя отжило, оно стало невозвратным гадким прошлым, где человеку не было места, а вот сейчас мы наконец-то! Станем поклоняться человеческой личности. 
Рим не препятствует этой тенденции он её поддерживает. Действует по завещанию Великого  Инквизитора:  «Мы их (людей) обманем опять, ибо Тебя (Христа!) мы уже не пустим к себе».  То есть, переводя на сегодняшний язык: «Мы принимаем толерантность и будем следовать Новейшему Глобальному Завету, говорящему: религии содержат лишь часть истины, объединив их в одну, мы получим полную истину» Да, конечно, конечно, не волнуйтесь —  мы разрешим вам слабым, невежественным и неблагодарным бунтовщикам  грешить, мы снимем с вас узы совести, и  мы же будем вас любить и прощать. Хлеб? Дадим. Но и отнимем за непокорность, имейте это в виду. А мы вольёмся в горстку избранных, у которых железные руки, ледяные сердца и золото мира. Будем вами управлять, ибо вы являетесь ЕДИНОЙ ОБЩЕПЛАНЕТАРНОЙ БИОЛОГИЧЕСКОЙ ПОПУЛЯЦИЕЙ.
    

Когда-то великолепный, цивилизованный  Рим, население которого доходило до миллиона жителей  был разрушен малыми силами варваров. Рабам составлявшим значительную часть населения Рима, было совсем не с руки проливать свою кровь за хозяев. А изнеженная развратная банно-желудочно-содомская аристократия давно  растеряла  мужскую отвагу, достоинство, чувство любви, уважение к семье, Родине, народу, государству. Иначе и не могло произойти. Свобода человека уже была не его собственностью человека, её ему делегировало общество. Нынешнее мировое государство, оснащённое прогрессом    страшными видами оружиям массового уничтожения всего живого, армиями, системами связи, коварными методами тотального воздействия на людей и окружающую среду лихорадочно пытается установить свою власть, но и их ждёт участь Рима: Бог поругаем не бывает. Помните, Великий Инквизитор со страхом говорил: «Говорят и пророчествуют, что Ты придёшь вновь и ПОБЕДИШЬ со своими избранными, со своими гордыми и могучими».

 ИНВИЗИТОРЫ НЫНЕШНИЕ ЭТО ЗНАЮТ, НО В СВОЕЙ ГОРДОСТИ НЕ МОГУТ ОТКАЗАТЬСЯ ОТ БОРЬБЫ. В ИСКУПЛЁННОМ ХРИСТОМ МИРЕ ИДЁТ И ПРОДОЛЖАЕТСЯ БОРЬБА ЗЕМЛИ С НЕБЕСАМИ, НО В КОНЦЕ ВРЕМЁН ИСКУШЕНИЯ, НАЧАЛО КОТОРЫМ БЫЛО ПОЛОЖЕНО В ПУСТЫНЕ САТАНОЙ, БУДУТ ОТВЕРГНУТЫ ОКОНЧАТЕЛЬНО.
Об этом говорит ПИСАНИЕ, святые отцы, вся история, но лучше всех, в тему сказал об этом святитель Игнатий Брянчанинов: «Бог, как  говорит Писание, с той целью смесил языки и разделил народ  на  народы,  чтобы лишить  людей  возможности  все  греховные  предприятия  приводить   в исполнение общими силами всего соединенного человечества... Тогда, при столпотворении,  низшёл  Бог,  говорит  Писание,  взглянуть  на   дела человеческие и остановил безумное начинание смешением  языков.  Теперь близок час, который снова сойдет Бог воззреть на дела человеческие,  и положить  им  конец  уже  не  смешением  языков,  а  ЗАМЕНЕНИЕМ МИРА, СОЗРЕВШЕГО    и   ОБВЕТШАВШЕГО В   БЕЗЗАКОНИЯХ,   МИРОМ    НОВЫМ    и НЕПОРОЧНЫМ».










***


ПОСЛЕСЛОВИЕ ПОСЛЕ ПОСЛЕСЛОВИЯ - II


Глобализацией обещает сделать счастливым всё человечество, строя общество «хлеба земного», при грозном разрастании и расползании зла, которое теперь уже не воспринимается со страхом, ибо оно уже так широко и настойчиво представляется телевидением, культурой, событиями в мире, (при минимуме показа добра),  что стало явлением обыденным, сутью времени. Равнодушие при всеобщем рассматривании массы картинок с насилием и развратом однако укрепляется в сознании как неизбежность, с которой невозможно бороться, и это действует разрушительно на психику, приводит к экзистенциальному хаосу, критическому состоянию сознания. Человек может оказаться на распутье и ступить на путь о котором раньше и не помышлял.  Говорить о добре, определять его суть, проповедовать его становится почти невозможным, неактуальным, так людям с промытыми, дремлющими мозгами уже вставили матрицу равнодушия, пассивности, счастья иметь, обладать.
Этого добились сейчас уже широко изученным способом — манипуляцией сознания. Это целая наука, основанная на подмене смысла хорошо известных слов. За основу может браться любая система ценностей укреплённая в сознании и создаётся новый образ или слово в при сокрытии значения которое в него вкладывает манипулятор. При этом осуществляется упразднение границы между добром из лом, которое привлекает куими-то уступками греховной природе человека. В результате совершается подмена ценностей должное подменяется не должным меняются полюса и грех может получить плюсовое значение. Строится мир перевернутых понятий. Исследователи манипуляций обычно называют такую систему «подмена означаемого при сохранении означаемого»


Из статьи Священника А. Шаргунова.

«... не видеть зло таким, какое оно есть, значит, по крайней мере, не препятствовать его росту. В сегодняшнем мире глобализации философия морали оказывается ненужной. Мораль, нравственные ценности, которые предпочитают именовать «этикой», все чаще относят к области лицемерия, к нетерпимости религиозного свойства или, в лучшем случае, как к остаточному явлению устаревших традиций. То и дело мы встречаемся с утверждением, что «рациональная, современная, автономная этика не имеет ничего общего с религией», которая определяется как авторитарная. И что «современный человек — в неизбежном развитии, в поисках освобождения». Завершается странное и опасное разделение. До полного разрыва с религией. До отказа от всяких принципов. Но можно ли хоть в какой-то степени здраво судить о человеке, не говоря ничего об онтологической сущности зла?
Век глобализации хочет абстрагироваться от всяких связей с трансцендентным. И внезапно он оказывается уже не в состоянии говорить о зле, о грехе, о прощении, о невинности, о вине — эти слова слишком ассоциируются с Небом, от которого он стремится освободиться. В открытом плюралистическом обществе уже не способны дать определение добра и зла, принятое веками».
Верная своим истокам, современная демократия, берущая начало в европейском Просвещении, решительно хочет быть оптимистичной и плюралистической. Ее афишируемая вера в прогресс, ее желание земного счастья и упадок нравов, ее требование уважать разнообразие мнений и верований — все это запрещает ей принципиально вести какой-либо властный разговор о нравственности. Вспоминается пророческое слово святителя Феофана Затворника: «А властное «вето» сказать будет некому». Таким образом, злу дается беспрепятственное развитие. Да и сами западные (а теперь и наши отечественные) политологи отмечают, что демократия, в полном согласии со своими принципами, «не исповедует морали». Определение того, что есть добро или зло, предоставлено отдельным группам, и, в конечном счете, личной совести каждого. Но это не все. Современное общество не удовлетворяется всеобщим игнорированием вопроса добра и зла, оно полагает его устаревшим и бессмысленным. И в этом присутствует некая воинственность. «Все позволено», значит «все возможно». Но это и есть принцип тоталитаризма. Теперь уже под знаменем абсолютной свободы. Исполняется пророчество преподобного Антония Великого: «Будет время, когда скажут: ты безумствуешь, потому что не хочешь принимать участие в общем безумии, но мы заставим тебя быть как все».
Итак, с одной стороны, — объединение во всем, а с другой, определение, что есть зло — не дело всех, а каждого в отдельности. Коллективно мы теперь «за пределами зла». Современный мир достиг этой запредельности, где сущностному определению добра и зла нет места. Царствует общепризнанное неписанное право — судить по себе самому. Такой откровенный солипсизм защищается тем, что «мораль субъективна». Идет ли речь о гуманитарных науках, о суде, о биоэтике, о литературе, о кино, о текущей политике, о чем угодно — уже не думают о какой-либо связи с нравственными ценностями. Это торжественное отрицание, этот навязываемый всем релятивизм становится формулой, паролем, открывающим все пути.
Общая иллюзия заключается в том, что поскольку о зле больше не говорят, его больше не существует. То же самое следует сказать о все более нарастающем одичании, которое воспринимается многими не более правдоподобно, чем некогда существование диавола с рожками. Поистине, это общепринятое и опасное заблуждение, потому что человечество полагает себя защищенным от варварства только потому, что не видит больше его нигде. Самый блестящий успех варварства — заставить нас поверить, что оно не существует, что все — только «культура», как они говорят. Точно так же как самый большой успех диавола — заставить нас поверить, что его нет.
 И что будет с человеческим обществом, с такой беззаботностью шагающим в разверзающуюся перед ним бездну?..»


***


«...  гедонистическое общество рассматривает наслаждение как цель и право. Современный человек нелегко принимает какие-либо ограничения. Происходит все большее забвение того, что делает человека человеком — нашей способности ограничивать наши желания. Время СМИ и экономической выгоды — время немедленного приобретения. Время Интернета — время немедленного подключения к желаемому, одним нажатием кнопки. Еще один парадокс: мир, претендующий на глобальное видение жизни, живет одним мгновением. А верность — это отношения во времени. Люди хотят немедленного, сиюсекундного, того, что «сейчас». Восприятие времени, его протяженности повреждено. Это очень опасно! Общество, народ, человечество, в том числе и по этой причине, столь же непрочны, что и семьи.
Нам могут сказать: «Не слишком ли мрачно Вы настроены? Неужели нет ничего положительного в идеологии глобализма?» Повторим сказанное в начале: глобализм — в значительной степени неизбежный объективный процесс. Все более назревает потребность в глобальном разрешении трудностей человеческого существования. В каком-то смысле такие глобальные идеологии как коммунизм и нацизм, являясь предтечами нынешнего глобализма, отрицательным путем подводят человечество к этому. Другое дело, что эти идеологии — великая подмена. Наконец, выскажем неожиданную, может быть, для кого-то мысль: связь подобного подхода к истории с конечными судьбами человечества, с Воскресением Христовым для нас очевидна.


Постараемся понять, что это значит. Или Воскресение Христово — частичная истина, одна из многих, принимаемая лишь некоторыми «озаренными», котораяa priori не интересует современного человека. Или это глобальная истина, реальностью которой измеряется все, и которая придает смысл всему.
К сожалению, немногие имеют мужество идти до логического конца в этих рассуждениях о жизни. Редко встретишь таких, кто осмелится вместе с французским философом минувшего столетия А. Камю произнести эту страшную фразу: «Есть только одна серьезная философская проблема — проблема самоубийства». Хотим мы этого или не хотим, сознаем мы это или не осознаем, нам не избежать безжалостной дилеммы нашего существования: человечество должно либо покончить жизнь самоубийством, либо воскреснуть. Таково требование, предъявляемое к мыслящему человеку.
Мы должны повернуться спиной ко всем идеологиям и ко всем религиям, в том числе к расслабленному христианству, если они не предлагают глобального решения человеческого существования. Потому что коренной изъян всякой идеологии и религии в том, что они оставляют в стороне единственный существенный вопрос жизни — смерть. Воскресение Христово — великий взрыв Жизни в нашем мире смерти. Я, современный человек, могу принять только такое объяснение жизни и истории, которое позволит мне стать лицом к лицу с реальностью смерти и превзойти ее. Вне этого все — лишь развлечение и ложь. И смерть.
Глобализация — Христос или антихрист? Быть как все — что может быть лучше, если речь идет о следовании путем добра? И что может быть ужасней, если речь идет о следовании путем зла? Глобализация — смерть или воскресение? Перед лицом общей беды — греха как нормы, — угрожающей существованию человечества, которая исходит не совне, не от инопланетян, а изнутри человечества, необходимо объединение. Но оно возможно только во Христе Боге, потому что никакими собственными силами невозможно противостоять смерти. Однако объединенная Европа делает сегодня выбор: «Не Его хотим, а Варавву». Перед лицом всепоглощающей смерти и небывалого предательства христиане призваны явить верность своим крещенским обетам, верность таинству брака, своей принадлежности роду человеческому, верность свету Воскресения, который светит во тьме, и тьма не может его объять...»
О ЗНАКАХ.


В  середине статьи я  выделил слово ЗНАКИ, там, где Великий Инквизитор  говорит о чудесах, знамениях, знаках. В наше время они  являются  мощным оружием в руках  строителей нового миропорядка, а учитывая тот фактор, что СМИ в большинстве случаем им и принадлежат, то это оружие становится весьма эффективным. Хочется и об этом поговорить так как и это соотносится с метафизикой бытия. В этой части я пользовался  сведениями находящимися в свободном доступе интернета. Статьями Ольги Четвериковой, психологов И. Медведевой и Т. Шишовой, замечательной статьёй Светланы Замлеловой, «Паталогия как культура». 

Хорошо уже известен один из лозунгов масонов «Через хаос к порядку» . Хаос  может быть материальным  во времена бунтов, манифестаций, революций, катаклизмов, голода, войн и  прочее. В этих случаях у создателей хаоса возможно решение каких то  важных коренных задач. Под порядком  конечно же подразумевается захват власти и установление нужных правил. Но хаос можно организовать долговременным закладыванием различных идей в головы людей. Особенную продуктивность этот метод имеет при работе над детьми. Поэтому так упорно пробивается возможность введения  сексуального  «образования», раздача презервативов, реклама и мультики с намёками и прочие «полезные вещи». Одна телевизионная модель поведения может стать предметом для подражания миллионов. «Бивис и Бадхед», «Симпсоны», «Телепузики», «Покемоны» —  учебник последовательного создания человека-дибила.


Цветные картинки оказывают гипнотическое воздействие на психику неокрепших детских мозгов. Если прежде  воспитание опиралось  на положительные образы, теперь лавина отрицательного для детского восприятия окружает семьи в которых папа-телевизор, при том, что отрицательное остаётся в массе без оценок.

В «Телепузиках к примеру они потешаются, втыкая цветок в зад сотоварищу, танцуют ламбаду, трутся друг об друга весело и непринуждённо, меняются одеждой: девочки одевают мальчишечье, те —  девичье. Дети идентифицируют себя с героями —  таковы законы восприятия художественных произведений., принимают формы поведения. Где борьба добра со злом? Девиантное  поведение это часть идеологии западной  цивилизации в глобальном проекте. Поскольку ресурсы ограничены а люде слишком много можно сократить население гуманным ненасильственным способом, ограничить рождение, создать у молодых неприязнь к детям, к семье, пропаганда педерастии и лесбиянства удовлетворение полового инстинкта без нежелательной беременности. В новых образах нет образа Воина с ребёнком на руках, образа Родины-матери героизма.  Есть человеки -пауки, супермены, зомби, вампиры, песочные люди, инопланетяне.



Из статьи С. Замлеловой. Отличнейший экскурс в тонкости дьявола!

Анализируя культуру ХХ в.  русский социолог, П.А. Сорокин уверенно предрекал ей скорый крах. «Разложение идет сейчас в полную силу. Ничто не может остановить его». Однако разложение не прекратилось «...»
 Сложился новый тип культуры, в основе которой – АНОМИЯ, ПОРОК и ПРЕСТУПЛЕНИЕ. Применительно к общественной ситуации в США середины ХХ в. Р. Мертон называл порок и преступление «нормальной» реакцией на ситуацию, «когда усвоено культурное акцентирование денежного успеха, но доступ к общепризнанным и законным средствам, обеспечивающим этот успех, недостаточен».
«...» ...в ХХ в. сложился новый тип культуры, могущей быть названной ПАТОЛОГИЧЕСКОЙ. Это культура общества, переживающего аномию или социальную патологию, «распад человеческих связей, массовое девиантное поведение, когда значительная часть общества нарушает нормы этики и права».

( К. Марксу удалось показать, что действительность не дана человеку Богом, а производится им самим. Материальное производство – основа действительности, а следовательно, действительность может быть преобразована и переиначена.
Затем Ф.В. Ницше «открыл», что ценности, которыми жила христианская цивилизация на протяжении почти двух тысячелетий, есть не что иное, как обман или мещанская надстройка, за которой скрываются основы бытия. Провозглашая превосходство сильных над слабыми, Ф.В. Ницше причисляет к элите тех, кто способен ПРЕЗРЕТЬ ХРИСТИАНСКУЮ МОРАЛЬ и преуспеть в САМОУТВЕРЖДЕНИИИ. Для З. Фрейда мораль и религия также не являются самоценными явлениями. Это лишь иллюзии сознания, прячущего истинную человеческую природу, основанную на инстинкте и влечении. И, наконец, последним изобличителем иллюзий А.С. Панарин называет Ф.М. де Соссюра).
В таком же ключе рассматривали фигуры К. Маркса, Ф.В. Ницше и З. Фрейда философы-постмодернисты. Так, например, Ж. Бодрийяр, выступая с критикой фрейдизма и марксизма, говорит о «фрейдомарксизме», объединяя два направления на основе их революционности.  «...»
В соответствии с учением К. Маркса, цель любого капиталиста – извлечение прибыли без учета потребностей общества. В учении Ф.М. де Соссюра ЯЗЫКОВАЯ СИСТЕМА ЗНАКОВ ТА ЖЕ АВТОНОМНА ПО ОТНОШЕНИЮ К РЕАЛЬНОСТИ И СМЫСЛУ, КАК И КАПИТАЛИСТИЧЕСКОЕ ПРОИЗВОДСТВО ПО ОТНОШЕНИЮ К ПОТРЕБНОСТЯМ ОБЩЕСТВА. Ф.М. де Соссюр при этом подчеркивал, что условием развития лингвистики является «признание независимости знака от референта и изучение автономного знакового обмена». Это положение Ф.М. де Соссюра легло в основу СОВРЕМЕННОГО ДУХОВНОГО ПРОИЗВОДСТВА, КОТОРОЕ СТРЕМИТСЯ К  ТОМУ, ЧТОБЫ ОСВОБОДИТЬСЯ ОТ СВЯЗИ С ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТЬЮ, ОТ ВЛИЯНИЯ ЦЕННОСТЕЙ ИИ ОЖИДАНИЙ ПОТРЕБИТЕЛЕЙ ТЕКСТОВ ИЛИ ОБЩЕСТВЕННЫХ ОЖИДАНИЙ.
«...»  « ...Патологическая культура минует познание действительности, производя ни с чем не связанные и ничему не служащие знаки. Творчество, таким образом, оказывается объективно немотивированным и превращается в подобие игры. Причем игры, ориентированной даже не на потребителя текста, а на создание новой, виртуальной реальности, основанной на знании о первичности инстинкта, требующего непременного удовлетворения. Именно субъективное радикальное удовлетворение может предложить создаваемая патологической культурой виртуальная реальность...»
 « ...Для обретения человеком внутренней гармонии, для достижения совершенства, для преобразования действительности необходимы серьезные трудоемкие усилия. Создание видимости, удовлетворение инстинкта не потребуют больших вложений ни от создателей, ни от потребителей.
С точки зрения А.С. Панарина, текст патологической культуры АДРЕСОВАН ПОДСОЗНАНИЮ. Текст любой другой культуры, адресован сознанию и связан с ДЕЙСТВИТЕЛЬНОЙ ЖИЗНЬЮ: «Вся эротическая и детективно-садистская зрелищность современной “индустрии знака” основана на этом производстве сенсорных заменителей, призванных дать нашим подавленным инстинктам несравненно большее удовлетворение, чем сенсорика любого реального чувственного опыта».
Патологическая культура, таким образом,  ОБЯЗАНА избавить человека от давления каких бы то ни было норм и ценностей религиозной и светской морали. Апеллируя к подсознанию, патологическая культура поощряет все то, что ЗАПРЕЩАЕТ РЕЛИГИЯ и ОТТОРГАЕТ ИДЕАЦИОНАЛЬНАЯ  КУЛЬТУРА.  (термин Сорокина)
Патологическая культура возникла как результат отказа человека от постоянного напряжения сил, направленных на самосовершенствование и совершенствование действительности. Интенции этой культуры связаны с гедонизмом. Знанию о действительности патологическая культура предпочитает знание о подсознательных влечениях и подавленных инстинктах. В этой культуре нет места подвигу, самопожертвованию, бескорыстию и пр. Аскеты и герои оказались под подозрением, с чем, в частности, связан пересмотр в конце ХХ в. героизма, проявленного во время Великой Отечественной войны. Патологическая культура не понимает и не принимает поступков, не объяснимых с точки зрения подавленного инстинкта.


Смена чувственной культуры патологической обусловлена антропологическим сдвигом. «...»  Разрыв человека с действительностью или с космосом начался с утверждения в мысли, что действительность не космична, а рукотворна и всегда может стать другой. Однако всегда оказывается, что рукотворная действительность не поддается корректировке в соответствии с представлениями о ней индивидов. Значит, мир просто создан другими людьми для себя. Марксизм, психоанализ и структурализм спровоцировали смерть Буржуа, смерть Отца и смерть Автора соответственно, вызвав тем самым у человека неприятие и отторжение действительности, поскольку, в соответствии с учениями К. Маркса, З. Фрейда и Ф.М. де Соссюра, видимая и доступная всем действительность оказывается только поверхностным и искаженным слоем неназываемого и неосознанного.


Одной из характеристик и отличительных особенностей патологической культуры стал провозглашенный Ф.М. де Соссюром и усвоенный философией постмодернизма отрыв означающего от означаемого: «означающее немотивированно-произвольно по отношению к данному означаемому, с которым у него нет в действительности никакой естественной связи»

 «...В парадигме Маркса – Фрейда – Соссюра сформировалась КУЛЬТУРА ЛОЖНЫХ ЗНАКОВ, то есть явлений, существующих без связи с традиционно понимаемой действительностью и без связи с такими понятиями, как «смысл» и «истина». Человек патологической культуры оказался вне космоса, погруженным в виртуальный мир.
Иерархии других культур в большей или меньшей степени связаны с бытийственным принципом, другими словами, тео-или антропоцентричная культура привязана к смыслу и ценности. Патологическая культура отвергает смысловые и ценностные ориентиры, предлагая разбалансировку и децентрацию культурного пространства с целью выпустить на свободу все маргинальное, с точки зрения ценности и смысла. Эти маргинальные элементы начинают задавать тон в пространстве новой культуры, их средой становится виртуальная реальность.


Патологическая культура с характерным отказом человека от высокого в пользу обыденного и даже низменного, стала достоянием так называемого «общества потребления». Другими словами, именно в обществе потребления возникла и утвердилась патологическая культура, как когда-то в раннесредневековом европейском обществе утвердилась идеациональная культура.

Рассмотренный выше отрыв от действительности человека патологической культуры связан также и с ИСКУССТВЕННЫМ ИЗМЕНЕНИЕМ ОКРУЖАЮЩЕЙ СРЕДЫ. Человек патологической культуры пережил своего рода мутацию, создав внешнюю среду, окружив себя изобилием товаров. Патологическая культура, связанная с учением об эмансипации, об освобождении от традиции, стала культурой общества потребления, для которого «красота обрамления является первым условием счастливой жизни».


 Центры потребления, так называемые «мегамаркеты», представляют собой некие дистиллированные пространства покоя и удобства. Ж. Бодрийяр называет их сублимацией «всей реальной жизни, всей объективной общественной жизни, где ликвидируются не только труд и деньги, но и времена года».

Таким образом, в покорении окружающего мира, в отвоевании у космоса тайн мироустройства, в прорывах в трансцендентное – в том, для чего требуются усилия воли и напряжение сил, у современного человека отпала необходимость. С тех пор, как человек узнал об изнаночной стороне действительности, он нацелился на освобождение от давления этой действительности и на преобразование собственного восприятия. Действительность человек подменил виртуальной реальностью, имитацией или, по слову Ж. Бодрийяра, «ПОКРОВОМ ЗНАКОВ».


Но, устранившись от познания мира, человек, тем не менее, влечется к его картинкам. Другими словами, спасовав перед действительностью, человек все же не способен существовать в полной изоляции. Именно поэтому действительность заменяется ее имитацией.  Комфортное существование в отрыве от действительности обеспечивается ПОТРЕБЛНИЕМ ЕЁ ЗНАКОВ.


Эксплуатация искусством патологической культуры темы насилия связана с тем, что человек этой культуры испытывает потребность в «картинке» насилия. Такие «картинки» способны внушить ощущение собственной безопасности – ведь происходящее на экране происходит «не со мной». Кроме того, цель таких картинок – служить оправданием той гедонистической направленности, к которой стремится человек патологической культуры – ВЕДЬ ЕСЛИ ВНЕШНИЙ МИР ТАК ЖЕСТОК, ТРУДНО ОСУЖДАТЬ КОГО-ЛИБО ЗА ОТКАЗ ОТ КОНТАКТОВ С ЭТИМ МИРОМ Т ПРЕДПОЧТЕНИЕ КОМФОРТА И ПОКОЯ.


Комфорт и покой или, говоря обобщенно, счастье и есть основа общества потребления. ПОСЛЕ ТОГО КАК ЧЕЛОВЕКА «БОГ УМЕР», СЧАСТЬЕ ЗАМЕНИЛО СПАСЕНИЕ. Понятие счастья для общества потребления стало во многом синонимом понятия РАВЕНСТВА, то есть возможностью всем на равных обладать вещами и знаками социального статуса. Другими словами, счастье для человека общества потребления означает «ИМЕТЬ». Ж. Бодрийяр называет представления о благосостоянии и потребностях мифами, нацеленными на то, чтобы СКРЫТЬ ИСТИННОЕ, ОБЪЕКТИВНОЕ НЕРАВЕНСТВО.  (*ВЕРНО АБСОЛЮТНО!!!)

Таким образом, даже базовое понятие, на котором основано общество потребления, а именно понятие СЧАСТЬЯ, как и предшествующее ему понятие РАВЕНСТВА, оказалось сведено к ЗНАКАМ, то есть опять-таки оказалось оторванным от действительности и перемещенным в виртуальную плоскость.

«...» Чтобы чувствовать себя счастливым и полноценным, человеку необходимо обладать определенным числом знаков. К таким знакам можно отнести товары престижных торговых марок, отдых в престижном месте и прочее, что так или иначе является признаком статуса, но не выражением реальных потребностей. Потребление знаков способствует соединению человека с той социальной группой, к которой ему хотелось бы принадлежать. В действительности положение потребителя не меняется в связи с обладанием той или иной вещью. Однако на основании общности обладания создается иллюзия приобщения к неким социальным кругам. Потребность, таким образом, формируется, то есть задается уже существующими благами, значимыми при этом в системе ценностей. Следовательно, удовлетворение потребностей сводится на деле к принятию стиля жизни и оказывается САМОБМАНОМ ПОТРЕБИТЕЛЯ потребителя, порывающего связи с действительностью и переселяющегося в мир знаков.

Закономерно предположить, что отрыв от действительности, стремление к «идеалу соответствия», тяготение к знаку характерно не только для сферы приобретения вещей. Отрыв означающего от означаемого естественным образом приводит к переоценке традиционных ценностей. Тем более что «идеал соответствия», формируемый зачастую СМИ и рекламой, может оказаться весьма необычным. ТАК, НАПРИМЕР, РОМАНТИЗАЦИЯ ПРОСТИТУЦИИИЛИ ГЕРОИЗАЦИЯ БАНДИТИЗМА ПИВОДИТ К ТОМУ, ЧТО МОЛОДЫЕ ЛЮДИ НАЧИНАЮТ ВОСПРИНИМАТЬИ ТО, И ДРУГОЕ КАК ПРЕСТИЖНЫЕ ПРОФЕССИИ. Это можно отнести и к насилию, точнее, к тавтологии в отношении насилия в обществе потребления. Насилие потребляется постоянно, наравне с целым рядом других зрелищ. В обществе потребления, где человек оторван от действительности, но при этом не перестает «лакомиться» ее изображениями, то есть знаками действительности, насилие необходимо, «чтобы безопасность ощущалась более глубоко, как таковая <…>, но также и для того, чтобы каждый был вправе выбирать безопасность как таковую <…>. Фатальность должна быть повсюду предложена, обозначена, чтобы банальность этим насытилась и получила оправдание». В то же самое время потребление насилия задает «идеал соответствия». Таким образом, получается, что некий индивид, утратив связь с действительностью, потребляет ее знаки, в том числе насилие, которое в определенный момент становится для него «идеалом соответствия» по причине все той же оторванности от действительности и переоценке в связи с этим прежних ценностей. В том числе и ценности чужой жизни и чужого достоинства. НАСИЛИЕ И БЕЗДУШИЕ СТАНОВИТСЯ РЕАЛЬНОСТЬЮ, ПОТОМУ ЧТО ЧЕЛОВЕК ОБЩЕСТВА ПОТРЕБЛЕНИЯ УТРАТИЛ СВЯЗЬ С РЕАЛЬНОСТЬ В РЕЗУЛЬТАТЕ ЧЕГО И НАСИЛИЕ НЕ ВОСПРИНИМАЕТСЯ ИМ КАК РЕАЛЬНОСТЬ, НО ТОЛЬКО КАК ЗНАК РЕАЛЬНОСТИ.
Кроме того, потребность в насилии стимулируется, как и всякая другая потребность в обществе потребления, общим призывом пробовать и не упускать. «Человек потребления одержим страхом <…> упустить наслаждение, каким бы оно ни было». Ж. Бодрийяр называет эту всеобщую любознательность, стремление все попробовать «fun-morality» – моралью развлечения, которая затмила прежнюю мораль.

Изображение насилия, присущее патологической культуре как культуре общества потребления, является чем-то вроде баланса нестабильности изобилия. Насилие на экранах и страницах словно бы свидетельствует, что изобилие и равновесие неустойчивы. Но кроме изображенного насилия существует насилие вполне реальное, порожденное изобилием и безопасностью.

Общество потребления – это пример ПРИНУЖДЕНИЯ нового типа, осуществляемого ПОСРЕДСТВОМ СМИ через ФОРМИРОВАНИЕ ПОТРЕБНОСТЕЙ. Участие большинства в потребительских процессах ради производительного роста осуществляется принудительно. Это мягкое, СКРЫТОЕ ПРИНУЖДЕНИЕ, однако, оно является необходимым условием существования общества потребления, а в первую очередь – обеспечения промышленного роста. Естественной реакцией на принуждение является насилие как попытка выйти из-под принуждения. Современная художественная литература, отчасти предвидя, отчасти фиксируя, являет разные варианты возможного развития общества потребления. В качестве примеров можно привести роман К.С. Льюиса (1898-1963) «Мерзейшая мощь» (1945), роман А.А. Зиновьева (1922-2006) «Глобальный человейник» (1997), повесть А.Н. Стругацкого (1925-1991) и Б.Н. Стругацкого (1933-2012) «Хищные вещи века» (1964) и др.
Ж. Бодрийяр утверждает, что удовлетворение желаний порождает тоску, поскольку всякое желание амбивалентно и не может быть полностью удовлетворено предметом, благом или услугой. Аннулированная тоска становится причиной деструктивности и насилия. Изобилие и потребление, таким образом, естественно обращаются насилием, которое в определенный момент само превращается в объект потребления.

Кроме того, в обществе потребления социализация происходит через достижение определенного уровня жизни и дохода, через успех и внешнее признание. Невозможность добиться успеха и определенного уровня жизни, а следовательно, невозможность пройти социализацию также порождает депрессию, протест и немотивированную внешне агрессию.
Общество потребления представляет собой новый, современный способ социализации, со своей моралью, своей системой ценностей и своим институтом принуждения, формирующими нового человека.  МОЖНО ГОВОРИТЬ ОБ АНТРОПОЛОГИЧЕСКОМ СДВИГЕ.
Возникновение общества потребления не случайно и не спонтанно. Стимуляция к потреблению расчетливо нацелена на стимуляцию производственного процесса, на превращение пассивных людей в активную рабочую силу. Социализировав сельское население в XIX в., капиталистическая система продолжила их социализацию как потребителей в ХХ в. При этом процесс социализации, а практически – ЗАКАБАЛЕНИЯ, происходит под видом освобождения, процветания, наслаждения и пр. Таким образом, и в ментальность современного человека входит представление об освобождении как о возможности наслаждаться – беспрепятственно владеть вещами, получать удовольствие от еды, секса, развлечений и пр.

Ж. Бодрийяр считает потребление, как систему значений, языком. Уточняя при этом, что потребление не есть обладание или функциональная практика, речь не идет даже о функции престижа, но о системе коммуникации и обмена, КРУГОВОРОТА ЗНАКОВ.
Суть потребления – это обмен знаками, ориентация на внешнее. Предметы лишаются как сакрального смысла, так и функциональности – наступает разрыв означаемого и означающего. Предметы более не служат, они значат.

В дискурсе искусства также произошли существенные изменения – многочисленные инсталляции и тексты существуют вне смысловой нагруженности, драматургии и «прорывов в трансцендентное». Может создаться впечатление, что искусство общества потребления лишилось элемента сакральности. Однако сами творцы обессмысленных инсталляций и текстов свидетельствуют о переживании вдохновения и творческого подъема37. То есть механизмы творческого процесса остаются во многом прежними. Однако, приобщаясь новой реальности и новой мифологии – реальности и мифологии знаков, – художник становится проводником и выразителем нового. Это новое заключается в том, что искусство общества потребления сакрально по-своему. Вследствие разрыва означаемого и означающего, вследствие превращения предметов в знаки, сами предметы перемещаются из области рационального в область сакрального.

Подобно тому, как ношение христианами нательного креста означает их принадлежность христианской вере и соотнесение себя с истиной, точно так же ношение одежды определенных марок способствует самоидентификации человека общества потребления и соотнесения им себя с истинной социальной группой и системой идей и взглядов.

Таким образом, практически любое изображение претендует на сакральность в обществе потребления, поскольку любое изображение может быть воспринято и истолковано как ЗНАК, а, следовательно, обладать самоидентификационным значением для индивида. Здесь, по-видимому, своего апогея достигает дехристианизация европейской культуры. С.Н. Зенкин считает, что «с деистским божеством просветителей невозможна личностная коммуникация, и в этом оно парадоксально сближается с архаическими божествами, культ которых не включает в себя ни молитв, ни обетов, ни исповеди и сводится к немым и темным магическим обрядам. Вместо присутствия перед лицом Бога, взаимного предстояния с ним, в современной/архаической религиозной ситуации человек принужден к жертвенному обмену со стихийно-бесформенными существами…»


 Из всех возможных существ вещь – «существо» наиболее бесформенное и безликое. Бытовые вещи оказываются страшнее даже подземных, хтонических божеств, традиционно связанных со смертью – «в европейской цивилизации земля соотнесена со смертью». Вещи не связаны ни с какой стихией. С онтологической точки зрения, они появляются из ниоткуда, уходят в никуда и ничего не значат. Они не являются персонификацией какого бы то ни было сакрального, вещи общества потребления персонифицируют небытие, пустоту. Интересно, что тема «Пустоты» нередко затрагивается философией постмодернизма.

Для общества потребления характерно распространение логики товара на все сферы человеческой жизни и на любые отношения. В том именно смысле, что все оценивается с точки зрения прибыли и переводится в образы и знаки. И делают это не какие-то плохие люди. Такое положение дел нормально и неизбежно для патологической культуры. В своей основе потребление гедонистично и регрессивно, оно основано на редукционизме, на сведении сложного к простому, высокого – к низкому. Для человека потребления нет больше трансцендентного, есть только система знаков. Нет онтологического разделения на Добро и Зло, человек растворяется в системе знаков социального статуса.
Естественным образом или, точнее, по объективным причинам классические ценности и идеалы теряют свою актуальность в обществе потребления и подменяются наслаждением, эмансипацией личности и освобождением от давления требований действительности и морали.


Рецензии
Здравствуйте, Игорь Иванович!
Первично, прошу прощения у Вас, что сразу не ответил на Ваше поздравительное послание с Праздником светлого Воскресения, от 8 апреля 2018г. Только вчера на "Прозе" увидел Ваше адресное сообщение и ответил Вам, а все эти дни на "Прозу" не заходил. Была причина, о которой сейчас и поведаю. Но обо всем по порядку.

Второе. Игорь Иванович, хочу выразить Вам и выражаю чувство благодарности за вот этот Ваш труд, что Вами здесь опубликован как "Беседа в трактире...". Не так часто мы выражаем "чувство благодарности", если только в какой-нибудь знаменательный и очень значащий момент жизни мы открываемся сердечно Другому. И вот этот самый момент сейчас наступил! Спасибо Вам огромное за Ваш труд и благодарю Вас от всего сердца за ТАКОЕ, драгоценное Творчество! Почему ТАК (эмоционально) говорю?

Еще полтора года назад, т.е. где-то в конце 2016 года, впервые, я ознакомился, увидел Вашу публикацию. Было огромнейшее желание написать Вам рецензию, но сдерживал себя. И "сдерживание" это вот продлилось аж на полтора года до сего момента. И, думаю, хорошо, что через полтора года Вам пишу сейчас. Первичное впечатление - это удивление; меня поразило Ваше простое, непосредственное описание Встречи братьев Карамазовых в "Трактире...". И вот, благодаря Вашему непосредственному описанию, я увидел нечто удивительное в ТАКОМ "фантастическом" эпизоде романа, как Встречи брата монаха с братом ученым, у которых завязалась "фантастическая" Беседа на вечные Вопросы. Именно, меня поразила некая "фантастичность", необычность "реальности Беседы" братьев. И вот, после прочтения Вашего труда, открываю роман Достоевского и началось...
До этого момента, я "знал" (после открылось мне, что "ничего не знал", или "знал" лишь поверхностно), имел представление о романе Достоевского - посредственное. Т.е. читал лишь выборочно некоторые эпизоды романа, хотя, как и все, имел представление об центральном сюжете, хронологическом порядке картины произведения, которое подобно "паспортному" описанию о человеке, мол, родился, учился, женился, работал и умер, что не открывает бездну глубины личности какого-либо персонажа, а лишь поверхностное объективно-школьное, даже "равнодушное"-"общезначимое" или "общеизвестное".
И вот, открываю пятую главу "Про и контра", читаю, обдумываю, сопоставляю с размышлениями из Вашего текста. До этого уже был знаком с критикой религиозных мыслителей о "Великом инквизиторе", как Бердяева, Лосского, С.Булгакова, частично у Шестова кое-что есть, а после открыл для себя работу В.Розанова о "Великом инквизиторе", которая исторически и стала как бы прокладыванием путей к постижению поэмы Достоевского. И прочтение пятой главы переросло сначала в хаотичное выборочное прочтение глав романа, а после с КАРАндашом в руках принялся к чтению "КАРАмазовых" от корки и до корки, а после еще к "детальному прочтению", так скажем, "под микроскопом". И во чтО это "переросло" во мне?
Сначала, к хаотичным "философским наброскам к роману", так скажем, к черновым вариантам первичных ассоциаций и размышлений, а после еще глубже и больше...
Я увидел в романе Достоевского НЕЧТО ФАНТАСТИЧЕСКОЕ, чему сам поразился, почему раньше про ТАКОЕ никто не говорил и не писал, касательно личности Ивана Карамазова. Целый год в уме и в сердце, впрочем, и на листах, держал Образы мысли. И вот нынче в начале года решился: "если не сейчас, то никогда не напишу". И так появился очерк-эссе "Иван Карамазов как человек-загадка".
И это эссе про Ивана К. "родилось", благодаря Вашему труду. Такие вот парадоксы - непостижимы пути. Одно из другого исходит и к Одному приходит.
И вторично уже, в разработке мною увиденного Образа мысли, мне помогла "разношерстная" критика. Например, в статье В.Е.Хализева "Иван К. как русский миф начала 20-го века", автор проводит мысль, что Иван К. - это "русский миф", который "творился", лишь и только, интерпретаторами. Причем, придавая слову "МИФ", вполне "научное значение", как отрицательное "мифологизация", противоположное религиозно-философскому, например, как у А.Ф.Лосева и у других мыслителей. И вот тут я возмутился духом: как, "всего лишь и только", а как на самом деле у Автора в романе? Разве Достоевский не создал Миф о человеке, касательно образа героя Ивана К., который перекликается и сочетается с шедеврами Софокла, с неизвестным ветхозаветным Автором "Книги Иова", с шедевром Шекспира и, по-моему, в меньшей степени с "Фаустом" Гёте? Именно, создал Автор "Карамазовых", да еще какой Миф о человеке - "Иван - загадка"!
Именно, что многие мыслители и критики обращали больше всего на такой загадочный, фантастический, мифологический образ, как "великий инквизитор", в придуманной поэме Ивана Карамазова. И никому не открылась мысль, как мне известно, что сам Иван К. есть образ мифологический, созданный по замыслу Автора "Карамазовых".
И самый главный Вопрос, что меня, так скажем, "раздирал": в чем состоит этот таинственный замысел Достоевского в создании образа-мифа Ивана Карамазова. Вот в чем вопрос. Вот Вопрос, который я пытался развернуть, эксплицировать в своем эссе.
И, однако, я вполне согласен с некоторой частью критики В.Е.Хализева в том, что (цитирую): "внимание публицистов и критиков сосредоточилось на двух главах пятой части романа: "Бунт" и "Великий Инквизитор" (в особенности на последней), которые рассматривались изолированно от иных эпизодов "Б.К.". Об Иване говорилось как о мыслителе "в чистом виде", но отнюдь не как о биографической личности, обладающей определенным комплексом психологических и поведенческих черт..." и т.д.
И вот в этом пункте, по-моему, критик Хализев, как ученый, "по-научному" проговорился, выдал свое "слабое звено-зерно". Спрашивается: чтО для Достоевского значимее в человеке, какая Личность: "биографическая" или "мифологическая" (именно, в религиозно-философском прочтении), тем более, в ТАКОМ персонаже, как Ивана Карамазов? Ответ очевиден от противного: для Хализева, как ученого, "религиозное прочтение" в понимании "мифологической личности" неприемлемо, а если и мыслится, то лишь и только в отрицательно-научном значении, как в слове "мифологизация"-"гипостазирование". Спрашивается: а для такого художника-мыслителя, как Достоевский, значимо "религиозно-философское прочтение" Личности как мифологической? По-моему, ответ очевиден и напрашивается из самого вопроса.
Ученые же, как Фрейд, любят разбирать именно "биографическую" личность, "обладающую определенным комплексом черт". Каких? Нетрудно догадаться, какие "комплексы" Фрейд мог бы приписать Ивану К. вслед уже приписанному Автору "Карамазовых", как "Эдиповым комплексом" и "отцовским". Но, здесь, как говорится, уже "разбор деталей", аналитическая работа "под микроскопом".

Ну вот, все о своем, да о своем; как говорится, "что наболело, то и изливаю".

Что касается Вашего уникального труда, Игорь Иванович, то у меня противоречивые чувства и мысли. С одной стороны, Ваш труд - это уникальный опыт прочтения поэмы Достоевского, опыт прочтения в виде комментарий к эссе А.Мацейна, благодаря которым Вы познакомили читателей с интересным автором эссе, с новым прочтением поэмы Автора "Карамазовых", и с разными новыми смыслами чрез Ваши комментарии, благодаря которым, например, я сам принялся к изучению романа Достоевского.
Из пунктов эссе А.Мацейна, меня больше заинтересовал второй, как:
«...замыслы поэта не всегда совпадают с его творческой деятельностью. Иногда произведение остаётся позади планов творца, выражая лишь часть того, чего он хотел и добивался. Но бывает произведение опережает замысел автора и в образе отдельной детали раскрывает такие перспективы, что изумляет самого автора. Такова «Легенда о Великом Инквизиторе» (очень верная мысль. И. Бахтин).

С другой стороны, так скажем, "критической", у меня есть некоторые дополнения и поправки к некоторым Вашим размышлениям. Например:
1. Вот здесь, Вы пишите:
"Пожалуй, о первом смысле Легенды — психологическом, то есть о характере Ивана нет смысла говорить — он лучше некуда, выявлен великим писателем-провидцем. Дмитрий Карамазов его сводный брат, охарактеризовал (Дмитрия) всего двумя словами: «Иван- могила!» В конце-концов это дело литературной критики, чего совсем не хочется делать — всё по этой теме рассказано-пересказано сотнями специалистов" (Игорь Бахтин).

Здесь, как бы опечатка у Вас "Дмитрий охарактеризовал Дмитрия", нужно исправить, что отмечено мной в скобках.
Но самое главное, что Дмитрий дает оценку-мнение "Иван-могила" к образу-мифу Ивана в совсем неоднозначном значении, а многозначном, если точно и детально исходить из текста романа. Мной в очерке об Иване К. эта проблематика дотошно исследована. Игорь Иванович, но мне никто из литературных критиков не попадался, кто бы вообще как-то исследовал эту проблематику, именно, слов символов "Иван-могила". Если кто-то и говорил в исследованиях, то только вскользь, не посвящая этой проблеме всё исследование.
Другой момент, из которого я перейду ко второму: так называемый "психологический смысл "Легенды" - это не только о характере Ивана К., даже не столько о характере, как сколько об мифе-образе Ивана, то есть имеет и содержит символическое значение, которое уже превышает "психологический смысл".

(Продолжение далее на след. стр.)



Бармин Виктор   13.04.2018 13:25     Заявить о нарушении
Что касается Вашего уникального труда, Игорь Иванович, то у меня противоречивые чувства и мысли. С одной стороны, Ваш труд - это уникальный опыт прочтения поэмы Достоевского, опыт прочтения в виде комментарий к эссе А.Мацейна, благодаря которым Вы познакомили читателей с интересным автором эссе, с новым прочтением поэмы Автора "Карамазовых", и с разными новыми смыслами чрез Ваши комментарии, благодаря которым, например, я сам принялся к изучению романа Достоевского.
Из пунктов эссе А.Мацейна, меня больше заинтересовал второй, как:
«...замыслы поэта не всегда совпадают с его творческой деятельностью. Иногда произведение остаётся позади планов творца, выражая лишь часть того, чего он хотел и добивался. Но бывает произведение опережает замысел автора и в образе отдельной детали раскрывает такие перспективы, что изумляет самого автора. Такова «Легенда о Великом Инквизиторе» (очень верная мысль. И. Бахтин).

С другой стороны, так скажем, "критической", у меня есть некоторые дополнения и поправки к некоторым Вашим размышлениям. Например:
1. Вот здесь, Вы пишите:
"Пожалуй, о первом смысле Легенды — психологическом, то есть о характере Ивана нет смысла говорить — он лучше некуда, выявлен великим писателем-провидцем. Дмитрий Карамазов его сводный брат, охарактеризовал (Дмитрия) всего двумя словами: «Иван- могила!» В конце-концов это дело литературной критики, чего совсем не хочется делать — всё по этой теме рассказано-пересказано сотнями специалистов" (Игорь Бахтин).

Здесь, как бы опечатка у Вас "Дмитрий охарактеризовал Дмитрия", нужно исправить, что отмечено мной в скобках.
Но самое главное, что Дмитрий дает оценку-мнение "Иван-могила" к образу-мифу Ивана в совсем неоднозначном значении, а многозначном, если точно и детально исходить из текста романа. Мной в очерке об Иване К. эта проблематика дотошно исследована. Игорь Иванович, но мне никто из литературных критиков не попадался, кто бы вообще как-то исследовал эту проблематику, именно, слов символов "Иван-могила". Если кто-то и говорил в исследованиях, то только вскользь, не посвящая этой проблеме всё исследование.
Другой момент, из которого я перейду ко второму: так называемый "психологический смысл "Легенды" - это не только о характере Ивана К., даже не столько о характере, как сколько об мифе-образе Ивана, то есть имеет и содержит символическое значение, которое уже превышает "психологический смысл".

2.По-моему, самое "слабое место" у А.Мацейна вот здесь, отмеченное у Вас под третьим пунктом:
"Мацейна продолжает: «... можно рассматривать Легенду, как органическую часть романа, а можно, как Легенду, извлечённую из романа. ( она, как отдельное произведение, печаталась при жизни Достоевского). Если же рассматривать её, как часть романа, то на первый план выступает психологический смысл, как проявление характера Ивана. Если отдельно — это попытка раскрыть МЕТАФИЗИЧЕСКИЙ символический смысл уже не связанный с мировоззрением Ивана. И нам может открыться во всей своей изумительной красоте действительность, выраженная в символах Легенды».

И вот здесь, я вполне солидарен с критикой В.Е.Хализева, что отрыв поэмы Ивана К. не только от глав "Бунт" и "Братья знакомятся", но и в целом от текста произведения, в котором содержится цельный контекст, приводит к разного рода интерпретациям, создающим собственное смысловое прочтение, как отдельное от авторского замысла, а зачастую и противоположное смысловому контексту Автора. Такое нередко бывает. Но почему?
По-моему, происходит такое потому, когда пытаются разделить смыслы на составляющие (психологические, моральные, метафизические и символические).
Спрашивается: если рассматривать поэму "Инквизитор" как часть романа, то причем здесь вообще "психологическое" и ХАРАКТЕР Ивана. Если же говорить о "характере", то уже надо говорить о характере мировоззрения Ивана К. А это уже означает, что поэма взаимосвязана с цельным контекстом произведения, как с началом, так и с окончанием. Например, сопоставим поэму Ивана с его статьей по вопросу о церковно-общественном суде, которую обсуждают персонажи в главе "Буди! Буди!" Или с главой "Кошмар Ивана", в которой чёрт разоблачает мировоззрение Ивана, так называемый, "геологический переворот", как вторую поэму Ивана. Имеет связь? Безусловно.
Но самое главное, что как раз-то метафизический СИМВОЛИЧЕСКИЙ или МИФОЛОГИЧЕСКИЙ Смысл имеет непосредственную Связь с мировоззрением Ивана К. и с его мифологическим образом, как "Иван -сфинкс" с его "убийственным" Вопросом, как вопросом всего романа "кто не желает смерти отца?".

Дорогой Игорь Иванович, всё в тексте Достоевского имеет свою взаимосвязь, причем глубочайшую, такую, которая нам еще и не снилась, которая нам только может казаться "ФАНТАСТИЧЕСКОЙ". Между прочим, у Достоевского и этот Смысл не исследован, как символически-фантастический.

Но, несмотря на всю мою сокрушающую критику, мне очень дорого все то, чтО Вами в Вашем труде исследовано и открыто. И, как говорится, мне бы хотелось общаться с Вами и общаться бесконечно о темах и проблематике Достоевского, но, как говорится, я всего лишь человек, ограниченный временем, пространством и другими суетно-жизненными проблемами, как и все люди. Поэтому не прощаюсь с Вами, а говорю Вам: до Встречи на "Прозе"!

С глубочайшим уважением, с признательностью
и с благодарностью к Вам,
Бармин Виктор.



Бармин Виктор   13.04.2018 13:26   Заявить о нарушении
Спасибо, Виктор. Я не считаю себя совсем способным писать какие-то трактаты. Но Фёдор Михайлович для меня ОТЕЦ. Я просто хотел выразить восхищение его мыслям, и( мыслям Мацейны созвучных моему мирощущению), которые не устаревают и даже наоборот - становятся всё актуальней в новом "дивном" мире. Если допишу роман в котором всё будет связано с Питером и Достоевским --сообщу. Художественное слово мне ближе. А пока прочтите письмо.

Игорь Иванович Бахтин   13.04.2018 16:10   Заявить о нарушении
Уважаемый Игорь Иванович,
да и я-то не супер какой там ахти критик. И не то главное, что у нас какие-то там расхождения взглядов в деталях, как говорится, сколько людей - столько и мнений.
Главное для меня то, что благодаря Вашей творческой работе о Достоевском, в которой Вы классно творчески изложили мысли А.Мацейна к поэме "Инквизитор", благодаря Вашему труду и Вашим творческим усилиям, и во мне возгорелась творческая искорка и жажда приобщения к мирам Достоевского. Если бы не Ваша творческая работа, то не было бы и моей творческой работы. Вот в чем тайна жизни, непостижимость путей и удивление мое той Премудрости, что нам не дано сполна постигнуть. А работа Ваша, еще раз повторю, уникальна, интересна и зажигательна.
И, конечно, мне хочется прочитать Ваш роман, хочется, чтобы Вы его доработали, несмотря на все жизненные препятствия, какие выпадают на нашу человеческую долю.

Знаете, Игорь Иванович, у Николая Бердяева есть сокровенная мысль, как мысль золотой нитью сквозящей чрез всё его творчество. Так ведь эта "золотая мысль" есть сквозная не только творчества Бердяева, но и еще в большей степени и Достоевского, и даже Льва Шестова, только в другой "редакции". Я увидел её, мне открылась она в свое время, и хочу ей с Вами поделиться.
В книге "Самопознание" Николай Бердяев ВОПРОШАЕТ:
"В сущности, меня всегда беспокоил один ВОПРОС:
КАК ПРЕОДОЛЕТЬ ПОДАВЛЕННОСТЬ и ПЕРЕЙТИ К ПОДЪЕМУ?.."

И это самая сокровенная стрежневая идея как Бердяева, так и Достоевского, и даже Льва Шестова, у которого любимый герой Иов со своим вопросом: как возможно вернуть утраченное бывшее. Чрез Веру к Тому, Кто есть возможность всех возможностей, Которому возможно бывшее сделать небывшим.

И еще одна сокровенная мысль Бердяева всей его философии, которая также, в самом важном, относится и к главному вопрошанию Л.Шестова:
"Бог ЖДЕТ от человека творческого акта КАК ОТВЕТА человека на творческий акт Бога".

И в этих двух вопрошаниях мысли, по-моему, сосредоточено ВСЁ, что связано с тайной человека.

Игорь Иванович, я желаю ВАМ в Вашей жизни от самого сокровеннаго сердца: ПРЕОДОЛЕТЬ ПОДАВЛЕННОСТЬ и ПЕРЕЙТИ К ПОДЪЕМУ... Быть может, именно от Вас, Бог ожидает творческого ОТВЕТА.

Дорогой и уважаемый Игорь Иванович, желаю здравия Вам и всем Вашим близким и силы Духа. Только во Всевышнем нам и возможно обрести силу Духа.

До Встречи, дорогой человек!


Бармин Виктор   14.04.2018 04:06   Заявить о нарушении
На это произведение написано 8 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.