Торговля, дипломатия и военные действия черноногих

Торговля, дипломатия и военные действия черноногих.
 
 Лояльности  и интересы: Торговля, дипломатия  и   военные  действия  ниитситапи (блэкфут-черноногие), 1806-1831  г.  1831Author(s): Theodore (Ted) Binnema Reviewed work(s):Source: The Western Historical Quarterly, Vol. 37, No. 3 (Autumn, 2006) 
 В  этом  исследовании, термин  ниитситапикси (реальные  люди),  применяемый  во  множественном  числе, и термин  ниитситапи  в  единственном  числе, имеют  отношение  ко  всем  людям,  говорящим  на  языке  блэкфут(пиеганы,блады  и  сиксики)  в  общем  смысле,  или  к  людям, принадлежащим  к  одной  из  этих  трёх  групп, но  чьё  тождество  не  может  быть  точно  определено. Эти  термины  не  имеют  эквивалента  в  английском  языке, но  заменяют  здесь «блэкфит» или  «конфедерацию  блэкфут», как  это  часто  используется  сегодня  в  США (при  этом «блэкфит»в  США   зачастую   специально  применяется  к  южным  пиеганам),а «блэкфут», - часто  применяется  сегодня  в  Канаде (при  этом «блэкфут»  в  Канаде  зачастую  применяется  исключительно  к  сиксикам). Я  применяю  «блэкфит»,  когда   ссылаюсь   на     упоминания  ниитситапикси, оставленные  американцами  того  времени.  (Теодор  Биннема,- младший  научный  сотрудник  кафедры  истории  в  университете  Северной  Британской  Колумбии).
Международная  политика, проводимая   ниитситапикси  с  1806  по  1831  годы, указывает  на  тот  факт, что  они  имели  деловые  отношения  со  всеми  своими  соседями, согласуясь  при  этом  с  осторожными, последовательными  и   рациональными  вычислениями   своей  собственной  выгоды. Это означает, что  историкам  необходимо  больше  внимания  обращать  на  многосторонние  отношения  между  различными  индейскими  народами,  ставя  их  в  один  ряд      со  своей  попыткой  понять  двусторонние  отношения  туземцев  с  вновь  прибывшими  белыми.
Члены  экспедиции  Меривезера   Льюиса  и  Уильяма  Кларка  имели   всего   один  военный  конфликт  с  индейцами  между  1804  и   1806  годами. Это  случилось  27   июля  1806 года, когда  они  убили  двоих  мужчин  пиеганов, включая  Он  Похож  На  Телёнка  (Выглядит  Одурманенно   Весёлым), у   реки  Мариас. Это  было  зловещее  начало  отношений  между  Соединенными  Штатами  и   ниитситапи  (“blackfeet”, блэкфит –     черноногие).  В  дальнейшем  дела  становились  намного  хуже. К  1830  году  много  американцев  считало, что «чёрные ноги»  являются  глубоко  укоренившимися  врагами  американцев  и  союзниками   британских  торговцев  на  реке  Саскачеван. В  то  время,  и  позже, американцы  из всех  сил  старались  уяснить  для  себя  эту   реальность. И  их  выводы  были  неутешительными, но  при  этом  они  объясняли  двусторонние  отношения  между  американцами  и  ниитситапи   без  стремления  понять  место   последних  в   меняющихся   военных  обстоятельствах  северо-западных  равнин  в  глобальном  смысле, так  как они полагались  на  разрозненные  сведения. Этот  анализ  участвует  в  дискуссиях   и  занимается   изучением  глубокого  исторического  вопроса, включив  в  себя  данные  из  ранее  неопубликованных  документов  Гудзон-Бэй-Компани (компания  Гудзонова  Залива, в  дальнейшем  англоязычная  аббревиатура  HBC). Неиспользуемые  с  этой  цели  до  сегодняшнего  времени,  эти  обширные  документы  ценны  своими  подтверждениями, относящимися  к  этому  вопросу. Эти  подтверждения  показывают, что  различия  между  поведением  ниитситапикси  по  отношению  к  американцам  и  британцам, между  1806  и  1831  годами, были  больше  условными, чем  реальными.  Группы ниитситапи   в  то  время  были  менее  враждебны  к  американцам  и  менее  дружественны  по  отношению  к  британцам  и  канадцам, чем  думало   большинство  американцев, и  большинство  историков    в  силу  этого   точно  так  же  предполагали. Более  широкая, самая  убедительная  интерпретация,   предлагает, что  ниитситапикси  имели  дела  со  всеми  своими  соседями, согласуясь с  аккуратными   вычислениями  собственной    выгоды. Конечно,  они  обладали  неполной  информацией  об  образе  их  действий, но  при  этом  племена  ниитситапикси реагировали на  изменения  рационально  и  оперативно,  разумно  используя  стремительные  преобразования, происходящие  с  ними.  Большей  частью  такие  подтверждения   указывают  на  то, что   двусторонние  отношения  туземных  неофитов   в  большинстве  мест  сильно  воздействовали   на  каждое  аборигенное  резиденсное (постоянно  живущее  вместе) общество  в  запутанном  клубке  торговли, войны  и  дипломатии, о  чём  европейцы   имели  лишь  частичные  познания. Объединяя  ниитситапикси  и   гро-вантр (ааини), американцы  преувеличивали  агрессивность  этих  самых  «блэкфит».
 Ниитситапикси  состояли  из  трёх  племён,  которые  говорили  на  алгонкинском  наречии, известным  как  «блэкфут»-черноногие (ниитсипассин). Однако, как  минимум,  до  1831  года, американцы  использовали  термин «блэкфит»  не  только, чтобы  упоминать   все  три  группы  ниитситапи,  но  они   и  гро-вантров обычно   обозначали этим  термином. Поэтому множество  атак «блэкфит», особенно  южнее  бассейна  реки  Миссури, в  действительности  совершали  гро-вантры, - совсем  несхожие  с  ниитситапикси.   
Карта  Тэда  Биннема.
 
 Расположения  индейских  групп  и  торговых    постов в  1806-1831  годах. 
 1-Дом  Гудзона (Хадсон-Хаус,   1779-1788 г). 2-  Южное  Отделение  Дома (Саут-Бранч-Хаус,     1785-1794г) и  Дом  Карлтона (Карлтон-Хаус, 1804-1810г).3 - Дом   Манчестера (Манчестер-Хаус) и  форт  Пайн-Айсленд    (1785-1794г) 4 - Дом  Скалистой  Горы – Роки-Маунтин (Роки-Маунтин-Хаус) и  Эктон (1799-1875 г, периодическое  использование).5 - Дом  Честерфилда (Честерфилд-Хаус,  1800-1802 г,1804-1805 г) и  форт  Боу-Ривер  (реки  Лука, 1822-1823  г). 6 -Дом  Эдмонтон  (Эдмонтон-Хаус)    и   форт Аугустус (1802-1810,1812-1913  г).7 - Дом  Эдмонтона  и   Дом  Белой  Земли (Уайт-Арф-Хаус,  1810-1812 г). 8-Дом  Кутенай (Кутенай-Хаус   1807-?). 9 - форт  Лиза (1807 - приблизительно  1811 г.) и  форт  Бентон (1821-1823 г.) 10 - Дом  Салиш (Салиш-Хаус,   1809-1821 г, периодическое  использование).11 - форт  Юнион (1828-1866 г). 12 - форт  Пиеган (1831-1832 г.)  и  форт  Маккензи (1832-1844 г.). 
 Гро-вантры, это - отдельное  племя, которое  говорило   на  алгонкинским  наречии,  сходном  с  арапахо, и  имевшее с  арапахо  общие  корни. Они  не  объединялись  в  союз  с  ниитситапикси.  Группы   гро-вантров  иногда  взаимодействовали  с  группами  ниитситапи  против  общего  врага, но  они  всё же   имели   ряд  различных  военных, дипломатических  и экономических   противоречий,  а  также  отличия  в  выборе благоприятных  возможностей. Несмотря  на  это,   упоминания   гро-вантров   в  американских  документах  как  «блэкфит»,  делают  ниитситапикси   более  неумолимыми  врагами  по  отношению  к  американцам, чем  они  были  на  самом  деле.  Кроме  этого,  гро-вантры были  более   агрессивны,  чем  ниитситапикси,  по  отношению  к  британским  и  канадским  торговцам, и  между  1806  и  1831  годами  они  являли  собой  зеркальное  отображения  ненадёжного  положения  дел, вероятно,  более  часто  атакуя  американцев  на  Миссури, чем  ниитситапикси. Так  как  они   наносили  визиты  в  более южные  общества  шайенов  и  арапахо, возможно, что  это как  раз  они, а  не  ниитситапикси, атаковали  американцев  южнее  бассейна  Миссури.  Своеобразные  методы   гро-вантров  заслуживают  отдельного  разговора, но  здесь  они  обсуждаются  только  лишь  в  контексте  того, насколько  их  поведение  проливает  свет  на  деятельность  ниитситапикси.
Многие  американцы   к  тому  же, неправильно  понимали  политическую  структуру  ниитситапикси,  и  термин «конфедерация  блэкфут»  является  этому  доказательством.   Пиеганы, блады и  сиксика  говорили  на  одном  языке, признавали  общую  историю  и  этническую  принадлежность, имели  общие  цели  и  интересы, имели  склонность  сближаться  с  подобными  себе  соседями, но  они  всё  же  не  являлись  политическим  объединением. Они (так же,  как  и  их  соседи) не  имели  политических  структур  для  того, чтобы  разрабатывать  и  претворять  в  жизнь  единообразные  политические  меры  по  отношению  к  своим  соседям. У  них  не  было  верховного  вождя,  и  даже  племенного  совета, который  разрабатывал  бы  и    внедрял  единую  политику  по  отношению  к  американцам  или  какой  другой  группе  населения. По-видимому,  в  начале  девятнадцатого  столетия  они  состояли  из  намного  больше  дюжины   независимых   групп, каждая  из  которых  изобретала   собственные  политические   курсы. Такая реальность  нуждалась  в  определённом  типе  дипломатии.  Общий  мир  предусматривал  согласие  всех групп  ниитситапикси,  подразумевая   при  этом, что  любой  отдельный  их  лидер   должен   немедленно   приступать  к  его   обсуждению. Например, когда  отряд  бладов  атаковал в  1823  году партию Миссурийской  Торговой   Компании (дальше  аббревиатура   MFC) вскоре  после  того, как  отряд  пиеганов  мирно  повстречался   с  этой  партией, американцы  (и  историки в  том  числе) ошибочно  предположили, что «блэкфит»  нарушили  свои  обещания. И  теперь  мы   понимаем,  что  партия   MFC  поступила  опрометчиво, не   попросив   отряд  пиеганов  помочь  провести  им  переговоры  с  другими  группами  ниитситапикси. 
Группы  пиеганов  и  их  лидеры,   в  основном  более   мощные  между  1806  и  1831  годами, были  более  мирно  настроены  по  отношению  к  американцам, чем  блады. Сиксики   тоже  посылали  военные  отряды  в  бассейн   реки  Миссури, но  они   были  там  менее  активны, чем  пиеганы  и  блады.
 Ниитситапикси, между  1806  и  1831  годами, находились,  по-видимому,  под  влиянием  своего  прошлого. В  1806  году  бассейн   верхнего  Миссури  представлял  собой  завоёванную  в  тяжёлых  противостояниях  территорию  ниитситапи. В  течение  1730-х  и  1740-х  годов, совсем  недавно  обзаведшиеся  лошадьми  шошоны  оттеснили  пеших  ниитситапикси  от  Миссури  и  большей  части  бассейна  реки  Саскачеван   на  край  северных  лугов. Но  старые  ниитситапикси   должны  были помнить, что  когда  они  получили  лошадей  и  ружья, то вновь  изгнали  шошонов  на  юг. Обстановка  изменилась.  Северные  шошоны   в  1805  году  говорили  Льюису  и  Кларку, что для  того, чтобы   «спасаться  от  врага, который  постоянно их изматывает,  они  вынуждены  оставаться  в  глубине  Скалистых  гор две  трети  года, где  они  страдают  так  же, как  и мы, испытывая  великие  лишения  из-за  отсутствия  еды, иногда  существуя  в  течение  недель  без  мяса, лишь  за  счёт  маленькой   рыбки, корнеплодов  и  ягод». Пиеганы   господствовали  над  своими  южными  соседями  из-за  своего  исключительного  доступа  к  ружьям, и  когда  в  1806  году   Льюис  сообщил  пиеганам, что  американцы    питают  надежды  на  торговлю   с  их  южными  соседями, они,  вероятно,  содрогались   от  страха  от  одной  мысли  о  встрече  лицом  к  лицу  с  хорошо  вооружёнными  отрядами  кроу  и  шошонов.  И  это ещё  более  усугубило   бы  положение  дел, так  как  ниитситапикси,  лучше  вооружённые  в  1806  году  по  сравнению  с  шошонами   и  кроу, были  хуже  вооружены  по  сравнению  с  кри  и  ассинибойнами. Кри  и   ассинибойны  повстречали  европейцев  раньше, чем  ниитситапикси, и  британско-канадских торговых  домов  было  больше  на  их  территории, чем  на  территории  ниитситапи.   Когда  американские  трапперы  и  торговцы   начали  вести  свою  деятельность  внутри  или  возле  территории  кроу, то  вдоль  реки   Йеллоустоун  сложилась  параллельная  опасная   ситуация. Так,  например, пока  некоторые  из  пиеганов  могли  искать  отмщение   тому, что  сделал  Льюис,   ниитситапикси,  в  целом,  имели  серьезную  причину  для  беспокойства  после  того,  как Льюис  им  сообщил  о  том, что  американцы  собираются  делать.
Два  других  обстоятельства  1806  года  подорвали  мир   ниитситапи.   До  этого  года   ниитситапикси  изрядно  мешали  торговле  всех  вновь  прибывших  в  регион  со  своими  соседями  и  конкурентами,- кутенай, флатхэд, шошонами   и  кроу, но  после  1806  года  они  больше  не  могли  так  делать. В  1807  году  Северо-Восточная   Компания (NWC), базировавшаяся  в  Монреале, основала торговые  фактории  западнее Скалистых  гор. Немаловажно, что  в  1806  году  отношения  между  ниитситапи  и   мощными  племенами  кри  и  ассинибойнов  тоже   рухнули. Даже  если  бы  Льюис  там  и  не  оказался,1806  год  всё  равно  стал  бы  важной  датой  в  истории  ниитситапи. 
Обычно  ниитситапикси  противопоставляли  себя  любым  посторонним,  собиравшим  и  заготовлявшим  ресурсы  на  их  территории,  и  они   считали  это  важным  для  себя, особенно в  тех  случаях,  когда  такие  группы  людей   делали  это  скрытно  и  без  разрешения. В  1750-х  годах  ниитситапикси  знали, что  европейские  новички   желают  шкур  и  шкурок  животных. И  они  могли  обеспечить  поставку  кое-чего  из   того, что желали  европейцы. С  некоторых  пор  британцы  скупали  все  волчьи меха, которые  только  в  состоянии  были  получить,  и   группы  ниитситапи   поставляли  им  их  в  избытке, не  меняя  при  этом  значительно  свой  образ  жизни. Но  в  начале  19  века,   HBC   и  канадские  торговцы  больше  не  желали  волчьих  мехов. В  1812  году  управляющий   HBC  сообщил  маклерам, что  он   совсем  перестаёт принимать  волчьи  меха,  а  это  означало, что они  должны   отказаться  от  товарообмена  с  индейцами  равнин. Со  спадом  рыночного  спроса  на волчьи   меха, более  важным   в  экономике  многих  групп  ниитситапи  стал   бобер. Хоть  ниитситапи,   в  общем-то,  без  восторга  относились  в  канун  1830-х  к  охоте  на  бобров,  пиеганы  больше  торговали  шкурками  этого  животного, чем  блады  или  сиксика.  Бобров   было намного  меньше  на  их  землях, чем  на  землях  кри, и  ниитситапикси   знали, что  именно  этим   частично  объясняется  то,  почему  кри  имеют  возможность  получать  больше  европейских  товаров (включая  ружья  и  боеприпасы), чем  они. Множество  американцев, прибывающих  на  северо-западные  равнины, не  спрашивали  разрешения  у  ниитситапикси  на  ловлю  бобров   и  на  охоту  на  любых  диких  зверей  для  собственного  пропитания. Хоть  Уильям  Эшли  это  и  отвергал, мало  есть  сомнений   насчёт  того, что  ниитситапикси   были  возмущены  появлением  трапперов (звероловы)  на  своих  территориях. Первые трапперы   прибыли  туда  осенью  1806  года. В  августе  этого  же  года, когда  экспедиция  Льюиса  и  Кларка  спускалась  по  Миссури, Джон  Колтер   возвращался  в  верховья  Миссури  с  двумя  звероловами, которые  тоже  поднимались  вверх  по  реке. Весной  1807  года  Мануэль  Лиза возглавил  товарищество, которое  к   1809  году  преобразовалось  в  MFC.  До  1820-х  годов, Джошуа  Пилчер, глава  MFC, постоянно  посылал  торговцев   и  звероловов  в  верховья  Миссури  без  согласия  ниитситапи,  и  последние  постоянно  их  атаковали. Меховая  Кампания  Скалистых  Гор, организованная  в  1822  году  Уильямом  Эшли  и  Эндрю   Генри, ещё  больше   полагалась  на  трапперский  промысел,  и поэтому  подвергалась  более  частым  нападениям. В  сравнении  с  таким  подходом, британцы  и  канадцы  не  покушались  на  территории  ниитситапикси, ну  хотя  бы  в  той  степени, о  которой  американцы  имели  определённое  понятие. Ниитситапикси    говорили, что  разница  между  звероловами  и  торговцами  большая, и  кое-кто  из  американцев  получал   соответствующие  предупреждения. Когда  MFC  рухнула  в  1824  году,  индейцы   вознегодовали  от присутствия  звероловов  на  своих  землях. В  1831  году, Джон  Догхерти,  зверолов   MFC,  и  впоследствии  индейский   агент, утверждал:  «Индейцы  недавнего  прошлого могли   бы  находиться  в  большем   примирении   с  нашими  охотниками, если  бы  мы  попросили  и  получили  их  согласие на  охоту, что, как  я  понимаю, никогда  не  делалось». В  1833  году вожди  ниитситапи   сообщили  американскому  индейскому  агенту  Джону Санфорду:  «Если  вы  пошлёте  торговцев  в  нашу  страну, мы  их  защитим  и  отнесёмся  к  ним   хорошо, но  к  вашим  трапперам, -  никогда».
Контраст  между  американской  практикой  и  практикой  британцев  и  канадцев,  в  реальности  был  очень  разителен. Британцы  и  канадцы  не  проникали  далеко  на  территорию  ниитситапи  при  проведении  пушного  промысла, и  редко  когда  отправляли  торговые  предприятия  в  страну  ниитситапи  без  согласия  последних. Эмиссар  HBC  Энтони Хендай   нанёс  визит  нитситапикси  за  полстолетия   до  Льюиса. Он  прибыл  к  ним  в   1754  году  в  сопровождении  общины  кри, чтобы  попросить  ниитситапикси  и   гро-вантров  приходить  к  Гудзонову  Заливу  торговать  там  с  HBC. В  начале  1770-х  годов, канадцы  и  торговцы  Компании  Гудзонова  Залива (HBC)  основали  торговые  посты  вблизи  северных   окраин  территории  ниитситапи. Эти  торговцы  обратились  к  ниитситапикси  не  только  ради шкур, но  также   и  для  приобретения  свежего  и  сушёного  мяса. В  1780-х  и  1790-х  годах, многие  эмиссары   HBC  и  NWC, включая  Дэвида  Томпсона  и   Петра  Фидлера, жили  и  скитались  с  группами  пиеганов      на  протяжении  месяцев за  раз, изучая  язык  блэкфут  и  налаживая  дружественные отношения с  ними. Позднее, между  1800  и  1802  годами  и  в  течение  1804-05  годов, HBC  и  две  канадские  компании  основали  посты  у  Честерфилд-Хаус, на  территории  ниитситапи, у  слияния  рек  Южный  Саскачеван  и  Красного  Оленя. Там  сиксики   продавали   свои  меха, пищевые  продукты  и  услуги, включая  обслуживание  и  сопровождение  путешественников. Сиксики    осознали  преимущества  нахождения  факторий  на  своей  территории. К  несчастью  для  них, компании  оставили там  в  1805  году  свои  торговые  дела  из-за  враждебности  гро-вантров  и  хидатса. Но  когда  они  пожелали   отправить  в  предгорья   Скалистых  Гор  и  Сайпресс-Хиллс  трапперов  ирокезов  и  сото, то  вначале  попросили   разрешение  на  это  от  местных  групп  ниитситапи,  и  получили  его.
Даже   когда  американские  трапперы  не   представляли   собой  страшную  угрозу, они  являлись   заманчивыми  целями   для  рейдовых  отрядов  ниитситапи. Военные  партии  последних,  вероятно,  искали  в  этом  регионе  кроу  или  шошонов, но  натыкались  на   звероловов. Немногочисленные  и  рассеянные  партии  звероловов  были   лёгкими  целями, и   множество  их   пожиток  без  промедления   находили  пригодность  среди  индейцев. Вечное спокойствие  могло  бы   в  дальнейшем  распространиться  по  северу на   торговлю  с  HBC  и  канадскими  маклерами.  В  общем,  мародёрство  в  отношении   американцев,  по  крайней  мере, было  таким  же  прибыльным, как  и  рейдерство  против  шошонов   или  кроу. Например, в  апреле  1810   года, партия  из  MFC, возглавляемая  Пьером  Менардом, приступила  к  трапперству  вблизи  Фри-Форкс  у  Миссури.  Через  несколько  дней   ниитситапи  атаковали  их, убивая      пятерых   белых. Имей  они  намерение  уничтожить  всю  партию, то,  вероятно,  сделали  бы  это  в  течение  следующих  недель, однако  налётчики  оставили  американцев, прихватив  все   их   бобровые  шкуры,  множество  капканов, некоторое  количество  боеприпасов  и  лошадей. Согласно  торговцу   NWC   Александру  Генри, затем  этот  отряд  привёз  всю  эту «немалую  добычу   в  виде  бобровых  шкур  и  остального,  и  поторговал  ими  с  канадцами   около  реки  Саскачеван».  Кажется, что  на  ту  же  партию  трапперов  натолкнулся  военный  отряд  бладов, убив  при  этом  большинство звероловов  и  «удалившись  с  немалой  добычей, состоящей  из  разнотипных  товаров, таких,  например, как  высокого  качества  хлопковые  рубашки,  бобровые  капканы, шляпы, ножи, кинжалы, шейные  платки, холстяные  русские  палатки  и  множество   банковских  кредиток  из  Нью-Джерси  и Банковской  Компании Трентона, какие  подписанные, а  какие  нет». Возможно, что  величайшая  добыча,  когда-либо  попавшая   к  ниитситапикси,  оказалась  в  их  руках  в  результате  атаки  в 1823  году бладов  на  партию  трапперов  из   MFC, возглавляемую    Робертом  Джонсом  и  Мишелем  Иммеллем. Согласно  предводителю  пиеганов  Железной  Рубашки (Mehkskеhme Sukahs - Мехкскеме  Сакас),   воины  бладов, атаковавшие  их, в  первую  очередь  были  заинтересованы  в  добыче. Железная  Рубашка  сказал  торговцам   из   HBC, что  блады  поняли, что  руководитель  звероловов приближался  к  ним  с  мирными  предложениями, однако  «количество  добычи,  представшей  перед  их   взглядами, лишило  их   добродетелей, которые  уснули   в  настоящий  момент,  и   дико  соблазнившись,  они  решили  принести  их  в  жертву, без  какой-либо  провокации  к  этому. Следовательно, как  только  тот  оказался  в  пределах  досягаемости  выстрела,   они    выстрелили   и  убили  его, а  затем  последовала  всеобщая  бойня, в  которой  полегло  тринадцать  американцев. Остальные   обратились  в  бегство, оставив  позади  большую  часть  своего  багажа  и  лошадей,  которых   индейцы  блад  захватили  и  переправили  в  свой  лагерь». Они  захватили  имущества, как  минимум, на  15000  долларов, включая  50  лошадей, 28  мулов  и  35  тюков  с  мехом. Большую  часть  добычи  блады  оставили  у  себя, но  между  23  октября   и  концом  марта  1824   года  они  поставили   около  1000  награбленных  шкур   в  Эдмонтон-Хаус    из  HBC. Такие  нападения   в  буквальном  смысле   подчеркнули  конец  MFC, и,  тем  самым,  отбросили  американских  маклеров  и  трапперов  дальше   на  юг. В  1824  году  Уильям  Эшли  ввёл  систему  рандеву  в  центре  Скалистых  Гор.
По-прежнему, «блэкфит» (большинством которых,  возможно,  были  гро-вантрами) повсеместно  атаковали  «маунтинменс» (горных   мужчин), и даже  значительно  южнее  бассейна  Миссури. Следовательно, в  конце  1820-х  годов  маклеры   Эдмонтон-Хаус   имели  возможность  приобретать  меха, изначально  захваченные  далеко  на  юге, в  сегодняшних  Вайоминге, Колорадо и  Юте.
Американские  трапперы  были  разозлённы   ниитситапикси,    и  американские  маклеры  были     ими  тоже  слишком  озабоченны. В  конце  1807  года, Мануэль  Лиза,  в  своей  первой  экспедиции  в  бассейн  верхнего  Миссури,   добрался  до  реки  Йеллоустоун, где   построил  форт  Лиза (также  известный  первоначально, как  форт  Рэймонд  и  форт  Мануэль) в устье  реки  Бигхорн, не  собираясь  в  дальнейшем  рисковать   в  верховьях  реки  Миссури. Это  расположило  его  в  отличной  позиции для  торговли  с  кроу (трапперы  были  склонны  торговать  с  индейцами, когда  последние имели  меха   для  торговли), но  не  с   ниитситапикси.   Несмотря  на  это, группы  бладов  и   гро-вантров  посещали  форт  и  вели  беседы  с  трапперами. В  конце  зимы  Лиза  послал  Колтера,  кто  входил  в  число  участников  экспедиции, к  Фри-Форкс  на  Миссури, чтобы  он попытался  отыскать  ниитситапикси  и  пригласил  их  поторговать  в  форт  Лиза. Но   Колтер    встретил  по  пути  партию  флатхэдов,  и  решил сопроводить их  в  форт. В  дне  пути  от  Фри-Форкс   они  были  атакованы  рейдовым  отрядом  ниитситапи, но  при  помощи  Колтера   и  его   оружия, а  также   группы  воинов  кроу,  присоединившийся   к   потасовке, атака  ниитситапи  была   отбита, но   перед  этим  их  воины  распознали  среди  своих  врагов  Колтера.  Даже  если  ниитситапикси  и  не  пришли  к  мнению, что  американцы   являются  союзниками  кроу  и  флатхэдов,  было  ясно, что  американские  маклеры  вооружают   этих  их  врагов  посредством  постов  на  их  территории, как  это  уже  было  с  маклерами  из  HBC, вооружавших  кри  и  ассинибойнов   на  постах,  расположенных  на их  территории. Следовательно,  ниитситапикси  атаковали  заодно  и  американских  маклеров, а  не  только  звероловов. Всё-таки  с  предельной  аккуратностью  нужно  изображать  политику  ниитситапи  по  отношению  к  маклерам   в  целом, не  отделяя  американцев. Ниитситапикси  использовали  практически  все  средства  для  того, чтобы   мешать любым  маклерам,  доставлять  европейские  товары, и  особенно   оружие,  их  врагам. При  этом   методы  работы   с  британскими  и  канадскими  маклерами   заметно  отличались  от  того  же  самого в  работе  с  американскими  маклерами.
После  тщательного  изучения,  политика  ниитситапи  по  отношению  к  маклерам  представляется  более  последовательной, чем  полагали  сами  американцы  на  тот  момент. Взаимодействие  между  группами  ниитситапи  и  маклерами  из  HBC  и  маклерами  из   NWC в  обычно  мирный  период  перед  1806  годом,  обуславливалось  принципом «держаться  на  расстоянии»,  и  к  тому  же было  испорчено  периодическим  насилием. Торговые  дела  HBC и   NWC  с  некоторыми  группами  сиксиков   были  очень  неплохими  перед  1815  годом, однако  отношения  с  другими  группами  сиксиков, а  также  с  группами  бладов, были  очень  напряжёнными  и   подозрительными. С  группами  пиеганов  маклеры были  более      дружественными, но  в  то  же  время  достаточно  прохладными. Несколько  служащих HBC  или  NWC  изучали  блэкфутов,  и  документы  того  времени  не  приводят  ни  одного  примера  вступления  в  брак  служащего  любой  из  этих  компаний  в  брак  с женщиной  ниитситапи, при  том, что  они   повсеместно  женились  на  женщинах  кри  или  оджибва. Несколько  свободных  мужчин  были  приняты  в  группы  ниитситапи, - либо  на  время, либо  навсегда. Хью  Мунро (Поднимающийся  Волк), Жак  Бергер (Шапка  из  Меха  Скунса) и  Джеймс  Бирд   младший (Джимми  Джок  Бирд), - наиболее  известные  из  них. Маклеры,  особенно  стали   недоверчивыми после  того, как  объединенный  отряд  сиксиков,  бладов  и   гро-вантров,  вслед  за  объединенным  отрядом   гро-вантров  и  сиксиков,  ограбил  Манчестер-Хаус  в  1793  году  и  убил  некоторое  количество  людей  в   Саут-Бранч-Хаус   в  1794. Британские  и  канадские  маклеры  ясно  представляли  себе, насколько  они  уязвимы  за  пределами  своих  фортов, и  они  понимали, что  если  они  решатся   на  путешествие  по  территории  ниитситапи  без  их  согласия, будет  счастьем  то, что  они   останутся   живыми.
Между  1780  и  1806  годами, фактории   HBC и NWC расплодились  вдоль  верховья  реки  Норт-Саскачеван. Группы  кри  и  ассинибойнов  могли  воспрепятствовать  действиям  этих  факторий или  вовсе прекратить  доступ  к  ним  групп  ниитситапи. Последние  были  очень  удачливыми, потому  что ни  кри, ни  ассинибойны, так  не  делали, по  различным  причинам. Так  или  иначе, но  нет  подтверждения  тому, что  кри  и  ассинибойны  возражали  бы  против  основания  Честерфилд-Хаус   на  территории  ниитситапи    между  1800  и  1805  годами.  Из-за  того,  что     доступ  ниитситапи  к  европейским  товарам  улучшился  между  1780  и  1806  годами,  они  в  военном  отношении  оказались   лицом-к-лицу  с  их  южными  и  западными  аборигенными  соседями.  До  сих  пор, кри  и  ассинибойны   благоволили  новичкам   как  торговым  партнёрам. Все  фактории, за  исключением  Честерфилд-Хаус, в  лучшем  случае  находились  на   самом  краю  территории  ниитситапи,  и  Честерфилд-Хаус  был  покинут  за  год  до  встречи  пиеганов  с  Льюисом. С  другой  стороны, меры  ниитситапи  по  воспрепятствованию  попыткам  кутенай, флатхэд, шошони и  кроу  выйти  к  постам  в  бассейн  реки  Саскачеван,  были  настолько  успешными, что  те  не  представляли  никакой  угрозы  возвышению  ниитситапи  перед  1806  годом. Даже  большинство  юго-западных  групп  пиеганов, которые,  возможно,  наносили   визиты  в  торговые  дома  лишь   раз  в   два  года, были  несравнимо  лучше  вооружены, чем  их  соседи  кроу, шошоны,  флатхэды  и  кутенай.
Вопреки  мерам лидеров  сиксиков, таких   например, как  Старый  Лебедь, отношения  между  нитсиитапикси  и   некоторыми  группами  кри  и  ассинибойнов  заметно  ухудшились  в  начале  1790-х  годов.   Атаки  некоторых  ниитситапикси  на  маклеров  в  Манчестер-Хаус  в  1793  году  и  Саут-Бранч-Хаус в  1794  году, произошли  как  раз  из-за  этого, а  не  из-за  того, что  они, ни  с  того  ни  с  сего, начали  ненавидеть  маклеров. В  1801  году   гро-вантры  вновь  атаковали  маклеров. Однако  эти  нападения, - в  1793, 1794 и 1801  годах,-  были  разрозненными. Хорошо  вооружённые  кри  и  ассинибойны, понимая, что   атаки  на  фактории  фактически  угрожают  им  так  же, как  британцам  с  канадцами, отплатили  опустошительными  набегами  на   гро-вантров  в  1790-х  и  в  начале  1800-х  годов. Иногда   гро-вантрам  приходилось  совершать  поездки  в  торговые  дома, даже  пренебрегая  опасностью. В  надежде  сохранить  свой  хрупкий  мир  с  кри  и  ассинибойнами, большинство  групп  ниитситапи  дистанцировались  от  гро-вантров. Изолированные, и  теперь  более  уязвимые,  гро-вантры  вынуждены  были   уйти  на  юг.  Их  пример  показал  ниитситапикси, что   долговременные  последствия  от  атак  на  фактории  HBC и NWC   лишь  на  непродолжительный  срок  перевешивают получаемую  пользу  от  торговли  награбленным  добром  в  других  местах   в  этих  же  факториях. Из-за   такой  мощи  кри  и  ассинибойнов,  отношения  ниитситапи  с    определёнными  их  группами   приблизились   к  критической  точке,  и  в  таком  состоянии  они  оставались  со  всеми   их  соседями  с  1806  по    1831 годы. 
В  конце  июля  1806  года несколько  воинов  пиеган  заимели  для  себя  проблемы  с  партией  Меривезера  Льюиса,  и  отношения  между  ниитситапи  и  кри  получили  поворот,  из  которого  они  не  вышли,  пока  не  был  уничтожен  бизон. Объединенная   партия  лошадиных  рейдеров,  включавшая  мужчин ниитситапи, кри   и  ассинибойнов, развалилась, когда  её  члены  начали  сражаться  друг  с  другом. Затем, между  июлём  и  сентябрём  месяцем, борьба  между  кри  и  ниитситапи  распространилась  по  всем  равнинам. В  результате, за  всю  зиму  1806-07  годов, ни  одна  партия  кри  или  ниитситапи  не  нанесла  ни  одного  визита   в  факторию. Наконец,  в  апреле  1807  года, за  что  особая  благодарность  Старому  Лебедю, нитсиитапикси  и   гро-вантры  заключили   с  кри  мирный  договор,  и  торговля  в  постах  была  возобновлена.  Тем  не  менее,   сражения  и  стычки  1806  года   стали  предвестниками  постоянной  войны, которая  портила  отношения  между  ниитситапи  и  кри  с  1806  по  1870-й  годы. Эта  враждебность  отрицательно  влияла  на  доступ  ниитситапи  к  постам  на  реке  Саскачеван. Документация  HBC  указывает, что  группы  ниитситапи  в  1810-х  и  1820-х  годах  обычно  располагались лагерями   намного  южнее  реки  Саскачеван, чем  до  этого, и  поэтому  они  нечасто  посещали  тамошние  посты. В  итоге, такие  не  предвещающие  ничего  хорошего зловещие  обстоятельства, имели  воздействие  на  поведение  ниитситапи  по  отношению  ко  всем  их  соседям.
Когда   HBC и NWC основывали  в  1799  году  свой   пост  Роки-Маунтин-Хаус, они  надеялись, что он  будут  обслуживать  кутенаев. Пиеганы   активно  мешали  этому,  поэтому  пост  стал  торговым  центром для  них. Так  что, перед  1806  годом, кутенай, флатхэды, шошоны  и  кроу пользовались   лишь  редким  доступом  к  товарам  европейских  или  евроамериканских  маклеров.С  другой  стороны, в  1807  году  маклер  из NWC  Дэвид  Томпсон, узнав, что  группы  пиеганов   из  окрестностей  Роки-Маунтин-Хаус  ушли на  поиски  американцев, в  районе  этой  фактории  перебрался  через  горы, чтобы  основать  Кутенай-Хаус в  истоках  реки  Колумбия. Там  Томпсон  торговал  с    кутенай  и  рассылал  приглашения  флатхэдам  и  флат-боус  (плоские  луки - нижние  кутенай). В  итоге  к  1811  году, NWC  торговала  с  группами кутенай, флатхэд  и  калиспел  на  более чем  трёх  постах, на  территории  сегодняшних  Монтаны, Айдахо и  Вашингтона. Последствия  этих  событий  были  незамедлительными  и  выраженными. Когда Томпсон  впервые  повстречал  индейцев  к  западу  от  Скалистых  Гор, он нашёл  их  вооружёнными  стрелами  с  кремниевыми  наконечниками,   которые  разрушались   от  соприкосновения  даже  с  кожаными  щитами.   Они  боялись  даже  показываться    на  равнинах. Но  вскоре  он  заявил,  что  они   стали более  лучшими  стрелками  из  ружей, чем  пиеганы, и  вернулись  на равнины. Наиболее  ярким  поворотным  моментом   в  этом  деле стала  битва  на  равнинах  современной  Монтаны,  состоявшаяся  летом  1810 года. Томпсон написал:   «В  1810  году  флатхэды  были хорошо обеспечены ружьями  и  боеприпасами. Их  стрелы  венчались  не   кусочками   кремния, а  железными  наконечниками, которые  доставлялись к  ним из  Монреаля. Поэтому,    теперь  лучше  вооружённые, они  вступили  на   свою  старую  территорию, чтобы  поохотиться  на  бизона  и  медведя». Пиеганы  сами  признали, что  эти  флатхэды, при  помощи  троих  канадцев, убили  шестнадцать  их  воинов. Сообщения  в  писаниях  Томпсона трудно согласовать  друг  с  другом, но,  кажется, что  гражданский  вождь  Сакатэу  высказывался  от  лица  более  воинственно  настроенных  пиеган, утверждая, что  новый  пост  нужно  уничтожить, а военный  вождь  Кутенай  Аппи  был   настроен  мирно. В  итоге, около 40  воинов  пиеганов  отбыли  «чтобы уничтожать врагов». Согласно  Томпсону,  они  прибыли   в  Кутенай-Хаус  27 августа. «Я  давно  их  ждал, так  как   они  были  очень  недовольны  нашим  присутствием   здесь, потому  что  мы  предоставляем  независимость всем  тем  индейцам, которых  они  считают  в  подчинённом  положении,  или  врагами, разбитыми   ими.  Они  могут  создать  нам  много  проблем,  или  даже  могут  вырезать  нас. Пиеганы  говорят, что рады  нам  здесь, но  они притворяются,  имитируя  уважение». Маклер  из HBC  Питер  Фидлер  дал   похожее  описание  политики ниитситапи,  но  добавил  при  этом, что  «они настроены  против  нас  из-за  сходной  торговли  с  ними (кутенай) необходимыми  предметами, которые сами  пиеганы   раньше  использовали  для  торговли  с  ними (кутенай), получая  огромные  прибыли, а  затем доставляли  те  шкуры и  торговали  ими  с  нами, получая  в  12  раз  больше  предметов  от  нас, чем  в  том  случае, если  бы  они  продали  это  отдалённым  племенам. Вступив в  те  пределы, мы  лишили   пиеганов  большого  дохода, который  они  всегда  получали».
 Согласно   Томпсону, военный  отряд, возглавляемый  Кутенай  Аппи, а  не  Сакатэу, положил  нерешительную  трёхнедельную  блокаду  на  пост. Один  из  их  предводителей  сказал, что  у  него нет желания  сражаться «против   брёвен, которые  шар (мушкетный)  не  может пробить, и  с  людьми, которых  мы  не  можем  увидить, и  с  которыми  мы  находимся  в  мире». Затем,  повернувшись  к  Кутенай  Аппи  он  сказал: «Это  был  не  ты, кто  привёл   нас  сюда, а  глупый  Сакатэу (мирный   вождь), кто  сам  никогда  не  идёт  на  войну». Вместо  поста,  пиеганы  атаковали  непосредственно  кутенаев. Томпсон  сообщил, что  весной  1808  года  пиеганы  забрали  у  кутенаев   лошадей  и  убили  одного  их  воина, и сухо  при  этом  подытожил: «следовательно, война  продолжилась  из-за стремления  стариков  управлять  молодыми  мужчинами». После 1806  года  британские  и  канадские  маклеры, как  никогда  ранее  были  не расположены  к  опасным  визитам  на  равнины. После  индейских  нападений,  в  1794  году  они  покинули   Саут-Бранч-Хаус, а  в  1805  году та  же  участь  постигла  Честерфилд-Хаус. Но  после  того, как   Джеймс  Бирд, управляющий  округом  Саскачеван, узнал  об  экспедиции  Льюиса  и  Кларка, он  ощутил  надобность  в  объяснении  своему  начальству  в  Лондоне, почему  он  проигнорировал  восстановление  Честерфилд-Хаус и  строительство  новых  постов  на  равнинах. Саут-Бранч (теперь  Карлтон-Хаус) был  восстановлен, но  Бирд  писал: «Мало зависит  от  этого занятие  ниши  в  индустрии  или   получение дружбы  жестоких  племён,  населяющих   те  части; и   уже  утрачены  взаимоотношения  снисхождения и существовавшей  ранее предупредительности, что  сдерживало  все  партии  от  попытки  покушения. Несмотря  на  это, наши  соседи (NWC) не  перестают  смотреть  на  предполагаемый   приз  вожделенными  глазами,  и,  возможно, они  смогут  быть  побуждены  к  тому, чтобы  выполнить  одно  великое усилие  и  выхватить  это  у  американцев. Это  предприятие  нуждается,  как  минимум,  в  сорока  мужчинах,  и  нет  надежд на  извлечение прибыли  в  первый  год, если  волки  или  их  шкуры  не  будут  цениться.  Если  же  этому  будет  сопутствовать  успех, то  для  торговли откроется  обширнейшая  область, так  как  проход  через  гору  там  удобный  и  лёгкий. Я   посчитал  своей  обязанностью  выполнить  это  представление, но если  бы  я  спросил  моё  мнение (оригинал)  о  подобном  предприятии, то  я побоялся  бы его  высказать. Великий  риск  и  великий  расход  противопоставлены  неопределённым  надеждам  на  далеко  отстоящий  заработок». 
После поражения  от  флатхэдов  в  1810  году, некоторые  мужчины   ниитситапи  казались  более  решительными   в  отношении  того, чтобы  получать  свою  месть   с  канадских  торговцев  мехами  и  их  поставщиков  из  враждебных племён, однако,  согласно  Александру  Генри младшему: «они  боятся нежелательных  последствий   таких  действий, а  именно,  лишения  их  в  будущем доступа к  оружию,  боеприпасам, табаку,  и  что  больше  всего  они  боятся,- к   их  любимому  алкогольному  напитку,  высокоградусному  спирту,  к  которому  они  пристрастились  почти  так  же,  как  несчастные  племена,  проживающие  восточнее  их».  Дэвид  Томпсон  написал  так: «В     действительности,  некоторые  пиеганы  настроены  на   переход  через  горы, чтобы  обрушить  их  месть  на  белых  людей, которые   переходят    на  западную  сторону  гор  и  снабжают   оружием  и  боеприпасами  их  врагов.  Военный  отряд  выступил, чтобы  атаковать Роки-Маунтин-Хаус,  однако  трезвомыслящий  Кутенай  Аппи  убедил  их  оставить  свой  план». У  пиеганов  обнаружились  серьёзные  разногласия. Более  осторожные  старшие предводители видели, что  атаки  гро-вантров  в  1790-х  и  в  начале  1800-х  годов  на  посты    NWC и  HBC,  снизили  доступ   гро-вантров  к  меховым  торговым  постам.  В  результате  гро-вантры  отступили   на  юг  от  их  прежней  территории  возле  рукавов  реки  Саскачеван, но  кри  и  ассинибойны  атаковали  их  в  1801  году, даже  далеко южнее  Сайпресс-Хиллс   и  возле  сегодняшнего города  Летбридж,  провинция Альберта. Несмотря  на  то, что  некоторые  воины  сиксиков  приняли  участие  в   наиболее   смертоносном  нападении  на  Бранч-Хаус в  1794  году, в  подавляющем  большинстве  случаев,  сиксикам,  и  ниитситапикси в  целом, удавалось  избегать  серьёзных  последствий, возможно,  благодаря     изобретательной  дипломатии   таких  их  мужчин, как,  например, Старый  Лебедь, и  даже  Большой Человек (кто  возглавлял  нападавших  сиксиков), а  также  благодаря   содействию, которое  сиксики  оказывали  маклерам   HBC и  NWC  в  начале  1800-х  годов.
Несмотря  на  ограниченность   их  выборов, кое-кто  из  пиеганов твёрдо   решил   остановить  поток  товаров  через  Скалистые  Горы. Следовательно, осенью  1810  года  отряд  пиеганов  расположился  вдоль  реки   Норт-Саскачеван,  и  с  переменным  успехом  мешал  торговцам пересекать  горы. Зимой  Александр  Генри  оправдывался:  «Те  люди  крайне  ревнивы  к  любому  нашему  перемещению  к  Скалистым  Горам,  и  любой  пустяк  может создать  нам  проблемы  с  их  стороны».   
HBC  не  распространял  свои  торговые  операции западнее  Скалистых  гор до  1810  года, когда  Джозеф  Хоусе  пересёк  горы  незадолго  до  того, как  Большое  Горло  и  Чёрный  Медведь  объявили  о  своей  блокаде  реки  Норт-Саскачеван.  Пиеганская  блокада ставила  под  сомнение  благополучное  возвращение  Хоусе  до  мая  1811  года, когда  Джеймс  Бирд договорился  о  его безопасном  проходе,  но,  вместе  с  тем,  пиеганы  заявили, что  если  они  «вновь  повстречают  белого  человека, когда  он  идёт, чтобы  снабжать  их  врагов, то  не  только  ограбят  и  убьют  его, но и  высушат  мясо  с  его  тела. Эта  их  угроза  довольно  жестокая в  своей  крайнем   пределе  осуществления,  поскольку,  согласно  их   правдоподобным  заявлениям, а  также  заявлениям  от  нескольких  других  племён, индейцы  блад,  прошлым  летом, после  уничтожения  трёх  американских  поселений  на  Миссури  и  убийства  большинства  людей, связали  и  зажарили  тело  главного  американца, а  затем  ели  это  с  дикими  торжествующими  возгласами».
Несмотря  на  то, что  миф  о  каннибализме  ниитситапи  устойчиво  держался  среди  мужчин  из HBC, пиеганы  не   осуществили  свои   наихудшие  угрозы. Когда  в  1811  году  они  обнаружили  западнее  гор  партию  из  шести  канадцев, то  отряд  из  24  пиеган «отнял  и завладел каждой  их  вещью, которую  они  имели, и  избил  их  сильно  своими  луками, но  всё  же  пощадил их  жизни». Весной  1813  года  группа  сарси  сообщила  маклерам: «Блады  и   блэкфиты (сиксики) решили  своровать  всех  лошадей, принадлежащих  белым  людям, в  отмщение  за  смерть их  родственников, пятьдесят    которых  были  убиты  флатхэдами,  начиная  с  прошлого  лета». Той  же  весной  группа  пиеганов  прибыла  в  Эдмонтон, почти  ничего  не  имея  для  торговли. Джеймс  Бирд  написал:  «Эти  индейцы  признались, что они убили  на  границе  Скалистой Горы (имелся  в  виду  Роки-Маунтин-Хаус)  вольного  канадца  и  двух  ирокезов, а  также  заявили, что  будут  убивать  любого  белого  человека, которого  обнаружат  западнее  Скалистой  Горы, или  на  его  пути  туда». В  1820  году,  Джимми  Джок  Бирд, свободный  человек, сын  торговца  из  HBC Джеймса  Бирда, пришёл  в  Эдмонтон-Хаус.    Бирд (отец), живший  в  то  время  среди  ниитситапикси, сообщил, что  Джозеф  Льюис, свободный «мулат», который  оставил  в  1814  году  службу  в  HBC, был  «убит  молодым  человеком, который  принадлежит   племени  индейцев, обычно  называемое  племя  блэкфит, но  по  какой  причине, он (Джимми  Джок  Бирд) не  смог  мне  сказать. После случившегося, двое  молодых  мужчин  пришли  в  его  жильё, посланные  вождём  вышеупомяного  племени, чтобы  сообщить  ему  и  его  компаньонам, что  они  должны  отправиться  тотчас  в  форт  или   будут  подвергнуты той  же  участи». В  1820-х  годах  воины  ниитситапи  атаковали  и людей  из   HBC, и  особенно  трапперов, включённых  в  экспедицию  на  реку  Снейк.  В  своём  годовом  отчёте  в  дистрикт  Эдмонтон   за  1820-21  год, Фрэнсис Херон  писал, что  он  считает, что  меняющаяся  военная  и  дипломатическая  ситуация  является  первопричиной  изменения  поведения  индейцев  в  отношении  торговцев: «Все   различные индейские  племена, населяющие  равнины  и  леса  этого  места, в  настоящее  время  находятся  в  разногласиях  друг  с  другом, и  в  таком  враждебном  состоянии  они  растеряли  всё  своё  уважение  по  отношению  к  маклерам, у  которых  они  расхищают  их  имущество, наносят  ущерб   их  фортам, и  даже  угрожают  их  жизням без  какой-либо  провокации.  Но  больше  всего   унижает то обстоятельство, что  мы  вынуждены  терпеть  всё   это, так  как  не  в  нашей  силе  наказать  индейцев   за  их  преступления».
Иные  обстоятельства, которые  ниитситапикси   оказались  не  в  состоянии  контролировать, сделали их  более  уязвимыми. В  1821  году HBC и NWC  объединились. С   ослаблением  конкуренции, HBC  закрыла  посты, сократив,  тем  самым,  перечень  хороших  торговых  товаров, предлагаемых  индейцам,  и  это  обуславливало  затруднительность  проведения  торговых  операций. В   то  время, как  большинство    групп  из  других  областей  становились  более   сговорчивыми, управляющий  HBC  Джордж  Симпсон  так  писал  про  равнинных  индейцев: «Равнинные племена  остаются  наглыми  и  независимыми, и, если  ещё  не  больше, чем  когда-либо, они  возомнили  о  себе, что  мы  зависим  от  них. Они  считают, что  мы  зависим  от  них  в  получении    средств  к  существованию  и  поэтому  допускают  резкую  тональность в  общении, однако  самым  эффективным  методом  внедрения  в  их  чувства   могло  бы  стать    покидание  эстаблишментс  (посты), особенно  на  Саскачеване, на  два  или  три  года, что  должно  не  только  оздоровить   местность, но  и   позволит  нам  вести  с  ними  дела  на  честных  и  разумных  условиях, не  подвергаясь  риску  и   издержкам, широко  распространенным  в  данный  момент   в  торговле,  в  этом  дистрикте. Всё  же   это  не  может  быть  выполнено,  поскольку, пока поселение  на   Ред-Ривер  имеет  немало   путей  для  получения  скота  и  провизии, важных  для  нашего  транспортного  бизнеса».
 Ясно, что  начало  эпохи  контакта  между  ниитситапи  и  американцами совпало  с  ухудшением  торговых  отношений  ниитситапи  в  бассейне  реки  Саскачеван. Ниитситапикси  по-прежнему  торговали  с  HBC, но,  вместе  с  тем, они  были  обеспокоены  поведением  маклеров. Напряжение  оставалось  высоким  и  после  1821  года. После  слияния   HBC-NWC, первая   направила  экспедицию  из  более  ста  человек   вверх  по  реке  Саут-Саскачеван (Южная,  позже известная,    как  Боу-Ривер, -   река  Лука). Эта  партия   построила  форт  возле  последнего месторасположения Честерфилд-Хаус  у  слияния  Саут-Саскачеван и  реки  Ред-Дир  (река  Красного Оленя). Ниитситапикси   восприняли   их  совсем  иначе, чем  в  промежутке  между  1800  и  1805  годами. Экспедиция  Боу-Ривер  была  достаточно  многочисленной   в  плане  самозащиты  в  новом  форте, однако  цель  заключалась  в  том, чтобы   рассылать  партии  для  исследования  бобровых  ресурсов   верховий  Миссури. Несмотря на  то, что  белые,  несколько  раз  исследуя  реку  Мариас, к  своему  изумлению  не  обнаружили  там  бобров, ниитситапикси  однозначно  были  возмущены  их  деятельностью. Между  тем, ниитситапикси  многократно  угрожали  и  беспокоили   людей  в  форте. Фрэнсис  Херон  высказал  мнение, что ниитситапикси  и   гро-вантры «можно   вполне  обоснованно   причислить  к  числу  наиболее  варварских  племён  Северной  Америки, так  как  каннибализм (особенно, когда  враг  попадает  в  их  руки)  часто  практикуется  среди  этих  бессердечных  негодяев». Подытожив  опыт  экспедиции  Боу-Ривер, Херон  решил, что «территория  исконных  настолько  близко  подступает  к белым, что  торговля  не  может  способствовать  поддержанию  больших  созданий (поселений), необходимых  для  того, чтобы  противодействовать  нападению  свирепых  дикарей, которые  всегда   жаждут ограблений   при  достижении  объекта». Неуспех  экспедиции  Боу  Крик, - что почти  совпало  по  времени  с  крахом   MFC, - убедил  HBC  в  том, что  нужно  оставить  планы  по  строительству  постов  южнее  бассейна  реки  Саскачеван.
Политика  ниитситапи  по  отношению  к  своим  соседям, кажется,  сообразовывалась  с  стремлением  сохранить  собственную  безопасность. Ниитситапикси  столкнулись  лицом  к  лицу  с  тяжёлой, ухудшающейся,  и  вносящей  путаницу   ситуацией, и  при  этом, владея  всего  лишь  отрывочными   знаниями об  американцах, они защищали  сами  себя  самым  оптимальным  способом, на  который  были  способны. До  1806  года  они  препятствовали  торговым  отношениям  между  маклерами  из    NWC-HBC  и  своими  индейскими  врагами  на  западе  и  юге, что  невозможно  было  выполнить  без  непосредственной  атаки  на  маклеров. Но  при  этом  они  знали, что  убийство  торговцев  из   NWC-HBC  и  уничтожение  их  факторий,  поставит  под  угрозу  их  доступ  к  европейским  товарам. Их  политика  имела  вид  присвоения, - угрожать   маклерам  NWC  и  забирать   их  лошадей, избивать  их  при  обнаружении  западнее  гор, и  атаковать  тех  индейцев, которые  оказывают   помощь  маклерам  или  извлекают  пользу  из  торговли  с  ними, -  было  ориентирована   на  перегораживание  потока  хороших  товаров  к  их  врагам, не  задевая  при  этом  свои  собственные  источники  получения  того  же. Они  атаковали  и  убивали   вольных  людей  и  индейских  друзей   HBC и NWC,  но  при  этом не  отказывались   от  нападений  на   служащих этих  компаний.   Эта  политика  представляется  обусловленной   неким  разногласием   внутри  определённых  групп  ниитситапи, и,  по-видимому, это подрывало их  веру  в  свои  силы,  даже  у  наиболее  осторожных  их  лидеров, однако  это  был   практичный    путь  для  самого  общества   в  плане  защиты  собственных  интересов. Это  стало  ещё  более   реалистичным, когда  после  1812  года   NWC  начала снабжать меховую  компанию Колумбия  в  форте  Джордж,  возле  устья  реки  Колумбия. Теперь    ниитситапикси  не  могли  извлечь  никакой  выгоды  из  нападений  на  посты  в  бассейне  реки  Саскачеван.
Ниитситапикси  негодовали  из-за  американских  маклеров  на  Миссури  по  той  же  причине, по  которой  они  негодовали  из-за  присутствия  маклеров  NWC  на  реке  Колумбия. И   при  этом  они  столкнулись  с   различными  вариантами  такой  угрозы. Но  в  то  время, как   опасности  от воздействия  на  торговцев  из  HBC и  NWC были  значащими, опасности   от  воздействия  на  американцев  представлялись  ничтожными. Ниитситапикси  мало  чего  знали  об  американцах, и   последние   безрезультатно  пытались  установить   связь  с  ними, и  им  также  не  удалось  убедить  их  в  том, что  они  на  самом  деле  желают   взаимовыгодных  отношений. Ниитситапикси  не  было  никакой  надобности   в  американских  товарах, однако  те   неоднократно  вызывали  у них раздражение тем, что  торговали с  их  врагами  и  отлавливали животных  на  их  территории. Почему  же не  атаковать и  не  убивать  этих  незваных  гостей, где  бы  их  ни  обнаружили?
Ниитситапикси  быстро  отождествили  американцев  с  кроу,  и  американцы  были  хорошо  осведомлены  об  этом  факте. В  1819  году  Томас  Биддл  подчёркнул  значение  появления  в  1807  году Джона  Колтера  в  рядах  кроу, уверяя, что «из-за  этого возникла  враждебность, помешавшая  торговцам  проникнуть  в  меховые  области   Миссури». Кроу были  более  опасны  для  ниитситапикси, чем  кутенай, флатхэд  или  нез-перс. Это положение   уже было  внедрено  в  сознание ниитситапикси  и   гро-вантров.  В  феврале  1811  года  некоторое  число  гро-вантров  посетило  торговцев  после  возвращение  из  набега  на  кроу  на  реке   Йеллоустоун: «… кроме  того, они  видели  форт, который,  по  их  предположению, занят  американцами. Один  из  вождей   водопадных  индейцев  был  убит  и  несколько воинов  ранено.  Они  не  знают, сколько  они  убили врагов, но  они  привели с  собой  несколько  пленных.  В  разгар  схватки  индейцы  горные  кроу  выкрикнули, что  в  будущем  они    удовлетворят  их  волнение  приходом  войной  на  них, и  что  на  следующее  лето  они  в  компании  с  американцами  пойдут   на  них  войной  и   отыщут  их  на  берегах  Саскачевойна      (оригинал). У  них (кроу)  нет недостатка  в  вооружении  и  боеприпасах.  Маклеры      добросердечны   к  ним  и   не   воздают  им  лишь жалостью, и  тд, и  тд….. Полученная  информация  не  вызвала  ни  малейшего  волнения  и  беспокойства  среди  них (гро-вантров). Они знают, что  их  враги  многочисленны   и являются  смелыми  воинами,  и,  возглавляемые   американцами,  снесут  всё  впереди  себя. Отступление  для  них   должно  стать  тщетным. Могучие  деревья  не  смогут  их  защитить.  Кри  и  ассинибойны  не  являются  их  друзьями. И  тогда, - небытие. Лишь   разложение  останется, чтобы  пристально  смотреть  им  вслед. Они  обладают всего  одним  лишь  ресурсом, который  может  быть  доставлен  в  наши  форты  под  предлогом  торговли,  чтобы  захватить   нас  врасплох,  убивать  и  лишать  нас  нашего  имущества,  И  если  они  сделают  это, то окажутся  в  положении, в  котором  смогут  защищаться  сами  против  своих  врагов». 
 В  действительности, после  того  сражения, гро-вантры  не  нападали  на  торговцев  на  реке   Саскачеван, однако   вышенаписанное  помогает   объяснить,  почему   гро-вантры  и  ниитситапикси   считали, что   военные  действия  против   американцев  помогут  предвосхитить нападения  кроу. Нет  сомнений  в  том,  что  изображение HBC и NWC, торгующих  гармонично  с  ниитситапикси   есть  миф.  Также   ниитситапикси  никогда  мирно  не  торговали  с  американцами  до  1831  года. Как  американские  документы, так  и  HBC, показывают, что редкие  мирные  встречи  случались, но  американцы   не  могли преодолеть  недоверие  со  стороны  ниитситапи  до  1831  года. Мирное  заседание  в  1807  году  в  форте  Лиза, должно  быть,  явилось   первой  такой  встречей. В  начале  1808 года, группа  гро-вантров  прибыла  в  Эдмонтон и  рассказала  маклерам HBC то,  что  отобразилось  в  их  сообщении  оттуда: «Группа  их  молодых  людей, которая    отправилась  прошлогодней  осенью  в  военную  экспедицию, обнаружила   американское  поселение на  берегах  Миссиссури (оригинал). Американцы  дружелюбно  с  ними  говорили, раздали  им  подарки  и  пригласили  прийти на  общее  собрание  следующей  весной  вместе  со  всеми  племенами, с  которыми у  них  война,  чтобы выработать  порядок  действий,  принять  решение  по  мирному  договору и  поторговать.  Они  сообщили   нам  об  обещании  американцев  продавать  им  ружья  за  пять  бобров  и  другие   предметы в  пропорции,  в  которой  они  оценивают  шкуры  бизона. Еще  они сказали, что  американцы  не  рассматривают  спирт  первым  пунктом, и  что  они наслаждаются  слишком  многим  в  войне,  включая  грабежи  врагов, просящих  о  мире».
В  1823  году  пиеганы  казались  более  открытыми  для  заключения  мира. В  мае  этого   года, отряд  пиеганов во  главе  с  Железной  Рубашкой, предложил  Джонсу  и  Иммеллю  построить  факторию у  места впадении  Мариас  в  Миссури. Те  без  промедлений  проследовали  с  пиеганами  к  этому  месту, отстроили  там  пост  и  попросили  Железную  Рубашку  помочь  им  посредничеством  в  достижении  мира  с  другими  группами  ниитситапи. 1823  год, несомненно, стал  важной вехой  на  пути  к  тому, что  случилось  в  1831  году, но  маклеры  из   MFC  не  воспользовались  этой  возможностью. Тем  не  менее, в  июле  1827 года,  Джордж  Симпсон   отметил, что  кое-кто  из  пиеганов  в  1826  году  торговал  с  американцами  в  стране  флатхэдов, и  сообщил, что  ниитситапикси «в   этом  году (1827) расположились  лагерем возле  Соленого  озера, но  не  торговали  там  с  людьми Уильяма  Эшли». Кроме  этого, осенью того  же  года ниитситапикси  мирно  торговали  со  Смитом, Джексоном  и  Сюблеттом. Его  утверждения   дают  понять, что  торговые  встречи  были  редкими, но  они,  как  минимум,  указывают  на  то, что некоторые  группы  ниитситапи  могли  рассматривать   возможность мирной торговли с  американцами  на  реке  Миссури, как   отвечающей   их  наилучшим  интересам. Но пока  не  были  налажены  мирные  и  деловые  взаимоотношения, мнение  ниитситапи  было  разделено, и  американское  непоследовательное  поведение  создавало  проблемы  для достижения  постоянного  мира. Наконец, в  конце  1820-х годов, управляющий  HBC  Джордж  Симпсон  почувствовал  назревающие  перемены. В  1827  году  он,  пророчествуя,  написал: «В   последние  несколько  лет  американские  торговцы  находятся  в  постоянной  опасности от  них, и  создания (поселения) часто  были  осажены  не  только  ради  грабежа, но  и  из-за  укоренившейся  антипатии  ко  всей   нации.  Теперь же создаётся  впечатление, что  американские  торговцы изменили  этот  порядок  в  отношении  себя,  и  умиротворяющим  обхождением  преодолевают  это  враждебное  чувство, тем  самым, поворачивая  их  против  нас. Кроме  этого,  они  налаживают  связь  с  ними  на  их  охотничьих  землях, находящихся  в  основном  в  пределах  предполагаемых  американских  границ. Я  опасаюсь, что  скоро  они  лишат  нас  всех  мехов».
 Прошло  четыре  года, прежде  чем  его  страхи  были  реализованы.
В  какой  же  степени  действия  ниитситапи,  которые  были  связаны  коммерческими отношениями  с  HBC и   NWC, стимулировались ими?  Американские  документы  полны  претензий  в  отношении  этого. Но,  маловероятно, что HBC  или  NWC   напрямую  поддерживали   нападения  ниитситапи. Пусть  не  удивляет  то, что  в документах   HBC  и  NWC   нет  даже  намёка на  торговцев,  подстрекающих  ниитситапи. В  действительности, если  бы HBC и  NWC  будоражили дружественных индейцев, те  были  бы  крайне  враждебно  настроены  против  американцев. Но всё  не  так  просто.     Группы,  наиболее  враждебно  относящиеся  к  американцам (гро-вантры и     ниитситапи), были   в  равной  степени  неблагонадёжны  в  отношении  HBC и NWC, а  группы  ниитситапи, или  отдельные их  лица (как,  например,  Железная  Рубашка),  дружественные  к  HBC и NWC, были так  же  дружелюбны в  отношении  американцев.
 Понятно, что  HBC и  NWC  извлекали  пользу  из  военных  действий  между  ниитситапи  и  американцами, но  маклеры больше потеряли  бы  от  разжигания  страстей, чем  получили  бы. Любая  агитация  со  стороны  HBC  подорвала  бы  имидж  компании, культивируемый  среди  всех  её  клиентов. Политика  HBC  продолжительное  время  была  направлена  на  поддержание  строгого  нейтралитета, - всегда, когда  индейцы  сражались   друг  с  другом, - чтобы  проводить  торговые  операции  с  кем-либо из  них по  возможности; посредничала  в  мирном  разрешении  споров  между враждующими      группами; и  с  воодушевлением,  правда  с  переменным  успехом, находясь  в  окружении нитситапикси, всех  индейцев завлекала  искусом  сбыта  ценных  мехов. HBC, очевидно,  не хотела  заключения  мира  между  ниитситапикси  и  американцами, однако  отклонение  от  своей  политики  нейтралитета  принесло  бы ей  не  поддающиеся  прогнозированию  опасности  и  неясности  по   поводу  получения  барышей.
Это похоже  на  действительное  положение  дел  так  же  из-за  того, что не  имеется  подтверждения  тому, что  торговцы  из   HBC  считали, что  они могут  повлиять  на   отношение  ниитситапикси  к  американцам. Ясно, что  ниитситапикси  имели  много     причин  для  своих  нападений, и  их  поведение  отчётливо  показывает, что  они  не   были   пешками  британских  или  канадских  маклеров с  реки Саскачеван. Хирам  Гриттенден отметил, что  HBC  была  виновна  в  стимулировании  налетов, так  как «огнестрельное  оружие, с  которым  индейцы  атаковали  торговцев, приходило   из-за  границы, и  меха, которые они  захватывали  у  наших  людей, незамедлительно оплачивались  на  той  стороне». HBC  торговала  огнестрельным оружием  с  индейцами  с 1670  года, но много  ружей, использовавшихся  в военных  действиях, не были  санкционированы  этой  компанией. Внезапный  их  отказ в  части  продажи  ниитситапикси  ружей  в  1806  году  был,  несомненно, важен, и  было бы  неблагоразумным  для  американцев заострять  внимание  на  подобной  торговле, главным  образом  из-за  того, что  они  тоже  торговали  огнестрельным  оружием, которое, и они  знали  об  этом, индейцы  использовали  в  военных  действиях. Ниитситапикси, и  почти  можно  не  сомневаться в этом, интерпретировали  отказ   HBC   в  продаже  им  ружей, как  признак   ее (компании)  блокирования  с  кри, а  не  как  признак  нейтралитета.   
 Готовность  NWC  и HBC торговать  вещами, награбленными у  американцев,  была,  в  действительности,  скорее  сомнительна. Суть  предмета  поселилась  в  сознании  в  1824  году после  того, как  HBC  обменяла  бобровые  шкуры, награбленные  бладами  у  партии  Иммеля  и  Джонса. HBC трактовала  такую  пушнину, как  спасение  имущества, по  возможности  пытаясь   передать  эти  меха  тем, кто  предъявил  им  законное  право  требования в  обмен  на  оплату издержек   компании. Тем  не  менее, ниитситапикси  извлекали  значительную  прибыль  из  такой  торговли,  а  значит, вдохновлялись  на   дальнейшее  совершение  налетов.  Однако сами  ниитситапикси  считали, что  они  конфискуют  имущество, а  не  крадут. Основатель Нор-Вестер (Норд-Вест) Джон  Роуэнд, маклер  HBC  в  Эдмонтоне, получавший  много  подобных  шкур, вероятно, сколотил  целое состояние  на  этом. Даже  американский  индейский  агент  отмечал, что «они   смотрят  на  свою  дичь так же, как  мы  на  своих   домашних  животных, и  придерживаются  своих  суждений. Следовательно, совсем небезосновательно  полагать, что  они  будут не  только обворовывать,  но  убивать тех, кто  покушается  на  их  собственные  средства  существования». Несмотря  на  то, что   американцы     вынужденно  мирились  с  подобным  аргументом, можно считать, что  HBC  следовала  нейтралитету, принимая  эти  шкуры. В  любом  случае, HBC  была  поставлена  в  неловкое  положение. Предвидя  критику  в  свой  адрес, Роуэнд написал, что  «новенькие, или   личности,  незнакомые с  природой  и  нравом  этих  индейцев, не     находят  нам  оправданий  в  получении  и  оплате такого  имущества, которое, как  мы  подозреваем,  было  награблено. Однако, в  противовес  такому  отношению, мы  сейчас имеем (слово неразборчиво,- пометка  автора), распространяющееся  подобно  молнии  по  равнинам  и  оставляющее  нас  к  будущей  весне  только  с  тем  количеством  бобров, которое находится  в нашем распоряжении, поскольку  эти индейцы  уничтожают  и  разрывают  тысячи  из  них  на  части  вместо  того, чтобы  поставить  их  сюда  для  оплаты». Джордж  Симпсон добавил, что  Роуэнд «не  рискнул  отправить  мощную  в  военном  отношении  группу  на  далёкое  расстояние, вероятно,  из-за вероятного  ответного  нападения  на  своё  создание (поселение)». Можно  не  сомневаться, что отказ   HBC  в  обмене  шкур, награбленных  ниитситапикси,  остановил  их  перемещения  на  сотни  миль к  постам  этой  компании  и  сделал   их  более  враждебными  по  отношению  к  ней. Но  не установлено, каким  образом  это повлияло   на  поведение  индейцев  по  отношению  к  американцам. Метод, который    ниитситапикси  применяли  в  торговых  отношениях   с  американцами,  и  который  отвращал  их  от   HBC, создаёт  впечатление, что они  действовали, согласно собственным  осознанным  интересам. После  слияния  в  1821  году HBC и NWC, первая   освободила  от  обязанностей треть  своих  служащих. Американские  компании, такие,  например, как  Американская  Меховая  Компания (AFC)  и  Колумбийская  Меховая  Компания (CFC), вскоре  наняли способных  мужчин, бывших  служащих  из  HBC и NWC, включая Кеннета Маккензи, Джеймса  Киппа  и  Жака  Бергера. После  объединения  в  1827  году   AFC и CFC,  в  верховье  Миссури  было  открыто дочернее  предприятие (UMO)  с  Кеннетом  Маккензи  во  главе. Когда  в  конце  1828  года,  Маккензи строил   форт  Юнион, чтобы иметь точку  отсчёта  для  проведения  операций   UMO, он  так  же  планировал  наладить  контакт  с  ниитситапикси. В  конце  1830 года  он  послал  Жака  Бергера,  во  главе  небольшой  партии,  на  поиски  пиеган  и  их  убеждения  нанести  визит  в  форт  Юнион. Бергер  имел  за  плечами  двадцатиоднолетний  опыт  проживания  на  реке   Саскачеван, и  за  это  время он  познакомился  с  несколькими  предводителями  ниитситапи  и  выучил  язык  блэкфут. Ему  удалось собрать  некоторых  пиеганов,  с  которыми  он  был  знаком, и в  1831  году  они  все  вместе  проследовали  в  форт  Юнион. Там  Маккензи  пообещал  пиеганам  построить  факторию  на  их  территории,  около  места впадения  реки  Мариас  в  Миссури. Осенью  того  же  года,  Маккензи  послал  Джеймса  Киппа   строить  форт Пиеган. За  первые  десять  дней,  пиеганы  обменяли  возле  поста (форт Пиеган)   около  2400  бобровых  шкур. В  августе  1833  года  принц  Максимилиан  Виед нарисовал  портрет  Железной  Рубашки  в  расположении  поста, где десять  лет  назад  тот  предлагал  MFC возвести  постройки. Хотя  и  происходили  серьёзные  конфликты  между  ниитситапикси   и   AFC  в  1831- 1860-х  годах,  возведение  форта  Пиеган   стало  ключевым  событием. В  первую  очередь  благодаря  пиеганам  и  бладам, форт  Маккензи (в  1832  году  переименованный  из  форта  Пиеган), стал наиболее  продуктивной  факторией  в  верховье Миссури. С  1831 по  1860-е  годы, пиеганы  и  блады  торговали  в  первую  очередь  с  AFC   на  реке  Миссури. На  протяжении  всего  этого  периода,  HBC  тщетно  пыталась  восстановить  свои  торговые  отношения  с  ниитситапи.  AFC  не  только  предложила  пиеганам  более  выгодные  торговые  условия, но  и  открыла  им  доступ  к  европейским  товарам, включая  оружие, в  пределах  оберегаемых  ими  их  охотничьих  угодий. Поездка  в  форт, принадлежащий  AFC, избавляла  пиеган  от  продолжительных  перемещений  к  реке   Норт-Саскачеван, где  они  могли  натолкнуться  на рейд  за  лошадьми, начатый  хорошо  вооружёнными, но  бедными  на  лошадей  кри  и  ассинибойнами. Несмотря  на  то, что  расширение  AFC  на  верхней  Миссури,      предоставляло  так  же  и  кроу  лучший  доступ  к  европейским  товарам, форт  Маккензи был  значительно более  удобной  базой  для  пополнения  припасов, чем  любой  из  постов  HBC, для  индейских  налетчиков, поэтому  ниитситапикси  продолжили их  рейдерскую  деятельность против  кроу  и  шошонов.
Поведение  исконных  народов   в  отношении   европейцев  и  американцев, зачастую  кажется  противоречивым, или  даже  нелогичным  и  загадочным, пока  это  не  будет  рассмотрено  в  контексте  многосторонних  отношений,  влиявших  на  это  поведение.  Это  рассмотрение даёт  большее  понимание  того, что  изначально  сбивает  с  толку. Взгляд  на  это позволяет  объяснить  поведение  ниитситапикси  между  1806  и  1831  годами. Мало  подтверждений  тому, что  они  так  вели  себя  в  этом  временном  отрезке  по  отношению  к  американцам  из-за  того, что  те  являлись  гражданами  Соединенных  Штатов. Нет  также  подтверждений  тому, что  ниитситапикси  действовали   с  подачи  британских  и  канадских  маклеров, или  от  имени  Британской  Империи. В  1806  году три  происшествия  привели  к  краху  мирных  взаимоотношений  между  ниитситапикси  с  одной  стороны  и  кри  с  ассинибойнами  с  другой, а  прибытие  американцев  на  Миссури  и  расширение   деятельности NWC  к  западу  от  Скалистых  гор, привело  к  дестабилизации  военной  позиции  ниитситапикси. Опираясь  на  неполноценную  информацию,  они  реагировали  на  угрозы  возможностям  продвижения  собственных  интересов. В  1831  году, владея  новой  информацией, пиеганы  ухватились  на  иную  возможность   улучшения своей  экономической  и  военной  безопасности. Это  изменение  не  представляло собой механический  перенос лояльности в  отношении   британцев, на  американцев. В своих  международных  отношениях,  ниитситапикси  были  подобны  британцам, американцам  или  HBC, - они  не  имели  союзников, только  интересы. 
На рисунке изображен вождь черноногих Железная Рубашка. Автор Карл Бодмер.


 .


Рецензии