Мари Лаво

Примечание: Мари Лаво - реальный исторический персонаж, королева вуду Нового Орлеана.
Отчасти писалось под песню Канцлера Ги - "Mary La Vo" ("Королева Мари").


Мари Лаво рисует веве на стенах* - её руки грубы и черны, как у рабыни, пальцы грязны и все в пятнах от чернил, ядов и магических порошков. Она просит Папу Легбу о том, чтобы он раскрыл ей все двери и был покровителем в науке колдовства и розыгрышей, Ошун – о любви и процветании, Барона Самеди – о том, чтобы был к ней добр и не вошёл в её дом поздней ночью, когда звёзды гаснут, а луна приобретает оттенок крови и смерти.

Мари Лаво делает гри-гри** из цветных камней и сушеных трав, костей и волос, голубиной крови и савана умершего. Она зашивает эти мешочки и продает втридорога желающим приманить удачу, любовь или деньги, или кладет под порог человека, оскорбившего её или ненавидимого ею; тот умирает, когда город накрывает кромешная тьма и в окна лезут уродливые тени – жуткие посыльные Барона Самеди, которых он высылает вперед себя, чтобы сообщить умершему о постигшем его несчастии.

Мари Лаво – дочь владельца плантации и креолки-рабыни, но всё белое общество распростерлось у её ног. Богатые плантаторы и местные аристократы, торговцы шелками и законники – все они приходят в её дом, чтобы засвидетельствовать своё почтение или попросить о благословении, купить приворотное зелье или наслать порчу на врагов. Дом Мари Лаво уравнивает всех, ибо раб тут равен господину, отец – сыну, а самый беднейший может поспорить с богачом.

В доме Мари Лаво под потолком висят сушеные травы и зелья варятся в котелке; она читает заклятья со страниц пыльных старых книг, призывает богов и духов и делает куклы вуду, подбрасывая их меж вещей неугодных ей людей. В Луизиане знают: лучше быть Мари Лаво другом, чем навек стать её врагом.

Мари Лаво может помочь матерям, поседевшим из-за тревог за детей, отцам, желающим доказать невиновность своих сыновей, дипломатам, прибегающим к колдовству ради продвижения по службе, аристократам, воспылавшим страстью к светским красавицам. Она кормит заключенных в тюрьмах супом гамбо с дарами моря и креольскими специями, и приговоренные к смерти в ту же ночь тихо умирают в своих постелях, не дожив рассвета до виселицы.

Однажды к ней пришла девушка, юная и красивая; она обнимала ноги Мари, щеголяя высеченной отцом спиной и умоляя помочь ей в её несчастье: тот, кого она любит, далек от неё, а желающий ей владеть – стар, кряжист и упрям. Лицо его изъедено временем, глаза мутны, а в изгибе губ, как тень, мелькает жестокость. Смерть – его руки, шаги – грозовая буря.

Мари Лаво кивает, помешивая суп ложкой с костяной рукояткой – мол, не волнуйся, сделаю всё, как надо; тебе, милое дитя, не придется жаловаться.

После такого – ну как удивляться, что жених умер на собственной свадьбе? Невеста – юна и прекрасна, но он же – старик седой.

Мари Лаво владеет лучшим публичным домом во всём Новом Орлеане – её девочки идеально выучены, красивы, и умеют обворожить даже самых угрюмых и несговорчивых клиентов. Они уединяются с ними в спальнях, а на следующий день пересказывают Мари всё, что успели узнать: о том, как в богатом доме обращаются со слугами, о том, чем болеет жена клиента, и о том, какое блюдо на завтрак предпочитает есть её собачка. Мари Лаво знает всё обо всех – а этом городе нет тайн, хранительницей которых бы она ни была. Среди её друзей – политики и дипломаты, писатели и музыканты, художники и поэты, священники и куртизанки; в Луизиане нет мужчины, который рано или поздно не оказывался бы у ног Мари Лаво, и каждый из них становится её другом.

Мари Лаво танцует на празднике богов и духов; на шее её вьется, как ожерелье, сверкающая кольцами змея, сама она почти нага и вызывает вожделение у всех мужчин, пришедших посмотреть на полуночный ритуал. Среди них есть аристократы и дипломаты, хунганы и бокоры***, молодые повесы и видавшие виды, лощеные светские франты, судьи и чернокожие слуги. Они не сводят с её тела пьяного горящего взгляда, но Мари Лаво танцует лишь с одним мужчиной – с тем, чье лицо напоминает череп, а змеиные губы искривлены в лукавой усмешке. Фрак Барона Самеди идеально выглажен, а танец с ним пьянит лучше, чем любое гиятянское вино. Мари Лаво любит Смерть – а Смерть, как это ни странно, любит её.

На могилу Мари Лаво приносят ещё цветы, хоть с той поры прошло уж немало лет. Все её друзья истлели, и их прах смешался с землей и пылью, а имена поросли былью и травой. Никто не знает, чем они жили, как выглядели и где место их упокоения, а к Мари Лаво до сих пор приходят люди, прося королеву Нового Орлеана о помощи и защите. Ясной тёмной ночью её могила оглашается песнями и плясками, криками страсти и колдовскими заклятьями, и какая-то другая жрица танцует с Бароном Субботой вместо неё. Барон хохочет и язвительно улыбается, но взгляд его задумчив, печален и тих – люди говорят, что он грустит о той, кого давно навеки забрал к себе.

Мари Лаво – королева Луизианы.
Мари Лаво поёт и танцует джаз.

* Веве – знаки духов лоа в религии вуду.
** Гри-гри – амулеты, которые могут как помочь человеку и принести ему удачу, так и убить его.
*** Хунганы и бокоры – священники и колдуны в луизианском вуду.


Рецензии
Какая тема!.. Даже не знаю что написать. Лучше почтительно промолчу и нажму кнопку "нравится" ;)

Силина Блэквуд   28.12.2016 21:37     Заявить о нарушении
Сердечно благодарю Вас!

Ульяна Скибина   28.12.2016 21:38   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 2 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.