Инфантил-8

Глава  8. Битва за самку

Хотелось бы гармонии, а напрягаться лень,
 но, может быть, лень -- это своеобразный
 "предохранительный клапан" от природы-берегини,
         чтобы индивид не залетел слишком высоко.
(философия от автора)

Рыцарям вечно мечтается пред очами
дамы сердца подвиг совершить, а
разобраться -- сплошной эгоизм. 
Удовольствие от разбитой противной
 «морды лица», получает рыцарь, а
 даме сердца "лицо",  может быть,
 любимый родственник,    претендент
 номер два или… -- муж. Тупые эти рыцари
(Философия от автора)

     Избежать ненужной драки категорически не получалось. Качок Игорь «рыл копытом песок» на границе света и тьмы между костром и морем.  Ста двадцати килограммовая глыба «накачанной» мышечной массы,-- сто восемьдесят пять сантиметров в высоту.
     Мой неспортивный организм, из физических упражнений знавший только мах кувалдой да бросок лопатой, напрягся и завибрировал.  Путевка не закончилась, и заполучить на оставшиеся четыре дня обиженного врага, украшенного фингалами, расплющенным носом и кровоподтеками на губах, -- худший из вариантов.   Решил устроить спектакль – яростную схватку без телесных повреждений и обид; удары кулаками исключаем…
     Увы, Игорек и свои-то мысли расшифровывал с трудом, где ему читать чужие. Качок широко «по-крестьянски» размахнул правой и всей мощью корпуса двинул кулак вперед. Мышечная масса не друг резкости. Я легко увернулся нырком, подставил ногу и подтолкнул локтем в спину. Игорь тяжело ткнулся во взрыхленный «копытом» песок.
-- Ты не так все понял, -- напрыгнув сверху, я попытался заломить руку за спину, но Игорь перекатился и пришлось вскакивать, чтобы не попасть в «медвежьи объятья»: раздавит и ахнуть не успеешь.
     Следом вскочил и, по-бычьи наклонив голову, вперед двинулся Игорь.  "Островитяне" собрались вокруг «поля битвы», как по свистку, даже принцесса Ирина соизволила подойти и, скорбно наблюдала за поединком, попутно определяясь, кому пожелать победу. Краем глаза заметил хлюпика Федора, подпрыгивающего позади массовки, в надежде разглядеть сцену.
     Борьбой заниматься не приходилось, но в мальчишеских схватках отработал три приема, которых и хватило на всю оставшуюся жизнь. Нашел глазами Марину: «Помогай».  Сделал шаг назад, прихватил качка за трицепсы и опрокинулся назад, придавая ногами телу «визави» поступательное ускорение вперед и вверх. Игорь плюхнулся на мелководье, я закрутил его ногу на болевой и повторил:
-- Ты все неправильно понял.
     Подскочила Марина и заворковала-запела-засмеялась, убеждая «мачо» в невинности наших занятий на холме «Женская грудь».   Аргументы звучат убедительнее, когда ногу вот-вот вывернут из сустава.
-- Любовались извержением, и Андрей поднял на плечо, чтоб детали рассмотрела... ..., да и не было на скале места для секса.
-- Секс возможен везде, -- сдаваясь, закапризничал качок. -- Друг в цирке выступал на "свободных лестницах". Так для него было высшим шиком, забравшись с подругой наверх, без страховки, типа, без презерватива….
-- Ловко ты крутанулся, -- влез я с комплиментом. -- Чуть, и раздавил бы. -- Похвала, и стимул. Мне не трудно, а Игорю приятно.
-- Вы просто смотрели…   На руки поднял, чтоб дальше видеть… А эти мне… Насочиняли… Да, я и знал…  Если б ты не вывернулся, не сладко бы пришлось.
     Я отпустил ногу. Вдвоем с Мариной подняли и повели к берегу прихрамывающего почти победителя.    Качок Игорь гордо оглядел зрителей и, обняв за плечи, по-хозяйски прижал к себе Марину. Девушка лукаво мигнула и повела своего мужчину к костру, выпить за победу чая и выслушать версию боя от качка Игоря. Следом потянулись разочарованные отсутствием крови зрители.
     Поплескался на мелководье, сполоснул от песка одежку.  На берегу одиноко стояла Ирина.
-- Ты идешь? – устало двинулся к плоту. Вернулся, поднял девушку на руки и перенес к ночлегу.
-- Спасибо за порнушку, -- язвительно произнесла Ирина, прижимаясь к моей груди, лизнула кожу и прилегла щекой. – Как ты мог?
-- Извини, вулкан попутал. Не грешить не получается. Среди людей живем, а тут как на автотрассе: не ты, так тебя. Когда три стихии сходятся в одном месте, устоять невозможно.
     Ирина не ответила, -- спала, привычно обхватив меня руками. Впору растеряться и назвать себя подлецом и подонком. Укоряющий взгляд пробуждает совесть.  Заботливо прикрыл девушку парашютным одеялом и уставился в смазанный дымным занавесом звездный рисунок.
     Народ хорошо выспался, а «схватка самцов» окрасила вечер в романтические тона, и теперь со всех сторон доносились «охи», «ахи» и перешептывания.  Только уставшая теть Валя ровно похрапывала да не спал рядом, поглядывая в сторону плота, хлюпик Федор.
     Мозг, взбудораженный неординарным приключением, торопливо разархивировал скрытые файлы и бесцеремонно хвастал наработками.   Предупредил о вулкане: «Пока ровно гудит, не беспокойся; если изменит тональность на гул и шум, готовься к неприятностям; если внезапно замолчит, -- «сливай воду».
     Вторая новость из подсознания порадовала больше: оказывается, мы не одиноки в океане.   Появившийся перед глазами обрывок географической карты, как родимыми пятнами, был усыпан островами Бермудской группы.
     Наш ненадежный приют обозначен крестиком, а километрах в тридцати полумесяц обитаемого острова, о который разбивалось теплое течение, проходящее мимо нашего пляжа.  Всего пару раз в жизни невнимательно смотрел на карту этого района.  Ай, да мозг, ай, умница.
     Скосив глаза, попытался посмотреть в сторону острова-полумесяца. Показалось, мелькнули всполохи огня. Приподняться и посмотреть не получилось: Ирина уже взобралась на меня вся, и теперь, волей-неволей, до утра не шевельнуться, охраняя покой хрустальной принцессы.
     Третья новость из глубин мозга заставила поморщиться, а затем дернуться со словом «Эврика».  В аэропорту Пуэрто-Рико, перебегая «стадом» из самолета в самолет, заметил туристов, судя по отношению обслуги, более высокого ранга: люди с деньгами, знающие языки, чувствующие себя везде, как дома. Пять мужчин, пять женщин – десять, как нас. И смотрели они внимательнее, чем мы на них;…  и пара мужских лиц показалась не близко знакомыми;.. и, очень похоже,  в нашей группе есть их представитель. Надо быть внимательнее.
     Мозг одобрительно хрюкнул, и уличным жестом подтвердил правильное направление работы, но на запрос «добавить инфы» скорбно развел руками: «Чего не знаю, то не могу».  Вопрос об организаторе и целях непонятной игры вновь повис в воздухе.
     Утром разбудила, теть Валя. Кое-как выбрался из-под Ирины и, скрывая возбуждение, торопливо натянул «бермуды».
-- Чай, сладко под такой красоткой спать? – разулыбалась теть Валя.
-- Не горько, -- примитивно пошутил в ответ. – Что за дела?
-- Кокосов надо нарвать, а Степан Сергеич в лежку лежит, -- теть Валя закрыла ладошкой рот и хрюкнула, как мой мозг, потом расхохоталась в голос.
-- Колись, теть Валь, а то с места не сдвинусь.
     Коротко. Отсмотрев наши с Мариной эротические упражнения на фоне пылающего неба, дачный романтик повел на «Женскую грудь» стройную, -- «двести-сто шестьдесят-двести» -- Изольду, дабы «вознести и обрести божественную страсть» на вершине скалы. По пути витиевато говорил о "красивой и чувственной любви, которая радует Землю и все на ней произрастающее и по ней же бегающее и ползающее", но, когда пылкий любовник подсаживал пассию на скалу, изо всех сил упираясь в нижние «двести», на пути страсти встал обычный и обязательный друг всех дачников -- радикулит.
-- Хотели над Землей вознестись, -- резюмировал неудачу Степан Сергеич, -- а она родная и наказала.


Рецензии
Значит в дуэли виновата стихия, точнее три?:)))
Везунчик Андрей!:)
Удачи во всём!

Ордина   17.02.2017 14:33     Заявить о нарушении
-- Здравствуйте, Римма, мужикам лишь бы себя обелить

Анатолий Шинкин   17.02.2017 22:37   Заявить о нарушении
На это произведение написано 9 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.