Инфантил на Бер-муд-ах -9

Глава  9. Невинные развлечения легкомысленных людей


   А нужна ли мораль в наше циничное время?
Риторический вопрос

   Обнаженная Марина выходила из моря, а прямо за ее спиной поднималось румяное розовое солнце. Легкая зыбь на воде создавала множество слепящих отблесков. Складывались в радугу и тут же осыпались обратно в море многочисленные брызги.  Приподнимались и истончались валики затененной воды вокруг высоких бедер, круглых колен, голеней, щиколоток…    Золотисто-красный абрис ни секунды не оставался неподвижным, перетекал по телу, высвечивая   рельеф груди, изгиб талии, золотил кожу бедра…  В тени не видно лица, но я знал, что девушка улыбалась. Афродиты регулярно выходят из волн  и  пены, чувствуя  ответственность перед народом. Несут людям красоту и гармонию, без которых  жизнь теряет смысл.
-- Вышла из моря,  -- совершенно растерявшись, я еще пытался сопротивляться и шутить, -- сверкая перстами пурпурными… Эрос.*
-- Второго поэта рядом не потерплю, -- легко засмеялась Марина.
-- Бог миловал от стихов, а это строчка из Гомера, -- пояснил, освобождаясь от паники. -- Началась жуткая Троянская война из-за Елены, прекраснейшей из женщин.
-- Красивее меня? -- удивилась Марина.
-- Вряд ли,   оценивали мужички с признаками голубизны, как им доверять?  Да и "прекраснейшая в мире женщина" наставила мужу рога, обобрала бедолагу до нитки и сбежала с любовником. Называя эту девицу "прекраснейшей", никто не озаботился рассмотреть ее гниловатое нутро.
-- Высуши меня, -- попросила Марина, и я   без колебаний сбросил майку и принялся заботливо промокать капельки воды на плечах и груди. Не удержался и, придержав рукой правую грудь, нежно тронул губами  шершавую вишенку соска; скользнул тылом другой ладони по лобку, запутал пальцы в густых влажных волосах...  и торопливо отпрянул, услышав над головой учащающееся дыхание на грани стона. Постояли, унимая невольную дрожь тел, и Марина успокаивающе погладила мою ладонь.  -- Ты ко мне шел?
-- Нет, к твоему мужчине.  Нужно возвыситься духом и телом до кокосов на пальме, а кто сможет сделать это лучше поэта.
-- Его не разбудить, -- Марина надела купальник и пошла через пляж к пальмам, указала на свернувшегося на одеяле Артура.  – Не ревнуй: в ночном бою роль жертвы досталась мне, а парень сам себя умотал: залез на скалу  памятником  и прокричал небу все свое собрание сочинений. Сказал, что чувствует взгляд Бога.
 -- Бог, наблюдая нас,  уже протер   в недоумении потылыцу до лысины.
-- Вот-вот, небо услышало, наверное,  но не прореагировало никак,  зато Артур возбудился.
-- Возбужденный поэт  --  это опасно, они и не возбужденные не всегда в адеквате.
-- Обозвал меня Музой, а себя вообразил  птицей, -- Марина грустно усмехнулась. -- Шагнул со скалы в заросли папоротника. Докувыркался по склону до самого шатра. Тащить почти не пришлось.
-- Тяжело доходит до поэтов, что муза еще и женщина; иногда, редко,  сходят до удивления болезные: пошто красотка смотрит выжидательно зевая и покашливая, пока бедолага рифмы, натужно кряхтя, из себя выдавливает. Творчество рушит сон ночью, и дарит дремоту днем. Давай сами выкручиваться.
-- Помогу тебе, подсади,.. или стесняешься прикоснуться?
-- Не стесняюсь, а креплюсь, но, если дотронусь, -- оглянулся в полной беспомощности. -- Я не удержусь, а на пальме,… -- это даже для нас перебор.
   Девушка-лошадь призадумалась, представляя картину, схватилась за ствол ближайшей пальмы и начала хохотать, сгибаясь и приседая.  Дерево страшно затряслось, кокосы,- связки и отдельные плоды,  посыпались градом.  Я быстро схватил одеяло за концы и волоком вытащил спящего поэта из-под ударов.
-- И на пальму лезть не пришлось, -- подытожила Марина и мягко улыбнулась, -- а жаль.
   Пышка Изольда порхала вокруг Степан Сергеича, старательно ворочала с боку на бок, прогревая радикулит  любимого дачника лучами восходящего солнца. Истомленный лечением отставной майор ПВО взмолился:
-- Лапочка, дай   больному, не лечась, полежать и определиться: умереть или, помолясь, начать выздоровление.
-- А потом начнешь бороду отпускать, -- не унималась Изольда, -- обожаю бородатых мужчин. Идешь с капитаном в окладистой бороде. Девки  от зависти корчатся, а я каблучками «цок-цок».  Красота.
 -- Я майор, -- поправил развеселившийся Степан Сергеич. – А борода  --  это не только красота, это примета. Летчики перед полетом не бреются, хоккеисты-футболисты перед  матчем, чтоб удачу не спугнуть, но, один хрен, проигрывают.  Вот и верь приметам! Суеверия и ничуть не более того.
   Подошла смущенная Лора, взяла скорлупу с чаем и поведала причину отсутствия Игоря:
-- Он уснул, когда я начала рассказывать о символизме и трагических судьбах поэтов серебряного века, и теперь не могу его разбудить.
-- Ну-ка, ну-ка, -- заинтересовалась теть Валя, -- потри-потри нам уши; небось умотала богатыря, даром, что худая да щуплая?
-- Да, мы тоже ходили на скалу,  -- твердо выговорила Лора. -- Игорь на фоне багрового неба принимал красивые позы, подчеркивая выпуклость  мышц: трицепс справа, бицепс слева, плоский живот в профиль,  широчайшие мышцы спины… Фигура атлета на скале – возбуждающее зрелище, … но подвела раненая в драке нога.  Игорь поскользнулся и упал.
-- Падения  -- хороший опыт, но опыт вставания закаляет лучше. Надеюсь, ничего серьезного?
-- Игорь, к счастью, ничего жизненно важного не повредил. Ударился только головой. Мы пришли в лагерь, и я начала рассказывать о символизме…
-- Похоже, головой не только Игорь ударился,  -- отметила теть Валя.
-- Романтическое паломничество на «Женскую грудь» привело к существенному сокращению мужской диаспоры, -- сокрушенно прокомментировал я, -- Федор-то цел?
-- Угу, -- неопределенно отозвалась теть Валя, и островитяне враз «навострили уши».
-- Народ ждет подробностей, теть Валь.
-- Какая я тебе тетя? – неожиданно обиделась теть Валя.  – Племяш нашелся. Мне до сорока еще три года пилить. Просто,  Валя. Не скрываю,  настырная в достижении личного счастья,    а в мужиках исчезла наступательность. Ищут не повод пофлиртовать,  а причину уклониться. В общем, повела Федю на гору… 
   Марина, сидевшая напротив, вздрогнула и закусила губы, сдерживая смех. Критикесса Лора быстро вдыхала и медленно выдыхала воздух. Ирина, неторопливо перевязывающая бандану,   задумчиво взглянула на «просто Валю»:
-- На гору?...  Зачем?
   Лора  и  Марина обнялись и захохотали. Не в силах сдержаться тоненько заливалась Валя.
-- Уметь видеть красивое в отношениях людей не каждому дано, -- попытался "перевести стрелки", -- вам, девчонки, честь и хвала за попытку повторить.
-- По-другому это называется, "дурные примеры заразительны", --  впервые на человеческом языке заговорила Лора. – Давай, Валь, рассказывай.
--  Все и рассказала, -- отмахнула рукой Валя, -- потерялся за третьей пальмой,  а я, как дура, пол ночи по лесу блукала-аукала…  или удрал бессердечный, бездушный. 
-- Никуда не денется с острова. Мужскому телу надо роздых давать, а души у нас и вовсе нет. Общеизвестный факт. Повывели, девушки, мужиков из строя.
-- Не прошли испытания огненной скалой, -- веселилась Марина.
-- Гора может просто смотреть, как на нее карабкаются,  обратно скатятся сами,  --  в отсутствие поэта сочинила грустный афоризм Лора.
-- А нам и Андрюхи хватит, с такой-то физией должен всю страну любовью обеспечить, -- раззадорилась Валя, притопнула ногой, запела частушку. -- Мой миленок, гармонист, положи меня на низ… Зациклился на динаме в бандане, а красивый народ без мужского внимания страдай.
-- Нолис оближ – положение обязывает, -- насмешливо поддержала Лора тему моей схожести с  президентом. --  Конкретика исключает варианты, а вариативность -- сестра сладости. Давай, соответствуй,  насладись. Кстати,  видела с горы, как струи пара вырываются из земли недалеко от нашего ручья. Похоже на долину гейзеров с горячими озерами и теплыми камнями. Приглашаю. Готова  стать первой жертвой ради общего счастья.
-- Даже не надейся, -- ответил я с меньшей категоричностью, чем собирался, и поспешно поднял на руки Ирину, собираясь отнести в тень шатра. -- У меня любовь и… в общем, чувства.
-- И сухостой, -- брякнула Валя, осуждающе глядя на Ирину, и повторила  звонкую дразнилку. – Динама в бандане.
-- Собака на сене, -- неожиданно вклинилась незаметно подошедшая Изольда, -- ни себе ни людям.
   Марина и Лора, схватив друг друга за руки, высоко вскидывали ноги в безумном канкане. Светопреставление.
* «Вышла из мрака младая с перстами пурпурными Эос». Гомер


Рецензии
Здравствуйте, Анатолий!
С улыбкой, удивляясь больше и больше, пребывала
с вашими героями, оригинальными, горячими натурами!)
Спасибо и за первое открытие - "потылица"!))
С Наступившим! Праздничного, весёлого настроения!

Ордина   01.01.2019 11:33     Заявить о нарушении
Здравствуйте, Римма, С наступившим Новым, Пусть будет лучше предыдущего))

Анатолий Шинкин   01.01.2019 11:49   Заявить о нарушении
Пусть!)))
Доброго дня!

Ордина   01.01.2019 11:50   Заявить о нарушении
На это произведение написано 11 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.