Девиз моей души. Часть 3. Глава 21

В конце марта выдались пасмурные холодные дни. Целыми днями я сидела дома, не желая высовывать носа на улицу. Идти мне все равно было некуда. Настроение было ниже плинтуса. С работы меня уволили, а искать новую на несколько месяцев я не видела смысла. В больнице у Ираклия постоянно терлась беременная Марго, так что у меня сразу отпало всякое желание там появляться. Константин так и не объявился, а поиски банды Германа Георгиевича, судя по всему, зашли в тупик. Единственное, что мне оставалось - забраться с ногами на диван, включить телевизор и искренне себя пожалеть.

В один из таких дней ко мне пришла веселая, сияющая Вера. Я знала, что она недавно вернулась из Екатеринбурга и с нетерпением ждала ее возвращения.

-Зубы что ли отбелила? – с порога задала я вопрос.

-В смысле? – не поняла подруга, подняв на меня удивленные глаза.

-Улыбаешься уже вторую минуту.

-А-а, это! У меня отличные новости!

Вера быстро скинула пальто и, прошлепав в комнату, начала сосредоточенно ходить из стороны в сторону. Я недоуменно села на диван и, выждав пять минут, нетерпеливо воскликнула:

-Рассказывай же скорее!

-Ритка! – Вера резко остановилась посреди комнаты и подняла на меня смеющиеся глаза. – Ты не представляешь, что было в Екатеринбурге!

-Неужели влюбилась? – решила я подколоть ее.

-Иди ты, - фыркнула она, даже не рассердившись.

Нетерпение мое возросло. Обычно Веру всегда задевали неуместные вопросы об ее личной жизни, вернее, об ее отсутствие, но сегодня она не обратила на мое замечание никакого внимания.

-Короче говоря, в Е-бурге я проходила практику и…

-И…  - продолжила я.

-И прошла ее так успешно, что мне предложили перевестись в Е-бургский университет! – на одном дыхании выпалила девушка, расплывшись в улыбке. – Правда, круто?

-Как?! – разочарованно протянула я.

-Представляешь, Рита, - Вера мечтательно закрыла глаза, - в следующем году я перееду в Е-бург, буду учиться в лучшей академии, проходить стажировки за рубежом, а через несколько лет вообще смогу работать хирургом в Германии! Ритка, это же моя мечта!

-А как же я? Ты обо мне подумала? – от возмущения у меня перехватило дыхание.

-Что с тобой? – Вера недоуменно пожала плечами. Было видно, что она искренне не понимает, почему я не поздравляю ее.

-Верочка, мне так страшно! Я чувствую, что все теряю! Марго беременна, Ираклий меня не любит, Константин пропал, а теперь еще и ты уезжаешь! – воскликнула я, давясь слезами. – Я не хочу снова быть одной, не хочу!

-И что ты предлагаешь? – не мигая, спросила Вера.

-Останься в Перми! – я умоляюще сложила руки на груди. – Пожалуйста!

-Ты сбрендила, Рита! – девушка гневно подняла на меня посиневшие от злости глаза. – Как ты можешь такое говорить? Ты лучше меня знаешь, как извилист путь на вершину, а теперь, когда я почти достигла ее, ты хватаешь меня за руку! Да как ты смеешь, чертова эгоистка?!

-Я эгоистка? – взбесившись, я подпрыгнула на диване. – Да я же последние три месяца все ради других делала! Все! Я отдала Марго сертификат, отказалась от победы в конкурсе, устроила ужин для нее и Ираклия. Я свою любовь продала, ты это понимаешь? Я Константина спасла, укрыла его в своей квартире, я единственная, кто хотя бы попытался его понять. Я, наконец, ради будущего Марго пожертвовала своим счастьем, спасла жизнь ее ребенку, а ты говоришь, что я эгоистка?

Вера мрачно прошлась по комнате, а затем, небрежно заправив непослушную прядь волос за ухо, тихо сказала:

-Только и слышу: я, я, я! Думаешь, ты для других жертвовала? Да ты для себя старалась! Хотела оправдаться в наших глазах. Ну, скажи, что я не права? Ты отдала Марго сертификат вместе с победой, потому что тебя совесть загрызла. Устроив ужин, ты надеялась, что в благодарность за твои страдания бог пошлет тебе утешение в виде освобождения от любви. Константину ты помогла, чтобы возвыситься в его глазах, ведь всегда найдется тот, за чей счет можно самоутвердиться. А счастье свое ты сама упустила, упустила нарочно. Марго всю жизнь будет мучиться, Ираклий жить в неверие, а ты... Теперь по законам жанра мы все должны тебя жалеть. Нравится изображать из себя мученицу, страдалицу? Что же ты молчишь? Так вот знай: мне тебя ни капельки не жалко! – Вера холодно на меня посмотрела и, подумав, добавила: - Ты справедливо заслужила все, что получила!

Я стояла не дыша. Обида и злость разъедали мою душу. Мне хотелось запустить в Веру чем-нибудь тяжелым, но в тот момент, когда я потянулась за пультом от телевизора, в дверь настойчиво позвонили.

-Кого-то ждешь? – спросила Вера.

Отрицательно покачав головой, я на цыпочках подошла к двери и, взглянув в глазок, обмерла: на площадке стоял Константин. «Зачем он пришел? Что ему нужно? - задавала я себе вопросы. – Что же мне делать? Открыть дверь и впустить его или…». «Или» я додумать не успела, в прихожую вошла Вера и громко сказала:

-Ты чего здесь стоишь?

-Тсс! – я испуганно замахала на нее руками и, сделав знак молчать, прошептала: - Там Константин.

Вера побледнела, от ужаса ее лицо стало почти прозрачным. Я еще раз взглянула в глазок: Константин был на площадке один.

-Вдруг что-то случилось? – обеспокоенно сказала я. – Надо впустить его!
 
-Ты что! Нельзя! – девушка вытаращила глаза и, возмущенно на меня зашипев, добавила: - Откроешь дверь, и нам обеим крышка!

С минуту я раздумывала, вспоминания дни, проведенные с Константином в одной квартире, а затем, развернувшись к Вере, твердо сказала:

-Я впущу его, - а затем, не колеблясь, добавила: - Звони в полицию.

Девушка, кивнув, побежала за телефоном. Я слышала, как из комнаты раздался голос, затем послышался короткий разговор и, наконец, все стихло. Отступать было некуда: теперь судьба Константина была в моих руках. Я резко распахнула дверь и замерла: к моему лицу был приставлен маленький серебристый баллончик. Далее из него вылетела струя какого-то газа, вдохнув который я потеряла сознание.

Очнулась я от дикого щипания в глазах. «По ощущениям как будто серной кислотой брызнули», - еще ничего не соображая, подумала я. Вокруг были тишина и темнота. Тела своего я не чувствовала. Разлепить веки была не в состоянии. «А, может, я умерла? – пронеслась шальная мысль в голове. – Нет, это было бы слишком просто!» Сильный удар по голове вышиб меня из мира ощущений и вернул в реал. Глаза сами собой резко распахнулись, и я увидела картину пострашнее любого чистилища.

Горела люстра, но в комнате был полумрак. За плотно задернутыми шторами явственно очерчивался силуэт окна. Напротив двери на карачках сидел черно-синий от запекшейся крови Константин. Он еле дышал и время от времени облизывал бескровные губы. Над ним стояли двое. Вглядевшись в лица, я узнала Модеста и Эрнеста. Глаза их были до краев налиты желчью. Рядом с Константином на коленях стояла Вера. Над ней с дико вращающимися в разные стороны глазами трясся Корней, до боли сжимая короткие волосы девушки. Я же сидела на стуле связанная по рукам и ногам. Затылок дико ныл, но я не придала этому значения. Сейчас было, мягко говоря, не до него. На диване в позе Буды и с сигарой в руке сидел босс, держа наготове баллончик с газом. Увидев, что я открыла глаза, он с наслаждением потер руки и сказал:

-Ну, здравствуй, детка! Давно не виделись.

От звука его голоса у меня пересохло в горле, и снова помутилось в глазах. Он подошел ко мне и, еще раз ударив по голове, насмешливо продолжил:

-Не спи, замерзнешь! Вижу, ты удивлена моему внезапному появлению, - Герман Георгиевич резко наклонился ко мне и прошептал в самое ухо: - Думала, самая умная? Признаться, я недооценил тебя, но не настолько, чтобы сбежать из страны без того, что мне нужно. Понимаешь, о чем я?

В голове у меня гудело. Я с трудом воспринимала его слова. Заметив это, он добавил:

-Это перцовый газ. Извини, на любезности времени не было. Пришлось отрубить тебя, чтобы не заорала. К счастью для тебя, он безвреден, - босс снова наклонился к моему уху и сказал: - Я мог бы убить тебя гораздо раньше, но мне нужно платье. Где оно?

-Где платье? – в горле у меня пересохло, когда я вспомнила, что в целях безопасности чертова тряпка осталась в отделении полиции. – Его здесь нет.

-Лжешь! – рассвирепев, рявкнул босс, и ударил меня в третий раз.

-Вы так полагаете? – насмешливо спросила я, отдышавшись и вытерев кровь с лица. – Как вам удалось покинуть страну?

-А я ее не покидал. Еще по дороге в аэропорт была обнаружена подделка. Менты неплохо поработали, но они не учли одного обстоятельства: платье шито алмазной нитью, оно не может порваться. Копия же разошлась по швам прямо на глазах. Естественно, я ломанулся обратно. Мы с моими ребятами почти, что доехали до места казни, и тут видим: из леса выходят менты, а за ними ты, красотка, слишком живая, чтобы сойти за жареную курицу. Тут я все просек.

-Как вы нашли меня? – задала я еще один вопрос, в душе проклиная медлительность нашей полиции.

-Детка, мои ребята, - Герман Георгиевич кивнул в сторону Корнея, Модеста и Эрнеста, - профессионалы своего дела! Они иголку в стоге сена найдут, не то, что нашумевшую девку в этой дыре. Мы уже несколько недель следили за твоей квартирой. Знали, когда, куда и во сколько ты уходишь, в каком часу возвращаешься. Мы уже готовились, скажем так, идти на  дело, как в один из вечеров увидели вот этого красавца, - босс кивнул в сторону ничего не соображавшего Константина. – Он вышел из твоего подъезда и был настолько рассеян, что сцапать его не составило труда. С помощью него мы и попали в квартиру.

-Подлый предатель! – процедила я, подняв на Константина глаза.

-О, не суди его строго! – расхохотался босс. – Нам пришлось его долго уговаривать!

-Побили его немножко, - добавил, оскалив белые зубы, Корней, - чтоб красивее был.

Только сейчас до меня дошло, почему брат Ираклия был в таком ужасном состоянии. Он нарочно тянул время, надеясь, что после его исчезновения я заявлю в полицию. Бандиты убили бы меня, если б не он. Константин специально наплел им, что платье хранится здесь, чтобы они угодили в лапы полиции, которую оставалось только дождаться.

-Я потратил уйму времени на поиски платья, поэтому выйду из этой квартиры только с ним, - прервал поток моих мыслей Герман Георгиевич. – Я пристрелю их обоих, - добавил он, кивнув на Веру и Константина, - если ты не скажешь мне, где оно!

-Оставьте ее, - прохрипел брат Ираклия, - она не знает, где платье. Где оно, знаю только я.

-Ты защищаешь ее? – удивился босс.  – Это интересно! Помнится, когда я видел вас в последний раз, вы были готовы друг другу глотки перегрызть. Что же изменилось теперь?

Я растерянно и вопросительно взглянула на Константина. Он вымученно улыбнулся мне в ответ и посмотрел на меня так, как будто жить оставалось считанные секунды. Этот взгляд не мог не заметить босс.

-Черт возьми, нам повезло! – воскликнул он, радостно потирая руки. – Да тут никак любовь. Ответь мне, где платье, Константин, или я убью ее, - по щелчку босса Эрнест взвел курок пистолета.

-Платье находится в камере хранения.

-Что ты врешь мне!

-Я докажу! Дайте пистолет, и я выстрелю в нее.

-А кишка не тонка? – усмехнулся Модест.

-Сейчас увидишь.

-Встань! – приказал мне Герман Георгиевич.

Босс предусмотрительно отошел. Константин забрал у Эрнеста пистолет и прицелился мне в ногу. Секунды шли неимоверно долго. Вера в страхе закрыла лицо руками, чтобы не видеть этого кошмарного зрелища. Сердце мое бешено колотилось. «Что он задумал? – мучилась я. – Неужели и вправду выстрелит?» В комнате был полумрак. Я неотрывно смотрела в глаза бывшему врагу. Он еле заметно мне подмигнул, и я тотчас же все поняла. Раздался выстрел, я дико вскрикнула и упала на пол.

-Молоток, - похвалил Константина босс, когда тот швырнул пистолет на пол, рядом со мной.

-Теперь веришь, что я не вру? Девчонка вызвала полицию, через четверть часа менты будут здесь, - как ни в чем ни бывало, продолжил брат Ираклия.

-Стервы! – взвыл бандит и быстро начал раздавать приказания. – Корней, Модест, Эрнест быстро к дверям, встретите гостей, как полагается. А я возьму в заложники нашу тихоню, - босс повернулся лицом к перепуганной и ничего не понимающей Вере. – Она совсем не участвует в мероприятии.

Вера истерически рыдала и дрожала как осиновый лист, когда Герман Георгиевич поднял ее с колен. По щекам девушки бежали крупные слезы, она лепетала бессвязные слова, целовала нательный крестик и горячо молилась. Константин как завороженный смотрел на нее.

-Ты это брось! – погрозил ей пальцем босс. – Поздно молиться. Твой бог не спасет тебя.

-Не трогай ее! – вдруг сказал Константин, заслоняя своим телом Веру. – Это только наше дело, она здесь ни при чем.

-Отойди, - сурово повторил бандит, неторопливо взведя курок.

-Нет, - твердо ответил парень. – Я всю жизнь был трусом, но умирать, как трус, я не хочу.

-Конечно, лучше умереть как глупец, - скривился босс, прицеливаясь.

Раздался выстрел. Но вместо Веры и Константина пуля настигла Германа Георгиевича. Это я, за долю секунды вскочившая с пола, схватила пистолет и выстрелила.

-Ты… - прошептал он, с трудом шевеля губами. – Ты же была ранена?

-Константин сделал вид, что попал мне в ногу, а я сделала вид, что ранена.

Герман Георгиевич пошатнулся. Изо рта его шла пена, а на груди расплылось ярко-красное пятно. «Неужели в сердце попала?» – испугалась я. Босс начал медленно оседать на пол, но перед тем как окончательно упасть в лужу собственной крови, прохрипел:

-Ты не умеешь убивать.

От страшной догадки я похолодела и, взглянув на Константина, бездумно ответила:

-У меня был хороший учитель.

Бандит упал навзничь, мы бросились к нему.

-Скорее принесите тряпки! – командовала я, зажимая рану.

Босс бился в страшных судорогах, кровь текла и сверху, и снизу, заливая ковер. Лицо Германа Георгиевича исказилось, он жадно хватал ртом воздух, часто дышал, по-кошачьи сузив глаза. Я старательно зажимала рану тряпками, насквозь пропитанными кровью. Вера и Константин сидели неподвижно.

-Почему вы бездействуйте? Вера, ты же будущий врач, помоги ему!

-Пуля прошла навылет, около сердца, - тихо сказала девушка, - его уже не спасти.

-Неправда! Я спасу, - отчаянно крикнула я, чувствуя теплую кровь босса на своих руках.

-Рита, он мертв, - мрачно заметил Константин.

Я взглянула на босса. Он не шевелился. Кровь перестала течь из раны. Судороги прекратились. Я заглянула в глаза несчастного: в них уже остановилась жизнь. Легким дыханием смерти повеяло в комнате. Я молча поднялась с колен и, вытерев руки об одежду, повернулась к Вере.

-А это я тоже для себя сделала? – дрожащими губами спросила я ее. – Стала убийцей, чтобы оправдаться перед вами? Пожертвовала человеком, чтобы спасти себя или все-таки тебя?

Вера, ничего не сказав, опустила голову. На площадке раздались голоса, затем послышалась какая-то возня, после чего дверь распахнулась. В комнату ворвалась полиция.


Рецензии
Привет, Элина!
Да, Костя действительно влюбился.
Даже не могу предположить? Любовный треугольник.
Хорошего дня, настроения.
С теплом души, Василий.

Василий Ковальчук   07.04.2017 15:35     Заявить о нарушении
Хорошо, что влюбился!
Любовь делает нас лучше.

Элина13   07.04.2017 16:21   Заявить о нарушении